Александр Тамоников
Оружие тотального возмездия

Все изложенное в книге является плодом авторского воображения. Всякие совпадения случайны и непреднамеренны.

Пролог

Конец XX и начало XXI веков явились периодом резко возросшей активности международных террористических организаций. Их подрывная деятельность буквально захлестнула весь мир. 4 сентября 1999 года террористы подорвали жилой дом в Буйнакске. В доме, где проживали семьи военнослужащих 136-й бригады Министерства обороны РФ, погибли пятьдесят восемь человек. 16 сентября в результате аналогичного подрыва дома в городе Волгодонске погибли восемнадцать человек. После чего террористы нанесли удар по Москве. 9 сентября ими был взорван многоэтажный дом на улице Гурьянова, где погибли девяносто два человека. Через четыре дня от подрыва гексогена рухнул дом на Каширском шоссе, под завалами которого нашли свою смерть сто двадцать четыре человека.

По истечении двух лет «Аль-Каида» нанесла самый мощный удар по США. В результате воздушных таранов пассажирскими самолетами, захваченными смертниками, 11 сентября 2001 года рухнули башни-близнецы Всемирного торгового центра в Нью-Йорке, под обломками которых погибло около трех тысяч человек.

Прошел всего год, и террористы вновь атакуют Россию. 23 октября 2002 года отряд смертников захватывает Дом культуры ОАО «Московский подшипник» во время спектакля «Норд-ост». В заложники попадают девятьсот шестнадцать человек. После безрезультатных переговоров российский спецназ проводит штурм ДК с применением спецсредств. Боевики уничтожаются, но гибнут и заложники – по разным данным, от ста тридцати до ста семидесяти четырех человек.

11 марта 2004 года, уже в Испании, за три дня до парламентских выборов, террористы подрывают четыре пригородных поезда. Погибает сто девяносто один человек, ранения различной степени тяжести получают около двух тысяч мирных жителей.

1 сентября 2004 год – чудовищный террористический акт в Северной Осетии, в городе Беслане. В первый день нового учебного года террористы захватывают в заложники более тысячи ста человек – учеников, их родителей и преподавателей. Действия боевиков вынуждают российский спецназ идти на штурм. В ходе боя террористы уничтожаются, несут потери и офицеры спецслужб. В итоге триста тридцать четыре человека погибают, и что самое страшное, в числе погибших сто восемьдесят шесть детей.

Спустя два месяца террористической атаке подвергается Турция. 14 и 20 ноября в результате взрывов погибают пятьдесят три человека, около восьмисот получают ранения.

Первое десятилетие начавшегося века характеризуется новой угрозой дестабилизации обстановки в различных регионах земного шара, но уже не связанной с терроризмом – вернее, исходящей не от террористических организаций. Это провокации и разжигание межнациональных, межэтнических, религиозных конфликтов, перерастающих в так называемые «цветные» революции, сметающие законную власть; хаос и кровь граждан стран, ставших жертвами внешней экспансии государства, верховная власть которого возомнила себя единственным истинным проводником настоящей демократии на земле. Это государство – Соединенные Штаты Америки. Не считаясь ни с кем и ни с чем, правительство и госдеп США присвоили себе единоличное право решать судьбы народов. Ничем не оправданное вторжение в Ирак и Афганистан только усугубило положение на Ближнем Востоке. Кроме физического уничтожения Саддама Хусейна и его семьи, американцы, а также ввязавшиеся в военную авантюру государства НАТО никаких практических целей не достигли – ни в Ираке, ни в Афганистане. Не выполнили свою миссию так называемые Силы по поддержанию мира. Вместо хрупкого, но все же мира с приходом в вышеназванные – независимые, между прочим, – государства американцев и их союзников регион взорвался новой волной насилия.

Экспансия напряженности на севере Африки привела к свержению законных правительств в Египте, Ливии, обострению ситуации в других странах. Воздушные удары по правительственным войскам Ливийской Джамахирии вызвали в результате массовую гибель мирного населения и обеспечили повстанцам захват власти. Был зверски убит еще совсем недавно так горячо любимый народом полковник Каддафи. И что американцы и европейцы получили в итоге? Все тот же хаос, взращенный на крови ни в чем не повинных людей. Тысячи беженцев в Европе, раздор между руководителями повстанческих отрядов – и как следствие проникновение в регион международного терроризма, получившего из рук НАТО прекрасный плацдарм для наращивания своих усилий по подрывной деятельности в странах Европы. Израиль, верный союзник США, практически оказался в блокаде вражеских сил. Подставив под удар товарищей по оружию, войска США ретировались на свои базы.

Ответный удар с Ближнего Востока и Северной Африки рано или поздно, но должен обрушиться на государства Европы. Готовы ли спецслужбы стран Европейского сообщества дать достойный отпор надвигающейся угрозе? Гарантированного ответа на этот вопрос не мог дать никто. И тогда лидеры некоторых государств Старого Света решили объединить усилия в борьбе против безжалостного врага с Россией, имеющей огромный опыт, а главное, все необходимые ресурсы для весьма успешного противостояния террористической угрозе.

В результате 26 апреля прошедшего года в подмосковной резиденции Президента России состоялась тайная встреча чрезвычайных и полномочных представителей глав России, Беларуси, Украины, Франции, Германии и Турции, так называемого «Совета шести». На встрече обсуждалась проблема противодействия разного рода дестабилизирующим обстановку процессам, в том числе прямым атакам международного терроризма и распространению в дальнейшем губительных революций, только усиливающих позиции «Аль-Каиды». Все участники тайного совещания пришли к единому мнению: необходимо в кратчайшие сроки создать мощную контртеррористическую организацию, которая должна решать задачи по всем направлениям эффективной антитеррористической деятельности. Это и сбор информации из всех возможных источников, ее аналитическая обработка, и прогнозирование вероятных угроз, и выявление главарей наиболее крупных бандформирований и их связей, и установление контроля над финансовыми потоками, питающими банды террористов, и выявление способов получения боевиками оружия, боеприпасов, взрывчатки, наркотиков, спецсредств и т. д. Все вышеперечисленное «Совет шести» решил проводить силами спецслужб каждой из стран и полученную информацию передавать в объединенный Антитеррористический центр, место дислокации которого определялось на территории России.

