Миниатюры & сатира
Владислав Алексеевич Басов

© Владислав Алексеевич Басов, 2018

ISBN 978-5-4493-8164-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

«ХОЛОДНЫЕ ГЛАЗА»

Тихо.
Улицы – в полумраке, горят фонари.
Ни одной живой души! Все дождь, да подворотни, да где-нибудь – песий лай.
Луна! – и той нет.
Тихо.
Подозрительно тихо…
Потом – уже назойливо тихо…
Затем привыкаешь. Идешь себе.
И какая-нибудь первая встречная шлюха западает в душу твою, – ты посвящаешь ей стихи, сочиненные в порыве купленной любви.
А ей – плевать. Для нее деньги не пахнут, и все, что не по делу, к ней не относится.
Хочешь – люби.
Не хочешь – не люби.
Главное плати… А там – что Бог на душу положит!
И напрасно я пол ночи всматривался в глубины ее… женского сердца.
Глядел я в ее глаза, завороженный…
Холодные у нее были глаза! Как у всех прожженых шлюх.
Вот если бы я все-таки догляделся, и узрел в них что-то, – я был бы удивлен.
Это было бы ненормально, тут же вызвало бы недоумение.
И я ждал, – я надеялся на то, что наконец-то буду ошарашен, поражен, уязвлен!
…холодные у нее были глаза…
2017

«ФИЛОСОФ нашего времени»

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

Порешил я влюбиться.

У всех обычно как: встретил, да и полюбил (хотя, иной раз поначалу возненавидел, но это кому что посчастливится)

И у меня раньше так было! А тут вдруг – тишина… И не нравится никто, да и на примете никого нет.

Ну, как говорится: «долго ли, коротко ли…", – нашел.

Из тех, которые и сами-то не прочь найтись.

В черты ее я особо не вглядывался. Не то, чтобы красавица, – но и не урод.

А главное – все на месте: фигура, грудь, ножки крепенькие, гладкие, – в общем, как надо.

Смеялась, правда, как дура.

Да и действительно, дура она была редкая.

Таких дур хоть средь бела дня ищи, – не найдете!

А я нашел.

Мне, к слову, всегда на дур везло необычайно, – а в этот раз вообще подфортило.

Описывать эту встречу жизни не стану. Встретились довольно заурядно, безо всяких запятых.

Скажу только, что был вечер, и был я жутко пьян.

Она поначалу была трезва, – но есть такие люди, которые даже не выпив, кажутся подвыпившими натурально.

А когда я угостил ее тем же, что пил сам, – тут-то все и пошло, как по маслу.

Вам бы стало совестно, – но у меня стыд куда-то пропал.

С этой девкой вообще стыда у себя не найдешь, даже если и был ты самым стыдливым и совестливым человеком.

На воздухе я был смел. Да и она передала мне всю инициативу.

Но вот, пришли мы к ней на квартиру…

Тут-то я и растратил последние стыдочки.

Инициативу мы сначала точно канат перетягивали.

Наконец, она перетянула вконец, – я сдался.

И точно в омут провалился…

На утро, проснувшись рядом с ней в постели, я ничего не помнил.

Встал осторожно, дабы ее не разбудить.

Прошелся по квартире.

Воспоминания приходили обрывками, вроде: «тут, у стены, мы…", «а здесь – на полу…", и так далее.

Вернувшись в спальню, я сел на стул, против постели, и, закурив, стал глазеть на мою девку.

Спала она крепко, – еще бы! Такому чудовищу (не в смысле внешности, разумеется) и десяти часов не хватит.

Грудь у ней подымалась, ротик был приоткрыт, ножки скрещены… Вся она раскрыта…

Целый час, пока она нежилась в объятиях Морфея, я примерял свои чувства.

Люблю? Или не люблю?

Ночью-то и вопросов не возникло, – любил…

Но любовь ведь – явление не только ночное, и с рассветом она не угомонится.

