Воспоминания об Эдеме
Валерий Иванович Добровольский

© Валерий Иванович Добровольский, 2019

ISBN 978-5-4493-7387-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

С благоговением

и бескорыстной любовью

к Отцу-Создателю всего сущего посвящаю

И сказал Бог: сотворим человека по
образу Нашему и подобию Нашему, и…
Быт., 1:26

И сотворил Бог человека по образу
Своему по образу Божию сотворил его…
Быт., 1:27

И сказал Господь Бог: вот, Адам стал
Как один из Нас, отличая добро и зло…
Быт., 3:22

Глава 1. Мольба Евы к Отцу-Создателю

Добрый, милый наш Отче.

Ты все знаешь, Ты все, конечно, знаешь, но пусть, Отче, эта молитва напомнит Тебе, милостивый и милосердный, о нас, много познавших детях Твоих, Адаме и Еве.

Услышь и прими, Отче, песнь души Евы своей. Я не знаю, что это, Отче, мольба, молитва, или хвала и благодарение Тебе. Это то, что изливается, исходит из души моей при свете дня, во мраке ночи. Это неотступная тоска, Отче, по Тебе. Это то, что наполняет мою жизнь смыслом, надеждой, когда-то вновь встретиться с Тобой, услышать Твой голос, увидеть Твои глаза, и уже никогда не расставаться.

Я обещала, любимый Отче, что буду исповедоваться о нашей жизни на Земле в своих молитвах к Тебе. Буду молить у Тебя, Отче, советов и наставлений, чтобы Ты всегда помнил о покорных детях Твоих.

Ты нас предупреждал, что Земля не рай и это действительно так. Но ни Адам, ни я не предполагали, что будет все настолько трудно, мучительно, настолько одиноко и страшно на Земле без Тебя. Хотя, Отче, я постоянно ощущаю Твое присутствие, чувствую, что Ты где-то, совсем рядом, как будто даже в моем сердце. Я постоянно шепчу Твое имя «Отче», и ты как будто отзываешься. Я вижу Твои глаза, слышу Твой голос, как он звучал, когда Ты звал меня: «Ева», – и я летела к Тебе и была на Твоих руках. Я никогда не видела Тебя, Отче, Ты всегда был закрыт светом, но я помню Твой запах, который ни с чем нельзя сравнить. Так пахнет солнце, так пахнет гром.

Когда на Земле гроза, мне кажется, что сейчас из грома появишься Ты, и я вновь услышу музыку Твоего голоса. Он звучал, он как будто бы мерцал, как мерцают далекие звезды. Когда я его слышала, я будто бы тоже, мерцая, вибрировала, куда-то улетала и возвращалась вновь. Нет, Отче, прости меня, но я не в состоянии передать эти ощущения ни словами, ни нарисовать это.

Это моя молитва к Тебе, я знаю, Ты ее слышишь. Ты нас ежемгновенно видишь, я чувствую это. Но почему, Отче, сейчас Ты не откликаешься на наш зов, как это было в Эдеме. Я взываю к Тебе, и мне становится легче. Я видела, как Адам плакал, слышала, как он разговаривал с лошадью и говорил, что нам надо было еще пожить в Эдеме, хотя бы до тех пор, пока Земля станет такой же спокойной и приветливой, как Эдем.

А сейчас эти огромные, как горы, братья наши динозавры наполняют Землю. Мне иногда кажется, что сейчас они закроют собой солнце. Они медлительны, как дождевые облака, которые спустились на землю и поглощают все, что только попадется на их пути. Зеленая сочная трава, похожая на деревья, растущие в раю, не успевает вырастать.

Они, Отче, везде откладывают свои яйца, величиной с мою голову. Я не успею отсчитать сорок лун, как из них появляются похожие на огромных гусениц детишки, с круглыми голубыми глазами и пушистыми розовыми спинками. Мы играем с ними. Адам учит их разговаривать. Они такие сообразительные и послушные, отвечают на все его вопросы, как будто все, чему их учит Адам, они уже давно знали и сейчас только вспоминают.

Отче, когда мы жили в Эдеме, Ты обещал нам, что все звери земные, рыбы морские и птицы небесные будут служить нам. Но даже эти красивые и сильные звери, которых Адам назвал динозаврами, когда подрастают, перестают нам подчиняться, страшно шипят, и угрожающе бьют по земле хвостом, а один даже ударил Адама своим толстым, как дерево хвостом по плечу. Адам хотел укусить его за ухо, но детеныш динозавра жалобно завизжал. Тут же появился ангел и сказал Адаму, что он должен быть терпеливым и не отвечать на глупость. Я видела, как гневно засверкали глаза у мужа, и как угрожающе вздыбились волосы на его затылке.

Ангел напомнил нам, что скоты не ведают, что делают и Адам обязан научить их добру, должен во всем быть для них примером.

Ангелы, ничем не хотят нам помогать. Только следят за каждым нашим шагом и все что-то запоминают. Я не понимаю, земных ангелов. Они какие-то неживые.

С животными можно посоветоваться, они много знают. Когда холодно, согревают нас своим телом, помогают выращивать деревья и овощи.

Ангелы только наблюдают. Они какие-то холодные, глаза у них всегда открыты, Мне кажется, что они никогда не спят. Мы никогда не видели, чтобы они что-нибудь ели, или ходили пописать. Иногда они становятся под утренние лучи солнца, вытягивают руки и шевелят ушами, из их глаз летят искры, как от молнии. Мы с Адамом в это время можем подпрыгивать выше деревьев, нырять глубоко в море, где темно и холодно. Ангелы запрещают нам летать; говорят, что мы человеки, а не пташки бездумные.

Отче, на Земле не так уж плохо, и если бы не ангелы, от которых никуда не спрячешься, здесь больше свободы, чем в Эдеме.

Я узнала, что Эдем по сравнению с Землей очень маленький. Я это только сейчас поняла.

Мне, Отче, почему-то все труднее летать. Раньше я свободно парила в небе вместе с нашими любимыми Гарудами. Я даже могла летать быстрее их. Они машут крыльями, а потом парят. А нас Ты устроил так, что мы только подумаем и сразу летим, хотя у нас нет крыльев и нам не надо махать ни руками, ни ногами. Иногда, с Гарудами я поднимаюсь очень высоко и летаю далеко. Адам летать не любит, ему нравится лежать под большим деревом и мечтать, как стать таким, как Ты, Отче. Он называет это медитацией.

Когда я поднимаюсь высоко и вижу Землю, как видят ее птицы, она мне нравится еще больше. Она такая огромная, ласковая, это мой дом, Отче. Я хочу украсить ее такими цветами, как в раю. Но на Земле все приживается, очень трудно. В раю всегда тепло и спокойно. На Земле часто дуют ветра, и что мы посадим, засыхает. Солнце, то очень горячее, то его закроют тучи, и тогда становится прохладно и опять все, что мы посеяли, гибнет. Адам говорит, что на Земле никогда ничто путное не вырастет, что здесь могут расти только колючки, чтобы ранить наше тело, и трава для скотов.

Отче, спасибо Тебе, что нам не надо есть так много и так часто, как скотам. Иначе мы ничего не успевали бы делать, а только бы паслись.

Сейчас, мы начинаем питаться кореньями и плодами с деревьев, которые мы высадили из рая. Как и в Эдеме, мы больше питаемся воздухом, который здесь еще вкуснее, чем в раю, а вода сладкая, как мед, и если я выпью три ладошки, то этой еды мне хватает на 10 восходов солнца.