Но информация информацией, аналитика аналитикой, а кто-то должен проводить боевые операции по реализации планов Совета. Потому особым, секретным согласованием было принято решение о создании специального боевого отряда особого назначения, временно получившего кодовое название – отряд «Z». Отряда, основой которого явились пять офицеров высшего уровня профессиональной подготовки российской группы спецназа «Тень», имеющие богатый боевой опыт ведения активных боевых действий в любых условиях, подчиненные лично Президенту Российской Федерации. В отряд «Z» планировалось привлечь еще семь специалистов из стран Совета, с профессиональной специализацией которых предстояло определиться позднее, после возвращения группы «Тень» из командировки. В настоящий момент подразделение спецназа выполняло боевую задачу в Северокавказском регионе. Командиром интернационального отряда было решено назначить командира группы «Тень»; следовательно, без него вопрос формирования усиленного подразделения рассматриваться не мог.

Но основное направление для нового антитеррористического подразделения «Совет шести» определил: отработка боевых задач по планам Совета. Подчеркивалось то, что отряду предоставлялись не ограниченные рамками законов полномочия. Разрешалось достижение поставленных целей любыми средствами, в том числе и путем ликвидации тех или иных лиц, причастных к террористической деятельности либо угрожающих отряду раскрытием. Место применения отряда не ограничивалось границами государств. Он мог применяться везде, по всему миру. Особым условием, на которое должен был дать согласие каждый боец интернационального отряда, выставлялось следующее: правительства государств, входящих в «Совет шести», официально не имеют к боевому отряду никакого отношения. В случае провала отряда или пленения его бойцов на помощь извне не рассчитывать. Ни одно государство не признает в бойцах отряда своих граждан. Поэтому в случае пленения член отряда мог представиться кем угодно – террористом-одиночкой, наемником или бандитом криминальной группировки, но только не тем, кем он является на самом деле.

В целях обеспечения секретности было решено провести персональную психическую обработку бойцов отряда с применением препаратов, которые призваны нейтрализовать средства, относящиеся к ряду так называемых «сывороток правды», блокировать гипноз, а также исключать воздействие на плененного бойца других психотропных средств, влияющих на волю и сознание. Против данного условия выступили представители Франции и Беларуси, но большинством голосов оно все же было принято. Скрепив принятие соглашения подписями и печатями администраций своих стран, чрезвычайные и полномочные представители глав Беларуси, Украины, Франции, Германии и Турции покинули загородную резиденцию Президента Российской Федерации. Последними выехали с территории особого объекта представитель Президента России генерал-полковник Дмитрий Сергеевич Белоногов и его помощник, куратор группы «Тень» полковник Александр Владимирович Трепанов.

Глава первая

Несмотря на нудный, мелкий, совсем не весенний дождь, черный «Мерседес» шел по пустынному шоссе на большой скорости.

Белоногов повернулся к своему помощнику:

– Как по-твоему, Александр Владимирович, не слишком ли жесткие условия формирования спецотряда мы приняли?

– А как иначе, Дмитрий Сергеевич? Исходя из тех требований, что предъявляются к подразделению, ничего другого нам не оставалось. Единственное, что мне не по душе, так это то, что у ребят, попади они в серьезный переплет, не будет совершенно никакой поддержки. К чему это может привести? Только к одному: самоликвидации.

– Ты считаешь, что кто-нибудь из бойцов майора Седова не согласится на участие в деле?

– Не знаю… Кстати, пока вы прощались с иностранными коллегами, мне доложили, что Седой выходил на связь.

– Вот как? И что он сообщил?

– Прапорщик Николаев, которого нам удалось внедрить в банду Рамзана, передал, что сегодня ночью боевики пойдут на Урус-Керт.

– В аул, где у главаря банды проживает одна из жен? Но ведь это крайне опасно. За Урус-Кертом ведут наблюдение местные полицейские?

– По докладу Николаева, Рамзан нашел общий язык с начальником местного отделения полиции. В аул пойдет малая группа: сам главарь и трое охранников, остальные члены банды разобьют лагерь в ближайшей «зеленке».

– Что предлагает Седов?

Полковник Трепанов ослабил галстук.

– Майор, как всегда, предлагает нестандартное решение. Он просит разрешения на первом этапе контртеррористической операции уничтожить основные силы Рамзана в лагере, местоположение которого уточнил Николаев, а захват главаря провести на втором этапе. Другими словами, сначала уничтожить основную банду, а затем нанести удар по логову Рамзана в ауле. И все отработать, естественно, без привлечения дополнительных сил, особенно местных правоохранителей.

Генерал взглянул на полковника:

– Не слишком ли самоуверен Седов? У него сейчас в группе всего четыре человека, считая его самого. А сколько боевиков в лагере Рамзана?

– Двенадцать.

– Двенадцать? Насколько я помню, у него же было не менее тридцати человек… Хотя да, Рамзан потерял более десятка своих головорезов при попытке уничтожения горного блокпоста десантников. С этой новой задачей по отряду «Z» в голове сплошная мешанина! Но все равно двенадцать опытных боевиков, среди которых более половины профессиональных наемников, – не многовато ли этого будет для людей Седова?

Полковник Трепанов пожал плечами:

– Седов считает, что не многовато.

– Он представил план действий?

– Пока нет. Ждет уточненных данных от Николаева.

– Значит, так, Паша, – генерал нагнулся к водителю, – развоз по домам отменяется, едем в управление.

Шофер генерал-полковника Белоногова, по совместительству и телохранитель высокопоставленного чиновника ФСБ, прапорщик Павел Семко кивнул:

– Есть в управление, товарищ генерал-полковник!

– Можешь позвонить своей супруге, что задержишься как минимум до утра.

– Это необязательно, – ответил прапорщик.

– Приучил, что в доме хозяин ты? – улыбнулся генерал.

