# Сказка о жадном художнике Ареде-скареде, который любил деньги больше, чем своё искусство. Новелла-сказка

Игорь Дасиевич Шиповских

Сказка о неуёмной алчности и небывалой щедрости, о добром искусстве и стремлении нажиться, о зазнайстве и упрямстве, о чрезмерной спеси и невероятной скромности, и конечно о дружбе, которая не только объединяет людей, но помогает преодолеть любые трудности. А дело этой художественно-сказочной истории происходит в загадочном королевстве, в стародавние времена, однако память о тех событиях до сих пор жива, а поступки положительных героев достойны подражания…

© Игорь Дасиевич Шиповских, 2018


ISBN 978-5-4493-8602-1

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

## 1

Лет двести тому назад, а может и сто пятьдесят, или сто, жил да был в одном сказочном королевстве художник по имени Аред. И тут сразу надо пояснить, что имя Аред означает – алчный, скупой, злой, дряхлый старикашка. Как уж родители дали ему такое имя, до сих пор непонятно, остаётся только догадываться. Либо они обожали древние легенды о герое с таким именем, либо просто начитались страшных сказок про жадного Кощея. Однако, как бы там ни было, уж как назвали, так назвали. При этом надо заметить, что Аред являлся высококлассным художником.

Его картины отличались от всего прочего; они были намного реалистичней, сияли необыкновенным колоритом, и имели поразительное сходство с оригиналом. Уж если это был портрет, то он ничем не уступал прообразу. Человек на портрете выглядел настолько натурально, что казалось, он вот-вот сойдёт с полотна. Ну а если Аред брался за пейзажи, то они полностью соответствовали действительности. Всё на них было прописано с такой точностью, что зрителям приходилось подолгу вглядываться в изображение, дабы убедиться, что это всего лишь картина, а не подлинный уголок природы, вставленный в рамку. Таких безукоризненно выполненных полотен свет ещё не видывал.

С уверенностью можно сказать, что Аред обладал редкостным даром. Великим талантом данным ему свыше. Или как в таких случаях говорят в народе, «его при рождении ангел в темечко поцеловал», что означает божественное происхождение способностей человека. И ведь действительно, за всё время летоисчисления в этом сказочном королевстве более способного художника не рождалось. Впрочем, кто-то может сказать, «ну и что тут такого, ведь королевство-то сказочное, и почему бы в нём не появиться столь талантливому гению, да там вообще все должны быть особенными».

И ведь сказавший это, будет стопроцентно прав. А всё потому, что так оно и было на самом деле. Каждый житель королевства обладал определённым, особенным талантом. И если это был пекарь, то хлеб он пёк такой, что вкусней его в мире не было. И так во всём, мельник молол только самую лучшую муку, землепашец выращивал самое лучшее зерно, коневод разводил только самых превосходных лошадей, а кузнец ковал исключительно качественные подковы. Даже король обладал настолько тонким политическим чутьем, что за годы его правления не прозвучало ни единого нарекания в его адрес. До сего дня абсолютно все жители королевства были довольны его правлением и искренне радовались, что у них такой мудрый и справедливый король.

И вот что ещё интересно, все жители королевства, включая сюда и вельмож с придворными, трудились таким образом, чтоб в стране не осталось ни одного бедняка или немощного. Граждане честно исполняли свои обязанности и старательно заботились о процветании всего общества. Правда встречались и исключения из этого ряда замечательных и благородных подданных короля. И как раз одним из таких исключений был художник Аред.

## 2

Как бы странно это ни звучало, но именно он, Аред, оказался той самой ложкой дёгтя в бочке меда, что губит всеобщую картину благополучия. Ещё в раннем отрочестве, едва лишь поняв какой талант заключён в его руках, он стразу возгордился и стал невыносимо амбициозен. Требовал к себе особого уважения и чрезмерного почитания. Ну а, повзрослев, ещё и пристрастился к деньгам. Стал назначать за свои работы какие-то немыслимые гонорары. Теперь не могло быть и речи, чтоб какой-нибудь простой булочник или сапожник осмелился заказать у него портрет. Да что там булочник с сапожником даже не каждый вельможа из королевского окружения мог позволить себе полотно его кисти. Ну а вскоре Аред вообще зазнался.

