Экономические и социальные проблемы России. Старение населения: Социально-экономические последствия. Сборник научных трудов. 2013 № 2

Введение

Старение населения представляет собой острую проблему для большинства развитых стран. С изменением демографических моделей воспроизводства, снижением смертности и рождаемости, ростом продолжительности жизни, доля пожилых лиц в общей структуре постоянно увеличивается. Это обстоятельство приводит к резкому увеличению социальных расходов на пенсионное обеспечение и здравоохранение. Данный сборник научных трудов представляет собой попытку сделать обзор литературы по различным аспектам проблемы старения населения и его последствий для экономики и общества России, стран Европейского союза и США.

Приведем ряд фактов для иллюстрации остроты проблемы старения населения в мире. Согласно международным критериям, население считается старым, если доля людей в возрасте 65 лет и более превышает 7%. По состоянию на 1 января 2012 г. 12,8% жителей России относятся к этой группе. К началу 2021 г. доля лиц старше трудоспособного возраста в общей численности населения страны возрастет до 27%. К 2025 же году в мире доля лиц старше 60 лет составит 27%, при этом, в Африке таких людей будет лишь 10%, Азии ‒ 26%, Латинской Америке ‒ 25%, Северной Америке ‒ 48%, и наиболее тяжелое положение с возрастной структурой в Европе, где люди старше 60 лет будут составлять более половины населения (55%).

Последствия увеличения абсолютного и относительного числа пожилых людей в структуре населения крайне серьезны. Данные Федерального казначейства об исполнении консолидированного бюджета Российской Федерации показывают, что основные «возрастные» расходы российской бюджетной системы составили в 2011 г. 8869 млрд. руб., или 16,3% ВВП, в том числе пенсионное обеспечение – 4704 млрд. руб., или 8,7% ВВП, здравоохранение – 1933 млрд., или 3,6%.

В зарубежных странах результаты старения населения также не замедлили проявиться. Вскоре в развитых государствах возникнет необходимость увеличения зависящих от возраста бюджетных расходов на 6,1 проц. пункта ВВП (до 24,9% ВВП). СФРЭ потребуется увеличить финансирование по этим статьям на 4,6 проц. пункта (до 16,8% ВВП), в том числе с 2010 по 2050 г. По оценкам экспертов, для поддержания социальной стабильности России придется увеличить расходы на пенсионное обеспечение – с 8,1% до 14,9% ВВП, а рост расходов на здравоохранение – с 3,5% до 6,% ВВП.

Г.В. Семеко в статье «Старение населения в России и его последствия» рассматривает проблему изменения возрастной структуры жителей нашей страны в сравнительной перспективе, оценивая результаты этого процесса для бюджетной политики России. В работе делается обзор предложений различных экономистов, направленных на адаптацию экономической политики в целом и фискальной, в частности, к ранееуказанным демографическим сдвигам. Е.А. Пехтерева в обзоре «Пенсионная реформа в России» детально разбирает последние предложения российского правительства, направленные на реформирование системы пенсионного обеспечения, принятие всего пакета поправок в пенсионное законодательство ожидается в осеннюю сессию 2013 г. Государственной думы РФ. М.А. Положихина, Л.А. Дартау в статье «Совершенствование медико-социального обслуживания лиц пожилого возраста в России» представили положение дел со сферой услуг для пенсионеров, указали на проблемные места и выдвинули ряд предложений по изменению «идеологии» старения в нашей стране. А.А. Щегорцов в обзоре «Стратегия долголетия: перспективы и последствия» отметил основные подходы к решению проблемы старения населения в разных странах, сделав особый акцент на положении пенсионеров в Москве. О.Н. Пряжникова в статье «Старение населения Европы. Вызовы и перспективы» анализирует литературу по положению «лиц третьего» возраста в ЕС, где, как отмечалось ранее, проблема с увеличением доли пожилых людей стоит наиболее остро. С.С. Костяев в обзоре «Старение населения и система здравоохранения в США» дает характеристику государственным программам, обеспечивающим медицинское и социальное обслуживание пенсионеров и их функционированию накануне вступления в силу основных положений реформы здравоохранения Барака Обамы.

