Сегодня утром я проснулась очень рано. Ночные кошмары не давали мне спать, а в семь часов утра зазвонил телефон. Странно, что мне вообще в это время позвонили. Обычно начинают надоедать звонками ближе к десяти ночи. Когда я взяла сотовый, то увидела незнакомый частный номер, который назойливо пытался выйти на связь. У меня не было настроения поднимать трубку, и я отбросила телефон в сторону, отключив звук. Не знаю, сколько времени он еще принимал вызовы, но к девяти часам утра помер от обезвоживания батареи. Ставить на зарядку не стала, прихватила с собой внешний аккумулятор, а мобильник небрежно закинула в сумочку. После того как привела себя в порядок, пошла за хлебом.

Мы жили в глухой деревне, а я – на отшибе в старом дачном доме без газа, но с электричеством. Многие в нашей дыре меня осуждали и грязью поливали. Господи, да пусть чешут языками дальше, раз они у них зудят! Немного задевало, но уже привыкла к такому отношению. Возможно, я вела себя вульгарно и даже грубо, но всегда различала разницу между людьми. Отношение ко мне многих соседей значительно изменялось, когда я добивалась успеха. Они злились и пытались меня унизить, как только могли. Не беда! Человек привыкает ко всему и, несмотря на это, живет припеваючи. Вот и я плюю на всех с высокой башни. Правда, иногда сердце стонет от всего этого, и хочется взвыть в истерике и прижаться к сильному мужскому плечу хоть на минуточку, а главное – хоть на секунду почувствовать себя слабой. Хотя в моей жизни это, скорее всего, банальная выдумка для перезагрузки после нервного срыва. Не переживайте, я не псих! Просто живу на пределе возможного среди стаи гиен и шакалов.

Выходя из своего старого дома, как назло забыла паспорт, и только хотела пойти за ним, как вдруг подъехала полиция. Как я их не любила и даже немного презирала, а точнее, не то слово!

В общем, дверь старой нивы открылась, и из нее вышел совсем не знакомый мне мужчина приятной наружности. Ноги у меня подкосились, когда я увидела, что этот молодой красавчик идет ко мне. Удивительно, но мозги даже забыли, что он в погонах. Эх, такое бывает, и не знаешь, где тебя подстрелит новая стрела Амура. Конечно, как тут голову не снесет от красивого и воспитанного мужчины! В наше время вообще редко встречаются такие качества одновременно, а тут – все и сразу.

Ветер внезапно ударил меня в лицо, вернув мои упрямые мозги на место, и я тут же вспомнила о том, что он из города и не наш. Все было странным и непонятным. Этот красивый мужчина подошел ко мне, а потом сказал, пялясь в бумаги:

– Здравствуйте, гражданочка! Вы – Захарова Анастасия Михайловна?

– Да, это я, – забыв о привлекательности этого человека, ответила я, разглядывая его красивые карие глаза.

Он активно смотрел документы, что-то чиркал на листке белоснежной бумаги, а потом, подняв глаза, замер. Молодой человек минут пять смотрел на меня, а потом сказал то, от чего я засмеялась:

– Вы очень красивая девушка.

– Спасибо! Не уходите от темы, пожалуйста! А зачем вы тут? Что-то случилось? – сквозь смех сказала я.

Конечно, мне до безумия понравился этот человек и его манера общения. Но почему-то его лицо померкло от моего вопроса, и он ответил:

– Анастасия Михайловна, вам необходимо поехать с нами для опознания вашего деда. Мы точно не знаем, но документы при погибшем на имя вашего дедушки!

Онемение в руках и ногах, а желание броситься в истерику зашкалило до безумия. Я пристально смотрела в эти карие глаза, а потом ответила:

– Не хватало мне еще похоронить и деда! Полгода назад только предала прах единственной тети земле, а теперь и дедушка! – словно в шоке, говорила и не понимала, что несу.

Полицейский с сочувствием смотрел на меня, а потом указал взглядом на старую «Ниву». Я поняла, что пора ехать в морг. Не пререкаясь, пошла вслед за ним, села на переднее сиденье, прижавшись к двери и отметая все страшные мысли. Только судьбе, видимо, было угодно, чтобы я думала о страшном. Всю дорогу этот прекрасный незнакомец в форме то и дело поглядывал на мои оголенные колени и тяжело вздыхал. Не понимаю, что с ним происходило, но мне действительно было все равно, только душа болела. А если разобраться, я уже не верила абсолютно никому, и даже красивым мужчинам в форме. Они тоже умеют жестоко обманывать – на то они и мужчины, видимо, чтобы причинять боль нежной женской натуре.

Спустя некоторое время мы прибыли к городскому моргу. Мое тело сразу же охладело, словно кровь не хотела пульсировать в нём, и я не могла пошевелиться. Молодой человек сразу же взял обстоятельства в свои руки и стал всеми силами меня приводить в чувство, но я ни в какую не хотела этого, даже противилась. Потом он сказал:

– Знаешь, а я забыл представиться. Меня, кстати, зовут Александр.

