1

Юльке Зуевой никогда не везло с противоположным полом, ни в реале, ни в интернете. И не во внешности было дело. Если симпатичный парень вдруг писал ей в одной из соцсетей, все, как правило, заканчивалось уже на стадии знакомства, когда Юлька, счастливая от оказанного внимания, в очередной раз промахнувшись по клавишам, торопливо писала, нажав вместо «Ю» злополучную «Б», и получая вместо имени нецензурное слово. Фамилию она с некоторых пор старалась упоминать пореже, потому что и там случалось промахнуться, и тогда оставалось только стыдливо краснеть, перечитывая написанное…

Если же дело со скрипом, но все же доходило до встречи в реальности, то с Юлькой, с ее фиеричным умением влипать в нелепые ситуации, обязательно случался какой-нибудь конфуз, после которого потенциальный кавалер очень быстро исчезал из поля зрения.

Хотя Юля, будучи девушкой одаренной от природы, и без кавалеров умела найти себе приключения, которые в большинстве своем начинались либо с фразы: «Смотри, как я умею!», либо с «А что будет, если…?»

Вот и сегодня Юля в компании лучшей подруги заливала горе вином, жалуясь на очередное несостоявшееся свидание.

Подруга же, будучи в приподнятом настроении и весьма довольная собой, настойчиво уговаривала Юльку кардинально сменить имидж, хвастаясь при этом свежесделанной татуировкой и пирсингом индастриал.

– Женя, мне двадцать семь, какие пирсинги-татуировки? – пьяно помахивая бокалом с остатками вина, вещала Юлька.

– Мне тридцать один, но кого это останавливает? – подруга гордо поворачивалась то ухом, демонстрируя красивую алую стрелку, то подмигивала и подставляла поближе к лампе бровь со штангой, то кокетливо приспускала плечо футболки, выпуская на волю фрагмент подзажившей татуировки.

– Ага, ты вон какая храбрая, а еще красивая, – завистливо вздыхала Юлька, доливая вина. – А я сама знаешь какая… мне этот пирсинг обязательно куда-нибудь воткнется, если решусь сделать.

– Юля! Куда может воткнуться пирсинг? И что вообще надо сделать, чтобы он воткнулся куда-нибудь? – удивилась Женя, даже слегка протрезвев.

– Например, быть мной, – тихо-тихо, едва слышно пробормотала Юлька себе под нос, а вслух уже громко произнесла: – Ну как, куда? В попу: бросишь его, а потом нечаянно сядешь. Или на пол уронишь и наступишь. Вон, у тебя пипки на сережке какие острые… – она демонстративно потрогала пирсинг в брови подруги.

– Юля… Это с какой силой надо прыгнуть на пирсинг, чтобы вогнать его в задницу? – Женя, отставив в сторону бокал, недоуменно взирала на подругу, выкручивая при этом набалдашники застежек пирсинга. – На, пробуй. Они абсолютно безопасны.

– Нет уж, лучше ты сначала, – опасливо отодвинулась Юля, на всякий случай одернув на себе коротковатую Женькину тунику, выданную в качестве домашней одежды.

– Да пожалуйста, – фыркнула Евгения и, сложив серьги на табурет, несколько раз демонстративно на них присела, потом положила на пол и прошлась босыми ногами. – Видишь, никуда он не воткнется.

– Верю, – Юлька подобрала пирсинги и протянула подруге. – Но делать все равно не буду. Не солидно.

– Нет уж, теперь ты пробуй. Зря я, что ли, как дура, голой жопой прыгала на них? – Женька сложила серьги на Юлькин стул и подтолкнула подругу к действиям.

Та опасливо покосилась на два кусочка медицинской стали и аккуратно, словно они были живыми, начала на них присаживаться, прицеливаясь, словно сапер к мине, и смешно оттопырив зад в белых кружевных трусах, которые она два часа назад демонстрировала верной Женьке, стыдливо умалчивая цену за новый комплект белья

Но Юля была бы не Юлей, если бы с ней чего-нибудь да не произошло…

Количество выпитого спиртного достигло критической отметки. Тело, почувствовав медленное смещение центра тяжести, опасливо покачнулось. Бокал с вином накренился, и алый напиток плеснулся на светлый ламинат. Юлька резко дернулась, взмахнув руками и пытаясь выровнять корпус, схватилась за спинку стула, опасно накренив его, но ноги сами собой поехали на винной лужице, увлекая за собой и дезориентированное тело.

Всем своим немалым весом Юля хлопнулась на пол, аккурат своей роскошной пятой точкой в новом кружевном белье, увлекая за собой и стул, в который вцепилась намертво.

– А-а-а! – дурниной взвыла она, почувствовав резкий и очень болезненный укол в любимую филейную часть.

– А-а-а! – следом за ней испуганно завизжала подруга, видя, как под Юлькой расползается красная лужа.

Юлька, увидев рядом с собой лужу, испуганно шарахнулась в сторону, отпинывая куда-то в угол опрокинувшуюся бутылку красного вина с красивым названием «Кровь грешницы».

– Тьфу, дурная, – сердито сплюнула Женька, поднимая из винной кляксы валявшиеся на полу сережки. – Чуть седой раньше времени из-за тебя не стала.

– Зато они продезинфицировались, – виновато прошептала Юлька, потирая ушибленную попу.

– Юлька, а где набалдашник от штанги? – Женя ошарашенно смотрела то на свои украшения, то на изрядно сбледнувшую подругу.

