# Жертвы веселой вдовушки

Дарья Александровна Калинина

В доме, где живут подруги-детективы Кира и Леся, назревает скандал. Виновница неприятностей, как всегда, – Лесина мама, в очередной раз пожелавшая выдать замуж свою строптивую дочь и заодно и ее подругу Киру. Девушки отчаянно сопротивляются этим попыткам, и тогда тетя Света подбрасывает им криминальную загадку: требуется срочно выяснить, убила ли на самом деле своего мужа Лесина тетка Луиза? Стремясь как-то пригасить матримониальный пыл матушки, подруги начинают расследование обстоятельств смерти дяди Саши. И тут судьба подкидывает им очередную детективную головоломку: убивают и тетку Луизу, исчезают ее фамильные драгоценности. Дело усложняется… Но подруги отступать не намерены – ведь, если они не займутся поисками преступника, Лесина мама выдаст их замуж за первых встречных подозреваемых…

## Глава 1

Осень в этом году была необычайно мягкой и теплой. Непривычно ярко светило солнце. И днем казалось, что лето еще никуда и не ушло. И хотя листья деревьев и трава уже потеряли свою летнюю сочность, но до настоящей осенней непогоды было еще очень далеко.

В один из таких очаровательных осенних деньков, когда погода казалась просто созданной для того, чтобы наслаждаться ею, две подруги – Кира и Леся – принимали у себя почетную гостью. К ним пожаловала мама Леси – тетя Света, которая редко баловала свою дочь визитами, наверное, поэтому и старалась вложить в каждый из них максимум родительской критики и поучений.

– Кого люблю, того и уму-разуму учу. А вас, девочки, я люблю больше всех на свете. Ты, Кира, мне как родная дочь. Честно!

Кира улыбалась в ответ, искренне надеясь, что ее улыбка не выглядит, как звериный оскал. Тетю Свету она тоже любила, но так… как бы это получше объяснить… на расстоянии. Любить тетю Свету, когда между ней и вами километров сто, а лучше – так и вся тысяча, было легко. Лесину маму всегда отличала похвальная экономность. И звонки по межгороду она считала непозволительной роскошью. И это здорово спасало подруг от настойчивой любви и требовательной заботы Лесиной мамы.

Конечно, кто-то скажет, что сейчас не каменный век, есть скайп, удобная штука. Можно дозвониться до любимых хоть с другой стороны земного шара. Но хотя город Турку, где жила Лесина мама, был гораздо ближе, подруги вот уже третий год с успехом делали вид, что скайп у них отчаянно барахлит. Иной раз им для этого даже не надо было особо стараться. Этот вид связи, особенно в выходные дни и праздники, действительно оставляет желать лучшего. То картинка зависнет, то посторонние шумы появятся, то вовсе звук пропадет. Ну а если все шло слишком гладко, то подруги и сами были не лыком шиты.

– Мама, мы тебя не видим! – ужасалась Леся.

– Картинка пропала! – вторила ей Кира.

И уже совсем дружно и весело подруги заканчивали разговор с дорогой общей мамулей:

– Алло, алло! Нет, поговорить решительно невозможно. Совсем ничего не слышно!

Итак, жила Лесина мама в близкой и одновременно такой далекой Финляндии вместе со своим финским мужем, которого очаровала несколько лет назад не только своей русской красотой и длинной светлой косой, но и удивительной для русской женщины экономностью. У тети Светы в хозяйстве никогда не пропадал ни один кусочек. Фразу «А остатки после ужина я просто выкинула!» она воспринимала как личное оскорбление.

Из поджаренных кусочков черного хлеба готовился домашний квас. Из белого мякиша делались панировочные сухарики или готовилась шарлотка. Причем в шарлотку шли яблоки, которые опять же кто-то другой бы и выкинул. Но для тети Светы была непереносима даже сама мысль, чтобы выкинуть что-то еще годное из дома. А вдруг этим чем-то воспользуется кто-то другой?

– Из этого пододеяльника еще вполне можно сделать простынку, – задумчиво поговаривала она и садилась за швейную машинку, ни в коем случае не электрическую, ведь это же дополнительный расход, и действительно сооружала либо две вполне приличных наволочки, либо целую кучу полотенец. А бывало, что даже и летний халатик, если расцветка материала позволяла.

И даже из вчерашней холодной гречневой каши получались прекрасные котлетки, почти неотличимые от говяжьих. Из старого стула мастерилось новенькое креслице, куда на обивку шел все тот же пододеяльник или остатки детского коврика, а вместо мягкой прокладки под седалище шла всякая ветошь, для которой даже фантазия Лесиной мамы не могла найти лучшего применения.

В общем, с появлением в доме хозяйственной супруги бюджет финского мужчины стал разбухать на глазах. Теперь все его хозяйственные расходы сократились почти вдвое. И если даже иной раз супруги и ссорились между собой, то о разводе никто из них и не помышлял.

Ездить в Россию Лесина мама не любила. Предпочитала, чтобы дочь вместе с подругой приезжали к ним. Так что прибыть в родное отечество тетю Свету могли заставить лишь чрезвычайные обстоятельства. И теперь обе подруги с нетерпением ждали, когда их дорогая гостья наконец изложит суть дела, по которому она явилась к ним.

Но тетя Света поедала один кусок свиного шашлыка за другим, не забывая обучать своих девочек премудростям экономии:

– Кетчуп лучше делать свой. Это и полезнее, и дешевле. У тебя, Леся, я вижу, много помидоров на ветках еще есть. Так ты кусты не уничтожай. А когда наступят холода, выкопай сами кусты и в дом от морозов их перенеси.

– И что?

– Не понимаешь? Дальше подвесь их где-нибудь в погребе или в другом прохладном месте, но обязательно – корнями вверх, а плоды с веток не обрывай. Они у тебя в таком виде до Нового года отлично провисят. Сок со стебля к плодам стекать будет. Каждую неделю станешь ходить в подвал, как к себе в огород, за свежими помидорчиками.

Идея была хорошая. Но неужели тетя Света приехала только для того, чтобы дать дочери этот дельный совет? Но не только Кира с Лесей держались настороженно. Их домашние кошки, степенная супружеская чета – Фантик и Фатима, – также наблюдали за гость-ей с недоверием.

По какой-то причине кошки недолюбливали Лесину маму. Не то чтобы совсем ее не любили, но относились к ней как-то настороженно. Может быть, потому, что тетя Света была твердо уверена, что животным для здоровья не полагается ничего, кроме каши с крохотным кусочком рыбы или куриной шкурки? Ни разу в жизни кошки не видели от этой женщины ни единого мясного обрезка, ни единой головы форели. Откуда же в таком случае было взяться в их сердцах горячей любви?

И вот теперь кошки устроились рядышком, не сводя глаз с тети Светы и явно гипнотизируя ее на предмет того, чтобы она скорей выкладывала – чего приперлась, и уматывала бы к себе обратно. В принципе подруг этот вопрос тоже волновал. И после третьей порции шашлыка Леся наконец решилась задать наводящий вопрос:

– Мама, а как у тебя дела?

