Рядовые Великой Отечественной
Сергей Парахин

© Сергей Парахин, 2018

ISBN 978-5-4493-7522-3

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Рядовой пехоты

Хорошее село Ялтушков, старинное, богатое. Широко оно раскинулось вдоль древнего Татарского шляха на берегу речки Лядова. Хаты выбелены. Занавески с вышивкой. За плетнем подсолнухи. На плетнях перевернутые кринки. Сады вишневые. Поля гречишные. Ульи пчелиные. Стада гусиные.

Золотится куполами Свято-Троицкая церковь, льется над селом малиновый перезвон колокольный.

Всего лишь в десяти верстах славный город Бар. А за ним уже мерещится многолюдная Винница.

В стародавние времена бывало, что на берегах Лядовы пели злые стрелы каленые, звенели мечи булатные, храпели распаленные степные кони. Рыдали в голос прекрасные полячки, уводимые в полон. Стонали под плетьми ставшие рабами украинские хлопцы.

Ночами, при неверном свете факелов, окруженная преданной свитой, скакала на белом жеребце по здешним дорогам прекрасная и грозная королева Бона Сфорца.

Бывало, что сходились здесь в лютой сечи крылатые гусары князя Иеремии Вишневецкого и чубатые запорожцы гетмана Богдана Хмельницкого.

Буйствовала без всякой меры по придорожным шинкам гордая своими вольностями польская шляхта.

Под рокот полковых барабанов бодро шагали навстречу славе суворовские чудо-богатыри.

И колосились хлеба. И падали звезды в ночном небе. И плескались русалки в тихой заводи. И аисты чинили свои гнезда по весне. И в сочельник гуртом ходили парубки да девчата по хатам со звездою лучистой на шесте, с лентами пестрыми, с приговорами добрыми.

Селяне сеяли хлеб, варили пиво, пасли стада, ковали железо, растили детей, водили хороводы, платили повинности. Жили, как везде люди живут. Когда хорошо, а когда тяжко.

В 1795 году при разделе Речи Посполитой земли города Бара, в том числе и село Ялтушков, отошли к Российской империи и составили её приграничье.

В 1907 году родился в тех местах в небогатой польской семье Бачинский Николай Адольфович. В России к тому времени отгремела Марсельезой и Варшавянкой первая революция. Политические страсти поутихли. На дорогах загудели клаксонами первые автомобили, в небе проплыли первые аэропланы, на экранах синематографа стали показывать первые фильмы.

Когда мальчику исполнилось семь лет, началась Первая мировая война. Село Ялтушков оказалось в прифронтовой полосе. Орудийной канонады слышно не было, но по дорогам день и ночь непрерывными потоками двигались войска – артиллерийские парки, санитарные обозы, пехотные колонны, полевые кухни, рабочие команды… Одни равнодушно проходили мимо, другие располагались на постой. Иные делились с хозяевами своим добром, иные забирали у селян последнее. Житье крестьянской семьи Бачинских было нелегким.

Игрушками мальчика стали стрелянные гильзы, пустые жестяные банки из-под консервов, оторванные солдатские пуговицы. Православный священник учил детишек в церковно-приходской школе читать и писать по-русски. Дома же родители учили Николая польскому письму.

Когда же мальчику исполнилось десять лет, в Российском государстве поднялась смута. Село находилось на окраине страны, и ребенку, да и его родителям, трудно было разобраться в происходящем.

Не стало Российского Императора. Все вокруг заговорили о революции и народной власти. Менялись одно за одним правительства. Наезжали в село сомнительные комиссары. По дорогам тянулись с фронта на восток толпы обозленных дезертиров с оружием.

А весной 1918 года на Украину строгими колоннами вступили кайзеровские войска. В городах и селах края устанавливалась германская оккупационная администрация. Потянулись на запад обозы с хлебом, с салом, с маслом, с щетиной, с кожей, с холстом. Вслед за обозами мычали в клубах пыли угоняемые стада. Через год пришли на смену немцам сечивые стрельцы Головного атамана Семёна Петлюры. За ними следом вторглись польские легионы пана Юзефа Пилсудского.

И каждая новая власть приносила с собой новый кровавый порядок. Казнили лютой смертью большевиков и белых офицеров, бандитов и мошенников, москалей и евреев, беженцев и спекулянтов, бродячих артистов и мешочников.

Было страшно тринадцатилетнему мальчишке.

В августе 1920 года поляков и петлюровцев вышибла с Украины Красная Армия. В крае прочно установилась Советская власть рабочих и крестьян. Кончилось лихолетье. Наступил мир.

Крестьян наделили землей. Отменили продразверстку. Ликвидировали бандитизм. В село провели радио. Построили клуб, открыли избу-читальню, школу.

Николай вырос, возмужал, обзавелся семьей, собственным хозяйством.

Нелегко, ох как нелегко, прошла в селе коллективизация. Были и кровные обиды, и ночная стрельба из обрезов, были и аресты.

1932 год и 1933 год выдались голодными, трудными. Иные не могли вынести лишений и умирали, иные бросали землю, хозяйство и уходили на заработки в большие города и на далекие стройки страны.

Но все же колхозы были созданы. Появились машинно-тракторные станции (МТС) – с тракторами и грузовиками, с сеялками и сенокосилками, с мастерскими и бочками горючего.

