# Арктида

Ая Лазарева

Эо сказка о маленьком мальчике, который оказался в таинственной и прекрасной стране уже молодым мужчиной. Его ждут приключения и путешествия. Это лишь начало долгой истории о жизни в двух мирах.

© Ая Лазарева, 2019

ISBN 978-5-4496-1752-1

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero


В одном далеком северном городе жила была обычная семья – мама, папа и четверо детей. Старшего сына звали Алексеем, двух близняшек сестренок Алей и Олей, а младшего братика Германом. Надо сказать, что все детки были добрыми и воспитанными, только вот младшему совсем не хотелось учиться. Старшие уроки делают, а Геркина голова лишь о мультфильмах и игрушках мечтает. Кто поет, кто на бокс ходит, кто балетом занимается, а Герман из интернета не выходит – с чудовищами, да монстрами сражается. Совсем с ним мама из сил выбилась, никак не хотел третьеклассник домашнее задание выполнять. И вот однажды, после очередного скандала, расстроенный мальчик заснул прямо на столе за школьной тетрадкой…

И приснился ему странный сон. Странный, потому что совсем не похож он был на сон, а больше на реальность, но совершенно необычную, волшебную реальность. Сначала Герман очутился посреди бесконечного поля, золотисто – бурого, с полянами синих васильков. Затем прямо перед ним появился дуб, такой старый и могучий, какой можно было обхватить, только соединив руки всей семьи. Раскидистая его крона делилась на три части. На ветвях первой лежал белый снег. Дальше – густая летняя листва накрывала середину зеленой шапкой. А последние ветви осыпались желтой и красной осенней красою. Посреди древнего ствола, прямо на уровне глаз мальчика, виднелась дверь с кованой узорчатой ручкой. Гера попытался ее приоткрыть, но дверь с необычной легкостью распахнулась сама собою. И, о чудо, там внутри открылось безграничное звездное небо с таинственным свечением где – то внизу, под ногами. Небо манило, тянуло к себе невидимой силой. Наш герой не удержался, шагнул внутрь, и далекий свет тут – же обнял его, унося за собою к звездным россыпям.

Он летел и множество величайших светил озаряли его своими огнями. Они будто пропускали через себя, но в тоже время расступались, давая возможность свободному полету. Это продолжалось довольно долго, но внезапно сменилось неконтролируемым падением. Мальчик кубарем полетел в раздвигающуюся глубину. Звезды исчезли, темнота с каждым мгновеньем становилась все более плотной и непрозрачной, как – будто пространство стремительно сужалось. Вращение тела стало таким быстрым, что мыслей совсем не осталось. Вообще ничего не осталось, кроме этой притягивающей пустоты.

И вдруг падение закончилось. Закончилось также внезапно, как и началось. Последовал довольно сильный удар о что – то плотное, но мягкое, далее еще несколько кувырков, а после появился свет, словно распахнулась дверь из невидимого к видимому. Солнечные лучи пробивались сквозь ресницы, заставляя открыть глаза, но они почему – то никак не открывались. Действий не было, как будто пустота осталась внутри. Мальчик все еще ощущал себя Германом, тем самым третьеклассником. Он помнил семью, школу, но как – то не так как раньше. Это было, точно было, но очень давно, то – ли в прошлом, то – ли в будущем.

– «Герминьо! Ты как? Вставай быстрее! Сейчас сюда весь курс пожалует. Маэстро поймет и нам несдобровать!». Фраза прозвучала на незнакомом, но в то же время совершенно родном языке. Глаза раскрылись сами собою, и юноша увидел три склонившихся над ним лица. Да, да, не удивляйся дорогой читатель, именно юноша! Девятилетний Герман стал взрослым двадцати пятилетним парнем, который раскинув руки, лежал на зеленой траве у могучего раскидистого дерева. Но теперь оно все было усыпано весенними бело розовыми цветами. Обронив на него несколько лепестков, дерево повторило фразу девушки: «Вставай быстрее… Маэстро поймет…»

Обращенные к нему лица тоже были хорошо знакомы. Говорила Руса, его любимая ненаглядная Руса. Рядом стояли Алексио и Барбарис – лучшие друзья. Он и ребята были однокурсниками, они заканчивали последний круг обучения и готовились к первому решающему экзамену, который определит их судьбы на долгие годы вперед. Молодой человек снова закрыл глаза и вдохнул полной грудью, и вместе со вдохом память окончательно расставила все по местам. Герминьо досконально вспомнил свой мир, тот мир прекрасней которого не было ничего на свете. Мир счастья, истинной свободы и перерождения! Чужеземцы именовали их страну Гиперборея, они же, свето – рожденные, называли Солнечной Арктидой.