Адам, Отче, как маленький ребенок, сосет молоко у коровы, или у козы, а потом спит под своим любимым деревом. Недавно он играл с козлом. Они отходили далеко друг от друга, а потом разбегались и били друг друга лбами. Козел убежал, потому что у Адама лоб крепче, чем у козла. Я сказала Адаму, что нельзя обижать скотину. Но он ответил, что козел начал первый. Иногда он совсем дитя, и я чувствую себя его матерью.

Недавно, мы ели сладкую тыкву, мякоть и семена мы съели, а кожуру высушили, и теперь в нее можно наливать воду, молоко, мед или насыпать семена трав. Когда идет дождь, эту посуду можно надевать на голову, волосы остаются сухими.

Глава 2. Отец не изгнал, а благословил, отпустил – дал свободу

Отче, я очень скучаю по Тебе, хочу Тебя видеть, слышать. Иногда, когда закрыв глаза, молюсь в зарослях лилий и слышу только стук своего сердца, мне кажется, что Ты в моем сердце, и я даже вижу Тебя. Сначала я вижу свет, ярче, чем солнце. Потом слышу какое-то нежное пение. Так пели цветы в Эдеме, а может быть, так поет все сущее?

Нет движения, покой… Это не покой – это вибрация, но такая тонкая, тихая, что меня как будто нет. Но где-то из вечности, из сердца, Отче, взываешь Ты: «Я есмь, Я есмь, Я Ты, Ты Я». Легкая, как пылинка света, вибрация. Эта вибрация – Ты, Отче. Это вибрирует во мне Твоя любовь – моя жизнь… Мерцание вибрации ускоряется, ускоряется. Тишина, тьма. Да, Отче, тьма, но тьма другая, не тьма ужаса, а тьма нежная, как цветок лотоса, теплая, ласковая как солнечный зайчик. Эта тьма – жизнь. Я не знаю другого слова, Отче, но эта тьма – мать. Это тоже Ты, Отче. Потом вибрация переходит в дыхание и опять, Отче, я слышу: «Я есмь. Я есмь Ты, Ты есмь Я, Я надежда, Я любовь, Я вера».

Открываю глаза, вижу лучезарное небо, слышу в сердце голос: «Я есмь Отец, Я есмь ты, Я в тебе, ты во Мне, ты есть Я… Я есмь любовь».

Мне, так хорошо, так радостно. Я, Отче, не имею слов, чтобы высказать благодарность за то счастье, которое, мне открылось в эти непостижимые мгновенья. Я знаю, что все создано Тобой, Твоей мыслью, любовью, Словом.

Я осознаю в эти мгновенья, что живу, потому что Ты живешь в моем теле, которое Ты мне подарил. Если Ты, Отче, уйдешь, то тело перестанет дышать, вибрировать и распадется на частицы, как ежемгновенно распадаются цветы и превращаются в землю.

Я помню, Отче, как Ты сказал нам: «Из праха ты взят и в прах уйдешь, а дух Мой возвратится ко Мне. Спасибо Тебе, Отче, за Дух, который во мне есть Ты. Спасибо, что этот дух есть Я, то есть Ты. Я знаю, что в цветке тоже Ты, Ты, Отче, принимаешь разные формы во мне, в Адаме, в лошади. Но всегда, Отче, это Ты, один и тот же. Это только другая вибрация, другое дыхание, цвет. Твои вибрации создают разнообразные формы, цвет, запах, дыхание.

Это все Ты, Отче «Я есмь, Я». Спасибо Тебе, что в такие мгновенья моего прозренья «Я это Ты, Ты это Я». Ты озаряешь Себя во мне, за это слава, поклонение и преклоненье наше Тебе. Я люблю Тебя, я верю Тебе, Отче. Позволь мне, Отче, всегда помнить Тебя таким, как в эти мгновенья. Укрепи, Отче, эту связь в вечности, в бесконечности. Не оставь нас, Отче; ибо это и будет «Смерть». Я верю Тебе, я люблю Тебя и знаю, что Ты любишь меня, хранишь, научаешь. Я не могу исчезнуть; ибо Ты вечен, а мы – это Ты. Значит и мы вечны, но не всегда осознаем это и потому ропщем, жалуемся, боимся. Всегда, Отче, говори, пой во мне: «Я есмь, Отец, Я есмь, любовь, Я есмь ты, ты есмь Моя часть – Я».

Ты заповедал, чтобы я сообщала все, что мы здесь делаем, как живем на Земле. Но ангелы и так отмечают каждый наш шаг; хотим мы этого или нет. Если я что и забуду, то они дополнят, они ничего не упустят, они очень внимательны, и я думаю, что это прекрасно.

Отче, с тех пор как Ты поселил нас на Земле и назначил наследниками своими, и возложил на нас ответственность за все созданное Тобой, отношения наши с Адамом очень осложнились. Он постоянно упрекает меня в том, что это из-за меня Ты выгнал нас из Эдема, постоянно твердит эти слова: «выгнал», «изгнал», «проклял». Мне очень больно слышать это, но он произносит их с каким-то наслаждением и часто говорит: «Вы с Отцом…», как будто это Ты, Отче, и я специально разлучили его с друзьями, такими же, как он. Они только и делали, что гонялись за русалками, катались на черепахе в райском озере и играли с гуриями, которые больше ничего не умеют, как только вилять бедрами и лукаво подмигивать зелеными, как изумруды, глазами. Когда я ему говорила: «Адам, у нас скоро испытания, нам надо торопиться, чтобы познать как можно больше здесь, в раю, где нам помогают все ангелы, архангелы, духи. Они наши учителя и отвечают за нас перед Отцом. Мне совестно подвести их. Они все нас так любят, отдают нам свои знания. Нас ждут на Земле наши братья-скоты, им надо скорее помочь. Учитель всегда говорил, что кроме нас на Земле эту работу никто не исполнит.

Чему научимся здесь, в Эдеме, то мы обязаны выполнить на Земле. Там нам уже никто не подскажет. На Земле, мы – спасители, закон. Нам нельзя допускать ни малейшей ошибки, чтобы по нашей вине не страдали те, кто ждет нас на Земле. Они потом будут жаловаться на нас Отцу. Как мы обустроим Землю сейчас, так на ней будут жить наши дети. Каковы мы, так будут судить о нашем Отце. Если мы принесем тварям радость, если поможем им познать то, чему старшие братья обучили нас в Эдеме, мы явимся посланцами Света, Любви, Славы Отца нашего: все твари прославят Его, как и мы. Не исполнив Заветы Отца, мы всех землян, обречем на муки, Землю превратим в место страданий.

Мы и себя обретем на муки, так как не сможем быть счастливыми, если рядом с нами будут страдать те, которым мы обязаны были принести мир и любовь нашего Творца.

Адам, Отче, только хмыкал, криво улыбался и говорил: «Ева, это кто кого учит? Ты плоть от плоти моей. Ты есть только потому, что этого захотел я, Адам, первый, кто смог дать имена всему тварному миру – познал его. Мне все ангелы поклоняются и служат. Сам Отец признал, что я совершеннее всех. Так чему мне учиться и у кого? Я уже всему обучен. Ева, может быть, у тебя? Так запомни, я первым был, есть и буду. Яйцо курицу не учит».

