Сосед и я!
Удалая Любовь

© Удалая Любовь, 2019

ISBN 978-5-4496-1549-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Зовут меня Елизавета. Мне 31 год, и я живу с мамой, а точнее сказать, она со мной, так как нашу родненькую квартиру мама оставила нашему папуле и нам в срочном порядке пришлось переезжать, чего мне ох как не хотелось делать. Но с мамулей не поспоришь, если она чего задумала – все, пиши пропало! Поэтому я сгребла все свои сбережения, и мы отправились покупать квартиру.

– Ты чего такая недовольная? – удивлялась мама. – Ты сама мне два года как твердишь: хочу себе квартиру.

– Главное в этом предложении – «себе»! – уточнила я.

– Так ты себе и покупаешь! А я иду в подарок.

– Ничего себе подарочек, – хмыкнула я.

– Лизка, ну нам же с тобой весело живется, – не унималась маманя.

– Что ты подразумеваешь под весельем? Может, то, как ты нам квартиру спалила?

– Подумаешь, зато какой ремонт забабахали!

– Или как ты соседей затопила?

– Ну зато со всем подъездом перезнакомились!

– Ага, в суде.

– Ну чего ты такая скучная, прям вся в отца. Вот пошла бы ты в меня…

– Если бы я пошла в тебя, – перебила я ее, – то сейчас ты бы жила под мостом, а я бы гастролировала с каким-нибудь цирком-шапито.

– Цирк не трогай! Это моя голубая мечта. Это святое! А вот если бы ты пошла в меня, то сейчас была бы замужем и воспитывала как минимум троих!

– Ну на троих ты размахнулась, сама-то только меня родила, да и то потому, что папаня ультиматум поставил: или дети, или развод. А я так вообще туда не стремлюсь.

– Не рожала я, потому что все ждала, что какой-нибудь цирк все-таки меня позовет. Ну ничего, теперь я внуков ждать буду, опыт-то надо передать!

– А то они без тебя пить, курить и материться не научатся, – съязвила я.

Мы продолжали с риелтором кататься по квартирам, они у меня уже в глазах мелькали и в голове все перепутались.

– Все. Давай брать эту, – сказала я мамане, уже не в силах ехать на другой объект.

– Лиза. Ты как-то халатно относишься к нашим деньгам. Почему именно эту?

– Не к нашим, а к моим деньгам, – уточнила еще раз я. – И вообще, какая разница, где жить.

– А как же соседи? – заканючила мама.

– Что ты привязалась к соседям? – начинала я злиться.

– А вдруг нам не повезет и здесь живут одни порядочные и скучные люди. С кем же я тогда буду воевать. Мне же скучно станет, и я таки почувствую, что такое пенсия.

– И дай бог, – ответила я. – Может, начнешь вязать носки и печь пироги.

– А как же цирк?

– Блин, мама, какой, нахрен, цирк. Ну хочешь, найду себе дурачка, больного на всю голову, можешь с этим клоуном веселить соседей своими разборками.

– От тебя дождешься, только обещаешь, – запечалилась она.

Мы вышли на лестничную клетку, и тут открылась соседняя дверь, и из нее выскочил мужчина. На вид лет 35, высокий, крепкий. И главное, нервный.

– Вы, что ли, новые соседи? – набросился он на нас. Я открыла рот, но мама его опередила:

– Может, и да, а вам какое дело?

– Слушай, старая, еще раз музыку ночью врубите, я тебе дверь вынесу вместе с тобой. Понятно?

И стал спускаться. Мы с риелтором стояли ни живы, ни мертвы.

– Может, соседнюю квартиру только продали, – предположила она. – Пойдемте отсюда.

– Куда это?! – удивилась маманя. – Доча, берем эту, уговорила, – потирая ручки, радовалась она.

Переехали мы довольно быстро, ремонт в квартире уже имелся, мы купили мебель и забрали свое барахло от папы.

– Лиза, ты, если что, возвращайся. Только без этого дракона, – показывал папа на маму потихоньку.

