Корпоратив
Девять Жизней

Валентина Спирина Редактор

Валентина Спирина Дизайнер обложки

Валентина Спирина Корректор

© Валентина Спирина, дизайн обложки, 2018

ISBN 978-5-4496-0638-9

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Все произведения и фотографии в сборнике изданы с согласия авторов, защищены законом Российской Федерации «Об авторском праве» и напечатаны в авторской редакции.

Материалы для обложки взяты с сайта pixabay. com

Предисловие от редактора

Доброго времени суток, дорогие читатели!

Сегодня не будет, ставшего уже традиционным, обзора. Сегодня авторы будут сами за себя.

А мне хотелось бы подвести итоги уходящего года…

Этот год выдался очень насыщенным в плане новых событий, одним из которых и стало создание группы «Территория Творчества» и проекта «Девять Жизней». В рамках этого проекта вышло почти 30!!!!! сборников. Представляете? Это очень здорово. Почти 50 авторов стали постоянными участниками проектов.

Огромное спасибо хочу сказать нашей . Если и есть на свете вечный двигатель, то это – она. Источник солнечной энергии, от которой я заряжалась на протяжении всего года. И, конечно, огромное спасибо ей за проекты: Девять Жизней – Детям, Дуэт, журнал Луч Светы. Спасибо, родная, за то, что ты у нас есть. Светлане Королевой

Есть еще один человек, которого не могу не отметить персонально – . Источник вдохновения. Талантливый музыкант, поэт и невероятной души человек. Надежный, как швейцарский банк. Человек, на которого можно положиться в любой ситуации и быть уверенным, больше чем в себе. Он ничего не забудет, не пропустит и всё, что обещал – будет сделано точно в срок и на самом высоком уровне. Я благодарна судьбе за то, что свела нас во всемирной сети интернета. Marcus Denight

И, конечно же, большое спасибо всем авторам, которые принимали и, надеюсь, будут и в дальнейшем принимать участие в наших проектах.

Ребята, дорогие мои, вы – лучшие из лучших. Каждый из вас – личность, индивидуальность. Помните всегда: главное в любом проекте, будь то конкурс или сборник, главное лицо – автор! Без вас всё это не имеет смысла. Пишите, творите и в вытворяйте!

Мира вашему дому, здоровья и счастья вам и вашим близким и родным.

С наступающим Новым Годом и Рождеством!

С любовью, ваша Валентина.

Валентина Иванова

https://vk.com/nevestavetra72

Ваша Валентина.

Совсем скоро откроется дверь в новый год и в нашу жизнь ворвётся, весело хрюкая, свинка. Очень надеюсь, что наступающий год такой же богатый на хорошие новости и дела.

Моим детям и внуку хочу пожелать здоровья, внутреннего комфорта и жить в согласии с собой. Вы – моё всё.

Моим родным – сестрам, племянникам и племянницам – счастья, терпения, денег, любви. А главное – здоровья.

Я люблю вас, вы же это знаете.

Дорогим подружкам – любви до небес! Чтобы вас носили на руках, чтобы любили вас и в горе и радости, в болезни и здравии.

Дорогому человеку… Счастья. Нет, не так… С Ч А С Т Ь Я! Вот так.

Пожалуйста, будь счастлив, несмотря ни на что.

Читателям – мирного неба над головой, здоровья и любви.

«Люблю… Люблю, когда звёзды касаются твоих волос и они светятся так, словно ты добрый волшебник…»

Люблю… Люблю, когда звёзды касаются твоих волос и они светятся так, словно ты добрый волшебник…
Люблю… Когда океан поёт песни, придуманные, написанные тобой в тишине зимней ночи.
Люблю… Люблю, когда ты с улыбкой, спокойно и рассудительно принимаешь за нас обоих решение.
Люблю… Люблю тебя, как чайка – океанский простор – обнимает его крыльями и от счастья кричит.

Люблю. Люблю, даже молчание твоё, даже слова твои, порой, отчужденно-холодные-безразличные.
Люблю… Люблю так, что без тебя даже холода снега не ощущаю, не чувствую.
Люблю.. Люблю каждое признание твоё. Пусть самое скромное, лаконичное.
Люблю… Каждый стих твой не мне, но нахожу в них строчки для себя – самые вкусные.

Люблю… Люблю даже ссоры с тобой, вернее – недопонимание и недосказанность.
Люблю. Пусть даже вопреки разуму и внутреннему голосу, что шепчет – «тебе всё кажется».
Люблю… Ибо, чем-то таким, неведомо-сильным к тебе прикована, привязана.
Люблю. Просто люблю. Просто потому, что ты есть. И ты – часть души моей. Самая важная.

«А ты особенный…»

А ты особенный…
Хочется избежать шаблона и не говорить – не такой, как все.
Ты – робкий ветер с самыми нежными снежинками.
Ты – зимний дождь с горячими льдинками
И ты же – солнечный блик, застывший в янтарной слезе-росе.

Нет, не так. Ты особенный…
Ты – музыка, что звучит песней китов в океане,
Протяжно-тревожная с торжеством всей природной силы,
Ты – шум прибоя – такой же невероятно родной и милый.
Ты – алый парус, который приковывает одинокой души внимание.

Опять не то… Ты особенный…
Ты – мой шторм, снежная буря и ураган одновременно.
Ты ветром своим разорвал все шаблоны, каким быть должен мужчина.
Надежно-нежный, рядом с тобой не боюсь за свою спину.
Ты – вдохновение не из вне, ты во мне, внутремысленно, внутривенно.

Стоп! Нет! Это ещё не всё. Ты особенный…
Ты – звездное небо, которое потрогать нельзя, но смотреть можно бесконечно.
Ты – моё личное созвездие, которое вижу лишь я одна
И ты – самая громкая, кричащая, но такая желанная тишина,
Которая будит во мне много самых разных чувств, но главное из них – человечность.

«Там, где зима качается на ветках…»

Там, где зима качается на ветках,
Сиреневый закат скользит по льду,
Письмо, забытое любимым человеком,
Однажды обязательно найду.

Там будет пара строк всего – немного.
Но главное сумею прочитать:
Ты очень дорога мне. Ради Бога,
Давай не будем нашу дружбу рвать.

Да, не любил тебя, как ты хотела,
Но чувства, что живут сейчас во мне,
Касаются души твоей. Не тела.
И эти чувства дороги вдвойне.

Последние слова накрыли тени
Деревьев, спящих в зимней тишине.
Я варежкой, с рисунками оленей
Ответ писала: «Помни обо мне…»

Стояла на коленях среди поля
Душою слушала мелодию зимы.
Твоя. Пусть не любимая тобою
Стихами для тебя писала сны.

«Серое небо, как старый от времени лист …»

Серое небо, как старый от времени лист —
Сколько в нем памяти, грусти и серой печали,
Нежность не сказанных слов и сухое молчание.
Пепел небесный моих, долгой жизни, страниц.

Серые сумерки в сером холодном окне,
Кружево листьев на ветках – символ надежды —
Что будет весна и душа запоет и, как прежде,
Крыльями теплыми рифма вернется ко мне.

Серая грусть разливается речкой в доме,
Серым от холода сердце застыло – в коме.
Лекарство – одно. Но мне недоступно оно.

Нежностью слов легко можно сон разукрасить,
Прикосновением нежным вернуть моё счастье.
Но серое небо по-прежнему смотрит в окно.

«Сердце в горле. Луна на небе. Боль – по всему телу, как от тысячи иголок. Всё нормально. Всё на своих местах…»

Сердце в горле. Луна на небе. Боль – по всему телу, как от тысячи иголок. Всё нормально. Всё на своих местах.
Слова комом. Мечты – белый лебедь. Счастье недолгое. И закончилось банально, превратившись в прах.

Слезы – градом. Прошу, не надо. Не жалей меня. Виновата сама. Фантазерка наивная. Счет! Нет, не надо сдачи.
Ты не рядом. Вдохновение было наградой. Без стихов ни дня. А за окном зима. Такая длинная. Капелью плачет.

Холод по венам. Что же мне делать? Писать стихи, всю боль, по букве в них выливая. Пока не отпустит.
Сны мои белые. Откровенно-смелые. За мыслей моих грехи, жертвы юдоль – обойдешься без рая. И уже без чувства.

Переживу – справлюсь. Время пройдет и станет однажды легче. Не сразу, конечно. Терпи. Терплю. Стараюсь.
Бессонницей маюсь. А время – вперед. Говорят, что оно даже лечит. Калечит. Душа горит. Вою в ночи. Перерождаюсь.

«Твой номер – два. Запомни навсегда. Запиши на лбу. Фломастером…»

Твой номер – два. Запомни навсегда. Запиши на лбу. Фломастером.
А лучше – сделай татуировку, чтобы не смыть никогда. Ибо, это твоё клеймо.
Всё, что есть у тебя – слова. Стихи в гробу. В этом ты, безусловно, мастер.
Какой момент неловкий. Слова – вода. Уже утекли. А ты новое пишешь письмо.

Твой номер – два. Хочешь, табличку тебе подарю. Сам из фанеры сделаю.
Краской на ней напишу – вечно вторая. Смирись и не вздумай дергаться.
Где была твоя голова? Отнесла вместе с чувствами к алтарю. Моль серая.
И теперь через раз дышу, чуть живая. Буквы, строчки слились – строят рожицы.

Твой номер – два. Красными флажками огорожена твоя территория.
Алые пятна мелькают в глазах, словно кровь на снегу. Опасность!
Всё, что было у тебя – слова. Ты, конечно, гениальный графоман, но не более.
Есть ещё что сказать? Ну говори, а я побегу. Меня ждут. У меня своё счастье.

Мой номер – два. Но единственная в своем роде. Ибо двух таких дур мир не выдержит.
Баба-мотылек. После этих слов уже можно смеяться. Смейтесь на здоровье.
Но у меня есть дар. Любовь за мной по пятам ходит, напевая – над пропастью во ржи.
В одной руке семечек кулек. В другой – платье паяца. И хохочет над собственной болью.

«Я люблю тебя…»

Я люблю тебя…
Как морская волна ласкает, солнцем опалённый берег,
Слизывая песчинки, чтобы не причиняли тебе лишнюю боль.
И пусть мы слишком далеко и, может быть, ты не веришь,
Что на свете существует вот такая – нереальная, но любовь.

Я люблю тебя…
Как гладит ветер весеннее поле, с примятой после зимы, травой.
Дыханием нежным поднимая стебель каждый, к жизни его возвращая.
И не важно, что ты далеко и совсем не мой и сердцем с другой,
Я просто люблю, потому что то есть, и ты частичка моего личного рая.

Я люблю тебя…
Как птица выбрала дерево для будущего своего гнезда,
И по веточке, прутику медленно вьёт своё тихое счастье.
Я знаю, есть и для меня на небе единственная одна звезда,
Которая светит лишь мне и пока я люблю, она не погаснет.

Я люблю тебя…
Как комета, летящая через космос, к известной только ей, цели.
Сгорая с каждым километром, пройденного ею, пути.
И потухнет в конце пути, уткнувшись в милое плечо-землю.
Но это будет потом, а пока, сияя от счастья хвостом, она летит.

Я люблю тебя…
Мой полет продолжается полгода – невероятное чувство.
Крылья-рифмы мои выросли до размеров горизонта.
Пусть любовь без ответа, но сердце моё горит. В сердце не пусто.
Я лечу… А с крыльев вниз осыпается звездная пыль-позолота.

«Мой океан сегодня молчалив…»

Мой океан сегодня молчалив…
Ни ветра слов, ни волн под звуки скрипки,
Ни искры молний, ни грозы-улыбки,
Лишь тишины насмешливый мотив.

На глубине, рождается мой стих,
Жемчужины-сердца и рыбы, словно мысли,
И хором, в унисон поют – единственный,
Твой самый главный в океане этом риф.

Мой океан уже совсем не мой,
Я не спешу к нему. Иду домой,
Где холод одиночества постели…

И берег мой, увы, не для меня,
Набеги волн следы не сохранят.
Оставив контур творчества Гварнери.

Marcus Denight

https://vk.com/marcusdenight

Ваш Marcus Denight

Дорогие мои…

Провожая уходящий год, хочу сказать.. Нет. Не так. Я очень многое и многим хочу сказать следующее…

Мама, я знаю, что ты увидишь и прочитаешь… Милая, любимая, дорогая моя… Ты – солнца свет, самый верный мой читатель и слушатель, ты – друг и соратник. Я, конечно, скажу тебе всё это сам, лично и не раз и не только за праздничным столом, но и в любой будний день. Просто подойду, обниму за плечи и скажу самые теплые слова. Я желаю тебе здоровья на долгие-долгие-долгие годы. Это главное. Все остальное – суета сует.

Моей любимой женщине… Спасибо, что ты есть у меня, что принимаешь меня такого, какой я есть – со всеми достоинствами и недостатками. Спасибо, что в наше время глобального цинизма ты всегда рядом со мной ни денег ради, ни ради выгоды, а просто потому, что есть чувство, которое нас связывает…

Моим дорогим друзьям… Друзьям в реальной жизни и друзьям, которых я обрел в сети – спасибо за ваше внимание к моему творчеству, за дружбу и общение, за улыбки и критику, за помощь и подсказки. Я всегда чувствую вашу поддержку и даже когда кажется, что всё не очень хорошо, вы снова и снова доказываете мне обратное.

Читателям и слушателям – поклонникам моего творчества… Читайте стихи и слушайте музыку – не только моего творчества, но и вообще – стихи и музыку. В них сокрыта невероятная сила, способная будить тысячи людей, проникать в самые потаённые уголки души и пробуждать светлые, добрые чувства и эмоции.

И в новогоднюю ночь давайте поднимем бокалы за здоровье родных, за любовь, дружбу и творчество.

Будь летний день – без зноя и тоски,
А тучный свод – окликни неба высь!
И вновь жасмин раскроет лепестки,
К нему неспешно сердцем прикоснись…

Ты светишься радостью – искренней, прежней,
В неистовом зареве воспоминаний.
Нет мысли отрадней, нет дали безбрежней,
Нет памяти ярче, нет счастья желанней.

Живём, не замечая мелочей
Таких, как свет, струящийся вокруг,
Но станет хладный камень горячей,
Ведь в новом дне – и новый смысл, мой друг…

Декабрь. Сонет

Тепло и смысл пытаясь отыскать,
Среди дорог заснеженных, пологих
Идет декабрь – с ним неба благодать.
И рассыпает хлад объятий строгих.

Как приумолк озябший темный лес
Вдали такой покинутый, притихший,
Но все следы и тайны сохранивший
Двенадцати пронесшихся чудес.

И неизменно месяцев число.
Ведь чему быть – то и произошло,
Не повернуть уже былое вспять.

Душа, взметнувшись, чувство обретет,
Приблизится неслышно Новый Год —
Вновь суждено лишь терпеливо ждать…

Белый снег облаков, охваченных ветром – словно стая птиц, возвращающихся весной. Произрастая из отдалённых уголков горизонта, приближаются они, неся свои белоснежные оперения. И уносятся дальше, незаметно тая, превращаясь в полупрозрачную, нежную дымчатость…

«Вдохнув снежинок аромат…»

Вдохнув снежинок аромат,
В обители Зимы морозной —
Как безмятежен станет взгляд,
Глаза укроет дымкой слёзной,
На миг отринутых преград…

В объятьях вьюги, улетят
Песчинок снежных мириады,
Миг сей волнующей отрады,
Прохладной, ветреной услады
Седые звезды возвестят…

И в стройных рифм лучистый ряд,
Немые мысли тонкой строчкой,
С неодолимым многоточьем
Овладевая днем и ночью,
Преобразиться поспешат…

Мир белым серебром объят,
Вдохнув снежинок аромат…

Беззвучный холодок Зимы дарил искрящуюся нежность, иссиня полыхала свежесть, отодвигая тяжесть тьмы…

«Вновь суждено лишь терпеливо ждать…»

Вновь суждено лишь терпеливо ждать
И в полосе событий бесконечной
Томления никак не избежать,
Но предаваясь радости беспечной

Так иногда внезапно ощущать
Всю гладь полей, лучами обогретых,
Словно вернуться в прожитое лето
И в нем забытый облик отыскать.