– Нет, – спокойно ответил Семко, – просто жена знала, за кого выходила замуж, и лишних вопросов не задает.

– Это хорошо! Моя вот только недавно перестала интересоваться, где я иногда пропадаю сутками, а то и неделями; наверное, привыкла… Значит, в управление! А ты, Александр Владимирович, – генерал опустился на место, – передай Бровину, чтобы вызвал на связь Седова и предупредил его: без моего утверждения плана операции никаких действий не предпринимать.

– Есть, товарищ генерал!

Полковник Трепанов по телефону вызвал второго помощника начальника специальных мероприятий управления.

Черный «Мерседес» въехал на территорию Службы в 23.05. Белоногов и Трепанов поднялись на шестой этаж здания на Лубянке и прошли в кабинет генерал-полковника. Капитан Бровин, находившийся на своем рабочем месте в приемной начальника управления, поднявшись из кресла, доложил:

– Товарищ генерал-полковник, ваше приказание выполнено. Я передал майору Седову ваш приказ.

– Хорошо. Давай-ка еще раз потревожь командира «Тени», я сам поговорю с ним.

– Есть!

Спустя пять минут генерал-полковник принял трубку спутниковой станции:

– Седов? Белоногов говорит.

– Доброй ночи, Дмитрий Сергеевич.

– Доброй, Валера. Докладывай, что там ты придумал по банде Рамзана.

– А разве вам не сообщили об этом?

– В том-то дело, что сообщили, и у меня возникли сомнения в правильности принятого тобой решения.

– Я постараюсь рассеять эти сомнения. В настоящее время банда Рамзана вышла на опушку лесного массива, примыкающего к аулу Урус-Керт. В ближайшее время, о чем мне дополнительно должен сообщить Николаев, Рамзан пойдет в селение с тремя охранниками. К кому конкретно, вам известно. Как только информация по банде и главарю подтвердится, мы начинаем работу. План антитеррористической операции предлагаю следующий. Ориентировочно до двух часов группа «Тень» закольцует оставленных Рамзаном в лесу двенадцать боевиков и проведет штурм лагеря при активной поддержке внедренного в банду прапорщика Николаева. Уничтожив основные силы, примерно в 3.30 мы начинаем второй и главный этап операции по захвату Рамзана Акранова. Дом его жены находится на окраине селения, и проблем с захватом главаря банды возникнуть не должно. Окончательное решение представлю на утверждение где-то через час. Возможно, чуть раньше или позже.

– А почему ты решил сначала отработать лагерь, а не главную цель? – спросил Белоногов. – Бой в лесу будет слышен далеко, уж в Урус-Керте так точно. И это позволит Рамзану скрыться, что фактически приведет к провалу всей операции. Толку от того, что твои ребята уничтожат банду, если уйдет Акранов, прямой организатор как минимум трех террористических акций в центре России, в том числе и подрыва смертника в московском аэропорту?

– Я понимаю вашу озабоченность, Дмитрий Сергеевич, но бой скорее может разгореться при захвате Рамзана в селении. У меня нет уверенности, что дом одной из его многочисленных жен не находится под охраной мужчин аула. Молодая женщина живет одна, хозяйство ведут соседи, нанятые Акрановым. Но эти люди не в состоянии обеспечить полную безопасность молодой супруги Рамзана. А ее должны охранять. И если мы завязнем в ауле, да еще подняв шум, то окажемся в весьма сложном положении. Быстрый подход отряда из леса практически не оставит нам шансов на отход. Да, самого Акранова ликвидировать мы успеем, но он же нужен вам живым? Поэтому я и решил на первом этапе снять проблему с бандой в лесу, а затем вести группу на главную цель.

– Где гарантии, майор, что ты бесшумно уничтожишь двенадцать хорошо подготовленных, вооруженных, имеющих немалый боевой опыт бандитов?

– Группа все сделает, Дмитрий Сергеевич, – спокойно ответил Седов. – Николаев находится рядом с братом Акранова, Вели, связистом и санинструктором отряда. Он ликвидирует их первыми. Девять оставшихся «духов» мы тихо положим из «винторезов».

– Ты понимаешь, что один случайный выстрел не из бесшумных снайперских винтовок может привести к непредсказуемым последствиям?

Седов повысил голос:

– Ну, если вы считаете, что я не в состоянии правильно оценить обстановку, принять верное решение, просчитать возможные варианты вероятного развития событий во время проведения локальной боевой операции, ни хрена не понимаю в том, что и как может закончиться, если я вообще ничего не понимаю в боевой работе, то давайте свой план, и мы автоматически отработаем его. Точно, по каждому пункту. Только прошу в этом случае обязанности командира группы возложить на капитана Коновалова, а меня перевести в рядовые бойцы.

Генерал Белоногов тоже не остался в долгу:

– Ты, майор, мне условия не ставь, понял? И не забывай, с кем разговариваешь! Самолюбие у него взыграло… Если вы, да если мы… ты вот что, давай-ка без эмоций. Дело у нас общее, и дело серьезное.

– Я тоже не мальчик, чтобы…

Белоногов прервал Седова:

– Так, все, Валера! Вернемся к делу. Я хочу знать, как ты планируешь обеспечить бесшумную ликвидацию основных сил Рамзана.

– Я уже ответил на этот вопрос. А конкретный, окончательный план представлю вам через час.

– Ладно, подожду… До связи!

Отключив трубку и положив ее на стол, Белоногов откинулся на спинку кресла. Казалось бы, после подобного разговора он должен был негодовать, но генерал, напротив, улыбнулся:

– Завелся Седой! И это хорошо – лишний раз все просчитает. А решение он принял верное. За женой Рамзана, несомненно, должен присматривать кто-то из мужчин аула. И этот кто-то, нам неизвестный, поднял бы шум, увидев, что возле дома супруги Акранова появился спецназ. И тогда банда из леса тут же пошла бы на помощь к главарю.