А тут – духота, во рту горечь, на сердце противно, – и больше ничего.

Стало быть, спутал. Перемудрил я с любовью, – запутался решительно.

И только собрался уйти, как вдруг она очнулась.

Увидела меня сидящим на стуле, да как захохочет!

«Чего это ты глаза выпучил?!» – спрашивает, а сама все смеется.

«Я, – говорю, – на тебя любуюсь»

«А чего я, картина тебе, что ли?»

Я, конечно, чуть не обиделся. Уже собрался было ответить, в довольно грубой форме, но…

«Да ладно… Любуйся, коль нравится!»

И тут…

Вновь этот омут.

***

Неделя была крута.

И по любви, и по нраву.

К концу я был совершенно без сил.

И вот, после очередного забытья сел я, как обычно, против постели.

Вновь это «люблю, аль нет?»

Но ведь любовь такого вопроса не имеет!

Если ты любишь – так ты с самого начала знаешь это (или, хотя бы, подозреваешь, как минимум!)

А тут – сплошные вопросы, и никаких ответов.

«Ну тебя к лешему!», порешил я.

Плюнул, да и ушел.

Когда был уже под окнами, то услышал Ее.

Она кричала мне, высунувшись из окна: «Задохлик! Я так и знала! Все вы, мужики, одинаковые!»

А мне было уже все равно.

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

Всю следующую неделю был со мной ОТХОДНЯК.
Отходил я долго, мучительно, – еще бы! Неделя в объятиях… (цензура)
Целую неделю и приводил себя в чувство, держа в душе цензуру эту.
После…
Ну, после, разумеется, затосковал.
Уже ни вопросов, ни ответов, – лежу себе в кровати, не подымаясь, и – тоска, тоска…
Наконец, очухался.
Подошел к окошку, – а за окошком слякоть, ветра, да дожди…
И так не по себе, а тут еще такой вид в придачу.

И снова: «люблю, аль нет?»
Ночь прошла без сна.
Вся в размышлениях, да сомнительных выводах.
Под утро я пришел к заключению, что любви – нет.
А раз нет любви – значит, и с Ней у меня ничего серьезного не было.
Так, мимолетное влечение.
Наконец, я и во влечении усомнился.
«А вдруг она ведьма?» – взбрело мне.
Взяла, да и околдовала.
Не может ведь обычная баба быть такой ненасытной, – НЕ МОЖЕТ!
Не может, наконец, она быть ненасытнее мужика.
Ведь обычно бабы с мужиков воют, а мужики все время ноют: дай, да дай; еще, да еще, – как дети малые по молоку.
Здесь же все иначе.
Стало быть – что-то не чисто…
Но вот, стал я анализировать, – и снова припомнил.
Припомнил все: и формы, и грудь, и ножки, – крепенькие, гладкие… – тьфу ты!
Околдовала!
Подсыпала яду, – вот и мучаюсь.
Одним словом, не выдержал. Оделся, да и – только пятки сверкали.
Адрес Ее я запомнил прекрасно.
В несколько минут добежал до Ней.
Вошел в подъезд и уткнулся носом в чью-то спину.
Спина развернулась, – и вот, уже вместо спины рожа мужицкая.

«Очередь», говорит.

Мне стало интересно, куда такая очередина выстроилась. Но делать нечего, – пришлось ждать.
Наконец, преодолев несколько ненужных этажей, к глубокой ночи оказался я на заветном.
И вижу, что очередь эта исчезает в дверях… Ее квартиры!
Заходит мужик, и минут двадцать – ступор.
Затем этот же мужик выползает на четвереньках, да еще задом.
А следом высовывается рука.
Ее.
Берет за шиворот следующего – и…

С одной стороны, мне стало досадно.
«Ненасытная! – говорил во мне монолог. – Вот, значит, как. Стоило мне на неделю в загул уйти – так ты уж…»

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.