– У нас все в Турку в порядке, – рассеянно откликнулась мама и неожиданно добавила: – А вот у вас проблемы.

– У нас?

– Да, у вас обеих.

– Но вроде мы…

– Вы обе до сих пор не замужем. Разве это в вашем возрасте не проблема?

– Ну… – с облегчением произнесла Леся, ожидавшая чего-то похуже. – Это мы еще успеем.

– Не успеете, если я сама за дело не возьмусь. Я так и сказала всей родне, когда они отговаривали меня от поездки к вам: не уеду от своих девочек, пока хотя бы одну из них не выдам замуж! Вот так вот! Все они сразу и заткнулись!

При этих словах Лесиной мамы подруги почувствовали, как на их спинах выступает испарина, хотя день был совсем не такой уж жаркий. Как уже говорилось, стояла ранняя осень, золотое время года, когда деревья еще только-только начинают покрываться первыми желтыми листочками. Но подруги все равно отчаянно вспотели. Если уж они до тридцати не успели выскочить замуж, тогда ясно – тетя Света останется у них навсегда! А они-то думали, что ее визит продлится пару дней, от силы – неделю.

– Я знаю, в чем причина вашей личной неустроенности. Вы обе совершенно не умеете ублажать своих мужчин. А ведь женихов надо баловать, их надо холить и лелеять. А самое главное… самое главное, их надо много и вкусно кормить. Путь к сердцу мужчины лежит через его желудок. Многие женщины стали забывать об этой древней непреложной истине, а зря! Очень зря. Мужчин надо вкусно и обильно кормить, тогда они останутся в местах кормежки. Привыкнут жить там, где питаются. А нам ведь того и надо, не правда ли?

Подруги синхронно кивнули, потому что именно этого и ждала от них тетя Света. Но на самом деле они обе были в настоящем ужасе.

– К тому же не вы одни у меня такие непристроенные, – продолжила между тем свой монолог Лесина мама.

– А кто еще?

– Дядя Леня.

– А с ним-то что?

– Вот у дяди Лени, у того появились настоящие проблемы в связи с его неустроенностью в личной жизни.

Подруги переглянулись между собой. Кошки тоже покосились друг на друга. Они прекрасно знали, о ком идет речь. И подруги тоже знали это. Дядя Леня – толстый, самоуверенный и очень ленивый обжора, обожаемый сын тети Марины, был им хорошо знаком.

Только почему тетя Света упомянула о проблемах, связанных с ним? Дядя Леня был хорошим стоматологом и всегда отлично зарабатывал. Какие могут быть проблемы у взрослого, здорового и обеспеченного мужчины? Разве что все с тем же здоровьем? Ведь работу потерять он никак не мог. Вокруг полно людей, нуждающихся в услугах протезиста.

– Нет, не со здоровьем у него проблемы. Ну, слушайте, я вам все объясню.

Дядя Леня был двоюродным братом тети Светы и, следовательно, Лесиным дядей. Никаких особо теплых чувств Леся к этому своему дяде не испытывала, по причине того, что дядя Леня – или Ленчик, как его звали в семье – был с самого детства полностью порабощен своей властной мамашей, которая требовала исключительных прав сына на все его чувства. Ленчик должен был любить ее одну и заботиться лишь о ней одной. Ни на кого другого свои чувства Ленчик тратить не имел права.

Впрочем, год назад деспотичная власть матери над Ленчиком окончательно и бесповоротно закончилась – по причине естественной кончины этой престарелой дамы. Никакой грусти от этого события из родни никто не испытал, за исключением самого Ленчика, для которого мать за эти четыре с лишним десятка лет их «знакомства» стала центром его вселенной.

Все прочие тихо радовались, что сварливая и неуживчивая тетя Марина наконец отправилась в мир иной, откуда уже вряд ли будет изводить родню своими капризами.

– Ну да, – нейтрально отозвалась Леся. – Я помню дядю Леню. Мы с Кирой были на похоронах его матери. Ленчик там так рыдал! Выходит, дядя Леня до сих пор еще не оправился после смерти матери?

– Когда это было! – отмахнулась ее мама. – Тетя Марина умерла уже почти год назад. Ленчик давно уже смирился со своей утратой. Нет, сейчас проблема у него в другом, совсем в другом. Помнишь еще дядю Сашу?

– О, да!

Теперь Леся откликнулась куда более живо. Дядя Саша был еще одним маминым братом. Опять же, не родным, а двоюродным, но куда более веселым и любимым своей племянницей. Умер он всего месяц назад. И вопрос Лесиной матери был, по меньшей мере, странным.

– Конечно, я помню дядю Сашу, – отозвалась Леся. – Бедный! До сих пор не могу поверить, что он умер! Я даже всплакнула на его похоронах.

– А я вот уверена, что он не сам умер. Ему в этом помогли.

– Помогли? – опешила Леся. – Как это – помогли?

– А вот так, – еще более многозначительно и зловеще произнесла ее мама.

– Кто? – заволновалась Леся. – Кто помог?

– Его жена.

– Тетя Луиза?!

При этом имени бедную Лесину маму буквально скривило.

– Тетя Луиза… Не смей ее называть при мне тетей! Это не тетя – это жуткая дрянь и стерва! Я с самого начала предостерегала своего брата от этого скоропалительного брака с весьма сомнительной особой! Но он словно с ума сошел! Ничего не хотел слышать! Вот и допрыгался! Скончался, не дожив даже до шестидесяти!

– А мне казалось, что они вполне счастливы…

– Счастливы? Да эта тварь, пробы на ней ставить негде, ему постоянно изменяла!

– Откуда ты знаешь?

– Оттуда! Тетя Валя сказала.

Тетей Валей звали еще одну троюродную сестру тети Светы, жуткую сплетницу и вообще дуру. Леся лично к ее словам отнеслась бы с большой настороженностью. И поэтому теперь она тоже весьма скептически переспросила у матери:

– А ей-то откуда это известно?

– Да уж известно! Тетя Валя просто так языком чесать не будет!

– Так ли уж?

– Может, она что-то когда-нибудь и преувеличит малость, но в основе ее болтовни всегда чистая правда!

– И что сказала тебе тетя Валя?

– А то и сказала, что Саша помер, а у Луизки, шлендры этакой, уже новый ухажер имеется. Она их застукала, когда в Пассаж за новыми портьерами для своей гостиной ездила. Ну, ты же знаешь, тетя Валя портьеры всегда в Апрашке покупает, самые дешевые – турецкие, но при этом всем врет, что это эксклюзив из Италии и куплен в дорогом магазине.

– Значит, если исходить из твоей логики, то где-то в районе Невского проспекта она увидела тетю Луизу с каким-то мужчиной?

– Не с каким-то, а с ее любовником!

– А тетя Валя откуда так сразу это поняла? На них написано было, что они любовники?

– Да уж не первый год на этом свете живет, разобралась, что к чему! – ядовито отозвалась Лесина мама и замкнулась во враждебно-обиженном молчании.