Точно парень с катушек слетел! Видимо, забыл, что привез девушку на опознание трупа, а не на бал. У меня, возможно, горе, а он чушь несет. Правда, привести меня в чувство ему удалось. Я не на шутку разозлилась и фыркнула:

– Вы меня на дискотеку привезли или же на опознание трупа? Молодой человек, не забывайте о своих обязанностях!

Он закрыл за мной старую дверь авто и повел в облезлое здание, где располагался городской морг. От одного только дома веяло страхом, а, когда я вошла внутрь, резкая вонь ударила в нос. Мне было очень страшно и хотелось убежать из этого места. Полное онемение в руках и ногах, а потом и во всем теле. Я посмотрела на Александра, но он что-то записывал в телефоне, не обращая на меня внимания. Вскоре вышел патологоанатом и пригласил на опознание. Черт бы побрал эти процедуры! Через такое очень сложно проходить, и даже страшно чересчур. Страх пронзает все, что можно, а ноги так и хотят дать пинка этому гражданину в халате. Только мы же культурные люди, и нам этого делать нельзя. Бред собачий! Делают еще хуже и хлеще, просто не обращают внимания, так как это же они делают, а не другие.

Войдя в комнату за патологоанатомом, я увидела, что кто-то лежал под белоснежной простыней. Когда патологоанатом поднял ее, то оказалось, что это не мой дед, а совсем другой мужчина, совсем не похожий на него. Я вздохнула с облегчением, а потом сказала:

– Это не мой дедушка! Я не знаю этого человека!

Пройдя процедуру опознания, я вышла из этого злополучного кабинета и чуть ли не с кулаками набросилась на этого красавчика в погонах:

– Да ты хоть знаешь, как я сильно испугалась, а?! У меня, кроме него, никого не осталось! А ты являешься в мой дом и пугаешь до полусмерти! Животное!

– Кто? Я животное? А может, мне вас, красавица, пятнадцать суток в изоляторе подержать, и тогда вы увидите настоящих животных?! Думаю, вам очень понравится там! – злобно ответил Александр (я думала, что его реакция будет более грозной, а тут – мурлыканье котенка, а не львиный рык).

Он ловко скрутил мои руки за спиной и повел в свою старую «Ниву». Страшновато было ехать в этой ржавой машине, так и казалось, что колеса отделятся от кузова во время движения. Но добираться до дома было не на чем, да и этот противный Александр скрутил мои руки за спиной, чтобы глаза ему не выцарапала. Вон как боится без них остаться, даже на слабую девушку надел браслеты. Всю дорогу этот трус молчал и даже не смотрел на мои колени. Странно. По пути в морг он буквально просверлил их взглядом. Неужели сразу страшная стала? Вот, блин, козел! Все мужики, видимо, копытные товарищи, но не все это показывают. Эх, ну и влипла же я по уши с этим внезапным отключением мозгов! Теперь вот сижу в этой разбитой колымаге, которая то и дело глохнет по дороге и вот опять замолкла – похоже, уже надолго. Я недовольно посмотрела на молодого полковника, а потом спросила тихонечко и деликатно:

– Что будем делать, Александр? Может, отпустите меня, и я сама дойду или на попутке доеду?

Этот черт в погонах туповато посмотрел на меня, а потом почему-то заржал, как жеребец во время забега. Я опять, как в ступоре, ничего не понимала, а потом спросила, таращась на него с удивлением:

– Молодой человек, что с вами? У вас приступ лошадиного смеха? Вы знаете, что меня пугаете?

Удивительно, но Александр сразу же перестал смеяться, а потом ответил тихо и спокойно:

– Настенька, я вас никуда из машины не выпущу. Очень опасная трасса, и много людей на ней пропало без вести. Кстати, вашего деда в последний раз видели на ней, а потом он разве не пропал? Сколько времени вы его уже не видели?

Я тяжело вздохнула, а потом ответила:

– Я уже не видела деда около двух месяцев. Он вообще редко ко мне приезжал, да и я к нему. Наши отношения были не самыми легкими, а теперь стали еще хуже.

– Почему? – спросил парень.

А я ему в ответ:

– Наши бабки в поселке увидели, как меня подвез один таксист прямо к дому, и начали сплетничать. Все говорили, что я такая ветреная и сплю со всеми подряд. Вот ему, видимо, позвонили и рассказали эти сплетни. После этого он даже на связь не выходил и теперь, видимо, даже номер сменил. Ну и черт с ним! Раз отказался от меня, так пусть и забудет мой адрес!

