Чёртов будильник опять звонил не вовремя. Андрей всегда просыпался за полчаса до него, закидывал руки за голову, закрывал глаза и думал. И каждое утро тихо ругался сквозь зубы, когда тишину спальни разрывал треклятый писк. Никак не удавалось взять привычку вырубать его заранее. Впрочем, сегодня он был ему даже благодарен.

Он редко приводил домой женщин, предпочитая трахать их в дорогих номерах отелей или – иногда – прямо в машине. А порой даже в тёмных переулках города. Быстро, торопливо, не думая о том, кончила ли партнёрша. И каждый раз чувствовал себя после дерьмово. Не потому, что ему было на них не насрать, а потому что ощущал какое-то разочарование. В себе, в том, что делал, как жил и к чему стремился.

Рядом с Андреем недовольно заворочалась блондинка, которую он каким-то образом умудрился вчера притащить к себе в квартиру. И желание отключить будильник исчезло. Он поднялся с постели в чём мать родила и прежде, чем отправиться в ванную, достал из бумажника и бросил на постель рядом со шлюхой пачку купюр.

– Я на десять минут в душ. Когда вернусь, чтобы тебя здесь не было. Выход найдёшь сама.

Банальное утро, банальные слова, банальные действия, которых было в его жизни так много, что они набили оскомину. И он ведь знал досконально, что будет, когда вернётся обратно в спальню – блондинка, имя которой он так и не потрудился узнать, исчезнет, наконец включив хоть немного благоразумия. Будильник будет продолжать разрываться, пока он не вырубит его к чертям. Через полчаса придёт домработница, у которой никогда не бывает много работы, он отдаст ей указание выкинуть постельное бельё на помойку, а сам молча оденется и отправится в офис.

Нет, с этим нужно что-то решать.

Андрей оперся ладонью на прозрачную стены душевой кабинки и наклонил голову, позволяя каплям воды стекать по лицу. Ему нравилось это ощущение, ласкающее и дразнящее. Так к нему всегда прикасалась она… Инга. И он сейчас так же страстно, как и всегда, хотел этих касаний снова, и столь же сильно ненавидел женщину, которая их дарила.

Последний раз они виделись пару недель назад на приёме, который устраивал её муж. Он не желал туда идти, но почему-то пошёл. Так всегда было с ней – Андрей творил порой такие немыслимые вещи, которых бы никогда не сделал в любом другом случае. Инга делала его уязвимым… и одержимым.

И ему давно было нужно послать все чувства к ней как можно дальше. Даже вроде бы начинало казаться, что он это сделал, если бы не неотступные мысли, которые атаковали сразу, стоило Андрею остаться наедине с собой.

Он топил их в спиртном, вытравливал чужими прикосновениями, и чем больше творил подобное, тем явственнее и резче было ощущение, будто погружается с головой в болото дерьма.

Он вышел из душа ровно через десять минут, словно внутри сработал механизм, отсчитывающий время. Шлюхи ни в постели, ни в квартире не оказалось. Денег, ожидаемо, тоже. Андрей усмехнулся, растираясь полотенцем. Как будто всё могло пойти по какому-то иному пути. И как будто что-то иное, если бы всё же случилось, могло хоть что-то изменить.

Он оделся, неторопливо выпил кофе, просматривая в смартфоне биржевые сводки, а когда входная дверь открылась, поднялся из-за стола. Невзрачная и сухая женщина, возраст которой Андрей вот так вот сходу определить был не в силах, коротко поздоровалась с ним и, дождавшись, пока он отдаст ей указания, принялась за работу. Наверное, если бы он остался дома, очень быстро перестал бы её замечать. Такие больше похожи на часть антуража, чем на живых людей. Впрочем, именно это в ней его и устраивало на все сто.

В офис, по своему обыкновению, он прибыл через десять минут после начала рабочего дня – тоже привычка давно выработанная и довольно удобная. Отсутствующих было видно невооружённым взглядом, потому сотрудники предпочитали приходить на рабочее место едва ли не за полчаса, ибо за опоздание назначался штраф, который ощутимо бил по карману, а за регулярное пренебрежение графиком Андрей увольнял без лишних вопросов и оправданий.

Он цепко осмотрел рабочие места сотрудников, которые были целиком и полностью заняты делом, кивнул сам себе, прошёл в кабинет, откуда через пару минут вызвал секретаршу с чашкой кофе.

Обычный день, обычные заботы и обычные, надоевшие ощущения. Ничего нового.

– Алло.

Он скорее рявкнул, чем произнёс это слово в трубку, отвечая на звонок. Чертовски хотелось выпить. Пожалуй, ещё немного, и он будет готов пойти против всех своих принципов и правил и откупорить бутылку коньяка, стоящую в баре.

– Строг, но справедлив? – уточнили со смешком на том конце, и Андрей расслабился. Надо было хоть на экран взглянуть, чтобы не вываливать недовольство собой на старых друзей.

– Скорее заебался. Привет, Серёж.

– Привет-привет. Совсем забыл. Не звонишь, не пишешь.

– Всё потому же. Устал адски.

– И покой нам только снится?

– Вроде того. Ты просто так звонишь?

– А если просто так? Положишь трубку? – Сергей непринуждённо рассмеялся, и Андрей тоже не смог сдержать улыбки.

Они были знакомы лет десять, если не больше. С того самого момента, когда он заключил с фирмой Сергея свой первый контракт. И это были единственные дружеские отношения, которые он завёл с партнёром, все остальные – лежали в деловой плоскости, что устраивало Андрея на все сто.

– Надя замуж выходит. Я тебе лично решил позвонить-позвать, а то приглашение затеряется в твоих документах, и хрен ты до нас доберёшься.

– Надя – это кто?

– Ну ты даёшь, Меньшиков… Оскорбился бы я, да тут не обижаться нужно, а тебя спасать.

Сергей тяжело вздохнул, и Андрей испытал неловкость, лихорадочно пытаясь сообразить, кто же эта самая Надя.

– Дочь это моя, старшая. Начинаешь вспоминать?

Чёрт. Нет, ему точно нужен отпуск. И выходить из этого своего состояния, когда думать ни о чём не мог, кроме работы и Инги – в первую очередь.

– Бля, прости, Серёг… Ей же вот только пятнадцать было.

– Ага. Четыре года назад. А сейчас девочка созрела, хочет замуж и видимо, внуков мне рожать.

– А ты?

– А я замуж и рожать точно не хочу.

Он снова рассмеялся, вызывая на лице Меньшикова ещё одну улыбку. Мда… не думал Андрей, что настолько всё хреново. И теперь точно придётся выпить, а потом сесть и крепко подумать о том, что со всем этим делать.

– А я, Андрюх, тебя жду послезавтра на свадьбе. Бери отпуск на пару дней и ко мне дуй.

– Почему так быстро?

– Потому что дети сейчас акселераты такие, ты бы знал. Вырастают быстро, женятся быстро, дедушкой делают быстро. Хотя тебе это не грозит пока. Ты один будешь?

Этот вопрос почему-то вогнал Андрея в состояние ступора. Найти себе на то время, как он будет на празднике, какую-нибудь очередную шлюху? Бля… хотелось поморщиться от собственных мыслей. Но и одному на такие мероприятия лучше не ездить, а то особо ретивые родственницы преклонных лет, которые в изобилии водятся на свадьбах, мгновенно начнут подыскивать ему невесту.

– Нет, не один, – после небольшой паузы ответил Андрей, с силой сжимая пальцами переносицу.

– Вот как! Интересно-интересно. Я скину твоему секретарю все координаты. И не опаздывай!

Они распрощались, и Андрей всё же поднялся из-за стола и отправился к бару, чтобы налить себе выпить. Ослабил узел галстука, подошёл к окну и стал задумчиво смотреть на расстилающийся перед ним город.

Как так вышло, что к тридцати пяти годам он окружил себя только теми, с кем были возможны исключительно деловые отношения? И даже имена детей своих лучших друзей не помнил. У него не было женщины, которую можно было бы просто пригласить провести с ним пару дней. Не тащить же с собой секретаршу? Нет, этот вариант довольно неплох. В целом. Мила исполнительна, красива, умна, умеет поддержать любой разговор. Вот только он отправляется на свадьбу отдохнуть, и везти с собой один из элементов работы – полная противоположность этим планам.

Может, действительно нанять кого-то? Практически в стиле Ричарда Гира и «Красотки». Только бы под маской сопровождающей не скрывалась проститутка. Хм…

А ведь эту проблему вполне может решить и Мила. Просто подберёт ему в сопровождение какую-нибудь девушку по озвученным им же параметрам, и одной проблемой станет меньше.

Довольный собственной идеей, Андрей вызвал к себе секретаря, намереваясь дать ей весьма деликатное задание. Впрочем, он не сомневался – Мила справится с ним как никто другой.

– Цвет волос?

– Только не блондинка.

– Рост?

– Не принципиально, но чтобы на каблуках была ниже меня сантиметров на десять. Хотя бы.

– Поняла. Максимум сто шестьдесят пять.

– Вес?

– Мила, ей-богу…

Андрей окончательно избавился от галстука, чувствуя себя не в своей тарелке. Несмотря на то, что секретарь подошла к этому делу ответственно и невозмутимо, его сбивала с толку необходимость думать о том, какой вес будет у женщины, которая станет сопровождать его к Сергею.