Как долог строк волнующий рассказ,
Как все глубины памяти потряс,
Несет с непостижимой быстротой.

И скрытый возглас пусть в себе таит
Воспоминаний разноцветный вид,
Но только в сердце счастье приоткрой…

У света не ищи теней, не зри в сиянии знаменья, они – важнее всех вещей, всей сути предопределенье…

«Был зимний день. В своей среде…»

Был зимний день. В своей среде
То осыпал столь частым снегом,
Прохлады ветреным набегом
Шумливо царствовал везде.

То открывался солнца взор,
Меж облаков вдруг разведенных,
Словно стихий двух разделенных
Шел незаметный разговор.

Но был и образ. Меж снегов
Он только дважды показался,
Надолго в памяти остался
Фигуркой из вчерашних снов.

И брезжил легким силуэтом
В черте вечерней и дневной
И стал заветною мечтой,
Моим неведомым расцветом…

Был зимний день. В своей среде
То осыпал столь частым снегом,
Прохлады ветреным набегом
Шумливо царствовал везде…

Целый мир в объятиях души трепетной и одухотворённой… Бесконечна жажда непознанных истин, как и долгий путь без тени завершенья…

«И невесомо-быстры облака…»

И невесомо-быстры облака
С живых небес причудливого знака —
Над миром проплывают свысока,
Лишенные и холода, и мрака.

То серы, то белы в пути своем —
Они подчас невиданно красивы,
Соединяясь в длинные массивы,
Растают или выльются дождем.

Ведь с высоты небесного окна
Мгновениям изменчивость дана,
А чудеса обманчивы и мнимы.

Но Время все уносится вперед —
Потоки бурных и прохладных вод
Нещадным ветром издавна гонимы…

Грезить изо дня в день о недосягаемом – частая, закономерная повседневность. Но то ли мнимое предстаёт по-настоящему желанным?…

Зимнее…

Морозным утром светится земля.
Словно взмахнула лапою пушистой
Седая ель. И смолкли тополя
Над кромкой снега в белизне искристой.

И ночь светлей до самого утра
На фоне дали ветреной и чистой,
В черте небес иссиня – серебристой
Звенит прохладой зимняя пора.

И стынут звезды в предрассветной мгле,
Мечтая об утраченном тепле,
Заря заполоняет горизонт.

И отшумевших чувств былая суть
На миг способна жизнь перевернуть,
Вновь провожая уходящий год…

Уйти от мира, но не от себя самого. Лишь суметь погрузиться в сокрытое – осязать, ощутить его корни, истоки, ускользая к влекущему и заветному – родникам озарения…

Следы на снегу

Пойду – следы оставлю на снегу.
В ладонь насыплю горсточку снежинок,
К седым вихрам заснеженных травинок
От суеты назойливой сбегу.

Воспоминаний ворох навлеку
На лист души, исчерканный годами.
Свет белизны, хрустящий под ногами,
Нагие клены смотрят на реку…

На горизонте замер серый лес,
Роняет солнце предзакатный блеск —
Не налюбуюсь на своём веку…

Зовущей дали незабвенна суть!
Переходя на бег, продолжу путь,
Свои следы оставив на снегу…

Через ушедшее постигается вся краткость и мимолётность красок окружающего мира. Зыбок и расплывчат силуэт дали. Но сколько в нём прелестного и недосягаемого. Прекрасно то, что не постичь, не объять до конца. Неизведанность – вот стихия, пробуждающая познание, с ней – её влекущий зов…

«Даль навевала размышленье …»

Даль навевала размышленье —
И наяву, и в полусне
Внезапно память оживляя.

И проступало озаренье,
Напоминая о Весне,
Надежду в сердце поселяя.

И на заре, и на закате
Пылал беззвучно горизонт
И лицезрел небес дыханье.

Неповторимых восприятий,
Недосягаемых высот
Была полна стезя познанья…

Мир паутины безудержно выхватывал у начинающегося заката длинные и безукоризненно тонкие линии ветвей. И, воспылав, устремлялись прочь, уносились все мирские мысли: дабы расстаться с чуждой им стихией. Наконец осталось лишь таинство безмолвия парящих ветвей в царстве безмолвного, полыхающего зарева…

«Моя Любовь плывет над этим небом …»

Моя Любовь плывет над этим небом —
Из года в год кружится над землей,
И под дождем, под градом и под снегом —
Незримая, витает над Тобой…

Жизнь по глотку неспешно проживая,
Не надышаться памятью былой.
И пёстрых мыслей трепетная стая
Парит в душе весеннею порой…

Я жду Тебя с закатом и с рассветом,
Взгляд устремив на горизонт живой.
Святой Весной, обетованным Летом
И Осенью, и трепетной Зимой…

Пусть безучастно и безмолвно Время —
Сияет даль – объята вновь зарей.
Отринув грусть и давние сомненья,
Я уношусь к Тебе, Моя Любовь…

…Моя Любовь плывет над этим небом —
Из года в год кружится над землей,
И под дождем, под градом и под снегом —
Незримая, витает над Тобой…

Написанное на бумаге лишь в малой степени отражает то, что единожды является перед мысленным взором, неожиданно сверкнув и погаснув. Так рождается сокровенное…

Гимн Четырём Ветрам

Северный Ветер плывёт над простором земным,
Он неприметен, cловно невидимый дым,
И не подвластен ни Солнцу, ни дальним морям,
Матери Розы скрижаль – его призрачный храм…

Вслед Ветер Южный парит над вершинами гор,
Сквозь облаков бесконечный белесый узор,
Ночью на звёзды он дышит далёким теплом,
Розы Ветров перекрестье – его давний дом…

Западный Ветер – странник безбрежных полей.
Шумно колеблет смятение трав и ветвей,
И, устремясь в безмятежность сиреневых скал,
В давней обители Розы приют свой снискал…

Ветер Восточный приносит дыхание дюн,
Видел он множество солнц, убывающих лун —
Нежно колыша размытую, зыбкую даль,
Вновь возвращается к братьям в родную скрижаль…

Солнца безмерно прекрасный очерченный нимб —
Я воспеваю Ветров Четырёх светлый Гимн…

Когда солнце скрывается за горизонтом – вместе с ним покидают землю радужные родники ускользающего зарева заката, темнеющим и надвигающимся мраком словно

заметая следы мимолетного пребывания своего…

Светлана Королева

https://vk.com/svetikkoroleva

Любовь долготерпит, милосердствует, любовь не завидует, любовь не превозносится, не гордится, не бесчинствует, не ищет своего, не раздражается, не мыслит зла, не радуется неправде, а сорадуется истине; все покрывает, всему верит, всего надеется, все переносит.

Любовь никогда не перестает, хотя и пророчества прекратятся, и языки умолкнут, и знание упразднится.

Первое послание к Коринфянам святого апостола Павла

Новый год приближается… А вместе с ним и ощущение новой жизни: не испитой, не разбитой, не испепеленной… И сколько бы вам не было лет – этот вкус чуда, вкус жизнеутверждения, вкус заповоротной неожиданности не исчезнет! И Слава Богу! Для этого нам и даны эти ежегодные, гирляндамиглядящие праздники! Для полноценного счастья! Для свежего дыхания в настроении!

Конечно, в детстве – Новый Год – это смесь сладких подарков, папы с дедморозовой ватой на лице, возможность не спать после десяти вечера. И, опять же, это чудо!

Мы в душе – все те же весёлые капризульки, все те же озорные малыши, втихаря снимающие конфетки с ёлки, все те же маленькие человеки, смотрящие на мир с восхищением, удивлением и интересом! Так вспомним же себя – детей хотя бы в эту волшебную, самую потрясающе-сверкающую новогоднюю ночь!

«А твой мужчина будет очень счастлив от того, что ты ТАКАЯ! Такая – до малейшего взмаха ресниц…»

А твой мужчина будет очень счастлив от того, что ты ТАКАЯ! Такая – до малейшего взмаха ресниц,
До изящного изгиба кисти,
До едва уловимого поднятия вверх уголком губ,
До сладкого шума дыхания.
А твой мужчина – это не презент из рая.
Это жизнь. Со всеми взломанными нормами-границ.
Серебряный снег, спадающий хлопьями-фатой на прошлого-листья.
И в сердце-радостью – каждый стук.
И слово каждое – как жизни – влюбленновечное признание.

А твой мужчина – это дом,
В который хочется возвращаться.
Приходить в любом состоянии.
Уставшая, свежая, бодрая, ворчащая, сладкая.
Болтливая слишком или золотохранящая молчанием.
И ты – секундой каждой – искренняя импровизация.
Какая есть – в любом желании.
Горчишь. Грустишь. Волной безумствуешь. Иль шоколадкою.
Грохочешь нежной глупостью иль припарируешь знанием.

И никаких тревог, сомнений, душевных и нечаянных мук,
Догадок-совести и на пустыре-переживаний-разума.
А твой МУЖчина – отражение. Всё и сразу:
Защитник, правая рука, любви-хранитель, сердца-адвокат и друг.

«Те, кто говорит, что счастье хрупко…»

Те, кто говорит, что счастье хрупко,
Не встречали его, видимо, вовсе…
Лишь чеканно-наигранно буквы плевали для сочности-мысли,
А мечты их, наверное, в вечном «потом» скисли,
И желания укоренились в туманном «после»,
И вместо парома-любви – выживание-шлюпка.

Я была среди тех, кому сердце не говорило,
Кому каждый день – лишь деталь с конвейера-мира,
Для кого – рассвет не являлся Великим Чудом.
А теперь… Наслаждение каждым особенным утром!
А теперь – душа в роли «пилота», не пассажира,
А теперь – до тебя- каплями в прошлое утекло с пометкой «было».

А ведь счастье – не хрупко! Оно – фундамент жизни, её основа.
Что бы не случилось – внутри – только счастье фоном,
Как тепла источник неиссякаемо-яркий.
И с небес на нас – благодарных судьбы – подарки,
И секунда – словно восхищение новорождённым,
Каждый миг – удивительно-радостный и вдохновенно-новый.

«Осталось дослушать прелюдию и вот оно… Счастье!..»

Осталось дослушать прелюдию и вот оно… Счастье!
Осталось буквально пару шагов,
И океан-мечты разольётся,
В ладони с неба посыпятся звезды-желания…
Ну.. А пока камнями внизтЯнущая тоска и безтебявыживание,
Ну, а пока до весны ещё ждать солнце,
Ну, а пока у серо-холодной разлуки мы в пасти.

Я знаю, Бог терпел. И велел тоже самое нам.
Не торопить мгновение, без суеты, тревог и ревущей-печали.
Спокойно ждать, словно моря-прилив-сил,
И все исполнится, что бы ты ни просил,
И всё напишется на судьбе – скрижали,
Осталось только вверить себя небесам.

Я знаю, знаю… Но так просыпаться без тебя тяжело,
Не слышать родное дыхание, не говорить молчаливым взглядом,
Вставать-по будильнику. Вовсе не от поцелуев.
Когда ты со мной, любимый, то каждый миг – неописуем,
А мир замирает вокруг, когда ты рядом,
И мимо – спицывставляющее зло.

«Надо же… Как Любовь наполняет Жизнью секунду каждую…»

Надо же… Как Любовь наполняет Жизнью секунду каждую,
Как отсеивает всё бегущее и неважное,
И выстраивает уютное счастье личное, многоэтажное.
Надо же…

Надо же… Сколько искренних чувств взаперти доныне сидело,
Сколько мечт-желаний – в зрительном зале несмело…
А теперь – полной грудью, взаимно-теплым взглядом и как никогда цЕло.
Надо же…

Надо же… А казалось – мира-богатства нужны, успех, слава, карьера…
И карманы тугонабитые. Вечнопраздничная атмосфера…
А богатство – оно в любви. Это истины главная мера.

«Сколько дорог истоптано…»

Сколько дорог истоптано,
Сколько вымощено тропинок на улицы «нектебе»,
Сколько мелодий мимо нот и мимо судьбы невпопад сказанные слова…
Все до тебя – бессмысленным опытом,
Дни до объятий твоих – листья, опавшие в октябре…
Милый, единственный, КАК я тебя ждала!

Верилось в то, что руками трогаешь, с доказательством.
В то, что наглядно, цЕло, ярко и перед носом.
В то, во что каждый со всей разумной ответственностью верует. Фактами догола.
Ну, а теперь не верится даже в предлагаемые обстоятельства,
Вместе – нектар любви. И за рУку – если со всех фронтов – занозы.
Милый, единственный, как я ТЕБЯ ждала!

Каждый, пускай самый крохотный и неприглядный угол мира – возле тебя – ДОМ!
Взглядами передаем друг другу Божественные послания,
Каждая ночь – чувствами нашими искренними светла…
Катится, варится, кружится сам по себе мимобегущий мир, когда мы вдвоем,
И исполняются самые потаенные, глубоко закопанные желания.
Милый! Единственный! Как я тебя ЖДАЛА!

«Держи… Вот тебе минута золота. Мгновение, которое прожить от вдоха и до выдоха…»

Держи… Вот тебе минута золота. Мгновение, которое прожить от вдоха и до выдоха.
Без суетливо-мелочных дрожаний. Без завтраков, отложенных на завтра.
Без обещаний самому себе. Мол, как-нибудь мне будет это дорого.
Ну, а сейчас, помучаюсь немного с жизнью – вывихом,
С тоской-надежд, вагонами – безликих оправданий,
Где правит пластилиновая правда.

Держи! И что намерен делать ты? С одной минутой истины, с минутой – только лишь тебя.
Представь, в ней видно всё. И даже за границы вся. Ни масок и ни голосов – навязанных.
Готов ли телом, сердцем и душой – в просторы вечной красоты?
Не той, земной, которой сладко эго выстлано.
И больше не имеет смысла то, что сказано.

Ну, а теперь пойми, что каждая минута – золотая. И разделения на «до» и «после» нет.
И нет влиятельных перстов, что свысока пути рисуют картами твоих шагов.
И если ад внутри с моментами еле живого рая,
И если где-то брезжит тусклый, но тобой-зажженный свет.
Есть шанс огромный – в океане мнений в лодке-сердца и до любимых берегов.

«Я даже во сне пишу нашу жизнь стихами…»

Я даже во сне пишу нашу жизнь стихами,
Рисую дыханием, сладкими снами маню Вселенную.
Разлука – в любви – ерунда эфемерно-тленная.
А расстояние – сокращается километрами чувств – нами.

Я даже в быту повседневном – вижу твои руки,
Заботливо из магазина несущие сладости,
И нежно-нежно. Ласково. Искренне. Радостно
Рядом с тобой. В солнце палящее иль в зубоскалие-вьюги.

И как же тебя мне хочется ждать с работы!
Уютно суетиться на кухне тёплой и маленькой,
А в сердце моём – растаял снег, и весенней проталенкой
Следы любви. А в душе – беззаботность субботы.

Какое же счастье – любить и любимой быть!
До самых мельчайших деталей, привычек, чёрточек, слов.
Какое же счастье… Какое невероятное счастье – жить!
И в каждом Богомотмеченном дне – ощущать Любовь.

«Первое декабря! С Зимой тебя, любимый!..»

Первое декабря! С Зимой тебя, любимый!
Это такая радость, ведь мы на один шаг ближе к нашей Весне!
Через одну Осень перешагнув навстречу друг к другу,
Вырвавшись из суетливого-бега-по кругу.
Только за рУку, только рядом. И не взирая на острые иглы извне,
С счастьем идём. Искрометно-неповторимо!