Я не смогла сдержать слез. Они текли по щекам, потом по шее, а молодой полковник достал носовой платок из кармана и вытер мои щеки. Конечно, пользоваться связанными руками девушки вполне нормально, чтобы вытереть слезы самостоятельно с ее лица и шеи. Бесстыжий, одним словом! Меня это положение взбесило, и вдруг я подпрыгнула, брыкаясь и отпихивая ногами этого наглого товарища от себя. Даже не заметила, как не рассчитала своих сил и попала каблуком ему в пах. Ну я и влипла! За несколько секунд лицо Александра успело раскраситься всеми цветами радуги. Он так скукожился от боли, что мне даже стало жаль этого парня. Я хотела его погладить по сгорбленной спине, но скрученные за спиной руки не дали этого сделать. Все же козел, и настоящий козел, с козьей мордой. Эти железные наручники болезненно впились мне в кисти, отчего я сама хотела скрутиться от боли, как и этот поганый мент. Хоть и поганый, но, зараза, очень красивый!

Спустя некоторое время, как только боль немного стихла, молодой человек достал из кармана сотовый и стал куда-то звонить, внимательно следя за моими ногами:

– Маша, слушай, у меня заглохла служебная развалина на трассе, координаты я тебе сейчас сброшу по мейлу. Мой коллега приедет за моей машиной и доставит ко мне, а эту необходимо в мастерскую.

Как смешно он поступил! Чтобы я не слышала его болтовню, сразу убавил громкость и так любезно вел беседу с этой Машей, что я даже не выдержала и прервала его общение, внезапно крикнув в трубку:

– А любимый вам изменяет!

Александр тут же отключил телефон и чуть ли не с кулаками на меня набросился, а я то и дело попыталась увернуться, но не вышло. В очередной момент влипла со своим дурацким характером. Этот молодой полковник разъярённо придавил меня своим накаченным торсом к ржавой двери дряхлой нивы, а потом его шумное дыхание сплелось с моим. Мы просидели в таком положении минут пять: я – сощурившись, а он –пристально разглядывал мое лицо. Не знаю, что он там увидел, но смотрел в упор. Его тяжелое дыхание неожиданно прервалось фразой из его уст:

– Какая же ты красивая!

Не успела я и рта открыть, как приехал черный внедорожник. Саша сразу же забыл о моей красоте и выбежал из машины. Видимо, он звонил по поводу поломки, а я влезла со своими приколами, и не зря. Кисти рук окончательно затекли, а боль не стихала. Моей злости не было предела, хотелось просто разорвать этого идиота в форме в клочья. Хотя нет, он мне очень понравился, да и получил уже сполна. Видимо, дома будет бодягу накладывать на поврежденные участки паха и лица. Ведь я на славу постаралась, а то удумал меня лапать носовым платком.

Молодые люди о чем-то говорили, а этот забрал ключи от машины и пошел к развалине. Александр открыл дверь с моей стороны и, словно заключенную, потащил в черный джип. Я уже не брыкалась, а шла смирно, так как мои руки сильно болели, и я хотела поскорее избавиться от этих оков. Усадив меня в нормальный автомобиль, он сказал:

– Настя, неужели устала кулаками мотать?

– Думаю, с вас и этого достаточно! – спокойно ответила я, но боль распространилась уже до локтя.

Молодой полковник заметил, что я побледнела, и сразу же вспомнил о наручниках. Он быстро нырнул за спину и снял с меня эти железки. На моих запястьях были синие следы, а руки сковала ужасная боль от которой я даже простонала, свернувшись в клубок. А Саша быстро завел автомобиль и поехал куда -то, но мне было всё ровно. Не знаю, сколько времени мы ехали, но по рукам пробегала боль, сменявшаяся покалыванием, а потом я и вовсе заснула.

Не знаю, сколько времени я проспала, только проснулась в холостяцком доме и сразу поняла, в чьем. Выходя из спальни, я заметила приоткрытую дверь со странными надписями на стене. Не выдержав, вошла в нее и увидела фотографии пропавших без вести, и среди них – фото своего деда. Этот стенд был больше похож на цепочку расследования, а как точно ее называли, я не знала, да и не интересовалась этим.

На карте были отмечены места, где находили трупы, а место, где видели моего деда, было следующим в последовательности. Я очень сильно испугалась, но старалась не показывать этого. Мне хотелось мысленно бежать из этого места, но ноги застыли и не хотели подчиняться. Вдруг я услышала голос позади себя и обернулась от страха быть пойманной в этой комнате:

– Выспалась? Ты проспала около пяти часов в моей постели. Кстати, она мягкая? Может, пойдем вместе приляжем, а?

Только я уши развесила и подумала, что он скажет что-то приятное, как опять захотела вмазать ему по морде. Не успела я поднять руки, как он придавил меня к этой стене с материалом о расследовании своим обнаженным торсом, а потом сказал, схватив меня за руки:

– Тихо, красавица, тихо! Я просто пошутил, а ты сразу с кулаками бросаешься!

