Неизбранное
Стихи
Анжелика Лавицкая

© Анжелика Лавицкая, 2025

ISBN 978-5-4493-9801-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Не трогай

Прямолинейна любой прямой линии,
Проще простого карандаша.
Кто-то считает меня любимою,
Кто-то, что есть у меня душа.

Я же писака: чернее ночи,
Хуже затравленных алкашей.
Что у юродивого ты просишь?
Ты же пришел в полный дом гостей:

Звери и черти, скоты и крысы,
Рядом со мной, за одним столом.
Нам не подняться до самой выси,
Высь наша – мусорка за углом;

Наша свобода – от всех подальше,
Непризнавание новых звёзд,
Способов, вылазок и подачи
Тем, кто не примет тебя всерьёз.

Просто не трогай. Мы здесь другие.
Проще, чем мусорка за углом.
Нас здесь когда-то давно убили.
Не выживаем. Мы здесь умрем.

Тридцать третье февраля

Тридцать третьего февраля
(это будет как раз – понедельник)
я брошу:
утром пить кофе,
ночью смотреть на звёзды,
мысли о мёртвом
(буду думать о самом живом),
возьму на гитаре
последние ноты
(лучше будет – аккорды) —
и заживём!

Ровно тридцать третьего!
И ни секундой раньше
(позже, конечно, нельзя),
cтану на сто лет старше,
буду уже не я.

Зверю – зверево

Сколько нужно тебе терпения,
Чтобы я оставалась твоей…
Я слабей тебя —
Я любимая;
Ты —
Любимый мой —
Ты сильней…

Я сдаюсь тебе,
Но уверена:
Мне в таком плену не грозит
Быть обманутой
(Зверю – зверево).
Забирай меня у других.

Море

Море спит, успокоилось море;
Твари тихо живут на дне,
Наблюдают и чувствуют горе
На последнем вверху корабле.

Им лишь всплыть – облепить
Собой судно,
Потянуть словно якорь
К себе.
Море спит, но становится дурно:
Твари пляшут и воют на дне.

Им хоть шлюпку к себе,
Хоть «Титаник» —
Лишь бы чем-то заполнить пустырь.
Море спит.
Море чувствует тварей.
И горит, и не хочет остыть.

Бытовой блюз

Я сегодня забыла зарядку для телефона.
Дома.
Надеюсь, дома.

А вчера поругалась с одной из своих знакомых.
Много.
Их слишком много.

И вообще мне, конечно же, хочется спать до гроба.
Мысли.
Они надолго.

И мне проще уйти и закрыться, в свою берлогу.
В ногу.
Шагайте в ногу.

404

Увы – 404.
Тебя здесь нет.
Пустое небо над квартирой,
Колючий свет.
Шарфы повешены на гвозди,
Горит вода.
Ты не придёшь сегодня в гости
И никогда.

Куренье снова убивает
И душит дым;
Увы, на свете не бывает,
Как мы хотим.

Я наживу анорексию,
Инсульт, инфаркт,
Мне проведут лоботомию, —
Отправят в ад;

А там опять —
Всё те же рожи,
И смерти нет.
Тот свет и этот —
В целом, схожи,
Но здесь – не свет.

Экран погаснет.
Дальше – утро.
Горит вода.

Бытьё пустое:
Почти, как будто.
И так – до дна.

Переживёшь

Не переживай.
Переживёшь
Этих всех, меня
И непохожих
На других,
С которыми поёшь
И молчишь —
Переживёшь их тоже.

Может быть,
И я переживу.
Мне переживать обычно;
Знаешь,
Я свою не чувствую вину,
Если обо мне переживаешь…

Всполох спички.
Спички, а не звезд!
Что уж там!
Не всполох молний даже.

Догорела.
Бросили на лёд.

А пока горела,
Было важно:
Как с тобой?
Что чувствую?
Зачем?

Нет.
Не важно.
Просто так —
Для вида.

Догорела.
Не зажечь ничем.
Я на льдах
Далёкой Антарктиды.

Дальше ты,
А там всегда тепло.
Там, где ты —
Прохлады не бывает.

Не переживай.
Я далеко.

Белым снегом
Искры накрывает.

40 вишен

Замкнутый круг.
Сорок несчастных вишен
Соком разлились на черной
Зеркальной поверхности.
Голос знакомый
Ближе становится.
Тише.
Мысли летают в замкнутой
Неизвестности.

Время молчит.
Всё остановлено в космосе.
Звёзды в руках,
И под ногой – Вселенная.

Видишь, здесь нет ангелов, черта, господа, —
Лишь темнота
Тихая и безмерная.

Сбросить каркас – и навсегда отправиться
В дальнюю даль,
В звездную ночь холодную.
Замкнутый круг.
Вишни в ладонях давятся.
Сбросив каркас, станем опять свободными.

Гвоздь лицемерия

Сердце. Сердце.
Ржавое насквозь.
Черное.
Не выкрасить.
Не склеить.
На живую забивали гвоздь,
Чтобы научилось лицемерить.

Вышло, нет?

А скучен этот мир!
Все больные:
Мясо, кости,
Кости!
Разбросались в клетках
Из квартир
И не позовём друг друга в гости,
Так как в клетке —
Истинное Я,
Зверь на воле (хоть и не в свободе)
Дремлет над вопросом бытия
И уже не следует по моде:

К черту маски, к черту этикет,
Наплевать на правила – условность.
Мир за клеткой – вымер и ослеп,
Клетки нет – и к черту эту скромность!

Знает точно, где он и зачем:
Маски смыты,
Стёрты оправданья.

Он в плену, но знает:
Этот плен —
Центр его миропониманья.

Всё вот так.
И всё вот так – у всех,
А в миру: счастливые, несчастны.

Сердце. Сердце.
Проглотило смех,
Будто к остальным я непричастна.

Пища

Мыши уверены: змеи и совы спят,
Можно наружу, жизни глотнуть немного;
И в лунном свете сотни таких мышат

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.