Таким образом, уменьшение доли населения трудоспособного возраста может привести и к существенному росту социальных расходов в процентах к ВВП вследствие роста демографической нагрузки на одного трудоспособного человека. В свою очередь, рост демографической нагрузки может обернуться ростом налоговой нагрузки и стать фактором бюджетно-финансовой дестабилизации, что может привести к замедлению темпов экономического роста.

Как следует из ранее приведенных данных, старение населения представляет собой наиболее насущную проблему для Европы, чуть лучше дела обстоят в США и Канаде. Азия, Латинская Америка и Африка, за исключением нескольких стран, в силу своей отсталости еще не перешли на характерный для высокоразвитых стран тип демографического развития, отличающийся низкой смертностью и рождаемостью. Одни развитые страны разрабатывают программы «активной старости», целью которых является стремление продлить трудовую деятельность лиц пожилого возраста, сделать их вклад в общественную жизнь более полным. Другие (США) делают попытки реформировать иммиграционную политику, которая, по гамбургскому счету, является единственным реалистичным способом решения проблемы старения населения, что, в свою очередь, создает другие проблемы адаптации мигрантов из других культурных сред и религиозных традиций.

Старение населения в России и его последствия

Г.В. Семеко

Общемировые демографические тенденции отчетливо проявляются в России. Современная Россия, как и все другие страны мира, отличается высокой долей населения старше трудоспособного возраста, причем рост удельного веса старшей возрастной группы (пожилого населения) ускоряется. В настоящее время доля пожилого населения в России близка к показателю наиболее развитых стран и существенно выше, чем в среднеразвитых (тем более в менее развитых). Россия близка к развитым странам и с точки зрения динамики удельного веса пожилого населения [Кудрин А., Гурвич Е., 2012, с. 54]. Согласно докладу Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ), опубликованному в начале 2013 г., по средней продолжительности жизни в целом, наша страна заняла предпоследнее место среди 46 европейских и среднеазиатских стран после Киргизии [Белый М., 2013]. Средняя продолжительность жизни российских мужчин составляет 62,8 года, и это самый низкий показатель. Дольше всех среди мужчин живут израильтяне (в среднем 80,1 года), за ними следуют англичане (78,4 года). Самая высокая продолжительность жизни среди женщин зафиксирована в Испании (85 лет). Второе место заняли француженки (84,8 года). Меньше всех живут гражданки Киргизии (73 года), россиянки – на год дольше их. Экономический рост последнего десятилетия практически не привел к росту продолжительности жизни в нашей стране. По оценкам экспертов ВОЗ, россиян губит не только пьянство, курение и неспортивность, но и плохое настроение, неуверенность в завтрашнем дне и боязнь старости, которая в сознании большинства ассоциируется с нищетой.

Особенности старения населения России

Согласно международным критериям население считается старым, если доля людей в возрасте 65 лет и более во всем населении превышает 7%. В настоящее время (по состоянию на 1 января 2012 г.) почти каждый восьмой россиянин (18 276 тыс. человек, т.е. 12,8% жителей страны) находится в возрасте 65 лет и более (рассчитано по [Росстат. Распределение численности…]).

Для большинства европейских стран характерно непрерывное ежегодное снижение смертности во всех возрастах, что и дает прирост продолжительности жизни. В России, в отличие от этого, на протяжении последних 20 лет у мужчин в возрасте от 25 до 75 лет, а у женщин в возрасте от 20 до 65 лет возрастные коэффициенты смертности не только не снижались, но во многих случаях росли. Из-за неспособности преодолеть затяжной кризис смертности Россия несет огромные людские потери. Неблагополучие со смертностью в России нельзя объяснить какой-либо одной причиной, действует много неблагоприятных факторов, в их числе высокий уровень преждевременной смертности, во многом обусловленный неспособностью установить эффективный контроль над некоторыми ключевыми причинами смерти, такими как болезни системы кровообращения и внешние причины (самоубийства, убийства, несчастные случаи и т.п.).