Так случалось всегда, едва лишь дочь осмеливалась подвергнуть сомнению хоть одно слово из сказанного мамулей. Кира вздохнула и поняла, что если они с Лесей хотят разобраться в ситуации, то именно ей, Кире, придется выступить в роли арбитра. И почему дочь с матерью почти всегда не могут договориться мирно? Ведь сейчас Кира повторит то же самое, что сказала до нее Леся, но тетя Света отреагирует совсем иначе.

– Теть Свет, а что за мужик-то? Видный он хоть из себя? Сама-то Луиза, как я помню, красотой отнюдь не блещет.

– Вот именно! – тут же с жаром отозвалась тетя Света. – Совсем никудышная бабенка! Моя бабушка про таких поговаривала: ни рожи, ни кожи. Маленькая, вертлявая, ножки кривые, как у козы рожки, живот – арбузом. Да еще и зубы себе никак вставить не может! На передние отважилась, а что там дальше делается, ей вообще фиолетово. Говорит, «забор» есть, а дальше – неважно. Ну, разве это правильно?

– Конечно, нет! – подхалимски отозвалась Кира, которой ровным счетом не было никакого дела до зубов тети Луизы.

Но тете Свете, оказывается, было до них дело. И она даже прочитала подругам небольшую лекцию на этот счет:

– А зубы во многом характеризуют человека. Если у человека только передние зубы в порядке, то ясно, что это человек двуличный, скрытный. Ему важно, какое он впечатление производит на окружающих, а что там в нем самом делается – это неважно.

– Ну, а что с любовником-то? Он-то хоть с зубами был?

– И с зубами, и в дорогих ботинках, и с бакенбардами.

– С чем?

– Бакенбарды, девочки, это такая щегольская поросль на щеках у мужиков. Они их выбривают, к примеру, как капитанскую бородку.

– Ну да, понятно. Знаем мы, что такое бакенбарды. Просто думали, что со времен Пушкина их никто уже и не носит. Значит, мужик был из себя очень даже хорош?

– В том-то и дело. Ты же помнишь Луизу? Она коротконогая, попа у нее большая, волосы по всему телу, а сама всегда в черном.

– У тети Луизы траур по мужу.

– Брось ты! Какой траур! Во-первых, она всегда в черном ходит. Кавказ, что тут поделаешь, привычка! А во-вторых, она нашего Сашу сама в могилу загнала! Чего ей теперь печалиться? Наоборот, она радоваться должна!

Такое смелое заявление тети Светы заставило подруг снова переглянуться между собой.

– Ты, мама… Ты такими словами не бросайся.

– А ты мне не указывай! – тут же вспыхнула в ответ тетя Света. – Знаю небось, что говорю! Я с самого начала была против брака Саши с этой особой. Приехала неизвестно откуда, ни кола, ни двора, а гонору на пять королевен хватит!

Тетка Луиза, как помнили подруги, и впрямь любила «выпендриться». И дом где-то далеко у нее у моря имелся, и не просто дом, а трехэтажный каменный особняк, в котором сейчас жил ее сын от первого брака. И квартира опять же трехкомнатная в Тбилиси имелась. Неизвестно, насколько эти слова соответствовали истине, ни дома, ни документов на квартиру подругам, ясное дело, не показывали. Но драгоценности, которыми была буквально увешана Луиза на каждом семейном слете, впечатляли.

– Мама, но ты тоже не совсем права. Может, тетка Луиза и не очень приятная женщина, но они с дядей Сашей очень дружно жили.

– Ага! Потому что Саша содержал эту нахлебницу! Ни одного дня не работала, а все пальцы перед всеми нами гнула. По бриллианту на каждый палец нацепит – и тычет мне всем десятком в нос. Деревня!

Неприязнь тети Светы к ее золовке объяснялась еще и тем, что тетка Луиза за словом в карман не лезла. И тете Свете она сразу же заявила, что сама она – скупердяйка, и муж у нее – скупердяй. Она, Луиза, так жить не привыкла, поэтому пусть тетя Света пироги из сухих крошек у себя в Финляндии готовит, а она пойдет в «Метрополь» и купит там себе и своим гостям отличный тортик.

– На стол такой поставить не стыдно будет!

Сухарный «муравейник», который однажды привезла к общему застолью тетя Света, так и не попал на стол. Это и послужило причиной для начала взаимной вражды между двумя женщинами.

– Это Луизка нашего Сашку в могилу загнала. Уверена, она и со своими прежними мужьями так же поступала. Какая-то черная вдова, паучиха!

Тетя Света уже буквально закипала от ярости. И Кира поспешила спросить:

– Но что мы можем сделать?

– Вы?

– Да. Дядя Саша уже умер, а мы…

– А вы должны расследовать обстоятельства его смерти.

– Но у него же случился обширный инфаркт!

Дядя Саша и до того перенес уже два инфаркта, но последний все-таки прикончил его.

– И при чем тут тетка Луиза?

– Уверена, эта дрянь сумела спровоцировать болезнь моего брата! А теперь она еще нацелилась и на Ленчика! Вы же не хотите, чтобы и он тоже пал жертвой этой женщины!

Честно говоря, до Ленчика подругам не было особого дела. В отличие от общительного и веселого дяди Саши, который любил подвижные игры, любил выпить, поиграть в карты и подурачиться, Ленчик был тяжел на подъем. К своим сорока с небольшим годам он уже набрал двадцать килограммов лишнего веса, которые некрасиво осели у него на животе и на бед-рах. Так что теперь Ленчик обладал фигурой, напоминающей грушу – узкую вверху и широкую внизу. Да и характер у него был какой-то унылый, нет, с таким человеком подругам совсем не хотелось бы связать свою судьбу.

– Дядя Леня сам разберется. Если ему так хочется, пусть будет с теткой Луизой.

Но мама была категорически против:

– Что значит, если ЕМУ захочется? Это Луизе захочется, а Ленчик не сможет ей отказать. Это же такая прилипала, как пристанет, нипочем не отвяжется. К тому же Ленчик вообще не умеет отказывать женщинам. Как он с тетей Мариной носился, так и с этой поганой Луизой будет так же себя вести! А я этого не переживу!

– Так, и чего ты хочешь от нас?

– Помешайте этой паучихе! Не дайте ей лишить меня еще одного брата!

– Но что мы можем? – развели руками Кира с Лесей.

– Ой, вот только не надо этого! Не надо изображать из себя эдакую невинность! Вы распутали столько криминальных дел, сколько у меня волос на теле, думаете, я этого не знаю?

– Но там были реальные преступления, а в чем тут-то криминал? Вдова хочет снова выйти замуж, разве это преследуется по закону? В чем тут преступление?

– Как это в чем? Луиза довела до смерти одного моего брата, а теперь собирается выйти замуж и спровадить на тот свет и другого! И вы будете так спокойно сидеть и смотреть на это?

– А что мы можем сделать? – повторили подружки.

– Поезжайте к ней, поговорите с ней, осмотритесь. Вы же умные девочки, мигом поймете, что там к чему!

Подруги были в растерянности. Им совсем не хотелось тащиться к малознакомой им тетке Луизе и что-то там у нее выведывать и вынюхивать. Не говоря уж о том, что дядя Саша на протяжении целого года своего супружества с теткой Луизой несчастным отнюдь не казался, а даже совсем наоборот – он был весел, активен и весьма подвижен. Иной раз даже чересчур, что и привело в итоге к сердечному приступу.