– Но, Дмитрий Сергеевич, этот кто-то может поднять шум и после отработки группой «Тень» основных сил Рамзана. Следовательно, наши люди в любом случае вынуждены будут принять бой в Урус-Керте!

– Не факт, но, возможно, так и произойдет. И это прекрасно понимает Седов. Однако вести бой в селении с бандой профессиональных наемников и с местными мужчинами – не одно и то же. От местных группа отобьется. Не думаю, что жители селения станут особо усердствовать в попытке помочь Рамзану, подставляя себя под пули спецназа. Постреляют, конечно, и с подходом полиции разбегутся по домам. «Тень» в данной ситуации сумеет уйти в район эвакуации. А вот наемники Акранова под руководством его брата Вели приложили бы все усилия, чтобы если не спасти своего главаря, то уничтожить тех, кто его взял. И они смяли бы оборону ребят Седова, имея на вооружении гранатометы. Так что решение Седов принял верное. Но пусть еще поработает.

– Так вы специально завели майора, Дмитрий Сергеевич? – спросил Трепанов.

– Нет, само собой получилось… ну и ладно.

– Вы к нему всегда как-то по-особенному относились, – проговорил второй помощник капитан Бровин.

Генерал вновь улыбнулся:

– Не отрицаю. А знаешь почему, Геннадий Семенович? Потому, что в Седове я вижу самого себя, только молодого… В начале афганской войны мне довелось командовать диверсионно-штурмовой группой особого назначения. Нас забрасывали глубоко в тыл к «духам», как говорили тогда, в автономное плавание. Мы должны были вести поиск противника и уничтожать его – естественно, если это представлялось выполнимым. И караваны громили, и банды, и лагеря душманов, а особенно охотились за переносными зенитно-ракетными комплексами «Стингер». Работали по обстановке, не имея связи ни с командованием, ни с другими группами. И вот тогда я научился принимать самостоятельные решения, действовать дерзко, агрессивно, но все просчитывая до мелочей. Тогда-то и характер мой сформировался. Война в тылу врага научила меня тому, чем от природы наделен майор Седов, – особому боевому чутью в той или иной ситуации, когда решения принимаются и по расчету, и на интуитивном уровне. Когда подсознательно понимаешь, что здесь все получится, а вот там возникнут проблемы. Да, молодость… Это может показаться странным, но сейчас я бы все отдал, чтобы вернуться в свою боевую бытность, в свою первую группу, в горы Афганистана. Вернуться на войну молодым подполковником, вновь испытать, как играет кровь в бою, как смерть пытается схватить тебя в свои холодные объятия, а ты обманываешь «костлявую»… Всего этого не передать словами. Да и не надо, наверное. Что было, то прошло. Каждому свое. Кому азарт боя, кому штабная работа, кому коммерция, а кому схрон в горах и ненависть ко всем. Но… достаточно об этом. – Генерал повернулся к Трепанову: – Отпустил бы ты, Александр Владимирович, Семко домой! Нам тут долго сидеть, чего ему маяться в служебке? Пусть к жене молодой едет. А мы, как у Седова все закончится, возьмем другую машину.

– Есть, Дмитрий Сергеевич! Сейчас позвоню дежурному.

– Позвони. А ты, Гена, – обратился Белоногов к капитану Бровину, – организуй кофе, да покрепче!

– Сделаю. У меня и бутерброды есть, так что ежели перекусить, то…

Белоногов не дал договорить капитану:

– Да нет, Гена, Трепанову предложи, я есть не хочу. Но за предложение спасибо… А откуда, если не секрет, бутерброды?

– Да жена силком в портфель затолкала. Я сказал, что вечером не приеду, так она позаботилась, чтобы муж голодным не остался.

– Хорошая у тебя жена, Гена.

– Согласен, хорошая. Вот только слишком уж услужливая. На ужине так и кружится вокруг: этого тебе, дорогой, не положить? А этого? Может, вина немного? Или блинчиков сделать? Иногда до трясучки доходит. Прикрикнешь, она обижается. Но недолго. Потом миримся.

Белоногов усмехнулся:

– Ты не злись на нее, Гена. Таких жен беречь и лелеять надо.

– А я так и делаю… в общем-то… Вам кофе без сахара?

– Да.

Капитан вышел. Трепанов сказал:

– Вот как бывает. Жена не знает, как ему угодить, а он недоволен! Пожил бы с другой, что только о себе и думает…

– Ты кого-то конкретно имеешь в виду?

– Свою первую супругу.

– Ясно! Семейные дела, настоящие или бывшие, не обсуждаем. Отпустил Семко?

– Так точно! Дежурный доложил, уехал уже.

– Хорошо… – Генерал посмотрел на часы: – 23.47. Скоро должен Седов выйти на связь.

– Через час говорил, значит, где-то сразу после полуночи.

Бровин внес поднос с чашками дымящегося ароматного кофе.

Майор Седов вышел на связь в 0 часов 4 минуты среды, 27 апреля.

– Белоногов! – тут же ответил генерал.

– Примите доклад. Объект с тремя сопровождающими в 23.25 убыл из лагеря и в 23.37 вошел в дом жены. Охранение оставил во дворе усадьбы. В 23.42 группа закольцевала лагерь боевиков. По приказу Вели Акранова на северной окраине опушки выставлена палатка. В ней сам Вели, связист, санинструктор и наш Бурят. Остальные бандиты расположились на отдых в спальных мешках вокруг палатки, оружие поставлено в пирамиды. В охранении один человек, также недалеко от палатки. Предлагаю к утверждению окончательный план. В 1.30 группа сближается по «зеленке» с лагерем, бойцы распределяют цели. В 2.00 Бурят проводит обстрел боевиков в палатке. Бойцы группы из «винторезов» расстреливают спящих «духов» и часового. После зачистки в 2.10 выходим к дому жены Рамзана. В 2.30 нейтрализуем охрану, я с капитаном Коноваловым проникаю в дом. В спальню, где будут находиться молодожены, пускаем газ, чтобы не засветиться перед женой главаря банды, – валить ее нет никакой необходимости. Забираем Рамзана, и в 2.50 – 3.00 группа начинает отход через сад в район эвакуации. Прибытие «вертушки» запланировано на 3.40. В 4.00 «Тень» должна быть на базе у Грозного. У меня все, прошу утвердить план.

