Братья Гримм
Сказки

© Трофимова А. В., вступительная статья, 2018

© Оформление серии, примечания. АО «Издательство «Детская литература», 2018

* * *

Братья Гримм – собиратели драгоценностей

Удивителен, богат и необычайно наполнен мир народной сказки! Все, что окружало человека, все, что тревожило его, – находило отображение в сказках. Домыслы, переживания, былые верования, приметы, поговорки, отголоски событий древности – все сливалось воедино, и получались волшебные, поучительные, познавательные, бытовые или просто развлекательные сказки.

Но чем глубже в веках голоса первых сказителей, чем дальше от нас, современных, сказки, тем сложнее их воспринять, понять, а то и просто сохранить. И то, что в XIX веке появились люди из университетских кругов, образованные, ценящие и понимающие фольклор, было сродни настоящему чуду. По сути, это оказалось сказкой, в которой собираются разбросанные по земле драгоценные осколки, чтобы воссоздать максимально близкое к изначальному слово, несущее истинную мудрость народа.

Почти везде, во всех культурах были такие люди, для которых сказки были не просто потешки и возможность скоротать вечер в компании, что-то дешевое и не имеющее цены. Как раз для них сказки имели высокую цену и ценность. Они понимали, что именно в сказках заложены истоки нации, суть народа, глубина традиций и то, истинное, что видно и понятно не сразу.

Сказку можно разбирать слой за слоем, находя разные смыслы и посылы для разных адресатов. Ребенок увидит в сказке предостережение не заговаривать с незнакомцами и слушаться родителей, девушка – не доверяться первому встречному, молодой мужчина запомнит, что надо быть внимательнее и аккуратнее, а пожилой, рассказывая сказку, сделает акцент на том, что хочет донести до своих детей и внуков, собравшихся холодным вечером у очага.

Но в истории нашей цивилизации чуть было не наступил момент, когда старая сказка начала вытесняться и стираться в вихре исторических событий, закруживших и смешавших всех в котле войн, великих технических преобразований и перемещений. Конечно, на новых, недавно открытых землях начали появляться новые сказки и герои, занимая место гусей-лебедей, сахарных домиков, злых ведьм, добрых волшебниц и мифических молочных рек. Новые сказки отображали новые возможности и учили преодолевать новые препятствия. Великаны сменялись лихими ловкачами, а сказочные принцессы таяли вместе со своими замками, драконами и принцами в пыли новых дорог, пропадали, стирались взрывами новых орудий мировых конфликтов.

В Германии одними из первых, кто обратил внимание на исчезающий и теряющийся пласт устного народного творчества, стали Якоб и Вильгельм Гримм. Известные всему миру братья Гримм – собиратели сказок, лингвисты, составители словарей и исследователи родного языка и мифологии, они смогли осознать, что именно в сказках надо искать истоки понимания своего места в мире, свой генетический код.

Детство братьев Гримм было непростым. Когда младшему из них исполнилось десять лет, умер их отец и заботу о большой семье (всего детей было шестеро – пятеро братьев и одна сестра, Лотта) взяла на себя их богатая тетушка, которая тоже вскоре умерла. Мать, понимая, что старшие братья очень смышленые и умные, отправила мальчиков к своей сестре в город Кассель, где дети получили образование. Они рано осознали себя взрослыми, так что, может быть, именно короткое детство и дало толчок к собиранию сказок. И несмотря на то что образование их было далеко от лингвистики, они погрузились в богатый мир слова. Видимо, все-таки это было их предназначение, задуманное где-то в высших сферах и написанное им на роду. Именно этим они и должны были заниматься.

Братья были близки всю жизнь, чему способствовала и небольшая разница в возрасте. Учились и работали всегда рядом, смотрели в одну сторону, ставили и видели одни и те же цели. У них не было разногласий несмотря на то, что старший, Якоб, был сдержан и организован, а младший, Вильгельм, обладая поэтическим восприятием мира, смотрел на все восторженно, а иногда и просто легко. Наверное, именно эта разница восприятия действительности и помогла им собрать сокровищницу под названием «Детские и семейные сказки». Ведь видя разные оттенки и нюансы, смотря на жизнь под разными углами, можно найти все драгоценности мира!

Братья никогда не присваивали себе авторства сказок, всегда подчеркивая, что они – народные. Более того, в самом начале они не обрабатывали их, а публиковали в том виде, в каком записали за рассказчиком, без адаптации, чем порой и вызывали волны критики у «братьев по лингвистическому цеху». Именно в аутентичности в истинности, своеобразной натуральности и изначальности видели братья Гримм ценность собранных сказок. Однако в более поздних изданиях им все-таки пришлось сделать небольшую литературную обработку и смягчить некоторые места в текстах для того, чтобы сказки можно было спокойно, без дополнительных объяснений читать детям. Были убраны особенно жестокие сцены и сцены, где могли быть разночтения и противоречия. Впрочем, и этими изменениями они не смогли угодить литературоведам – критика была не меньшей, чем при первых изданиях без купюр!

Якоб и Вильгельм старались записать сказки максимально близко к источнику, к сказителю. Иногда рассказчиками выступали их знакомые, иногда они случайно встречали интересных людей и записывали ранее не зафиксированные сказки. Пару раз поиски сказок приводили даже к расширению их семьи. Сестра братьев Гримм Лотта вышла замуж в семью важного чиновника города Гессен, где братья записывали сказки. И Вильгельм, младший из братьев, женился на дочери аптекаря, в семье которого также велась запись!

Тринадцать лет собирали братья Гримм свои сказки, и впервые они были опубликованы в Берлине без картинок очень маленьким тиражом в 1812 году. В первый том вошло всего восемьдесят шесть сказок. Во второй, вышедший тремя годами позже, – семьдесят. Почти двести лет назад они собрали около двухсот сказок, которые стали настоящей сокровищницей, переиздавались при их жизни неоднократно, дополнялись новыми сказками и иллюстрациями, переводились на десятки языков. К одному из изданий иллюстрации сделал их младший брат Людвиг Эмиль. Он создал портрет своих знаменитых братьев и изобразил одну из рассказчиц (фрау Фиманн), за которой они записали несколько сказок.