– Хорошо. Какая степень полноты уместна?

– Умеренная. В общем, без переборов.

– Образование?

– Не ниже среднего. А лучше, конечно, высшее.

Он побарабанил пальцами по столу. Понимал, конечно, что вряд ли наличие образования будет способно полностью нивелировать риск, что ему попадётся какая-нибудь тупица, но существенно его снизит – без сомнения.

– Хорошо, я вас поняла. Когда описанная кандидатура вам понадобится? Сколько у меня времени?

– До завтрашнего вечера. Завтра я уже должен обладать спутницей, с которой сведу хоть мало-мальское знакомство.

– Завтра? Но они просто не успеют…

Он впервые видел свою секретаршу настолько растерянной. Ему бы даже стало её жаль, если бы не платил ей настолько высокую зарплату.

– Постарайся, пожалуйста, найти тех, которые будут с ногами, – с мрачным сарказмом велел Меньшиков. – Те, возможно, попробуют доехать до нашего офиса хотя бы к вечеру.

Мила поджала губы, но спорить и протестовать не стала. Она здесь для того, чтобы выполнять его указания, и уже успела зарекомендовать себя с самой хорошей стороны. И не такое проворачивала, когда этого требовали обстоятельства. Так что уж как-нибудь добудет ему к завтрашнему дню несколько девиц, желающих неплохо подзаработать. А он выберет себе из них ту, которая будет ему наиболее приятна.

– Есть особые пожелания к кандидаткам? – уточнила Мила через полминуты, записав в блокноте все его запросы.

– Пожалуй, нет. Об особых пожеланиях мы договоримся с ними приватно. Можешь быть свободна.

Она покинула кабинет, а Меньшиков испытал какое-то странное, совершенно контрастное чувство. С одной стороны, было совершенно не в его стиле искать себе женщину подобным образом, с другой… он удивлялся, как подобная мысль не приходила ему в голову раньше. Конечно, такая «девушка по контракту» вряд ли бы задержалась в его жизни и постели дольше чем месяца на три, но Андрей был уверен – недостатка в кандидатках у него бы не было.

К тому же, подобные взаимоотношения регулировались договорами и практиковались в жизни веками. Взять хотя бы институт конкубин или гейш. Если двоих это устраивало – почему нет?

Он снова побарабанил пальцами по столу. Идея показалась ему блестящей. Больше не будет никаких «Инг», которые растопчут сердце и выпотрошат душу. Он просто станет покупать себе женщин при необходимости, а после без сожаления расставаться. И начнёт с той, которая придёт к нему завтра в числе остальных претенденток.

* * *

Наверное, многим людям знакомо то чувство, когда вдруг понимаешь, что дальше жить так, как есть, просто невозможно. Вот и на меня недавно снизошло это озарение, в результате чего я и оказалась без работы и почти без денег.

А все потому, что в отличие от нормальных людей, которые сначала ищут новое место, а потом увольняются со старого, у меня всё получилось с точностью до наоборот. И скажу честно – никогда не понимала, как кто-то умудряется в рабочее время ходить по собеседованиям? Лично у меня в графике не всегда находилось время даже на то, чтобы поесть и уж тем более не могло быть и речи, чтобы отпроситься с работы в будний день даже на час, что начисто лишало меня возможности подыскать что-то новое безболезненно, без перерыва сменив одну работу на другую. А посему последний год мне оставалось только вздыхать, мечтая о лучшей доле или, на худой конец, отпуске. Пока в один конкретный момент я не поняла, что дошла до точки. И что жизнь проходит мимо меня, а я не вижу ничего, кроме бесконечных бумаг, непрерывных клиентских претензий и бесперспективного однообразия в своей карьере.

Несмотря на то, что пахала я по двенадцать-тринадцать часов в день, и не только с понедельника по пятницу, а нередко и по выходным, на этой работе ничего хорошего мне не светило. На должности начальницы отдела, в котором я трудилась, крепко сидела дама, что работала в фирме с момента ее основания и, определенно, никуда не собиралась с этого места сдвигаться. В других отделах руководителей вообще назначали по знакомству, а зарплата моя за три года выросла ровно на две тысячи рублей. И, несмотря на то, что аппетиты у меня в целом были довольно скромными, я начала понимать, что за тот объем работы, что выполняю, заслуживаю все же много лучшего. А потому решила – с меня хватит. Ибо мое существование как-то незаметно превратилось в сплошной тупик, где я загоняю себя до смерти, чтобы заработать лишнюю копейку, которую потрачу на короткий отпуск и где сил чаще всего хватает только на то, чтобы отсыпаться по выходным и листать, как зомби, Инстаграм, любуясь чужими жизнями. Потому как собственной – включая личную – у меня попросту нет.

Хотя по этому поводу я совершенно не унываю. Я вообще из числа тех счастливых идиотов, которые не ощущают вокруг себя бега времени и считают, что ни для чего в жизни не бывает поздно. А ещё – верят, что за непыльную работёнку могут платить хорошие деньги. Что меня, собственно, и привело к событиям сегодняшнего дня.

Вакансия, на которую я решила откликнуться от безысходности, давала совсем немного информации и, исходя из этого минимума, я вполне подходила под данные требования, а именно:

– девушка от 23 до 35 лет – это точно было про меня, причем во всех смыслах;

– не замужем – и это тоже обо мне, вдобавок даже без перспектив в данном направлении;

– приятная внешность – не скажу, конечно, что я красотка, но этого ведь и не требовалось. А уж произвести приятное впечатление мне вполне по силам.

Гораздо интереснее был список обязанностей, согласно которому нужно было лишь выполнять все требования босса и таскаться за ним повсюду, куда бы он ни направился. Против последнего я совершенно не возражала, даже напротив – была бы только рада подобному развитию событий, ибо работа, включающая в себя командировки – это с моей страстью к путешествиям настоящий подарок. Только немного озадачивало само название вакансии – «сопровождающая для руководителя», порождая в голове невольный вопрос о том, не имеет ли потенциальный босс инвалидность и чем данный факт мне грозит. Впрочем, представив, что все так и есть, я рассудила, что худшее, что мне светит в этом случае – это крики и приступы дурного настроения. А такие мелочи за обозначенную крупную сумму вполне себе можно стерпеть.

В общем, недолго думая, я откликнулась на эту вакансию, отослав, как то требовалось, свое резюме и фотографию в полный рост. И, честно говоря, не особо надеялась, что меня позовут хотя бы даже на собеседование, а потому немало удивилась, когда раздался звонок и приятный женский голос сказал, что завтра в одиннадцать утра меня будут ждать в офисе, адрес которого мне пришлют на почту, если я не передумала.

Передумала? Как бы не так! За ту неделю, что я провела в поисках нового места, мне стало окончательно ясно, что все вакансии, на которые я могла претендовать – это в лучшем случае шило на мыло относительно моей прежней работы – и по зарплате, и по тьме обязанностей, которые за эти тридцать тысяч – смешная сумма для мегаполиса – на меня намерены были навесить и то при условии, что я окажусь достаточно хороша в плане опыта и навыков. В общем, подвернувшийся вариант оказался просто манной небесной и я твердо сказала себе, что упускать его никак нельзя. Потому что квартира, снимаемая в аренду, сама себя не оплатит, да и кот с громким именем Принц и соответствующим характером, сам себя не накормит. Последний прискорбный факт порой заставлял меня жалеть о том, что все мыши в доме – старой хрущевке в не самом престижном районе – уже перевелись, замученные Принцем до смерти. А ведь как было хорошо – и коту еда и развлечение, и мне меньше забот.

Впрочем, теперь я надеялась, что Принцу больше не придется от тоски и одиночества гонять по дому не только мышей, но и все, что попадет под лапу. Потому что хотелось верить – с новой работой моя жизнь наконец станет именно жизнью, а не тем серым существованием, в которое она в последнее время безнадежно скатилась.

В день собеседования все пошло наперекосяк с самого утра. Будильник на телефоне не прозвенел и я, проснувшись от неясной тревоги, обнаружила, что на то, чтобы добраться до места назначения, у меня имеется всего лишь час времени. А значит, долго возиться, чтобы соорудить приличные причёску и макияж, мне не доведётся.

Подскочив в постели так, что Принц с недовольным мяуканьем свалился на пол, я рванула в ванную, где обнаружила, что именно сегодня тот самый прекрасный день, когда в моем районе отключают горячую воду. Но делать нечего – стуча зубами пришлось принять крайне бодрящий душ и, нехитро накрасившись, спешно одеваться. Идею поразить будущего руководителя красотой ног я была вынуждена отбросить, когда единственные целые колготки порвались, пока я пыталась натянуть их с нечеловеческой скоростью. А значит, у меня не оставалось иного выбора, кроме как идти в джинсах, которые я не слишком жаловала, считая, что в них моя задница предстает не в самом лучшем виде. Но, в конце концов, мне предстояло просто сидеть на ней, а не вертеть ею под носом у босса, так что, вероятно, неприятность эту мы переживем, как о том вещал кот Леопольд в старой детской песенке.