Отче, мне так стыдно всегда за него. Я не могу понять, почему Ты никогда не подскажешь ему, что он не совсем прав. Ведь Ты же не только слышишь наши слова, Ты читаешь в душах наших. Наверно, Ты очень любишь его и поэтому все ему позволяешь. Он это хорошо знает. Если я говорила, что все расскажу Тебе о нем, он зевал, и отвечал: «Все о чем мы с тобой говорим и думаем, ангелы Отцу уже доложили. Ева, ты от кости моей. Ты знаешь, сколько мне лет? Нет, не знаешь. А я знаю, сколько тебе. И помню, что Отец заповедал: «Да убоится жена мужа своего». Я могу передумать и сказать Отцу, что ты меня не почитаешь, попрошу заменить тебя другой женой. Отец ради меня это сделает.

Послушай меня, пожалуйста, внимательно, ты еще дитя. Ты ничего не видела. Для тебя весь мир, вся вселенная – это только Эдем, Земля и Человек – это я, Адам, твой отец и муж.

Напоминаю, Ева, ты от меня взята, ты плоть моя и рожать, выкармливать ты будешь мою плоть, мое семя. Если захочу, я вложу свое семя в другую мать, и все равно это буду я, Адам, в ком бы я не произрос, кто бы меня не выносил, не выкормил.

У Отца нашего бесчисленное множество таких планет, как наша Земля, и все они заселены живыми существами, и в любое из них Отец может вложить мое семя. Я видел многих из них. Есть такие, которые в тысячи и тысячи раз старше нас, огромнее, могущественней. Их жизнь настолько продолжительнее нашей, что нам они кажутся бессмертными. Даже ангелы не знают, когда Отец создал эти существа и каков их век. Для нас с тобой они «бессмертны». Но поверь, Ева, все имеет начало и конец, что сотворил наш Отец. Только Он вечен и бесконечен. Потому что нет того, кто мог бы сосчитать века Его. Ибо все проходит, а Он остается. Распадается плоть, в которую мы одеты. Мы, ты и я, и все наши братья меньшие – это не только плоть. Я и ты – мы души, бессмертные частицы нашего Отца. Мы его вечное дыхание, исшедшее из его любви. Ева, если ты даже захочешь исчезнуть, раствориться, то тебе это не удастся. Ибо для этого должен раствориться Тот, кто сотворил себя Сам, и из Себя сотворил нас. Он был всегда, и мы были всегда в нем. Мы обречены на вечность в бесконечности. Я уже был раньше в других плотских одеждах. Я не знаю сколько раз менял свои плотские одежды и сколько миллионов раз еще сменю их. Во многом это зависит от нас. Мы сами творим свое будущее тело своими нынешними делами, поступками.

Что свяжем здесь на Земле сегодня, то получим от Отца в следующем воплощении. Так будет, Ева, вечно, как вечен Он. На этой Земле мы проходим намеченный нам урок, и пока этот урок не выучим, как надо Ему, мы будем рождаться и рождаться. А затем другой класс, и вновь, как нужно Ему, как задумал Творец.

Когда-то, Ева, мы будем архангелами. Может быть, будем управлять таким же, как наше солнцем. Ты удивлена? Не удивляйся. Таких солнц у нашего Отца столько, сколько песка на берегу океана, а таких океанов, как наш, нужно столько, сколько всего песка во всех океанах. Это говорю тебе, я, Адам.

У Отца нет от нас секретов. Что-то открою тебе я, что-то ангелы. Но все знания Свои Отец спрятал в нашу душу. Для того, чтобы они всегда были с нами, чтобы они всегда могли принести пользу на службе Ему. Познания не даются как упавший с дерева орех: раскуси и проглоти. Для этого, Ева, необходимо рождаться и рождаться, чтобы добывать их постепенно с трудом, болью, страданиями. Тогда все запоминается навечно, ибо мы живые вечно, наша жизнь не прекращается ни на миг. Меняются только вибрации: ускоряются или замедляются, но никогда нет остановки.

Когда-то, Ева мы «уйдем», Отец дает нам передышку, отдых. Чтобы мы то, что усвоили в этой жизни, закрепили навечно.

Ты вынудила меня открыть тебе те знания, которые сейчас навряд ли принесут тебе благо. Но ты обязана знать, что я не просто Адам, не просто твой муж. Я сын Создателя, и у меня было время и возможность познать кое-что о мире, который меня окружает и который мне поручено обустроить под себя и для себя. Ты не беспокойся, я уже все постиг и когда придет время, все, что нам надо, я вспомню.

Глава 3. Попытка Евы побывать в Эдеме

Недавно, когда мы улетели с Гарудами очень далеко, они объясняли мне, как находить дорогу домой, к нашей реке. Ты поселил их на Земле раньше нас с Адамом. Они знают и рассказывают мне о Земле очень много такого, чего я раньше не знала. Я увидела внизу удивительное сооружение очень красивое, чему я не могла найти сравнения на Земле. Оно притягивало, сверкало, переливалось всеми цветами радуги. Я увидела это чудо совершенно неожиданно. Оно как будто опустилось на землю с неба. Купол его сверкал на солнце, как огромная розовая чаша лотоса. Мы с Гарудами спустились немножко пониже, чтобы полюбоваться этим чудом.

Отче, да это же Эдем, это мой первый дом. Он такой красивый, такой уютный. Я видела сверху наше любимое озеро, вспомнила, какие там красивые лотосы: голубые, бархатисто-черные, как ночное небо, алые, как солнце на закате. Вспомнила, как мы с Адамом сидели на их огромных листьях, опустив ноги в прозрачную, холодную воду. Синие рыбы целовали наши ступни своими большими розовыми губами. Я сказала Гарудам, что нам необходимо опуститься еще ниже. Я хотела рассмотреть все по лучше, но купол скрывал все, что находилось под ним. Неожиданно Гаруды быстро устремились вверх, к солнцу.

– Куда вы, куда вы, подождите. Я хочу, чтобы мы спустились еще ниже, – просила я.

– Нам туда нельзя, – Гаруды метнулись в сторону.

– Но почему, – запротестовала я, – давайте спустимся, там так красиво. Это наш рай, наш Эдем. Пожалуйста, милые, давайте посмотрим еще хоть одним глазком это чудо.

Я спрыгнула со спины Гаруды и камнем ринулась к земле, чтобы опуститься в это самое прекрасное место на Земле. Но вдруг какая-то неведомая сила ударила в грудь упругой волной. Меня резко взметнуло в небо, как рыбу в водопаде закрутило, закувыркало. Дыхание замерло, краем глаза я увидела, что меня подбросило выше Гаруд, и я повисла в небе, ничего не видя, ничего не слыша, в полной тьме.

Я очнулась. Гаруды быстро удалялись от сверкающего купола, унося меня на спине.

– Отче, что со мной произошло? – прошептали мои губы. Я как-будто побывала в своем Эдеме. Но почему такая боль во всем теле?

– Мы все могли остаться в Эдеме навечно. Твой ангел-хранитель засмотрелся на красоты Эдема вместе с тобой, – пошутила Лея, – Мы спаслись только по милости Создателя. Мы забыли, что к Эдему запрещено приближаться близко всему, имеющему дыхание. Охрана Эдема не ожидала нашего появления так неожиданно. Сработала противометеоритная защита отторжения, и тебя отбросило далеко от границ Эдема.

– Это действительно был Эдем, а не сон, – обрадовалась я.

– Да, мы пролетали над Эдемом, – ответила Лея, – Но мы сделали это по ошибке, и Отец простил нас. Но если мы совершим это умышленно, то будем наказаны, потому что вам с Адамом запрещено возвращаться туда, и вы знаете это, Ева.