Но как же случилось, что именно братья Гримм стали главными сказителями германского народа? Почему дети юриста, которые и сами планировали пойти по стопам рано ушедшего от них отца, переключились на фольклористику и лингвистику? Любовь к фольклору, кстати, братьям привил профессор Савиньи, преподававший историю права, опираясь на устное народное творчество. В том числе и сказки!

Получив в Кассельском лицее, а потом и в Марбургском университете хорошее юридическое образование, братья много читали и познакомились с идеей, витавшей в тех стенах, что государство объединяет общий язык, и позже в своих исследованиях языка отчасти способствовали объединению вечно спорящих и воющих между собой мелких немецких княжеств и королевств в единое государство. Идея единого германского языка вдохновляла их всю жизнь: они искали не различия, а сосредотачивались на том, что похоже и однотипно, доказывая этим единство своего народа. Ведь общие языковые обороты, сюжетные линии и отношение рассказчиков к своим героям и их поступкам, присутствующие в сказках, говорят об общей истории, традициях и взглядах на жизнь.

Казалось, все обстоятельства были за то, чтобы именно Гримм выпустили сборник сказок. Им помогали друзья, которые присылали записанные в разных местах новые, не известные до этого сказки. Благодаря одному из товарищей Вильгельм Гримм даже смог познакомиться с Гёте и получить доступ к уникальным библиотекам.

Не всегда работа Якоба и Вильгельма была спокойной и академической. Они принимали участие в политической деятельности, их приближали сильные мира сего к себе, лишали работы, кафедры, одного из них даже высылали из страны за протесты. Но благодаря научной деятельности, работе в библиотеках, огромному количеству напечатанных статей и известности, приобретенной с годами, в 1840 году немецкий кронпринц Фридрих-Вильгельм IV Прусский пригласил братьев Гримм в Берлинский университет, где они преподавали и вели работу над единым литературным германским языком всю оставшуюся жизнь.

В сороковых годах девятнадцатого века, будучи уже профессорами берлинского университета, они начали работу над «Словарем немецкого языка», где давали не только толкование слов, но и историю их происхождения, образования, примеры употребления, а также примечания. Старший из братьев, Якоб, умер над этой рукописью, работая над словом «фрукт» (плод). Поистине, родной язык был делом, плодом и любовью всей жизни обоих братьев. Работа над этим колоссальным трудом была закончена только в начале шестидесятых годов двадцатого века! Не одно поколение лингвистов трудилось над тем, что начали братья Гримм, и сейчас в этом словаре объяснено более трехсот пятидесяти тысяч слов.

Интересно, что Якоб, разбирая старые сказки, благодаря своему юридическому образованию нашел в них корни немецкого права и отображение древненемецкой правовой системы вообще! Казалось бы, как это возможно? Но при погружении в глубины сказочного пространства исследователям открываются новые и новые слои! Психологи и психоаналитики находят в сказках глубинные архетипы и изучают человеческую душу и ее проблемы. Учителя обязательно найдут в сказках педагогический подход к ребенку и принципы формирования личности человека на основе поведения героев. Экономисты увидят системы оплаты древности и вообще строение экономических взаимоотношений между людьми времен, когда появились сказки, и на основе этого даже смогут вычислить, когда происходили сказочные события.

Сказки продолжают жить и дают вдохновение для нового творчества. На основе сказок, собранных немецкими лингвистами Якобом и Вильгельмом Гримм сняты художественные фильмы, сериалы, поставлены спектакли и оперы. Их сказки на сегодняшний день одни из самых издаваемых и известных. Современные сказочники и фантасты на их основе пишут книги, а дети, как и в былые времена, учатся жизни: не разговаривать с незнакомцами, быть верными друзьями, не сходить с намеченного пути, помогать тем, кто нуждается, и быть при этом осторожными.

Сказки – это сублимированные знания человечества, созданные в доступной для детей форме. Возможно, иносказательные ситуации, описанные в сказках, смогут запомниться лучше, чем конкретные советы, услышанные в семье. Ведь перед мысленным взором ребенка обязательно возникнет невнимательный и нетерпеливый братец, не слушавший сестру и превратившийся в козленка. Или девочка, ослушавшаяся мать и проглоченная волком. А может быть, вспомнятся девушки, проявившие уважение к госпоже Метелице или к трем пряхам, и воспоминания эти не позволят оскорбить тех, кто старше или выглядит иначе. А еще обязательно будет вспоминаться находчивость бременских музыкантов, которые смогли благодаря сообразительности и стечению обстоятельств избавиться от разбойников. А в незнакомой обстановке придет на ум история о веселом парне с золотым гусем, который смог рассмешить принцессу и стать королем. Сказки говорят о том, что нет безвыходных ситуаций. Обязательно можно придумать, как выпутаться из проблем, сохранить лицо и, может быть, даже приумножить свой капитал.

Вот и сказки братьев Гримм отображают практически все ситуации, с которыми может встретиться человек. Умный прислушается и воспользуется советом, глупый же сам станет героем сказки или были, чтобы остальные учились на его примере.

У братьев Гримм был удивительный дар – любовь к Родине и родному языку. Только благодаря этому они смогли сохранить чудо и сокровище, которое бережно передается детям и в наше время, – народные сказки.

А. Трофимова

Сказки

Шиповничек

Давным-давно жили король с королевой. Каждый день грустили они и повторяли:

– Ах, если бы у нас родился ребеночек! Как были бы мы счастливы!