– Доклады по связи на всех этапах операции: после отработки лагеря, захвата Акранова, с борта вертолета и по прибытии на базу у Грозного, – приказал Белоногов. – А также в случае возникновения внештатных ситуаций. План утверждаю. Действуй, Седой!

– Есть! До связи!

Положив трубку спутниковой системы на стол, генерал посмотрел на часы, обвел взглядом Трепанова и Бровина:

– «Тень» приступает к работе в 1.30, через… час и двадцать две минуты.

– Полтора часа ожидания, – проговорил Трепанов.

– Это для нас долго, для Седова и его бойцов время летит быстро, – заметил генерал. – Давай-ка, Александр Владимирович, за время ожидания подготовим отчет по встрече в резиденции. В 11.00 у меня доклад по ней в администрации.

Трепанов кивнул, поднял с пола кейс, достал из него протоколы тайного совещания, разложил на столе. Посмотрел на начальника:

– С чего начнем, Дмитрий Сергеевич?

– С начала, Александр Владимирович, с самого начала!

Отчет по встрече в загородной резиденции был готов в 1.50. А в 2.05 спутниковая станция издала сигнал вызова.

– Это Седой. Лагерь отработан полностью и тихо. Группа начинает второй этап операции.

– С богом, Седой!

Северный Кавказ, лесной массив

у селения Урус-Керт, 1.20 среды, 27 апреля.

Командир отдельной диверсионно-штурмовой группы «Тень» вызвал по радиостанции малого радиуса действия одновременно всех подчиненных:

– Внимание всем! Доложить о готовности выхода на позиции штурма!

Прошли доклады от капитана Коновалова, старшего лейтенанта Грачева и прапорщика Котенко:

– Первому. Готовы.

– На позиции, вперед! – отдал приказ майор Седов.

В 1.57 четверо бойцов «Тени», пройдя по лесу, залегли на ранее определенных позициях в непосредственной близости от лагеря боевиков и доложили:

– Пегас готов!

– Грач готов!

– Кот готов!

– Ждать приказа! – ответил Седов.

…В 2.00 находившийся в палатке помощника полевого командира Рамзана прапорщик «Тени» Роман Николаев поднялся со спальника. Не спавший связист банды Али спросил:

– Ты чего?

– Да отлить надо, – ответил Николаев, сняв с предохранителя готовый к бою пистолет с глушителем.

– У тебя что, недержание? – оскалился Али.

– Угадал, – ответил прапорщик и в упор выстрелил в связиста, затем двумя выстрелами убил брата Рамзана и санинструктора отряда.

Часовой на поляне, услышав странные хлопки из палатки, направил на нее ствол автомата. Но большего он сделать не успел. Девятимиллиметровая пуля из бесшумной снайперской винтовки «винторез», пущенная командиром группы, бросила тело боевика на молодую траву. Седов сделал отмашку рукой, и бойцы «Тени», выйдя на поляну, без проблем уничтожили безмятежно спавших в спальниках остальных наемников отряда Акранова. Проверив, что все бандиты мертвы, Седов вызвал на связь генерала Белоногова. Доложив об уничтожении боевиков в лесном массиве, майор отдал приказ своей немногочисленной группе:

– Внимание! Сближение с домом жены Рамзана!

Бойцы скрылись в лесу.

В 2.10, строго по плану, спецназовцы, перемахнув через каменный забор, вошли в сад усадьбы Нелли Акрановой. Седов указал на Грачева, Котенко и Николаева:

– Обойти дом с двух сторон. Задача – уничтожение внешней охраны дома и занятие обороны у ворот усадьбы. Далее – действия по обстановке. Мы с Пегасом идем следом и проникаем в здание. Вперед.

Грачев с Котенко, используя кустарник, обошли дом с востока, Николаев – с запада. Спецназовцы одновременно подошли к площадке двора усадьбы. Они знали, что в охранении находятся три боевика, но увидели лишь двоих. Старший лейтенант Грачев тут же по радиостанции малого радиуса действия вызвал командира группы. Говорил он шепотом:

– Седой, это Грач! Во дворе двое «духов».

– Где третий?

– Скорее всего, внутри здания, но, возможно, и за пределами усадьбы. Решение, Седой?

– Валить «духов» и занимать указанные позиции, но теперь так, чтобы не попасть под огонь боевика из дома. Такая возможность у вас есть?

– Есть, если укрыться за колодцем и топчаном.

– Действуйте! Мы к вам.

Грачев и Котенко двумя выстрелами сняли внешнюю охрану и бросились к топчану. По ним никто не стрелял. По пути с помощью Николаева бойцы втащили в укрытие трупы уничтоженных ими бандитов. К углу дома вышли майор Седов и капитан Коновалов. Грачев подал им знак рукой, мол, с центрального входа дома все спокойно. Седов кивнул и повернулся к заместителю:

– Выходим ко входу, не светясь в окнах. Смотрим, закрыты ли двери. Если закрыты, аккуратно вскрываем их. Если нет, входим в здание – я впереди, ты за мной. Охранник, если он в доме, а не ушел по разрешению Рамзана к родственникам или бабе, должен находиться в первой большой гостевой комнате, откуда поднимается лестница на второй этаж, где в одной из спален женской половины и отдыхает Акранов со своей молодой женой. Я отвлекаю его, ты мочишь. Далее по плану. Вперед!

Наклонившись, офицеры прошли до центрального входа. Двери, перед которыми стояла мужская и женская обувь, оказались открытыми. Коновалов показал майору большой палец. Седов кивнул, указал на себя, на двери и, открыв створки, ворвался в здание, впрочем, совершенно бесшумно. Третий охранник среагировал на появление спецназовцев, когда офицеры были уже в комнате. Он сидел на кошме и пил чай. Пиала выпала из его рук. Бандит потянулся было за лежавшим в стороне автоматом, но Седов, вскинув «винторез», всадил ему пулю прямо в лоб. Не издав ни звука, боевик повалился на клеенку с чайником и блюдами со сладостями.