– Да, знаю, – со слезами ответила я, – Думаю, что Отец поселил там других человеков, более совершенных, чем мы.

Я вспомнила, Отче, нашего Учителя. Он, наверно, самый мудрый из всех Твоих созданий, которых я знала в Эдеме. От него, как и от Тебя, исходило необъяснимое тепло. В нем я чувствовала Тебя. Но Ты, Отче, невидим, недосягаем. Ты как-будто бы рядом, здесь, и в то же время, где-то не здесь. Ты всюду, а он всегда был рядом с нами. Он первый обучал нас всему, первый открывал глаза наши на сотворенный Тобой мир.

Меня Он оберегал, лелеял больше, чем Адама. Адам всегда убегал, когда мы учились духовной медитации, отвечал, что это скучно, что ему интересна медитация разума.

Учитель грустно улыбался, объясняя, что Адам пытается стать магом.

– Смысл твоей медитации – в подчинении сил тебе подобных и более слабых. Такая практика порождает тяжкое воздаяние, – журил он Адама. Адам отвечал, что он согласен ответить за свои деяния потом, когда-то, а сейчас он хочет научиться подчинять себе все силы на Земле и в поднебесье.

Отче, Ты создал нас так, что мы вольны сами выбирать свое будущее – сами его созидаем.

Но мы человеки, и нам невозможно представить ясно всю картину того, что мы строим сегодня. Мы живем днем сегодняшним. Хотим иметь все здесь и сейчас, предполагаем, что если воздаяние не сегодня, то, может быть, потом как-то расплатимся, но время идет, долги растут. Мы берем и берем, а чем отдавать? Все, что получаем, тратим сейчас, не думая о дне расплаты.

Расплатиться, Отче, мы можем только любовью, благодарностью, преданностью, знанием. Но нам все некогда, лень. Мы говорим «потом», а сейчас мы забываем сказать хотя бы «спасибо». И это потому, что знаем – жить мы будем вечно.

– Адам, – увещевал Учитель, – то, что ты называешь медитацией, не есть истинная медитация. То, чем ты занимаешься, есть бессмысленная трата энергии и времени. Это фантазии твоего ума, это не истина, это даже не отражение истины, это глубокие заблуждения – тупик, – которые приведут тебя к разочарованию. Ты потеряешь связь с Творцом, потому, что эти иллюзии ты строишь сам, твой не окрепший еще ум, блуждает в хаосе. Ты желаешь покорить Силы, быть их господином. Но Силы подчиняются только Создателю.

Они играют с тобой, сосут из тебя твои божественные способности, энергии, которыми наградил тебя Создатель.

Способности эти Он дал тебе, чтобы ты передал их младшим по эволюции, а не растрачивал в «играх» с существами более сильными и искушенными в борьбе за власть над энергиями других существ.

Ты избрал для себя путь мага и отказываешься выполнять программу, намеченную для вас с Евой в Эдеме. Ты идешь по пути покорения, притеснения. Ты человек, и твой путь на Земле – путь служения, даже самопожертвования. Этот путь ты, Адам, избрал ранее сам, он утвержден Советом. Тебя ждут на Земле, как наставника слабых, как праведного Судью – наставника. А ты сам превращаешься из Судьи праведного в тирана.

Встань и слушай, Адам. Твое отношение к Еве меня настораживает. Ты возомнил из себя Господина, хозяина. Твое высокомерное и презрительное отношение к ней возмущает не только меня, вашего наставника, но и Совет Эдема.

Ты постоянно подчеркиваешь перед ней, свое первородство, свою неповторимость и осведомленность во всех областях знания. Да, по сравнению с некоторыми скотами, которые живут сейчас в Эдеме, и с теми, которые уже населяют Землю и подготавливают ее для вас с Евой, ты, Адам, совершенство. Но вспомни, что самыми первыми твоими учителями были эти самые скоты, звери водные, земные и птицы небесные и даже насекомые и пресмыкающиеся. Они первые давали тебе уроки бытия и не возгордились, не возносились пред тобой, как ты сейчас. Мы заставляли тебя наблюдать за ними, учиться у них; надо уметь быть благодарным.

Запомни, Адам, если ты научишься быть благодарным своему Творцу и тварям его за то, что они согласились жить с тобой рядом, если ты будешь готов разделить с ними радость бытия, то и они поделятся с тобой, своей жизнью, не задумываясь. Но если разучишься быть благодарным Творцу за солнце, за то бессчетное множество помощников и сотрудников, которых Творец поселил рядом с тобой, ты превратишься в ненавистника, из их друга в их поработителя. Этого тебе не простят все населяющее Землю на таких же правах, как и ты. Тебе все отдано во власть, под твою защиту.

Власть, Адам, это порядок, мир, равновесие, равноправие. А деспотизм, тирания – это гнет, тупого, жестокого вампира.

Живи радостью подвластных тебе, не живи их стенаньями, их проклятьями… помни о Воздаянии. Властвовать, Адам, это возможность оберегать, защищать, давать счастье, знание, любовь. Это великая честь – нести свободу и мир. Только такую власть дает тебе на Земле наш Творец, «Как на небе, так и на Земле». Если ты не готов быть таким властелином – откажись.

– Учитель, мне страшно спрашивать тебя об этом, но я не в силах сдерживать свою любознательность. Я преклоняюсь пред тобой. Прости меня, Учитель. Кто Ты? Если возможно, ответь нам, пожалуйста. Адам говорит, что нам это знать запрещено. «Учитель» и все. Мы тоже будем учителями для своих «младших» братьев. Но Ты не такой, как мы. Ты тоже из плоти, но твоя плоть совсем другая. Ты, когда желаешь, можешь быть невидимым. Ты проникаешь сквозь камень. Ты силой мысли можешь созидать предметы, передвигать их в пространстве. Ты ходишь по воде. Мы же ничего такого, сделать не способны.

– Ваше время еще не пришло, у вас еще все впереди. Душа существа должна сама захотеть, чтобы у нее появились новые органы, необходимые для бытия в астральной или ментальной плоскости.

Когда возникнет потребность, появятся и возможности. Эти возможности предоставит Отец, увидев, что существо способно обитать в новой среде.

Если вы не потеряете веру, вы и не такое будете творить. Если Отцу будет угодно, Он даст вам все, что вы заслужите.

– Может быть, ты наш Отец? Если это не так, то Ты прости меня, Учитель. Мы никогда не видели нашего Отца. Мы слышим Его голос, видим свет, исходящий от Голоса, ощущаем радость, счастье, восторг. Я не могу пересказать, что еще, наверно, вечность, соединяющую нас с Ним. Его просто не с кем сравнить, Он один такой. Может Ты и есть – Он? Потому что когда Он говорит с нами, то Тебя обычно с нами рядом нет. Но когда Ты рядом с нами, я ощущаю почти такую же радость и восторг, как и от Его присутствия. У меня появляется необъяснимая щемящая счастливая боль в груди.

Я посмотрела на Учителя. Мне показалось, что Он меня не слышит. Его глаза были полуприкрыты.

– Говори, Ева, – ласково произнес он, – Я слушаю тебя, любимое дитя, и понимаю, что ты не можешь выразить все, что тебе хочется спросить. Ты и сама не знаешь, как точно задать вопрос и какой получить ответ.

