Д. Н. Ильин
Развитие лексической семантики: процессы позитивации негативации значения слова в русском языке

Введение

В последние десятилетия в науке о языке наблюдается повышенное внимание к семантике лексических единиц. Это обусловлено, с одной стороны, объективно возросшей динамикой в лексике, см. [Дуличенко, 1994; Костомаров, 1999; Русский язык конца XX столетия … 2000; Розина, 2005; и др.], с другой – разработкой новых методик исследования словарного состава в рамках экспериментальной лингвистики, лингвокультурологии, когнитивной лингвистики. В настоящее время исследователей [Арутюнова, 1988; Вежбицкая, 1999; Апресян, 2001; Алефиренко, 2002; Зализняк, 2013; и др.] больше интересует не формальная сторона языкового знака, а его внутренняя сущность, собственно значение.

Изучение семантики лексических единиц, как и другие лингвистические исследования, можно проводить с позиций синхронии или диахронии. Во втором случае это прежде всего анализ исторического изменения лексического значения. В настоящей работе рассматриваются процессы изменения семантики слов, конкретно – семантические сдвиги, при которых сущностно важным оказывается качественное изменение оценочного компонента значения лексической единицы. Данные процессы, как представляется, мало изучены, в лингвистической литературе о них лишь заявлено [Ахманова, 1966; Блумфильд, 1968], но подробного монографического рассмотрения этого типа семантических изменений, насколько известно автору, не осуществлялось. Очевидно, это связано с тем, что приобретение значением той или иной оценочности зачастую рассматривается в рамках стилистики, с позиций конкретных прагматических установок говорящего в конкретной ситуации. Данная точка зрения имеет право на существование, однако лишь до тех пор, пока ситуативная оценочная установка не перерастает в постоянную, нормативно закрепленную, универсальную для всех носителей языка. В этих случаях значение, одной из дифференциальных сем которого становится положительная либо отрицательная оценка, закрепляется лексикографически, фиксируется толковыми словарями литературного языка. Тогда уже не стилистика «диктует условия» контекстного метафорического или метонимического употребления лексико-семантических вариантов, а характер закрепленных в языке значений позволяет использовать их в стилистических целях.

Недостаточная изученность рассматриваемого типа семантических изменений (вплоть до отсутствия общепринятой терминологии) обусловливает актуальность настоящего исследования. Описываемые процессы представляют собой языковое явление, аккумулирующее в себе, помимо собственно языковой, еще и культурологическую информацию. Изучение связи языка и культуры в настоящее время является одним из основных направлений современной лингвистики, что так же подтверждает необходимость более тщательного изучения семантических процессов, основанных на изменении отношения носителей языка к тем или иным предметам, явлениям окружающей действительности.

Объектом исследования стали именно такие, зафиксированные в словарях значения. Весь первоначальный анализ лексической семантики проводился путем изучения материала толковых словарей (как исторических, так и современных), что, с нашей точки зрения, позволяет говорить только об опосредованном влиянии стилистики на полученные результаты и, прежде всего, подтвердить один из главных тезисов работы – о том, что оценочный компонент значения не является исключительно коннотативным, второстепенным, а может входить в структуру семантики лексической единицы, в ее сигнификативную часть.

Изучение словарных дефиниций по лексикографическим источникам, фиксирующим различные исторические этапы существования языка, позволяет рассматривать языковое явление в его историческом развитии, то есть в диахроническом плане. Предметом рассмотрения в нашей работе является такой тип изменения семантики как позитивация / негативация оценочного компонента значения, представляющая собой диахронический процесс, в результате которого слово стало обозначать предметы (процессы, качества людей и т. п.), считающиеся в данном обществе более ценными, полезными, уважаемыми (позитивация) или менее ценными, полезными, уважаемыми (негативация).

Приобретение словом так или иначе выраженной объективной оценки, прослеженное по изменениям в словарных дефинициях на разных исторических срезах, конкретизирует предмет исследования и позволяет поставить его в один ряд с такими хорошо изученными типами изменения семантики слов (семантической деривации), как сужение значения, расширение значения и т. п.