Напрасно некоторые поборники активного отдыха и занятий спортом твердят, что спорт – это панацея от всех бед. Если сердце у человека слабое, то и физическая нагрузка должна быть слабой. Подобное лечат подобным. Сильное средство в таких случаях приводит к смерти.

Но тетя Света никаких отказов не принимала. И в естественную смерть своего брата она тоже не верила.

– Прямо сейчас и поезжайте! – заявила она. – Ну? Что вы застыли? Поезжайте, а я буду ждать вас дома.

Повздыхав, подруги все же снарядились в дорогу. Памятуя о том, что тетка Луиза чрезвычайно падка на все блестящее, каждая нацепила по целому гарнитуру своих украшений. Хотя бы будет формальный повод для визита. Купили вот себе девушки по новому бриллиантовому гарнитуру, хотят похвастаться перед понимающей тетушкой.

– Заранее договариваться о визите не будем. Позвоним, скажем, что мы возле ее дома, хотим зайти. Вряд ли она нам откажет.

Сама тетка Луиза частенько приходила в гости без всякого разрешения.

– А у нас дома, на Кавказе, не принято спрашивать разрешения, чтобы увидеть человека, – объясняла она. – Соскучилась, захотела вас увидеть, вот и пришла.

И попробуй скажи, что ты ей не рад или что она приперлась не вовремя. Обида будет – на всю жизнь! Так что теперь подруги решили отплатить тетке Луизе ее же монетой. Придут и заявят, что они страшно соскучились! Лучше уж поскучать часок у тетки Луизы, чем выслушивать нравоучения Лесиной мамы.


Спустя всего полтора часа после завершения разговора с тетей Светой обе подруги уже стояли у двери в квартиру тетки Луизы. Вообще-то, строго говоря, это была квартира дяди Саши. Но тетка Луиза, будучи его законной супругой, должна была получить все права на эту жилплощадь в самое ближайшее время.

Первый брак дяди Саши оказался неудачным. Хотя тоже как сказать: двоих детей он в том браке прижил, вырастил Ваську и Алиску, вывел их в люди, дал им образование и путевку в жизнь. Но вот дожидаться внуков не стал.

– Устал, – просто сказал он своей первой жене – тете Томе. – Хочу свободы. Детей мы с тобой вырастили, любви между нами нет. Давай расстанемся по-хорошему. Нашу квартиру и дачу оставляю тебе и детям. Себе забираю лишь «однушку», которая мне досталась от родителей. Ну и машину.

А еще дядя Саша забрал с собой из семьи свою зарплату, которая у него, как у директора частной авиакомпании, была совсем немаленькой. И на эту зарплату он сделал отличный ремонт в порядком запущенной родительской квартире. Купил новую машину. И даже помог выплатить своим детям кредит за их собственные квартиры.

Одним словом, никаких претензий у сторон друг к другу не было. И когда дядя Саша привел в дом Луи-зу, его взрослые дети отнеслись к мачехе если и без восторга, то и без особой неприязни. К тому же оба его отпрыска к тому времени перебрались жить за границу, там у них была своя работа и своя жизнь, в которой отцу не нашлось бы места при любом раскладе.

И вот теперь подруги стояли на пороге квартиры, в которой дядя Саша провел со своей второй женой целый год счастливой совместной жизни. В руках у них был излюбленный теткой Луизой шоколадный торт из «Метрополя». Но, несмотря на его наличие, подруги немного нервничали и звонить в дверь ни та, ни другая не торопилась.

– Не понимаю, отчего маме вдруг в голову втемяшилось, что тетка Луиза – это враг?

– Не знаю. Но если твоей маме что-то «вступит», то с ней лучше не спорить.

Леся тяжело вздохнула, она и сама это знала, и спросила:

– Ну что? Звонить в дверь?

– Не стоять же нам тут вечно! Звони.

Но прежде чем Леся успела поднести руку к звонку, дверь распахнулась и на пороге возникла сама тетка Луиза, разодетая, как для выхода на улицу.

– Ах!

– Ой!

– Девочки!

– Тетя Луиза!

После этого последовала пауза, пока обе стороны обменивались взглядами. Подруги были растеряны, они видели, что их визит не ко времени.

– А вы тут откуда? – первой пришла в себя тетка Луиза, делая шаг вперед и тесня подруг обратно на лестничную клетку.

– Мы… мы к вам. В гости.

– В гости?

– Соскучились, вот и заглянули. Не прогоните?

Было видно, что тетка Луиза изрядно смущена.

– А я как раз ухожу, – пробормотала она. – Надо же, как неудачно!

– Надолго?

– Что?

– Надолго уходите?

– Нет. Я тут в магазин решила выйти. И еще – к врачу. Давно с ним договаривалась, надо у него рецепт на лекарство забрать.

– Тогда мы можем вас подождать.

– Где? – почему-то испугалась тетка Луиза.

– У вас дома. Честно говоря, нам надо с вами посоветоваться. Мы вот и тортик уже купили.

– Тортик?

– Да. Впрочем, если нельзя к вам домой, то мы вас прямо тут подождем. На лестнице.

На лице у тетки Луизы отразилось настоящее смятение. Но затем она приняла какое-то решение, потому что лицо ее прояснилось.

– Ни в коем случае! – воскликнула она. – Вы – мои дорогие племянницы, я вам всегда рада. Заходите!

– А как же ваш врач?

– А! Ерунда! Неделю меня ждал, еще неделю подождет! – И с этими словами тетка Луиза распахнула перед подругами дверь. – Проходите сразу же в комнату! – засуетилась она. – Разуваться не надо. Вот еще глупость какая, разуваться! Нет ничего более отвратительного, чем грязные тапки, которые заставляют надевать своих гостей некоторые люди. Я этого не приемлю. Да я умру, но не надену их вонючих тапок. Лучше уж босиком! Хотя чем больше люди пекутся о порядке, тем меньше его у них!

Тетка Луиза отняла у подруг торт и быстро провела их в комнату.

– Посидите, я сейчас кофе поставлю и приду к вам. А чтобы вы не скучали, я телевизор включу!

И щелкнув пультом, тетка Луиза сделала звук погромче и ушла, плотно закрыв за собой дверь. Переглянувшись, девушки подскочили к двери. И им удалось услышать какие-то голоса и шум шагов. Тетка Луиза поспешно выпроваживала кого-то из своей квартиры. Видимо, когда подруги пришли, этот человек сидел в кухне. И теперь он покинул квартиру.

– Кто у нее там? – тревожно спросила Леся. – Мужик какой-то, похоже. Да?

Кира в ответ молча кивнула головой. Подруга была права. Тетка Луиза спровадила из своей квартиры не просто гостя, а гостя мужского пола. Ведь в квартире сейчас сильно пахло крепкими мужскими сигаретами. Но ни тетка Луиза, ни дядя Саша, ни даже Ленчик никогда не курили. То есть дядя Саша когда-то в молодости баловался табачком, но потом сердце, врачи и тетка Луиза категорически ему это запретили. И дядя Саша не стал с ними спорить.