Возрастно-половая структура населения России сформировалась под влиянием двух групп факторов [Денисенко М., 2012, с. 158]. Первая группа связана с закономерным снижением рождаемости и смертности в процессе демографического перехода. По сравнению с 1897 г. основание демографической пирамиды России заметно сузилось, что является прямым результатом снижения рождаемости. В 2012 г. рождалось меньше детей, чем в 1897-м, хотя численность населения в конце XIX века (население страны было тогда преимущественно детским) была в 1,5 раза меньше, чем сейчас. Доля детей до 15 лет приближалась к 40%, в то время как в 2012 г. равнялась 15,5% (рассчитано по [Росстат. Распределение численности…]).

В области старения населения в Российской Федерации в настоящее время характерны следующие тенденции.

1. Увеличение численности жителей в возрасте старше трудоспособного, что ведет к значительным деформациям возрастной пирамиды населения России. По состоянию на 1 января 2012 г. в России насчитывалось 32 433 тыс. человек старше трудоспособного возраста (женщины старше 55 лет, мужчины старше 60 лет) против 27 621 тыс. в 1990 г. Численность жителей в трудоспособном возрасте уменьшилась с 90 157 тыс. человек в 2006 г. до 87 055 тыс. человек в 2012 г., т.е. на 3,56% (рассчитано по [Росстат. Распределение численности…]).

По прогнозам численность младшей возрастной группы останется практически неизменной, а численность старшей (более 60 лет) в ближайшие 50 лет будет расти при снижении численности населения трудоспособного возраста. Между 2050 и 2060 г. численность старшей группы достигнет максимума – 39 млн. человек, а группы в трудоспособном возрасте, напротив, минимума – 64 млн. [Кудрин А., Гурвич Е., 2012, с. 54].

2. Увеличение удельного веса населения в возрасте старше трудоспособного в населении страны. Доля тех, кто старше 60 лет, выросла с 6,5% в конце XIX в. до 8,6% в 1939 г. и до 21,5% в 2002 г. [Андреев Е., Вишневский А.]. Численность пенсионеров по старости (по состоянию на 1 января 2012 г.) достигла 22,67% населения (рассчитано по [Росстат. Распределение численности…]).

3. Сохранение гендерной диспропорции в населении старше трудоспособного возраста. Процесс демографического старения населения в гораздо большей степени характерен для женщин. В структуре населения в возрасте 65 лет и старше женщины составляют более двух третей (68,58%) (рассчитано по [Росстат. Распределение численности…]). В 2011 г. на 1000 мужчин в возрасте 60 лет и старше приходилось 1909 женщин, в том числе в городской местности – 1935 женщин, в сельской местности – 1839 женщин [Самарина О.В., 2012, c. 12].

4. Неравномерность протекания процесса старения населения по территории страны. Особенно выражен процесс старения населения в европейской части России, где доля лиц пенсионного возраста превышает 23%. Большая часть пожилых людей проживает в городах. В тоже время среди сельского населения их доля составляет почти 23%, что на 2,9 процентных пункта превышает аналогичный показатель для населения городов [Роик В.Д., доклад, 2009, с. 8]. Перевес людей старшего возраста имеет место в 62 субъектах Российской Федерации, наибольший: в Тульской области и г. Санкт-Петербурге – в 2 раза, Рязанской и Воронежской областях – в 1,9 раза, Тамбовской, Ленинградской, Ивановской, Пензенской, Псковской, Ярославской областях, г. Москве – в 1,8 раза.

5. Рост продолжительности жизни всего населения – с 67,51 года в 2007 г. до 70,3 года в 2011 г. и сохранение, хотя и сокращающееся, разрыва в продолжительности жизни мужчин и женщин (продолжительность жизни женщин в 2007 г. составила 73,90 года, в 2011 г. – 76,14 года, а мужчин, соответственно, 61,4 года и 64,32 года) [Самарина О.В., 2012, c. 12].

