Анекдотические

Вампирская байка

Сидят в баре два вампира. Пьют "Кровавую Мэри" и разговаривают. Один спрашивает:

– Ты какую кровь любишь: терпкую или сладкую?

– Я предпочитаю терпкую, – отвечает второй. – Сначала хорошенько погоняю жертву, попугаю, а потом пью. Тогда в крови такой выраженный вкус адреналина, пикантная горчинка…

– А я больше люблю сладкую кровь. Успокою жертву, приласкаю, присплю… И лишь потом начинаю цедить маленькими глоточками. Кровь такая мягкая, нежная, с тонким ароматом эндорфинов.

– О чём это они? – тихо спрашивает бармена сидящий неподалеку третий вампир. – Кровь как кровь… Солёная и одинаковая на вкус.

– А, не обращай внимания, – отвечает бармен. – Это два гурмана. До обращения они были дегустаторами вин, вот и выпендриваются теперь.

16.04.2008 г. 06:00

Почти анекдот

Вокруг простиралась тьма, полная тревоги, неопределённости и звёзд. Холодные острые огоньки кололи глаза, пронизывали стужей тело, леденили сердце и наполняли ужасом душу. Что это?! Где он?! Как тут оказался?!

Он взглянул вниз и увидел бесконечную непроницаемую тьму и звёзды… Он поднял голову вверх – та же картина!

Господи, Всемогущий и Всемилостивый! Неужели он умер и вознёсся на небо?! Тогда, где золотые Врата Рая или огненный смрадный зев Ада? Неужели смерть – это стылая бесконечность и бездушный звёздный свет?!

Сердце бешено заколотилось, подстёгнутое адреналином охватившего душу ужаса; волосы на голове зашевелились, по щекам побежали обильные горячие слёзы, рот приоткрылся, выпуская тягучую струйку липкой слюны и протяжный звериный тоскливый вой…

***

Женщина, осторожно обходившая огромную лужу, разлившуюся посреди площади после небрежной работы коммунальщиков и прошедших недавно затяжных дождей, невольно вздрогнула и всмотрелась в темноту. Там, посреди обширной водной глади, стоял на четвереньках какой-то пьяница, тупо глядя на отражавшую звёздное небо воду, и рыдал, подвывая, словно бездомный пёс в голодную ночь…

25.01.2012г.

Старая сказка на новый лад

Посадил дед Репку…

А потом сам тянул и бабку, и внучку, и Жучку, и кошку, и мышку…

Тянул их на свою минимальную пенсию.

05.01.2014 г.

Страшно, аж жуть…

Иду, дрожу. Вздрагиваю от каждого шороха. Шарахаюсь от каждого куста. И чёрт меня дёрнул пойти этим кладбищем! Хотела сократить дорогу… Как же! Как бы жизнь себе не сократить сердечным приступом.

Вокруг непроглядная темень. Откуда-то издали доносятся жуткие звуки: какие-то скрипы, потрескивания, шелест листьев под чьими-то крадущимися шагами… Хоть бы луна выглянула из-за туч! Всё-таки лучик света в этом мрачном царстве…

Вдруг, словно услышав мои молитвы, сквозь истончившуюся облачную пелену просочился призрачный бледный свет и озарил тёмную человеческую фигуру, стоящую посреди тропинки. Я аж присела:

– Господи, кто здесь?!

– А кто вам нужен? – прозвучал в ответ чуть насмешливый приятный мужской голос.

– Э-э… – не нашлась я, что ответить.

– Что это вы ходите ночью по кладбищу? – поинтересовался незнакомец.

– Да вот… – промямлила. – Хотела дорогу сократить…

– А… Ну, тогда вас, может, проводить? А то ещё заблудитесь в этой темени.

– Ой, спасибо! – обрадовалась я неожиданной помощи.

