# Ланч во время путча. Август 1991—1992 гг.

Рифат Гумеров

В юности мы все пили томатный сок из гранёных стаканов за 10 копеек. С солью и с ложечкой… В юности мы все любили Аллу Борисовну Пугачёву. Алла Борисовна пережила всех. И даже нашу юношескую любовь… Книга содержит нецензурную брань.

© Рифат Гумеров, 2018


ISBN 978-5-4493-6476-0

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero


## ПИСЬМО 1

R, здравствуй!


Хочется написать о многом и трудно с чего то начать, потому что впечатлений – огромное количество, начиная с того момента, как мы сели в самолет. Летели мы не двенадцать, а четырнадцать часов, включая двухчасовую дозаправку в Копенгагене. Три раза кормили – два обеда и один завтрак. Показали два фильма без перевода с английского, кучу рекламных роликов и на протяжении всего полета можно было слушать музыкальные каналы, которых не меньше двенадцати. У каждого наушники – бесплатные, как оказалось. Курить можно только в хвосте самолета. Один стюард попросил у Яши «уан рашн сигарэт»… Яша дал ему «Яву», а стюард почему-то подумал, что Яша курит марихуану. Долго кашлял, вытирал слезы, а потом принес нам банку пива и блок жвачек…


В Нью-Йорке мы сидели около двух с половиной часов, а потом еще шесть часов летели до Лос-Анджелеса. В Нью-Йорке сопровождающий нас агент потерял мой билет на самолет за двадцать минут до посадки, а сам ушел. Спасло и выручило меня только маломальское знание английского, но переругалась я здорово. В конце концов, через компьютер мне сделали дубликат билета, и все закончилось благополучно…


Приехали мы домой 11 ноября в 20.30 по лос-анджелесскому времени (разница с Ташкентом – четырнадцать часов). Саша – Яшин брат – снял нам bedroom (по-русски – трехкомнатную квартиру) в West Holliwood! – Западный Голливуд – за 800 долларов в месяц. Это примерно такая квартира, как две или две с половиной квартиры где-нибудь на Юнус-Абаде. На втором этаже двухэтажного дома. с ванной и отдельной душевой и двумя туалетами, т.е. ванна с душем. тазом и раковиной в одной комнате и только душ без ванны с унитазом и раковиной – в другой. Кухня, конечно, расположена в другой стороне квартиры. Под домом паркинг для машин, сбоку дома автостирка и автосушилка – за один доллар простирает и просушит. Короче, жить можно…


Вообще, R, обычно те, кто приезжает в Америку, начинают смаковать здешние прелести и т. д. и т.п., но я не буду этого делать, т. к. это бессмысленное занятие – не хватит ни бумаги, ни сил, ни жизни. Могу только сказать, что для человека из Союза Америка – это страна чудес, притом не только из-за ассортимента товаров, но и по многим другим причинам. Короче, R, приедешь – сам все увидишь…


В плане погоды здесь тоже отлично! Что-то вроде середины нашей весны – все ходят в рубашках и не мерзнут: но если надеть легкий свитер, то тоже не зажаришься – прекрасно себя чувствуешь. Светит солнце, тепло, легкий ветерок – то что надо для хорошего настроения.


Вчера ходили оформлять документы о том, что мы приехали (эта организация – что-то среднее между ЖЭКом, собесам, исполкомом, паспортным столом и т.д.), а в понедельник пойдем в «джуйку» – это контора, которая будет платить нам деньги, а пока их у нас нет. В «джуйке» будем выяснять наши дальнейшие действия, и когда станет что-то ясно, то я буду выяснять, как оформить тебе гостевую и т. д. Здесь есть много газет на русском языке и в них объявления, кто (?) занимается такими делами…


Скоро у нас будет машина, так как без машины тут делать нечего! Когда приедешь, у тебя тоже через пару месяцев будет машина… Сейчас нас иногда возят по магазинам, по городу, чтобы мы имели представление о ценах и остальных вещах. Если переводить с долларов на рубли, получаются страшные деньги, но так смотреть на вещи и продукты нельзя, иначе помрешь с голоду: что дорого и что дешево – надо знать, этому надо учиться, т.к. можно купить одну и ту же вещь за пятьдесят центов в одном месте и за пятьдесят долларов – в другом; все надо знать. Но самое главное – язык. Ты можешь ничего не привозить с собой, никаких вещей, но должен сделать все, чтобы как можно больше и лучше выучить английский. Когда приедешь – поймешь, насколько это важно. Мои ходят целый день и говорят: какие они идиоты, что не уехали раньше. А когда просят меня что-нибудь перевести по телевизору – я начинаю говорить, что там говорят об ипподроме, Тезиковке и Паркентском, а также о гараже, подвале, книгах.