Целью настоящей работы является анализ позитивации / негативации оценочного компонента значения в русской лексике, чему может способствовать решение следующих задач:

1) определить место оценочного компонента в структуре значения слова;

2) дать определение процессам позитивации / негативации оценочного компонента значения, выявить, насколько их механизм отличается от других типов изменения семантики;

3) определить причины позитивации / негативации оценочного компонента значения;

4) выявить наиболее адекватные методы исследования рассматриваемого типа семантических изменений;

5) определить способы выявления оценочного компонента значения и – как следствие – способы выявления самого факта позитивации / негативации;

6) разработать основы типологии процессов позитивации и негативации в русском языке в соответствии с механизмом семантического изменения слова;

7) определить значимость рассматриваемого языкового явления в лингвокультурологическом плане.

Материал исследования составляет картотека из 511 примеров позитивации / негативации оценочного компонента значения, извлеченных методом сплошной выборки из лексикографических источников [Материалы …; СРЯ, XI–XVII; Дьяченко, 1998; ТСЖВЯ; Фасмер, 1996; КЭСРЯ; СРЯ; Ожегов, 19931; ТС; и др.]¹, в которых отражена русская лексика различных исторических эпох.

В основе любого научного исследования лежит определенная методология, опирающаяся на соответствующую философскую базу. В данной работе при исследовании материала используются основные принципы методологии отечественного языкознания, сложившиеся к настоящему времени. Главные среди этих принципов: язык представляет собой один из видов общественной деятельности, неразрывно связанный с общественным сознанием и с человеческой коммуникацией; материальная природа языка тесно связана с идеальной, знаковой функцией, которая представляет собой отражение фактов объективной действительности в сознании человека (см. [ЛЭС, с. 299–300]).

Опираясь на данные методологические положения, необходимо четко определить, какими способами и приемами будет исследоваться объект, другими словами – обозначить методы исследования.

В отечественной лингвистике сложился целый комплекс разнообразных методов исследования семантики. Б. А. Плотников в книге «Основы семасиологии» суммирует данные различных источников и представляет следующие методы исследования семантики слов: описательный, исторический, сопоставительный, психолингвистический, квантитативные методы, дистрибутивный, метод компонентного анализа [Плотников, 1984, с. 158–209]. Однако не все эти методы с одинаковым успехом могут быть применены для изучения семантической деривации, частным случаем которой является позитивация / негативация оценочного компонента значения.

Для обработки материала целесообразно использовать, с одной стороны, описательный метод в сочетании с историческим и сопоставительным, с другой – дистрибутивный метод выявления в значении оценочного компонента путем анализа толкования слова в лексикографических источниках. Использование данных, полученных с помощью экспериментального метода компонентного анализа, позволит подтвердить (или опровергнуть) выводы, сделанные ранее на основе теоретического рассмотрения материала. Данные методы можно обозначить как главные, основные в настоящем исследовании.

Описательный метод является одним из наиболее древних и распространенных. Он используется для описания основных свойств объекта исследования. Как правило, этот метод является основой для применения в последующем других методов или используется параллельно с ними. Основными компонентами описательного метода являются наблюдение, обобщение, интерпретация и классификация материала.

Применение описательного метода исследования к собранной автором картотеке примеров позитивации / негативации оценочного компонента значения позволило сгруппировать данные, выявить основные закономерности.

Исторический метод позволяет фиксировать многочисленные и разнообразные изменения, происходящие с течением времени в окружающей действительности и в нашем мышлении. Особенно отчетливо эти изменения прослеживаются по данным исторических и этимологических словарей, по текстам, написанным в разное время.

Позитивация / негативация оценочного компонента значения – семантический процесс, наблюдаемый в диахронии. Следовательно, он подразумевает изучение языковых фактов в историческом развитии. Очевидно, что при его рассмотрении следует учитывать фактический материал самых разных толковых и этимологических словарей, сравнивать лексикографические данные разных эпох.

В основе сопоставительного метода лежит принцип синхронического анализа фактов одного (реже – разных) национального языка. Как правило, сопоставляются данные разных территориальных или социальных вариантов языка с литературным языком. Синхронный план не позволяет рассматривать какое-либо явление в развитии. Данный метод в работе использован при изучении рассматриваемых семантических явлений лишь отчасти – например, при сравнении динамики семантических изменений в литературном языке с одной стороны, и жаргоне, диалектах и т. п. – с другой.