– А вы всегда зажимаете девушек в банном полотенце в углу своего дома, или это ваша фишка в доказательстве? – гордо спросила я.

Неожиданно этот поганый офицер захихикал, а потом ответил, продолжая удерживать мои руки подальше от своего лица:

– Не поверишь! Ты первая, перед кем я стою в банном полотенце! Я только что из душа, может, еще раз туда сходим вместе с тобой, красавица?

Нет, а вы еще утверждаете, что мужики не кобели? Вы посмотрите на этого героя! Сам стоит, как индеец, с тряпкой банной между ног и еще глазками стреляет! В общем, я окончательно разозлилась и опять ударила ногой его в пах, но в этот раз стащила с него полотенце, чтобы не выпендривался этот Дон Жуан недокрученный. Несчастный полковник опять скрутился в три погибели, молниеносно отпустив мои руки, так и грохнулся на пол в костюме Адама без Евы. Правда, я испытала шок и быстренько закрыла ладонями лицо: все же я девушка и должна делать вид, что смущаюсь. Удивительно, но я очень сильно испугалась ответной реакции, а ее не было. Спустя минуты бешеный рев сменился тихим стоном, а потом вообще стих. Я так и стояла в углу этой комнаты с закрытыми глазами. И вдруг услышала, что Александр поднялся и подошел ко мне. Его тяжелое дыхание зловеще нависло надо мной, а потом прозвучала на удивление идиотская фраза:

– Ну и что стоим с закрытыми глазами? Ты сама с меня полотенце стянула, значит, было интересно наверное, раз так цепко содрала с меня банный наряд? Что не посмотришь? Ладно, пойду я оденусь, а то ты точно меня калекой сделаешь в мужском плане!

Я немного убрала ладонь и увидела, как овальные ягодицы поплыли в другую комнату. Я выдохнула с облегчением, расслабилась и очень хотела домой, в любимую кровать. Хотя через несколько минут мое желание исполнилось. Александр подошел ко мне уже в форме со словами:

– Так, гражданочка, я вас сейчас домой отвезу, пойдемте!

Я без разговоров помчалась вслед за ним, покидая эту странную комнату и все, что в ней произошло. Мне очень хотелось попасть домой и на мгновение забыть и о том, что моего деда считают пропавшим без вести, и этого красивого молодого человека. Мне почему-то было очень страшно находиться рядом с ним, но сердце твердило, что он – мое будущее. Всю дорогу я молчала, прислушиваясь к своему внутреннему голосу и биению сердца. Они, словно ангел и демон, сражались за главенство в моей жизни, а кто из них должен победить, обязан будет решить только Бог. За один день этот человек растопил многолетний лед в груди и заставил мое сердце биться в такт со своим. Правда, мои фантазии закончились после того, как его джип прикатил к моим воротам в полумраке ночи. Я даже не заметила, как пролетели сутки. Взглянув на своего обидчика, я впервые заметила, что таких глаз, как у него, никогда не встречала. В них была искренность, страсть вперемешку с болью, от которой сжималось сердце. В те секунды я не понимала, что со мной происходит, но точно знала, что люблю его. Он дождался, пока я не вошла в дом, а потом поехал куда -то в темноту. Войдя в дом, я тихонечко уселась на диван, поджав под себя ноги. В своих мыслях пыталась вновь увидеть его глаза. Эти минуты казались волшебным сном, от которого не хотелось просыпаться.

Утром я, как обычно, пошла в магазин за хлебом. Вдруг краем уха услышала, как наши сплетницы-красавицы меня грязью поливают да стараются:

– А вы знаете, что ночью Настьку привезли на черном джипе? Парень такой солидный да красивый. Эта шалава перед ним хвостом крутанула и вошла в дом. А он не отъезжал длительное время, а как Настька свет выключила, сразу к ней в окно влез!

– Да прямо-таки в окно? Вот девка, стыд потеряла! Куда ее дед то смотрит? – вытаращив глаза, возмутилась одна из наших старых бабок, свой взгляд и без того тупой взгляд.

– Да ты шутишь?! Ну не может наша Настя мужиков в дом водить! Возможно, ее просто таксист подвозил до дома, а не хахаль! – завопила другая старуха, добрая женщина.

– А я говорю, что может она ноги раздвинуть и позорить нашу деревню! Может и глазом даже не моргнёт! – опять выкрикнула одна из трех сплетниц.

Вдруг старуха оглянулась и увидела меня, а потом сказала подругам:

– Вот идет и даже, как бабочка, порхает. А вы, бабёнки, еще утверждаете, что она не может?

Не успела я пройти, одна из них кинула мне колючую фразу:

– Ну как? Этот парень хороший в постели или же нет? Конечно, для шлюх редко найдешь отменного!