– Папа, да ты судьбу свою устраивай, может, приведешь кого.

– Ой, Елизавета, не смеши, в моем возрасте, я внуков ждать буду.

– И ты туда же, – укоризненно замотала я головой.

Отметив новоселье, я со спокойной душой приступила к работе. Работала я в фармацевтической компании провизором. Работы много, ответственность зашкаливает, поэтому в свою новую квартирку я плелась еле живая. Выйдя на своей остановке и пройдя домов пять, я подняла свои глаза от земли и ужаснулась – на меня летела огромная собака; оглядевшись вокруг и не найдя спасения, я решила бежать. Развернувшись на месте и увидев парня, мирно разглядывавшего что-то в киоске, мною было решено спасти и его. Бежим – схватила я его за руку и понеслась. Парень бежал не отставая.

– Девушка, что вы делаете? – кричал он мне задыхаясь. – Отпустите мою руку, я сейчас сдохну. Что вообще происходит?

– Бежим, потом еще спасибо скажешь.

– Какое там спасибо, у меня уже звездочки перед глазами, скажи хоть, далеко еще бежать?

– А я почем знаю, видишь эту злобную собаку? Не отстает, зараза.

Парень обернулся и выдернул свою руку из моей. Но главное, зачем-то остановился.

– Ты чего, ку-ку? – удивилась я. – Смотри, она несется.

– Да неужели, – съязвил он. – Как дать бы тебе… Мало того что напугала, так и бегать заставила, причем быстро, – засмеялся он. – А у меня, между прочим, нога вывихнута, в тугой повязке, завтра, блин, хрен на нее встану.

– Так собака… – заканючила я. – Летит ведь на нас.

– Да это моя собака. Вот и бежала ко мне. А я, того не ведая, как дурак, убегал непонятно от чего благодаря тебе, – и снова как засмеется.

– Подожди, – начал он. – Что-то мне знакомо твое лицо. Где-то я тебя уже видел, а вот где – не помню. Где я мог тебя видеть?

– На стенде «Их разыскивает дурдом», – показала я ему язык.

– Вспомнил, – стукнул он себя рукой по лбу. – Ты та противная новая соседка.

– Дурак, – пнула я его по больной ноге и пошла домой.

– Доченька, ну чего ты такая злая, – не унималась мама с вопросами.

– Терпеть его не могу, – кричала я, размахивая руками. – Вот придурок. Ты знаешь, что он про меня сказал? Что я противная. Ах, как я зла, чтоб ему…

– Лиза, ну не надо так бурно реагировать, мы же интеллигентные люди, давай ему просто обмажем дверь какашками.

– Интеллигентная ты моя, – съязвила я. – Получше ничего придумать не могла.

– А надо?! – обрадовалась маманя.

– Нет, – строго ответила я ей. – И не вздумай мне чего-нибудь выкинуть. А то я тебя знаю.

– То-то и обидно, – приуныла она. – Знаешь ведь мой творческий потенциал, а проявить не даешь.

– Ты уже один раз проявила, еле-еле тебя от ментов отмазали. Ты зачем дядю Федю на поводок посадила и по рынку водила, как обезьянку?

– Сами его пристроить просили.

– Мы просили невесту ему найти, а не продавать его, как редкого зверька. И вообще, чего ты в нем редкого нашла? По мне, так обычный алкаш.

– Может, и алкаш, – приуныла мама. – Но в необычности ему не откажешь! Вот кто из твоих знакомых может полфляги за полчаса осилить?

– Тоже мне достижения, – фыркнула я.

– А кто может, как он, из окна девятого этажа выйти, а зайти в дверь как ни в чем не бывало? Уникум наш дядя Федя! Его к кому попало нельзя, загубят мужика, – подытожила маманя.

– А зачем ты этого уникума на поводок посадила?