– Если кто-либо хочет получить мою работу, то пусть платит столько, сколько я хочу, а не сколько он назначит!… Мои картины ценит сам король!… Я даже ему ставлю свои условия,… и король платит!… – кичился он своими связями с королём и требовал повышенной оплаты. Хотя, казалось бы, в этом нет ничего зазорного, ведь многие художники назначали и назначают монархам свою цену. Ну что плохого в том, что король благоволит тебе и хорошо платит за твои услуги? Вообще-то ничего плохого, но это только тогда, когда твои требования никак не отражаются на доходах других жителей королевства.

Ну а в этом случае, как раз всё так и было. Завышая свои гонорары, Аред, невольно залазил в карманы своих сограждан, ведь из-за его расценок король был вынужден поднять налоги. Ну а дальше – больше. Кичась своим знакомством с королём, Аред настолько раздул свои амбиции, что и сам не заметил, как сделался жадным, алчным скопидомом. Его даже прозвали Аред-скареда, что значит очень скупой. Теперь деньги в его жизни вышли на первый план. А от этого стали страдать многие люди, имеющие прямое отношение к живописи. И вот почему.

Помешавшись на деньгах, Аред принялся выживать из королевства других художников, пусть даже и менее талантливых. Он посчитал их своими конкурентами и скатился до недопустимых методов борьбы с ними, начал с элементарного шантажа и подкупа. Нанимал нечистых на руку разбойников из соседних держав и натравливал их на своих бывших коллег живописцев. А тем, разумеется, ничего не оставалась, как только бежать из сказочного королевства. Конечно, вместе с ними бежали и их семьи, а также родственники с друзьями, ведь травля распространялась и на них.

Ну а тех, кто не поддавался на шантаж, Аред травил судебными исками. Да-да, хоть королевство и было сказочное, но судебная система в нём тоже существовала. Так что не прошло и года, как на всё королевство остался только один художник – сам Аред. А из-за его баснословных гонораров, как уже говорилось, ни один простой житель не мог заказать себе у него ни портрета, ни рисунка, ни гравюры, ни даже самого простого пейзажа на стенку в гостиную. Всё подмял под себя Аред, теперь в живописи властвовал только он. При этом был безумно богат, невероятно жаден и безмерно эгоистичен.

– Лишь только я имею право в этом королевстве заниматься искусством!… Все прочие художники – скверные посредственности, и не заслуживают такой чести!… Здесь я король живописи!… И не потерплю инакомыслия!… Накажу, не помилую!… – громогласно заявлял он, чуть ли не каждый день на главной ярмарочной площади перед королевским дворцом. В результате чего его стали даже побаиваться. А то как же, ведь вещает он такое прямо перед окнами самого короля, да ещё и угрожает расправой. Ну, разумеется, нашлись и такие горожане, кто поддержал его.

– А что такого,… он всё правильно сделал,… убрал со своего пути всех конкурентов и сейчас может просить за свою работу любую цену,… а кто не согласен, тот пусть катится ко всем чертям!… А он молодец, теперь будет только богатеть,… эх, вот бы и мне так!… – как-то однажды с нескрываемой завистью высказался на стороне Ареда мясник из колбасной лавки.

– Да ты только и знаешь, что о прибыли думаешь!… Вот из-за таких торгашей, как ты и появляются в нашем королевстве голодные люди!… Вы готовы припрятать товар лишь бы дефицит создать и потом цены взвинтить!… Эх вы, крохоборы,… ни стыда у вас, ни совести!… – возразила мяснику молочница, что торговала рядом с ним. Уж у неё-то товар скоропортящейся, и ей, конечно, хотелось бы продать его побыстрей. Это не то, что у мясника, заморозил в леднике кусок телятины и ему ничего не будет, а тут молоко, продукт нежный. Вот и разгорелся у них спор. Но что ещё хуже, это было только началом.

И оглянуться не успели, а там уже и пекарь с булочником разбирательство затеяли. Уж чего они не поделили – непонятно, вроде всегда всё в порядке было. А там и конюх с кузнецом спорить принялись. И так повсюду, пошло-поехало. В королевстве всё чаще стали вспыхивать ссоры и рознь. Сложилось угрожающее положение. Так и до всеобщей смуты недалеко. Хоть королевство и сказочное, но проблемы точно такие же, как и в любом простом царстве-государстве. Раздор и недовольство всегда найдёт лазейку в человеческих взаимоотношениях, если для этого созданы подобающие условия.