Выходит, у тетки Луизы в гостях был какой-то мужчина, которого она спрятала от подруг, так им его и не показала. Может, подозрения тети Светы насчет этой особы в чем-то и справедливы? Но для того, чтобы это выяснить, надо было получше узнать саму тетю Луизу, с которой, по правде говоря, до сих пор у подруг были весьма поверхностные отношения.

## Глава 2

К счастью для подруг, тетка Луиза была настроена дружески в отношении своих незваных гостий.

– Как хорошо, что вы все-таки решили заглянуть ко мне! – воскликнула она, вернувшись в комнату и даже принеся с собой дымящийся кофейник.

Что-что, а в отсутствии расторопности тетку Луизу упрекнуть было нельзя. Вот и любовника она из дома выпроводила, и подруг приютила, и даже кофе успела сварить.

– Если бы вы знали, как мне бывает одиноко в этом доме после смерти моего дорогого Сандрика!

Тетка Луиза называла дядю Сашу, сокращая его имя – Александр – на свой манер: Сандро или Санд-рик. Как только люди не коверкают это замечательное мужественное имя – и Алек, и Алик, и Сашка, и Шура, а теперь вот еще и Сандрик! Но, как бы ни звала тетка Луиза своего мужа, тот все воспринимал с неизменным восторгом.

– Девочки, что бы вам ни рассказывали про меня всякие там глупые клуши, – сказала тетка Луиза, разливая кофе по крохотным чашечкам, которые тоже каким-то непостижимым образом появились вдруг на кружевной скатерти, – но мы с Сандро были очень счастливы. Очень!

– Мы даже и не сомневались в этом.

– Сандро меня обожал!

– Ваше счастье было заметно невооруженным глазом.

Тетка Луиза удовлетворенно кивнула головой и наконец присела в кресло напротив подруг. Ноги она, сев, ловко скрестила, потому что, если на лицо тетя Луиза была очень даже ничего себе – не портил ее ни длинный кавказский нос, ни слишком тонкие губы, – то ноги у нее однозначно подкачали. И никаким гримом замазать их кривизну было невозможно. Но тетка Луиза и тут нашла выход. Носила брюки либо длинные юбки. А в случае, если юбка была обычной длины, принимала такие позы, чтобы кривизна ее ног не так сильно бросалась в глаза. Что и говорить, тетя Луиза была женщиной ловкой, хотя и не всегда приятной в общении.

Вот и сейчас она кинула на Лесю напряженный взгляд и неожиданно произнесла:

– А я ведь знаю, что за гадости говорила твоя мама в мой адрес!

Леся едва не поперхнулась напитком. Кофе внезапно комом встал у нее в горле.

– Что?!

– Не притворяйся, будто не знаешь этого!

– Не знаю, – соврала Леся.

– Она говорит всем подряд, что я ушлая особа, что приехала в ваш город исключительно ради того, чтобы окрутить какого-нибудь бедолагу, прописаться к нему и остаться тут жить. И даже будто это я довела Сандро до смерти! Вот что она говорит про меня!

Под пронзительным взглядом тетки Леся неуютно завертелась в кресле. И что за манера у некоторых людей говорить такие вещи прямо в лоб? Все-таки права мама, тетке Луизе недостает хорошего воспитания и манер. Какими бы крупными ни были ее бриллианты, сама их хозяйка была далеко не алмазной породы. И что теперь должна ей ответить Леся? Соврать? Или передать ей мнение своей матери? И что это за привычка – ставить человека в неудобное положение?

Леся натянуто улыбнулась и произнесла:

– Ну, это уже полная чушь! Все знают, вы ведь так любили дядю Сашу.

– Вот именно! Любила! – воскликнула тетя Луиза. – А что касается Ленчика – твоего дяди Лени, – то да, он заходил ко мне пару раз. И я тоже бывала у него. Исключительно потому, что мы оба недавно потеряли близких нам людей, одиноки и нуждаемся в сочувствии.

– И… И что же вы не пришли к нам?

– А вы меня не приглашали!

– Но вы могли бы прийти к нам без всякого приглашения.

– Тут так не принято. Мне много раз давали понять, что я приперлась некстати!

– Но мы же к вам пришли.

– Я – это другое дело. Я вам всегда рада.

И тетка Луиза принялась с удовольствием потягивать кофе, которого за целый день могла выпить целое ведро. И не лень ей было его варить. Ведь если по хозяйству тетка Луиза не слишком убивалась, то кофе варила в турке, а перед этим еще и долго молола кофейные зерна на ручной мельнице, перетирая их буквально в порошок.

– Только из такого молотого кофе можно сварить настоящий армянский кофе – напиток богов! – сказала она.

– Тетя, а разве вы не грузинка?

– Я родилась в Осетии. Но по паспорту я – русская.

– Как же вы оказались в Тбилиси? Вы ведь говорили, что ваш сын от первого брака живет там.

– Да. Живет. Вернее, жил, пока был маленький. Мой первый муж был грузин. От него мне досталась квартира в Тбилиси, в ней долгое время жил мой сын и моя свекровь. Но свекровь умерла, а сын переехал в дом в Кисловодске.

Дом достался тетке Луизе от ее второго мужа. И сейчас она стала рассказывать еще и эту историю тоже.

– А как же вы снова вышли замуж? Да еще имея маленького ребенка на руках?

– Бывать одна я не люблю, – легко призналась тетя Луиза. – К сожалению, мой второй брак продлился совсем недолго. И через десять лет мой дорогой супруг скончался.

– О!

– Среди родни моего второго мужа тоже попадались люди, которые распускали язык на мой счет. Делали всякие грязные намеки, упрекали меня в алчности. Но в завещании все было указано предельно четко, так что этим людям пришлось отступиться. Дом и прочее имущество досталось мне!

Подруги ощущали, как в их душах все больше и больше нарастает опасение за судьбу дяди Лени. Если эта женщина уже похоронила двух, нет – даже трех своих мужей, неизменно прибирая к рукам их имущество, то Ленчику стоит опасаться за свою судьбу. Он один живет в отличной четырехкомнатной квартире в центре. Он – протезист. И, отличаясь внешней неуклюжестью, он умеет делать нашим российским звездам эстрады такие отличные зубные протезы, при виде которых их голливудские собратья рыдают от зависти.

Благосостояние дяди Лени было несоизмеримо выше уровня доходов его покойного брата – дяди Саши. И не было бы ничего удивительного в том, если бы тетка Луиза обратила внимание на очередного холостяка, оказавшегося в зоне ее влияния.

И тетя Луиза лишний раз подтвердила это мнение, сказав подругам:

– Мне очень нужна ваша поддержка.

– Тетя, мы всегда поможем, если нужно. И на работу вам поможем устроиться. С хорошей зарплатой.

– О, нет, спасибо! – небрежно отмахнулась тетя Луиза. – В деньгах я не нуждаюсь. К счастью, мои супруги оставили меня достаточно обеспеченной вдовушкой. Но вот моральная поддержка была бы мне очень необходима.