Мужчина вежливо взял меня под руку, и мы бодро зашагали по дорожке. Разговорились. Вспоминали прошлое, ругали нынешнюю власть за то, что нигде нет фонарей, что дороги стали ужасными, а тёмные улицы опасными из-за разгулявшихся хулиганов и маньяков всех мастей. Так, незаметно, и дошли до выхода из кладбища. Здесь мужчина остановился и сказал:

– Ну, всё, будем прощаться. Мне в другую сторону.

– Ой, спасибо вам, добрый человек! – рассыпалась я в благодарностях. – Сто лет вам жизни! И что бы я без вас делала? Наверное, уже умерла бы от страха.

– Почему? Что на кладбище может быть страшного? – усмехнулся незнакомец (за своей болтовнёй я так и не узнала его имени).

– Ну как же… Могилы, мертвецы… – как бы пошутила.

– Мертвецы? – снова усмехнулся мужчина. – А чего нас бояться?

08.03.2012 г.

Суд

Заседание суда. На лавке подсудимых сидит старушенция весьма древнего вида. Прокурор и адвокат соревнуются в красноречии. Бабушка лишь печально вытирает слёзы и тихонько всхлипывает.

Наконец, судья просит подсудимую рассказать свою версию случившегося. Бабушка горестно вздыхает и говорит:

– Весна. Первые тёплые деньки. Я вышла в парк, села на лавочку, чтобы насладиться прекрасной погодой, просыпающейся природой и свежим воздухом. Неожиданно ко мне на лавочку подсаживается молодой человек… Он смотрит на меня мечтательным взглядом и кладёт руку на бедро. Сначала я хотела возмутиться его бесцеремонностью, сбросить руку и пристыдить, но он начал так нежно меня поглаживать, и мне сделалось так хорошо, что я промолчала… Господин судья, мне уже 86 лет, и последний раз я была с мужчиной лет сорок назад… Потом этот молодой человек положил руку мне на грудь и начал ласково её тискать и мять… О, мне стало ТАК хорошо, что я чуть не потеряла сознание. И когда я в полузабытьи прошептала: "Да, возьми меня… Возьми прямо сейчас!..", этот негодяй вскочил и со смехом воскликнул: "С первым апреля вас, бабушка!"

Ну, разве я была не права, застрелив его?

06.08.2012 г.

Ты изменяла?

На эти выходные мы остались одни. Дочь ушла к бабушке в гости, друзья мужа были чем-то заняты, так что случился тот редкий момент, когда он сидел дома. Я готовила обед, а мужа, чтобы не путался под ногами, прогнала на фиг.

Так как по телеку не было его любимого футбола, благоверный взял ноутбук и отправился в спальню. Вскоре оттуда послышался его недовольный голос:

– Ты изменяла?

Я похолодела. Чёрт! Откуда он узнал? Неужели?.. Ой, дура, неужели я письма не удалила?..

– Что ты мелешь? – не очень уверенно промямлила я. – С кем бы я тебе изменяла?..

– Ну, что молчишь?! – Не расслышав мой ответ, начал сердиться муж. – Изменяла, я спрашиваю?!!

Всё, отпираться бесполезно… Влипла, дура! Допрыгалась!

Ноги предательски подкосились, и я рухнула на кухонный табурет. Тело похолодело, сердце болезненно затрепыхалось… Но потом в груди родилась глухая злость. А ну его! Так ему, козлу, и надо! Сам виноват! Постоянно его нет дома: то на работе "задерживается", а потом приходит пьяный и весёлый, то с друзьями "сидит часок", по поговорке "русский час – немецкая неделя". Вот и досиделся! А я долежалась…

– Да, было пару раз! – нагло заявила я. – А ты, что думал? Что я никому не нужна?!

Назревал скандал…

– Что ты там, дура, мелешь? – недовольно ответил муж. – Я спрашиваю: пароль для входа в сеть изменяла?

12.08. 2012 г.