Но, как бы ни сетовали они, детей у них не было…

Как-то купалась королева в пруду, и выпрыгнула из воды рядом с ней огромная лягушка и проквакала:

– Исполнится твое заветное желание меньше чем через год!

Что сказала вещая лягушка, то и случилось! Не прошло и года, родилась у королевы дочка, а король от счастья решил устроить большой пир и позвать всех родственников, друзей, знакомых. Не забыл он позвать и всех волшебниц королевства, чтобы они благословили девочку. Запамятовал он лишь об одной из них, самой злой. Но король понадеялся, что она уже умерла, ведь та была стара уже в годы его детства.

На пиру перед приглашенными волшебницами были поставлены золотые тарелочки с кушаньями, и дамы остались очень довольны приемом.

По окончании великолепного пира двенадцать волшебниц стали одаривать девочку своими подарками. Первая пообещала, что девочка будет самой доброй на свете, вторая дала слово, что королевна станет самой красивой, третья благословила ее богатством. Так все волшебницы сделали дочке короля такие подарки, о которых простым смертным можно было только мечтать.

Но лишь произнесла свое благословение одиннадцатая волшебница, как внезапно появилась старая злая ведьма. Она пришла отомстить за то, что ее не пригласили, и с порога произнесла страшное проклятие:

– На пятнадцатом году своей жизни королевна уколется веретеном и упадет замертво!

Сказав это, она исчезла. Все гости от страха стали белее полотна. Но двенадцатая волшебница, которая еще не успела благословить девочку, сказала:

– Я не смогу отменить страшного проклятия, но смогу смягчить его. Королевна действительно уколется, но не умрет, а только заснет на сто лет.

В ужасе король приказал сжечь все веретена в королевстве. Конечно, он хотел избавить свою дочь от беды, но возможно ли было спорить с судьбой?

Маленькая королевна росла, как и пообещали все волшебницы: умной, доброй, скромной, приветливой и очень красивой. И всякий, кто видел ее, не мог не полюбить девочку.

Настал день, когда ей исполнилось 15 лет. Король с королевой уехали из дворца, а девушке захотелось побродить по замку. Ушла она в самый дальний конец и забралась по старой лестнице в какую-то башенку. Там за скрипучей дверью с ржавым замком сидела древняя старушка и пряла лен.

– Здравствуй, бабушка, – поздоровалась королевна. – Чем это ты занята?

– Я пряду, – ответила старушка.

– А что же это за диковинная вещица, которая вертится и подпрыгивает? – спросила девушка и взяла в руки веретено. Но лишь дотронулась она до него, как предсказание злой ведьмы исполнилось: девушка уколола палец.

В тот же миг упала королевна на кровать, которая стояла в каморке, и погрузилась в глубокий волшебный сон. И весь замок начал постепенно засыпать. Король и королева, только что вернувшиеся домой, лишь ступив в тронный зал, опустились на пол и заснули. Следом за ними сомкнули глаза стражники, придворные, кони в стойлах, голуби на крышах, мухи на стенах. Замер огонь в очаге, жаркое перестало томиться и булькать в горшочке. Повар, который хотел схватить поваренка за волосы, что тот недосмотрел за чем-то, тоже заснул. Притих ветер, и на деревьях перед замком не шелохнулся больше ни один листочек.

И лишь все сомкнули глаза, вокруг замка начали расти кусты дикого шиповника. Колючие ветви спрятали от мира замок с его спящими обитателями. С каждым годом живая изгородь становилась все выше, и через несколько лет замок совсем исчез в зарослях: не было видно даже флага на самой высокой башне – его тоже оплел дикий шиповник. И появилась в тех краях легенда о королевне Шиповничек, ведь так и прозвали юную девушку, уколовшую палец о веретено.

А к замку стали приезжать принцы, королевичи и царевичи из разных государств. Все они старались пробиться через заросли к замку, чтобы разбудить спящую королевну, но ни один из них не справился: ветви кустарника так плотно переплелись, что стали словно нерушимая стена.

Прошло много лет, и недалеко от заколдованного замка оказался молодой королевич. От какого-то дряхлого старика услышал он историю о королевне Шиповничек, о том, что она должна пробудиться от волшебного сна, когда настанет час. И рассказ этот так тронул сердце королевича, что он отправился к зарослям дикого шиповника. Как ни уговаривал старик не делать глупостей и не повторять судьбу многих несчастных принцев до него, королевич не мог остановиться.

– Я чувствую, что должен увидеть королевну. И так я и сделаю, чего бы это мне ни стоило!

Королевич подъехал к изгороди из колючих кустов и увидел, что вся она усыпана крупными алыми цветами. Лишь приблизился юноша к веткам, как они расступились: ведь именно сегодня исполнилось ровно сто лет с того дня, как царевна заснула.

Королевич свободно прошел на главную площадь. Здесь увидел он собак, что лежали и спали, на крыше сидели голуби и спали, спрятав свои головки под крыльями. Когда королевич прошел внутрь замка, то увидел и спящую стражу, и повара с поваренком на кухне, и короля с королевой, спящих у тронов. Сон был повсюду: даже мухи по-прежнему спали на стенах и гобеленах.

Принц обошел весь замок и, наконец, вошел в маленькую каморку в башенке, где спала королевна Шиповничек. Она была так хороша, что королевич не мог отвести от нее глаз – он сразу влюбился в нее и поцеловал.

И лишь коснулись его губы губ королевны, как она открыла глаза и улыбнулась, ласково взглянув на королевича. Он взял ее за руку, и они спустились в тронный зал, и все, мимо кого проходила молодая пара, сразу просыпались, потягивались и открывали глаза, удивленно осматриваясь вокруг.

Во дворе очнулись ото сна кони, громко заржав; собаки весело завиляли хвостами; голуби подняли головы из-под крыльев. Даже мухи задорно зажужжали. Огонь на кухне заплясал в очаге, а повар отвесил поваренку давно заготовленную оплеуху.