Особый интерес представляет группа психолингвистических методов, с помощью которых предполагается обработка и анализ тех языковых фактов, которые можно получить от информантов, носителей языка, в результате специально организованных экспериментов. Эти методы основаны на экспериментальных приемах исследования, отсюда их второе название – экспериментальные. Одной из главных причин семантических изменений является психологическая детерминированность ассоциативных явлений в языке. «План содержания языка по своей природе психичен, концептуален, поэтому привлечение к его исследованию испытуемых – не только правомерное, но и необходимое средство изучения семантики языка в целом и значений отдельных языковых единиц в частности» [Плотников, 1984, с. 177].

Наличие у значения той или иной оценки подчас определяется интуитивно, выявление его другими методами достаточно затруднено. Психолингвистические эксперименты позволяют с большей надежностью говорить о наличии в значении слова того или иного компонента. Использование экспериментального метода делает результаты исследования более надежными, валидными.

Квантитативные (математические) методы, используемые в языкознании, связаны с исследованием частотных, вероятностных, градуальных и т. п. характеристик языка. Квантитативные методы дают хороший результат при большом количестве исследуемого материала. Позитивация / негативация оценочного компонента значения не может быть напрямую подвергнута, например, глубокому статистическому анализу, поскольку выявляется в сравнении с древними текстами, которых по определению не может быть достаточно для обширного исследования.

Дистрибутивный метод является определяющим в исследовании того, как языковые единицы распределяются (встречаются и сочетаются) в речевом потоке (письменном тексте) одна относительно другой. Грамматическая и лексическая сочетаемость не являются определяющими при выявлении описываемого нами типа семантических изменений. Здесь важен оценочный компонент значения, а не слово в целом. Применение дистрибутивного метода, как правило, возможно лишь на синхронном уровне и не позволяет рассматривать процессы во времени (диахронный анализ осуществим лишь при сравнении синхронных дистрибуций слова в различные эпохи).

Если же в центре внимания исследователя находятся лексикографические дефиниции слов, применение дистрибутивного метода не лишено смысла. Словарная статья тоже своего рода текст, и в нашем случае она является основой для семного анализа значения.

При таком подходе к дистрибуции этот метод пересекается с компонентным анализом, сущность которого сводится к тому, что в совокупности исследуемых языковых единиц выделяются те признаки, с помощью которых одни единицы различаются между собой, другие, напротив, объединяются в группы или совокупности. Выявление в толковании слова семы положительной / отрицательной оценочности позволяет судить о том, произошла ли позитивация / негативация оценочного компонента значения.

Обычно для выявления компонентов значения слова используется так называемый оппозитивный компонентный анализ. Однако в лингвистической литературе отмечается, что, в отличие от денотативного компонента (в нашем случае это интеллектуальная, логическая оценочность), «плохо поддаются компонентному анализу слова с ярким эмоционально-оценочным характером значения» [Левицкий, Стернин, 1989, с. 93] (т. е. единицы, оценочность которых осложнена коннотативной эмотивностью). Более эффективным является использование сочетания экспериментального метода и компонентного анализа.

Безусловно, все методы, применяемые в семантике, опираются в той или иной мере на интуицию авторов исследования или информантов. Однако, в конечном счете, использование языка есть не что иное, как интуитивный выбор нужных значений говорящими. Исследование данных, полученных от достаточно больших групп информантов, пожалуй, является ключом к выявлению реальных семантических компонентов слова.

Специфика материала и поставленных задач исследования обусловила следующую структуру работы: Введение, 2 главы, Заключение и Библиография.

В первой главе определяется место оценочного компонента в семантике языковой единицы, выявляется обусловленность процессов позитивации / негативации качественной сменой оценочного компонента в семантике; мотивированно дефинируется рассматриваемый тип семантических изменений, делается попытка отграничить его от смежных языковых явлений.

Во второй главе определяются способы выявления оценочного компонента значения – умозрительные, дистрибутивные, экспериментальные; конкретизируются место и значимость (в том числе и лингвокультурологическая) процессов позитивации / негативации значения в системе языка; раскрывается механизм лингвокультурологического анализа рассматриваемого типа семантических изменений.

В Заключении излагаются итоги работы и намечаются основные перспективы дальнейшего исследования.

Библиография состоит из двух разделов. В первом перечислены источники материала (толковые, этимологические, исторические словари); во втором представлена научная литература – более 200 наименований.