Вскоре, правда, оказалось, что неприятности на всем перечисленном ещё не закончились. А посему, вдобавок ко всему прочему, меня сначала облила водой из лужи машина, затем оттоптали в переполненном метро ноги и в довершение этого – я умудрилась сломать несколько ногтей, что все вместе ставило выполнение требования «приятная внешность» под немалую угрозу. Одним словом, сегодня, по всем параметрам, был не «день Лизы» и если бы я была фаталисткой – уже вернулась бы домой и спряталась под одеяло, решив переждать эту не вовремя подкравшуюся черную полосу в четырех стенах, но мой истощившийся банковский счёт ясно говорил мне, что я по-прежнему непотопляемая оптимистка и никак иначе.

Офис, назначенный мне местом встречи, находился на тридцать первом этаже огромного, уходящего далеко ввысь небоскреба, расположившегося в центре города. Поднимаясь на стеклянном лифте, из которого открывался вид на город и мелькающих внизу людей, я невольно повела плечами, как от внезапно напавшего озноба. «Лети-и-и, Лиза» – пропела у меня в голове Ёлка и я резко отвернулась к дверям, не желая и дальше представлять, каково это – упасть с такой высоты. Не то, чтобы у меня была акрофобия, но ощущала я себя здесь как-то странно, точно перышко на ветру – беззащитное и невесомое в масштабах бесконечного небесного пространства.

Когда лифт остановился и дверцы распахнулись, выпуская меня на свободу, я отыскала глазами табличку с названием нужной фирмы – «Омега», и только теперь поняла, что даже не поинтересовалась, чем вообще занимается эта контора. Хотя это, наверное, было не так уж и важно для меня, ибо предлагаемая должность согласно описанию никаких профессиональных навыков не требовала, ну а я в любом случае готова была на все, чтобы ее получить.

Оправив короткий приталенный пиджачок – этакая попытка придать хоть какой-то деловой лоск своему облику на фоне фривольных джинсов – я сделала глубокий вдох и, пригладив кое-как волосы, которые так и не успела уложить в прическу, направилась к заветной двери. Уже коснувшись ручки, немного помедлила, задаваясь вопросом, стоит ли постучать или можно войти без предупреждения? Рассудив, что, в конце концов, вряд ли за дверью находится сам босс, к которому я рискую вломиться столь бесцеремонно, все же вошла в офис без предварительного стука.

Навстречу мне из-за стоящего прямо у входа стола поднялась блондинка – судя по всему, секретарша. И, как можно было сделать вывод из впечатляюще гламурной внешности, сидела она здесь не только для украшения приемной, но и чтобы босс ее периодически потрахивал. И зачем только ему ещё какая-то сопровождающая?

Пока я задавалась этим вопросом, блондинка, предварительно оглядев меня с головы до пят столь пристально, что захотелось попятиться, протянула мне руку и сказала:

– Вы, должно быть, Елизавета Шварц. Мы вас ждали, садитесь, – кивнула она на стул перед собой и я, робко сжав ее ладонь в ответном приветствии, присела на указанное место. Руки при этом инстинктивно сложила на коленях так, чтобы не было видно отсутствия маникюра и сломанных ногтей.

– Меня зовут Мила, – представилась, тем временем, секретарша. – Я проведу с вами предварительное собеседование.

Я кивнула, думая только о том, достаточно ли прилично выгляжу и не заметила ли эта Мила моих непрезентабельных ногтей и оттоптанных в метро туфель.

– Итак, вы недавно уволились и находитесь теперь в поисках работы, верно?

– Верно, – подтвердила я и снова кивнула.

– Вам двадцать пять лет и вы не замужем.

– Да.

– Вы состоите сейчас в отношениях?

Интересный вопрос. Новый босс боится, что я пришла сюда наниматься, чтобы вскоре свалить в декрет?

– Нет, – ответила я честно, мудро решив не упоминать в качестве сожителя кота.

– Прекрасно, – улыбнулась Мила – как-то даже чрезмерно радостно, словно от того, что у меня никого нет, сама почувствовала себя счастливее. – В вашем резюме указано, что у вас высшее образование, – продолжила она.

– Да, – кратко откликнулась я и, в очередной раз склонив голову в подтверждение, почувствовала себя китайским болванчиком.

– Хорошо, – протянула та с довольным видом и, деловито сцепив руки с безупречным маникюром в замок, сказала:

– Давайте я расскажу вам о вашей должности поподробнее.

Слова «Ваша должность», произнесенные Милой, прозвучали для моих ушей точно музыка – так, словно я уже получила это место. Хотя подобного никак не могло быть, учитывая, что мне задали всего пару вопросов, да и те местами странноватые.

– Хочу сразу обозначить, что эта вакансия предполагает не совсем обычные обязанности, – начала говорить Мила, и я поняла, что, похоже, была в своих догадках не так уж и далека от истины. Наверняка потенциальный босс и правда инвалид и извел своим дурным нравом уже не одну сиделку. Ну ничего, просто ему ещё не попадалась Лиза Шварц. И что ещё страшнее для него – Лиза Шварц, нуждающаяся в деньгах.

– Дело в том, что вы должны будете выполнять любые приказы Андрея Станиславовича.

Сказав это, Мила посмотрела на меня испытующе. Я беззаботно улыбнулась в ответ, выражая тем самым полную готовность делать все, что от меня требуется. В конце концов, не входит же в этот перечень беготня голышом по морозу на потеху боссу, например. Или?..

– Любых, Елизавета, – многозначительно повторила Мила и теперь уже я заподозрила что-то неладное. Взгляд невольно упёрся в разделяющий нас стол и блондинка удовлетворённо кивнула:

– Вы все верно поняли.

Я растерянно моргнула. Что, простите? Одной секретарши боссу было мало и он ищет ещё подружку для выездов? И будет по малейшему своему желанию закидывать меня на стол и…

Ну нет, все это звучало слишком невероятно. И самым бредовым из всего услышанного было то, что именно меня решили отобрать на подобную должность. Господи, меня! Девушку, которая за двадцать пять лет жизни так и не построила ни одних серьезных отношений. В то время как куча девиц модельной внешности явно были бы не против лечь под этого странного босса за кругленькую сумму.

Определенно, все это был какой-то розыгрыш. Нервно хихикнув, я с фальшивым воодушевлением заявила:

– Ну так давайте же скорее познакомимся с хозяином! То есть, с боссом, – снова растянула я губы в нарочито радостной улыбке. – Ведь я имею на это право, перед тем, как решу, согласна ли на эту вакансию?

Не то, чтобы я реально собиралась согласиться. Просто мне уже стало ясно, что работа, за которую намерена была цепляться когтями и зубами, накрылась медным тазом, оказавшись совершенно неприемлемой, но раз я все равно сюда приехала, почему бы не повеселиться напоследок? Тем более что мне, признаюсь, было интересно посмотреть на того сумасшедшего, который решил на меня позариться. Ведь даже если он не инвалид, то уж точно и не красавец, иначе бы ему попросту не понадобились подобные ухищрения. Возможно, он коротышка с пивным пузиком или старик с трясущимися руками…

– Проходите сюда, – сказала Мила, вместо ответа распахивая передо мной массивную дверь из темного дерева, ведущую – на сей раз в этом не было никаких сомнений – в святая святых этой фирмы. В кабинет босса. Извращенца, который решил с непонятного отчаянья, что я сгожусь ему для всяких разных развратных поз на столе. И, видимо, не только там.

Поднявшись, я с приклеившейся к губам улыбкой шагнула внутрь, более, чем уверенная в том, что не ошиблась в своих предположениях относительно этого человека.

Мне хватило ровно одного взгляда на него, чтобы понять, что сегодня и правда не «день Лизы».

* * *

Зря он это затеял. Очень зря.

Андрей потёр подбородок, глядя в окно и размышляя о том, какой чёрт дёрнул его вчера пойти на шаг, что привёл к тому, что сейчас он отсмотрел троих кандидаток на должность его сопровождающей. И убил на это столько времени впустую, что хотелось мысленно взвыть. Потому что именно время Меньшиков умел ценить как никто другой.

Итак, девицы. Три штуки, прямо как из сказок Пушкина, даром что собеседовал он их совсем не под окном. Хотя, надо признать, на третьей кандидатуре у него начали возникать крамольные мысли спустить кого-нибудь с тридцать первого этажа.

Когда за третьей дамой закрылась дверь его кабинета, он вызвал к себе Милу и поинтересовался, не раскидала ли она его объявления по конторам, занимающимся эскорт-услугами, ибо все три «девушки» смахивали на самых заправских проституток из когда-либо им виденных. Нет, конечно, по прямому назначению, которое подразумевала эта должность, они могли быть использованы с огромным успехом… Но Андрей даже представить не мог, что заявится на свадьбу лучшего друга с кем-нибудь подобным.

Когда настал черёд посмотреть последнюю кандидатку, которая немного опаздывала, Меньшиков уже успел мысленно набросать в голове печальную историю, исходя из которой он расстался с невестой прямо перед отлётом, и мысленно же готовился держать удар тех, кто решит посватать за него своих дочерей, внучек, а то и правнучек.

– Проходите сюда, – произнесла Мила, открывая перед последней кандидаткой дверь, и Андрей не удержался. Вскинул брови и едва не присвистнул от удивления. На пороге стояла самая обычная из всех возможных девиц, которые в изобилии водились на улицах. Да если бы он ещё вчера вышел из офиса и предложил первой попавшейся девушке немного подзаработать, был уверен, что любая согласилась бы сходу.

– Добрый день, – поздоровался он, когда пришёл в себя. Кивнул Миле, чтобы та вышла, и указал на стул напротив себя. – Присаживайтесь.