Первое декабря! За окном минус шестнадцать всего-то.
В сердце – дельфины и море со всеми оттенками неба,
Пальмы с кокосами спелыми, белый мягкий песок.
Ведь без души мир – резок, уныл и жесток,
Ведь без любви жизнь – словно из шелухи и щепок,
Ведь без крыльев-чувств не выходит полёта!

Первое декабря! Родной, так хочется мне уюта:
Домик-заснеженный, тёплый, согретый улыбками нашими,
Ёлка нарядная и украшенная заботливыми руками,
Мир… Крохотный по размерам, но всепоглощающий чудесами.
И за столом семья. Возле тебя, милый, мне ничего не страшно.
Возле тебя, любимый, будет живым каждое утро!

«Почему-то всегда пытаются любовь судить те, кто не кормил с руки даже маленькой влюблённости – птицы…»

Почему-то всегда пытаются любовь судить те, кто не кормил с руки даже маленькой влюблённости – птицы,
Кому суждено на посту здравомыслия куковать, высекать из себя статую. И в век-тенденции родиться.
Кому слово – даже и не воробей. Орёл, парящий безразличием над пропастью-суетных-будней.
Тому, кто с радостью счастье променяет на стандарт комфорта и успех-величие – трутней.

А между тем любовь – не объяснить. Она врезается в каждую клетку. Каждыми мыслями.
Живёт тобою. Дышит. Строит замки, шалаши, переплетая ад и рай.
А сверху улыбается Бог. Сидит, болтает ножками и новые сердца для выстрела выбирает,
Направив души человечьи пО ветру, словно реки горные – чистые.

И сколько времени нужно испепелить для доказательства? И надо ли? Стоит ли?
Любовь всё вытерпит и перемолит пересуды, мнения и обстоятельства против.
Есть только светлое. Самое настоящее. И на любом повороте
Есть только мы. И то, что уберечь смогли.

«Что же хочется больше всего?..»

Что же хочется больше всего?
Обнять… Просто. Молча. Не думая и не играя.
Мимо ада и мимо рая.
И в объятиях-сердца почувствовать дом. А по сторонам – ни-че-го.

Поцелуи. Сладки и медленны. Только наши. Безвременно-терпки. И секундой каждой – невероятное наслаждение.
И любовь, у которой каждая клеточка – стихотворение.
Каждый вдох – счастье искренне- светлое и без фальши.

И сплетение рук. Как единое целое. Неразрывное, сильное- вечное.
Вместе – что угодно. И как угодно. И место любое – самое лучшее. Абсолютно.
Если вдвоём, то и ветер всегда попутный.
Если вдвоем, то кружится время довольное-быстротечно.

Что же хочется больше всего?
Прижаться, обнять, растворить себя в тишине самых родных рук,
Разорвав навсегда эту тяжесть съедающих изнутри разлук.

«И каждый Божий день писать стихи…»

И каждый Божий день писать стихи…
О том, что жизни-соль – не в том, чтоб правилами быть.
О том, что каждая секунда – оборвется, словно нить.
О том, что важно верить сердцу, а не верноподданными слыть.

И каждый Божий день молоть грехи…
Жевать вчерашнее, готовить завтрашние слезы,
Переливать цунами-недосказанности-прозы,
Гноить-гноить в себе тревоги и сомнения – занозы.

А если каждый Божий день – чтоб именно по-божьи?
Рассвет – улыбкой чистодушной. Самое родное – рядом.
Внутри – все струнки. Все цветы. Парадом
Каждый вдох. И жизнь живая каждым взглядом.

«Милая… Ещё несколько стихов, и Он будет рядом…»

Милая… Ещё несколько стихов, и Он будет рядом.
Ещё одна ступенька, и Он сидит на вашей кухне
Улыбается, а взгляд игриво из-за книги, словно солнца-луч.
Милая, и больше никаких тревог-разрушенных и боли-туч,
А старый безлюбовный мир рассыпется и рухнет,
И ты – порхаешь и под нос мурлыкаешь, и таешь шоколадом.

Милая, любовь ведь лишена загадок, страхов и неясности.
В ней просто всё. И гениально. Ярко-живо-сочно.
Любовь – свободой веет. Ветром южным греет. И не предаёт
Ни словом и ни мыслью. Скромно, тихо, без намёков-гласности.
Любовь жива. Поэтому и все вокруг живёт,
Поет, танцует, торжествует. Не иссякнет сей источник.

Милая, ты просто будь. И будь готова. Шагами океана Он спешит,
Чтобы разлиться в жизнь твою отныне и навеки,
Чтобы с тобой. Мечтами. Каждым днем – делиться.
И пусть пока в твоих колёсах-буднях спицы,
И не смыкаются на сладкий сон упрямо веки.
А сверху Бог глядит. И он вас, милая, благословит.

«Здравствуй, мой Рим, в который вели меня все дороги…»

Здравствуй, мой Рим, в который вели меня все дороги.
Здравствуй, мой Путь!
Через туманы-ошибок, здравый смысл и чужие пороги
Шло моё сердце, отказываясь свернуть.

Здравствуй, мой Воздух! А как я дышала раньше?
Как мне хотелось вставать по утрам-ворчливым?
И каждый день начиная с душевной фальши,
Приторно-улыбаясь снаружи, внутри – ноябрём дождливым.

Здравствуй, мой Дом! Двери в котором открыты,
Окна распахнуты, и развеваются шторы – шелка на солнце,
А настроение – переливчито – александритом,
И за столом – радость души разольется.

Здравствуй, Любовь Моя! Нежность! Забота! Ласка!
Здравствуй, останься со мной навеки!
В самых простых вещах прячется сказка,
А в любви – самое лучшее раскрывается в человеке!

El Syleymanov

https://vk.com/id423050262

Дорогие наши Друзья!

Я от всей души поздравляю Вас с наступающим Новым годом! Не хочу произносить длинных пафосных речей, соревнуясь в оригинальности и красноречии, вот честно! Скажу лишь, что Новый год – это не просто праздник, это ожидание чуда, ожидание исполнения всех заветных желаний, воплощение самых сокровенных мечтаний! Ведь все мы и взрослые и дети так верим и так нуждаемся в в чудесах!

Я от всего сердца желаю Вам и всем вашим семьям здоровья, счастья и всего-всего самого доброго, светлого и волшебного! Будьте здоровы и счастливы! Любите и будьте любимыми, ведь истинное счастье, оно только в любви! Цените каждый момент, умейте видеть прекрасное в милых мелочах, и дарите все свое душевное тепло тем кого любите! С Новым годом!

«Средь бетонных и вычурных пиков…»

Средь бетонных и вычурных пиков,
Средь потока безликих ролей,
Мы теряем всю радужность ликов,
Ту, что в нас обличает людей!

Мы в плену временного аврала,
В кандалах обстоятельств мирских,
Строим жизнь по стандартным лекалам,
Под сонеты сетей цифровых!

Тяжким спринтом проносятся вехи,
Как сюжеты для карикатур,
Измеряются в век наш успехи,
Лишь количеством грязных купюр!

Наши чувства сродни истуканам,
Наши души – иссохший родник,
Утешаемся самообманом,
Прикрывая пороков гнойник!

Нам соблазны плетут паутину,
Все мы в коконе тленных страстей,
Громоздят нам с трибуны доктрины,
Чужеродных безбожных идей!

Умоляю… Опомнитесь люди,
Наша жизнь, как пустынь миражи,
Свет молитвы пусть вектором будет,
Для спасенья бессмертной души!

«В каждый миг зашифрована вечность…»

В каждый миг зашифрована вечность,
Средь толпы неизведанных лиц,
Наши взоры слилИсь в бесконечность,
Стерев рамки привычных границ!

Взмах ресниц свет очей прикрывает,
Взгляд как мóря бездонный портал,
И Амур мое сердце пронзает,
И душа моя словно в астрал!

Вьются локоны темной волною,
И не сводим друг с друга мы взор,
Не знакомы еще мы с тобою,
Но пьянит уж любовный кагор!

Шепчешь имя свое с предыханьем,
Выжигая на сердце тату,
Я любуюсь прекрасным созданьем,
Что в себе воплотило мечту!

Ты Аврора моя неземная,
И пою я признаний тропАрь,
Ты мой ангел сошедший из рая,
Мое сердце… Тебе на алтарь!

В каждый миг зашифрована вечность,
Средь толпы неизведанных лиц,
Наши судьбы сплелись в бесконечность,
Даря строчки для новых страниц…

«В джунглях каменных снова осадки…»

В джунглях каменных снова осадки,
Заливают нас ночью и днем,
Мы живем будто бы в лихорадке,
Годы жизни безжалостно жжём!

Пишем в спешке мы жизни страницы,
Словно это еще черновик,
Дни свинцовой летят вереницей,
Застилая судьбины родник!

Грезим счастьем в глубинах сознанья,
В суете ежедневных забот,
Обреченно идем на закланье,
Попадая в извечный цейтнот!

Под мотивы ревущих моторов,
Создает урбан нам купажи,
В век процессоров и мониторов,
Нас пронзило забвенье души!

Нам не сгинуть бы в этой трясине,
Взоры к небу свои устремить,
Ценить время, подобно святыне,
Жить… Надеяться… Верить, Любить…

«Темнота этой ночи горька…»

Темнота этой ночи горька,
Тонет дымкой в кофейном потоке,
Лист тетрадный отыщет рука,
Чтоб изверглась тоска моя в строки!

Разлилась чтоб угрюмой рекой,
Чтобы болью до слез опостылой,
От того лишь что ты Не со мной,
И душа сродни птице беcкрылой!

Мне б с тобою сбежать от людей,
Мне б с тобою по краю планеты,
Покорять безграничность морей,
И вином чтоб в бокале рассветы!

Взявшись за руки смело в закат,
Словно птицы в лазури мечтаний,
Пусть сонаты любви зазвучат,
Под аккорды столь нежных касаний!

Выпить пряный кагор на губах,
Лепестки белой розы на ложе…
Пусть персидскою саблей судьба,
Твое имя мне пишет на коже!

Мы за гранью привычных миров,
Суета бренных дел не у власти,
Без табу и запретных оков,
Только я… только ты… только счастье!

«А мне говорили что нет настоящей любви…»

А мне говорили что нет настоящей любви,
Что жизнь не кино, а сплошная рутина привычки,
И чувства истлеют подобно истаявшей спичке,
На сердце оставив болезненно – рваные швы!

А мне наплевать… Я в омут с шальной головой,
Она – лучезарное солнце в любое ненастье,
Ведь пахнет она самым искренне-сладостным счастьем,
Став в жизни-дороге моей Вефлиемской звездой!

Когда она рядом – ладонью касаюсь небес,
Руками любуюсь и волосы глажу беспечно,
В глазах этих карих я сердце оставил навечно,
Она для меня как оплот первозданных чудес!

Мы с нею без фальши под светом небесных светил,
Целуясь, под куполом лунным гуляем по крышам,
Она как пророчество мне предначертана Свыше,
Ее всей душою навеки ведь я полюбил!

«Любить тебя… Какое это счастье…»

Любить тебя… Какое это счастье,
Армады времени несутся словно миг,
Мечты, желанья, чувства – на двоих,
С тобою мы навеки одной масти!
Любить тебя… Какое это счастье!

Любить тебя… Какое это счастье,
Зарыться б в локонов каштановых каскад,
Вкушать сумасводящий аромат,
И в жерло огнедышащее страсти!
Любить тебя… Какое это счастье!

Любить тебя… Какое это счастье,
Так запросто с тобою обо всём,
В объятиях родных – уютный дом,
Смеясь идём сквозь бури и ненастья!
Любить тебя… Какое это счастье!

Любить тебя… Какое это счастье,
Касанья как любовные псалмы,
Нет больше Я… Отныне – только МЫ…
В судьбе-мозайке собраны все части!
ЛЮБИТЬ ТЕБЯ… КАКОЕ ЭТО СЧАСТЬЕ!

«Легионами букв мысли в строки…»

Легионами букв мысли в строки,
Мои чувства… Секреты… Грехи…
Открывая Вселенной чертоги,
Воскресят мое сердце стихи!

И душа обнажённой Венерой,
Будто плачет под взглядом толпы,
Что химерою остервенелой,
Для распятья мне вздыбит кресты!

Разрывая всю ткань облаченья,
Я стихами под кожу… Под плоть…
Без наркоза и без сожаленья,
Гнойники вольнодумий вспороть!

Мои строфы – страстей карнавалы,
Голос разума в рифмах топлю,
Лишь тебе все мои мадригалы,
Чтоб прочла между строчек «люблю»!

Наталия Варская

https://vk.com/varskayanataliya

Поздравляю всех с новым годом! Так уж повелось, что все мы ждём чудес, а праздник новый год ассоциируем с переменами и сюрпризами. Так вот: пусть перемены будут только в лучшую сторону, пусть сюрпризы будут приятными и пусть чудо не обойдёт всех нас стороной.

Кто-то в новом году повстречает любовь, кого-то ждёт пополнение в семье, кто-то станет материально жить лучше, а кто-то напишет гениальное произведение. Ну пусть не гениальное, но интересное читателям и редакторам. В конце концов, не столь важно, что происходит, важно наше состояние и настроение. Желаю всем ощущения счастья, радости, гармонии!

И конечно, денег! А почему нет? Пусть у вас всех улучшится материальное положение, чтобы мысли о деньгах не отвлекали от реализации и проявления ваших талантов, от прекрасной возможности что-то создавать, сочинять, сотворять!

Заблокированные сердца

Мальчик Дима славился холодным сердцем и все называли его Каем, имея ввиду персонаж из сказки «Снежная королева».

Дима обижал младших сестру и брата, игнорировал бабушку и мать, грубил отцу. Сладу с ним не было. И было ему десять лет. Бабушка частенько возмущалась:

– И в кого он пошёл? Просто зверёныш, а не мальчик!

Маме задумываться было некогда – ещё двое малых детей на руках, а папа перед ним заискивал, так как испытывал чувство вины, потому что из-за работы не мог уделять сыну достаточно времени.

Бывало приедет бабушка в гости, и понимая, что внука надо любить, говорит слащавым голосом:

– Внучек, дай я тебя поцелую!

А Дима от неё отстраняется, нехотя подставляет щёку и быстро убегает к себе в комнату.

Иной раз хочет Дима что-то маме показать, а у той не получается даже вид заинтересованный сделать. Так и читается во всей позе:

– Ну давай скорей, некогда! А на лице улыбка искусственная.

Приходит папа с работы, бабушка и мама на Диму жалуются, а у отца выбор не велик: то ли ругать, да наказывать, то ли пообщаться по человечески.

Был бы Дима поглупее, да менее чувствительным к фальши – всё было бы хорошо. Но Дима всн чувствовал и всё замечал.

Очень бы не помешал какой-нибудь волшебник, который взмахнул бы магической палочкой и взрослые тут же бы поняли, что надо быть искренними, что их маски заметны, что надо стать самими собой и если нет времени, так и говорить, и объяснить – почему. Нет ничего дороже естественных реакций, но непременно окрашенных любовью и теплом. Пожелаем этой семье, чтобы однажды и как можно скорее, волшебник постучался бы в их «заблокированные» сердца.

Секрет гармонии

Андрей не мог слушать хорошую музыку, она его уносила. Да-да, именно уносила. Хорошую музыку от плохой Андрей отличал мгновенно, у него был прекрасный музыкальный слух, недаром за плечами у Андрея была музыкальная школа по классу фортепиано. Стоило только зазвучать качественной музыке, причём любого направления и жанра, как Андрей в ней растворялся, забывал об окружающей действительности и уносился вслед за звуками далеко-далеко. Как же потом было больно падать с этой высоты на свой диван или на табурет на кухне!