Новизна настоящего исследования заключается в том, что впервые дается подробный комплексный анализ причин, механизмов и особенностей такого типа семантических изменений, как позитивация / негативация оценочного компонента значения. Разрабатываются основы его типологии, определяется его значимость для лингвокультурологических исследований. Также в работе определяется место оценочного компонента в структуре лексического значения, в связи с чем разграничиваются узуальная (объективная, зафиксированная лексикографически) и окказиональная (субъективная) оценка, тем более что «вопрос о соотношении коммуникативных и эмотивных факторов в семантических изменениях … требует специального изучения» [Левицкий, 1984, с. 7]. Объективная оценочность рассматривается отдельно от эмоционально-экспрессивных моментов, как неотъемлемая часть сигнификативной составляющей семантики.

В теоретическом плане данная работа значима для различных областей лингвистики:

1) семиотики: анализируется структура означаемого языкового знака, определяется место оценочного компонента в этой структуре, соотношение денотации и коннотации;

2) диахронной семасиологии: анализируются закономерности процессов позитивации / негативации оценочного компонента значения, дается их характеристика, выявляются факторы, влияющие на семантическую деривацию такого рода;

3) аксиологии: рассматриваются случаи приобретения значением той или иной оценочности, выявляется, насколько эта оценочность связана с общей системой ценностей носителей языка;

4) словообразования: рассматриваемый тип семантических изменений формально совпадает с одним из способов словообразования – лексико-семантическим, материал исследования может быть использован для описания механизма этого способа;

5) лингвокультурологии: изучаемые языковые изменения характеризуются с позиций их значимости в культурном плане, роли в изменении фрагментов русской языковой картины мира.

С точки зрения практической ценности результаты работы могут найти применение при составлении словаря семантических изменений русского языка² и быть использованными в вузовских спецкурсах и школьных факультативах по лексикологии, семантике, словообразованию и лингвокультурологии. Также результаты исследования могут быть полезны при обучении русскому языку как иностранному, помогут обучаемым глубже овладеть страноведческой компетенцией и так называемым лексическим фоном. Проанализированный тип семантических изменений может обогатить разделы пособий по лексикологии, описывающие многообразие процессов, которые происходят в семантике слов.

Глава I. Лексическое значение слова в синхронии и диахронии

§ 1. Лексическое значение как структура. Оценочный компонент значения

Язык представляет собой знаковую систему, каждый член которой находится в определенных отношениях, оппозициях с другими знаками и связан с элементами внеязыковой действительности. В лингвистике существует две точки зрения на языковой знак: одни ученые рассматривают его как сущность монолатеральную, одностороннюю; другие – как билатеральную, двустороннюю. Сторонники монолатеральной теории знака (В. П. Ломтев, В. М. Солнцев, П. В. Чесноков и др.) характеризуют его как материальный предмет, «указывающее звучание», некий сигнал, вызывающий у носителей языка ассоциации с определенным понятием или представлением. Однако эта позиция вызывает резонное возражение: «сигнал сам по себе не выполняет знаковой функции до тех пор, пока не соединяется со значением» [Савенкова, 2002, с. 74]. Именно в единстве со значением материальная оболочка способна соотноситься с соответствующим понятием.

Сторонники билатеральной теории (В. А. Звегинцев, Ю. Н. Караулов, Е. С. Кубрякова, Н. М. Шанский и многие другие) традиционно, вслед за Ф. де Соссюром, языковой знак представляют как «двустороннюю психическую сущность» [де Соссюр, 1977, с. 99], «единство определенного мыслительного содержания (означаемого) и цепочки фонематически расчлененных звуков (означающего)» [ЛЭС, 1990, с. 167]. Здесь так называемый акустический образ рассматривается неотрывно от определенного смысла, что и дает возможность знаку реализовать указательную функцию. Схематически языковой знак с позиций билатеральной теории можно представить следующим образом (см. [де Соссюр, 1977, с. 100]):

Рис. 1

Автор придерживается билатеральной теории языкового знака, согласно которой означающее и означаемое представляют собой единство.

На лексическом уровне языка знаками являются слова, а точнее – лексико-семантические варианты слов. В качестве означаемого здесь выступает лексическое значение языковых единиц.