Он наблюдал за тем, как девица переступает с ноги на ногу, будто сомневается, оставаться ли или всё же сбежать. И эта реакция его… забавляла. В целом, из всех, кто сегодня побывал в его офисе, именно эта кандидатка более-менее годилась на роль его сопровождающей. Хотя, если уж быть совсем откровенным, будь у него больше времени, он бы точно не стал бросаться на первую подходящую девицу.

– Я Андрей, – протянул он ей руку через стол, и когда она слегка сжала его ладонь ледяными хрупкими пальцами, вздрогнул от странного ощущения.

– Лиза, – представилась девушка.

Возникло неловкое молчание. С предыдущими претендентками всё было относительно ясно сразу. О чём спрашивать, чем заканчивать разговор, как поскорее избавиться. А с Лизой всё было иначе. Почему-то. И это стало неожиданно злить.

– Итак, Лиза. Мой секретарь, должно быть уже поставила вас в курс относительно того, что мне понадобится от той, кто станет моей сопровождающей.

– Да.

– Да.

Какой идиотский разговор. А если учесть, что оба они взрослые люди, которым всё понятно и так, смысла тянуть кота за все подробности Андрей точно не видел. Подписать контракт, по которому Лиза будет изображать из себя его девушку, а он будет иногда её трахать. И всё. Но почему-то именно к этому моменту было перейти довольно непросто.

– И вы согласны выполнять все мои указания?

Она снова молчала. И если бы до этого не представилась, он вполне уже мог решить, что Лиза глухонемая. Что было бы не настолько и плохим аспектом.

– Андрей… Станиславович…

– Можно просто Андрей.

– Кхм. Хорошо. Андрей…

Его никогда не бесили паузы в разговоре. Сейчас же Меньшиков понял, что недовольно ёрзает на месте каждый раз, когда Лиза замолкает, то ли подбирая слова, то ли пытаясь сообразить, как она вообще здесь оказалась.

– Да? – поторопил он её.

– Скажите, зачем такому мужчине, как вы, искать себе женщину по объявлению?

Странно, но именно этого вопроса он не ждал. Да и представить, что тем «красоткам», которые были на собеседовании до Лизы, он мог прийти в голову, в принципе не получалось. Так что сейчас даже немного «завис», пытаясь найти ответ.

– А почему вас это интересует?

– Я просто… любопытна.

– М… Любопытство – хорошая черта, когда не переходит границ, – зачем-то сказал он, откидываясь на спинку кресла. – Ваше пока не перешло. Что ж, Лиза. Вы задали тот вопрос, на который у меня нет ответа.

Не станет же он ей рассказывать про Ингу и про то, что теперь для него женщины – лишь способ получить удовольствие, разрядку, и больше – ничего? Нет, определённо не станет.

– А вы, Лиза, что вас заставляет всё ещё оставаться здесь, когда между нами всё ясно?

Ему даже на мгновение стало неприятно от мысли, что сейчас она может просто встать и уйти без лишних слов, когда осознает, чем именно ей может это грозить. Ведь Лиза совершенно не походила на тех, кого он знал, и уж тем более не была похожа на предыдущих кандидаток.

– Мне нужны деньги.

Вот и отлично. Всё просто и понятно. Чего и требовалось Меньшикову. Он даже мысленно усмехнулся, когда услышал этот честный ответ, хотя, внешне оставался серьёзным.

– Тогда будем считать, что я вас нанял. Но сначала договор.

Снова возникла звенящая пауза. Такая осязаемая, что тишину, казалось, можно резать ножом. Лиза сидела и молчала, только смотрела на него округлившимися глазами, пока Андрей быстро набивал в компьютере текст договора, не задумываясь ни на секунду. Почему-то поручать это дело Миле совершенно не желалось. Достаточно было и того, что секретарь уже в курсе его потребностей.

Интересно, не передумает ли девица, когда выйдет из его кабинета? Вполне возможно. Впрочем, что толку продумывать это наперёд?

– Вот, – положил он перед ней распечатанный контракт. – Если вас всё устроит, подпишем его и о дальнейших планах вас оповестит мой секретарь.

– Даже о самых… кхм… индивидуальных? – уточнила Лиза и погрузилась в чтение.

Андрей снова вскинул брови. Отвечать не стал – просто наблюдал за девушкой, пытаясь понять, что именно его в ней цепляет. А ведь цепляло – он мог побиться о заклад, что это ощущение имеет место быть. Вроде бы совершенно обычная, не лощёная красотка, но то, как слегка краснеет, когда читает их контракт, как сжимает и разжимает пальцы левой руки… всё это определённо его интересовало.

Их контракт…

От мыслей о том, что исходя из этого документа, они с Лизой скоро окажутся в постели, Меньшиков испытал какое-то совершенно новое и непривычное возбуждение. Оно прокатилось по всему телу и сосредоточилось в паху, так что планы на то, чтобы встать из-за стола и пройтись по кабинету, ожидая, пока Лиза ознакомляется с бумагами, пришлось послать к чёрту.

– Здесь написано…

– Да?

– Что я буду выполнять любые ваши приказы, которые мне не претят.

– Именно. Или хотите переписать эту часть? Можем добавить пункт про возможность принуждения.

– Нет-нет. Просто я…

Она запнулась и снова покраснела. Возможно, виной тому было отсутствие у Лизы опыта в оральном сексе, например. Или анальном. Он мог заверить её, что ничего страшного в этом нет, они обязательно попробуют и если ей понравится – а он был уверен, что ей понравится – станут заниматься более расширенной программой. А если нет – то не станет же он её насиловать, в самом-то деле.

– Просто вы?

– Просто я… готова подписать.

Андрей снова вскинул брови. Определённо, она нравилась ему всё сильнее, настолько выбивалась из общего представления Меньшикова о женщинах.

– Хорошо. Вот ручка.

Наблюдая за тем, как Лиза ставит свою подпись на контракте, он испытал мрачное удовлетворение. Всё оказалось не настолько странным и не вызвало у него неприятия, когда перед ним оказалась именно эта женщина. И теперь, после его росчерка внизу нескольких страниц, между ними был заключён договор, согласно которого он совсем скоро сможет взять её, когда для этого будут подходящие время и место.

– Всё, Лиза, – как можно спокойнее произнёс он. – Мила даст вам некоторую сумму на расходы, которые потребуются для подготовки к первой совместной поездке. Мы отправляемся на свадьбу к моему другу через пару дней. В самолёте немного узнаем друг друга, чтобы не чувствовать себя неловко.

Он задумался о том, не стоит ли предварительно встретиться ещё раз. Например, вместе поужинать, чтобы Лиза рассказала о себе, а он – о себе. Но пришёл к выводу, что это будет излишним. Он просто будет трахать её, когда захочет, а ужины, разговоры и откровения совсем не вписываются в эти планы.

– Все остальные инструкции получите от секретаря, а индивидуальные – от меня.

Андрей улыбнулся Лизе, хотя, подозревал, что это выглядело скорее хищно, чем дружелюбно, и, дождавшись, когда девушка выйдет из его кабинета, покрутился в кресле. Очень неплохое приобретение. Если приодеть девицу и дать Миле задание отправить её в салоны – из неё, пожалуй, выйдет весьма привлекательная женщина. А с остальным они как-нибудь разберутся.

* * *

С вами когда-нибудь бывало такое, что, увидев какую-то вещь – сумочку, туфли, платье, что угодно, не суть – вы с первого же взгляда понимали, что хотите ее? Вопреки всему. Тому, что она вам не по карману, не к лицу и вообще не в вашем стиле, но, глядя на нее – вы все равно ее жаждете и все тут? Жаждете буквально до зуда, до одури, до невозможности успокоиться, пока это не станет вашим.

Сравнение, конечно, совершенно некорректное, но подобное чувство я испытала сегодня, стоило мне только раз взглянуть на Андрея… Станиславовича. Нет, он, конечно, не какая-то там сумочка, хотя его присутствие рядом могло бы украсить любую женщину лучше наряда от Гуччи, но, понимаете… в голове у меня неожиданно и неотвратимо щёлкнуло: вот бы этот мужчина был мой. Хотя подобные ему красавчики проходят мимо таких, как я, на улице, даже не удостоив взглядом. А он… Андрей… Станиславович… смотрел на меня. Просто смотрел и уже от этого я вдруг почувствовала себя значимой и особенной. Хотя в первый момент даже не знала, чего хочу больше – сбежать от того, что босс оказался совсем не таким, как я успела вообразить, или остаться, чтобы… чтобы попытаться ему понравиться. Это вдруг стало так необходимо мне, что все остальные соображения отошли на задний план. Рассыпались в прах под взглядом его темных, буквально прожигающих насквозь глаз.

Знаете, такие мужчины, как он, обычно украшают собой обложки журналов и первые полосы газет, где на фотографиях рядом с ними обязательно, точно какой-нибудь аксессуар, находится привлекательная девица-моделька. И тем более странно было то, что этот человек искал себе женщину по объявлению и готов был платить ей огромные деньги за то, что ему охотно дала бы бесплатно любая. Не исключая меня.

Я не могу объяснить, что произошло в тот момент, когда он просто пожал мне руку. Но по телу пробежало вдруг нечто, подобное электрическому току, отчего на смену холоду, поселившемуся на кончиках пальцев, пришел жар, прокатившийся по мне удушливой волной. Возможно, именно это называют химией между людьми? Я не знаю, потому что прежде ничего подобного не испытывала.