Как же невыносимо было видеть глупое лицо Адели, с которой Андрей жил уже 2 года. Адель на самом деле звали Еленой, но это имя она считала слишком простым для своей модельной внешности. У девушки были длинные ноги, длинные, нарощенные волосы, неестественно пухлые губы и большие голубые глаза, без глубины и содержания. Глаза, да и весь облик Адели походили на плоский рисунок безо всякого эффекта 3D. Столь же плоским было её мышление.

Андрей жил с этой картинкой по привычке и от того, что лень было что-то менять. Но вот музыка! Она слишком откровенно высвечивала ненатуральность сожительницы, да и вообще, как-бы тыкала носом в бессмысленность всего вокруг.

Андрей перестал слушать настоящую музыку и попробовал перейти на общепринятую попсу. Адель была большим знатоком в этой области. Она и посоветовала обратить внимание на новую звезду Стэллу. Стэлла оказалась уверенной в себе певицей без слуха и голоса, а также без смысла в текстах. Это было то, что надо. На фоне этой бездарности даже Адель казалась более естественной и содержательной.

Андрею стало легче. Вот и покончено ещё с одним мешающим жить элементом. С книгами Андрей распрощался ещё раньше. Когда-то он зачитывался классической литературой, но по мере взросления понял, что из-за этого увлечения денег ему никогда не видать. Особенно пагубно действовали произведения Достоевского. После «Идиота» и «Братьев Карамазовых» в голову лезли мысли о том, что не деньги главное, думалось о смысле жизни, о человеческих судьбах, о мироустройстве. Отринув от себя классиков, Андрей пошёл в гору. И вот теперь настоящая музыка ушла в прошлое. Жить стало проще и легче.

– Ещё немного, и можно имя сменить на Энди, например, – подумалось Андрею. Он приобнял Адель и стал смотреть Веселый Клуб. А что? Шутки, плоские, как и всё вокруг, ничто не выбивает из колеи и никуда не уносит. Наконец-то Андрей обрёл гармонию.

Выигрыш

Размечтался как-то Захар: вот бы выиграть в лотерею 300 миллионов рублей! Можно было бы родным помочь, двум сыновьям купить по квартире трёх-комнатной, у них жёны, дети, ютятся сейчас в съёмном жилье. Итого: минус 40 миллионов. Квартиры хорошие нужны, и не на окраине. Ну и своё жильё расширить не мешало бы. Вообще в центре жить хочется. Миллионов на 60 потянет. Остаётся 200. Племянникам тоже с жильём надо помочь. Племянников много, 100 миллионов улетит. Дом загородный нужен, большой, чтобы всю родню собирать. По заграницам поездить хочется. Машину новую надо купить. Катер для рыбалки тоже нужен, давно Захар о нём мечтал.

300 миллионов явно не хватало. Ладно, племянники перебьются. Дам им по 100 тысяч каждому и будет с них. Сыновьям можно и не по трёшке, а по двушке купить. Вот о часах мечтал, как у Павла Ивановича, а часы дорогущие, но с выигрыша вполне можно купить.

Жене бывшей надо бы деньжат подкинуть, всё-таки мать детей. И за Анной Петровной приударить будет в самый раз, шубу ей купить и дело в шляпе. Хотя пронюхает, что деньги есть – бриллианты просить начнёт. Ну её!

Денег катастрофически не хватало. Захар очень устал от всех этих подсчётов, просто буквально из сил выбился и когда сосед Лёшка позвал Захара к себе на рюмашку, это было как нельзя кстати. Необходимо расслабиться. Лёшке Захар не стал рассказывать о предполагаемом выигрыше и о своих мучениях, а то ещё начнёт завидовать и деньги клянчить. Поговорили о футболе и о том «до чего страну довели». Засиделись за полночь.

Утром Захар проснулся поздно, пил воду прямо из под крана. Ну какие в таком состоянии могут быть рассчёты?!

– Завтра посчитаю, – подумал Захар и налил себе полную кружку холодного пива.

Наивная Машенька

Жила-была наивная Машенька. И конечно, как водится, мечтала о принце. Встретила она его в гостях у подруги. Он танцевал только с Машенькой и так влюбился, что в тот же вечер оказался у неё дома и остался ночевать. Неделю они были неразлучны, но вдруг однажды принц исчез: на звонки и смс не отвечал, в дверь не стучался. Машенька сразу подумала, что это неспроста. Она обзвонила все морги, все больницы – нигде о принце слыхом не слыхивали.

И тут он сам объявился, вернее на один из звонков ответил: «Прости, замотался, забегался. Ты меня не ищи, я сам тебя найду». Шло время, а от принца вестей не было. Поехала Машенька к принцу во дворец. Дверь оказалась не заперта. Вошла Машенька и увидела незнакомую принцессу в полотенце и принца в одних трусах. Заплакала Машенька, а принц говорит: «Не плачь, ступай домой, я тебе позвоню.» Ласково так сказал, что поняла Машенька, что любит принц её. Видимо эта принцесса в полотенце его заколдовала и не по своей воле он с ней находился. Побежала Машенька к бабке-ведунье принца расколдовывать. Бабка что-то пошептала, свечой поводила: «Всё! Расколдован он! Жди.»

Ждала-ждала Машенька, а принц не объявляется. Подруги говорят: «Не жди ты его и не звони больше!» Но Машенька не звонить не могла – вдруг принц на такое невнимание обидится и бросит её? Подруги в смех: «Да он давно тебя бросил!» А Машенька думает: «Если бы бросил, сказал бы, чтобы отстала, больше не звонила и не писала. Он же этого не говорил. Даже на звонки иногда отвечает, что занят, мол. Значит не бросил!

И ждала Машенька принца до самой пенсии. Уж очень была наивная.

Медсестра Алёна

Медсестра Алёна, представительница, казалось бы, гуманной профессии, однажды поняла, что способна на убийство. По крайней мере, мысленно.

Началось это, когда её возраст приблизился к сорока годам. До этого Алёна была добра, весела, беззаботна, несмотря нелегкую жизнь. И вдруг она увидела вокруг себя огромное количество красивых, молодых девушек. Они были всюду – в метро, в магазинах, на улице, в поликлинике, где Алёна работала в регистратуре.

Не так давно Алёна встретила мужчину своей мечты, настоящего мужчину. Её бывший муж не соответствовал этому званию: ни гвоздя прибить, ни грядку вскопать не умел. Непризнанный гений. Он то создавал какую-то рок-группу, то покидал её со скандалом и месяцами валялся на диване в депрессии. Да и что ожидать от раннего брака «по залету» двух 18-летних людей? Через 3 года развелись, сына Алёна вырастила одна. Сейчас он живет отдельно и вот-вот женится. Наконец-то можно и о себе подумать. Тут как раз и пришёл в поликлинику настоящий мужчина Павел, и обратил на Алёну внимание, и проводил её после работы до дома. Зашёл на чай, да так и остался. Скоро год, как они вместе.

А тут эти девушки молодые на каждом шагу. Алёна представляла, как её Паша едет в метро, а вагон полон красавиц в коротких юбках. Взять бы их всех и сжечь!

И по телевизору одни девки мелькают. Хорошо, что Паша только футбол смотрит.

И вот как-то выходя из лифта, на своем этаже Алёна столкнулась с молодой, длинноногой девицей, которая открывала соседнюю дверь. Это была квартира Мальцевых, которую те сдавали, а сами жили на даче. Значит квартирантка новая. Ну спасибо вам, Мальцевы! Не могли старушке какой жильё свое сдать, или студенту тихому!

Алёна почувствовала себя, как в осаде. Враг подобрался к самому дому!

– Паш, ты соседку нашу новую видел?

– Нет, а что?

– Да проститутка какая-то поселилась, как бы заразу не подцепить.

Теперь Алёна всегда провожала Пашу до лифта и выбегала в коридор при звоне ключей.

А может намазать ручку соседской двери ядом? Или зайти за солью и сбросить эту дрянь с балкона?

И вот однажды Алёна вышла вынести ведро и столкнулась у двери с молодой соседкой. Девушка не могла попасть ключом в замок, так как вся содрогалась от беззвучных рыданий. Алёна помогла новой соседке открыть дверь и спросила: – Что случилось? И вдруг девушка уткнулась Алёне в плечо и разрыдалась уже в голос. Алёна вошла в соседскую квартиру, принесла воды, заставила выпить весь стакан и спросила:

– Тебя как зовут-то?

– Марина.

– Давай, рассказывай что у тебя случилось?

– Витя меня не любит!

И Марина поведала свою нехитрую историю о том, что она единственная дочь у родителей, которые её обожали, но воспитали в строгости; что приехала она из Волгограда, поступила в институт. Потом начала встречаться с однокурсником Витей. Как ходили в кино, а потом парень стал настаивать на более близких отношениях, а когда Марина сказала, что это только после свадьбы можно, Витя обозвал её страромодной провинциалкой и переключился на другую девушку.

Алёна испытала к этой девушки прямо-таки материнские чувства. Она гладила Марину по голове, давала советы, а когда в дверь позвонил Алёнин муж, девушка сказала:

– Только этому дяденьке ничего не говорите! Он такой строгий на вид, прямо как мой папа.

С тех пор Алёна взяла над соседкой шефство, а девушки на улице и в метро перестали казаться ей опасными. По сути все они были для нее дети.

Психолог неприкаянный

В некотором царстве, в некотором государстве жила-была Психолог. Психологом девушка стала не сразу: сначала ходила на тренинги личностного роста, а затем обучалась онлайн на психолога и получила диплом. Очень увлечена была Психолог своей профессией, ни минуты не могла прожить без того, чтобы не давать советы окружающим. Начинала она всегда так:

– Я, как психолог, рекомендую вам отпустить ситуацию…

Постепенно люди стали от Психолога шарахаться, а то чуть зазеваешься и услышишь:

– Все твои проблемы из детства. Надо в этом разобраться.

Психолога не останавливало то, что ей за советы никто не платил. Главной целью девушки было сделать мир лучше. Но земляки её не понимали.

Тогда Психолог переместилась в интернет. Она создала свою группу «Советы психолога», но почему-то за советами никто не обращался. Тогда Психолог бросилась в другие группы, а когда открыла для себя мир поэтов, поняла, что поэты в психологах особенно нуждаются. Под каждым стихом Психолог писала комментарии:

– Из вашего стиха видно, что в вас сидит боль от неразделённой любви. Вам надо отпустить ситуацию! Срочно её отпустите!

Или:

– Ваши стихи очень грустные. Это от того, что в вас живут детские обиды. Надо в этом разобраться и обиды отпустить!

Если поэты отвечали, что это всего лишь стихи, художественная литература, вымысел автора, психолог очень сердилась, но виду не подавала и отвечала, что данный человек просто вытесняет свою проблему, цепляется за ситуацию, прячет её, тогда как необходимо срочно всех простить и полюбить себя.

Постепенно во всех поэтических группах Психолога отправили в вечный бан. Тогда она переместилась в группы юмора. Там Психолог комментировала анекдоты:

– Судя по тому, что вы выложили именно этот анекдот, вас очень волнует проблема (измен, алкоголизма, отношений с тёщей, учёбы ребёнка – не важно) и вам необходимо ситуацию отпустить и полюбить себя, а также разобраться с детскими обидами.

Психолога изгоняли из группы, а она шла в другую, благо, групп юмора было пруд пруди.

Когда же все группы кончились, Психолог переместилась в пространство сновидений, стала сниться людям и шептать:

– Отпусти ситуацию, полюби себя, разберись в детских обидах!

Мудрые люди сказывали, что против таких снов хорошо помогает мантра: «Призрак бродит по Европе, призрак коммунизма». Якобы, мантра эта встретившись со словами: «Отпусти ситуацию», нейтрализует и себя, и слова Психолога. Доподлинно неизвестно, многим ли мантра помогла, но дед Пахом, старожил некоторого царства, некоторого государства, мантрам не доверял и рекомендовал старую, добрую самогонку своего производства.

Давно это было, но говорят, что призрак Психолога до сих пор бродит между людьми, появляется в комментариях и снится во снах. Чур, чур, чур!

Александр Дагай

https://vk.com/id396847488

 Недавно тост я слышал на пиру,
И вот он здесь записан на бумагу.
«Приснилось мне, – сказал нам тамада,
Что умер я, и все-таки не умер,
Что я не жив, и все-таки лежит
Передо мной последняя дорога.
Я шел по ней без хлеба, без огня,
Кругом качалась белая равнина,
Присевшие на корточки холмы
На согнутых хребтах держали небо.
Я шел по ней, весь день я не видал
Ни дыма, ни жилья, ни перекрестка,
Торчали вместо верстовых столбов
Могильные обломанные плиты —
Я надписи истертые читал,
Здесь были похоронены младенцы,
По две недели от роду, по три,
Умершие, едва успев родиться.
К полуночи я встретил старика,
Седой, как лунь, сидел он у дороги
И пил из рога черное вино,
Пахучим козьим сыром заедая.
«Скажи, отец, – спросил я у него, —
Ты сыр жуешь, ты пьешь вино из рога,
Как дожил ты до старости такой
Здесь, где никто не доживал до года?»
Старик, погладив мокрые усы,
Сказал: «Ты ошибаешься, прохожий,
Здесь до глубокой старости живут,
Здесь сверстники мои лежат в могилах,
Ты надписи неправильно прочел —
У нас другое летоисчисленье:
Мы измеряем, долго ли ты жил,
Не днями жизни, а часами дружбы».
И тамада поднялся над столом:
«Так выпьем же, друзья, за годы дружбы!»
Но мы молчали. Если так считать —
Боюсь, не каждый доживет до года!

К. Симонов 1939

«Ухнул гром, притихли мыши…»

Ухнул гром, притихли мыши,
Мы от страха еле дышим.
За окном ворчит гроза,
Тьма хоть выколи глаза…
Буря ветви древ колышет,
Что-то тарахтит на крыше,
Вспышки молний в эту ночь
Отогнали сон наш прочь.
Затаив в груди дыханье,
Видим теней колыханье,
Бликов призрачных полны
Буйства гневные грозы.
Урагана заклинанья
Вызвали воспоминанья
О животном, о былом,
Тайном, жутком и ином…

«Новый Век для порока синонимом стал…»

Новый Век для порока синонимом стал.
И для новых «скрижалей» возвели пьедестал…
Лицемерье и Алчность – в речах лжепророков,
На аренах гламурных Сатана правит бал!

Невозможно сказать что-либо новое, но всегда есть возможность рассказать о старом по новому!

«Не сотвори себе кумира …»

Не сотвори себе кумира —
Сын Божий завещал для мира.
Прошли века теперь в миру —
Он стал Божественным Кумиром.

Самая сокровенная мечта у Мечты – быть не узнанной до полного осуществления!

«Меня, прошу, разлукой не кори!..»

Меня, прошу, разлукой не кори!
Друг другу мы чужие – посмотри!
Мы разные, мы оба заблуждались,
Но боль утраты жжет огнем в груди…

«Ведь ты любил, порой любимым был…»

Ведь ты любил, порой любимым был,
Построил дом и сад свой посадил…
Взрастил детей и воспитал достойно —
Не зря ты значит в мир сей приходил!

«Разве можно мольбою добиться любви?..»

Разве можно мольбою добиться любви?
И, как нищий подачку, просить о любви?
Ну а если я стану в любви независим,
Разве буду тогда я нуждаться в любви?

«В этом мире, где царствует похоть и срам…»

В этом мире, где царствует похоть и срам.
Где в почёте подонок, мерзавец и хам.
Где обман и нажива – синонимы власти…
В сердце Дружбе и Чести я выстрою Храм.