Детские

Каравай

Мама, на кухне, вынимая из духовки пышный, с золотистой корочкой, источающий великолепные ароматы, вишнёвый пирог, запела:

– Как на Машины именины испекли мы каравай…

Маша, четырёхлетняя виновница намечающегося торжества, и шестилетний Миша – старший брат – играют в соседней комнате. У каждого свой угол и свои игрушки. У Маши – куклы и посудка, у Миши – гоночные машинки, которые он с упоением "разбивает", безжалостно сталкивая "лоб в лоб".

Услышав мамино пение, "продвинутый" в "каравайных" делах Миша подхватывает:

– Вот такой вышины! – Высоко поднимает над головой руки с зажатыми в кулачках несчастными машинками. – Вот такой ширины! – Разводит их широко в стороны.

Маша с удивлением вскидывает на брата большие серые лучистые глаза, отрываясь от усиленной кормёжки куклы Сони.

– Машка, а ты знаешь, что такое каравай? – снисходительно спрашивает Мишка, уверенный в Машкиной "отсталости". Ведь она не ходит в садик!

Маша на минуту задумывается, включает женскую логику (день рождения, мама печёт что-то вкусное…) и неуверенно отвечает:

– Толт?

Мишка торжествующе смеётся:

– Дура, Машка! Каравай, это такой большой хлеб!

Машка супится, снова размышляет, и вдруг заходится громким обиженным рёвом.

Из кухни прибегает встревоженная мама, готовая разнимать драчунов. Но, видя мирную картину и сидящих по углам детей, удивлённо спрашивает:

– Машенька, доченька, что случилось? Почему ты плачешь?

Всхлипывая, Маша отвечает полным обиды голосом:

– Не хочу кушать на день лождения хлеб, хочу толт!..

15.10.2014 г.

Николай

Иду по улице. На придомовом газоне, в тенёчке, вальяжно развалилась сучка со щенятами. Все, как один, симпатюлечки. Не выдерживаю и останавливаюсь. Сучка равнодушно смотрит на меня – привыкла к человеческому вниманию, прикормлена и не пугана. Сюсюкая и глупо улыбаясь, присаживаюсь на корточки и начинаю рассматривать щенков. Давно хочу завести собачку, небольшую и симпатичную. Но на породистую денег не хватает, а бродяжки, обычно, выглядят непрезентабельно.

Внимание привлекает один щенок – чёрненький с палевыми подпалинами на мордочке. Беру в руки, смотрю на голенький животик. "Пипочка" находится в самом низу, почти у весело виляющего хвостика. С сожалением вздыхаю: девочка. Нет, это мне не подходит. Не хочется голову морочить с течками. Да и стерилизация стоит недёшево.

Тут на глаза попадается другой щенок – похожий на папильона, с большими торчащими лохматыми ушками. Ой, такого я хочу! Хватаю и смотрю на животик. Опять разочарование – сучка! Да что ж такое! Как красивая собачка, так и сучка, а кобельки простачки.

Смотрю всех подряд: сучка, сучка, сучка… Плохая собака! Одних сучек навела!

Но тут мой взгляд падает на крупного лохматого светлого щенка, спящего поодаль. Не совсем то, что мне хотелось бы, но тоже симпатюля: кудрявая, как у барашка, шерстка грязно-белого цвета и умильная мордашка с большими тёмными глазами и маленькими согнутыми ушками. И, главное, "пипочка" посреди животика! Ура, кобелёк!

Беру на руки и встаю, довольная. Вокруг меня, пока я перебирала щенков, собралась местная детвора – лучшие друзья и товарищи по играм плодовитой "мамаши" и её отпрысков.

– Вы домой щеночка берёте? – спрашивает один мальчуган лет семи.

– Да. Давно хочу собачку завести… Вот, думаю, как его назвать? Не подскажешь?

– Мы называем его Николай, – с готовностью отвечает мальчишка.

– Николай? – удивляюсь. – Но ведь это человеческое имя! Разве можно собаку называть человеческим именем?

– И ничего не человеческое! – надувается малыш. – Оно означает "Ни кола, ни двора, а я лаю!", – заявляет гордо.