И тетка Луиза склонила голову, отчего ее густые черные волосы свесились на лицо, открыв седую прядь. Увидеть ее было тем более неожиданно, что в остальном у тетки Луизы не было ни единого седого волоска, ни морщинки. Ей уже перевалило за сорок, но она очень тщательно следила за собой. И, как подозревали подруги, прибегала к услугам пусть и щадящей, но все же косметической медицины.

– Тетя, у вас седые волосы на голове!

– Что? Ах, вы про мою «прядь ангела»! Это – родовая метка. Точно такая же была и у моего отца, и у бабушки. Я могла бы ее закрасить, но не хочу. В отличие от других, я ценю семью и все, что с ней связано.

Внезапно подруги ощутили к ней нечто вроде сочувствия. И что это они набросились на тетку Луизу со своими подозрениями? Ну, не везло тетке в личной жизни, умирали у нее мужья. Так ее не пинать надо, а пожалеть.

– Тетя, мы всегда вас поддержим.

– Спасибо вам, девочки. Вот и Ленечка тоже меня поддерживает. Такой хороший, совсем не похож на всю вашу родню, которая с самого начала только и делала, что травила меня.

– Тетя Луиза…

– Впрочем, сознаю, я и сама отчасти виновата. Мне нужно было уделять больше внимания родне моего Сандро. Это было эгоистично с нашей стороны – полностью замкнуться в своем счастье. И вот теперь мой дорогой Сандрик умер, а я осталась совсем одна!

Не сказать, чтобы тетя Луиза пренебрегала общением с родней. На всех семейных праздниках, где бывал дядя Саша, появлялась и она. Со всеми знакомилась, со всеми была на дружеской ноге. Вернее, пыталась на ней быть. Не очень-то родня была к тетке Луизе расположена. Ее манеры всегда и всюду безошибочно выдавали в ней выскочку. Отсутствие общей образованности и воспитанности также бросалось в глаза. Конечно, прямо в лоб тетке Луизе родня ее мужа ничего не говорила, но и к тесному общению с ней тоже не стремилась.

– Так вот, я сама виновата. Я должна была больше рассказать вам всем про свою жизнь!

И опять тетка слукавила. И про себя, и про свою жизнь она рассказывала им всем предостаточно. Вот только рассказы ее не вполне сочетались один с другим. К примеру, дяде Мише она рассказывала, что родилась в Нальчике, дяде Тимуру – что в Батуми, а тетя Лена стала обладательницей и вовсе удивительной информации: что тетка Луиза родилась на пароме, но куда и откуда он шел, никто не помнит.

Опять же, не вполне понятно обстояло дело с домом, который имелся якобы у тетки Луизы. Удивительное дело: дом этот постоянно менял свое местоположение. То тетка Луиза жила в нем в Кисловодске, то во Владикавказе, а то и вовсе в Баку. Просто не дом у нее был, а какой-то неутомимый путешественник.

– Но вам я все расскажу, моим несчастьям можно только посочувствовать. Ненавидеть меня нельзя. Столько горя, сколько выпало на мою долю, не дай бог никому!

Рассказывать о своих несчастьях тетка Луиза любила. И о том, как первый муж мучил ее своими постоянными изменами. И о том, как тяжело и долго болел ее второй супруг, изводя жену многочисленными придирками и капризами. И о том, что сын ее связался с непутевой женщиной, которая вселилась в их прекрасную квартиру, заставленную хрусталем и завешанную коврами, купленными теткой Луизой, и теперь сидит, ничего не делает, а только издевается над бедным ребенком и вытягивает деньги из тетки Луизы.

В общем, после почти двухчасового разговора с теткой Луизой у подруг окончательно сложилось мнение о ней. Себялюбивая черствая женщина, к тому же совсем малообразованная и не отличающаяся большим умом и хорошей памятью, так как постоянно забывает, кому и что соврала. Но при этом – хвастливая и завистливая до чрезвычайности. С подругами тетка Луиза прежде держалась чуточку свысока, еще бы, ведь она была замужем и обеспечена за счет мужа, но теперь вдруг она принялась заискивать перед девушками.

– Слушай, ей что-то от нас надо, – прошептала Леся, едва выйдя от тетки Луизы на подгибающихся ногах.

Несмотря на выпитый кофе, Лесю одолевала страшная слабость. Казалось, что из нее выпили всю кровь, все жизненные соки. Кира чувствовала себя не лучше. У нее кружилась голова, и хотелось принять горячий душ.

– Просто вампир какой-то эта твоя тетка!

– Ты тоже это почувствовала?

– И очень завистливая. Как ее перекосило, когда ты похвасталась своими новыми сережками!

– Тут же вытащила из сейфа все свои брюлики!

– И ведь не побоялась, что мы растреплем всем о ее богатстве.

Тетка Луиза действительно, движимая то ли тщеславием, то ли элементарно желая похвастаться, открыла встроенный в стенную нишу маленький сейф и вынула оттуда целую пригоршню золотишка. Цепочки, кресты, перстни и браслеты были вытащены из пакета и небрежно брошены ею на стол.

– Это так, ерунда, – отмахнулась женщина, явно наслаждаясь произведенным эффектом. – Цветмет. Изделия, которые как покупаются, так и продаются исключительно на лом.

Однако многие из этих цепочек и браслетов тянули на несколько сот граммов и могли представлять сами по себе предмет мечтаний для какой-нибудь небогатой простой девушки. Конечно, их художественная ценность была невысока. Машинное плетение, зачастую – очень грубое, фабричная штамповка, в лучшем случае украшенная лазерным узором. Но золото есть золото, как ни грубо оно спаяно, но определенную ценность оно имеет всегда.

– Не на это смотрите, вот сюда смотрите! Вот тут есть на что посмотреть.

И с этими словами тетка Луиза поставила перед подругами ларчик на четырех львиных ножках. И уже судя по тому, как осторожно водрузила она этот ларец перед девушками, те поняли, что в нем хранится нечто весьма ценное.

– А вот тут у меня лежат драгоценности, которые достались мне от моего второго супруга. Я вам говорила, что он был ювелиром? Ах, нет? Ну так он им был. И тут – вещи, которые он изготавливал своими собственными руками. Он был знаменитый мастер!

И тетка принялась выкладывать перед онемевшими от восхищения девушками кольца, подвески, серьги, браслеты, кулоны… Имелась у нее даже диадема, выполненная в виде корзиночки с цветами и так густо усыпанная драгоценными камнями, что у подруг от их блеска даже зарябило в глазах.

– Красиво?

– Полный восторг! И это все – настоящие камни?

– Конечно! Ни одного искусственного кристалла. Все это – работы моего мужа.

Но вот насчет последнего у подруг сразу же возникли сомнения. Многие изделия были еще с царскими пробами. Сколько же лет должно было быть супругу Луизы, чтобы он мог своими руками изготовить эти вещи?

– Ну, кое-что тут из моих фамильных драгоцен-ностей.