Конечно, была пышная свадьба, и на нее пригласили всех жителей королевства. А королевна Шиповничек с молодым королевичем жили в роскоши долго и счастливо много-много лет.

Что написано на роду – то и случится!

Госпожа Метелица

Часто ли добро и трудолюбие бывают вознаграждены, а зло и лень наказаны? Об этом и будет рассказ.

Жила когда-то вдова с двумя дочерьми. Одна была родная, вдова ее любила и холила, хотя была девушка ленива и нехороша собой, вторая же, старшая, осталась после смерти мужа. И хотя девушка была приветлива и веселого, легкого нрава, не любила ее мачеха, да только и думала о том, как бы она куда-нибудь пропала. Всю тяжелую работу в доме выполняла неродная дочка и делала это так проворно и ловко, что только сильнее злила мачеху. Родная же дочь лежала целыми днями, охала и была всем недовольна.

Сидела как-то нелюбимая дочка у колодца и пряла пряжу, и так долго и усердно она пряла, что кровь выступила на пальцах. Нагнулась девушка к воде в колодце, сполоснуть нитки, но веретено выскользнуло из ее рук и упало вниз. Заплакала она и побежала домой, рассказать про эту беду. Мачеха долго бранила и ругала ее, а после и вовсе сказала:

– Смогла уронить, сумей и достать! И без веретена не возвращайся!

Ахнула девушка и, не помня себя от страха, прыгнула в колодец. Но оказалась она не на дне, а на зеленом лугу. На небе светило яркое солнце, в траве цвели прекрасные цветы, а меж холмов вилась еле видная тропинка. Девушка решила идти вперед, чтобы понять, что же с ней приключилось и где она оказалась. Пройдя немного, увидела она печь, полную хлеба.

– Вытащи, вытащи меня! – закричал хлеб. – Я давно испекся! Вытащи, а не то я сгорю.

Решила девушка ничему не удивляться в этом странном месте, а сделать, как ее просит хлеб. Вытащила она лопатой все хлебцы, уложила их ровненько и пошла дальше.

Вскоре услышала, как опять кто-то просит ее:

– Помоги мне!

Увидела девушка яблоню и поняла, что это она говорит с ней.

– Помоги мне, отряхни с моих веточек яблоки! Давно уже они поспели!

Начала девушка трясти дерево, и посыпались яблоки на землю как дождь, но ни одно не задело ее. Отряхнула девушка яблоню, сложила аккуратно плоды и отправилась дальше.

Вывела тропинка ее к домику, в окошке которого увидела она старушку. Старушка приветливо улыбнулась. Ах, какие у нее были огромные зубы! Девушка даже испугалась и хотела убежать. Но старушка ласково сказала ей:

– Не бойся, милая девочка. Поживи у меня, помоги по хозяйству: взбивай хорошенько мою перину, да так, чтобы перья из нее летели! Тогда будет повсюду на земле идти снег. Ведь я – госпожа Метелица.

Увидела девушка, что старушка при такой странной внешности вовсе не злая, и осталась у нее жить и работать. Домашние дела ей было делать привычно, ведь и дома она занималась тем же. Все девушке удавалось легко и быстро, она старалась угодить хозяйке, и та была с ней добра и любезна, кормила ее сытно и никогда не ругала. Ведь перина была взбита, а дом чисто выметен. И хотя у мачехи с ней так хорошо не обходились, но через какое-то время затосковала она по дому.

Заметила госпожа Метелица, что девушка грустит, и спросила ее, что случилось.

– Очень мне хорошо у вас, но тянет меня домой так, что сил уж нет. Точно говорят, что родная сторона, какая б ни была, зовет к себе. Не могу я жить больше у вас, пора мне.

– Я понимаю тебя, девочка, – ответила госпожа Метелица. – Это хорошо, что ты хочешь вернуться. Я провожу тебя и награжу за верную службу.

Старушка подвела девушку к воротам и открыла их. И когда девушка проходила под ними, на нее пролился дождь из золота и все платье, обувь и волосы ее стали золотыми.

– Это тебе подарок за то, что ты так прилежно работала и выполняла все мои приказания, – сказала госпожа Метелица и протянула ей веретено с золотыми нитками.

Лишь закрылись ворота за спиной девушки, оказалась она недалеко от дома своей мачехи. И только зашла во двор, как петух, сидевший на колодце, запел:

– Ку-ка-ре-ку! Ко-ко-ка!
Вернулась наша девица!
Ку-ка-ре-ку! Ко-ко-ка!
Золотом блестит она!

Вошла девушка во двор, а мачеха и ее дочка уже расспрашивают, как так вышло, что она живая, да еще вся в золоте. Как же позавидовали ей злые родственницы! Как же захотели и они быть в драгоценностях!

Посадила мачеха свою дочку прясть пряжу у колодца. Но не стала ленивица ждать, когда руки сотрутся до крови. Она просто уколола себе палец, бросила нитки в воду и прыгнула следом. Оказалась она на том же дивном лугу, что сестра, и увидела печку с хлебом, который жалобно просил ее:

– Вытащи, вытащи скорей! Я давно испекся! Вытащи, а не то я сгорю.

Но ленивая девушка только отмахнулась:

– Вот еще! Буду я золой мараться!

Пошла она дальше и встретила яблоню. Та тоже попросила помочь, но и здесь ленивица не стала утруждаться.

– Отстань! Не до тебя мне! – фыркнула она.

Подошла девушка к домику, около которого сидела старушка, и, не поздоровавшись, сразу сказала, что хочет жить и работать у нее. Зубов госпожи Метелицы ленивица не испугалась, ведь сестра рассказывала и о них, и о том, как сладко и сытно было жить в этом домике.