Теряю дар речи от удивления. Ну, надо же! Чего эти дети ни выдумают! "Ни кола, ни двора…" Мысленно смеюсь, а вслух говорю:

– Не, всё равно звучит, как человеческое. Вот представь, я позову его: "Коля, ко мне!" Все мужчины, по имени Коля, на меня оглядываться будут. Или рассержусь и крикну: "Закрой пасть, Коля!" Люди подумают, что я на мужа ору. Нет, это имя мне не подходит. Но и менять уже данное имя как бы нехорошо… Примета дурная. Хм… – Задумываюсь. – Может, назвать его Николас? Как бы и Коля, но не наш. А сокращённо будет Нико или Ник. А?

– А чё? Круто! – отвечает мальчишка, шмыгая носом.

Поворачиваюсь и ухожу, неся приобретение на руках. Сучка – ноль внимания. Забрали – и слава богу, меньше ртов осталось!

Вспомнив "Николая", снова начинаю смеяться, бубня под нос, отчего на меня невольно оборачиваются прохожие:

– Коля, ко мне! Коля, к ноге! Сидеть, Коля! Голос, Коля!..

30.10.2015 г.

Расплата

– Парень, ты совершаешь ошибку…

– Та!.. – легкомысленно фыркнул Макс. – Маман всё равно не видит.

Он покосился в сторону комнаты, где, уткнувшись носом в монитор, сидела Мать-Кормилица.

– Не видит, так слышит, – резонно заметил Большой М.

– А я тихонько…

– Я тебя предупредил. Попадёт ведь.

– Не трусь, жиропа. Кто смел – тот два съел. А ты смотри и глотай слюни.

Большой М. насмешливо усмехнулся, дёрнув усами. Он был опытным и знал, чем эта затея может кончиться.

Макс осторожно стянул со стола сочный кусочек и аппетитно зачавкал. Увлечённый приятным занятием, он не заметил, как в дверях кухни появилась Мать-Кормилица и как взяла с холодильника Неприятную Вещь.

Большой М. молча наблюдал за разыгравшейся драмой. Пусть молокосос получит поучительный урок и заслуженное наказание. Может, поубавится наглости и самоуверенности.

Мухобойка взлетела в воздух и смачно припечаталась к толстому мохнатому заду.

– Ах ты, негодяй! – прогремел на всю кухню грозный голос. – Я тебе покажу, как воровать мясо со стола!

21.10.2014 г.

Сказки бабуси Ягуси

Жила-была бабушка. Звали её Пшекович Ягдина Казимировна. Но родные и односельчане звали её просто баба Яга. А ласково – бабуся Ягуся.

Бабуся Ягуся была весёлой жизнерадостной старушкой, и в селе её все любили – от мала до велика. Большие – за весёлый добродушный нрав, маленькие – за чудесные сказки, которые рассказывала бабуся. Почти каждый день к её двору прибегала всякая мелюзга и просила рассказать новую сказку. Послушаем с ними и мы сказки бабуси Ягуси.

Глупая Щука

В одной реке жила-была Щука. Она была свирепой и зубастой. Все боялись её – и маленькие караси, и большие сомы. Они беспрекословно подчинялись Щуке и почитали её, как царицу. Возгордилась Щука и подумала: "Я самая большая и сильная рыба на свете! Не пристало мне в какой-то речке царствовать, поплыву-ка я в море, стану царицей морскою!" Собралась и отправилась в путь.

Плыла-плыла и приплыла к морю. Огляделась – и испугалась. Нету у моря ни конца, ни края, от берега до берега за год не доплыть. И живут в море твари разные страшные, да больше Щуки, да зубастее! В первый же день на неё напала Акула, чуть хвост не откусила – еле успела увернуться глупая Щука. Спряталась в зарослях водорослей, сидит, дрожит, зубами от страха щёлкает… Вдруг чувствует – подкрадывается кто-то сзади. Оглянулась: чудище-юдище невиданное пучеглазое, со змеями вместо ног. Протянуло своё щупальце – сейчас схватит Щуку и отправит в клювообразную пасть! Рванулась Щука, аж песок хвостом со дна подняла, помчалась, не разбирая дороги. И чуть не угодила в пасть Касатке. Огромна Касатка, как человеческий дом на берегу, а зубы величиной с саму Щуку.