– Так, зараза такой, идти продаваться не хотел. Еле-еле его с Валентиной уговорили, пришлось пачку дрожжей ему пообещать купить. А поводок так, для жалостливости напялили, нам столько денег накидали, чтоб его выкупить, мы с Валей себе по сережкам золотым купили. Все-таки хороший у нас народ, жалеет юродивых. Ладно, ты ужинай, а я пойду займусь любимым делом!

Я разогрела ужин и только приступила к трапезе, как нарисовалась мама с печальным лицом:

– Все. Отменяется мое любимое занятие.

– Чего это?

– Лампочка на площадке перегорела. Площадку через глазок не видно.

– Ладно, не переживай, завтра с работы пойду, новую лампочку куплю.

– А если купишь, да не ту? Лучше, Лиза, эту выкрути и по образцу купи.

Доев ужин и взяв табуретку, я вышла на площадку. Выкручивая перегоревшую лампочку, я услышала за спиной знакомый голос:

– Ну и что мы тут делаем?

– Лампочки воруем, чего, не видишь?

– А ну вкрути обратно, – повысил на меня голос сосед. Мне бы ему объяснить, но этот гад меня почему-то жутко раздражал.

– Мужчина, идите, куда шли.

– А ну верни лампочку на место. По-хорошему пока прошу. Не буди во мне зверя.

– А я хомячков не боюсь, – скривила я лицо.

Сосед схватился за табуретку и давай меня трясти. Я от страха схватилась за плафон, и тут меня дернуло током, да так, что я схватилась за соседа, и нас начало трясти вместе. Искры разлетались по всей площадке, и он орал:

– Дура, от плафона отцепись.

Я резко одернула руку, и упав на соседа, мы кубарем покатились с лестницы. Полежав на полу пару минут, я, привстав, потрясла головой. Что-то явно было не так, но что именно, я не понимала.

– Встать можешь? – спросил меня сосед.

– Нет, я, блин, какая-то тяжелая стала. А ты как?

– А я плакать хочу. Что за хрень со мной происходит – не пойму.

Я подняла на него глаза, и мне стало нехорошо.

– Ты чего?

– А ты еще не понял? Мать твою, вот влипли, я такое только в сериалах видела.

– Ты о чем?

– О том, блин, посмотри на себя и скажи: ты кто?

Сосед поднял руки, покрутил ими и как заорет:

– Я что, женщина?!

– Бинго! – сказала я.

– Это что за хрень?! Что ты со мной сделала?

– Не ори и перестань ругаться как сапожник. Мы телами поменялись, теперь не паниковать, а что делать дальше, думать нужно.

– Вот ты и думай, а я домой.

– И кто тебя там ждет в моем-то теле?

Сосед опечалился.

– А я смотрю, тебя эта ситуация забавляет.

– Нет. Просто я понимаю, что это нам кара за что-то.

– Да ну тебя, – махнул рукой на меня сосед. – Пойду прогуляюсь, надо все обмозговать, а главное, успокоиться, меня от злости всего трясет. Я привык контролировать ситуацию, а тут такое.

– На улице уже темно.

– Ну и что?

– Да так, напоминаю тебе, что ты теперь девушка, и если верить окружающим, весьма симпатичная.

– И что?

– И что, и что, да то, что нечего шляться по ночам, тем более пока ты в моем теле.

Сосед слушать меня не стал и, махнув на меня еще раз, вызвал лифт.

– Ну и иди, – разревелась я. На площадку вышла моя мама.

– Он ушел, – бросилась я к ней. И получила кулаком в ухо.

– Где моя дочь? – серьезно спросила она.

– А я кто? – еще больше заныла я.

– Молодой человек, сказала бы я, кто вы! Еще раз спрашиваю, где моя дочь?

– Гуляет, – терла я ухо.

– Что-то маловероятно! Ее из дому не выгонишь. Ну ежели она надумала свежим воздухом подышать, так почему бы вам ее не сопроводить? – и пихнула меня с лестницы. Я еле удержалась на ногах, но потопала. «Ну и где я его искать должна?» – крутилось у меня в голове. Выйдя на улицу, я увидела ту еще картину…

Пятью минутами ранее.