Если честно, я вообще многого в жизни за свои двадцать пять прожитых лет так и не узнала. Включая и такую простую для многих вещь, как любовь. Или интимная близость.

Вся моя жизнь – простой закон несовпадения в действии. Те, кому нравилась я – не нравились мне, а в кого влюблялась я – совершенно не любили меня. Возможно, мне давно стоило стать приземлённее и перестать ждать чего-то особенного, в то время как годы шли мимо, ничем не заполненные, кроме работы и учебы, а я все верила, что лучшее впереди. И, если честно, верю в это до сих пор, вот только…

Давайте говорить честно: высокие идеалы и мечты хороши только в юности. А когда тебе уже стукнуло двадцать пять, а ты ничего не знаешь о близости с мужчиной кроме того, что можно увидеть во вполне определенных фильмах… кажется, что ты полная неудачница и что, в конце концов, весьма вероятно встретишь старость в компании кошек за просмотром мелодрам по телевизору. Нет, это не значит, что нужно бросаться на первого встречного, чтобы раздвинуть перед ним ноги, но… когда босс взглянул на меня так, что стало ясно – он действительно хочет того, что написано в этом договоре, я поняла вдруг – это действительно мой шанс изменить свою жизнь. И деньги здесь были абсолютно ни при чем.

Просто те реакции, что он вызывал во мне, были настолько странными и непривычными, что я понимала – ничего подобного со мной может больше просто не случиться. Может быть, эта совершенно невероятная ситуация, что сегодня произошла со мной – именно то, чего я ждала так долго? Знаю, это глупо и наивно и принцы в сказках не покупают себе Золушек за круглую сумму… но имея выбор – попробовать или струсить, я предпочла все же первое. Потому что мне захотелось узнать – что значит находиться рядом с этим мужчиной. Мужчиной, в котором будоражило все – запах дорогого, немного резковатого, как он сам, парфюма; сильные руки, чуть поросшие волосами; лёгкая небритость, в которой при этом не было ни капли небрежности… Он был словно с другой планеты. С той планеты, куда мне прежде не было доступа и куда я, в общем-то, никогда не стремилась. До этого момента.

Теперь же мне хотелось узнать что-то новое. О мужчинах, о жизни, и о себе самой, наконец. Тем более, что он обещал ни к чему меня не принуждать. И, судя по тому, что не кинул на стол, едва мы подписали этот контракт – набрасываться на меня босс не собирался. Так что, вероятно, у меня будет несколько дней, чтобы понять – та искра, что пробежала между нами – это просто плод моей фантазии или действительно то, ради чего стоит рискнуть всем. На данном же этапе я ничего не теряла, соглашаясь сопровождать его в поездке. Во всяком случае, мне так казалось.

А ещё меня преследовало ощущение, что все случившееся абсолютно нереально и вскоре окажется, что этот контракт и этот мужчина – всего лишь чей-то розыгрыш. Если бы не ощущение его прикосновения, что все ещё клеймом горело на руке – я была бы абсолютно уверена, что стукнулась головой, и эта работа просто привиделась мне в горячечном бреду. И опасение, что с минуты на минуту раздастся звонок и та же самая Мила скажет, что в моих услугах уже не нуждаются, становилось тем сильнее, чем яснее было понимание: я хочу эту сказку и этого принца. Хотя бы на один вечер, а потом… кто знает, возможно, и на всю жизнь.

Звонок в дверь следующим утром раздался неожиданно и заставил снова подскочить в постели и уронить на пол несчастного кота, мирно дремавшего у меня на груди – по дурацкой привычке повернувшись к моему лицу лохматой задницей. Недовольно зыркнув зелёными глазищами, Принц снова вскарабкался на кровать, а я, нащупав вслепую тапочки, поплелась открывать дверь, попутно размышляя о том, кого могло принести ко мне так внезапно. Вариантов было не столь уж и много: либо соседка – пожилая женщина, которой постоянно требовались то соль, то яйца, то мука – а попросту, говоря, повод для общения; либо местные службы, неустанно проверяющие наш старый дом в надежде заменить кому-нибудь трубы по эксклюзивному предложению – всего-то десять тысяч рублей и никаких проблем, в противном же случае – будет просто конец света, ибо не сменив трубы мы не сможем снимать показания счётчиков и бла-бла-бла. Дешёвый развод, набивший уже порядочную оскомину.

Впрочем, когда я наконец распахнула дверь, параллельно пытаясь открыть ещё и глаза, оказалось, что оба предполагаемых варианта – абсолютно неверные.

– Какой ужас! – воскликнул незнакомый мужчина и, оглядев меня с головы до пят без особого восторга, театрально всплеснул руками. – Работать и работать, – пробормотал он, бесцеремонно протискиваясь в квартиру. За ним следом потянулась цепочка из людей, где трое мужчин несли на своих плечах целый гардероб, а замыкала все это торжественное шествие девушка, у которой в руках была куча сумок и каких-то коробок.

– Сюда ставь, моя курочка, – отдал распоряжение первый незнакомец, обращаясь к девушке и указал на стоявший в зале стол. Мой, на минуточку, стол, в моем, черт возьми, зале.

Догадаться о том, что происходит, было не так уж и трудно, и тем не менее данное вторжение меня возмутило. Хотя, посмотрев мельком на себя в зеркало, я была вынуждена признать, что выгляжу и правда не очень. Заспанная, со спутавшимися волосами и отпечатком подушки на правой щеке… И все же, я ведь никого к себе не звала, тем более – метнула я взгляд на часы – в семь утра. А о подобных визитах предупреждать бы надо заранее и тогда женщина не встретит вас лохматая и в пижаме. И мужская психика цела, и женская гордость не ущемлена. Хотя в данном случае этот постулат уже оказался нарушен.

– Простите, как вас зовут? – обратилась я к предводителю пестрого отряда, нагло вломившегося ко мне в дом.

– Сантьяго, – ответил тот с явной гордостью.

Я едва не фыркнула. Ага, Сантьяго он, как же. Наверняка какой-нибудь Семён из села Кукуево, который, приехав в большой город, решил, что теперь его должны звать более модно.

– Итак, доброе утро, Сантьяго, – сказала я нарочито приветливо. – Скажите, у вас есть девушка? Жена, любовница?

От заданного вопроса псевдомачо совершенно явно обалдел. Растерянно моргнув, ответил:

– Нет.

– Ну тогда позвольте вас просветить, – продолжила я, растягивая губы в милой улыбке. – Так вот, Сантьяго, это, – я указала на свое лицо, – не ужас. Это – суровая реальность. Сообщаю вам на будущее. Не благодарите.

В общем-то, судя по его манерам, я сильно сомневалась, что Сантьяго грозит когда-нибудь проснуться в одной кровати с женщиной, но все же, пусть знает, что обычные девушки выглядят по утрам именно так. Потому что к нему-то они явно приходили, уже приведя себя в какой-никакой порядок. Я даже легко могла представить, как это выглядело. Перед глазами мигом встала гламурная блондинка, которая, кокетливо выпятив густо накрашенные губы, говорила: «Ах, Сантьяго, дорогой, сделай из меня человека своими волшебными ручками!». А к таким, как я, его жизнь явно не готовила. Что ж, как говорится, добро пожаловать в мир обычных людей, Сантьяго.

– А что тогда это? – тем временем, бросился тот в атаку, кивая на мою пижаму с милыми мишками и кокетливым бантиком на поясе шорт. И, судя по его взгляду, ему она милой совсем не казалась. Скорее, он смотрел на нее так, как смотрят на протухший сыр.

– Пижама, – ответила я невозмутимо. – Знаете, такая штука, которую надевают на ночь.

– Не годится, – решительно отрезал Сантьяго и повернулся к своей помощнице. – Люси, звезда моя, срочно беги и…

– Не годится, простите, для чего? – перебила его я.

– Да ни для чего! – снова всплеснул руками он. – Разве что для мытья полов и то…

– Стоп, – прервала я Сантьяго ещё раз. – Вы, прошу заметить, ворвались в мою квартиру, даже не поздоровавшись, не представившись и не объяснив, какого черта явились. Впрочем, на ваше счастье, я умная, и догадалась обо всем сама. И тем не менее, если вы намерены со мной работать, будьте добры сменить тон и не оскорблять мою пижаму. В противном случае…

– Что же? – хмыкнул тот. – Вы снимете ее у меня на глазах?

– Хуже. Я привяжу вас к кровати и лягу рядом. В этой самой пижаме.

Он снова оглядел меня с головы до пят, но уже как-то иначе. Одобрительно, что ли? Усмехнулся и, покачав головой, сказал:

– Вы знаете толк в извращениях, милочка. Но мне это нравится.

– Ну вот и славно. В таком случае можете оставаться. Дайте мне десять минут и я вернусь к вам не такая ужасная.

– Окей, – протянул Сантьяго, – но эту пижаму все равно нужно сжечь.

Закатив глаза, я повернулась и ушла в ванную.

Холодный душ доставлял крайне мало удовольствия, зато отлично прогонял остатки сонливости и прояснял разум. Итак, можно было не сомневаться – ко мне домой по распоряжению босса явился этакий салон красоты на выезде имени этого самого Сантьяго, который наверняка собирался проделать со мной процедуры, названия которых я даже не знала. Потому что, если говорить честно, завсегдатаем подобных салонов никогда не была. Впрочем, не собиралась позволять делать из себя разукрашенную куклу и теперь.