Располагалась она у Северного полюса, точно вокруг земной оси, и представляла собой огромный рукотворный континент. Не в том смысле, что он был сотворен руками ныне или ранее живущих, а в том смысле, что создавалась данная земля во взаимном творчестве Верховных Творцов, Великих Правителей Стихий и их представителей на Земле Людей – Альвов. Тех, которые жили уже здесь, но еще могли путешествовать по Дереву Жизни и получать знания Вечности. Они все были волшебниками, в той или иной степени, все были творцами, а самое главное, были очень счастливыми людьми, поэтому и смогли построить несравнимый ни с чем ранее, чарующий мир.

Альвы были воплощены по велению свыше для того, чтобы исцелить юную планету от физического недуга. Ею болеют все планеты, имеющие полярные ледовые шапки. В холодных областях, с течением времени, льда скапливается все больше, но ледяная шапка не может располагаться симметрично, она всегда немного набекрень. Из – за этого со временем накопления снежно – ледовых наростов, развивается опрокидывающий момент. Тогда твердая оболочка смещается относительно раскаленного ядра, а с поверхности земли это выглядит как – будто опрокидывается небо. Восход и закат меняется местами, вся масса накопленного льда оказывается на экваторе, и он начинает быстро таять. Высвобождающаяся вода заливает все континенты, кроме самых высоких горных хребтов. Затем излишки воды снова конденсируются уже на новых полюсах в виде ледовых шапок.

Так было и на Земле до прихода Альвов. Каждые шесть – семь тысяч лет происходил всемирный потоп и гибло почти все живое. Воплощенный разум должен был исцелить планету, и он это сделал! Первые странники появились в эпоху водолея, после очередного потопа, когда континенты еще не полностью появились из воды. Резиденцией странников – альвов стал полюс, только что образованный и свободный еще ото льда. Он был избран не случайно. Гипербореи – священники могли путешествовать по Дереву Жизни. Они заключили взаимовыгодный союз со Стихиями, которые защищали мир от холода и разрушения космических ветров. А сами стали их внутренними глазами и внешним разумом, чем – то вроде нервной системы Земли. Силы стихий повиновались сигналам, исходящим от нервов, подобно мышцам. Высшие священники могли управлять ветрами, дождями и твердью. Послушная их воле, земная оболочка вокруг полюса была разрежена. Воды внутреннего моря Арктиды получили доступ в лабиринт глубинных пещер, могучих подземных рек и морей. Убыль же воды в этом море, была восполнена за счет океана, окружающего Арктический материк со всех сторон. Четыре мощных водных потока крестообразно пролегали от побережья к разверзшейся на Полюсе бездне. Так этот континент приобрел необычную форму запечатленного в круг креста. Прогретые подземным огнем воды, находили выход в тропических областях планеты. Там, как и раньше, происходило интенсивное испарение, тучи выпадали снегом на полюсах и снег спрессовывался в лед по окраинам континента, но этот лед не успевал разрастаться до угрожающих размеров. Теплые океанические потоки равномерно смывали его во внутреннее море Арктиды, а там через великий водоворот, воды проходили полостями земной коры, завершая круг. Обусловленные этим течением, на Антарктиде – другом полюсе произошли такие же изменения – и Земля была спасена!

– «Да вставай же, Герминьо! Мы должны совершить перелет, иначе маэстро догадается!» – с этими словами Алексио подал ему руку, и молодой человек, наконец оказался на ногах. Вокруг, насколько охватывал его взгляд, раскинулись широкие зеленые холмы, цветущие весенним вереском. Высокие травы волновались под порывами свободного ветра, создавая бегущие волны, и они бежали к горизонту догоняя и накрывая друг друга. Между холмами били родники, сливаясь в ручьи и озера. В водной глади отражалось высокое голубое небо, усыпанное мелкими перышками облаков. Цветущие волны бежали, облака летели по небу и по земле, даже деревья и те приветствовали юношу, разговаривая с ним. Весь мир был живой, разумный и такой родной, будто юноша здесь прожил не двадцать пять, а целую тысячу лет.