И снова – нестыковка в рассказе Луизы. Совсем недавно она рассказала подругам, как нищенствовала в детстве, потеряв родителей, пока ее не взяла к себе бабушка. Конечно, возможно, драгоценности Луизе достались от ее бабушки, но вроде бы со старушкой они тоже бедствовали, питались хлебом и помидорами, которые выращивали у себя в огороде.

В общем, вранья в рассказах Луизы было много. Но иной раз проскальзывала и правда. Например, в наличие у нее усыпанной изумрудами, сапфирами и жемчугом диадемы никто из родни не верил, а между тем диадема эта у тетки имелась и была даже красивее, чем ее описывала Луиза.

За просмотром драгоценностей время пролетело незаметно. И когда подруги вышли на улицу, то обнаружили, что у Леси в телефоне значатся семнадцать непринятых вызовов от ее мамы. А у Киры – так даже и все восемнадцать.

– Меня твоя мама любит больше! – подколола Кира подругу. – О! Опять звонит! И опять – мне!

– Скажи ей, что мы уже едем. Только возьмем бутылку вина и сразу же приедем.

– Думаешь, такую новость ей стоит сообщать под вино? Тут лучше бы подошел коньяк или крепкий – ликер.

Сошлись на том, что себе они купят коньяк, а для Лесиной мамы возьмут какое-нибудь хорошее вино. После нескольких бокальчиков будет легче сообщить тете Свете, что ее опасения вполне оправданны. Луиза не только встречается с Ленчиком у себя дома, но уже побывала и у него в гостях, причем не единожды. И, учитывая тот факт, что одна она быть не любит, сам собой напрашивался вывод: очень скоро тетка Луиза вновь выйдет замуж.

– За кого, надеюсь, тебе понятно? – спросила Леся у своей мамы, когда они уже сидели за столом.

Тетя Света моментально схватилась за голову:

– Нет, это невозможно! Неужели эта дрянь все же настроилась на бедного Ленчика?!

– Почему это бедного? Напротив, очень даже обеспеченного.

– О, боже! Это просто ужасно! У меня были на Леню свои планы.

– У тебя?! Мама, но ведь ты…

– Не у меня лично, разумеется, – раздраженно откликнулась мама. – Я прикидывала, что Аннушка могла бы составить чудную пару нашему Ленчику.

Аннушкой звали ближайшую и единственную подругу Лесиной мамы, с которой у той сохранились хорошие отношения. Видимо, отчасти это происходило из-за редкой незлобивости характера Аннушки, а также из-за ее хронической невезучести в личной жизни. Завидовать ей было просто невозможно, только жалеть. Аннушка уже отпраздновала свой полувековой юбилей, но ни один мужчина так и не позвал ее под венец. К тому же она работала библиотекарем, получала мизерную зарплату и ничего, кроме библиотечной пыли и стен библиотеки, никогда в жизни не видела.

– А она так мечтает выйти замуж. Наш Ленчик был бы для нее идеальным вариантом! Тем более что когда-то давно я их уже знакомила. И они очень понравились друг другу. У них даже было что-то вроде романа. Ну, насколько это возможно при их хиленьких темпера-ментах.

Да уж, темперамент дяди Лени походил на переваренную капусту. Ну, а Аннушка… Она была типичной квашней – рыхлой, пухлой и какой-то кислой. Да, эти двое прекрасно подходили друг другу, что уж и говорить. Добавить немножко яичка для смазки – и вышел бы душистый пирог с капустой.

– Почему же у них ничего не получилось?

– Ты что, не помнишь тетю Марину? Да она держалась за Ленчика, как утопающий цепляется за спасательный круг. Мертвой хваткой! Она сразу же просекла, что Аннушка не будет за ней ухаживать так же хорошо, как это делал Ленчик. Аннушке и самой нужен уход, до того она тетеря неповоротливая. Вот тетя Марина и приложила все свои силы, чтобы разлучить их.

Мать имела на Ленчика огромное влияние. И, конечно, выстоять против нее он не смог.

– Так и остался он одиноким. И Аннушка тоже замуж не вышла. Вот было бы славно поженить их сейчас, когда тетя Марина уже не сможет ставить им палки в колеса.

Леся покачала головой. Она прекрасно понимала, что рыхлой, неторопливой Аннушке никогда не выстоять против напористой энергичной тетки Луизы. Если уж последняя наметила себе в новые мужья дядю Ленчика, то тому даже и рыпаться не стоит.

Лесина мама ужасно огорчилась. И свою досаду тут же выместила на подругах:

– Лучше бы вы и не ездили никуда! Только расстроили меня еще больше!

И ушла спать, присовокупив напоследок, что такой никудышной дочери, наверное, нету ни у кого в мире. Можно подумать, Леся могла бы что-то изменить в планах тетки Луизы, даже если бы и очень захотела.


Однако на следующий день выяснилось, что Лесина мама не собирается так легко сдаваться. Уже в одиннадцать часов утра в калитку вошла та самая Аннушка – Анна Сергеевна Головачева. Впрочем, фамилия не вполне верно отражала сущность Аннушки. Вернее было бы назвать ее Пузачева, Пузанова или и вовсе Жиртрестова, потому что в калитку она с трудом протиснулась. И после такого подвига долго сидела на скамеечке, утирая полное потное лицо и пытаясь отдышаться.

Кошки же при виде Аннушки издали ликующие мявки и бросились к ней. Аннушка была неизменно добра к ним. И всегда готова была поделиться лакомым кусочком с Фантиком и Фатимой, которых обожала и подобных которым зверюшек не могла сама содержать лишь по причине злостной аллергии на кошачью шерсть.

Тем не менее Аннушка отважно погладила обеих кошек по очереди и даже взяла их на руки, поцеловав в макушки, что грозило ей новым приступом астмы. Затем обессиленно уронила руки и простонала:

– Ох, давно я так далеко не ходила! Надо было на такси до вашего дома доехать. А я чего-то подумала, что надо и прогуляться. От самого шлагбаума к вам топаю.

От шлагбаума, отделявшего «Чудный уголок» – поселок, в котором жили подруги, от всего остального мира, – до дома девушек было от силы триста метров. И Аннушка так запыхалась, пройдя эти метры? В таком случае, ей стоит серьезно подумать о своем здоровье.

– Дайте пожевать что-нибудь. Совсем обессилела, пока до вас дошла.

Кира только хмыкнула в ответ. А Леся, которая никогда не церемонилась с подругой своей мамы, привык-нув к тому, что Аннушка все воспринимает с неизменно добродушной улыбкой, еще и сказала:

– Такой корове, как ты, к врачу надо, а не замуж!

Но Аннушка лишь отмахнулась:

– Это меня разнесло, потому что мужика у меня уже года три никакого нету. Вот и разожралась я маленько.

– Маленько! – проворчала Леся. – Ты себя в зеркало видела? Тебе худеть надо. Даже не худеть, а я не знаю уж и что! Вроде бы раньше ты такой толстой не была.

– Это все потому, что у меня уже мужика года три нету никакого, – уныло повторила Аннушка. – Когда у меня мужика нету, так меня и разносит в разные стороны. Вот снова сойдусь с Леней, мигом похудею.