– Адам, я вижу в твоем сердце такой же вопрос, какой задала Ева. Все написано в ваших душах. У вас нет тайн от меня, как и у меня нет тайн от вас. Спрашивайте, и я вам отвечу, но вы не всегда еще можете осознать полученный ответ. Я по образу и подобию человеческому, а вы по образу и подобию Отца. В вас семена Духа Создателя. Я – слуга и учитель только для вас. Вы – слуги и учителя всему сущему на Земле и во вселенной; ибо вы – Дух Его вечный, созидательный и всеоживляющий. Ваше рождение – свыше. Вы – свет мудрости, вы – семена вечной жизни. Вы – одухотворители плоти. Отец подарил вам возможность, но исполнить все вы обязаны сами.

Адам, гордыня не позволяет тебе быть откровенным, любознательным. Тебе кажется, что ты уже познал все. Никто и никогда не познает до конца даже себя самого, не только творенье Отца. Познавайте себя, и тем самым вы будете познавать Отца. Только он имеет полное знание. Ибо Он сам Творец. Остерегайтесь гордыни, она закрывает путь не только к познанию, но и к Отцу нашему.

Распахните душу свою для света. Он никогда не будет лишним. Свет – это жилище мудрости. Дай ей возможность поселиться в твоем сердце. Она выведет птенцов знания в твоей душе, и они унесут тебя на крыльях света в дом истины, в дом Отца нашего. Очень легко упустить нить знания, догнать упущенное невозможно. В тленом мире время растворяется в вечности. Что сегодня утеряно – утеряно навсегда. Завтра ты уже другой, Адам. Тебе только кажется, что ты все тот же.

Глава 4. Заповеди Учителя для Адама и Евы

Адам ничего не ответил, но по его непроницаемому лицу было видно, что речь Учителя большого впечатления на него не произвела. Спокойные пульсации сердца говорили, что у Адама впереди вечность, ему некуда торопиться. Что положено он исполнит, а в какой срок, его мало волнует.

– Учитель, я выполняю все указания, но если я иногда думаю, не так, это не является пороком. Меня одолевают сомнения. Мне часто кажется, что задание, которое нам дают, можно выполнить проще, интереснее, не обязательно, как требуют ангелы. Они не объясняют, почему нельзя попытаться сделать задание иначе. Сразу говорят, что я потерял веру. Учитель, не веру я теряю. Я уверен в своей правоте. Это они убивают мою веру в разум, в новый опыт, в мою силу. Никто не хочет меня выслушать, – он безнадежно отмахнулся.

– Ты торопишь события. Ангелы – бесстрастные существа, они выполняют работу, которая им поручена Отцом. Им абсолютно безразлично, кто делает работу: ты или лошадь. Для них главное, чтобы работа была выполнена так, как их учили. Для них главное – дисциплина.

Ты выражаешь недовольство не ангелами, а тем кто их назначил. Научись повиноваться, Адам. Только так можно научиться управлять. Отец любит разумно послушных, – успокоил мужа Учитель.

– Да, Учитель, я это знаю. Ты прав. Но как долго еще я буду выполнять волю ангелов, архангелов и многих других? Когда я сам буду? – Адам замолчал, так как я не выдержала и рассмеялась.

– Властелином, – закончила я его мысль.

– Я так не думал, – ответил Адам.

– Власть не радость, власть – страшная ответственность за тех, над кем ты властвуешь. Для меня власть была бы скорее наказанием, нежели наградой. Избавь меня, Отче, от власти, – Учитель молитвенно сложил руки у сердца и наклонил голову.

– Ничего, справлюсь, я всех сделаю счастливыми. Я наведу порядок на Земле. Сейчас там безвластие, каждый живет, как кому вздумается, так нельзя. Мы еще посмотрим, что такое магия, – Адам погрозил в пространство волосатым кулаком.

– Я ждал, Ева, этого вопроса давно, и постараюсь ответить, как можно ясней, – продолжил Учитель. Нет, Ева, я конечно не Отец.

Мы с Адамом замерли в ожидании ответа на вопрос, который волновал нас всегда. Кто Он, наш Учитель, архангел, ангел, или сам Отец во плоти.

– Не напрягайтесь так, расслабьтесь. Вы же знаете, что я ваш друг и учитель. Это будет наш обыкновенный урок. Урок, на котором вы хотите познать своего учителя. Вы доросли до этого состояния, и вам интересно знать, от какого существа вы получаете знания и насколько эти знания совершенны.

Хочу сказать, что я доволен вами; одними из самых совершенных созданий нашего Отца. Но подробней когда-либо в следующей беседе. А сейчас будем знакомиться. Хотя мы, казалось бы, знакомы со дня вашего творенья. Но повторю, что мы вечно познаем, изучаем себя и мир нас окружающий. Вы, человеки, и это главное ваше достоинство, вы подобны Отцу нашему. Я, как и вы, существо человекоподобное, поэтому я и являюсь вашим учителем, но я человек другой, чем вы, и у меня другие задачи. Подобное может научиться только у подобного себе. Я, как и вы, создан Отцом для освоения, созданной Им вселенной. Я, как и вы, являюсь его вечной частицей. Меня, так же как и вас, обучали более совершенные существа, которых обучали другие более совершенные существа.

Это цепь, кольцо, которое не имеет ни начала, ни конца. Это бытие, это, как восходы и заходы солнца. Вы знаете, что всегда, когда наступает ночь, солнце не исчезает. Оно есть; просто оно в это время находится на другой стороне Земли. Это вдохи и выдохи времени. В один момент вы знания получаете, в другой момент вы их должны закрепить, освоить, испытать. Для этого есть ночь и день, для этого есть жизнь, активная и пассивная. Когда вибрации вашего тела настолько замедлятся, что энергии будут уже не в силах удержать в одном теле собранные разнообразные частицы, тогда ваша душа, в которой Дух Отца нашего, вернется к Отцу, чтобы усвоить, закрепить, полученный опыт, и с новыми энергиями продолжать порученную вам работу.

– Учитель, знание не имеет пределов, как всю жизнь познавать, познавать и познавать, а когда же жить? – разочарованно произнес Адам.

– А что, Адам, ты подразумеваешь под жизнью? – улыбнулся Учитель.

– Я точно не знаю, но учиться мне давно надоело. Я хочу быть независимым, как наш Отец. Он не учиться, но все знает. Он ни перед кем не отвечает за свои поступки. Что хочет, то и делает. Вот это настоящая жизнь. Тебе подчиняются все, а ты никому.

– Но, Адам, Отец все сущее создал Сам, в течении неизвестного нам времени. Он сам себе учитель. Он сам отвечает перед собой; творит беспрерывно, миллиарды лет. Если Отец остановится хотя бы на мгновение, все разрушится. Ты даже не можешь себе представить, что могло бы произойти в пространстве, если Творец приостановится, замрет хотя бы на долю мгновения. Ты хочешь быть на его месте?

– Нет, Учитель, я никогда не мечтал об этом.

– Учитель, а это время, когда мы вернемся к Отцу, скоро настанет? – спросила я.

– Это во многом будет зависеть от вас. Как скоро, и как правильно вы выполните порученное задание. Я обязан полученные по цепи знания передать вам. А вы передадите их своим детям, всему тварному миру: скотам, зверям, птицам – всему, что имеет душу. И так вечно. Эта цепь не имеет конца.

– Но мы знаем так мало, а ты так много. Мы не сможем знать столько, сколько знаешь ты, – с сожалением сказала я.

– В свое время, вы будете знать еще больше, чем сегодня знаю я. Вы к моим знаниям, прибавите свои. Еще более новые, более совершенные знания об окружающем вас мире, – с улыбкой ответил Учитель.