«Смолчать намного проще, чем сказать…»

Смолчать намного проще, чем сказать.
Солгать гораздо легче, чем признаться.
Брать слаще, чем от сердца отрывать
И плакать безопасней чем смеяться.

Самая эффективная гимнастика для ума – это начать думать самостоятельно!

«Жертвуй всем для любимой себя не щадя…»

Жертвуй всем для любимой себя не щадя,
Жертвуй тем, что дороже всего для тебя.
Миру сердце открой и наполни любовью,
И не плачь как узнаешь, что жертвовал зря…

«Есть люди, словно старое вино, …»

Есть люди, словно старое вино, —
Их нрав с годами и добрей, и лучше.
Есть люди, словно уксус от того,
Что завистью наполнены их души.

«И победа, и проигрыш лишь цепи звено…»

И победа, и проигрыш лишь цепи звено,
От рожденья до смерти мгновенье одно
Каждый шаг предрешен и по жизни расписан
Изменить этот путь никому не дано!

***

Иллюзия права выбора состоит в том, что выбирая что-либо мы обязательно выберем то, что уже предопределено Судьбой.

«От власти имущих могу убежать…»

От власти имущих могу убежать.
От глупых и льстивых могу убежать.
Презреньем отвечу всем подлым. и лживым
…Скажи – от себя мне куда убежать?..

«Мир, совершив витка круговорот…»

Мир, совершив витка круговорот,
Исчезнет в прахе и опять взойдет.
Пусть тленно тело в миге мироздания,
Сияньем душ наполнен небосвод!

«Если труден, опасен твой жизненный путь…»

Если труден, опасен твой жизненный путь,
Из-за бед и невзгод не вздохнуть, не уснуть,
Значит Богу угодно вести той тропою,
Что не даст от судьбы не сбежать, не свернуть.

Признание

Я скучаю по тебе —
Очень!
И страдаю без тебя —
Сильно!
Запорошила листвой
Осень.
И завьюжило тоской
Зимней…
Все длиннее без тебя
Ночи
Опустел мир без тебя,
Стылый.
Я люблю тебя, пойми,
Очень.
И хочу к тебе, что есть
Силы!

«Я в одиночестве таю…»

Я в одиночестве таю
Свою безмерную печаль,
И образ призрачный ловлю,
И мыслью улетаю вдаль.
Там голубые небеса
И шелест волн, и солнца свет…
И птиц беспечных голоса,
Как утешенье бренных лет…

«У Души моей – Судьба крылья обломала…»

У Души моей – Судьба крылья обломала,
Птицей раненной Душа с облака упала.
Не сломилась, поднялась, выбралась из ямы,
Гордо плечи развела и пошла упрямо…

У Души моей – Судьбой оторвало ноги
И лежит она в грязи прямо у дороги.
Вопреки своей Судьбе так Душа решила:
Буду я ползти вперед пока хватит силы…

У Души моей – Судьба отрубила руки,
Обрекая смерть Души на погибель в муке!
Ни подняться, ни взлететь, ни ползти, ни скрыться
Лишь осталось пред концом – Богу помолиться.

Умоляла и звала, терпеливо ждала,
Но ответа от Него так и не слыхала.
Долго плакала Душа от обид и боли,
Но смириться не смогла с этой горькой долей.

И запела всей Душой о родном, о светлом,
О прекрасном, дорогом, чистом и заветном.
Смолкли птицы, ветер стих, замерло мгновенье —
И в раю нашла Душа от Судьбы спасенье!

«Если счастье долго не приходит…»

Если счастье долго не приходит,
То куда оно тогда идет?
Может к тем, кто лишь под богом ходит?
Или к тем, кто терпеливо ждет?

Кто подарит мне билетик счастья?
Кто подскажет краткий путь к нему?
Или только Бог своею властью,
Может изменить мою Судьбу!

И в молитве искренней и страстной
У Творца я искренно спросил:
Может жизнь прожил свою напрасно?
Иль для счастья просто не дожил?

Может мало каялся и верил?
У судьбы я многого просил?
Может, исчерпав твое доверье,
Двери к счастью навсегда закрыл?

Небеса разверзлись предо мною
И узрел я все, что позабыл, —
Не был я обиженным Судьбою,
Просто помнил лишь, как в злыднях жил!

Слава Богу, что здоров и весел,
Что мне в жизни встретились друзья,
Что мой дом, хоть съемный, но не тесен,
Нет войны и живы сыновья!

Слава Богу, что любил и верил,
Что светил другим, сгорая сам.
Опустился тихо на колени
Взор свой направляя к небесам!

Счастье вот оно так близко – рядом!
Не глазами – сердцем погляди
И увидишь обновленным взглядом
Бьется счастьем жизнь в твоей груди!

Ирина Кульджанова

https://vk.com/id504721904

Всем мира, здоровья, счастья и любви!

Рыжий. Волшебный

Аня махнула рукой обернувшейся у кабины погранконтроля маме, улыбнулась и одними губами прошептала: «Удачно долететь!» Мама нервничала, сунула в окошко вместо паспорта билеты, и явно уже позабыла и о муже, меланхолично прошедшем контроль, и о провожавшей дочери. «Все будет хорошо, им нужно хоть раз в жизни куда-нибудь выбраться в теплые края…» – Аня сама себя убеждала, что Новый год в одиночестве для нее – это не так уж и плохо. Отведя взгляд на соседнюю очередь, застыла.

Там, веселый и убийственно красивый, стоял Саша. Ее Саша, который вчера улетел в Тмутаракань заключать контракт. Из-за чего они сдали билеты и отменили совместное путешествие. Ее Саша сейчас шептал что-то на ушко миниатюрной ужасно довольной девице. Ее Саша, который… Аня попятилась, застыла у перегородки, и как завороженная смотрела, как ее Саша проходит контроль на тот же рейс в Тайланд, которым они должны были лететь вместе. Голова стала непривычно легкой, какой-то пустой, и мысли, казалось, толпились где-то снаружи ее, и никак не могли просочиться внутрь.

На автопилоте добралась до дома, и поняла, что сил идти на пятый этаж нет. Забрела в аптеку. Провизор глянула на нее, и предложила валерьянки. Аня молча кивнула. Все в том же оглушении добралась до квартиры. Усилием воли заставила себя найти в сумке ключи, и, открывая дверь, выронила стеклянный пузырек с лекарством на кафель. Переступила через осколки в луже, шагнула в квартиру, захлопнула дверь, и разрыдалась. Просидела на полу бог знает сколько времени.

Из сумрачного оцепенения ее вывел странный царапающий звук по ту сторону двери и утробное ворчание. Встала, бездумно распахнула ставшую тяжелой дверь. В нос ударил резкий запах валерьянки. У порога, распластавшись на холодном кафеле, с блаженным выражением на морде, лежал огромный рыжий котяра. Он умиротворенно и коротко мявкнул, и до того ему было хорошо, что Аня помимо своей воли предложила: «Заходи!» Толстомордый вальяжно поднялся, вытянул хвост трубой, и вошел.

Аня с какой-то неожиданной радостью подумала: «Буду встречать Новый год с котом!» В ней проснулась жажда деятельности и ощущение чуда, которого не было в этот праздник уже много лет подряд. Котяра занял подлокотник любимого отцовского кресла, и снисходительно смотрел, как Аня накрывает на стол. Из телевизора доносилось «Вагончик тронется, перрон останется», мандаринки и елочные лапы пахли просто оглушительно, и настроение незаметно ползло вверх. Стол был весь уже занят тарелочками и вазочками – мама была неудержима в предновогодней подготовке, даже зная, что уедет. Аня гнала от себя мысль о том, что все это останется нетронутым. Потом спустилась на первый этаж, и, скрепя сердце, повесила объявление о том, что найдет кот. Дома, попереключав каналы, остановилась на гороскопах. «Близнецы, встретившие новый год в компании с рыжим красавцем, проведут незабываемый год, полный любви и путешествий!»

– Слышишь, мистер толстопуз, теперь ты просто обязан меня осчастливить! – Аня плюхнулась в кресло, и котяра незамедлительно взгромоздился ей на колени. Заурчал.

– Как же хорошо, солнышко, что ты ко мне забрел! Наверняка по тебе скучают, и ты обязательно найдешься, но так здорово, что здесь и сейчас ты со мной!

За час до двенадцати в дверь позвонили. Уснувшая в обнимку с котярой Аня встрепенулась и открыла. На пороге стояла пожилая соседка, Надежда Васильевна. Увидев рыжего, она судорожно вздохнула, и протянула к нему руки.

– Порфирий, золотце, пойдем домой, мамочка тебя потеряла…

Кот равнодушно смотрел на хозяйку.

– Надежда Васильевна, да Вы проходите за стол, уже скоро Новый Год, проходите! – Аня даже думать не хотела об одиночестве в эту ночь.

– Спасибо, деточка, нам с Порфирием гостей встречать еще…

Надежда Васильевна поджала губы и расстроено вздохнула.

– Только что-то не пришел никто, ни сын, ни подруга… И не звонят…

Подбородок ее мелко задрожал, лицо стало обиженным и растерянным.

– Ну, вот что! Проходите, располагайтесь, а я записку на Вашу дверь повешу!

Надежда Васильевна оживилась, говорила теперь без умолка, рассказывая веселые коротенькие истории из детства своего сына.

– А Димка однажды – ему тогда три было – вытащил из прихожки тапки, две пары одинаковых. Поставил их друг за другом и призадумался – кто к нам в гости на четырех ногах приходит…

Только они уселись за стол, в дверь позвонили.

– Скажите, эти двое гуляк у Вас? Мама что, снова гостей ждала, да? Подруг уже нет ее, а я вот, впервые за пять лет смог вырваться… – невысокий крепкий мужчина смотрел на Аню, словно не веря своим глазам. – Семенова? Ты? Вот черт, я и забыл уже, что соседи, сто лет дома не был… -он улыбался так счастливо, как мог улыбаться только один человек на свете – Димка Совьюш, ее сосед по лестничной площадке и парте, обладатель когда-то единственного во дворе мотоцикла… И, по совместительству, ее первая и ужасно тайная любовь… Аня на мгновенье оторопело застыла, потом пропустила его в прихожую, достала папины тапочки. И увидела, что он уже переобулся сам.

– Ну, – дурашливо сдвинул он светлые брови – признавайся, кто к тебе тут на четырех ногах в гости ходит?

Аня наконец рассмеялась, пожала плечами:

– Только Порфирий! Бежим, срочно за стол, а то Новый Год пропустим!

А за столом после боя курантов тихонько сказала пригревшемуся на ее коленях котяре: «Сказал бы сразу – кот волшебный, я бы так не удивлялась!»

Но он не слышал, потому что спал без задних ног.

Шпаргалки о любви

– Ты не представляешь, как мне с ним хорошо! Вот скажи, дожить до сорока пяти и впервые влюбиться так, что забывать, как себя зовут – это как?

– Это чудесно! – Маринка, прижимая к уху телефон плечом, соорудила бутерброд и налила себе чаю.– И как тебя угораздило?

– Мариха, это всё? Это всё, что ты можешь сказать? Чудесно? – Яна, как всегда, возмущалась, вкладывая в процесс всю душу и энергию. – Да это обалденно! Улетно! Отпадно! Потрясающе!

Маринка в очередной раз подивилась, как её эксцентричная и активная подруга, способная заставить планету вращаться в обратную сторону, была по сей день совершенно и бесповоротно одинока. Все её романы, к которым она подходила прагматично и без особых иллюзий, были очень короткими и заканчивались ровно тогда, когда Яне надо было на работу.

То есть, наутро. Мужчины, западающие на неземных размеров самоуверенность и гораздо меньших объемов грудь и прочую красоту, не удостаивались ни номера телефона, ни обращения по имени. Красавчики, други и просто ковбои появлялись и исчезали, не оставляя и следов зазубрин в сердце и жизни Яны.

И вот сейчас происходило то, чего никогда не было. Подруга, отвечающая единственной фразой на все вопросы о мужчинах: «К черту ленивцев, жизнь полна приключений и без них!» уже полчаса выкрикивала в трубку слова восторга. В совершенно эллочколюдоедовской манере она озвучивала каждое слово иначе и выражалась энергично и односложно, и Маринке показалось, что Яне совершенно неважны её ответы, главное – дослушать и порадоваться. Произошедшие перемены в подруге её немного пугали.

– Здорово, Ян, я так за тебя рада! – Это была правда. Маринка, давно и безнадежно влюбленная и на годы застрявшая в статусе любовницы, совершенно не понимала, как можно просто жить. Хотя и отдавала себе отчет, что из них двоих более счастливой иногда выглядит подруга.

– Теперь-то мне ясно, с чего ты страдаешь, а я-то всё думала, тебе просто делать нечего! Уж прости, подруга! А, Мариха, я ж не просто так, по делу! – Ну, наконец-то вернулась прежняя Яна. – Мне тут надо кое-что проверить, откорректировать, ну, глянь, в общем! Как всегда, надо срочно, обнимашки, моя дорогая училка, всё сейчас отправлю!

В трубке запикало. Маринка устроилась поудобнее за столом у кухонного окна, посмотрела на чай и бутер и подвинула еще и розетку с медом. Что б уж совсем хорошо.

Телефон завибрировал. Открыв сообщение, Марина уставилась в экран, ничего не понимая. Обычно это были ссылки на не особо грамотные рекламные тексты, которые Яна производила в жутком количестве. Маринка, кстати, не училка, а филолог, с удовольствием выуживала из этой мешанины всю техническую информацию о предлагаемом туристическом маршруте, открывала ноутбук, и… И шла пешком через тайгу, сплавлялась через пороги, встречала рассветы на обрывах, и фотографировала наглых белок, лис и иногда даже барсуков, пытавшихся стянуть что-нибудь из продуктов. Марина путешествовала, запоминая прочитанное на разных сайтах – о запахах, звуках, собирая смешные истории – ей было достаточно всё это просто представить. Представить, как под рифленой подошвой ботинок пружинит усыпанная сосновыми иголками земля; или как плохо отмывается холодной абсолютно прозрачной водой из ручья чуть подмятая алюминиевая кружка; или как замечательно, наглядевшись на огромные звезды и замерзнув каждой клеточкой, угнездиться в спальнике и согреться… Да, турагентство Яны «Леший» специализировалось на разработке и прокладывании экстремальных индивидуальных маршрутов по всей стране, а Маринка вела в качестве рекламы травелоги об этих путешествиях. Собирала вместе все междометья Яны, пунктир на карте от пункта А до пункта Б, просматривала сотни фотографий, залитых на ядекс-диск, находила массу отзывов на снаряжение, обувь, одежду. И, словно в бреду, садилась писать о том, где никогда не бывала. Давала тексту переночевать, вычитывала его утром и отправляла Яне.

– Не знаю, как ты это делаешь, но в следующий раз подай знак, что следишь за нами! – это означало, что Маринке снова удалось уловить настроение, плюсы и минусы нового маршрута, который Яна всегда проходила первая.

Но сегодня это было что-то новенькое.

«Обожаю тебя, мой масик! Когда ты смотришь на меня, растворяюсь в твоем взгляде, забываюсь, горю вся! «Прочтя следующие несколько строк в том же духе, Маринка удивленно замерла, а потом отставила кружку с чаем. Решила перезвонить.

– Ян, а ты мне что-то по ошибке отправила, глянь!

– Марих, ну ты чего! Я никогда ж не ошибаюсь!

– Но там личная переписка с этим… С …масиком! – Маринке было неловко и, вместе с тем, любопытно. Ну, в самом деле, если это писала Яна, что же там за мужчина такой? Что подругу так разобрало.

– Ну, всё верно! Ты ж у нас писака, подлатай там покрасивше, я как ты не умею… А хочется… Наволшебь мне пару-тройку шпаргалок, а? – Яна просила. В её голосе отчетливо проявились нотки робости, совершенно ей несвойственные. Маринка была в замешательстве.