Подруги скептически оглядели Аннушку с ног до головы и невольно подумали, что одному Ленчику тут нипочем не справиться. Потребуются усилия нескольких кавалеров, коли уж они оказывают на Аннушку такое благотворно «похудательное» воздействие.

– Да только где же их взять, кавалеров-то этих? Последняя надежда у меня на Леню была. Да и то, Света говорит, на него какая-то тощая кошка позарилась. Кто она хоть такая?

Пришлось им рассказать Аннушке о своем вчерашнем визите к тетке Луизе. И описать соперницу в самых черных красках.

– Говорите, худая? И брюнетка жгучая? И молодая?

– Ну, помоложе тебя будет.

– На сколько?

– Лет на десять, я думаю.

– Ох, беда! А что, у них с Леней уже все серьезно?

– В гостях она у него была.

– В гостях?! – ахнула Аннушка. – Вот поди же ты! А мы сколько с ним встречались, ни разу он меня к себе не привел! А эта уже и в гостях у него побывала. Быстро!

Аннушка совсем закручинилась. И подругам стало ее жаль. Ну разве тетка виновата, что она такая толстая, неуклюжая и некрасивая? Совсем не виновата. Надо ей помочь и хотя бы поддержать.

– Аннушка, не переживай. Мы постараемся, чтобы у тетки Луизы ничего с дядей Леней не вышло.

– Да, да! Она красивая, молодая, другого кандидата себе найдет.

– К тому же это несправедливо, чтобы одна женщина три раза замуж вышла, а другая бы так в девках и померла.

Аннушка приободрилась. И пообещала, что если по-други вернут ей любовь Лени, то она прямо сегодня же сядет на диету.

– Прямо сейчас есть перестану, – поклялась она, с аппетитом жуя пирожок, целую тарелку которых вынесла для своей обессилевшей подруги Лесина мама.

– Вот и отлично.

Кира забрала из рук Аннушки тарелку и успела унести ее обратно в дом, прежде чем Аннушка сориентировалась в том, что происходит. Аннушка и тут проявила редкую незлобивость. Она только с сожалением взглянула вслед исчезнувшей еде и тяжело вздохнула. Пирожки были такими румяными, такими аппетитными! Кира сама не удержалась и слопала пару штук, пока несла их до дома.

– Ну, мне-то не страшно, я-то совсем не толстая.

И, поразмыслив, Кира взяла последний пирожок с тарелки. Если его найдет Аннушка – точно не удержится, слопает и растолстеет еще больше.

Но инициатива подруг, направленная на похудение Аннушки, натолкнулась на сопротивление – нет, не ее самой, но тети Светы, которая, жалея подругу, принялась закармливать ее деликатесами собственного приготовления. Благо готовить Лесина мама любила и умела делать это вкусно. А продуктами, из которых она могла творить свои кулинарные шедевры, был забит весь дом.

Холодильник ломился от избытка парного мяса, замороженных уток и куриных окорочков. В шкафах на полочках выстроились в ряд красивые жестянки с макаронными изделиями и крупами. Одного только риса в хозяйстве подруг насчитывалось восемь видов. От самой дешевой сечки, отлично подходящей для разваристых душистых молочных каш, до элитного черного риса, цена которого непосвященному покупателю показалась бы заоблачной.

В погребе стояли ровными рядами домашние соленья, варенья и различные консервы. Так что Лесина мама могла бы гордиться своей дочерью, которая уродилась и воспиталась у нее такой хозяйственной. И тетя Света так и сделала, а потом с энтузиазмом принялась уничтожать все эти запасы.

– Ведь испортится же все, девчонки, – приговаривала она, ловко шпигуя порубленной соломкой морковкой и дольками чеснока свиную шейку, приготовленную для запекания. – Надо их использовать, пока все это не пропало.

Обмазанная горчицей и сдобренная приправами, шейка обещала стать поистине царским блюдом.

– Перед такой шейкой Аннушка точно не устоит.

– Ага. И ее собственная шейка вообще утонет в жиру.

Но, как ни странно, именно волхование Лесиной мамы в кухне подсказало подругам самый простой способ завоевать сердце дяди Лени.

– А ведь тетя Марина, кажется, передала тебе часть своих рецептов? – с этим вопросом Леся возникла рядом со своей мамой.

– Да. Передала. Все свое золото и бриллианты она оставила Ленчику, можно подумать, он их носить будет! Ну а книжку со своими рецептами передала мне.

– И как? Хорошие рецепты?

– Скажу тебе честно, когда-то я восхищалась стряпней тети Марины. Но теперь я и сама могу приготовить получше.

– Но Ленчику очень нравилось, как готовит его мама, – продолжала гнуть свою линию Леся. – Тетя Марина ведь до последних дней сама все готовила.

– Да, этого у нее было не отнять. Она и померла возле плиты, стряпала своему Ленчику фаршированную индейку и…

Но тут до мамы наконец дошло, что именно хотела все это время сказать ей дочь. Она замерла на середине фразы, изумленно глядя на Лесю.

– А ведь это идея! – воскликнула она.

– И еще какая, – кивнула головой Леся. – Ну что? Бежать мне за тетрадкой тети Марины?

К счастью, женщины в Лесиной семье отличались домовитостью и аккуратностью – все поголовно. Так что тетрадочка с рецептами покойной матушки Ленчика оказалась в целости и неприкосновенности, лежала в коробке с прочими семейными реликвиями, не имеющими материального эквивалента для иных людей, но поистине бесценными для их обладательниц.

Треснутая кузнецовская чашечка, которая съездила с Лесиной бабушкой в эвакуацию в Мордовию и почти целой вернулась назад. Дедушкины письма с фронта. Крохотные сувенирные кожаные ботиночки, которые Аннушка привезла из памятной для всякого советского человека командировки в Бухарест. Фотография Лесиного папы в смокинге и цилиндре, когда он выступал в оперетте города Свердловска, где учился в консерватории в те годы.

В общем, среди всякого хлама нашлось место и для тетрадки в простом коленкоровом переплете, с пожелтевшими страницами, где в каждой клеточке была аккуратно вписана либо буковка, либо циферка.

– Любо-дорого посмотреть на эти рецепты! Все предельно четко и ясно.

– Думаешь, тебе удастся сляпать что-то, хотя бы отдаленно похожее на стряпню тети Марины? – поинтересовалась у мамы Леся.

– Шутишь? По этим записям и полный неумеха приготовит царскую пищу!

– Главное, чтобы Ленчику еда понравилось.

– А потом мы скажем, что все это приготовила Аннушка, своими руками. И дядя Леня будет у нее в шляпе!

Насколько помнила сама Леся, ее младший дядя очень любил покушать. Он таким был с самого детства. И с годами дядя Леня ничуть не изменился. Он всегда с трепетом ожидал ужина или воскресного обеда. Ну а уж праздничное застолье в исполнении его мамы и вовсе приводило Ленчика в восторг. На этом и строился расчет хитрых подруг. Ни красотой, ни стройностью, ни особым умом Аннушка не отличалась. И в схватке с пронырливой и энергичной теткой Луизой рассчитывать ей было не на что. Единственный шанс завоевать Ленчика для толстухи имелся через воздействие на его желудок.