– Учитель, а у тебя есть дети? – полюбопытствовала я.

– Нет, у меня детей и не будет. Я другой, нежели вы. У меня никогда не будет пары. Я всегда буду счастлив вашим счастьем. Вы мои братья, и ваша жизнь для меня дороже моей, – Учитель посмотрел на нас с любовью.

Отче, мне стало невыносимо больно за нашего учителя, за его вечное одиночество.

Отче, сделай и ему пару, подари ему детей.

Учитель подбадривающе улыбнулся.

– Но я тоже пойду дальше моих учителей в познании, а они еще дальше. Я вам говорю, что эта цепь не имеет конца, – продолжал объяснять Учитель.

– Это плохо, – Адам тяжело вздохнул, – Лучше бы у нее был конец, а так учись, учись и учись. Когда отдыхать, а если мне все надоест, смогу я прекратить это обучение и заснуть так, чтобы никогда не проснуться? Как порвать эту вашу цепь и жить, как мне хочется? Указывать умею я сам.

– Адам, указывать можно с пользой, разумно. Тогда от твоих советов всем хорошо. Но можно научить так, что всем будет боль и горе. За их боль и горе ты ответишь, – объяснил Учитель.

– Я согласен ответить за все, что сделаю на Земле, согласен получить любое воздаяние. Я все сделаю правильно, и всем будет только хорошо, – уверенно заявил Адам.

– Адам, а почему ты отвечаешь и за себя, и за Еву? Почему ты не спросишь, согласна ли она? Готова ли она разделить ту ответственность, которую ты возлагаешь на нее. Отвечать за свои поступки вы будете оба. Спроси ее, пожалуйста. Или вы уже давно все обсудили? – поинтересовался Учитель.

– Когда я смотрю на ваши души, то не вижу той гармонии, которая должна быть при полном согласии. У вас совершенно противоположные представления о совместной жизни на Земле. И если ее душа стремится подстроиться под твои вибрации, для совместной работы, то твоя душа не желает слушать ни меня, ни твою вторую половину – Еву. Она противится всему, что призывает ее к диалогу.

Адам, остановись, задумайся, выслушай мнение Евы. Вспомни, что ты сказал, когда Отец подарил тебе Еву. Но ты противишься даже Отцу.

Ты, Адам, судишь Его, обвиняешь. Он создал тебя по образу и подобию своему, чтобы ты был наследником, сделал всю Землю раем Эдемовым! Но ты рассуждаешь о Нем, как о человеке, как об одном из его созданий, как о равном тебе. Теперь Он в глазах твоих, в уме твоем, уподоблен тебе, и теперь Он «создан» тобой, по образу и подобию твоему, и теперь ты задаешь Ему вопросы. Почему Он поступил так, как поступил Он, Творец твой.

Почему Он не поступил так, как тебе удобно. Ты хочешь предвидеть ходы Его. Теперь Он обязан служить тебе. Да, Он служит тебе. Иначе ты бы не жил на этой Земле ни одной минуты. Он обустроил тебе Землю и все вокруг Земли. Он одел твою душу в плоть. Он дал тебе ум, разум, эмоции. Он указал, что полезно, и что вредно тебе. Живи, твори, царствуй. Дай жить всему, что Он оставил тебе в наследие.

Он не угнетает тебя, Он любит тебя, хранит тебя от твоих страстей, гордыни; ибо ты отец, для врученных тебе в наследие. Они все дети Его. Они созданы не для тебя. Он сотворил их для Себя. Он любуется ими, Он страдает вместе с ними, если они страдают. Они еще совсем дети в сравнении с тобой. Всю свою любовь в раю Он отдал тебе, Адам. Теперь ты помоги им возмужать, стать взрослыми, как ты. Пробуди в них то божественное, что пробуждено Им в тебе. Пред ним вы все равны. Так будьте же счастливы, храните друг друга, любите друг друга.

Какова будет Земля при тебе, Адам, только твоя на это воля. Он сделал все для вашего счастья, для равновесия.

Будь справедлив и милосерден, Адам, к творениям Его, они теперь твои. С тебя спросится, тебе воздастся, не по намерениям твоим, а по делам твоим. Спрашивай всегда с себя; ибо ты и есть первый, пример. Ты мера всему на Земле мера радости, милости и милосердия.

Отец заповедал, чтобы все твари Его любили тебя, но не боялись, не страшились. Он заповедал тебе и потомкам твоим любить всех, как Он любит вас. Страх делает из твари раба. Не твори себе, Адам, рабов. Твори себе братьев, помощников из тварей Его, как Он творит себе любимых сынов, но не рабов; так поступай и ты.

Пусть вся Земля для тебя и братьев твоих станет раем. Трудись, Адам, как трудится Творец наш.

Рай на Земле можешь сохранить, расширить только ты. Не допускай обиды, зависти, ненависти, безблагодарности.

Не забывай Отца нашего, ибо превратишь Землю в пустыню, наполненную муками, страданиями, но Он уже ничем не поможет тебе. Он не вправе нарушать законы, которые Сам установил для космоса.

Если по своей прихоти Он нарушит хотя бы один из законов, нарушится вся система мироустройства. Ибо все между собой взаимосвязано, как планеты и гравитация, так и каждое живое существо. Если Он будет нарушать, менять законы, то будут изменять их для своих прихотей и подвластные Ему существа: – ты, ангелы, архангелы.

Все поглотит хаос. Закон суров, но одинаково непоколебим для всех. Он – создатель законов, Он же – их ревностный исполнитель. Будь и ты праведным хранителем Его законов на Земле.

Глава 5. В награду за труд Ева получает плоды с Древа Познания

Учитель, я часто вспоминаю Эдем. Посреди рая наш любимый зал, где мы занимались гимнастикой ума и тела, где мы перед «духовным советом» сдавали испытания через каждые 99 восходов солнца.

Я помню, как невидимый Отец называл Тебя в шутку, «искусителем». Потому что на испытаниях Ты задавал нам двусмысленные задачи, которые можно было решить разумом, а можно было познать ответ интуитивно, называя это «духовным откровением». Ответ я могла получить, прочитав мысли в сердце своего экзаменатора.

В таких случаях наш Отец радовался, и раскатистый громоподобный смех сотрясал не только небеса Эдема, но кажется, вибрировала сама Мать – Земля под нами. Учитель, мне очень хочется услышать, увидеть тебя хотя бы еще разок.

Я благодарна Тебе за те знания, за то терпение, какое Ты имел, воспитывая нас. Учитель, добрый, справедливый. У нас с Адамом нет такого терпения в обучении наших братьев на Земле. Я очень сожалею, что усвоила не все, чему Ты нас учил.

Я помню то огромное, вечноцветущее дерево посреди Эдема, под которым Ты обучал нас. Это дерево, Ты называл «Древом познания».

У него такие чудные плоды, каких не было во всем раю и на Земле. И Ты всякий раз награждал нас его плодами, если мы удачно сдавали испытания «Духовному Совету». Ты говорил, что если мы сможем всегда питаться от этого древа, то это будет свидетельствовать о нашем стремлении познания добра, ибо знания, помещенные в чистые души, всегда приносят счастье, а незнание – мучения, страдания.