Лексическое значение – это «содержание слова, отображающее в сознании и закрепляющее в нем представление о предмете, свойстве, процессе, явлении и пр.» [ЭРЯ, 1997, с. 213]. Вопрос о структуре значения имеет долгую историю, и у языковедов нет единой точки зрения на то, что включать в семантику слова, а что нет, что существенно и обязательно, а что является факультативным, дополнительным.

Большинство современных отечественных лингвистов (Ю. Д. Апресян, Н. Д. Арутюнова, В. Г. Гак, В. Н. Телия и др.) выделяют в качестве постоянных денотативный и сигнификативный элементы значения. С этой позиции, сигнификат – это «отношение слова к понятию, обобщенному мысленному отображению класса объектов», а денотат – «отношение слова к конкретному обозначаемому предмету в речи» [ЭРЯ, 1997, с. 213]. Каждый из этих элементов является реализацией соответствующих аспектов лексического значения: сигнификат – обобщающего, абстрагирующего; денотат – предметного, ситуативного. Тогда языковой знак предстает как триединая сущность: означающее, денотат и сигнификат. Схематически его можно представить следующим образом:

Рис. 2

Следует отметить, что термин денотат в науке о языке имеет несколько определений. Он может употребляться, во-первых, в том же значении, что и референт, термин, именующий объект внеязыковой действительности, который имеет в виду говорящий (применительно к конкретной речевой ситуации); во-вторых, в значении экстенсионала, т. е. множества объектов действительности, которые могут именоваться данной единицей; в-третьих, в значении элемента экстенсионала (в отличие от референта – безотносительно к конкретному речевому отрезку). В настоящей работе под денотатом понимается элемент лексического значения, отражающий наглядно-образное представление об означающем, субъективный компонент смысла, т. н. «денотативное значение». Все остальные значения термина денотат, в свою очередь, отождествляют его с реальными элементами окружающей действительности. С другой стороны, для каждого из этих значений у слова денотат есть соответствующий эквивалент, синоним, что вносит своего рода путаницу в терминологию. Ввиду этого предпочтительней узкое понимание термина денотат в указанном нами значении.

Таким образом, единство денотата (субъективного) и сигнификата (объективного, связанного с понятием) и составляет означаемое. Такое представление о структуре знака языка является достаточно распространенным и фигурирует во многих работах по семасиологии и семиотике (см. [Фреге, 1977; Гак, 1986; Телия, 1986; и др.]). В данных исследованиях в качестве базовой для изучения компонентов значения рассматривается модель языкового знака, изображенная на рисунке 2. Преимущество этой модели видится в том, что она разделяет, с одной стороны, формальную и содержательную стороны знака, с другой стороны – объективное, смысловое (сигнификат) и субъективное (денотат). Данное разграничение позволяет оценить степень влияния на формирование значения субъективных и объективных факторов. В настоящей работе эта модель также принимается за основу при дальнейшем описании специфики исследуемого материала, так как при рассмотрении семантических изменений очень важно различение субъективного и объективного, прежде всего для обнаружения самого факта этих изменений в общеязыковом масштабе.

Наряду с понятийным (сигнификат) и предметным (денотат) элементами значения выделяется прагматический, обнаруживаемый благодаря выполнению языком коммуникативной функции. Подчиненным прагматическим установкам говорящего является еще один важный компонент лексического значения – коннотат, о месте которого в семантической структуре слова среди лингвистов до сих пор ведутся споры. До конца не определен состав коннотативного элемента, не уточнен полный набор прагматических установок, которые находят в нем свое отражение. К тому же ученые приходят к выводу, что «чаще всего в языковом знаке переплетаются семантические и прагматические компоненты» [Фефилов, 1990, с. 10], они не существуют изолированно и не могут быть четко отграниченными друг от друга.

Когда говорят о лексическом значении, прежде всего имеют в виду набор сем, заключенных в означаемом языкового знака. Коннотат же характеризуется как факультативный, дополнительный элемент значения, несущий «сопутствующие семантические или стилистические оттенки, которые накладываются на … основное значение» [Ахманова, 1966, с. 204]. Под коннотатом понимается также любой компонент, который дополняет предметно-понятийное содержание языковой единицы и придает ей экспрессивную функцию (см. [ЭРЯ, с. 193]). Эти два определения во многом схожи и в целом выражают одну точку зрения, которая принимается и автором настоящего исследования. Под коннотатом нами понимаются все дополнительные оттенки лексического значения, реализующиеся, как правило, в конкретной речевой ситуации и находящиеся за пределом самого значения, то есть не входящие ни в денотативный, ни в сигнификативный его компонент.