Первый день девушка помогала по хозяйству как полагается – аккуратно мела пол, взбивала перину так, что летели перья, слушалась и угождала старушке во всем. Но на второй день она делала уже все не так усердно, а уж на третий и вовсе встала поздно и ничего не делала. Перину взбивать ленивица перестала и все время просила есть. Надоела эта лентяйка госпоже Метелице, и предложила она девушке отправиться домой. А та только этого и ждала, надеясь на награду из золота!

Проводила госпожа Метелица свою нерадивую работницу к воротам, а когда та проходила под ними, на нее пролился дождь не из золота, а из черной смолы!

– Как ты работала, такая тебе и награда! – сказала строго госпожа Метелица и закрыла ворота.

Вошла во двор родного дома ленивая дочка с плачем и ругательствами. А петух увидел ее и пропел:

– Ку-ка-ре-ку! Ко-ко-ка!
Вернулась ваша девица!
Ку-ка-ре-ку! Ко-ко-ка!
Вся в смоле теперь она!

И сколько ни старались отмыть смолу с лица и волос мать с дочкой, ничего у них не получилось: осталась ленивица такой на всю жизнь!

Горшочек сладкой каши

Когда-то на свете жила бедная женщина, и была у нее единственная дочь. Жилось им так тяжело, что порой не было у них ничего на обед. Однажды девочка пошла в лес собирать хворост и встретила старушку. Старушке понравилось трудолюбие и любезность девочки, и она подарила ей глиняный горшочек.

– Горшочек этот не простой, – сказала старушка. – Стоит ему только сказать: «Горшочек, вари!» – в тот же миг в нем будет готовиться вкусная каша! Как только наедитесь, скажи горшочку: «Спасибо!» – и он перестанет варить! Запомни это хорошенько.

Девочка была счастлива: ведь это оказался лучший подарок из всех, что когда-либо был в ее жизни. Она поблагодарила старушку и поспешила домой обрадовать свою матушку.

Сколько же было веселья, когда горшочек приготовил чудесный обед! С тех пор эта семья больше не голодала, ведь у них теперь всегда была еда.

Как-то раз девочка снова ушла в лес за хворостом, а матушка, проголодавшись, приказала чудесному горшочку сварить кашу. Горшочек прекрасно исполнил свое дело, но продолжил варить: ведь женщина позабыла, как его остановить! Она кричала горшочку: «Довольно, перестань!» – но это были не те слова. А всего-то надо было сказать: «Спасибо!»

Каша продолжала кипеть и вариться, выплескиваясь из глиняного горшочка. Она поплыла через край, заполнила кухню, потом дом, потом выползла на улицу…

Соседи старались помочь, как могли: черпали кашу ведрами, ковшами, но ее становилось все больше и больше! Никто не знал волшебных слов, и горшочек продолжал исправно варить, стараясь накормить всех вокруг.

Когда же девочка вернулась домой, то увидела, что весь город был залит ароматной кашей: по всем улицам текли горячие реки каши, все площади стали сладкими кашевыми озерами, а переулки и тупики превратились в бурлящие густые водовороты из каши!

Девочка, всплеснув руками, крикнула: «Спасибо, горшочек, дольно!» Горшочек послушался ее и тут же остановился. Но кашу в этом городе ели еще долго-долго и больше никто там никогда не голодал!

Благодарность чудеса творит!

Соломинка, Уголек и Боб

Жила в одной деревне бедная старая женщина. Хотела она как-то сварить бобов. Набрала целую миску и развела в очаге огонь. А чтобы пламя было жарче, подкинула соломы.

Когда пересыпа́ла женщина бобы в горшочек, один из них упал на пол рядом с выпавшей из охапки соломинкой. А через мгновение рядом с ними оказался выпрыгнувший из очага уголек.

– Кто вы?! – испуганно воскликнула Соломинка. – Откуда вы взялись?

– Я – Уголек. Я сбежал от огня, чтобы не стать золой.

– А я – Боб. Я увернулся от хозяйки, чтобы не превратиться в кашу, как мои товарищи!

– Ох, и мне тяжело пришлось, – вздохнула Соломинка. – Еще мгновение – и сожгла бы меня в очаге противная старуха, и стала бы я дымом, как мои сестрицы! Чудом удалось мне увернуться.

– Что же нам делать теперь? Как дальше жить? – спросил Уголек.

– Все мы были на краю гибели, – ответил Боб. – После такого мы будем верные товарищи друг другу. Хорошо бы нам отправиться в странствия всем вместе. Там, в дальних странах, мы точно будем счастливее, чем здесь!

Согласились с Бобом Уголек и Соломинка и тронулись в путь. Шли они, шли да и пришли к ручью, что перегородил им дорогу. Ни мостика через него не было, ни бревнышка. Стали думать друзья, как перебраться на тот берег, и Соломинка предложила:

– Я лягу поперек ручья, а вы перейдете по мне, как по мостику!

Всем понравилось, что придумала Соломинка. Она вытянулась с одного берега на другой, и первый пошел по ней смелый Уголек. Но дошел он только до середины: как только услышал Уголек плеск опасной для него воды, замер и не мог больше сделать ни шагу.

Соломинка застонала от тяжести и жара Уголька и переломилась. В тот же миг Уголек оказался в воде, зашипел и погас. Боба же увиденное так рассмешило, что он расхохотался и лопнул от смеха.

И правду говорят, что друзей надо выбирать по себе.

Волк и семеро козлят

Жила-была одна коза, и было у нее семеро деток – козляток, и любила она их, как всякая мать любит своих детей.

Однажды собралась коза в лес за сочной и свежей травой на обед. Созвала она своих деток и сказала:

– Милые мои, надо мне в лес сходить – еды принести! Пока меня не будет, берегитесь злого волка! Ведь маленькие козлятки – лакомое кушанье! Если сможет забраться он в дом, то съест всех вас. Не оставит ни шкурки, ни шерстки, ни рожек, ни копытец! Злодей этот может прикинуться кем-то другим, но вы его узнаете по грубому голосу и черным лапам.

