Александр Староверов
Крылатая Сибирь
Рассказ

* * *

Все права защищены. Книга или любая ее часть не может быть скопирована, воспроизведена в электронной или механической форме, в виде фотокопии, записи в память ЭВМ, репродукции или каким-либо иным способом, а также использована в любой информационной системе без получения разрешения от издателя. Копирование, воспроизведение и иное использование книги или ее части без согласия издателя является незаконным и влечет уголовную, административную и гражданскую ответственность.

© Староверов А., 2018

© Оформление. ООО «Издательство „Эксмо“», 2018

* * *

Мой самый лучший Новый год на Новый год похож не был. Также я не вполне уверен, что он был лучшим, но самым веселым, суматошным, невероятным и поучительным он был точно. А что еще нужно для того, чтобы Новый год удался? Пожалуй, много алкоголя, приятная компания и снег, крупными хлопьями валящий с небес под бой курантов. Из всего вышеперечисленного в том месте, где я находился ночью 31 декабря 2002 года, присутствовал только алкоголь. И тем не менее праздник удался на славу. Впрочем, я забыл еще об одном ингредиенте удачного Нового года – чуде. Куда же без него? В ту новогоднюю ночь чудо случилось. Но обо всем по порядку.

Второй раз в жизни я проводил новогодние каникулы не в России. До тридцати лет как-то не решался уезжать далеко от дома. Слишком свежи еще были детские воспоминания о предчувствии чего-то невероятного, волшебного и непременно доброго. Когда пойманной бабочкой трепещет в груди сердечко, заходится сладко душа и веришь, веришь не столько даже в Деда Мороза, а в то, что все изменится с переменой календарной даты. В лучшую, конечно, и самую желательную сторону. Со временем это ощущение почти проходит. Не чуда ждут люди, а просто длинных выходных. К тридцати я оброс семьей, бытом, обязательствами и понял, что ждать вообще ничего не стоит. Жить нужно здесь и сейчас, а значит, какая разница, где я встречу еще одну цифру в календаре? Лучше ее, пожалуй, встретить в каком-нибудь теплом, комфортном месте, а не в заиндевевшей, бухающей по-черному от холода и безделья Москве. И мы полетели с женой в Королевство Таиланд.

Когда после длинного перелета спускаешься по трапу и тебя вместо собачьего холода, мокрого снега и пара от идущих рядом людей обдает горячим влажным ветром, впадаешь в состояние культурного, физиологического и даже в чем-то нравственного шока. Организм теряет ориентацию, с удивлением пялишься на теплый пуховик у себя в руках и не понимаешь, где находишься. Неужели такое бывает? И вообще, где подлинная реальность? Здесь, в стране вечного лета, или там, в России, в стране лета далеко не вечного. Да чего там, в осенне-зимней стране, в привычном демисезонном пространстве, где оставил друзей и родственников. Стыдно вдруг становится, что ты здесь, а они там. А если на выходе из аэропорта видишь ряд высоченных пальм, украшенных елочными игрушками, ум вообще заходит за разум. Не меня одного пришибло, на лицах всех пассажиров нашего «Ил-96» было написано одно и то же. Общее мнение выразил в дупель пьяный, еле стоящий на ногах мужик в середине нашей колонны.

– Ну ни хера ж себе… – выдохнул он протяжно скопившиеся за время полета алкогольные пары. И все мысленно с ним согласились. Впоследствии глубокомысленное изречение мужика превратилось в слоган нашей с женой поездки. И если кто-то хочет заранее узнать мораль этой сумасшедшей истории, то, пожалуйста, никаких секретов нет. Мораль проста, понятна и всеобъемлюща. И звучит она так (да, вы не ошиблись и поняли правильно): «Ну ни хера ж себе…»

Начать, однако же, стоит с того, почему мы выбрали для новогодних каникул именно Таиланд. Помимо волнующей азиатской экзотики, теплого моря и привкуса немыслимых в скованной морозами России удовольствий, немаловажную роль сыграло следующее соображение – там мало русских. Напомню, дело происходило в самом начале двухтысячных, и русских в Таиланде тогда было действительно немного. Позднее, уже объехав полмира, я задумался: «А почему русские (и я в том числе) так не любят русских?» То есть не то чтобы в принципе не любят, а именно за пределами Российской Федерации. Ведь нелогично же. Немцы за границей ищут немцев, англичане передвигаются по курортам шумными группами, японцы, нежно взявшись за ручки, ходят толпами, о сплоченности и взаимовыручке евреев распространяются легенды, гуси летают стаями, лосось плывет косяком, мошкара вьется тучей, все родственные твари стремятся быть ближе друг к другу во враждебном мире. Особенно во враждебном и незнакомом мире. И только русские…

При этом о доброте и бескорыстии русского народа слагаются былины. И они не лишены оснований. Снять с себя последнюю рубаху, отдать такой нелишний, тяжко заработанный рупь на опохмел совершенно незнакомому человеку, принять смерть, наконец, за други своя. Как говорится в народе, «на миру и смерть красна». Все так… но только если эта смерть будет происходить в границах России. Ну, или бывшего Советского Союза. Во всяком случае, не в отпуске. На отдыхе наличие рядом соплеменников является для нас, безусловно, отягчающим обстоятельством. Как окна гостиничного номера, выходящие на шумную стройку, усугубленную помойкой и нефтеперерабатывающим заводом поблизости. Самый популярный вопрос при заказе тура: «А русских в гостинице много?» И успокаивающий ответ агента: «Что вы, что вы, там только немцы и французы, это вообще немецкий отель, они русских не любят». – «А, ну тогда ладно…»