– Заряд! – тихо приказал Седов.

Коновалов достал из кармана небольшой баллон с короткой тонкой трубкой:

– Готов!

– Наверх!

Офицеры поднялись в коридор. У первой закрытой двери остановились, прислушались. В доме и на этаже тишина, на улице тоже тихо, только редкий лай собак разрывал эту тягостную тишину. Из коридора влево вела одна дверь, возле которой остановились спецназовцы, вправо – две. Где находился Рамзан с женой, было не ясно.

Коновалов посмотрел на командира, спрашивая глазами: что будем делать? Майор приложил палец к губам. Из первой правой комнаты пробился храп, негромкий и недолгий. Даже не храп, а что-то напоминающее всхлип. И этого спецназовцам было достаточно. Они определили, где милуется с супругой кровавый полевой командир Рамзан Акранов.

Седов жестом показал – подходим к двери. Офицеры сблизились с комнатой отдыха главаря банды. Майор указал на баллон. Капитан опустил его на пол, просунул под створки шланг, снял предохранительное кольцо и до упора отжал чеку. Послышался слабый шелест. Усыпляющий газ мгновенного действия быстро заполнил спальню. Преимущество этого нового заряда состояло в том, что газ действовал в течение нескольких минут и, соединяясь с воздухом, постепенно терял свои свойства, поэтому его применение не требовало от спецназовцев собственного предохранения – ни противогазов, ни защитных косынок и очков.

Смотря на часы, Седов дождался, пока стрелки его часов сделают три оборота, и распахнул дверь. В углу комнаты, устланной коврами, на широком матрасе под цветным одеялом спали Рамзан Акранов и его молодая супруга. Они ничего не почувствовали, газ не имел запаха. Просто уснули после любовных игр, и уснули настолько крепко, что разбудить их в течение шести часов можно было только с использованием спецпрепарата из боевой аптечки. Седов подошел к постели, нагнулся, достал из-под подушки Рамзана пистолет. Коновалов забрал лежавший у стены автомат и проговорил, глядя на спящее лицо шестнадцатилетней жены сорокалетнего полевого командира:

– А девочка ничего, да, Седой? Рядом с этой обезьяной Рамзаном ангелочком смотрится. И на хрена пошла за него замуж?

– Это не ей было решать, и ты об этом знаешь, – ответил Седов. – Вызывай сюда Кота! Как подойдет, одевайте Акранова и выносите через тыловые двери в сад. И быстро, Юра, быстро! А я посмотрю за аулом.

Вызванный прапорщик Котенко появился в спальне через минуту:

– Я здесь, командир!

– Работай с Пегасом. Дотащишь Акранова один до района эвакуации?

Обладавший огромной физической силой при внешне обычной фигуре Котенко улыбнулся:

– Доставлю в лучшем виде.

– Давайте!

Капитан и прапорщик начали одевать спящего Рамзана, благо его одежда была аккуратно сложена на сундуке у единственного в комнате шкафа; Седов же, подойдя к окну, через ночной бинокль принялся внимательно осматривать аул. Селение было погружено в сон, даже собаки замолчали. Особенно тщательно командир группы осмотрел соседние дома. В них также все тихо. На улице никого.

– Рамзан для транспортировки готов, – доложил Коновалов.

– Уноси его, Кот! – приказал Седов. – Отход из усадьбы!

Прапорщик взвалил на себя тело полевого командира и в сопровождении Коновалова вышел в коридор. Майор продублировал команду на отход старшему лейтенанту Грачеву и прапорщику Николаеву. Оставшись в комнате, командир группы достал современную спутниковую станцию, представляющую собой прибор, напоминающий обычный коммутатор, и набрал на дисплее номер. Ответ прозвучал немедленно:

– Белоногов слушает!

– Это Седой. Время 2 часа 43 минуты. Группа «Тень» основную задачу выполнила в полном объеме. Банда уничтожена, главарь пленен. Начинаю отход в район эвакуации.

– Что в ауле? – спросил генерал.

– Спокойно. Угрозы не наблюдаю.

– Значит, местной охраны у Акранова не было?

– Не думаю. Просто мы отработали задачу чисто.

– Молодцы. Аккуратней уходите из аула.

– Принял, до связи!

Седов отключил станцию, вложил ее в чехол за спиной, поправил снайперскую винтовку и присел перед молодой женщиной. Она безмятежно спала. Седов, вглядываясь в ее еще подростковые правильные, красивые черты лица, подумал: «Вот и стала ты вдовой, девочка, в шестнадцать лет. Что теперь с тобой будет? Отдадут в жены младшему брату семьи Акрановых? Или подберет более влиятельный бандит? В любом случае жизнь тебя ждет не сладкая. Забрать бы с собой да пристроить в Москве… Но нельзя. Не повезло тебе, Нелли. Хотя для тебя эта жизнь, наверное, привычна, другой-то ты не видела и уже не увидишь… Прощай, и пусть когда-нибудь хоть на мгновение ты почувствуешь себя счастливой».

Поднявшись, майор вышел в коридор, по лестнице спустился в большую гостевую комнату и, осмотрев все помещения, вышел в сад. Группа ждала его перед забором.

– Командир, может, пойдем через калитку? – предложил Коновалов. – Чего по заборам прыгать? Все равно до рассвета местные вряд ли прочухают, что произошло в усадьбе.

– Да? А если, как ты говоришь, прочухают раньше? Калитка покажет «духам» путь нашего отхода, и тогда что? Тогда взбешенные мирные чабаны, подкрепившись дурью, ломанутся за нами. Понятно, что мы сдержим их, постреляем. Но в условиях преследования эвакуацию провести не сможем. Пилоты «вертушки» тут же уведут «Ми-8», если определят «духов» у нас на хвосте. И тогда, Юрик, придется нам топать в запасной район. Я ничего не имею против марша в пять километров через перевал на плато, но думаю, у Кота, которому тащить Рамзана, на этот счет иное мнение. Я прав, Витя?