Развернулась Щука и помчалась обратно. С трудом отыскала устье своей реки и, яростно работая хвостом, поплыла против течения, обратно домой, подальше от ужасной морской пучины. Плывёт и думает: "Нет уж, лучше быть царицей в маленькой речушке, чем добычей в огромном море!"

Тут и сказочке конец, а кто слушал – молодец!

Про курочку Рябу

Жили-были дед и баба. И была у них курочка Ряба…

Это старая сказка, а я вам расскажу новую сказку про курочку Рябу.

Пошла баба на базар и купила… мешок генномодифицированного зерна. Накормила тем зерном курочку Рябу, и начала курочка расти не по дням, а по часам. Росла-росла, пока не выросла большой-пребольшой, больше страуса! Снесла она яичко, величиной с баскетбольный мяч, и такой же прочности. Дед бил-бил, не разбил. Баба била-била, не разбила. Поняли дед и баба, что останутся без яичницы, и отдали яичко обратно курочке Рябе: делай с ним, что хочешь! Положила курочка яичко в гнездо, снесла к нему ещё с десяток подобных, села на них и начала цыплят высиживать.

Прошёл двадцать один день – нет цыплят. Сидит курочка дальше. Прошёл ещё двадцать один день – нет цыплят! Сидит курочка дальше, сидит, пыжится, не встаёт. Прошёл ещё двадцать один день… И – ура! – запищало что-то в яичках, зашевелилось, проклюнулось… Треснула скорлупа, и на свет появились… зубастые голые чешуйчатые хвостатые птицеподобные существа серо-зелёного цвета. Изумилась курочка, но всё равно обрадовалась: дети есть дети, какими бы уродливыми они другим не казались!

Тут и сказочке конец, а кто слушал – молодец!

Пришли однажды к бабусе Ягусе дети и просят:

– Расскажи нам сказку про колобка!

Удивилась бабуся.

– Да вы её знаете! Вам и в садике про него читали, и мамы рассказывали, и мультик показывали.

– А мы хотим новую! – потребовали дети.

– Хорошо, – согласилась бабуся Ягуся.

Колобок

Жили-были дед и баба. И не было у них деток. Скучно им стало. Тогда решила баба купить поросёнка, раз нет у неё ребёнка, чтоб было о ком заботиться. Пошла на базар и купила поросёнка. Назвала его Колобком, так как был он круглым да румяным, как колобок. Полюбили старики поросёнка, холили его и лелеяли, лучшими кусочками кормили, в родниковой воде купали, песенки пели и в свою постельку спать укладывали. Совсем на старости лет с ума сошли.

Вырос Колобок в большого жирного свина. Стал такой толстый, что еле в дверь протискивался, и такой наглый, что не стало старикам совсем жизни в собственном доме. То ему вздумается на кровати поспать: улёгся и разломал её совсем. То захочется спинку о шкаф почесать: рассыпался шкаф. То молочка свежего попить: сунул рыло прямо в подойник и расплескал всё молоко. А если что-то ему не нравится – такой визг поднимет, что у стариков уши закладывает. А уж ночью-то как храпит – словно трактор в поле пашет. И, главное, гадит, где ни попадя!

Надоела такая жизнь старикам – нет им покоя ни днём, ни ночью. Вот не выдержали они и решили зарезать свина и наделать из него вкусной колбасы. Взял старик нож и пошёл за сарай. Спрятался там и начал точить, приговаривая:

– Точу нож на Колобка, скоро будет колбаса!

Услыхала это ябеда-сорока, подлетела к свину, который посреди двора разлёгся в прекрасной грязной луже, и застрекотала ему на ухо:

– Вот ты тут валяешься, бочка с салом, а старик на тебя нож точит, зарезать хочет!