В конце концов, босс вчера прекрасно видел, как я выгляжу сама по себе. И, если решил подписать со мной этот контракт, вероятно, его все устраивало. Хотя наличие в моем доме Сантьяго и его команды говорило, похоже, о совершенно противоположном.

Нет, я, конечно, не была против того, чтобы выглядеть стильно и ухоженно. Какая женщина в трезвом уме отказалась бы от подобного? Тем более, когда ей предстоит сопровождать такого мужчину, как Андрей… Станиславович. Почему-то я никак не могла даже в мыслях называть его просто Андреем. Наверное, потому что чувствовала – пропасть между нами пока ещё очень велика. И я крайне далека от того, чтобы ступить на его планету.

Честно говоря, этой ночью я долго не могла уснуть, думая о том, как должна выглядеть, чтобы соответствовать такому мужчине. И где вообще взять для этого средства.

Накануне он сказал, что Мила даст мне денег на все необходимое, но я выскочила из офиса раньше, чем меня успели бы облагодетельствовать подобным образом. Просто ощущала, что пока не имею права ничего брать. Ведь я же, если справедливо разобраться, ещё ничего не сделала. И, возможно, пару часов спустя босс вообще передумал бы насчёт моей персоны рядом с собой. Хотя, судя по явлению Сантьяго, этого не случилось. И вопрос о том, как выглядеть достойно рядом с Андреем Станиславовичем, уже был решен за меня.

Выйдя из душа в туго завязанном халате, я застала в зале следующую картину – мой не слишком-то ласковый обычно кот покорно сидел на руках у Сантьяго, а помощники стилиста выстроились в ряд вдоль стены, точно солдаты на параде. И если предательство Принца я ещё могла снести, то такое обращение с людьми – категорически нет.

– Простите, я не представилась, – сказала я, подходя к первому в шеренге и протягивая ему руку. – Меня зовут Лиза. А вас?

Исходя из последовавшей реакции, когда человек откровенно смутился от того, что я к нему обратилась, мне окончательно стало ясно, что обычно эти люди сопровождают Сантьяго в качестве мебели. Но только не в моем доме.

– Алекс, – ответил после паузы парень и неуверенно пожал мне руку, предварительно бросив опасливый взгляд на Сантьяго.

– Очень приятно, – кивнула я и, поздоровавшись также со всеми остальными, указала на диван:

– Садитесь, пожалуйста.

И только после этого повернулась к недовольно подбоченившемуся стилисту и, вскинув брови, сказала:

– Ну что, начнем?

Следовало отдать Сантьяго должное – лепить из меня нечто несусветное по принятому в светских кругах шаблону, он не стал. Казалось, стилист прекрасно понимал, что именно нужно подчеркнуть в моем лице, на чем сделать удачный акцент и что, напротив, замаскировать. Я покорно сидела, позволяя ему и его помощникам творить все, что Сантьяго считал нужным, ровно до тех пор, пока мне в голову вдруг не стукнул совершенно простой, но внезапный вопрос: почему он делает это все прямо сейчас?

– Сантьяго… – начала было я, но тот резко на меня шикнул:

– Не шевелись!

– Подождите, – всё-таки настояла я и он, недовольно вздохнув, спросил:

– Ну что?

– Зачем это все?

– Что зачем? – оторопел стилист.

– Макияж, прическа…

– У-у-у, как все запущено… – пробормотал Сантьяго.

– Да нет, зачем мне это сегодня?

– Дорогуша, ты хорошо себя чувствуешь? У вас же с Андре самолёт днём.

Что?!

– Я не знала, – нахмурилась я.

– Не хмурься, будут морщины, – сделал мне замечание Сантьяго. – Мила разве не звонила?

– Нет, кажется. Хотя…

Черт. У меня же отключен звук на телефоне.

– Дай телефон, пожалуйста, – попросила я стилиста, автоматически переходя тоже «на ты». – Он на кровати.

Когда Сантьяго протянул мне смартфон, я обнаружила, что все так и есть – десять пропущенных звонков, первый из которых в шесть утра, а последний – две минуты назад. Не завидовала я, честно говоря, этой Миле, которая работала, похоже, круглые сутки. Может, потому босс и искал себе женщину по объявлению, что ни одна просто так его не выдерживала? Может, он тиран и вообще садист? А я тут размечталась…

Да уж, хорошая мысля приходит опосля, что называется.

Отступать, впрочем, было поздновато, поэтому не оставалось ничего иного, как перезвонить Миле, что я и сделала, не без удивления узнав, что сегодня в два часа дня мы с Андреем Станиславовичем летим в Болгарию. В этот же момент мне стало ясно, зачем вместе с резюме запрашивались копии всех страниц загранпаспорта…

– Прикрой ротик, – ворвался в мое сознание голос Сантьяго. – Я ещё не накрасил тебе губы.

Казалось, Сантьяго и его отряд принесли в мою квартиру содержимое половины городских бутиков. Здесь было все – одежда, белье, аксессуары, украшения… Роясь в этом цветном ворохе, стилист безошибочно вытягивал из горы одежды именно то, что мне подходило. А я стояла и только теперь начинала четко понимать, во что вообще ввязалась.

Красивая картинка – вот то, что было нужно боссу рядом с собой. Только я искренне не понимала, почему для этой цели он не нанял какую-нибудь модель, которая заученно улыбалась бы в подходящие моменты? Ведь я всего этого не умела. Да и не хотела быть блестящей картонкой, за которой он не увидит ничего, кроме тела. Не хотела и не собиралась.

Ну что ж, Андрей Станиславович… вы, похоже, наняли себе не подстилку, как на то рассчитывали. Вы наняли себе головную боль.

– Как насчёт вон того красного платья? – поинтересовалась я, указывая наманикюренным пальцем на одну из вешалок. – По-моему, мне пойдет. Как ты думаешь, Санти?

* * *

Он был зол. Наверное, впервые за последнее время настолько сильно. А всему виной звонок в семь утра и сообщение, которое Мила произнесла ровным голосом:

– Мне не дозвониться до вашей новой сотрудницы. Если она не ответит в ближайшие полчаса, съездить по указанному в договоре адресу?

Андрей едва не выругался на отборном русском. Итак, его, босса солидной фирмы, проигнорировали или напрочь решили не выполнять свои прямые обязанности. А Меньшиков этого жутко не любил.

– Не нужно, – отпив кофе, ответил он. – Если она так и не объявится, я лично займусь этим делом по возвращении.

– Найти вам кого-нибудь иного?

– Нет!

Это слово он почти что рявкнул прежде, чем отключить связь. Мила что, с луны свалилась? Кого она собирается искать за пять часов до регистрации на рейс? Очередную девицу с улицы красных фонарей?

Нет, он действительно разозлился так, как никогда до этого. Нашлась тоже, принцесса. Принцесса, которая, по-видимому, ни разу не имела дел с серьёзными людьми и серьёзными контрактами. Да его юридический отдел трижды протащит девицу по всем кругам ада, чтобы она больше не совала свой нос в подобные конторы. А ещё лучше он действительно займётся этим делом лично.

Раздражённо бросив чашку в раковину, Андрей схватил пиджак и вышел из квартиры. Он собирался отправиться по делам и с небольшой проверкой в один из автосалонов фирмы, и сильно подозревал, что сотрудники будут очень не рады визиту босса.

– Если вы будете и дальше работать так, как работаете, вам придётся уволиться. Без выходного пособия.

– Но Ан-ндрей Станисва-лавович. В этом месяце продажи сильно упали. Курс евро…

– Я в курсе курса!

Меньшиков снова едва сдержался, чтобы не выругаться. Ему нужно взять себя в руки. Не думал ведь, что какая-то едва знакомая девица, с которой он сдуру заключил весьма интимный контракт, сможет так его вывести из себя.

– Я в курсе евро, фунта, йены и монгольских тугриков, – терпеливо, насколько это было возможным, добавил Меньшиков. – Равно как и в курсе того, что вы – обязаны заниматься продажами. И понимаю, что вы ими занимаетесь чертовски хреново, чёрт бы побрал всю эту богадельню!

Андрей сорвался, и теперь подчинённые смотрели на него с таким ужасом, который вполне можно было бы охарактеризовать как священный. Но Меньшиков сомневался, что данный эпитет подойдёт.

Нет, он прекрасно отдавал себе отчёт в том, что сотрудники автосалона ни в коей мере не виноваты в том, что продажи упали. Но и не позволить себе возможность высказать хоть толику того, что владело им в этот момент, не мог.

Внезапно раздавшийся звонок отвлёк его от размышлений о том, стоит ли и дальше песочить продавцов, а когда Андрей ответил и Мила торопливо, будто понимала, в каком состоянии он находится, оповестила его о том, что Лиза нашлась и с ней уже работают стилисты, мрачно улыбнулся. Ничего. Он покажет этой «принцессе», каково это – собственноручно подписаться под контрактом, который она заключила с Меньшиковым.

– Да. Да. Ещё раз да, – кивал он на вопросы Милы. – Я буду вовремя. Нет. За ней отправьте такси. Да. Я отзвонюсь.