6. Рост показателя демографической нагрузки, который достиг в 2012 г. 643 человек на 1000 трудоспособного населения против 590 человек в 2009 г. и 589 человек в 2006 г. (рассчитано по [Рос-стат. Распределение численности…]). В настоящее время Россия вступила в длительный период, который будет продолжаться до середины XXI в., когда эта пропорция будет ухудшаться. За ближайшие 40 лет коэффициент демографической нагрузки увеличится в 2,3 раза [Гурвич Е.Т., 2012, с. 178].

По прогнозам Росстата, в предстоящем десятилетии перечисленные выше тенденции, характеризующие старение населения в Российской Федерации, сохранятся. По высокому варианту прогноза Росстата к началу 2021 г. доля лиц старше трудоспособного возраста в общей численности населения страны возрастет до 27,0%, а их численность достигнет 39,4 млн. человек. В 2020 г. ожидаемая продолжительность жизни составит для всего населения 75,7 года, в том числе у мужчин – 70,6 года, у женщин – 81,0 года [Самарина О.В., 2012, c. 12–13].

В перспективе проблема старения населения России станет еще более острой. Так, согласно официальному демографическому прогнозу в 2030 г. доля населения в возрасте 65 лет и более возрастет до 18% (по наиболее оптимистическому варианту роста общей численности жителей России) и до 19,4% (при пессимистическом варианте) [Гонтмахер Е., 2012, с. 22].

По расчетам экспертов рейтингового агентства «Standard & Poor’s», численность пожилых людей в России достигнет в 2030 г. 29% населения, а в 2050 г.–39% [Global aging, 2010, с. 31]. По этому показателю в 2050 г. Россия, по прогнозу, будет примерно на равных с такими развитыми странами, как США (35,0%), Великобритания (39,4), Австрия (39,0), Канада (42,0), Бельгия (42,5%). Более высокая доля пожилого населения прогнозируется в 2050 г. в Германии (58,1%), Греции (50,1), Италии (56,3), Южной Корее (61,0), Испании (56,9), Швейцарии (56,0%) [Global aging, 2010, с. 29–31].

Такая тенденция связана с несколькими общемировыми факторами, которые характерны (в той или иной степени) и для России, указывает Е. Гонтмахер:

– снижение уровня рождаемости до величин, недостаточных для обеспечения положительного естественного прироста населения;

– улучшение у значительной части населения условий жизни, что увеличивает среднюю продолжительность ожидаемой жизни;

– успехи медицины, которая использует все более совершенные лекарства и процедуры;

– выдвижение на первый план индивидуальной ценности здорового образа жизни.

Главная причина старения в России – снижение рождаемости. Напротив, высокая смертность замедляет старение, так как многие не доживают до старости или живут в преклонном возрасте меньше, чем в других странах. В странах, добивающихся значительных успехов в увеличении средней продолжительности жизни, растет доля «самых старых» (самый верхний сегмент возрастной пирамиды); здесь в условиях низкой рождаемости население стареет в результате увеличения средней продолжительности жизни и снижения смертности в старших возрастах благодаря достижениям медицины.

Рождаемость. Снижение рождаемости наблюдается в России давно. При этом положение России не является исключительным. В последнем десятилетии ХХ в. суммарный коэффициент рождаемости упал до уровня ниже 1,4 во многих странах, что связано с логикой демографического перехода. По этому показателю Россия была близка к таким разным странам Центральной, Восточной и Южной Европы, как Болгария, Латвия, Чехия, Испания, Словения, Греция, лишь немного (в меньшую сторону) отличалась от Швейцарии, Канады, многих других вполне благополучных или бурно развивающихся в экономическом отношении стран мира. Такой же уровень рождаемости, как и в России, был в Японии, где, как и в России, демографический переход от высокой рождаемости к низкой начался несколько позднее, чем в Западной Европе.