Я не стала ничего отвечать, просто пошла дальше. Удивительно, но к плохому привыкаешь быстро, а хорошее мгновенно исчезает. Я зашла в магазин и купила булку хлеба, а потом по пути домой зашла к своей лучшей подруге Диане. Она всегда поддерживала меня, а иногда даже защищала. Хоть и разница в возрасте была велика, мы всегда находились рядом и помогали друг другу. Вот и сегодня я пришла к ней, чтобы рассказать о том, что со мной случилось. Войдя во двор, я увидела, как она чистит яблоки для пирога, напевая народные песни:

«На горе колхоз,

Под горой совхоз,

А мне миленький

Задавал вопрос…»

– Опять занимаешься пением? Думаю, соседки не оценят, а лишь грязью поливают, как и меня, – перебила ее я.

Оглянувшись, Диана увидела меня, а потом с радостью ответила:

– Да пусть завидуют, им бы только языками чесать да сплетни по деревне собирать! – Проходи, садись и рассказывай, кто вчера тебя подвозил домой. Уже вся деревня знает, как черный джип красовался возле твоего дома. Рассказывай, красавица, в какую на этот раз вляпалась историю.

Я уселась напротив, взяла кусочек яблока из пластмассового тазика, а потом принялась рассказывать:

– Вчера меня подвозил вообще-то полковник Министерства внутренних дел. В общем, он думал, что нашли труп моего деда, но это был труп другого мужика. А еще этот мент оказался извращенцем! Ты представляешь, он напялил на меня браслеты и увез к себе домой в бессознательном состоянии, а потом еще без полотенца плясал передо мной! Гад, получил зато по полной, боюсь представить, как у него все болит!

Диана открыла рот, даже замерла, пялясь на меня и не говоря ни единого слова. Только я хотела у нее спросить, как услышала за спиной знакомый мужской голос:

– Как же сложно вас найти, Настенька, и люди у вас тут такие злобные! Вы представляете, они приняли меня за вашего сутенера! Думаю, мне бы форма сегодня не помешала.

От этих слов мы с подругой переглянулись, а я её шепотом спрашиваю:

– Это высокий красивый парень с красивыми карими глазами?

Тут голос сзади мне ответил, отчего моя подруга заржала, как лошадь:

– Он самый – высокий, красивый с карими глазами! Настенька, вам проще обернуться, а то негоже подругу допрашивать! Или она у вас на допросе?

Диана смеялась от души и никак не могла успокоиться. А я взяла в руки яблочные дольки, потом незаметно подвинула к себе тазик с нарезкой для пирога, тихонечко набрала их как можно больше и начала обстреливать ими молодого полковника. Из-за этого его рубаха стала темно -синего цвета в горошек. Цель достигнута, и в то же время я опять получу от неуправляемого красавчика. Только эта зараза поймала несколько яблоневых долек, поднесла их ко рту, сказав:

– Обожаю деревенские яблоки! Они такие ароматные и нежные – прям как ты!

Я обозлилась, хотела наброситься на него с кулаками, но соседская бабка завела свою шарманку:

– Эта шалава совсем совесть потеряла! К подруге своего сутенера привела! – Эта старая карга подошла впритык к забору, а потом продолжила поливать меня грязью:

– Настька! Убирайся с глаз моих со своими мужиками и больше не приводи их к нам в деревню! Совсем от рук отбилась! Вот увижу твоего деда, все ему про тебя расскажу и твоих хахалей!

Словно дьявол в меня вселился. Я глубоко вздохнула и, пылая яростью, гаркнула ей в ответ, отчего Диана даже выронила из рук яблоко с ножом:

– Если ваша внучка шалава, это не означает, что все такие, как она! Я не торгую своим телом в собственном доме при живом муже! Мало вам отрезать язык, баба Шура, мало!

Конечно, на мои слова она еще пуще рассвирепела и, разумеется, начала защищать свою внучку. Только это не секрет. Внучка ее, пока мужа нет дома, половину деревни у себя принимает и до нитки обирает! Только у нас в деревне многим на таких плевать, а меня всегда видели и осуждали. Новая сплетня распространялась вслед за новой, и так каждый раз. Только сейчас вышло иначе. Я не выдержала и выскочила в слезах, забыв булку хлеба. Диана и Александр бросились за мной, но я уже скрылась в зарослях нашего села. Саша оказался не только моим наказанием, но и спасением. Он вернулся к бабе Шуре и поставил ее на место, показал ей удостоверение и рассказал о том, что мой дед пропал –одним словом, дал ей материал для новых сплетен. У нас в селе все бабушки вместо журналистов и сыщиков. Думаю, они даже способны раскрыть любое дело: их глаза видят все и даже то, чего не было.