С раздражением, направленным преимущественно на самого себя, Меньшиков нажал кнопку отбоя и вышел из автосалона, так и не увидев взглядов облегчения, направленных ему в спину.

В аэропорт Меньшиков прибыл ближе к полудню со странным предвкушением, которое рождалось внутри помимо воли. Теперь он был уверен, что Лиза отправится с ним, а перспективы, которые открывала перед ним эта поездка, будоражили, как терпкое вино.

Правда, когда Елизавета явилась в аэропорт, Андрею пришлось очень сильно постараться, чтобы скрыть своё удивление, приправленное изрядной долей внезапно нахлынувшего раздражения.

– Это что – кот? – безо всякого приветствия обратился он к Лизе, подошедшей к нему после короткого разговора по телефону, в котором он обрисовал своё местонахождение.

– Кот, – пожала плечами Елизавета, словно речь шла о чём-то само собой разумеющемся. – Его зовут Принц.

Меньшиков едва не подавился следующим вопросом. Принц и принцесса. На его несчастную голову.

– На него не распространяется приглашение, – процедил Андрей, уже понимая, что тащить эту рыжую огромную мохнатую скотину на свадьбу всё же придётся. – У вас есть для него переноска и документы?

– Конечно, есть. Принц регулярно со мной путешествует.

Меньшиков вздохнул. Нужно будет в следующий раз вписать в контракт пункт об отсутствии кошек, собачек, попугаев и прочих тварей, чтобы у очередной его «конкубины» и мысли не было тащить с собой малополезный комок шерсти.

– Хорошо. Скоро объявят наш рейс. Займитесь, пожалуйста, регистрацией документов и багажа. И вашего зверя.

Надо было отдать должное стилистам – нынче Лиза выглядела гораздо более презентабельно, чем то было при первой их встрече. И платье – ярко-красное, словно стоп-сигнал светофора, завидев который так и хочется нарушить все правила, – было Андрею по вкусу. Даже захотелось примириться с наличием кота. Временно, разумеется.

В целом же, когда Принц был сдан в багаж или бог весть куда – Меньшиков совершенно не собирался интересоваться его судьбой, – а они с Лизой устроились в удобных креслах салона бизнес-класса, Андрей почувствовал в некотором роде удовлетворение жизнью.

– Елизавета, – начал он, принимая от стюарда два бокала шампанского, один из которых протянул девушке. – Предлагаю перейти на «ты» и немного узнать друг друга.

По правде говоря, узнавать собирался именно он, ибо особенно распространяться о себе даже с женщиной, которую будет впоследствии долго и с аппетитом трахать, не планировал.

– Давай, – кивнула Лиза, отпивая сразу большой глоток из бокала. И хотя выглядела при этом не особо уверенной, Андрею понравилась её непосредственность.

– Так, – задумался он прежде чем выдать: – Есть ли у тебя родители? Вернее, живы ли они? Где ты училась? Ты сейчас живёшь самостоятельно или с родными? М-м-м… Чем увлекаешься?

Он не знал, что ещё спросить. Вроде бы – всего лишь возможность узнать друг друга ближе, только раньше он этим пренебрегал. После отношений с Ингой ему напрочь стало плевать на внутренний мир его пассий.

Мысли о ней разозлили Андрея, но когда он встретился со взглядом Лизы, в котором удивление смешалось с весельем, заметно успокоился.

– И это всё, что вы… ты хочешь узнать? – улыбнулась она.

– Для начала.

– Родители живы, но я с ними не живу. Сестёр и братьев нет. Мы жили в небольшом городке, но там не очень хорошо с работой.

Можно подумать, здесь было хорошо, раз нужда заставила её искать вакансию, подобную этой, – хотелось сказать Андрею, но вслух он произносить этого конечно не стал. Просто внимательно слушал Лизу, думая о том, насколько они разные.

О таких, как он, говорят «родился с золотой ложкой во рту». Всё, что имел, казалось, упало на него с неба. Хотя, только Меньшиков знал, каким трудом оно ему досталось.

– Так. А какие у тебя увлечения? – поинтересовался, когда Лиза замолчала.

Она задумалась, словно он задал ей совершенно необычный или даже неприличный вопрос, а после начала рассказывать про путешествия. Сначала неспешно, после всё более распаляясь, пока Меньшиков не понял, что она села на любимого конька.

– А в Болгарии ты бывала?

– Нет. Но очень хочу посмотреть на достопримечательности.

– Боюсь, что с этим могут возникнуть проблемы.

Он задумался, пытаясь припомнить, когда в последний раз ездил просто отдохнуть, а не по многочисленным делам, не оставляющим времени ни на что кроме них. И не смог вызвать в памяти ни одной подобной поездки.

– А может, и не возникнут, – заверил он то ли Лизу, то ли себя и прежде, чем она успела начать расспрашивать его о чём бы то ни было, прибавил: – Я немного подремлю. Ночь без сна. Разбуди меня перед посадкой.

И прикрыл глаза, давая понять, что сейчас его лучше не трогать.

К Сергею они прибыли часа через три. Всё то время, что занял полёт, Андрей спал, вернее, делал вид, что спит, а сам же размышлял над тем, во что вляпался по собственной воле. Итак, первое: Лиза была из тех, кто за словом в карман не лез. Ему нравилась эта черта в женщинах, когда они могли сказать что-то умное и по делу, но умели так же и вовремя замолчать. Или – что лучше – промолчать. Пока к Елизавете у него не было никаких претензий по этой части, впрочем, он не знал, будет ли так всегда.

Сергей, насколько его успел изучить Меньшиков, тоже предпочитал подобных женщин. Так что Лиза, скорее всего, ему должна была понравиться. Эта мысль неожиданно разозлила Андрея, и он даже заворочался в кресле, после чего открыл глаза и посмотрел на сидящую рядом девушку, которая что-то увлечённо читала в туристическом журнале.

Снова отвернувшись и «погрузившись в сон», Меньшиков продолжил размышлять. Второе – кот. Вернее, его наличие без уведомления об этом Андрея. Не то чтобы он был категорически против питомцев, но если бы выбирал везти или нет с собой на свадьбу к другу эти несколько килограммов рыжей бесполезности, определённо оставил бы кота дома. Надо будет обязательно сообщить Лизе, что подобные вещи она обязана обсуждать с ним лично.

Ну и третье – он почти ничего не знал о своей спутнице, а она о нём – и того меньше. И с этим могли возникнуть трудности. Хоть мало-мальскую легенду знакомства сочинить всё же придётся, пока Лиза не нафантазировала её сама.

В целом же всё было не так плохо, как могло бы быть, и этот вывод успокоил Меньшикова окончательно.

– Вы давно знаете друг друга? – не без интереса спросила Лиза, когда машина, взятая напрокат, притормозила у ворот особняка Кравцовых.

– Давно. Можем даже считаться старыми друзьями, – кивнул Андрей и, покинув автомобиль, открыл дверь Елизавете, на руках которой вольготно устроился кот. – Слушай, у тебя страсть к гигантомании? Есть же менее внушительные звери.

Он подал ей руку, глядя на то, как Принц недовольно смотрит прямо ему в глаза. Интересно, это недоразумение будет спать вместе с ними? Надо будет обсудить ещё и этот аспект. Делить территорию с рыжей мордой он точно не собирался.

– Зато с ним спать тепло, – пожала плечами Лиза, подтверждая худшие опасения Меньшикова. Впрочем, продолжать и дальше обсуждать этот вопрос он не стал. Ворота особняка распахнулись, и они с Лизой зашагали к дому по гравийной дорожке.

– Андрюха! Добрался-таки, а я уж и не чаял.

С такими словами им навстречу вышел Сергей Кравцов, зажавший в пальцах неизменную сигару. Он вскинул брови, прошёлся по Лизе долгим оценивающим взглядом, и у Андрея возникло желание дать рассмотреть девушку поподробнее, но одновременно с этим – спрятать от чужих глаз.

– Привет. – Меньшиков пожал руку Сергею и отступил на шаг, представляя спутницу: – Елизавета.

– Добрый день.

Хрупкая ладонь скользнула в крепкую мужскую Кравцова, и это тоже Андрею не понравилось. Да что это за дела? Он непринуждённо положил руку на плечи Лизы, обозначая тем самым свою территорию, и почувствовал, как тело девушки мгновенно каменеет, будто она готовится сбежать в первый подходящий момент.

– Давай может, по стаканчику пропустим, пока Надька там колдует над лазаньей. Сказала, что сегодня ужин с неё. Будет знакомить вас со своим женихом, – предложил Кравцов, кивая на дом. – Лизонька, идёмте, моя жена покажет вам, где можно разместиться и немного передохнуть. А мы с Андреем немного выпьем и поговорим о делах давно минувших дней.

Меньшиков наблюдал за тем, как Елизавета с котом поднимается по крыльцу в дом, как виляет попой… По крайней мере, для него это выглядело именно так. И ему это категорически не нравилось.

Когда Лиза была пристроена в заботливые руки жены Кравцова – Виолетте – а сами мужчины расположились в кабинете Сергея, Андрей выдохнул с облегчением окончательно. Всё совсем неплохо. Пожалуй, они прекрасно продержатся с Лизой пару дней, а заодно и смогут узнать друг друга лучше. Ну, прежде чем переводить отношения в горизонтальную плоскость, точно стоит пообщаться хоть немного. Хотя… не он ли вчера думал об обратном?