Традиционно наряду с экспрессивным и эмоциональным элементами коннотата выделяют также оценочный [Ахманова, 1957; Звегинцев, 1957; и др.]. Рассматривая эту точку зрения, целесообразно решить вопрос о том, всегда ли оценка обозначаемого предмета или явления действительности сосредоточена исключительно в коннотате. Если да, негативация / позитивация оценочного компонента значения вряд ли заслуживает пристального внимания семасиологов, поскольку положительное или отрицательное отношение говорящих к объекту речи предстает лишь в виде дополнительного оттенка, не влияющего на систему признаков, которые составляют семантику слова. В таком случае рассматриваемое языковое явление относится к сфере стилистики, определяющей прагматический аспект высказывания и не является интеллектуально, логически значимым. Попытаемся обозначить нашу точку зрения, предварительно сопоставив несколько авторитетных мнений по поводу того, в чем видится решение данной проблемы.

Схематически коннотат, как единство эмотивного, экспрессивного и оценочного компонентов, можно представить следующим образом:

Рис. 3

В. А. Звегинцев, как и многие другие исследователи, выделяет в слове предметно-логическое содержание (денотативно-сигнификативный компонент) и эмоционально-экспрессивно-оценочный элемент (в нашей терминологии – коннотат). Он пишет: «…Совершенно очевидно, что добавочные экспрессивные эмоциональные “созначения” не могут быть поставлены в один ряд с предметно-логическим содержанием слова, которое фиксируется его значением, не могут входить составным элементом в значение слова, поскольку эти “созначения” не являются объективными в языковом плане явлениями» [Звегинцев, 1957, с. 170]. Звегинцев считает, что они служат лишь для «стилистической окраски»: «Могут ли экспрессивно-эмоциональные моменты служить опорой особых лексико-семантических вариантов слова, которые можно было бы поставить в один ряд с лексико-семантическими вариантами слова, обусловленными в своем существовании иными и в первую очередь предметно-логическими факторами? Очевидно, что на этот вопрос возможен только отрицательный ответ» [Звегинцев, 1957, с. 172].

Данное утверждение, очевидно, вполне справедливо по отношению к эмоциональной составляющей. Что касается оценочного компонента, оно кажется чересчур категоричным. Звегинцев и сам, по-видимому, это понимает, так как, говоря о коннотате вообще, он называет его эмоционально-экспрессивно-оценочным элементом, а когда речь идет о «мнимом» изменении значения, факт наличия оценочности не отмечается. Ученый вновь обращается к этому вопросу, рассматривая оценочный элемент с позиций стилистики. Приводя в качестве примера ряд лик – лицо – рожа – рыло, он отмечает, что «данные члены синонимического ряда предстанут перед нами в своем особом чистом стилистическом качестве, выражающем, как принято говорить, субъективное отношение говорящего к предмету. Изменение их или взаимная подстановка возможна только в том случае, если имеется в виду и изменение отношения к предмету» [Звегинцев, 1963, с. 142].

Ощущая некоторую непоследовательность своих рассуждений, в конце статьи автор пишет, что «более подробное рассмотрение стилистических синонимов и их особенностей предполагает пересмотр всей стилистики» [Звегинцев, 1963, с. 142]. Думается, что использование в конкретной речевой ситуации подобных осложненных оценочностью синонимов позволяет в дальнейшем говорить, например, о принадлежности данного высказывания к тому или иному стилю. Стилистическая характеристика, с нашей точки зрения, является вторичной по отношению к использованию готовых лексико-семантических вариантов, по мнению же В. А. Звегинцева, положительная либо отрицательная оценка называемого предмета – это «стилистическое качество», не влияющее на собственно лексическое значение.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

1

В очень редких случаях (при наличии семантических сдвигов в лексике конца ХХ в.) использовались более ранние издания словаря Ожегова.

Вернуться

2

Работа над подобным словарем уже ведется (см. [Зализняк, 2013]).

Вернуться