По уровню рождаемости и его динамике Россия почти не отличается от стран Восточной Европы и новых независимых государств, образовавшихся на европейском пространстве бывшего СССР. Эти страны также вступили в период демографического перехода, происходит их сближение с ведущими странами Запада по основным демографическим процессам. Такое сближение с Западом представляется совершенно естественным в силу большого сходства таких ключевых для демографического поведения факторов, как степень урбанизации и образ жизни в городах, уровень образования населения, изменившееся положение женщины в обществе и семье, требования, предъявляемые к подрастающим поколениям, растущая автономия молодежи и пожилых от семейного ядра и т.п. Продолжающиеся социально-экономические изменения еще больше усиливают сходство России с Западом, а тем самым и действие факторов, предопределяющих конвергентное демографическое развитие.

Чтобы население не убывало при современном режиме смертности, рождаемость должна поддерживаться на уровне не ниже 2,1 ребенка на 1 женщину. Согласно принятой среди экспертов классификации, к низким относятся значения суммарного коэффициента рождаемости (число детей в расчете на 1 женщину) в пределах 1,8–2,2, к очень низким – 1,5–1,7, к сверхнизким – 1,4 ребенка и ниже [Захаров C., 2012, с. 16].

В России суммарный коэффициент рождаемости постоянно снижался с начала 1960-х годов, когда он равнялся 2,54. Самого низкого уровня данный показатель достиг в 1995 г. (1,377), а затем начал повышаться и составил в 2011 г. 1,582 ребенка на 1 женщину [Росстат. Суммарный коэффициент рождаемости]. По принятой международной классификации суммарный коэффициент рождаемости в России с 1995 по 2006 г. был сверхнизким, с 2007 г. – очень низким.

С начала 1990-х годов к объективным демографическим причинам снижения рождаемости в России добавилась конъюнктурная составляющая (экономические и политические неурядицы, болезненные реформы и т.д.), что вызвало нарушение регулярности эволюционного демографического процесса и значительные колебания числа рождений. За 20 лет (1991–2010) в России родилось 29,3 млн. детей – на треть (или на 15 млн.) меньше, чем за предыдущие два десятилетия [Вишневский А., 2012, с. 7]. Следует отметить, что число рождений сильно зависит от численности родившихся ранее поколений. В целом колебания численности поколений детей повторяют колебания численности поколений их родителей. Начиная с поколений, родившихся в середине ХХ в., соотношение численности родительских и детских поколений (условно разделенных периодом в 26 лет) приобрело определенную устойчивость: поколения родителей воспроизводились в поколениях детей примерно на 70–75%, что отражало общую тенденцию к снижению рождаемости. В настоящее время соотношение «дети–родители» практически не меняется (в 2010 г. оно составило 74%) [Вишневский А., 2012, с. 8]. Несмотря на это в последнее время усилиями, главным образом, политиков и специалистов-недемографов широко распространилась точка зрения о «необыкновенном росте» рождаемости в России, в особенности с 2007 г., когда государством были приняты специальные меры по материальному стимулированию рождаемости [Росстат. Рождаемость, смертность и естественный прирост населения].

На первый взгляд, есть все основания говорить о ее позитивной динамике в «нулевые» годы, отмечает С. Захаров, заместитель директора Института демографии НИУ ГУ-ВШЭ. В 2000–2009 гг. (исключение – 2005 г.) число рождений в России увеличивалось. По сравнению с минимальным показателем, достигнутым в 1999 г., – 1214,7 тыс., число живорождений в 2010 г. (без учета Чеченской республики) увеличилось более чем внушительно – на 537,8 тыс., или на 44%. В 2007 г. прирост рождений был наиболее значительным – 8,7%. Однако в 2008, в 2009 и 2010 годах темпы прироста быстро падали – соответственно 6,4%, 2,8, 1,5% [Захаров C., 2012, с. 1]. Данные за 2011 г. свидетельствуют, что рост числа рождений в России завершился: число рождений не отличается существенно от предыдущего года (1 796 629 против 1 788 948 в 2010 г.) [Рос-стат. Рождаемость, смертность и естественный прирост населения].

Увеличению числа рождений на протяжении последнего десятилетия способствовала благоприятная возрастная структура населения – число женщин основного детородного возраста (до 35 лет) находилось в фазе роста. Однако, как свидетельствуют расчеты, положительное влияние фактора структуры исчерпало себя. В 2010 г. роль возрастной структуры в изменении числа рождений стала отрицательной, сократился прирост числа рождений. Негативные структурные сдвиги будут играть отрицательную роль в динамике числа рождений не менее двух десятилетий, считает С. Захаров [Захаров C., 2012, с. 1].