А 1935 год и вовсе принес неслыханно щедрый урожай. Нужда ушла из села. Колхозники стали зажиточны. Приоделись, обзавелись утварью, железными кроватями, доброй одёжей да крепкой обувкой, цветными платками, да медными самоварами. Следующие годы жили уже безбедно.

А в мире стало тревожно.

Вспыхнул франкистский мятеж в Испании.

Разрасталась японская агрессия в Китае.

Итальянские чернорубашечники вторглись в Абиссинию.

Совершен мюнхенский сговор.

Заключен антикоминтерновский пакт.

1 сентября 1939 года Фашистская Германия развязала Вторую мировую войну.

Вновь, как и много лет назад, пошли войска через село Ялтушков на запад. По-прежнему бодро рысила конница, деловито пылила пехота. Но на этот раз рядом с ними двигались колонны танков, артиллерийских тягачей, грузовиков. В небе плыли эскадрильи самолетов. Красная Армия вступила на польскую землю, чтобы остановить расширение фашистской агрессии на восток, на земли, заселенные украинцами. Границы Советского Союза отодвинулись далеко на запад.

22 июня 1941 года Фашистская Германия без объявления войны напала на нашу страну. Началась Великая Отечественная война Советского народа за свою свободу и независимость.

В те летние дни дороги Винничины были забиты отступающими войсками 12-й армии Юго-западного фронта Красной Армии – солдаты и офицеры, пехота и кавалерия, артиллерия и медсанбаты, штабы и полевые хлебопекарни. Вдоль дорог устало брели беженцы – старики, женщины и дети, телеги, детские коляски, велосипеды, узлы, чемоданы, коровы, козы.

В небе безраздельно хозяйничала вражеская авиация. Фашистские самолеты с воем моторов пикировали вниз и почти безнаказанно расстреливали с воздуха людей, лошадей, машины. Сбрасывали бомбы на переправу. Доставалось и селу – рушились под разрывами хаты, падали под пулями мирные сельчане. На переправе же царили паника, хаос и неразбериха. Все неудержимо стремились на мост через Лядову.

Барский районный военкомат в этой прифронтовой сумятице не сумел и не успел организовать мобилизационный призыв в Ялтушкове. Николай Бачинский остался дома.

Буквально по пятам ушедшей армии в село ворвались немецкие мотоциклисты. За ними пришли кавалеристы из «Венгерского подвижного корпуса». А уж после – основательно расположилась отдельная рота охранного полка СС. Началась фашистская оккупация. Николаю Бачинскому исполнилось тридцать четыре года.

В селе немцы учредили комендатуру, канцелярию, назначили бургомистра, сформировали отряд полиции из струсивших окруженцев и местных предателей. Приказы захватчиков, расклеенные на заборах да на стенах больших зданий, были четки и суровы:

«за укрывательство красноармейцев – расстрел»;

«за хранение оружия – расстрел»;

«за большевицкую пропаганду – расстрел»;

«за нарушение комендантского часа – расстрел»;

«за невыход на работы – расстрел»;

«за оскорбление немецкого солдата – расстрел».

В закрома «Великого Рейха» оккупанты вывезли все зерно нового урожая, весь скот, всю птицу. Вся продукция небольших местных заводов, сахарного, пивоваренного, винокуренного, кирпичного, тоже пошла в эту прорву.

Осенью 1942 года дошла очередь до детей. И парни, и девушки, вся молодежь в возрасте от четырнадцати до восемнадцати лет подлежала отправке в Германию на принудительные работы.

Концу оккупации, концу войны, концу горя человеческого не было предела. Защиты от ушедшей Красной Армии и от далекой Советской власти не видать было из далекой украинской глубинки.

Николай Бачинский, плоть от плоти народной, жил на своей родной, но порабощенной земле, растил хлеб и отдавал его фашистам, выходил на ремонт дорог и мостов для фашистов, возил своей лошадкой обозное добро для фашистов. Хотел Николай, чтобы семья его не погибла от голода или под расстрелом. Как и весь наш народ он люто ненавидел оккупантов.

А на Винничине было неспокойно.

В глубокой тайне, вдали от людских глаз, вросло в тело украинской земли бетоном и сталью, отгородилось от мира колючей проволокой и минными полями, ощетинилось пулеметными вышками, «Волчье логово». Там разместилась ставка самого Гитлера.

В бескрайних лесных чащобах края сходились в кровавых схватках солдаты Армии Крайовой и бойцы Украинской повстанческой армии, советские партизаны и эсэсовские головорезы.

До жителей села Ялтушков доносились лишь дальние отголоски тех грозных событий. В селе стоял сильный немецкий гарнизон, и малочисленные лесные отряды не решались показываться в округе.

А в январе 1944 года обстановка стала меняться. Немецкие солдаты стали хмурыми, молчаливыми, озлобленными. В селе появился госпиталь для раненых, затем обозные части. В марте месяце через село с востока на запад потянулись колонны отступающих гитлеровских войск. Однажды ночью сельчане услышали далекий гул артиллерийской канонады и над горизонтом разглядели отблески далеких зарниц. Это приближался фронт. Это наступала Красная Армия.