Козлятки отвечали:

– Не волнуйся, милая матушка! Мы будем осторожны и внимательны. Иди спокойно, волка в дом мы не пустим!

Успокоилась коза и пошла за травой к обеду. Только заперли козлята крепко-накрепко дверь, как тут же в нее кто-то забарабанил и громко заревел:

– Отомкнитесь, милые мои козлятушки!
Ваша матушка пришла!
Всем гостинцы принесла.

Но козлятки сразу поняли по грубому голосу, что за дверью не коза, а волк, и крикнули ему:

– Не отомкнемся мы, ты не наша мать! У нашей матушки голосок тонкий и ласковый, а у тебя голос грубый! Узнали мы тебя! Ты – волк!

Хитрый волк сбегал в лавку, купил там большой кусок мела, съел его, и голос у него стал тонкий и звонкий. Вернулся опять к дому козы, постучал грубо в дверь и пискляво прокричал:

– Отомкнитесь, милые мои козлятушки!
Ваша матушка пришла!
Всем гостинцы принесла.

Оперся волк своими черными лапами о подоконник, увидели это козлята и закричали:

– Не отомкнемся мы, ты не наша мать! У нашей матушки ножки беленькие, а у тебя черные! Узнали мы тебя! Ты – волк!

Тогда побежал злой волк в пекарню и попросил пекаря сладким голосом:

– Ах, добрый пекарь, смажь мне лапу холодным тестом, отдавил я ее!

Обмазал добрый пекарь лапу волка, а тот побежал на мельницу и там стал просить мельника:

– Посыпь мне на больную лапу белой муки. Авось легче станет!

Сообразил мельник, что волк задумал что-то плохое, и отказал. Зарычал волк:

– Сожру и тебя, и семью твою, если не сделаешь, как говорю!

Испугался мельник и сделал, как волк просил.

Помчался волк в третий раз к домику козы, постучался тише и нежно-нежно заговорил:

– Отомкнитесь, милые мои козлятушки!
Ваша матушка пришла!
Всем гостинцы принесла.

– Покажи нам сначала свою ногу, чтобы мы точно знали, что ты наша милая матушка! – закричали из-за двери осторожные козлятки.

Положил волк на подоконник свою лапу, обвалянную в тесте и обсыпанную мукой. Подумали козлята, что и правда пришла их матушка-коза, отворили дверь…

Влетел волк в домик, зарычал. Начали прятаться козлята – кто куда! Один спрятался под стол, другой укрылся подушкой, третий нырнул в печку, четвертый убежал на кухню, пятый юркнул в шкаф, шестой скрылся под корытом, седьмой – исчез в футляре для напольных часов.

Серый волк быстро нашел всех козлят, проглотил их и довольный ушел в лес. Там, под огромным деревом заснул он сытый. Только один младший козленок, тот, что исчез в часовом футляре, остался невредим – не нашел его злодей.

Вернулась коза домой, и что же она увидела?! Дверь нараспашку! Мебель поломана, от подушек и перин ничего не осталось, только перья по всему домику летают. Стала она звать своих деток, но они не откликались. Только самый маленький козленок отозвался:

– Милая матушка, лишь я успел хорошенько спрятаться. Всех моих братьев и сестриц сожрал волк, один я остался!

В ужасе вышла коза из дома и побрела в лес. Под огромным деревом увидела она храпящего волка с огромным пузом. И тут ахнула коза – пузо волка шевелилось! Поняла она, что детки ее живы и надо их скорее спасать – видно, волк проглотил козлят не разжевывая!

Послала коза младшего козленочка домой за ножницами, иголкой и ниткой. И так волк крепко спал, что, когда коза разрезала ножницами ему живот, тот даже не заметил этого и продолжал храпеть. Выпрыгнули из пуза волка все козлята, обняли матушку и засмеялись от радости. Коза всех расцеловала и сказала детям:

– Бегите быстрее к речке и принесите большие камни! Я засуну их злодею в живот и зашью так, что он ничего не заметит!

Быстро вернулись с камнями козлята. Сделала их мать все, как и задумала, – быстро зашила вспоротый живот, да так ловко, что он ничего не заметили и даже не пошевелился!

А коза с козлятами вернулись домой, прибрались внутри и сделали жилище уютнее прежнего.

Проснулся волк, почувствовал сильную жажду и пошел к реке напиться. Тяжко переступая, волк почувствовал, что в животе у него сильная тяжесть и раздается странный стук. От удивления он воскликнул:

– Что-то там стучит, грохочет!
Разорвать мне пузо хочет!
Что за тяжесть в животе?
Не козлята! Семь камней!

Подошел волк к реке, наклонился к воде, чтобы сделать глоток. Тут камни в животе перетянули вниз, упал он в глубокий омут и утонул.

А козлята и коза как узнали об этом, начали радоваться, плясать и петь:

– Справедливость совершилась!
Мы от злодея освободились!
Волка больше нету здесь!
И свободен целый лес!

Три пряхи

В одной деревне жила девица. Была она ленивая настолько, насколько и красивая. А больше всего на свете не любила она прясть. И как бы мать ни заставляла ее – та ни в какую не садилась за прялку. Как-то раз мать сильно рассердилась на дочку и побила ее за нерадивость. И так громко и горько плакала девушка, что проезжающая мимо королева заехала во двор этой крестьянки и спросила ее:

– За что ты бьешь свою дочь? Отчего это красавица так убивается, что слышно ее по всей округе?

Ах, как стыдно было матери сказать правду, не хотела она признаться королеве, что дочка ее страсть как ленива, и она ответила:

– Ваше величество, не могу оторвать ее от пряжи! Все работает и работает! А где же мне столько льну взять? Люди-то мы бедные…

Понравился королеве ответ, похвалила она девушку:

– Я и сама очень люблю прясть и понимаю тебя. Как хорошо становится на сердце, когда вокруг жужжат веретёна и стучит прялка! Хочешь поехать ко мне во дворец? Льна у меня много. Прясть тебе – не перепрясть!