– Не бреши, – лениво махнул хвостом Колобок. – Старики меня любят и ни за что не зарежут.

– Не веришь, сходи за сарай и посмотри!

Поднялся свин и поплёлся за сарай. Выглянул осторожно из-за угла и видит: точит старик нож и приговаривает:

– Точу нож на Колобка, скоро будет колбаса!

Испугался свин и как даст дёру! Бежал, не разбирая дороги, пока не попал в дремучий лес. Бродил-бродил по лесу, пока окончательно не заблудился. Идёт усталый, голодный и злой. Вдруг видит, на полянке зайчик щиплет травку. Подступил он к зайчишке и говорит:

– Слышь, ты, длинноухий, я тебя съем!

Испугался зайчик: он и не знал, что свиньи зайцев едят. Начал проситься:

– Не ешь меня, Колобок, я тебя к дубу отведу, на котором растут самые вкусные в лесу жёлуди!

– Веди! – согласился Колобок.

Отвёл зайчик свина к дубу, тот наелся жёлудей и отпустил длинноухого. Побрёл дальше по лесу. Идёт-идёт, пока опять не проголодался. Видит, навстречу ему волк бежит. Преградил он волку путь и грозно говорит:

– Стой, собака серая, я тебя съем!

Изумился волк. Обычно наоборот бывает: волки едят поросят. Но Колобок был такой большой и сердитый, что волк подумал, на этот раз съесть могут его. Стал он проситься:

– Не ешь меня, Колобок! Я тебя на поле отведу, где растёт самая вкусная в округе картошка.

– Веди! – согласился Колобок.

Отвёл волк свина на поле, наелся тот картошки и отпустил волка. Ходил-ходил Колобок по полю и повстречал лису. Она мышей ловила. Решил он и лису напугать: может и она что вкусненькое ему предложит. Подступил к лисе и говорит:

– Слышь, ты, хвостатая, я тебя съем!

Не испугалась лиса, а хитро прищурилась и льстиво так ответила:

– Ой, да что меня есть! Я такая вся костистая и невкусная, зачем такому гурману портить аппетит такой непотребной едой? Давай лучше я тебя к деду Потапу отведу, у него есть вкусная, жирная, наваристая похлёбка, как раз для твоего изысканного вкуса.

– Веди! – согласился Колобок.

Вот пошли они к оврагу. Привела хитрая лиса свина к берлоге и говорит:

– Заходи, не стесняйся. Дед Потап любит после обеда поспать. Ты его хорошенько в бок толкни, он проснётся и накормит тебя.

Полез глупый свин в берлогу, да как толкнёт медведя в бок:

– Эй, ты, старый хрыч, вставай, лежебока, да накорми гостя!

Медведь проснулся и накормил… И себя, и волка требухой, и лисичке хвостик достался.

Мораль этой сказки такова, милые детки: не надо быть свинами, и проживёте долгую счастливую жизнь!

Тут и сказочке конец, а кто слушал – молодец!

А это сказка не для детей, а для взрослых, и рассказала её бабуся Ягуся на одной свадьбе, куда её пригласили в качестве почётной гостьи.

Три сестрицы (14+)

В далёком-предалёком царстве-государстве, за высокими-превысокими горами и глубокими-преглубокими морями, жила-была одна старая-престарая Колдунья. Это в детских сказках колдуньи и ведьмы все бездетные, а оттого злые, постоянно крадут чужих детей и пытаются их скушать сырыми или приготовив по рецепту из кулинарной книги. А наша Колдунья имела трёх дочерей. Как-то по молодости лет Колдунья несколько раз согрешила, и от этих краткосрочных союзов у неё родились три прелестные дочурки. Отцом первой девочки был Циклоп. Он переспал с Колдуньей один раз, и наутро сделал ноги. А через девять месяцев женщина родила малышку с одним глазиком во лбу. В память об отце, она назвала дочь Одноглазка Циклопишна.