– Подожди. Ты что, хочешь, что б я за тебя письмо ему написала?

– Нет, ну ты что, какое письмо! Письмо это уж совсем – прошлый век, так, подкинь несколько фразочек, ну что б проняло его до печенок! Очень надо!

– Ян, ты спятила! Я… не могу я, ты что! – Маринка почувствовала, как краснеет, и разозлилась.

– Да пойми ты! Я ж только равняйсь -смирно, упал-отжался могу… Смотрю – он в сети, так хочу ему что-нибудь написать, и ничего на ум не идет, хоть башкой о стену бейся! Ну, ты чего, мы ж подруги! – было понятно, что Яна всё решила и спорить бесполезно.

– Кто он? – Маринка выдохнула и решила, что это будет как обычный пост в травелогах. Информация, отзывы и немного фантазии. В конце концов, большего от неё никто ж не требует.

– Обожаю тебя! Его зовут Максим, он старше меня лет на десять-пятнадцать, какое-то у него двойное звание – то ли генерал-майор, то ли еще кто… Не суть. Видимся по расписанию, у него плотный график, он всё время на службе, а когда не на службе- то в режиме ожидания. Но мне всё равно! Мариха, он просто супер! Иногда прям крышу сносит, так и загрызла бы его в порыве нежности!

– Стоп! Ян, остановись! – Маринку душил смех. – Лучше расскажи, какой у него характер, что для него важно, кроме его службы.

– Ну… – Пауза затягивалась.– Понятия не имею… Слушай, да некогда нам обычно выяснять, мы и не говорим почти! А! Рубашку свою сам стирает и гладит! А еще… татуировка тигра на правом плече. Цветная…

– Всё с тобой ясно, подруга, влипла ты! – Маринка перестала сдерживаться и рассмеялась. Ладно, посмотрю, что получится.

Не получалось решительно ничего. Образ генерал-майора в возрасте «хорошо за пятьдесят», стирающего сам себе рубашку и вызвавшего в Яне такую бурю чувств, выходил очень ярким. Цельный, сильный, привыкший рассчитывать только на себя мужчина. Со своими тараканами под фуражкой. Вряд ли вообще нуждается в ворохе сообщений от потерявшей от него голову женщины. У таких всё по времени, по полочкам, в отдельных коробочках. Работа и чувство долга в самой большой, крепкой и доступной коробке, стоящей прямо перед глазами; рядом вещмешок с дружбой, рыбалкой, машинами, охотой – всем, где женщинам не место. Семья в заскотчеванной, не раз крепко потрепанной, задвинутой к стене простой коробке – случайно не свалится, достается редко. Но ценно и пусть будет. Несколько любовниц – коробочки подарочные, небольшие, чтоб много места не занимали. Томно-вишневый бархат, кружево потоньше и валящий с ног аромат. Внутри – малюсенький флакон с дурманом. Если расходовать бережно, то надолго хватит. Или потратить всё враз, и выбросить пустое.

Маринке представилась Яна, согласная уменьшиться до размеров малюсенькой упаковки. Вишневый её любимый цвет, между прочим. Яна, сложенная вчетверо и торча из коробочки коротко стриженным черным ёжиком, немного полепетала про масика и розовую нежнятину, потом утомленно вздохнула, огляделась и… Упаковка лопнула, Яна росла, как на дрожжах, локтями и коленками спихивая в тартарары красные коробочки и вещмешок. Вещмешок зацепился лямкой за какой-то гвоздик и повис, раскачиваясь. Яна удовлетворенно огляделась, сообщила Маринке: «Мой мужчина – мои правила», забралась в невесть откуда добытый спальник и уснула.

Да уж, это точно, Янка долго лепетать не станет. Ей вообще слова не нужны, она ж человек действия… Судя по всему – он тоже. Ну и отлично! Что у нас там в действиях? Жду, горю, вся в шелках; крыша поехала, увези меня ты в тундру, встал – упал – отжался! Но Янка хотела о чувствах…

Чёрт побери!

«Мне нравится, когда ты что-то рассказываешь. Так тепло и замечательно слышать твой голос. Иногда даже ловлю себя на том, что не понимаю ни слова- слова перестают что-то значить…»

«Всегда смотрю, как ты двигаешься – похож на большого кота, сильного, быстрого и с тяжелыми лапами»

«Когда я прокладываю новый маршрут, так же себя чувствую, как с тобой. Весело, холодно, любопытно, тяжело – и одновременно легко. Это мои камни, деревья, поляны. Моя дорога, которую я люблю, не смотря на мошкару и натертые ноги, обычные мелочи. Люблю, потому что мир с тобой – огромный, гораздо больше, ярче, яснее, чем без тебя»

В голову ничего не лезло. Маринка перечитала всё, что написала, и поняла, что эти строчки предназначены для совсем другого человека. Для того, кому она старалась не писать. Столько лет пыталась вычеркнуть из своей жизни. У которого обитала в малюсенькой коробочке на одной из полочек. Или в одной из самых больших, никогда не знала точно. Расставания навсегда. Примирения, от которых стирались границы в сутках и на карте. Случайные встречи в городе. Счастливо выброшенные на помойку дела и обязательства. Внимательные взгляды обоих, что бы не заступить черту. Часы на площади, которые не идут – а значит, время остановилось и можно всё!

«Знаешь, ты мне нужен.»

– Ян, привет! – Маринку слегка потряхивало.

– Мариха? Ты чего? Ещё не спишь? – голос Яны был бодр и подозрительно звенел. Маринка услышала, как подругу безапелляционно призвал мужской голос.

– Ян, я не смогу. Написать ничего тебе не смогу. И это, утром иду на маршрут с тобой. Даже если я завтра скажу «нет» – заставь меня, ладно?

– Масик, ну я сейчас, ну это важно. – Яна ворковала куда-то мимо трубки.

– Янка! Да, чёрт побери, это важно! Скомандуй ему смирно и выслушай меня! – она услышала мужской хохот в трубке и похолодела – Яна с ней разговаривала на громкой связи.

– Смиииирррррно! – Послышались шаги.– Мариха, ты гений! Смирно – это то, что надо! Заводит не по-детски! Говори, я в кухню ушла.

– Янка! Я тебя убью сейчас! У меня тут жизнь рушится, а ты…

– Мариш, ты чего? Что случилось то?

– Я не могу без него!

– Ясно. Викендовский синдром, блин. Завтра уходим в сплав, так что напивайся своих противорыгалок и вперёд. И закройся на ключ, я с утра заеду, сама тебя из дома выковыряю. И-да, ничего не знаю, пиши для масика! – и, явно вернувшись в комнату – Вольно! Разойдись! Ого, как ты разо…

Маринка поскорее нажала отбой. Быстро закрылась на ключ и отодвинула задвижку. Булькнул телефон. Сообщение. Так поздно! Что-то случилось!

«Привет, Маришка. Я рейсе, пришлось срочно вылетать, не предупредил. Вернусь через два дня, сразу позвоню.»

Ещё одно!

«Летим в дождь, взлет через двадцать минут. Целую твои пальчики, малыш»

Довольная, пробормотала: «Вот истеричка!», написала «Жду, горю, вся в шелках и горизонталях!» отправила и зажмурилась. Услышала, как пришел ответ, и приоткрыла один глаз. «Приземляюсь ровно через 46 часов 18 минут. Плюс 56 минут на дорогу. Ждать! Огонь не тушить, шелк не снимать!». Рассмеялась, думая о том, что за эти два дня Янка протащит её по всем водоворотам, какие только найдет.

«Только как теперь лететь, хулиганка?»

«Нууу… Я же как-то сплавлюсь на байдарках в шелках! Так что вперед, мой герой!»

Маринка угнездилась в кровати, в голове была каша и радостный сумбур, но самой чудесной была мысль, что коробочек не существует. Просто сердце, просто чувства. Взяла телефон и набрала одно-единственое сообщение для Яны.

«Полной и безоговорочной капитуляции не будет. Но ты можешь рискнуть!»

***

Максим Киселев

https://vk.com/id196015410

Вот, последние дни с нами прогуливается, виляя хвостом, 2018-й, год собаки, верного, честного друга. Как и все предыдущие, и будущие лета он принес нам эмоции, впечатления, трудности, радость и горе, всем по-разному, но для одной лишь цели, чтобы мы продолжали двигаться, бурлить, шевелится, чтобы отбить любую охоту остановиться.

Хочу всем пожелать успехов, добра и здоровья, благополучия родных и близких, чтобы в следующем году, нет, в каждом году), нет, каждый новый день), каждый становился только лучше, как для себя, так и для каждого!

«Оргалитом…»

Оргалитом,
                 фанерой!
           Доской обрезной!
Грудь  свою заколачивал,
                  гвоздями,
                              соткою.
Сердце жжёное,
           запрятывал
     от назойливых глаз,
          любопытного зноя.
Поплотнее всё,
     чтоб наружу не вытекло,
                       ни струей,
                          ни рекою.
Разойдитесь!
    Не стоит толпиться!
              Сколько же вас!
Здесь не рынок,
        чтоб щупать с прилавка
                                 товар,
вываленный напоказ!
А сороки вокруг.
                        Что?
                           Где?
                          Когда?
            Видать знатоки.
Каждый вдруг —
            станет друг,
          бросая слова —
                              в дар.
Выдавая советы,
                  горстями,
    мнят себя тактиками.
До секунд столкновения с собственной практикой.

«Лезвие бритвы, затупилось…»

Лезвие бритвы, затупилось,
                                              острое.
Целуя,
            в ухо шепча
                                   мёд,
              шею мою нежно резала.
С умением лекаря, врача пунктуалила
гекатомбу,
                   методично соблюдая
                                                             ГОСТ.
В мясо затхлое —
                                 лёд.
Тазом кости,
                      мои белые,
                                   подальше
                                                     вываливала.
Тихо взгляд, отводя в сторону, готовила
с ужином —
                  суженому,
бомбу.
На мослах,
                     чечетку отплясывая,
                                          не жалея каблуков
туфлей.
Сделай музыку тише, родная, и прикройся,
скорей.
Механизм работает
                                   четко,
                                        потому что надёжней
людей.
И потом,
             в отчаянном гневе,
                                          говорил,
                                             никогда не прощу,
но простил.
Счастлива будь.
Мне досталась тяжко,
                         открывшись попросту,
                                         отделенная с плевел
суть.
Если чувства я чьи-то испачкаю,
                                                не прощать
                                                        меня попрошу,
потому что хочется чувствовать,
                                        не хочу ощущать
                                                                       пустоту.

«Этот день…»

Этот день,
              словно запах,
                          набухших,
фиолетовых,
                       с блеском,
слив.
Ничего я не жду в днях грядущих,
потому что…
                      Сегодня.
Я счастлив.
То,
     что было душевною мукой,
что хотелось стереть
и спалить,
оказалось спасительным кругом,
окулистом,
          раскрывшим глаза,
                    показавшим,
как следует жить.
На шартрёзе травы,
                              в лучах,
                    чистом поле,
хоронить…
Без тоски и прискорбности,
выбирая лучшую долю,
не жалея
          ошибок молодости.
Солнце,
больше не режет глаза,
на земле,
                тенью пишет —
                                  души,
тела отлив,
                    и роса,
                       как добрая,
Божья слеза…
Да.
      Сегодня, я счастлив.

Татьяна Бутченко

https://vk.com/butchenkot

Собака-кусака идет к январю.
Оттуда навстречу веселое: Хрю!
Собака налаялась и накусалась,
От косточки года осталась лишь малость.
Полна оптимизма на старте свинья,
Не верьте, что год будет свинским друзья!
Год будем таким, как его загадать:
Кому – воз проблем, а кому – благодать.
Мечтайте, просите и будет дано,
Ведь есть Дед Мороз, и не только в кино.
А главное – сплетен поганых не слушать,
Себя не вести как последняя хрюша.
Жить в мире с собой и такими как ты,
Тогда и исполнятся наши мечты!

Настоящий мужик

У мужика должен быть ремень —
Чтобы не падали брюки.
Мужик должен быть во всем кремень,
Такой не распустит руки.
Мужик способен взглядом убить,
И воскрешает также,
А просьбу мясом его накормить
Не повторяет дважды.
Когда он не в духе – всегда молчит,
Суров, угрюм и подавлен.
Или имеет несчастный вид,
Как-будто Богом оставлен.
Не стоит трогать его тогда,
Кормить не забыть – святое.
Не вздумай брякнуть, что ерунда
Его несчастье большое.
Когда он найдет ответ на вопрос:
«Да что же за жизнь такая?»
Тебе миллион подарит роз,
Ещё один обещая.
Тогда в кино тебя отведет,
Купит мешок вкусняшек,
И в Антарктиде растает лед
От его обнимашек.

Ноябрьская сказочка

Там, где зима берёт разбег,
В хвосте у ноября,
На землю выпал первый снег,
И честно говоря,
Не все обрадовались, но
Один чудак большой
Ловил снежинки ртом – кино! —
И молодел душой.
Крутили пальцем у виска
Прохожие ему:
Похоже, тронутый слегка —
Не все в его дому!
А он высовывал язык
И таял снег во рту.
Солидный, в общем-то, мужик —
Давно имел мечту:
Хотелось, плюнув на дела,
На статус и контроль,
Взбрыкнуть и сбросить удила,
Сменив по жизни роль.
И этот самый первый снег
Сигналом стал на старт —
Послал дела, замедлил бег
И вспомнил, что не стар.
Тут в спину врезался снежок,
Какой затейник – снег!
Он понял, что не одинок,
Услышав женский смех.
Она такая же, как он —
Уставшая от ран —
Нашла заветный свой вагон
И дернула стоп-кран.

Бежали люди кто куда,
В хроническом «да ну»,
А в небе первая звезда
Звала к себе луну.
И ОН ЕЁ к себе позвал —
Теперь он ей – жених.
И кто бы что там не сказал,
Но дома все у них!

Напутствие

Прыгай выше головы!
Кто сказал «не прыгнет»?
На шумок людской молвы
Кошкой спину выгни.
Псом оскалься на убийц
Собственных желаний,
И в пустыне не томись
Разочарований.
Птицей смелой воспари,
Глядя в жизни реку.
И тепло своё дари
Че-ло-ве-кам.

Полёт

Прости, я не волшебница из сказки.
Не всё мне в этой жизни по плечу.
Но я хочу, чтоб ты со мной был ласков,
И, может быть, тогда я полечу
Не на метле – на кружевных, на белых,
На ангельских двух крылышках, и ты
Надеяться, уж, точно можешь смело,
Что я исполню все твои мечты.
Послушай, милый, это так несложно,
А не поймешь, сам будешь виноват:
Летающей на крыльях все возможно,
А на метле одна дорога – в ад.

Чудо

Нельзя брать чудо грязными руками,
Занашивать в карманах, мять, бросать.
Пусть чудо спит, как теплый котик с нами,
Желательно его душой обнять.
С утра им нужно сильно любоваться,
С восторгом повторяя: «ЧУДО ты!!!».
Неплохо ненадолго расставаться,
Ныряя в бесконечность суеты.
Потом чтоб от усталости сгибаясь,
Поникнув от бессмысленных движух,
Шептать ему, над ушком наклоняясь:
«Ты самой лучший мой, на свете, друг!»
А кто еще в осеннее ненастье,
Обнимет крепко, «ни за что» любя?
И кто в сердцах, разбитого на части,
Вновь соберет, как пазлики, тебя…

Сергей Чугуевский

https://vk.com/id365568645

Всем мира, здоровья, счастья и любви!