Я убежала в поле, где росло зерно, в слезах рухнула в него. Мои слезинки капали в пахоту, а почва поглощала боль, впитывая её в себя. Урожай ячменя в этом году выдался высоким, а колос – большим и полным. Он меня просто поглотил с головой. Я легла на горячую землю, устремив взгляд в голубое небо. Здесь я всегда чувствовала себя защищенной, а главное – сильной. Родная земля придавала уверенности, а золотые колосочки – силу для преодоления новых препятствий. Я лежала в ячмене и горько плакала, кляня свою судьбу. Мои стоны и крики слушал колос, а ветер разносил их по всему полю. Случайно я увидела красивую бабочку, но она не могла лететь, так как ее крыло было сломано. В ней увидела себя и еще пуще расплакалась. Взяв эту лапочку на ладонь, спросила у нее:

– Тебе тоже подбили крылья, как и мне? Бедная ты бабочка, бедная! За что они так с тобой? Не знаешь? Я тоже. Просто знаю, что их грязный язык обманывает, а им все верят. Только нам никто. Мы всегда будем виноваты в том, чего не совершали.

Мне хотелось, чтобы бабочка взлетела, но она, наоборот, перестала шевелить лапками и умерла. Моим слезам не было предела, а боль пронзила еще сильнее. Я не думала, что Диана покажет мое место уединения. К сожалению, они все видели. Полковник медленно вошел на поле и поплыл сквозь это золото ко мне. А я продолжала плакать еще горше, прижимая к себе мёртвую бабочку. Он медленно приближался ко мне, лаская кончиками пальцев колосья, а я его даже не замечала. И внезапно он появился и присел рядом, прямо глядя мне в глаза и не говоря ни слова. Я в отчаянии бросилась в его объятия, а он крепко прижал меня к себе. Диана поняла, что все под контролем Александра, и пошла домой со спокойной душой. Только деревню облетела новая сенсация. Меня обозвали убийцей собственного деда и соблазнительницей офицеров. Главное – эта новость расползалась все масштабнее.

Я сама не понимала, как влюбилась в этого красавчика, а он уже знал, что любит меня. Удивительно! Вокруг нас поле, зерно, над нами голубое небо, а мы сидим в обнимку. Разве это не романтика? Среди всей этой романтики были две половинки одного сердца даже не знавшие об этом. Я ничего не знала о нем, зато он знал обо мне все. Ближе к вечеру мы покинули это место. По пути Саша начал рассказывать мне, зачем он приехал:

– Настя, у нас еще один труп на трассе.

– Опять труп? – спросила я.

– Да! Знаешь, зачем я здесь? – загадочно спросил молодой красавчик.

– Нет, – ответила я.

– На этот раз убитый был на машине. К нему на видеорегистратор попал твой дедушка. Ты должна подтвердить его личность, – ответил мужчина.

Он включил видео и сунул мне под нос. Как же меня бесило все это! И вдруг на экране я увидела собственного деда с топором. Час от часу не легче! Минутная слабость в руках и ногах, моментальная потеря речи. Мой дед с топором бросается на автомобилиста и рубит его, словно дрова. Страх сковал мои ноги, постепенно вгоняя меня в землю. Саша хотел от меня что-то узнать. Но, черт возьми, это мой дед! От увиденного глаза раскрылись очень широко. Я взглянула на полковника; он все понял, но для подтверждения спросил:

– Это твой дед? Прости, но по всем внешним показателям он идеально похож на Максима Степановича.

Я еще раз посмотрела видео и, еле шевеля языком ответила:

– Убийца с видео – мой дедушка! Боже… – И я заревела ещё громче.

Мой разум не хотел принимать этот факт. Каждый раз смотрела программы о серийных убийцах. Дед по жизни являлся жестоким и ворчливым старым пеньком, а иногда грозился переломать мне хребет. А тут такое – не что-нибудь, а убийство человека. Может, я просто сплю? Да какой, к черту, сон?! Это правда, что ни на есть самая настоящая правда! Я обратила внимание на то, как Александр смотрел на меня. Его взгляд, в котором чувствовалась страсть, казалось, испепелял меня, но сквозившая в нём жалость тут же охлаждала. Какого он меня жалеет? Не нуждаюсь я в этом, и вообще он – петух в пагонах, а ведет себя так, словно не из этих красноперых павлинов. Тут я вновь взбесилась и крикнула:

– Какого хрена ты так на меня пялишься?! Ни разу не видел внучку убийцы?! Поздравляю, увидел! – После этих слов я ринулась домой, но цепкая рука схватила меня и резко притянула к себе. В считанные секунды я оказалась в объятиях Александра. На удивление, не хотела его бить, просто растворилась в его карих глазах. Они, наверное, самые красивые на свете. Тут я не выдержала и сказала то, чего сама от себя не ожидала:

– Ваши глаза очень красивые. Я таких еще не видела за свою жизнь.

Саша засиял, как медный тазик, и, сверкая белоснежной улыбкой, ответил:

– Ты только заметила, что я красавчик, да? – Только я опять хотела ему вмазать, как он быстренько схватил меня за руку, а потом добавил:

– Успокойся, я пошутил! Не стоит избивать честного полицейского. Настя, тебе необходимо приехать к нам в отдел для дачи показаний. К сожалению, завтра не смогу за тобой приехать.