Продолжительность жизни. Наиболее сильное влияние на удельный вес пожилого населения оказывает увеличение продолжительности жизни.

За период с 1950 по 2010 г. средняя длительность жизни в мире увеличилась более чем на 20 лет (почти в 1,5 раза) [Кудрин А., Гурвич Е., 2012, с. 60]. В отличие от других стран, Россия в последние полвека «топталась на месте»: продолжительность жизни увеличилась лишь на три года. Если в середине ХХ в. мы были близки к наиболее развитым странам и по значению этого показателя, и по темпам его роста, то уже во второй половине 1960-х годов продолжительность жизни перестала расти. На рубеже столетий Россия сравнялась по этому показателю со среднеразвитыми странами.

Сопоставление показателя ожидаемой продолжительности жизни в России с показателями большинства развитых стран говорит о том, что ситуация со смертностью в России не может считаться благополучной. В 2011 г. соответствующий показатель равнялся 70 годам против 84 лет в Японии, 83 в Швейцарии, 82 в Израиле, 82 в Испании, Италии, Франции и Швеции, 81 год в Австрии, Германии, Нидерландах и Норвегии и т.д. [Вишневский А., 2012, с. 18]. Разрыв между Россией и многими европейскими и другими развитыми странами сейчас бо́льший, чем он был в начале ХХ в.

Россия вступила в постсоветский период своей истории с очень низкой продолжительностью жизни. Это стало результатом кризиса смертности, который развивался в СССР с середины 1960-х годов и был одной из наиболее характерных черт «эпохи застоя», считает Вишневский [Вишневский А., 2012]. В период «перестройки» (вторая половина 1980-х годов) наблюдалось некоторое улучшение показателей смертности, именно тогда был достигнут исторический максимум ожидаемой продолжительности жизни советского периода – 70,13 лет в 1987 г. (для обоих полов), в том числе для мужчин в 1987 г. 64,83 года и для женщин в 1989 г. 74,5 года [Вишневский А., 2012, с. 17]. В 1990 г. все эти показатели были уже ниже достигнутого максимума. Хотя они оставались относительно неплохими на фоне провальных 1970-х годов и первой половины 1980-х годов, но по мировым стандартам того времени являлись весьма низкими.

В последующие два десятилетия борьба за снижение смертности велась с переменным успехом. Некоторые скромные успехи наблюдались в 2004–2011 гг. В частности, в 2009–2011 гг. удалось немного превысить прежний максимум ожидаемой продолжительности жизни у женщин, достигнутый в 1989 г. У мужчин до сих пор не достигнут максимум 1987 г., а потому не был превышен исторический максимум для обоих полов, зафиксированный в 1987 г. [Вишневский А., 2012, с. 17].

Хотя в начале 2012 г. российский президент В. Путин заявил, что средняя продолжительность жизни в России для обоих полов превысила 70 лет, по данным Росстат, опубликованным в начале 2013 г., ожидаемая средняя продолжительность жизни при рождении в России в 2012 г. составила 69,70 года [Лялякина А., 2013]. Таким образом, по предварительным данным статистического ведомства, в минувшем году этот демографический показатель пошел на убыль впервые с 2003 г. В течение десятилетия ожидаемая продолжительность прибавляла от 0,06 до 1,32 пункта в год и выросла с 64,84 в 2003 г. до 69,83 года в 2011 г. В прошлом году был зафиксирован небольшой спад, и эксперты-демографы считают, что он обозначил тенденцию падения ожидаемой продолжительности жизни при рождении.

Российские власти ставят задачу увеличить продолжительность жизни населения до уровня развитых стран. В частности, Министерство здравоохранения и социального развития страны планирует увеличение ожидаемой продолжительности жизни к 2015 году до 70 лет, к 2025 году – до 75 лет [Демографическая политика Российской Федерации на период до 2025 года].