«Мого мыслей у нас недоношенных…»

Мого мыслей у нас недоношенных,
Много в нас нерождённых идей,
Без родства, одиноких, не спрошенных,
Словно кладезь забытых вещей.
И мы думаем: Кладезь наверное,
Будет спрошен, востребован, жив,
Потому, как ну там же безмерное…
Потому, как его лейтмотив,
Очень важен кому то до крайности,
Без которой нельзя обойтись,
Этой самой случайной-случайности,
Создающей вселенскую жизнь.
Ожидая срываемся психами,
Забывая культуру блюсти
И со всеми судьбы заковыками,
Оставляем себя взаперти.
Сколько нас тут ненужных и брошенных?
Словно кладезь забытых вещей…
Наших мыслей для нас недоношенных,
Наших нам нерождённых идей.

«Представь, что меня нет… совсем нет… Что ты чувствуешь?..»

Представь, что меня нет… совсем нет… Что ты чувствуешь?
Зачем мне это представлять? Ведь ты есть…
Вот ты непонятливый… просто представь…
В этом нет смысла, как я могу представить, что тебя нет, когда ты есть?
Трудно с тобой… другие представляли и ничего…
Ну и, где сейчас они…?

С. Чугуевский «Роман о незаконченной любви»

«Пересмотреть бы нужно в главном…»

Пересмотреть бы нужно в главном,
Переиначить, что то там,
Где всё в движении неплавном,
К забытым в прошлым берегам.
Шаги, шаги, через пороги,
К камням от камня преткновений,
Гася сердечные поджоги,
От бессердечных откровений.
Пересмотреть, переиначить
И перестать идти туда,
Где очень мало стала значить,
Любая радость, и беда…
К забытым Богом берегам,
С камнями горьких преткновений,
Оставив это существам,
Открытых всем для откровений…

«А нежность она, как рассвета тепло…»

А нежность она, как рассвета тепло,
Вот, вот на границе от томности ночи,
Уже не темно, но ещё не светло,
Конкретно и вроде бы так… между прочим.
Без разных заскоков, оплаты и лжи,
Которыми полниться скучное чувство,
Ей горестны маски, хвала, типажи,
Уже возведённые миром в искусство.
Легка и желанна, проста, величава,
Как небо, как воздух, как радуги цвет,
Ни раз и не два от тоски очищала,
Лекарством которого в принципе нет,
Как нет и маршрута, подсказок и гида,
Ведущих туда, где родится рассвет,
Она не для бала, бахвальства и вида,
Она, как подснежников белых букет.
Ни роз, ни тюльпанов по сходной цене,
Пускай и красивых но всё же, но всё же…
Похожа на наши улыбки во сне,
Которых нет чище, прекрасней, дороже.
И, как бы не спутаешь с чем то ещё,
Однажды впитав не захочешь расстаться,
Как мало людей, кто на век обречён,
В её бесконечном рассвете купаться…

«Мы любим, греем сохраняя…»

Мы любим, греем сохраняя
Мечты, желания, надежды,
С души доверившись снимая,
Её защитные одежды.
Мы ждём ответного полёта,
Навстречу, к сердцу прикоснуться,
Избавиться от мыслей гнёта,
Что можно снова обмануться,
Упасть, разбиться в пустоте,
Привыкнуть снова одеваться,
С душой прибитой на кресте,
Не ждать, не верить, улыбаться,
В ответ улыбкой без изъяна
Со страхом новой пустоты
Мы любим, греем сохраняя
Свои разбитые мечты…

«Наш город спит… устал немножко…»

Наш город спит… устал немножко,
бежал, искрил, скорей, скорее,
моргал трёхцветным на дорожках,
для тех, кто хочет побыстрее,
их пыл невольно охлаждая,
переступить через запрет,
хотя по сути понимая,
что и запретов вроде нет…
наш город спит… наверно снится,
ему прибрежный городок,
где он спокоен, не стремится,
наполнить суетой поток,
спокойных волн в котором время,
совсем другой имеет шаг,
где в землю брошенное семя,
взрастёт без спешки, где очаг,
не экономят для тепла,
в почёте жизнь, а не кормёжка,
привычный бег, как кабала,
наш город спит… устал немножко.

Юлия Алексеева

https://vk.com/id1791412

Поднимаю бокал искрящегося шампанского и хочу поздравить всех вас с наступающим Новым 2019 Годом! Гоните все невзгоды, печали и трудности за порог. Они вам не нужны.

А вот крепкое здоровье, отличное настроение, оптимизм, вдохновение и исполнение ваших желаний пусть возьмутся за ручки, обнимут вас и не покидают как минимум до следующего Нового Года.

И конечно же, пользуясь моментом, поздравляю с наступающим своего мужа Александра, его маму и сестру, свою маму, котеек Мявчика Александровича и Мусильду Святославовну и своих подруг. Желаю им здоровья, вкусностей побольше и сил терпеть мои творческие вдохновения и дальше!

Впервые

Какое непередаваемое, неописуемое счастье охватывает тебя, когда понимаешь, что в этом мире ты не одинок. Что тебя любят и ты можешь ответить любимому взаимностью.

Совсем по другому шелестят от ветра листья на деревьях, совсем другой дождик приносят тучи. Цветы начинают разговаривать языком любви.

Ты смотришь на других и видишь в них отражение своего счастья.

Весь мир вокруг напоминает любимого. Он такой же нежный как ветерок, тёплый и ласковый как солнышко.

Внутри живёт его частичка. Ради счастливой встречи хочется жить и ждать. Любовь наполняет жизнь новым смыслом и совсем не хочется жить по-старому без тебя.

Самые счастливые минуты новой жизни-первый взгляд, полный нежности, впервые наедине, первый поцелуй, первые слова любви. Все это в моей памяти.

И первая подаренная роза дороже всего на свете.

Питер

Я хочу показать тебе
Питера край.
Знаешь, просто кивни
И скажи, – Ну давай.

Ты увидишь как
В небе плывут поезда.
Отражается солнце
В стеклянных глазах.

Старых зданий
Божественный мраморный свет.
Он расскажет тебе то,
Чего в книгах нет.

И Нева засмущается
Тёплым дождём.
Улыбаются лужи
Всю ночь под зонтом.

Я хочу показать тебе
Питера край.
Улыбаешься ты.
Я шепну, – Приезжай!

Сердце остывает очень быстро

Сердце остывает очень быстро,
Если резко выключили свет.
Нет, не провожайте за кулисы.
Я сама дойду и дам ответ.

Я сама свою построю стену
Из улыбок, холода и сна,
Но глаза всегда простят измену,
Потому что я не влюблена.

Константин. Акростих

огда дыхание собьется, К
ставив нежность на губах. О
арочно сказка не прервется, Н
оединившись в наших снах. С
вои глаза меня пленили, Т
 губы дерзостью своей А
авечно мысли соблазнили. Н
ревоги прочь, иди за ней. Т
 в первых буквах этих строк И
айдёшь ты верности залог! Н

Праздник. Акростих

риходит в гости Дед Мороз П
аздать свои подарки. Р
 ты чего повесил нос? А
десь праздник будет ярким. З

венадцать раз куранты бьют, Д
ачало возвещают. Н
 пусть все хрюшкины бегут И
 тому, кто отмечает! К

«Я хочу прикоснуться губами…»

Я хочу прикоснуться губами
К твоим нежным и тёплым глазам,
Чтоб понять, что стряслось между нами?
Ты твердишь, – Никому не отдам!

Я твержу, что мне все надоело,
Что хочу я остаться одна.
Ты меня не удержишь несмело.
Где же ты? Почему пустота?

Почему я в себе раздавила
Это чувство и эти мечты?
Видно нет во мне больше той силы.
– Помоги и спаси! – просишь ты.

Куда опять ушли мои стихи?

Куда опять ушли мои стихи?
Стихи любви, страдания и боли.
Ну неужели были так плохи?
И так не обьяснимы что ли?

Они рождались волею судьбы.
Красивые и чуткие возможно,
Но как-то быстро сдались без борьбы
Под неуместным словом «можно».

Руслан Веселов

https://vk.com/ruslan_veselov

Уходящий год, был для меня одним из самых сложных в моей жизни. Были и утраты и приобретения. Было многое. Порою хотелось опустить руки и всё бросить. Но я верю, что рано или поздно свет пробьет дорогу и в мою жизнь. Я поздравляю всех с наступающим Новым годом и сопутствующим ему праздником Рождества Христова. Мира и Света вам в ваши теплые жизни.

С уважением Veselov R. V.

Любимое развлечение Музы

Вы никогда не задавались вопросом, что самое страшное в отношении мужской психики может совершить только настоящая женщина? Кто сказал – скандал? Пф… Поверьте, мужики могут истерить не хуже любой неврастенички. Вплоть до битья посуды. Какие ещё варианты? О! Прекрасное предположение. Встреча с подругами. Но не верно. Нет ну номер-то точно смертельный. И мужики все козлы, а вот мой бывший, а смотри какие туфельки, ой, а у той прическа как с обложки… и бла бла бла… Не парни. Есть ещё круче. Тсс. Только для вас. Говорю шепотом. ШОПИНГ!!! Ага!!! А куда это вы все сразу ломанулись как тараканы?! Что съели? Какое страшное и омерзительное для мужского слуха слово)

Щьёппингъ…

А представьте данное действие в исполнение моей личной шизоф… Ай, блин! Да Музы Музы. И не делайте такие большие глаза. Я серьезно. С реальной-то подругой ходить по семи кругам арбатских бутиков уже само по себе адская мука. А что делать, если данная девушка как бы воображаемая? С одной стороны её никто не видит и это даже прикольно, но с другой стороны ты-то её видишь? А если учесть плодом чьего больного воображения она является… Короче бытовая прогулка уже сама по себе способна превратиться в эпический триллер и психологический ужастик имени меня.

Шел третий час нашей прогулки… Мне кстати интересно как сочетается прогулка по парку с прогулкой по бутикам, если они находятся ВООБЩЕ в разных кварталах?! И так шел третий час моих мучений.

– Мусичка, а мне эта кофточка идет? Нет? А если взять тот кардиган? Может посветлее чего глянуть? Э?! Я не поняла туловище! Ты вообще меня слышишь?! Так что Мусь?

– Нет, тебе эта кофточка не идет. Возьми кардиган. Нет не нужно светлее. Лучше возьми с теми продольными узорами. Они подчеркнут твою талию. – Мой голос можно использовать для автоответчиков в справочной службе. Ровный и такой же монотонный. Вас удивляет мой ответ моей Музе? Серьезно? Вы впервые слышите слово кардиган? И про узоры? Угу. Я понял. Не ну конечно проще тупо кивнуть каской и сказать, что тебе дорогая все к лицу бери, что считаешь нужным, мне всё нравится. Проще да? А вы не задумывались над тем, что будет, если какая нибудь завистливая курица как-либо обхает внешний вид вашей девушки? Буря эмоций? Несомненно, а ещё? О вижу работу мысли на вашем лице. Правильно. Перепсиховав и пролив три ведра слез, она тут же найдет первопричину своего скверного настроения. Это вы сами. А КТО СКАЗАЛ, ЧТО ОНА НЕОТРАЗИМА В ЭТОЙ КОФТОЧКЕ?! Вот поэтому я с вымученой улыбкой радостного идиота имбецила РЕАЛЬНО смотрю, ЧТО ИМЕННО моя персональная шиз… кхм… моя Муза берет для примерки. Шел третий час моих мучений. Одиннадцать утра. И плюс четыре этажа всевозможных минимагазинчиков с модными тряпками… А ещё они и работают допоздна… Убейте меня кто нибудь… НУ, ПОЖАЛУЙСТА…

Живая вода

«Рекламное изображение откровенно, по крайней мере, предельно выразительно.»

Ролан Барт.

«Даже Богу нужны колокола.»

Слоган французских рекламщиков.

Я уже много лет не смотрю зомбоящик из-за того что он часто навязывает чуждые мне интересы и точки зрения. Однако как, оказалось, есть кое, что скажем так по интерактивнее обычного ТВ. Мои сны порою выходят за грань обычного. Я вижу иные миры, брожу по незнакомым городам, веду беседы с незнакомыми людьми, а порою просто являюсь сторонним и безучастным наблюдателем. Но не в этот раз.

Первое, что я вижу во сне, так это – чуть заболоченную низину, расположенную ниже моего дома. Когда-то там было относительно чисто и в нескольких запрудах, даже водилась рыба. Колюшка. Ныне же там просто болото в реальности… Но я отвлекся. И так словно на постановке я вижу, как в одну из вышеупомянутых запруд опускается чья-то явно мужская рука и сливает из колбы в воду какой-то реагент. Внезапно кадр меняется и я словно с небольшой высоты наблюдаю как молодая парочка в чем мать родила, купается в этой запруде и через какое-то время выбирается на берег обсохнуть. Я с любопытством успеваю отметить, что природа их окружающая явно не летняя. Видимо просто очень теплый осенний денек. Странно, но мало ли у нас «моржей»? Не успел я развить эту мысль как ситуация у молодых людей резко меняется и явно не в лучшую сторону. Из кустов буквально накатывает стая люто здоровых крыс. Я растерянно смотрю как эти твари, вгрызаясь на ходу в теплую и податливую плоть, утаскивают в противоположные кусты ещё совсем юную подругу парня. Парень пытается кричать и даже кидаться в крыс какими-то камнями и ветками, но те уже взяли свою добычу и данный «герой» им был не интересен. Снова резкая смена сцены и вот уже я раздвигая кусты руками пробираюсь на маленькую вытоптанную полянку. Вся пожухшая осенняя трава буквально залита кровью. Но больше всего шокирует то, что осталось от той девушки. Почти нетронутые руки и ноги. Напрочь выпотрошенные брюшная и грудная полость, разгрызенные ребра, оголенный позвоночник, лохмотья почек и обрывки сизых ещё теплых кишок. Съеденная плоть с шеи и обглоданное лицо с отсутствующей нижней челюстью. В одной из глазниц даже уцелел один глаз…

Я содрогнулся. Мне никогда не снилась расчлененка. У меня была насыщенная жизнь. И повидать за свои годы довелось многое и далеко не многое из этого вообще хотелось бы вспоминать. Слишком всё натурально. Слишком всё реально. Словно попал в какой-то абсурдный фильм ужасов. Но если вы думаете что на этом всё, то вы заблуждаетесь. Тело шевелилось. Нет, это было не зомби. Девушка была жива. При ПОЛНОМ отсутствии внутренних органов, но мать его жива! Девушка явно была в сознании и в шоке от происходящего но, судя по её попыткам жестикулировать пальцами рук боли, она не ощущала. Более того было видно что все повреждения медленно для глаза но нереально быстро для человеческой физиологии восстанавливаются. Вместо порванных в лохмотья почек, уже сформировались новые.