– Если капитан такой умный, то пусть сам тащит бандита до запасного района эвакуации, – отреагировал Котенко.

– Вот так… А посему – всем через забор! Первым идет капитан Коновалов.

…Три километра до плато, сжимавшегося с двух сторон лесными массивами, группа прошла за сорок минут и вышла в основной район эвакуации в 3.30. Седов объявил привал. Котенко бросил на камни тело Рамзана:

– Тяжелый, сука, оказался…

– Ты ему башку не свернул? – спросил Николаев.

– С чего?

– Да бросил, как мешок с дерьмом… Слышно было, как головой о камень ударился.

– Ни хрена ему не будет. Даже сотрясения. Потому как сотрясаться нечему. У этих уродов вместо мозга кость.

– То-то они делишки свои проворачивают так, что мы опередить их не можем…

– А все почему? Потому что покупают наших ментов, чиновников, таможню. Имея бабки на подготовку теракта, мозгов особо не требуется. А баксы у них есть. Да такие, что нам и не снились.

– Отставить разговоры! – прервал перепалку подчиненных Седов. – Это у тебя, Кот, с мозгами напря́ги – бросить пленного с плеча на камни. А ну проверь, живой ли он.

– Есть!

Котенко нагнулся над Рамзаном и доложил:

– Живой! Бровь разбил, но это он сам. И не бросил я его – выскользнул он, а я не удержал, руки устали.

– Хорошо, что живой… Так, до прибытия вертолета семь минут. Грачев, подготовь сигнальный патрон зеленого цвета. А то пройдут летуны мимо, и придется на перевал лезть.

– Откуда должна зайти к нам «вертушка»? – спросил Коновалов.

– С северо-запада.

– Значит, пойдет рядом с Урус-Кертом?

– Ну и что?

– Местные услышат…

– Пусть послушают. Нас это уже не касается.

Донесся быстро приближаюшийся и нарастающий рокот вертолета «Ми-8» МТВ, оснащенного оборудованием для ночных полетов, предназначенным для использования в условиях жаркого климата и высокогорья. Вертолет шел к району эвакуации на предельно малой высоте.

– Сигнальный огонь! – приказал Седов.

Грачев зажег патрон.

«Ми-8» вынырнул из-за леса неожиданно, прошел над лесом. Командир экипажа увидел сигнальный огонь, развернул вертолет и плавно посадил машину на камни. Грачев погасил не нужный уже патрон, и группа двинулась к винтокрылой машине. Борттехник открыл дверку, опустил трап. Через минуту «Ми-8» взмыл в воздух и, набирая скорость, пошел в обратном направлении. Помня инструкции генерала, командир группы с борта вызвал его по спутниковой связи:

– Центр, ответьте «Тени»!.. Местное время 2 часа 42 минуты. Подчиненная мне группа, благополучно отошедшая от аула Урус-Керт, в расчетное время подобрана экипажем «Ми-8». Летим в Грозный. На временной базе будем строго по графику – если, конечно, какой-нибудь моджахед не приземлит нас раньше из ПЗРК…

– Типун тебе на язык, Валерий Николаевич!

– Благодарю, но такой радости мне не надо… Кому передать Рамзана?

– Его уже ждут в Грозном. В принципе передавать его вам придется чисто формально.

– Не понял? – удивился Седов.

– Дело в том, майор, что работы группы на Кавказе завершены.

– А как же банда Довлета? У нас есть такая наводка на его лагерь!..

– С Довлетом разберутся другие. Тебе же с группой, плененным Рамзаном и конвоем сегодня же в 9.00 вылет в Москву. На военном аэродроме вас встретит полковник Трепанов. Он объяснит, что к чему, в части того, что ты можешь знать на тот момент. Как понял?

– Если честно, то ничего не понял.

– Это от усталости. Пройдет! Посадку на борт службы обеспечит подполковник Крылов.

– Толя? Он в Чечне?

– Хороший вопрос. Ты действительно устал.

– Понял… Меня встречает Крылов, с ним летим в Москву к Трепанову, который объяснит, что к чему.

– Все верно! Благодарю за службу. До встречи!

– До встречи, товарищ генерал-полковник!

Седов выключил станцию.

– Что, командир, вводная? – спросил Коновалов.

– Да еще какая! Работу на Кавказе прекратить, срочно вернуться в Москву бортом Службы.

– Опаньки! С чего бы это?

– Я бы тоже хотел знать, с чего. Трепанов все объяснит в Москве.

– Да, дела… Видно, где-то проявилась угроза покруче кавказской.

– Не похоже… Ладно, чего гадать? Сказано, Трепанов просветит – значит, и голову ломать нечего. В Москву так в Москву.

– Насчет отдыха генерал ничего не сказал?

– Это я тебе все сказал… Подлетаем. Готовь группу к высадке.

В 4.33 «Ми-8» совершил посадку на территории военной базы недалеко от Грозного. У трапа вертолета спецназовцев и захваченного в плен полевого командира Рамзана, во время полета пришедшего в себя и совершенно не понимающего, что происходит вокруг, встречал моложавый старший офицер с конвоем из пяти человек. Офицер подошел к Седову, улыбнулся:

– Подполковник Крылов.

– Да что ты? Неужели сам Крылов? – рассмеялся майор и обнял подполковника, которого давно знал. – Ну, здравствуй, Толик! Вот кого не ожидал увидеть здесь, так это тебя.

– Здравствуй, Валера. А чего не ожидал?

– Так ты же плотно в центральном аппарате на должность сел.

– Только присел. И не так уж плотно, как видишь… – Подполковник повернулся к начальнику конвоя: – Капитан, забирай Акранова и вези в аэропорт. Грузи на борт, мы подъедем следом.

Акранову надели наручники и отвели к стоявшей неподалеку одной из двух «Газелей». Машина пошла с территории базы.

– Мы, как я понял, поедем на втором микроавтобусе?