Согласно прогнозам, в обозримой перспективе показатель ожидаемой продолжительности жизни в России будет повышаться такими же темпами, как и для населения мира в целом и среднеразвитых стран. К середине XXI в. продолжительность жизни в России вырастет до 75 лет, к концу века достигнет 82 лет [Кудрин А., Гурвич Е., 2012, с. 60].

Отношение российского общества и российской власти к проблемам охраны здоровья и снижения смертности остается крайне неудовлетворительным. С 2000 по 2009 г. доля совокупных затрат на охрану здоровья из всех источников повысилась с 3,7% до 6%, а в 2010 г. снова снизилась до 5,5% [Вишневский А., 2012, с. 28]. Но и 6% от ВВП в России с ее накопившимися проблемами в области охраны здоровья – ничтожная величина, считает А. Вишневский. Учитывая, что и сам ВВП в России в расчете на душу населения в абсолютном выражении не особенно высок, низкая доля затрат на здравоохранение в ВВП означает, что реально на охрану здоровья и борьбу за снижение смертности направляются совершенно недостаточные ресурсы. В 2010 г. затраты на охрану здоровья, включая расходы консолидированного бюджета, платные медицинские услуги и расходы населения на приобретение фармацевтических, медицинских и ортопедических товаров, составили в расчете на душу населения 17,3 тыс. руб. (порядка 800 долл.). Если сравнить эту величину с соответствующими затратами в странах с низкой смертностью, то очевидно многолетнее недофинансирование сферы здравоохранения. Так, душевые затраты на здравоохранение из всех источников (по паритету покупательной способности) равнялись в 2009 г. в США – 7960 долл., Норвегии – 5352, Швейцарии – 5144, Канаде – 4363, Германии – 4218, Франции – 3978, Великобритании – 3487, Италии – 3137, Японии – 2878 долл. [Вишневский А., 2012, с. 29].

Последствия старения населения России

Последствия старения населения многообразны и охватывают как экономические, так и социальные аспекты: повышение расходов общества на поддержку пожилого населения, изменения условий жизни и структуры семьи, а также отношений между поколениями.

Предстоящие демографические изменения неизбежно будут иметь многочисленные социальные и экономические последствия. Среди них можно выделить следующие [Кудрин А., Гурвич Е., 2012].

1. Смещение структуры спроса из-за изменения возрастной структуры населения. Это коснется спроса на рыночные товары и услуги, но – что важнее, – и спроса на услуги, обеспечиваемые государством. С повышением возраста увеличивается потребность в услугах здравоохранения, а наиболее пожилым часто требуется дополнительная социальная опека. В то же время снижение рождаемости приводит к уменьшению числа учащихся средней школы.

2. Изменение объема и структуры сбережений. Поскольку периоды формирования и использования сбережений чередуются, сдвиги в возрастной структуре населения существенно влияют на их динамику. Отметим, что сокращение удельного веса младших групп снижает нагрузку на работающее население, а рост численности старших групп создает дополнительную нагрузку на государственные финансы, увеличивая потребность в трансфертах из бюджета. Как следствие, изменяются спрос на финансовые активы и их стоимость, а также рыночные процентные ставки.

3. Снижение предложения труда из-за старения населения. В России изменение численности населения при неизменных показателях трудовой активности приведет к сокращению численности экономически активного населения на 20 млн. человек. При той же производительности труда это замедляет рост душевого ВВП, а следовательно, и повышение уровня жизни.

4. Существенное изменение потоков финансовых ресурсов и обязательств между поколениями. «Легкий» способ решения бюджетных проблем, обусловленных демографическими тенденциями, состоит в наращивании государственного долга. Другой канал нарушения баланса межпоколенческих отношений связан с изменением соотношения между численностью работников и пенсионеров в условиях распределительной пенсионной системы.

5. Значительное увеличение потребности в бюджетных ресурсах вследствие роста доли пожилого населения. В настоящее время общепризнано, что старение населения представляет главную долгосрочную угрозу бюджетной стабильности практически во всех странах. Величина ожидаемых сдвигов в возрастной структуре населения в сочетании с повышенными расходами для пожилых определяют масштабность необходимых дополнительных расходов.