Им ничего не остается, как уйти в другую комнату, а меня берет злость, что я не плюнула тогда на все и не учила язык…


Даст бог, и у нас будет все, что хочешь ты, что хочу я, и, даже больше! Если знаешь язык, то возможности здесь неограниченные, было бы желание!


Сейчас мы все впятером живем в одной квартире, но это временно, т.к. это нарушение, и мы должны будем в ближайшее время разделиться… Все упирается в отсутствие денег и как их сделать быстрее и больше.


В том месте, где мы живем – очень много русских, т.е. из Союза, а рядом на улице почти все магазины принадлежат эмигрантам, причем некоторые из них – из Ташкента. Есть кинотеатры на русском, книги, газеты, театры… Ведущие русские труппы приезжают на гастроли. Сейчас здесь балет Моисеева и другие знаменитости, но реклама длинная, и я не буду ее переписывать…


Ну да ладно. R, тебе, наверное, надоело обо мне читать, сколько можно. То, что ты слышал об Америке – это мизер по сравнению с тем, что ты здесь увидишь! Да и к тому же я тебя люблю – как никто другая!!! Ты это з н а е ш ь!


Если честно, то я скучаю по Ташкенту. И по самсе, и по чимче, и по всему остальному! Страшно скучаю по тебе – тебя мне не хватает, и никто и ничто, кроме тебя – этой нехватки не восполнит…

> R, милый, пиши мне чаще, больше и обо всем! Ну ладно, заканчиваю… Пока. Всем привет! Целую, обнимаю и люблю! Твоя Анжела… 14.11.91 г.

Р. 5. Поздно не гуляй! И не ходи голодный! Обещаешь?!

## ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ…

…что R сидел на осеннем пригорке. У арыка. Черными пронзительными очами взирая на последнюю пляску злых осенних комаров, беззвучно барражирующих – на бреющем, как вертолеты. R хлопал их свернутой газетой «СПИД-Инфо», и на газету брызгали капли его же крови из комаров-вампиров-камикадзе – разбитых вдребезги, как Квантунская армия, разбитых вдребезги до их комариных мозгов…


– спидоносцы сраные… И не надо кричать на меня. Что можно решить на крике – разве что поссориться и вцепиться друг другу в глотки? Я разве виноват, что все герои у этого автора расползаются во все стороны, как тараканы…


…что R много писал. А все, что писал R, – он писал об одном и том же. Только другими (большими) буквами:

## КАК СТАТЬ СЧАСТЛИВЫМ?

…однажды Жан-Жак Руссо сказал, что для счастья нужны: хороший банковский счет, хороший повар и хороший желудок.


К банку у R свой счет… Что лучше – лицо R на стодолларовой банкноте или стодолларовая банкнота на лице R?


Его улыбка – на миллион долларов. А молчание – золото… Это R из СССР или Г из СНГ? Но R молчит, улыбаясь, – поблескивая своим золотым зубом…

## ПОТОМУ ЧТО…

…нет ничего ужасней – если фильм ужасов рассказывает заика. Да еще с похмелья…


А что такое фильм ужасов по-голливудски? Они там, бедные, кушают каждый день клубничку со сливками, и им требуется почесать себе нервы. А если бы R снимал фильм – он снимал бы только женщин. Только красивых. Только без слов. И ни надо никаких сюжетов-мюжетов. Только женщины, музыка и немного драпировки…

## НОЧЬ КОНСЕНСУСА

Они договорились жить в дальнейшем супружеской жизнью. И эта ночь, когда они договорились, – была названа ночью консенсуса…