– Ты правильно все понимаешь, Валера. Поедем. Но сначала скажи, как сам-то?

– Да вот, воюем потихоньку.

– Не женился?

– Нет, Толя, мне одного раза выше крыши хватило. Да и с женщиной подходящей просто нет времени познакомиться. А у тебя в этом плане как? Растет Максим?

– Пятый класс заканчивает. Ларису устроил в приличную фирму, получает больше меня.

– Так это же хорошо! Хату получил?

– Дали! Год назад, в Химках. Добираться на службу далековато, но это все ерунда.

– Обустроился, значит?

– Значит… А ты по-прежнему в хрущевке покойных родителей обитаешь?

– Да, и мне этого хватает. Ты вот что мне скажи, Толя: почему нас в Москву срочно перебрасывают?

Подполковник пожал плечами:

– Чего не знаю, того не знаю. Приказали срочно вылететь сюда, забрать группу, Акранова – и вернуться. Без каких-либо объяснений.

– Понятно, что ни хрена не понятно… Мы должны были идти на Довлета, и вдруг домой…

– Значит, начальство желает поставить вам более важную задачу – или предоставить всем месячный отдых на море.

– Очень смешно… Ну ладно, поехали, будет еще время поговорить.

– Давай своих в машину.

Седов приказал группе сесть в микроавтобус.

До аэродрома доехали за полчаса. Выйдя на бетонку и увидев стоящий у полосы военно-транспортный «Ан-26», Седов спросил у Крылова:

– Не развалится в полете эта лайба? Уж слишком убого смотрится «Гадкий утенок».

Так называли «Ан-26» из-за характерного звука при работе двигателей.

– Не развалится. Машина в порядке.

– И сколько же мы на ней до Москвы лететь будем?

– А ты посчитай. Крейсерская скорость самолета четыреста тридцать километров в час, лететь чуть более полутора тысяч километров; часа за три с небольшим долетим.

– Вылет по плану? В 9.00?

– Да.

– А что до девяти делать будем? Сейчас только начало шестого.

– Если хочешь, выпьем за встречу. В гостинице на вас номера забронированы, водочку я с собой из столицы прихватил, а закуской разживемся в местном буфете.

– Да закуски у меня в сумке полно, – вздохнул Седов. – И кое-что получше твоей водки найдется, вот только пить нельзя. Кто знает, с чем встретит в Москве Трепанов? Не исключено, что группу действительно перебросят куда-то в другой район – а командир подшофе…

– Да какое там «подшофе»? До вылета почти четыре часа, три в воздухе, за семь часов от запаха и следа не останется.

– Да?.. – Седов задумчиво погладил подбородок. – А-а, черт с тобой, уговорил! Пошли. – Повернулся к подчиненным: – Капитан Коновалов, группу в гостиницу. До 8.00 отдых. Вылетаем, как и запланировано, в 9.00. За час до вылета группе построение здесь.

– Понял, командир!

Спецназовцы направились к гостинице. В бронировании номеров никакой необходимости не было, так как она оказалась пустой, лишь за старой стойкой дремала администраторша. Не оформляя документов, офицеры разошлись по комнатам. Седов и Крылов заняли ближайший двухместный номер.

Командир группы проверил душ:

– О! Как ни странно, даже горячая вода идет. А я и на холодную не особо рассчитывал… Ты, Толик, доставай провиант из моей сумки; водку оставь до Москвы, у меня в сумке фляга со спиртом есть. Открывай ее да стаканы помой и воды питьевой в графин набери, а я в душ. Не представляешь, какой это кайф – душ после выхода…

– Представляю, Валера.

– А ну да, ты же тоже группой командовал в свое время.

– Командовал только три года, а до этого обычным стрелком служил. Как раз в этом самом Грозном в январе девяносто пятого года крещение принимал. Хреново тогда здесь было…

– Ты не вспоминай, а делом лучше занимайся.

– Есть, товарищ майор!

Через полчаса офицеры сели за стол. Крылов разлил спирт в стаканы:

– За твое возвращение, Валера!

– За встречу. Если отмечать каждый боевой выход, то сопьешься к чертям собачьим, и быстро… За встречу!

– Ну, давай за встречу!

Подполковник и майор выпили, закусили тушенкой. Седов прикурил сигарету. Крылов поморщился и открыл форточку – он никогда не курил.

– Бросать тебе надо эту вредную привычку, Седой.

– А заодно и пить, и баб… того…

– Кстати, насчет «баб того», – перебил его Крылов. – Ты говоришь, тебя все в твоей холостяцкой жизни устраивает?

– И что?

– А то, что не жизнь это. Придешь домой, а там никого… Нет, можно, конечно, проститутку вызвать, а толку? Отыграет свое – и свалит, уменьшив бюджет штук на восемь. И опять пустота, одиночество…

Седов внимательно посмотрел на товарища:

– Ты к чему клонишь, Толя?

– К тому, майор, что жениться тебе надо.

– Говорил же, мне первого брака хватило.

– И то, что времени на знакомства у тебя нет…

– И времени нет.

– Вот! Значит, если бы встретил порядочную женщину, от знакомства не отказался?

– Да что ты вокруг да около ходишь? К чему разговор завел?

– К тому, Валера, что мысль одна мне в голову пришла. Неплохая…

– Дальше!

Крылов подсел вплотную к Седову:

– В общем, ситуация такая. Моя сейчас работает в крупной фирме. Там она сдружилась с одной дамой, Галиной, мадам тридцати пяти лет, разведенной.

– Ну и что?

– Что ты «чтокаешь»? Не въехал? Ты один, времени на знакомства у тебя нет, а тут готовая дама. Не сказать, чтобы упакована, но и не бедствующая в материальном плане. Своя квартира. И сама красавица – блондинка, фигурка такая, что закачаешься… При всем этом женщина серьезная, хозяйственная, скромная. Детей, что подчеркиваю особо, нет. Как раз для тебя дамочка. Не курит, спиртным не увлекается. Она у нас на Новый год была – Лариса приглашала. Немного шампанского выпила, и всё.