Мать, не дожидаясь, что скажет ее дочка, поблагодарила королеву:

– Спасибо вам, ваше величество! Пускай она едет с вами и будет пряхою во дворце!

Растерянная ленивица села в карету и скоро была уже во дворце. Повела королева девушку по лестнице вверх и привела ее в три комнаты, полностью набитые белым льном.

– Если перепрядешь весь этот лен, – сказала королева, – выдам тебя замуж за моего старшего сына.

Оторопела девушка: и обрадовалась, и испугалась до смерти. Не знает, что сказать. А сама думает: «Если б я день и ночь пряла, веретена из рук не выпускала, и то мне в сто лет не перепрясть столько!»

Осталась она одна и расплакалась. Плакала она три дня и три ночи, а к пряже даже не притронулась. На четвертый день пришла ее навестить королева и очень удивилась, когда увидела, что работа не сдвинулась с места. Но ленивица придумала, что ответить:

– Тосковала я по дому и не могла веретено в руки взять из-за этого!

Королева пожалела ее, но, уходя, строго приказала:

– Завтра принимайся за работу! Пряжа сама себя не спрядет!

Девица еще пуще опечалилась: она и не знала, как подступиться к такой куче льна. Подошла она, заплаканная, к окошку и увидела трех странных женщин во дворе. У одной – нога широченная и приплюснутая, у другой – нижняя губа отвисла на подбородок, а третья – с огромным пальцем на руке. Заметили ее женщины и спрашивают:

– О чем ты, девица-красавица, плачешь-горюешь?

Стала жаловаться несчастная на свою беду, а они отвечают:

– Поможем мы тебе лен перепрясть. Но в благодарность за это пригласи нас на свою свадьбу с королевичем, посади за главный стол и назови родными тетушками.

Обрадовалась такому чуду девушка и с радостью согласилась.

Поднялись три женщины к ней наверх и сразу уселись за работу. Одна из них по педали на прялке своей большой ногой стучит, другая пряжу огромной губой слюнит, третья толстым пальцем нитку сучит. Работа трех прях была слаженна – просто загляденье, и пряжа поэтому у них получалась тонкая, как паутинка!

На следующий день пришла королева посмотреть, как идет работа. Успела девушка спрятать своих помощниц за кучи льна, а королеве показала пряжу. Королева только подивилась, глядя на прекрасную работу, похвалила свою молодую работницу и ушла довольная.

Быстро перепряли три пряхи весь лен. И теперь комнаты были заполнены великолепнейшими льняными нитями. Да такими, что достойны были лишь королевских ткачей!

Распрощались пряхи с девицей и напомнили ей:

– Не забудь, что обещала нам! Будет тебе тогда счастье!

Вечером пришла королева, увидела выполненную работу, обрадовалась и привела своего сына – показать ему прилежную невесту, которую нашла для него. Обрадовался королевич, что она искусная пряха, да еще такая красавица – всем на зависть! А уж она-то от счастья не смела и глаз поднять! Но увидела девушка, что королева всем довольна, осмелела и попросила ее, чтобы на свадьбу пришли три ее родные тетушки и посадили бы их за главный стол.

Удивилась королева такой просьбе, но согласилась – ведь именно они научили будущую невестку так ловко прясть. Понравилось королеве, что девушка не только прилежная, но и благодарная.

Начался свадебный пир, пришли и три пряхи, пышно и ярко разодетые.

Встала невеста, уважительно их пригласила к главному столу:

– Милости просим, милые тетушки, садитесь, угощайтесь!

Гости, глядя на них, усмехались, перешептывались, а королевич тихо сказал на ушко своей невесте:

– Охота тебе общаться с такими уродинами?

– Только от них я добро в жизни и видела, – отвечала ему кротко невеста.

В конце пира подошел королевич к первой тетушке и спросил ее:

– Отчего это, милая, у вас нога такая широкая?

– Это потому, что я прялку верчу, прялку верчу, драгоценный, – отвечала та.

Посмотрел он на маленькую ножку своей невесты и думает: «Значит, от прялки нога такая широкая становится!?»

Подходит королевич ко второй и спрашивает:

– Отчего у вас, сударыня, губа так отвисла?

– Да это я пряжу слюню, пряжу слюню, голубок мой сизый! – отвечала та.

Взглянул королевич на алые губки своей невесты и думает: «Не дай бог такому случиться!»

Подошел королевич к третьей:

– Отчего это у вас, тетушка, палец такой огромный?

– Веретенце кручу, кручу, ненаглядный! – отвечает та.

«Так вот что от веретена бывает!..» – подумал в ужасе жених, взглянув на белые и нежные ручки своей невесты. И сказал сам себе: «Значит, моя красавица жена может стать такой же уродиной из-за прялки?! Сохрани Бог, чтоб я позволил ей с этого дня хотя бы дотронуться до пряжи…»

Так выручила судьба девушку и избавила ее навсегда от ненавистной пряжи.

Красная Шапочка

Жила-была когда-то на свете славная девочка. Всем, кто видел ее, была она мила. А больше всех на свете любила ее бабушка, которая баловала девочку как могла и дарила ей разные подарки.

Однажды подарила бабушка своей внучке шапочку из красного бархата, и до того оказалась она к лицу девочке, что стали ее звать Красной Шапочкой.

Сказала однажды ей мать:

– Красная Шапочка, возьми кусок пирога и бутылку молока, отнеси бабушке. Приболела она, а этот гостинец будет ей на пользу. Выйти надо пораньше, до наступления жары. Смотри по сторонам, с дороги не сходи, будь внимательна и аккуратна, чтобы не споткнуться, ничего не уронить и не разбить. Когда придешь к бабушке, не забудь в первую очередь с ней поздороваться!