– «Скорее к самсам! Осталось две четверти, мы успеем!» – прокричала Руса, и ребята бросились к стоящим неподалеку и мирно жующим траву, огромным животным, чем – то отдаленно напоминающим динозавров с небольшой головой и могучим туловищем. Их называли самсы. У каждого было свое имя и свой хозяин – друг. Эти на первый взгляд громоздкие и неповоротливые существа могли великолепно летать. Они были настолько изящны и проворны в воздухе, что лучшего средства передвижения трудно было отыскать. На голове у них крепились наездничьи сиденья. Садясь туда, альвы соединяли себя с самсами мысленно и легко управляли полетом. Герминьо взлетел первым. Он очень любил своего Ру, так звали его самса, и гордился его силой и молодостью. Разбежавшись, все еще жующие динозавры довольно быстро набрали высоту. Они летели как утки, клином, вытянув длинные шеи, а там внизу мелькали поля и селенья, горные хребты и высокие плато, усыпанные храмами, дворцами – городами, и соединенные между собой гирляндой дорог, да шлюзовых сооружений. Сердце замирало от красоты и грандиозности распростертого вида. Теплый ветер развивал волосы летящих, а пьянящая радость юности подгоняла их изнутри. Но вот вдалеке появилось горящее золотое зарево и сердца всадников забились нескрываемым волнением. Это сиял главный храм Дерева Жизни. Они спешили именно туда, так как через одну четверть элона (часа) каждого из них ждал экзаменационный рубеж.

Континент Арктида занимал огромное пространство и поражал своей красотой и гармонией. Чашеобразное внутреннее море и центральный водоворот, ось которого совпадала с земной осью, были его сердцем. Течение и магнитное притяжение висящего в вышине Храма, образовывали всасывающий вихрь, синхронно дышащий с вращением самой планеты. Четыре расположенных правильным крестом пролива к нему, позволяли равномерно прогреваться полярной земле. Если по краям, у Северного океана стояли горы, покрытые ледяными шубами, то ближе к центру, а особенно у внутреннего моря и по берегам могучих рек климат был очень комфортный, мало изменяющийся со сменой сезонов. Солнце восходило один раз в год и светило полгода, поэтому некоторые чужестранцы называли этот край Подсолнечным Царством. Но тьма не наступала никогда, лишь густой сумрак рассвеченный сказочной палитрой северного сияния. Альвы создали собственное сверкающее светило. Оно горело золотым заревом над Главным Храмом, стоящим посреди внутреннего моря на вершине высоченной горы. Вернее, не стоял, Храм Дерева Жизни парил в воздухе! Да, да, парил! Из кратера вершины исходил могучий световой столб. В его ореоле сверкало центральное здание Храма, в виде двухкупольных половин, висящих строго параллельно друг другу и обращенных куполами вниз и вверх. Негаснущий свет исходил от верхнего купола, обращенного к небу. От нижнего же, направленного к земле, в виде правильного восьмигранного креста, в разные стороны спускались ступенчатые парящие мосты, украшенные на переходах такими же куполами.

Грандиозная картина завораживала. Далее шел престольный город Арктиды – ее столица. Он располагался по берегам внутреннего моря и представлял тройное кольцо в виде двенадцати основных Храмов, двадцати четырех замков и тридцати шести крепостей. Все эти прекрасные сооружения соединялись между собой ажурным рисунком воздушных и наземных дорог. Если смотреть сверху, великий город представлял собой идеально ровную, трехслойную окружность с сияющим в центре моря, парящим Храмом.

Герминьо и друзья спешились у внутреннего предела прибрежной крепости знаний. Они очень спешили и едва успели на последнюю открытую карету, летящую по воздушному мосту к подножью горы в центре моря. Остальные однокурсники уже собрались в залах посвящения и очень волновались в предверии проверочного этапа. У входа бегущих ребят, встретил как всегда совершенно невозмутимый маэстро, их классный наставник. Он оглядел опоздавших спокойным взглядом, и произнес негромко, но твердо.