А до того она попросила его помочь донести ей авоську до девятого этажа – сломался лифт. Почему не помочь молодой красивой женщине? И он помог. Она пригласила его выпить чашечку кофе. Они выпили кофе, потом кофе с коньяком, а потом коньяк с кофе. Почему не выпить ему с молодой красивой женщиной – да еще когда угощают? Потом она рассказала ему, как ей одиноко – и он остался у нее ночевать. Почему не разделить ему одиночество молодой красивой женщины? Потом он стал заходить к ней. Потом она сказала ему:


– я беременна…


…и они договорились жить в дальнейшем супружеской жизнью. И он даже думать перестал о том, чтобы найти себя, – он должен был найти хотя бы завтрак… для своих детей…


А ночь, когда они договорились, – была названа ночью консенсуса…


ВЫВОД:


…не помогайте молодым красивым женщинам тащить авоськи до девятого этажа – даже если сломался лифт…

## ПОТОМУ ЧТО…

…как любит говорить R:


– мой старик отец, прежде чем покинуть этот говеный мир, учил меня:


– никогда не бегай за автобусами и женщинами – все равно не догонишь…

## ПОТОМУ ЧТО…

…R понял, что он и есть R, ощутил это, почувствовал (х…й в жопе чувствуют, —

орал ему старшина в доблестных рядах новобранцев, изучающих курс молодого бойца), догадался, догнал, врубился, оказывается…

## ОКАЗЫВАЕТСЯ…

Умер Сальвадор Дали. Наступила эпоха Вырождения…

## ИТАК…

…R сидел на осеннем пригорке у говорливой воды. Черными пронзительными очами взирая на опадающие желтые листья. Черный взгляд на желтых листьях – цвета тигровой осы – беспокойной мысли… R искал логику в своих минувших днях и не мог найти…


Кому мог раскрыть свою боль долготерпеливый R? Кому мог раскрыть свои объятия? Свои секреты и тайные грехи, нажитые им по жизни?..


Журчащий арык, словно тысячелетний мудрый странник, что-то тихо бормотал о своем. R сидел на корточках, покачиваясь, охватив руками свою коротко остриженную голову и закрыв свои рысьи глаза…


Что такое жизнь R? Бродя по жизни, словно серебристый паучок на серебристой паутинке, он искал свою серебристую паучиху с черным крестом на спине – как и все пауки, не ведая о своем конце…


Не может быть, что его судьба ограничится лишь созданием никому не нужных стихов и раскрытием своих тайн кому-либо…


Не умея объяснить словами – он понимал древнюю мелодию журчащего арыка, уносящего в небытие упавшие листья…


Эта же дорога предстоит R… Чем арык Салар отличается от Леты или Стикса? Богоподобный Дант уже описал все круги этой дороги. Идя по миру, нарезая круги – R тоже мог описать весь свой путь в стихах – но разве очистится мир благодаря стихам? Даже написанным болью?..

## Потому что жизнь – «БЫТИЕ»…

А следующая книга —

## «ИСХОД»

…Все смешалось в доме Обломских…


Пол Анжелы оказался потолком R. По его телу, которое она так любила, телу тридцатилетнего, не совсем трезвого человека – бегали наперегонки мурашки… R валялся на диване, ковырялся в мозгах, одурманенных тоской и алкоголем, и мечтал поехать в Америку: как R (адищев)…


…я куплю себе лошадку и поеду в Америку:


…цок-цок, цок-цок… цок-цок… цок-цок… цццоооккк… цок-цок, цок-цок, цок-цок… – и так весь роман:


…цок-цок, цок-цок… цок-цок… и вот я приехал в Америку… Я – американский пионер R (адищев)…


А разве пионеры пьют водку?


R – пьяный – мечтал влиться в любой коллектив, в любую компанию… Одинокому человеку не надо ничего забывать, хотя бы для того, чтобы помнить…


– не оставляй мне заSOS!!! — на груди пламенеющий, багровый, словно августовский закат в далекой Калифорнии… – просила она…


заSOS – он не оставлял. Прикосновения к ней – словно прикосновения к воде. Такие же следы на зеркальной поверхности…