Я в полной прострации отворачиваюсь от этого зрелища и буквально, выпав из кустов, присел на берегу той самой запруды. Задумчиво опускаю свою руку в воду и смотрю на сбегающие по ладони капли. Резко подрываюсь и внезапно, сцена вновь меняется. Я оказываюсь уже в другом месте. Тоже рядом с моим домом. Тоже низина, но уже меньше и с несколькими деревьями (которых нет в моей реальности). В основном фруктовые, но есть и две ивы. Я подхожу к одной из ив и задумчиво трогаю её ветки своей ещё влажной после запруды рукой. Пожухшие от наступившей осени листья. Такая же пожухшая трава… Тоска и уныние места буквально зашкаливали, пока внезапно не начались перемены. Ветка, которую я продолжал разминать рукой внезапно начала оживать. Я поначалу с недоверием, а потом и благоговением наблюдал, как распрямлялись и наливались весенней зеленью листья. Как появлялись новые и как набухали свежие почки, чтобы распуститься красивой вербой. Изменения охватывали дерево, словно пожар, распространяясь во все стороны. Не прошло и 10 секунд, как на моих глазах ива полностью ожила и распустилась. Однако это было не всё. Словно волна изменений хлынула от дерева и разошлась в стороны. Трава оживала и радовала глаз яркой сочной зеленью. Следом начали оживать и соседние деревья. Так же распускались почки и наливались силой и молодостью листья. Распускались цветы и даже начал распространятся сладкий аромат цветущих фруктовых красавиц… Буйство жизни, весны и зелени уже поздней осенью… И что-то мне подсказывало, что ЭТА зелень не увянет даже когда выпадет снег…

Я проснулся. Долгую минуту я всматривался в потолок, силясь понять один простой вопрос. ЧТО ЭТО БЫЛО?! Какая-то фантасмагория смерти и жизни… В какой-то момент поймал себя на мысли что это было бы идеальной рекламой для того неведомого препарата. А что? «РЕГЕНЕРИН! Просто добавь воды!» Чем не слоган? Меня передернуло от мысли, что увиденный мной сон мог быть просто обычной, хоть и дикой по своему цинизму, рекламой из другого мира…

Заброшенный хутор

Заброшенный хутор у края дороги

И запах фиалки лесной…

Стою одиноко на ветхом пороге

И слушаю мертвый покой.

Невидящих окон пустые глазницы

И буйная поросль цветов…

Здесь жили когда-то, иль мне только снится

Чужой развороченный кров?

Доносится птиц беззаботное пенье,

И крест покосившийся слушает их.

Как полно щемящей печали цветенье

На кладбище бревен и судеб людских!

Элла Шапиро, Литва, сентябрь 1982

«Так навеки и осталась церковь с завязнувшими в дверях и окнах чудовищами, обросла лесом, корнями, бурьяном, диким терновником; и никто не найдет теперь к ней дороги.»

Николай Гоголь.

Я часто вижу сны, которые сложно таковыми назвать. Так же неоднозначно было и с этим. Грунтовая дорога в глухом лесу и девушка лет 25—30 в джинсах и рыбацком свитере с маленьким походным рюкзачком за плечами. Недавно явно был сильный дождь, так как ей приходится месить ботинками размокшую дорожную грязь. Уже явно смеркалось. Я какое-то время наблюдал за ней и пусть не сразу, но все же осознал, что сам я тут как бы даже и не присутствую. Словно сопровождаю её нематериальным и невесомым призраком. Я не чувствовал холода ветра, не ощущал запаха леса и грязь мне так же не была преградой. Моё тело словно парило над землей. Какое-то время я просто следовал за ней, в то время как уже совсем стемнело. Девушка включила фонарик и так же молча, продолжила свой путь.

В темноте внезапно раздался шорох. Впервые за весь сон я начал испытывать страх, но девушка упрямо шла вперед. Не услышала? Сомнительно. Но и оставаться одному на дороге висеть призраком тоже нет желания. Нервно оглядываюсь и явственно вижу крупную угольно-черную тень, перемещающуюся чуть позади нас, то по одной стороне дороги то по другой. Неприятное чувство, что нас просто тупо загоняют. И эта ненормальная по-прежнему прет можно сказать на пролом.

Тень не отстает, но и не догоняет. Просто сопровождает. Как почетный караул. Или конвой. А между тем впереди показался просвет. Грунтовка вывела к покосившимся воротам какого-то уже лет двадцать заброшенного хутора. Повалившийся штакетник забора, провалившиеся крыши, как самого дома, так и у большинства придомовых построек. Только сарай был более или менее цел. Девушка бросилась к дому. Заглядывая ей через плечо, я с интересом услышал её бормотание:

– Ну, где же она? Где тебя искать? Ну же. – Бормотала она себе под нос, планомерно обшаривая все углы и комнаты. Пусто.

Закончив с обыском дома, она пошла к ближайшей постройке. Кажется, это был амбар. Но результат был тот же. Наконец она двинулась к единственному целому строению. К сараю. Подлетев ближе, я понял, что он был цел не просто так. Его чинили. Грубо, коряво и явно не умеючи. Девушка явно сбавила шаг. Стоит, словно пытается собраться с духом. Шаг в темный проем сарая и мне ничего не остается делать, как следовать за ней. Буквально на периферии зрения увидел метнувшийся за угол темный силуэт.

В сарае было нетто, чтобы совсем темно, но глаза приходилось сильно напрягать. Благо хоть свет от луны попадал в пустой оконный проем. Кругом грязь, мусор и какие-то кости. Вроде бы не крупных животных. И посередине в ямке от сгнившего пола лежало маленькое тельце ребенка лет пяти-семи. Грязная истлевшая ночнушка, длинные слипшиеся в сосульки от грязи и мусора волосы и чудовищно деформировавшаяся в ходе неведомой мутации челюсть. Словно ей вместо нижней челюсти пришили две окостеневшие человеческие кисти. Которые расходились в стороны как жвала у насекомых. Длинные костяные чуть загнутые отростки были очень похожи на пальцы. Весь этот ужас был обтянут обычной человеческой кожей, а не хитином как можно было бы предположить. Если сомкнуть ей челюсть, то будет похоже на сцепленные в замок пальцами руки. Жуткое зрелище. И откровенно отталкивающее.

Девушка подошла ближе и это существо тут же словно вздрогнув, повернуло в её сторону свою чудовищную голову. У меня язык не поворачивался назвать это существо маленькой девочкой. Создание явно было парализовано. Смотрела на девушку явно осознанным взглядом и даже словно узнало её. У меня в голове стали возникать образы двух маленьких девочек. Играющих в прядки на добротном подворье, в котором я с трудом узнал местные развалины. Девочки смеялись и постоянно бегали. Вот одна из них забегает в сарай и видит посреди неё какую-то непонятную черную личинку. Подходит ближе. Ещё… Дальше образы обрываются. Но мне этого достаточно. Девушка явно жила здесь когда-то. Была или подружкой или даже может быть сестренкой этой лежащей в яме девочки. Девочка нашла что-то такое, что нельзя было трогать. И вот закономерный финал. Мутировашая тварь, заброшенный хутор и девушка тихонько плачущая стоя на коленках рядом с ямкой. Девочка пытается что-то прохрипеть, но изменившаяся ротовая полость не дает это сделать. По грязным щекам существа покатились слезы. К горлу подкатил ком. Ребенок не заслужил такой части. Десятки лет паралича, мутация и постоянный сводящий с ума ужас. Страшно.

Внезапно живот девочки под серой, от плесени и гнили ткани ночнушки, заходил буграми и судя по всему прямо из чрева из под подола вывалилась омерзительная, черная, склизкая личинка в локоть величиной. Погань начала извиваться и в тут, прямо сквозь толстую шкуру, из боков прорвались страшненькие черные лапки, на подобие паучьих. Мерзкая тварь тут же убежала куда-то в темноту. Откуда уже довольно давно раздавались шорохи и скрежещущие поскрипывания большого количества маленьких существ. Твари прятались в темноте и следили за каждым жестом девушки. Та же словно не замечая этого ужаса, плакала над «девочкой». Мне становилось с каждой минутой всё более жутко от этого места и этой ситуации. Я понимал, что меня здесь как бы и нет и для них, я даже и не существую, но это не отменяло того факта что волосы на моей голове вот уже длительное время буквально шевелятся от окружающего меня кошмара.

Пробуждение было внезапным. Я, просто молча, смотрел в потолок и пытался выгнать из головы те образы, что привиделись мне во сне. Девочки с чудовищной челюстью. Маленькие мерзкие личинки на паучьих лапках. И силуэт черной крупной твари заглядывающей в пустой проем окна. Я, только проснувшись, понял наконец, что она была такой же личинкой, как и та «мелочь» но только уже, будучи взрослой особью. Боже… В кое-то веки я был даже готов, взмолится лишь бы то, что я видел, было не более чем дурным сном. Я часто вижу «странные» сны. Но я ни за что на свете не согласился бы посетить ЭТОТ вновь…

Недостроенная часовня

«Пресвятая в веках Троица Небесная, помилуй нас, грешных. Господи, очисти души наши от грехов и сквернословия, прости нам беззакония, нами творимые, да направи светом Божьим на путь праведный и безгрешный. Молим о прощении и помиловании Тебя, Трижды Единый Правитель и Властитель душ наших. Аминь.»

Молитва Пресвятой святой Троице о помощи.

«Я ничего не одобряю и не порицаю, у меня дел по горло, своей грязи. Если я очищу мир на маленькое пятнышко себя, миру этого хватит. Спаси себя, и хватит с тебя.»

Петр Мамонов.

Когда-то мне часто снился один и тот же сон. Словно на старом пустыре возле полуразвалившегося сельского клуба стоит в тени тополей недостроенная часовня. Пустые арочные оконные и дверной проемы. Чуть порастрескавшаяся от непогод лестница внутри да лишенные облицовки ступени небольшого крыльца… Это именно не брошенная, а недостроенная часовня. Видны не заштукатуренные швы в нутрии сооружения. Видно, что также не хватает и ещё каких-то деталей.

Я подолгу хожу вокруг неё. Утро и солнце только-только взошло на востоке. Подкрашенные в красные рассветные тона лучи солнца робко пробиваются на просвет через арочные окна. Стены и их облицовка сделаны из какого-то незнакомого мне минерала. Похож на мрамор, но какой-то более прозрачный и имеющий в основе кристаллическую структуру. Что-то наподобие осадка морской соли на прибрежных камнях у любого моря. В целом смотрится довольно красиво и гармонично. Даже начинаешь жалеть, что неизвестный зодчий так и не закончил данное сооружение.

Маленький купол так и не обзавелся золотым напылением, как и не был подвешен колокол. Вижу его в углу под лестницей. Удивительно, что его никто не сдал на металл. Приятно осознавать, что в людях ещё есть что-то святое в душах.

Ещё одна отличительная черта здания была в том, что в нем не было чистых и ровных участков под роспись иконами. Зато все свободные участки были покрыты барельефами на религиозные тематики. Они полноценно заменяли обычные расписные иконы. И самой, наверное, с моей точки зрения, ярко выраженной деталью, был один самый большой барельеф. Пресвятая троица. Большая детальная рельефная икона Отца, Сына и Святого духа. Лучи рассветного солнца, проникая через окно, красиво и мягко очерчивали лики святых…

Чувство покоя и умиротворения. Нет чувства тревоги или какой либо мирской суеты.

После этого сна я всегда просыпался отдохнувшим и в хорошем расположении духа. Однажды я поделился подробностями этого сна с одним верующим. На что мне было сказано, что так Бог зовет меня к себе на службу. Мне сложно представить себя в монашеской рясе и с требником в руках… хотя как говорится в писании:

«Пути Господни неисповедимы…»

Тревожность

«Тревоги дня не облегчает ночь,

А ночь, как день, томит меня тоскою».

Уильям Шекспир.

«В тревоге всегда есть частичка надежды, что всё обойдётся. В безысходности же нет ничего, кроме самой безысходности».

Александра Маринина. «Городской тариф».

«Vкупаiте заутrеnnиi шоколкие заvтrечи. Мnоже пользи де здrавия».

«Покупайте на утро шоколадные завтраки. Много пользы и здоровья».

«Скидомки за аукцызnе».

«Скидки по акции».

Мои сны, словно двери в иные реальности. Я становлюсь свидетелем разных порою фантастичных либо пугающих событий. Этот сон запомнился мне тем, что поселил в моей душе тревогу.

Я помню, как оказался посреди большого магазина. Скорее даже гипермаркета. Глухие стены и высоченные стеллажи с всевозможными товарами от продуктов питания до средств от насекомых. Вот только напрягла некоторая разруха. Несколько стеллажей разломано, и коробки с сухими завтраками свалены в кучу. Валяется мусор и чувствуется запах давно немытых тел. И люди. Мужчины, женщины, старики и дети. Видно, что находятся здесь уже не первый день. Все в относительно теплой осенней одежде. Кто-то бродит среди полок, а кто-то просто спит прямо на полу поверх какого нибудь одеяла или с, если повезло надувного матраца.

Главный выход заблокирован. Заколочен щитами, которые в свою очередь подпирают стойки от стеллажей. Служебного выхода не видно, но уверен, что с ним та же история. Вижу несколько мужчин и женщину. Что-то обсуждают и при этом ведут опись каких-то консервов. Люди очень уставшие и осунувшиеся. В воздухе буквально витает общая тревога и страх. Где-то раздался детский плач. Словно куском острого стекла провели по душе. На улицу не выглянуть. Окна хоть и большие, но расположены почти под потолком, который в торговом зале расположен очень высоко. Меня терзает любопытство о том, что же происходит? Почему все сидят здесь взаперти? Чума или быть может война? Зомби апокалипсис? Химическое заражение? Чем больше об этом думаю, тем тревожнее на душе. Но спросить, у кого-либо не могу. Ведь находясь здесь со всеми, я вроде как уже по умолчанию должен быть в курсе происходящего. Начни я расспросы и люди могут на меня ополчиться. Хорошо если запрут в подсобке, но могут и вовсе придушить на всякий случай. Все напуганы и на нервах. Я прошел в свободный закуток между двух стеллажей и, усевшись прямо на пол, облокотился спиной прямо высокую коробку, стоящую позади.

Моё внимание, наконец, привлекли надписи на рекламных плакатах. Обычно люди как говорят, не могут читать во сне, но у меня с этим проблемы не возникло. Почти. Слова хоть и имели в основе русскую речь, всё же имели не привычный выговор, да и написаны были на смеси латиницы и кириллицы что уже само по себе было необычно. Чем-то он мне напоминал польский.

Это было необычно. Обстановка в самом магазине была тоже нетипичной для России. Сложно объяснить. Планировка зала и расположение касс была слишком продуманной. Нет привычного хаоса. Много разной торговой техники. От автоматических считывателей штрихкода до кассы самообслуживания, что явно не для русского менталитета. Видать и вправду какая-то ближняя европейская страна. Впрочем, здесь и сейчас политическая карта мира явно никому не интересна. Люди просто хотят выжить. Снова чувство, будто по душе стеклом провели. И ведь не у меня одного. Вижу, как сразу несколько человек поморщились. Вот оно как… Что-то есть такое снаружи, что давит на людей. Что-то странное. И, по всей видимости, опасное. Я почувствовал, что могу уйти. Что ж… да будет Бог к вам милостив люди.

Это был редкий случай, когда я смог проснуться осознано. Словно вынырнул из воды. Я сидел на кровати, свесив на пол ноги, и думал. Вспоминал каждую деталь сна. Надписи; лица людей; сам торговый зал. Уже тогда я знал, что запишу этот сон. И как обычно кое, что я забрал от туда. Я забрал с собой тревогу…

Дверь в иной мир

«Обидно: попал в другой мир, изучаю магию и боевые искусства, а плавание на корабле прошло абсолютно спокойно. Куда делись пираты? Или в книгах все врут и вовсе необязательно в каждом походе влипать в стычки с разбойниками? Непонятно».

Александр Ковальков. «Дикий ученик».

«Пока умеешь радоваться простым вещам – до тех пор ты жив».

Ник Перумов. «Война мага. Том 2. Миттельшпиль».

P.S. Особая благодарность моей Музе за её поддержку и своевременные пинки.

Как же давно мне не снилось такая идиллия… Льющийся с неба, словно мёд солнечный свет. Чистый и свежий горный воздух. Хочется пить его словно воду. Теплый ветер обдувает мое тело. Чувство покоя и умиротворения. Пред моим взором простирается огромная долина, окруженная высокими горными хребтами и скалами с крутыми обрывами. Везде куда хватает моих глаз буйство зелени. Вспаханные луга с колосящимися злаками; фруктовые сады и маленькие деревеньки по обоим берегам протекающей по долине реки. Я даже знаю её название. Куилэ – «Жизнь» с эльфийского.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.