Через какое-то время в замок Колдуньи забрёл Вечный Жид, когда проходил мимо в своём вечном скитании. Он переночевал всего одну ночь, и утром отправился дальше, так как не мог долго оставаться на одном месте. Через девять месяцев женщина родила ещё одну дочку, которую, в память о мужчине, назвала Двуглазка Агасферовна.

И вот прошло несколько лет, и к Колдунье прибился Паучок Ананси – некое божество из далёкой Африки. Этот чудик тоже пробыл у Колдуньи одну ночь, а утром испарился, как предрассветный туман. Через девять месяцев женщина родила третью дочь – чёрную и многоглазую, которую назвала Трёхглазка Африканистая.

Больше Колдунья не пускала мужиков на свой порог – ну их, непостоянных!

Росли дети, росли, и выросли большие-пребольшие и красивые-прекрасивые. Пора бы и замуж отдавать. Смотрела мать на дочерей и не могла нарадоваться: старшая то такая статная да дородная! В три раза толще Русланы Писанки без корсета, на три головы выше Леонида Стадника – самого высокого человека на Земле. А посреди лба сияет огромный и круглый, как фара "копейки", глаз. Ну, разве не красавица? А средненькая? Хоть и обычного роста, но с длинным, мясистым, свисающим до подбородка носом, и огромными губами-чебуреками. А глазки – навыкате, как у не доеной коровы, – так мило косят! Смотрит на тебя, а кажется, что в сторону. Смотрит в сторону – а будто на тебя. Просто чудненько! Ну а младшенькая, очаровашечка: худая, как жердь, ручки-ножки, что палочки, чёрная, как закопчённая, а во лбу три красных глаза пылают огнём ярости и ненависти на весь белый свет. Просто лапочка!

Всякой матери свои дети самые красивые.

И вот, когда девахам стукнуло уже по -дцать годочков, объявила Колдунья на весь белый свет, что выдаёт своих дочерей замуж. А тем, кто женится на них, отсыплет злата-серебра, алмазов и драгоценных каменьев столько, сколько будет весить жених и его конь.

Скоро ли, нескоро ли, но заявился к замку первый жених из далёкой заморской страны – Жадный Принц. И приехал он на самом толстом, какого смог найти в своём королевстве, слоне. А в те далёкие времена существовал обычай, что, пока старшая сестра не выйдет замуж, младшим дорога под венец заказана. Так что пришлось Жадному Принцу жениться на Одноглазке Циклопишне. В первую же брачную ночь новоиспечённый супруг, ползая по огромному телу жены с бока на бок и сверху вниз, радостно бормотал: "Это всё моё! Моё! Всё моё!" Затем, кое-как пристроившись между огромных ляжек, исполнил свой супружеский долг, после чего улёгся на одну грудь супруги, укрылся другой, и уснул, аки младенец, счастливым безмятежным сном.

Пришло время отдавать приданое. Колдунья пошла в Волшебный Лес, собрала жёлтых лютиков, белых ромашек, гнилушек и светлячков, набрала на берегу ручья разноцветных камушков, закрылась в своей алхимической лаборатории, поколдовала, и превратила весь этот мусор в злато-серебро, алмазы и драгоценные камни. Но, чтобы набралось требуемое количество, ей пришлось бегать в Волшебный Лес несколько раз и изрядно потрудиться в своей лаборатории.

Прошло немного-немало дней, и к замку Колдуньи подъехал ещё один жених – Глупый Принц, на семиногом жеребце. Как этот конь не запутывался в собственных ногах, как смог скакать по горам и по долам, – нам то неведомо, да и не в этом суть. Глупому Принцу досталась в жёны Двуглазка Агасферовна. В первую брачную ночь молодая лишь мычала, так как не могла разговаривать из-за своих толстых обвисших губ, и водила во все стороны глазами, пытаясь собрать их вместе, чтобы получше рассмотреть муженька. Глупый Принц подумал, что он такой превосходный любовник, и так хорошо удовлетворяет свою жену, что она просто балдеет, страстно мыча, и даже глаза у неё разбежались в разные стороны от кайфа! Одним словом, и этот жених остался доволен своей супругой. Получив желанное приданое, молодой увёз жену в свою страну Дурляндию.