– Я пошла. – Он даже не представляет, как я обрадовалась, что завтра не увижу его смазливую физиономию.

Для меня это являлось счастьем, а главное – я надеялась, что сплетен будут меньше, но, увы, это было совсем не так. Александр сдуру поцеловал меня, к тому же не -дружески. От неожиданности я даже вздрогнула. Из-за этого нас заметила ненормальная баба Шура. Женщина злобно выдрала ведро из колодца с ледяной водой и направилась к нам. Пока мы нежно целовались, эта карга окатила нас освежающей водицей. Я от испуга завизжала, словно свинка на бойне, отскочив от Саши, а он, растопырив руки в разные стороны, зажмурился. Ему досталось больше, чем мне, по лицу стекала вода, а рубашка и брюки прилипли к телу. Черт бы побрал эту сплетницу! Мое платье тоже намокло и из-за этого сквозь него просвечивало белье. Теперь из-за этой старой карги ко мне будут липнуть все мужики села. Она в ярости посмотрела на меня, а потом прогремела:

– С офицерами заигрываешь? Шлюха ты безродная! Мало я вас водой окатила, убийца!

Хочется спросить: эта бабка чокнулась? Какая я убийца?! Ясен пень, что это новая сплетня. Невозможно понять вообще, как такие вообще ночью спят? О нет, забыла. Они вообще не спят, иначе как же будут сплетни разносить по поселку. Я привыкла к их оскорблениям и унижениям, но это уже был перебор. Эти люди играли с моей честью каждый день, а теперь взяли на абордаж и мою свободу. Я с минуту смотрела на эту больную старуху, а потом вырвала из ее рук ведро и со всей дури напялила его на её тупую башку. У нее там все ровно мозгов не было, только одни фантазии, так на одну будет больше. Ох, как бабка Шура начала визжать и просить, чтобы с нее это ведро сняли! Сама толстая, как откормленная свинья, руки задрать не может и все орет во все горло, кружась на одном месте и растопырив ноги:

– Тварь малолетняя! Товарищ полицейский, помогите, Убивают! Ох-ох-ох, убивают!

Саша в шоке бросился снимать ведро с головы оборзевшей пенсионерки. Женщина не стояла на месте, а только с воплями бегала по кругу, а полковник за ней с криками:

– Гражданка прошу вас, остановитесь! Остановитесь, гражданочка, я помогу вам снять ведро. Куда же вы бежите?

Тут я не виновата совсем! Честное слово, не виновата! Они сами упали! Из земли торчало что-то и баба Шура зацепилась, а Сашка рухнул вслед за ней. Ведро отлетело в сторону, и дикий вопль разнёсся по деревне.

– Люди, спасите, насилуют! – заорала напуганная баба Шура из-за того, что полковник грохнулся на нее сверху.

Бедняжке, видимо, показалось, что он изнемогает от страсти к ней. Но это так смешно, а я лишь ладонями закрыла лицо от этой порнографии. Вы не забывайте, я все же девушка и культурная, и не такая, как некоторые бабули-развратницы. На крики ошарашенной пенсионерки сбежались все соседи, а дед Федор вообще схватил старую воздушку. По пьяни он всегда из нее по воробьям стрелял, да и сейчас не в адеквате. Чую, вместо полковника демонов увидит. Блин, как не повезло Сашуле! Ох, не завидую!

Бабка Шура так и не замолкала и лишь со всего страха дубасила бедного офицера по лицу. И откуда у старухи столько сил взялось, чтобы изображать из себя изнасилованную? Даже я рот раззявила, смотря на это. У бедной женщины даже губы почернели от испуга. Видать, ей и вправду почудилось, что молодой жеребец захотел от нее горячего секса.

Вдруг на весь поселок разнесся звук сирены машины нашего участкового, но Сашке было плевать на это. Он лишь хотел успокоить озверевшую бабулю которая, в конце концов, сама скрутила руки полковнику, и даже не ясно, чего она хотела. Бедняга уже сам хотел вырваться из ее объятий, а потом вовсе заорал от страха во все горло:

– Пенсионерка насилует! Люди, уберите от меня эту истеричку!

Сбежавшиеся люди, как и я, раззявили рты, и даже приехавший на вызов участковый тоже. Все смотрели на то, как двое катались по траве, пиная мятое ведро. А дед Федор спьяну увидел, как его первая любовь в клочья раздирала на парне рубаху, а тот в истерике пытался отбиться от нее. Потом старик снял с головы фуражку и прокричал:

– Значит, Шурка, изменяешь мне! Ах, шалава! Баба ты старая и молодого пацана насиловать надумала! Карга беззубая!

Тут женщина увидела старика с воздушкой, отшвырнула парня, а потом вскричала от испуга:

– Убивают!!!!