«Но как я мог так влипнуть?» – крутилось у меня в голове, эта мысль просто сводила меня с ума. Я почти уже прошел до конца дома, как навстречу мне вырулили человек пять. Веселая компашка из пяти пацанов, на вид лет так 19—20, лихо двигалась в мою сторону. Поравнявшись со мной, один из парней дернул меня за юбку.

– Привет, красавица, далеко собралась?

– Давай с нами, – поддержал его друг. И стали меня пихать.

– Ух, ребята, – обрадовался я. – Вот вас-то мне и не хватало! Теперь я знаю, на ком злость спущу.

Недолго думая я заехал одному с ноги в челюсть, приняв боевую точку, раскидывал я их как котят. Пока не услышал вой сирены и не увидел, как из патрульной машины выбежали полицейские.

– Ну и что у вас тут происходит? – поинтересовались они.

– А что, не видно? – прикрывая один глаз, отвечал парень. – Бьет нас и фамилию не спросила.

– Девушка, что же это вы хулиганите? – поинтересовался страж. – Придется с нами в отделение проехать, протокол составим, штраф выпишем.

Я летела как угорелая. Подбежав к соседу и выяснив обстановку, я отправилась с ним. По дороге полицейские только и качали головами:

– Что же вы невесту одну в такое время погулять отпускаете. Она вон на людей набрасывается. Парней обидела.

– А вы хотите, чтоб я один страдал?

– Зараза, молчи лучше, – зашипел на меня сосед.

– Девушка, – начал страж. – Ну что же вы такая злая? Вас ведь замуж никто не возьмет.

– Да! – поддакнула я. – Так и будешь ходить старой девой. А я то теперь парень хоть куда – и в сорок жених.

– Ах ты стерва! – накинулся на меня сосед.

– Какие-то странные обзывательства, – почесал голову полицейский.

Мы прибыли в участок и уселись на допрос. Сосед давал показания.

– Значит, парни сами стали к вам приставать? – уточнял начальник.

– Да.

– А вы решили дать отпор. Смело. Вы знаете карате?

И не успел сосед ответить, как в кабинет ворвалась мама и с криками «Где мое беззащитное дитя?»

набросилась на стража порядка.

– Женщина, успокойтесь, – пытался он от нее отбиться. – У вас, блин, это что, семейное – мужиков лупить? Сядьте, идет допрос. Так, продолжим. Так вы владеете боевыми искусствами?

– Нет, – влезла мама. Сосед пристально посмотрел на меня и ехидно улыбнулся.

– Карате и дзюдо в совершенстве.

– Охренеть, – упала со стула маманя.

– Хорошо, идем дальше. Ваше место работы?

В комнате воцарилась тишина, все поглядывали друг на друга.

– И долго молчать будем? – сосед разозлился не на шутку. – Ну и где я работаю, блин? – заорал он.

Я всполошилась.

– А, ты трудишься в фармацевтической компании провизором, – выпалила я.

Мама пристально посмотрела на меня, потом на соседа.

– А вы что, без подсказки жениха вспомнить не можете?

Мы все молчали. Полицейский продолжил:

– Где вы отрабатывали боевые навыки?

– В армии.

– А я где в это время была?! – завопила мама и хлопнула себя по коленям.

– В цирке, очередное представление смотрела да к клоунам приставала, – одернула я ее за рукав.

– А ты о цирке как узнал?

Я вспомнила, что теперь выгляжу мужиком, и быстро ретировалась:

– Лиза рассказала.

– И когда она только успела.

– Да пока с лестницы катились, только о вас и говорили.

Полицейский стал уставать, его мозг, видимо, не был рассчитан на таких нестандартных личностей, как мы.

– Продолжим, – потирал он лоб. И повернулся ко мне: – Может, вы свою невесту обучили? Вы знаете боевые искусства?

– Знает-знает, – хмыкнул сосед. – Он их и преподает.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.