Я чаще Адама получала такие яблоки от Тебя, Учитель. Мне всегда хотелось поделиться своей наградой с Адамом, потому что я видела, как ходил его кадык в горле, когда он сглатывал слюну при каждом моем укусе яблока. Я видела, что он как бы ест яблоко вместе со мной. Я однажды подумала: «Надо поделиться с ним. Отец же делится с нами всем, что имеет. Буду и я, как Отец наш». От радости у меня потекли слезы. Я подняла глаза от яблока, которое успела откусить. «Надо было дать откусить Адаму первому», – с сожалением прошептала я.

Ты, – Учитель, смотрел на меня с нескрываемым удивлением и какой-то не знакомой мне радостью. Ты, наверное, прочитал мои мысли. Но почему в Твоих глазах была такая радость, почему у Тебя тоже были слезы? Я всегда всем делилась с Адамом. Но плодами с древа познания нам делиться запрещалось.

Ты объяснял, что мудрость приходит из сердца Отца, ею невозможно поделиться, ее невозможно подарить другому, как нельзя кому-то подарить солнце. Ее можно только заслужить трудом, самопожертвованием, любовью. И награду за мудрость может ощутить только мудрый. Для немудрого эта награда кажется незначительной и даже оскорбительной.

Ты учил нас, что плод этого древа вкусен и полезен только тогда, когда он заслужен как награда за труд, за достойный похвалы и восхищения поступок, который приближает нас к Отцу. Поэтому мы должны как можно чаще зарабатывать доступ к древу познания.

Но если мы пытаемся получать плоды с этого дерева незаслуженно, не как награду, древо не даст нам своих соков любви, мудрости, света. Мудрость добывается бескорыстным трудом на благо всех.

– Помните, Мудрость – самая высшая награда Отца. Самые любимые у Отца – мудрые. Возвратятся домой, к Отцу только мудрые; ибо они совершенны. Только мудрые подобны Отцу нашему, – наставлял Ты нас.

«Пусть меня поругают, накажут, – подумала я, – но я поделюсь своим счастьем с Адамом». Я протянула ему яблоко.

На, милый, – прошептала я. В этот миг я не могла понять, что со мной происходит. Я стала какой-то другой, я увидела мир другими глазами. Мое сердце наполнилось светом. Раньше у меня никогда не было слез, я никогда не плакала. Сейчас меня наполнило необъяснимое чувство. Мне захотелось всю себя; свои глаза, руки, все, что у меня есть, отдать всем. Сделать так, чтобы всем, кто был рядом со мной и в небе, и на Земле, и всему сущему, было так же радостно, так же непередаваемо хорошо, как мне.

Я слышала, как Адам сказал «спасибо». С ним это произошло впервые. Впервые он поблагодарил меня. В зале стало тихо-тихо, как во сне. Только слышно, как Адам укусил яблоко. Потом и это умолкло. «Что такое?, – подумала я, – Я что-то сделала неправильно». Я услышала Отче, Твой голос. Это был голос, наполненный радостью, удовлетворением. Я подняла глаза. Трон, где всегда находился Ты, сверкал всеми цветами радуги. Мы никогда не видели Тебя, Отче, но мы всегда слышали, ощущали Твое присутствие, в каком бы месте Эдема ни находились. Голубое пламя от трона, метнулось в сторону Учителя, затем к Духовному Совету.

«Они стали как один из нас», – прозвучала радость из радуги. Все замерли, остановились вибрации сердца. Рай наполнился музыкой и светом. Радужные молнии благоговения, радости заискрились над Учителем. Из его сердца к Отцу поплыла тихая благодарная молитва: «Слава Тебе, Отче. Не я, Отче, но Ты». Он смиренно наклонил голову.

Они познали добро, – продолжил Голос.

– Но они, как вы, узнают и огорчение. Теперь они способны быть милосердными, делиться своим счастьем с другими, творить милость, жертвовать себя, ради всех, чтобы превратить всю Землю в Эдем. Для этого они созданы, – произнес Ты, Отче, из радуги и Света.

– Адам, Ева, я благословляю вас для счастья на Земле. Любите и храните все созданное Мной. Служите друг другу источником радости и благости, плодитесь и размножайтесь, и наполняйте Землю, и обладайте ею, и владычествуйте над рыбами морскими, и над птицами небесными, и над всяким животным и пресмыкающимся на Земле. С миром и любовью, как владычествую Я. Подобными будьте и вы, ибо вы по образу и подобию Моему.

И сказал Отец: «Вот я дал вам всякую траву, сеющую семя, какая есть на всей Земле, и всякое дерево, у которого плод древесный, сеющий семя, вам сие будет в пищу.

А всем зверям земным, и всем птицам небесным, и всякому пресмыкающемуся на Земле, в котором душа живая, дал Я всю зелень травную в пищу. И будет так».

Дабы всем доставало пропитания на Земле, и чтобы была сыта всякая плоть, и не было между тварями распри ради пищи и места под солнцем, ибо всех насытит мать-Земля, если будете трудолюбивы и благодарны.

Я помню, Отче, как долго готовили нас ангелы к жизни на Земле, как много испытывали, проверяли; все ли мы помним, как сотворил Ты нам одежды земные. Как трудны были первые земные шаги.

В раю мы передвигались очень легко, почти летали. На Земле первое время мы ходили на четвереньках. Она притягивала нас, нам казалось, что мы ходим по грудь в воде, и к ногам привязаны тяжелые камни. Трудно поднимать руки: они потяжелели.

Отче, а как трудно дышать. Над Землей все время клубился пар, все мокрое. Адам плакал, не хотел ходить, говорил, что Ты нас из рая выгнал, что он не хочет такой жизни, хочет умереть.

Мне приходилось помогать ему ходить, часто нести на себе. Спасибо ангелам, которых Ты нам оставил в помощь. Они подкармливали нас фруктами, помогали найти убежище от непогоды.

Но они не разрешали нам долго сидеть. Пищи давали нам мало. Они знали, сколько нам можно спать, сколько есть.

А недавно, Отче, я очень испугалась, когда Адам пытался содрать с себя одежды, которые нам изготовили ангелы в Эдеме для жизни на Земле. Он все время жаловался, что под одеждой все чешется, что в ней трудно ходить, говорил, что одежда для него неудобная, мала и за все цепляется. Всего себя он только исцарапал до крови, но одежды снять так и не смог; ибо это была сама плоть – тело его.

Глава 6. Наблюдения Евы за душой Адама в Эдеме

В Эдеме было так привычно и легко. Мы знали, где и что растет, как и за чем ухаживать, поливать, собирать урожай. У нас не было плотской одежды, которая, то потеет, то мерзнет, то болит. Мы, Отче, не умели этого ценить. Нам хотелось стать такими же могущественными и независимыми как архангелы. Ах, как мы им завидовали, особенно Адам. Мы часто прятались в заросли винограда, мечтали, как мы будем строить жизнь на Земле.

Никто не будет приставать к нам со своими назойливыми советами. У нас, как и у всех тварей, появятся дети.

Когда заходил разговор о детях, тогда Адам отказывался быть архангелом, потому, что у них не бывает детей; размножаться они уже не могут.

Учитель объяснял нам, что архангел – это высокое звание – заслуга, что когда-то, и мы станем такими, но тогда мы тоже не сможем производить себе подобных, потому, что наша душа будет лишена эмоций, любви, дружбы. Мы будем просто работниками. «Вы станете бесстрастными», – говорил Учитель. Нас ничто не будет возмущать, волновать. Мы будем, как будто с завязанными глазами, ушами. Но останется одна «страсть» – быть первым.

Отче, мы с Адамом не хотим быть такими. Хотя тогда мы будем очень могучими, сильными, умными, и мы сможем управлять солнцем, луной или даже вселенной. Мы сможем сами создавать новые планеты, такие, как наша, или еще совершеннее.