Старение населения в Российской Федерации, указывает О.В. Самарина, директор департамента демографической политики и социальной защиты населения Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации, порождает необходимость привлечения во все более возрастающих масштабах значительных финансовых, материальных и трудовых ресурсов для реализации целей государственной политики в отношении пожилых людей, обеспечения достойного уровня и качества их жизни путем материального обеспечения; медицинской помощи и лекарственного обеспечения; социального обслуживания; обеспечения доступности среды жизнедеятельности, в том числе образовательных, социально-культурных и досуговых услуг; содействия занятости [Самарина О.В., 2012].

Влияние старения населения на бюджетные показатели обусловлено тем, что существенная часть расходов либо имеет четкую адресную направленность, определяемую возрастом, либо меняется в зависимости от возрастной группы. Расходы на детские пособия и школьное образование ограничены возрастом до 17 лет, а выплата пенсий, напротив, проводится после достижения установленного законом возраста. Право на получение бесплатного лечения может не зависеть от возраста, однако фактически государство тратит на лечение пожилых граждан заметно больше, чем молодых.

Начало глубокому анализу влияния старения населения в целом на бюджетные расходы положило исследование ОЭСР в 2001 г. [Dang T., Antolin P., Oxley H., 2001]. Расчеты показали, что в среднем по странам ОЭСР расходы, связанные с возрастом, составляли более 21% ВВП (половину всех государственных расходов). Основная их доля (15% ВВП, или 35% всех государственных расходов) предназначалась старшим группам населения. Самое крупное направление «возрастных» расходов составляли пенсии (9% ВВП), на долю здравоохранения приходилось 6% ВВП [Dang T., Antolin P., Oxley H., 2001, с. 25].

Существенное преобладание расходов на старших граждан по сравнению с расходами на молодых типично для большинства стран. Так, в США, по расчетам Д. Уэйла, почти 60% всех расходов можно «привязать» к определенным возрастным группам. При этом бюджетные расходы на пожилого жителя в 8 раз превышают расходы на гражданина трудоспособного возраста и в 25 раз – расходы на ребенка [Weil D.N., 2006, с. 9].

Сходные результаты показали два недавних исследования, проведенные Евростатом и рейтинговым агентством «Standard & Poor’s». В исследовании Евростата суммарные расходы с выраженной ориентацией на определенные возрастные группы были оценены в среднем по странам ЕС на уровне 23% ВВП [The 2009 Ageing report: Economic and budgetary projections, 2009, c. 26]. За вычетом дополнительно включенных расходов на социальную опеку и пособия по безработице результат полностью совпадает с ранее сделанной оценкой для стран ОЭСР. Отметим существенные различия между «возрастными» расходами для развитых стран (более 26% ВВП) и стран с формирующейся рыночной экономикой (17% ВВП) [The 2009 Ageing report: Economic and budgetary projections, 2009, c. 26].

Исследования агентства «Standard & Poor’s» отличаются более широкой выборкой: в него включены не только все крупные развитые страны, но и практически все страны с формирующейся рыночной экономикой (СФРЭ) (всего 50 стран), в частности все представители группы БРИКС [Mrsnik M., Beers D.T., Morozov I., 2010; Global aging 2013: Rising to the challenge, 2013]. Агрегированные оценки показывают существенные количественные различия между рассматриваемыми группами стран при качественно сходной ситуации (правда, здесь не учитывались расходы на образование).

В целом, бюджетные расходы на поддержку старших возрастных категорий населения для СФРЭ в 2010 г. (около 12,2% ВВП) здесь также оказались значительно ниже, чем для развитых стран (более 18,8% ВВП) [Global aging 2013: Rising to the challenge, 2013]. При этом структуры «возрастных» расходов для этих групп стран примерно похожи: 37–39% приходится на долю общественного здравоохранения, примерно 55% – на долю пенсионных выплат [Global aging 2013: Rising to the challenge, 2013].

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.