Вот и сейчас все условия для раздора были созданы, ведь в королевстве нарушился основной закон природы, который гласит о разнообразии всего сущего и ставит под сомнение превосходство одного индивидуума над прочими личностями. Иначе говоря, как бы ни был одарён один человек, он не сможет заменить собой всё то разнообразие, что несут в мир другие, менее талантливые люди.

И здесь напрашивается простой пример, взять хотя бы тех же бабочек и мотыльков, ведь их на свете столько, что ими можно любоваться бесконечно. Ну а если бы существовал всего лишь один вид, пусть даже и самой красивой бабочки, то насколько оскудел бы мир без всего того разнообразия красок, что мы имеем сейчас. И это ещё не говоря о цветах. Уж их-то столько видов, что и жизни не хватит все перечислить. А представьте если бы в садах цвели только одни розы или скажем пионы. Ну, это же просто тоска-смертная каждый день смотреть на одни и те же бутоны. Да они бы быстро приелись и надоели.

Вот примерно такое же положение сложилось и в сказочном королевстве. Пресытился народ картинами одного художника. А красочные полотна пейзажей и гармоничные портреты кисти старых мастеров, которых изгнал Аред, пропали из домов горожан. А какие полотна ещё оставались, те быстро старели и блёкли, сменить их на новые картины не было никакой возможности. Повсюду наблюдалось тоскливое запустение и сплошная скука. Ну а там где господствует скука и тоска, там сразу появляется тяга к крепким, хмельным напиткам. А это вкупе с тем напряжённым настроением, что царило на улицах королевства весьма опасная смесь.

И начались тогда в трактирах и тавернах пьяные драки, о которых в былые времена, и помыслить-то было трудно. А это намного хуже, чем всеобщий бунт, беспощадный и бесполезный. С бунтом хоть как-то можно совладать. Договориться подкупом с атаманом-главарём, или подавить войском, и всё, бунт исчерпан. А здесь атамана нет, договариваться не с кем, да и войска на всех не хватит. И положение ухудшалось с каждым днём всё больше и больше. Пьяные драки и мордобой прямо-таки захлестнули всё королевство. Вот какая беда может случиться, если из отлаженной и благонадёжной системы изъять хотя бы одно звено. Казалось бы, ну что тут такого, ведь в обществе не стало всего лишь художников, и вот на тебе, сразу такая беда. Оказывается люди без прекрасного стремительно дичают.

## 3

И кто знает, до чего бы ещё дошло это прискорбное положение, если бы в королевстве не жил старый сказочник. Впрочем, чему же тут удивляться, ведь королевство-то сказочное, и почему бы в нём не жить сказочнику. Кстати, имени у сказочника не было, хотя вернее сказать оно когда-то было, но вот только с годами как-то позабылось, и все его теперь кроме, как просто – сказочник, не звали. И вот значит это сказочник, убелённый сединами старец, вдруг придумал, как вернуть в королевство мир, спокойствие и разнообразие красок.

– Ха-ха!… Нет у нас в королевстве художников, но ведь они и их картины есть за его пределами, в соседних королевствах,… ведь туда-то рука Ареда ещё не дотянулась,… да там он просто не властен им навредить!… Так что картин там всяких разных видимо-невидимо,… надо лишь сделать так, чтоб они стали доступны для всех здесь, в нашем королевстве!… А сделать это очень просто,… стоит только перенести картины на бумагу и выпустить в виде книг или альбомов,… а чтобы эти книги веселей расходились и люди быстрей их разбирали, я сочиню к этим картинам сотни интересных сказок!… Люди будут читать их своим детям, смотреть на картины и вновь обретут мир в душе!… Так мы снова заживём спокойно и благочестиво… – совершенно справедливо рассудил сказочник, ведь картинки в книжках ещё никто не запрещал.

Ну, нет таких законов, чтоб не снабжать сказки иллюстрациями. Выход из положения был найден. И даже более того, сказочник весьма удачно договорился о выпуске книг со своим другом издателем королевских указов на печатном дворе. Тому тоже уже порядком надоели все эти нетрезвые скандалы и драки на улицах королевства. Он был только рад отпечатать новые сказки с иллюстрациями, притом в неограниченном количестве, хоть тысячу, хоть миллион, лишь бы прекратить все эти хмельные бесчинства и безобразия.