Адам говорит, что архангелы даже не целуются, потому что они не умеют любить.

Они, как ангелы, только в тысячи раз мощнее, и они, наверно, бесполые, потому что жестокие и не могут жить парами. «Они хотели много власти, вот и получили власть», – шептал Адам.

«Власть лишает существо души, душа становится настолько умной, что не в состоянии проявлять чувства, эмоции», – подумала я.

И мы, Отче, хотели получить свободу, вот и получили. Я поняла, что свобода без знаний, без любви, совсем бесполезна. Мы с Адамом сейчас имеем много свободы и мало знаний, и нам очень тяжело распоряжаться этой свободой.

Отче, я очень хочу родить маленького человечка, такого же доброго, мудрого, как наш Учитель. Я не хочу, Отче, чтобы он был таким, как Адам. Он любит только себя, не хочет никому помочь. Все время говорит, что он устал или потом сделает.

Почему, Отче, Ты его таким создал? Мне с ним очень тяжело. Отче, сделай так, чтобы дети наши были такими же добрыми и радостными, как Учитель. Я знаю, Ты все можешь. Пусть наши дети будут счастливыми и добрыми, как Ты, Отче.

Адам все время чем-то недоволен; то ему очень жарко, то вода очень холодная.

Когда я говорю, что хочу родить человека, он машет рукой и отвечает, что нам еще рано иметь детей, что надо пожить для себя.

А вчера сказал: «Вот посмотри, сколько детей у волчицы. Если у нас сразу столько будет, что мы будем с ними делать? У тебя, жена, всего два сосца, как мы их будем кормить, если тоже родишь 12 человек? Когда они подрастут, сколько мне надо будет носить фруктов, чтобы прокормить такую стаю?

Почему ангелы нам ничего не объясняют, почему они не помогут нам стать взрослыми? Все звери и скоты уже взрослые, хотя и родились некоторые недавно, а уже повзрослели, и у них родились дети. А мы живем, живем, а детей все нет, и нет.

Что нам делать, Отче, чтобы быстро стать взрослыми? Без детей нам совсем неинтересно, одиноко. Все ходят со своими детьми, воспитывают их, любят, а мы воспитываем не своих детей. Это тоже приятно, но я хочу родить сама.

Ангелы говорят, что рожать это очень больно, что беременной мне будет очень трудно, что у меня будет большой, как у лошади живот, что после того как у меня появятся дети, я больше никогда уже не смогу летать.

Отче, я так люблю летать, смотреть на Землю с неба. Ты ее создал для нас такой прекрасной, такой огромной. Когда мы улетаем с Гарудом на 2—3 дня от нашего жилья, мы видим новые места; высокие горы, голубые озера, реки. Я не знала, что на Земле тысячи неизвестных мне животных, рыб, птиц. Они такие красивые, добрые. С большой радостью рассказывают о своих детях. Спасибо тебе, Отче, что мы все на Земле понимаем друг друга. Можем между собой разговаривать языком или мыслями.

Когда я улетаю надолго, мы с Адамом все равно знаем друг о друге все, видим, кто чем занимается. Для этого надо только закрыть глаза и подумать: «Адам». И сразу я вижу то место, где находится Адам, что он делает, а он видит меня. Видит моими глазами все, что вижу, слышу я, ощущает запах цветов и фруктов, которые я ем.

Если бы, Отче, он мог еще и откусить и проглотить, то, что я ем, и был сыт тем, чем насыщаюсь я вдали от него.

Но так общаться долго нельзя; начинает болеть сердце, а потом хочется спать. Поэтому так мы разговариваем очень редко.

Отче, новое тело, в которое ты нас одел для Земли, не такое удобное и приятное, какое было у нас в Эдеме.

Там мы наше тело почти не ощущали. Оно было удобным, упругим, как струя воды под водопадом, как упругий ветер на вершине горы.

Мне нравилось больше всего, что оно было прозрачным. Если Адам дышал, я видела, как наполняются его легкие, как вибрирует его сердце. Когда он напряженно думал, было видно, как в его мозгу носятся маленькие молнии-мысли. Мы все друг о друге знали. Все это придумал, Ты, Отче, чтобы наблюдать, как живет наше тело, что нам полезно в этой жизни, а что вредно. Чтобы ангелы могли в любой миг помочь нам в учебе, облегчить нашу жизнь на Земле. Мы не знали Отче, что мы «нагие» для тебя, для ангелов, для всех, что мы в раю одни такие открытые, обнаженные. Чтобы все могли любоваться твоими созданиями, видеть наши мысли, желания.

Мы были любимыми детьми всего рая, и это, Отче, радовало Тебя.

Но еще больше, Отче, это радовало нашего Учителя и нас с Адамом.

Наш любимый Учитель объяснял нам, что детьми рая мы будем не вечно. Настанет время, когда и мы будем отдавать свою любовь всем твореньям Твоим, Отче.

Наши кости были гибкими и послушными, как лианы. Мы могли делать со своим телом самые невероятные упражнения.

Но больше всего в райском теле меня восхищала душа, которая находится с правой стороны груди, напротив сердца, которое качает кровь.

Мне трудно описать, как выглядит наша душа. Она постоянно меняет форму, цвет. Она живет как бы своей отдельной от тела жизнью, и в то же время она непрерывно пронизывает – проникает все тело, в котором поселилась.

Я наблюдала за душой Адама, а он – за моей. Это нам поручал Учитель, а потом, на испытаниях, объяснял, как вела себя душа Адама или моя в разных ситуациях.

Я видела, что когда Адам чего-то пугался, то его душа, как бы падала в его ноги, а когда радовался, то она взмывала ввысь, на локоть над его головой.

Если Адаму делали больно, то она сжималась, становилась маленькой, серой, как пепел. Если же его хвалили или награждали яблоком с «древа познания», то в такие мгновения его душа раздувалась и выходила за пределы тела, на ширину туловища, а розовая аура счастья, заливала не только Адама, но и всех, кто находился рядом с ним, на расстоянии трех туловищ.

Душа напоминает мне бутон розового лотоса, который, то распускается, то прикрывается. Она, как бы вибрирует вместе с дыханием. Центр лотоса сияет ровным бело-голубым светом. Это, Ты, Отче, вечно живущий в лотосе человеческой души.

Ты все знаешь, Ты все помнишь, Ты всюду сущий, Ты во всем, и все в Тебе.

Все это, Отче, объяснял нам наш Учитель.

Когда, я слушаю его, смотрю на него, у меня от счастья бегут по телу мурашки, и мне кажется, что он похож на Тебя добротой и восхитительной, сияющей мудростью.

И я думала, Отче, если он такой великий, то какой же Ты, как Тебя возможно себе представить, вообразить?

Глава 7. Адам и Ева обрастают плотским телом и перестают понимать друг друга

Это воспоминания. Иногда мне кажется, что это просто красивый сон, который обволакивает меня в минуты молитвы. Что этого никогда не было, что это мечта наяву. А как хочется, чтобы это был не сон, чтобы это, Отче, повторилось хотя бы несколько мгновений.

Прости, Отче, что мы такие слабодушные, безблагодарные. Спасибо, за то, что все это было. Спасибо, что я это помню, что все то непередаваемое счастье, которое мы испытали рядом с тобой в Раю, мы сможем рассказывать нашим детям, которых Ты, Отче, нам с Адамом подаришь.