Ещё много всяких разных принцев, королевичей и просто жадных до богатства авантюристов заглядывали в замок Колдуньи. Но Трёхглазка Африканистая напрочь отпугивала потенциальных женихов своим неумеренно злобным нравом. Женихи сбегали, не прельстившись даже златом и самоцветными каменьями.

Спустя какое-то время, в эти края забрёл тевтонский рыцарь Леопольд фон Захер-Мазох. Колдунья заманила рыцаря в замок и по-быстрому обвенчала со своей последней малюткой. В первую же брачную ночь молодая надавала муженьку пинков, навешала тумаков, оттаскала за волосы и сломала руку. Леопольд фон Захер-Мазох получил такое колоссальное наслаждение, которое не испытывал даже на Чудском озере, когда захлёбывался в ледяной воде. Он тут же влюбился в свою супругу окончательно и бесповоротно, да так сильно, что отказался даже от приданого. И, конечно же, без возражений согласился жить с тёщей – ведь это такое непередаваемое удовольствие!

Мораль сей сказки проста: не родись красивой, а ищи свою половинку!

Тут и сказочке конец, а кто слушал – молодец!

Лягушка и волшебник

В древние-предревние времена, в далёком-предалёком лесу, жила-была лягушка. Все звери в том лесу имели хвосты: кто длинный, кто короткий, кто прямой, кто закрученный, кто гладкий, кто пушистый. Одна лягушка была без хвоста. Из-за этого звери потешались над лягушкой и дразнили «голозадой». Обидно стало лягушке до слёз. Собралась она, и пошла прочь. Идёт по дороге и плачет: "Какая я бедная, какая несчастная! Почему у меня нету хвоста? За что мне такое наказание?!"

Шла-шла лягушка, пока не пришла на высокую гору. А на той высокой горе жил Настоящий Волшебник. Увидел он плачущую лягушку и спрашивает:

– Лягушка-квакушка, почему ты плачешь?

– Как мне не плакать? – отвечает ему лягушка. – Все звери в моём лесу имеют хвосты, а у меня нету!

– Я могу помочь твоему горю, – отвечает волшебник. – Я дам тебе хвост, но за это ты должна будешь смотреть за моим волшебным колодцем.

Обрадовалась лягушка и согласилась.

Волшебник дал лягушке хвост и послал к колодцу:

– Смотри, не бездельничай! Содержи колодец в чистоте, чтобы вода в нём была прохладной в самый сильный зной и прозрачной в самый сильный ливень.

И вот начала лягушка жить в колодце. Каждый день она чистила источник, питающий колодец, прикрывала от жарких солнечных лучей и осенних дождей. И любовалась своим прекрасным новым хвостом.

Так прошло много лет. Возгордилась лягушка. Начала думать, что она незаменимый работник. Что без неё волшебный колодец высохнет. А тут, как на беду, случилась в тех краях большая засуха. Пересохли все ручьи, все реки и все колодцы. Звери начали страдать от жажды. И пошли они к волшебному колодцу, чтобы напиться. Но лягушка, оберегая бесценный источник воды и вспомнив старые обиды, выскочила из колодца и сердито закричала:

– Пошли вон! Нету здесь воды! Не суйте сюда свои рыла неумытые, не мутите воду!

Испугались звери и убежали. Но пить, ах, как хочется! Сил нету терпеть. Снова пошли они к волшебному колодцу. А лягушка как выпрыгнет, как закричит:

– Пошли вон! Нету здесь воды! Не суйте сюда свои рыла неумытые, не мутите воду!

Снова испугались звери, и опять убежали. Но сил нет терпеть жажду. Вновь идут к волшебному колодцу, низко кланяются лягушке, умоляют дать им хоть глоточек прохладной водицы. Не даёт лягушка, гонит всех прочь. Расплакались звери и пошли к волшебнику искать помощи.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.