– К-какой н-набалдашник? – заикаясь и хватаясь за попу двумя руками, пробормотала Юлька.

– Закрутка, остренькая такая…

– М-может, закатилась? – Юлька с готовностью рухнула на четвереньки и поползла вокруг стола в поисках заветного кусочка стали, размазывая по светлому ламинату разлитое вино и собирая лбом все доступные препятствия.

– Юль, она, кажется, того… это… ну… в тебе… – Женька, залпом выпив фужер вина, задумчиво посмотрела на торчащий у ее ног зад подруги.

– И что делать будем? – обреченно выдохнула Юлька, понимая, что в очередной раз нашла себе приключение на свои тылы, теперь уже в буквальном смысле.

– Как «что»? К хирургу, конечно же, поедем. Надо же достать…

– А может, оно само… ну… выпадет? – губы у Юльки затряслись, на глазах появились слезы. – Жень, пять утра, какой хирург?

– А если не выпадет, если глубже уйдет? Знаешь, сколько я именно такую штангу искала? У нас травмпункт работает круглосуточно. Одевайся, – начала командовать оправившаяся от потрясения Женя.

– Я врачей боюсь…

– Юля, бояться надо было до того, как со всего размаху жопой на сережку прыгала… Это, кстати, твоя идея была, – Женя, лихо впрыгнув в узкие брючки, натянула модный джемперок и теперь штудировала собственный шкаф в поисках подходящей одежды для подруги. Не в джинсах же той ехать.

Такси приехало быстро. Юлька, пошатываясь то ли от страха, то ли от количества выпитого, с трудом влезла на заднее сиденье, пытаясь сесть так, чтобы как можно меньше тревожить свой зад. Женька же решила быть штурманом, оккупировав переднее сиденье.

В приемном покое круглосуточного травмпункта у стойки регистратуры одиноко дремала медсестра. Врача нигде не было видно.

– Девушка, нам бы врача. Хирурга. У нас тут ранение, – шумно ворвалась в помещение поддатая Евгения, сея вокруг себя смуту и хаос.

Юлька, стыдливо одергивая короткое Женькино платье – подруга была намного ниже ростом – испуганно озиралась вокруг, уговаривая себя не рухнуть позорно в обморок.

Внезапно разбуженная и дезориентированная медсестра подпрыгнула от неожиданности и быстро унеслась за врачом, даже не спросив, в чем дело, и не взглянув на документы нетрезвых девушек.

– Ну, что тут у нас? Кто ранен? – в приемный покой, на ходу пытаясь попасть в рукава рабочего халата, ворвался взъерошенный молодой хирург.

– Мы тут у вас, – опасно покачнувшись бодро отрапортовала Женя.

Юлька же, застыв от страха соляным столбом, во все глаза таращилась на симпатичного молодого врача, прикрыв на всякий случай попу журналом.

– Ну, и кто ранен? Проходите в смотровую.

Юлька замотала головой и вжалась в стену сильнее.

– Подруга у меня ранена, – захихикала Женька, подталкивая вяло сопротивляющуюся Юльку к врачу. – В самое сердце. Почти…

Врач вошел в кабинет и поманил Юлю. Та, вздохнув и одарив подругу многообещающим взглядом, вошла следом, тихо прикрыв за собой дверь.

– Показывайте, где ваше ранение, – вздохнул доктор, устало растирая лицо ладонями.

Юлька покраснела – все-таки доктор был очень симпатичным – и задрала подол платья, демонстрируя боевую рану.

– У меня там пирсинг… – еле слышно пробормотала она, поворачиваясь боком указывая пальцем на ягодицу.

Доктор слегка изменился в лице, но вопросов о странном выборе места прокола задавать не стал.

– Очень красивый, – покивал мужчина, старательно глядя в глаза Юльке.

– Видно, да? – воспряла духом Юля, надеясь, что все обойдется без хирургического вмешательства

– А не должно? – растерялся доктор.

– Я не знаю… со мной такое впервые, – Юля вернула подол платья на место.

– Что впервые? – доктор усиленно пытался поймать потерянную нить разговора.

– Ну, пирсинг там застревает…– Юля сделала многозначительное ударение на слове «там».

– Где «там»? – доктор снова изменился в лице, сгоняя остатки сна.

– Там… в попе… – еще тише прошептала Юлька, стыдливо пряча глаза и краснея.

– В по-о-опе? – ошарашенно протянул доктор. Кажется, такой случай у него впервые. – А что он там делает, в попе?

– Так говорю же, застрял… мы проверяли, может ли он воткнуться, а он воткнулся и застрял… – сбивчиво мямлила Юлька, комкая подол злополучного платья.

– Проверяли, ага… застрял… ну, показывайте, где застрял, будем доставать, – борясь с подступающим смехом, махнул на кушетку доктор.

Юлька, в очередной раз покраснев до кончиков волос, улеглась и стыдливо приспустила краешек некогда белоснежных, а теперь испачканных в вине и крови, кружевных трусов.

– Вот где-то там… – ткнула она пальцем на ягодицу.

– Там. Ага. Всего-то, – многозначительно изрек доктор, натягивая повыше маску и пряча прорывающуюся улыбку. – А я думал, между ягодицами.

– Между ягодицами? – теперь забуксовал Юлькин мыслительный процесс. – Это что… это прям та-а-ам? Да что вы себе позволяете! Как вы могли обо мне такое подумать! Извращенец!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.