Умом, конечно, Россию не понять. Я, если честно сказать, даже не пытался. Хватило мне примеров нескольких друзей, которые пробовали. В лучшем случае заканчивалось депрессией, а в худшем алкоголизмом со смертельным исходом. Но однажды под влиянием смеси трех великих белых напитков (водки, текилы и рома), тоже на отдыхе, кстати, я вдруг провалился в свое собственное и, похоже, наше общее коллективное бессознательное и отыскал там разгадку. Отпуск за границей для постсоветского русского человека – это всегда маленькая измена огромной Родине. Так же как с любовником или любовницей за границей люди творят странные, невозможные с надоевшим мужем и опостылевшей женой вещи. Они катаются на верблюдах, летают на парашютах, едят моллюсков и перченых кузнечиков, швыряются деньгами, не боятся полиции и даже (о господи!) отвечают на бессмысленные улыбки беззаботных европейцев такой же бессмысленной и беззаботной улыбкой.

Ситуация прояснилась. Измена на глазах у супруга или супруги – это уж совсем непристойное извращение. Прочные духовные скрепы не дают нам скатиться в бездну окончательного и бесповоротного разврата. Мы шифруемся, таимся, отъезжаем подальше от дома и царапающих совесть взглядов соотечественников. А отъехав, гуляем по полной… Но и это не вся правда. Выпив около литра смеси трех великих белых напитков, я погрузился на самое дно коллективного бессознательного, и вся правда открылась мне в своем подлинном величии и блеске. Нам стыдно. Нам очень стыдно глядеть в глаза друг другу. Жизнь на Родине тяжела. Для того чтобы поехать за границу и кутнуть там как следует, приходится многое выносить. Кто пашет как вол, кто унижается, кто унижает, многие обманывают и почти все терпят, бесконечно терпят и идут на компромиссы с самими собой. То есть сначала сами с собой, а потом вообще неизвестно с кем, потому что себя в результате этих компромиссов зачастую и не остается… И главное, все знают эту постыдную тайну друг про друга. Легко менеджеру среднего звена пускать пыль в глаза красоткам, заказывая устрицы и шампанское на с трудом скопленные к отпуску деньги, легко утверждать, что он не менеджер, а топ-менеджер, и не в компании, торгующей унитазами, а, скажем, в «Газпроме». Легко притворяться не тем, кто ты есть… Когда ты такой один. А если все кругом такие? Коллеги по работе, соседи, родственники… Тогда нелегко. И пусть провалятся тогда к черту эти родственники и соседи. Уж лучше англичане, американцы и тайцы, бормочущие что-то на своей тарабарщине… Все это я понял значительно позже с помощью волшебной смеси из трех великих белых напитков. А в то счастливое и незамутненное лишним знанием время, получив заверения от работника туркомпании, что ни-ни, ни одного русского и даже украинца в нашей гостинице не будет, мы с женой купили путевку и отправились в Таиланд.

* * *

В автобусе, развозившем прилетевших туристов по гостиницам, конечно, находились одни соотечественники, конечно, они были пьяные и вели себя, конечно, мягко говоря, неадекватно. Перескок из зимы в лето, сдобренный изрядным количеством алкоголя, превратил людей и так не сильно воспитанных в натуральных бабуинов. С огромным облегчением, когда объявили наш отель, мы вышли на улицу и, осознав, что вышли одни, счастливо вздохнули. Не обманули в туркомпании, слава богу, отдыхать будем в обществе цивилизованных европейцев. Счастливые, мы вошли в отель и…

Просторный мраморный зал был полон русскими. Немногочисленные англичане, немцы, французы и прочие итальяшки испуганно и сиротливо жались по стеночкам. Обслуживающий персонал, состоящий из тайцев, перемещался по лобби короткими перебежками. Покинутый с таким удовольствием автобус показался нам раем. Там еще попадались умеренно вменяемые москвичи, которых издалека можно было принять за цивилизованных европейцев. Здесь же москвичами и не пахло. Русский человек высочайшей степени очистки, 999-й пробы русский человек. Скорее всего, откуда-то из необъятных сибирских просторов, из провинциального лукоморья и мифического Китеж-града. Из анекдотов. Мощные, с солидными пузцами мужики лениво фланировали в поисках открытых ранним утром баров. Из одежды на них имелись толстые золотые цепи с монументальными крестами, безумных расцветок плавки по колено и легендарные сумки-напузники, в которых угадывались пухлые котлеты зеленых американских денег. По древней русской традиции мужики не доверяли сейфам в номерах и все свое носили с собой. Особо продвинутые поверх стандартной униформы небрежно накидывали махровые гостиничные халаты, что, впрочем, не отменяло ни сумок-напузников, ни золотых крестов, ни плавок. Женщины, напротив, выглядели катастрофически нарядно. С обильного завтрака они возвращались в боевом вечернем макияже, в ультракоротких платьях преимущественно леопардовой расцветки и на двадцатисантиметровых, остро заточенных каблуках. Роста дамы были гренадерского, отличались пышностью форм и необъятными бюстами. Несмотря на грозившиеся лопнуть по шву платья, кустодиевские красавицы умудрялись одной рукой волочить пару упитанных детишек, а другой тащить добычу со шведского стола. Оставшимся свободным ртом они одновременно хвастались добычей (мол, до ужина хватит упертых салатиков, ананасиков и колбаски) и пытались усовестить рыщущих в поиске алкоголя мужей, чтобы те не нажирались с самого утра. Мужья нецензурно посылали дам в номер. Женщины, хоть и без особой радости, шли, куда их посылали, одновременно продолжая хвастаться перед подругами добычей и проклиная судьбу, которая их свела с их разжиревшими, охамевшими и охреневшими вконец вторыми половинами.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.