– Где ты нашёл это чудо? – поинтересовался Кравцов, протягивая Андрею бокал виски, когда они расположились в креслах возле камина.

– Почему чудо?

– Потому что на тебя не похоже заводить себе таких женщин, – пожал плечами Сергей.

– Каких таких? – Вопросы Кравцова тоже раздражали. Если так дальше пойдёт, он начнёт бросаться на лучших друзей.

– Живых, что ли.

– А до этого я предпочитал зомби? – с сарказмом уточнил Меньшиков, ухмыляясь краешком губ. – Ты для меня открыл Америку.

– Ты понимаешь, о чём я. – Сергея было не смутить реакцией Андрея. И Андрей действительно понимал. И чем острее было это осознание, тем больше он раздражался по непонятным для него причинам.

– Мы познакомились недавно. И пока на стадии узнавания друг друга, – уклончиво ответил он и быстро перевёл тему в другое русло: – Что со свадьбой? Где Надя собирается её устраивать?

– Прямо в саду.

– В саду?

– Да. Это вообще моя головная боль. Я хотел снять какой-нибудь замок в Европе. Или ресторан на худой конец. Но у Нади уже всё продумано. Торопится выйти за своего Даню. Какие-то там анаграммы в именах просмотрела, нумерологию. Высчитала, что ей нужно замуж именно завтра. Иначе потом как-то там планеты сойдутся лет через пятнадцать.

– Ну и вышла бы в тридцать четыре.

– Вот и я о том! Я думал, беременная. Но вроде нет. Планеты выстроились в ряд, поэтому завтра гуляем свадьбу.

Кравцов замолчал, качая головой, а на губах его появилась улыбка. Он души не чаял в жене и дочерях, и только теперь Меньшиков понял, что завидует другу. По-белому, но завидует. Хотя, он в последнее время вообще не думал ни о том, чтобы завести семью, ни о том, что у него в принципе когда-то могут появиться дети.

И не станет думать об этом сейчас. Перед мысленным взором появилось лицо Инги, и Андрей с силой сжал бокал в пальцах. К чёрту воспоминания о ней. И её тоже к чёрту. Он просто проведёт эти два дня в компании приятных ему людей, а потом вернётся к привычной жизни. И в ней уж точно нет места подобным мыслям.

И не будет.

* * *

– Проходите сюда, Лизонька.

Виолетта Кравцова – красивая женщина средних лет, у которой трудно было представить наличие взрослой дочери, раскрыла передо мной дверь в спальню и я, по-прежнему держа Принца на руках, неуверенно ступила внутрь.

Большая светлая комната была выдержана в нежно-голубых тонах – от портьер на окнах до изящной, словно бы кукольной, мебели. Подобную обстановку я раньше видела, наверное, только в кино да музеях. Ну, может быть, еще в некоторых отелях – в Турции как-то раз у меня был похожий номер. Такой милый и уютный винтаж.

Взгляд против воли цеплялся за резные шкафчики с узорчатыми ручками; за телефон на прикроватном столике в старинном стиле – небесного оттенка, с рисунком из роз и золотой каймой на краю корпуса и трубки; за причудливую роспись на портьерах, где диковинные птицы порхали над пышными бутонами цветов. Я старалась не слишком откровенно пялиться на то, что меня окружало, дабы хозяйка дома не поняла, насколько я далека от соприкосновения с подобной обстановкой в обычной жизни. Что-то подсказывало – Андрей Станиславович вряд ли захотел бы, чтобы эти люди узнали, кто я такая на самом деле.

– Вам нравится? – поинтересовалась, между тем, Виолетта, и от заботы, прозвучавшей в ее голосе, я вдруг почувствовала себя увереннее. – Мы долго думали, давать ли вам с Андреем общую спальню и в итоге решили поселить в две разные, но если вас это не устраивает – вы только скажите…

Повисла многозначительная пауза. Черт, что же ответить? Если скажу, что две отдельные комнаты – это замечательно, не поймет ли Виолетта, что мы с Меньшиковым, мягко говоря, совершенно чужие люди и, соответственно, не рассекретит ли она наш фарс? А если я отвечу, что нам нужна общая спальня – к чему я, по правде сказать, была совершенно не готова – не сочтут ли меня… м-м-м, девушкой не слишком высоких нравов, которую Андрей Станиславович притащил с собой только для того, чтобы было кого трахать? Что, в общем-то, было весьма недалеко от истины. Только вот проблема: я не знала, какое впечатление о наших «отношениях» он хотел оставить у своих друзей. Ну а посему, данный вопрос мне предстояло решить самой.

– Мне очень нравится, – улыбнулась я смотревшей на меня с нескрываемым интересом женщине. – Лучшего и пожелать нельзя.

Вот так. Красиво уйдем от ответа. И, если судить по тому, какой довольной после моих слов сделалась Виолетта – это сработало.

От дальнейших расспросов меня спасло появление мужчины, принесшего мой багаж. Интересно, он у них тут в роли швейцара? Может, у Кравцовых даже целый штат прислуги имеется? Хотя нет. Ведь невеста, как я уже слышала, самолично готовит к ужину лазанью. Что ж, уже легче.

– Ужин будет готов в шесть, – сказала Виолетта после того, как мужчина ушел и, отступив, в свою очередь, к выходу, добавила:

– Отдыхайте пока, Лизонька, не буду вам мешать.

– Спасибо, – коротко поблагодарила я с улыбкой и облегчённо выдохнула, когда дверь за женщиной закрылась.

Опустив Принца на кровать, я озадаченно уставилась на свой багаж – три огромных чемодана, в которых Бог знает, как вообще что-то можно было найти. Признаться, я никогда ещё не ездила куда-то с такой грудой вещей, немалую долю которых составляла косметика. Господи, да у меня все обычно помещалось в небольшой классический чемодан размером 55-40-20, и, вероятно, сама бы я и на этот раз обошлась минимумом, но вот беда – мое «приданое» собирал Сантьяго. А для него лишних вещей, похоже, не существовало в принципе. Я же стояла рядом и только успевала смотреть на то, как он споро раскидывает по трем чемоданам кучу всего, приговаривая:

– Это если будет жарко, это – если будет холодно, это – если будет прохладно, это – на вечер, а это – на утро, это для выхода днём, это – для торжества, а это – на повседневность…

Я пыталась возразить, что на несколько дней мне столько всего совершенно не понадобится, да и вероятность, что в Болгарии летом будет холодно, стремилась практически к нулю, но Сантьяго было не переубедить. А когда дело дошло до сбора косметики, ум у меня окончательно зашёл за разум.

– Основа под макияж, основа под тени, тональный крем, консилер, пудра обычная, пудра-шиммер – ее наноси только на определенные зоны лица, не забудь, иначе будешь светиться как новогодняя ёлка; так, ещё румяна, помада под красное платье, помада под розовое платье, помада под платье цвета фуксии…

Он перечислял, а я смотрела на все это и понимала, что запомнить что и к чему во всей этой горе косметики – мне просто не под силу. Да и нужно ли? В конце концов у меня была не настолько уж плохая кожа. Правда, Сантьяго я об этом говорить не стала – он был свято уверен, что косметики много не бывает, как, впрочем, и одежды с обувью.

И вот теперь мне предстояло не только сообразить, в чем пойти на ужин к друзьям босса, но ещё и отыскать в этих безразмерных чемоданах «то, не знаю что». Потому что я понятия не имела, счастливой обладательницей чего вообще являюсь. Мне, в общем-то, вполне комфортно было в том красном платье, что уже было на мне надето, но логика подсказывала, что к ужину лучше переодеться. А потом… может, удастся отпроситься у босса на небольшую вечернюю прогулку? Страшно хотелось увидеть достопримечательности хоть одним глазком, но я понимала, что нахожусь здесь не для собственных развлечений. Но вдруг всё-таки повезет?..

Вздохнув, я наклонилась и открыла первый чемодан, в котором оказалась одна сплошная обувь – на каблуках, на шпильках, на танкетке, на платформе… Вспомнив гравийную дорожку, ведущую к особняку, шпильки и каблуки я мигом отмела, ибо в тех случаях, когда на них рискуешь выглядеть скорее смешно, чем красиво – лучше не рисковать. А вот светлые босоножки на полосатой танкетке мне, пожалуй, вполне подойдут. Тем более, помнится, что Санти уложил в чемодан белое платье – я сочла, что оно вполне сгодится для скромного домашнего ужина. Во всяком случае, я надеялась, что он будет именно таким.

Платье нашлось в третьем чемодане минут через двадцать поисков и к моменту, когда я сделала себе, как умела, ненавязчивый нюдовый макияж – от греха подальше без участия шиммера, оказалось, что уже пора идти на ужин. Выудив из чемодана духи – их было здесь не менее двадцати флаконов – я в который уже раз озадаченно уставилась на все это добро. В голове снова зазвучал голос Сантьяго:

– Этот аромат свежий, его используй в первой половине дня, этот – хорош для торжественного вечера, этот – лучше носить при прохладной погоде, а этот… ооо, какой томный… ну, ты поняла, когда он тебе понадобится.

Ну, допустим, поняла. Только что из всего этого что – совершенно не сумела запомнить, а потому, просто послушав каждый, нанесла тот, что понравился больше всего – ванильно-солоноватую «Olympea».

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.