– Не волнуйтесь, матушка, все я поняла и сделаю, как вы велите, – ответила Красная Шапочка.

Бабушка жила недалеко от деревни в лесу, всего в получасе ходьбы. И как только Красная Шапочка вошла в лес, тут же повстречалась с волком. Но девочка была маленькая и не знала, что был это лютый зверь, поэтому совсем его не испугалась.

– Здравствуй, Красная Шапочка, – вежливо поприветствовал он ее.

– Спасибо тебе на добром слове.

– Куда это ты так рано выбралась, милая девочка?

– Я иду к бабушке.

– А что ты несешь?

– Кусок пирога да бутылку молока. Вчера у нас матушка пекла пироги, вот и отправила меня к больной и слабой бабушке, чтобы порадовать ее немного.

– Красная Шапочка, а где же живет твоя бабушка?

– Идти отсюда еще четверть часа по лесу. Дом ее стоит под тремя старыми дубами, а вокруг него изгородь из орешника, – ответила Красная Шапочка.

Хитрый волк про себя подумал: «Эта маленькая, нежная девочка – славный аппетитный кусочек для меня. Она точно лучше, чем старуха. Но как бы так хитро придумать, чтобы мне все-таки обе на зубок-то попали?»

Решил волк пройтись рядом с Красной Шапочкой и завел с ней разговор:

– Ты словно в школу идешь и ничего не видишь. А посмотри-ка на красивые цветочки, что растут кругом, – это же просто загляденье! Да слышишь ли ты, как поют и щебечут птички? Ах, как весело и хорошо в лесу!

Посмотрела Красная Шапочка вверх, увидела лучи солнца, прорезавшиеся сквозь молодую листву деревьев, взглянула на прекрасные цветы, растущие на полянках вдоль дороги, и подумала: «Как хорошо было бы, если б принесла я бабушке букетик цветов, как бы это ее порадовало! Еще раннее утро, и я успею к ней прийти вовремя!»

Подумала так девочка и сошла с тропинки на полянку, чтобы собрать цветы. Чуть сорвет один цветочек, как уже ее манит другой, еще лучше, и она бежит за ним… И так все дальше и дальше уходила она в глубь леса.

А волк, обрадованный тем, что придумал, как задержать Красную Шапочку, побежал напрямик к дому бабушки и постучался в двери.

– Кто там? – слабым голосом спросила старушка.

– Твоя внучка, Красная Шапочка. Принесла тебе кусок пирога и бутылку молока!

– Надави на щеколду и войдешь, – ответила бабушка. – Я слишком слаба и не могу вставать с постели.

Волк надавил на щеколду, дверь распахнулась, он вошел в дом и тут же оказался около кровати. Бабушка ахнуть не успела, как злодей проглотил ее. Сам же надел бабушкино платье и ее чепчик, улегся в постель, задернул занавеси вокруг кровати и стал ждать.

Красная Шапочка между тем собирала цветы и набрала их столько, сколько могла унести для любимой бабушки. С гостинцами и свежими цветами пошла она к домику и очень удивилась, когда увидела, что дверь его настежь распахнута.

Осторожно вошла она внутрь и подумала: «Ах, Боже, отчего мне вдруг стлало здесь страшно? Ведь я всегда с радостью приходила к бабушке…»

С порога крикнула девочка:

– С добрым утром, бабушка!

Но ей никто не ответил. Тихо подошла она к кровати, отдернула занавеси и увидела, что бабушка лежит, прикрывшись одеялом до самого носа, а чепец опущен и скрывает глаза. Конечно, старушка была больна, но выглядела она уж очень странно.

Спросила удивленно Красная Шапочка:

– Бабушка, бабушка, почему у тебя такие большие уши?

– Чтобы я тебя могла лучше слышать.

– Ах, бабушка, почему у тебя такие большие глаза?!

– Это чтобы я тебя лучше могла рассмотреть.

– Бабушка, почему у тебя такие большие руки!?

– Это для того, чтобы я могла тебя крепче обнять.

– Но, бабушка, почему же у тебя такой большой рот?

– Для того, чтобы я тебя могла быстрее съесть!

И как только волк сказал это, тут же выскочил из-под одеяла и проглотил бедную Красную Шапочку.

Наевшись, он опять улегся, заснул да стал храпеть так сильно, что проходящий мимо домика охотник подумал: «Что это старушка так храпит, уж не приключилось ли с ней какая-нибудь беда?» Вошел он в дом, подошел к кровати и увидел, что под одеялом не бабушка, а серый волк!

– Вот ты где мне попался, старый злодей! – воскликнул охотник. – Давно же я за тобой охочусь!

И хотел было пристрелить волка из ружья, да подумал, что тот, может быть, проглотил бабушку живьем и целиком, так что можно еще спасти старушку. Взял охотник большие ножницы и вспорол крепко спящему волку брюхо.

Чуть только сделал он надрез, как увидел, что в животе мелькнула красная шапочка. Стал резать дальше, и выпрыгнула оттуда девочка и воскликнула:

– Ах, как я перепугалась, когда оказалась у волка в темной утробе!

И тут же за Красной Шапочкой кое-как выбралась, тяжело дыша, бабушка-старушка.

Поблагодарили они охотника за спасение и решили в живот волку засунуть больших камней и зашить разрез. Проснулся волк, хотел было улизнуть, но не смог – так тяжелы были камни. Упал он на пол и там же издох.

Как же все были рады такому концу этой истории! Охотник снял с волка шкуру и, довольный добычей, ушел домой. Бабушка съела пирог, выпила молоко, которое ей принесла Красная Шапочка, и поправилась. А Красная Шапочка подумала: «Теперь я никогда не буду убегать с дороги и не ослушаюсь матушкиного наказа!»

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.