Удивительно, откуда в старой бабе столько сил, чтобы сбросить с себя крупного мужчину и на четвереньках рвануть с этого места. Участковый, увидев, как бабка Шура на всех парах помчалась от деда Федора, сказал:

– У нее же спина больная и ноги не ходят, а бежит на всех парах! О, а теперь за ней этот пень старый побег с ружьем! Черт, с ружьем!!

Напуганный участковый также помчался вслед за стариками. Одна бежала на четвереньках с визгом:

– Убивают!

Другой мчался, шатаясь в пьяном бреду с ружьем, вопя:

– Убью иуду!

А вслед за обезумевшими стариками бежал молодой участковый и кричал:

– Дед Федор, опусти ружье, а то стрелять буду!

Вся деревня пялилась на них, а Александр сидел на траве и не понимал, во что влип на этот раз. Видно, что парень никогда не видел настоящей деревни, а тут попал в самую гущу событий. Я подошла к нему и прошептала:

– Очень больно?

Вдруг он вскочил и помчался за мной. Люди нашей деревни опять раззявили рты на то, как этот идиот бегает за мной вокруг колодца с криками:

– Иди сюда, я сказал! Иди сюда, и узнаешь, каково это, когда тебя собралась бабуля насиловать! Иди сюда, красавица!

Конечно, я не дура, чтобы идти к нему. Ага, размечтался, чтобы я взяла и подошла к этому уже далеко и не красавчику с разбитой мордой. Бабка Шура отлично постаралась, изображая страх. Там, черт ее маму знает, может и реально испугалась. Только этот идиот немного успокоился, а я, дура, расслабилась. Он это заметил, незаметно подкрался, схватил меня за кисть и сказал:

– Как же ты меня нервируешь! Из-за тебя, Настька, одни проблемы! Ты хоть понимаешь, что наделала?

Я выпучила глаза и даже не могла сообразить, чего же я такого натворила. Вроде, ничего смертельного, а у него такая дикая физиономия, а главное – вся синяя. Если быть точной, то фиолетовая даже. Рассмотрев ее еще минуточку, я ответила:

– И чего же я такого сделала?

От моих слов физиономия Саши перекосилась, и он крикнул с такой яростью, что жители деревни вздрогнули:

– Ты что, совсем свихнулась?! Девочка, ты на бабку ведро напялила, а она из-за тебя меня обозвала насильником! Ты, правда, этого не заметила?

Конечно, я все замечала, но ничуточки не жалела о содеянном. Пусть теперь от деда Федора на четвереньках через всю деревню бежит. Она сама меня водой окатила, и ее я не заставляла это делать! Можно подумать, я дуло пистолета у ее виска держала, ужас просто! А этот придурок обиделся и в гневе пошел к своему джипу. А говорит, что честный мент, когда сам ездит на BMB x5. Откуда деньги у простого полковника? Как только он резко рванул с места на своем крутом авто, жители деревни сразу же принялись сочинять новые байки, но только о бабке Шуре и о том, как она насиловала молодого парня на крутой машине. Все сразу же забыли обо мне и даже о том, что я убийца. Как же, однако, быстро все новые сенсации разлетаются по нашей дыре!

Печально, но я даже не знала, как чувствовал себя полковник, а зря. Молодой парень по приезду в город сразу же отправился в ночной клуб, чтобы вылить свой гнев на меня. Второй раз в жизни Саня сорвался, и на этот раз все было серьезнее. Впервые с ним это случилось еще на первом курсе, когда он влюбился в соседку по парте – красивую блондинку, но слишком доступную. Дело едва не дошло до свадьбы, как вдруг он застал ее в постели с его лучшим другом. После этого он впервые ушёл в запой. На этот раз его сердце требовало меня, и нынешняя ситуация требовала наказать меня по всей строгости закона. Саша залпом вливал в себя рюмку за рюмкой с горючей жидкости, пытаясь победить в себе это чувство под странным названием «любовь». Он являлся представителем закона, но почему-то не мог соблюсти его по отношению ко мне. Перед его глазами стояло мое лицо, а на губах вкус моих губ, и только пальцы все так же чувствовали прикосновение к моей коже. Но молодой человек прекрасно знал, что нам не по пути. Его отец, Михаил Валерьевич, ни за что бы не принял в свою семью деревенскую куклу. Он являлся очень влиятельным олигархом и был наделён огромной властью. Михаил Валерьевич растил своего единственного сына точно не для меня, а для более богатой девушки. Такие люди, как он, готовы зачищать всех и вся. Даже не побрезгуют грязными приказами, а потом найдут тебя на свалке с отрезанной головой, и так далее. В общем, вы поняли, о чем я! Отсюда у него крутая машина и дорогая одежда. Александр был не простым женихом. Только за разбитое лицо сына и все проблемы, которые возникнут после этого случая, Михаил будет спрашивать с меня.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.