# Российская провинция глазами очевидца. Мордовия в газетных публикациях 1976—1988 гг.

Шикур Шабаев

НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ.Застой, преддверие краха империи, канун развала СССР – так позже историки назовут эти годы. А большинство людей тогда просто жили: работали, учились, влюблялись, ходили в походы. Автор решил собрать в единый сборник свои газетные публикации того времени, какие смог найти, – и, неожиданно для самого себя, обнаружил, что из пожелтевших строк сложилась своеобразная мозаика ушедшей эпохи.

© Шикур Шабаев, 2018


ISBN 978-5-4493-5529-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

«Заря коммунизма», 30 июня 1976 г.

ФРУКТОВЫЕ НАЗВАНИЯ

Очень интересно путешествовать в поезде. Перед тобой открываются новые долины, горы, озера, реки и многое другое, ранее не известное тебе. После этого как-то больше воспринимаешь красоту и ширь своей Родины.

А если нет возможности ехать в поезде, то можно совершать заочные путешествия, то есть по карте. Именно на ней мы часто встречаем забавные названия.

Фрукты и ягоды наверняка любят все. Поэтому перечислю «фруктовые» и «ягодные» названия. Начнем сначала: есть станция Фруктовая в Московской области и Ягодное в Рязанской. В Целиноградской области – станция Вишневка. Город Клюква есть в Курской области, а в Новогородской – станция Яблоневка.

> А. ШАБАЕВ, ученик 8 класса

====================================================

1 января 1977 года, «Заря коммунизма».

ЗИМА ПРИШЛА

Девочка проснулась и испугалась: в окна лился матовый свет, без труда различались очертания вещей в спальной. «Ой, проспала, – тревожно подумала она, – в школу опоздала».

Подбежала к часам. Старенькие ходики успокаивающе тикали на стене. Стрелки показывали четыре часа. Какая рань и такой свет. Отчего? И спать почему-то не хочется…

Девочка накинула пальто и вышла в сад. Хлопьями валил снег. Снега было очень много; очевидно, он шел всю ночь. Так вот он каков, источник света, вот кто разбудил ее ни свет ни заря!

А это что за копна? Да то – яблоня, полузасыпанная снегом. Укрылась малышка белым покрывалом и тепло ей теперь. А вот большую яблоню не осилил снегопад. Сопротивляется, вон кое-где еще и листочки не сбросила. Не понимает, что всему свое время. Глупая. Девочка тихо рассмеялась.

Вдруг налетел порыв ветра. Зашумел сад, будто глубоко вздохнули деревья. А выдохнули – и закружились над землей их последние листочки. Один из них нежно коснулся щеки девочки. Она хотела его поймать, но где там: закружился он и исчез в матовом водовороте.

Да это же не ветер. Это сама осень отправилась на отдых. И забрала с собой все, что напоминало бы о ней. И листочек – не листочек, то осень прощалась с девочкой.

Ветер стих. Снова валил снег. Стояла тишина. По дороге кто-то прошел. Снег весело заскрипел под ногами.

Зима пришла.

> А. ШАБАЕВ, ученик 9 класса школы N16

==================================================

24 мая 1977 года, «Заря коммунизма».

И НУЖНО-ТО НЕМНОГО

С каждым годом все больше и больше у нас в городе становится скверов и садов. Там можно приятно отдохнуть. Одним из таких зеленых уголков города является сквер у клуба им. Ухтомского. Но предупреждаю: отдохнуть вы там не сможете. Почему? Сидеть там не на чем: нет скамеек. Вы скажете:

– Ну и что же? Можно просто погулять по аллеям.

Однако и тут перед вами будут препятствия. Во-первых, кучи мусора. Учащиеся школы 16 очистили сквер от мусора, смели все в большие кучи. Потом их должны были вывозить на машинах. Но об этом, очевидно, уже забыли взрослые дяди. Если вы решите погулять вечером, то вам, наверняка, будет неприятно встречаться в темноте с качающимися из стороны в сторону фигурами. Пьяницы здесь «соображают на троих».

А ведь можно было бы превратить сквер в любимое место отдыха рузаевцев, живущих вблизи клуба. Нужно немного: провести освещение, заасфальтировать аллеи и поставить скамейки. Можно было бы сделать площадку, устроить качели. Ограду надо перенести до самой дороги, тогда сквер будет просторнее. Вот и все. А сколько будет радости и у детей, и у взрослых!

> А. ШАБАЕВ, учащийся школы N16.

«Заря коммунизма», 13 мая 1978 г.

ПЕРВАЯ УЧИТЕЛЬНИЦА

Заканчивается учебный год. До последнего звонка остались считанные дни. И скоро мы, десятиклассники, начнем новую, самостоятельную жизнь. Но навсегда в наших сердцах останутся родная школа, преподаватели, вложившие много труда в наше воспитание, навсегда останется родным, близким человеком наша первая учительница Анастасия Николаевна Гуренкова.

Десять лет назад пришли мы в первый раз учиться. Все для нас было тогда новым. Анастасия Николаевна помогла узнать школу, стать в ней своим человеком.

Прошло несколько лет, и мы простились с Анастасией Николаевной.

Но и позже, когда мы учились в старших классах, Анастасия Николаевна волновалась за нас, расспрашивала об успехах. И вот прошло десять лет, десять прекрасных лет школьной жизни.

Мне хочется от всего сердца поблагодарить Анастасию Николаевну за все, что она сделала для нас.

> А. ШАБАЕВ, учащийся 10 класса школы N16.

=================================================

«Заря коммунизма», 11 августа 1979 г.

НУЖНА ВЕЛОСЕКЦИЯ

Около двухсот лет назад человек с удивлением обнаружил, что на двух колесах, расположенных одно за другим, можно передвигаться. За свою столь короткую историю велосипед получил широкое распространение во всем мире. Но до сих пор в Рузаевке нет ни одной велосекции.

Чуть ли не в каждой семье можно увидеть одну, а то и две такие машины. Но редко мы увидим в нашем городе велосипедистов-спортсменов.

Усилиями городского комитета физкультуры и спорта секцию велоспорта можно открыть уже в этом году. Пока не требуется многого. Надо подыскать небольшое помещение. Впрочем, для осени и зимы даже и помещения не требуется. Заниматься общефизической подготовкой можно и на свежем воздухе. Легко решить задачу об инвентаре – для начала хватит футбольного мяча, секундомера, гантелей. Все это не составляет труда приобрести и не требует больших материальных затрат.

До нового летнего сезона больше чем полгода. Этого времени вполне хватит, чтобы подумать о постоянном помещении, покупке инвентаря, тренажеров, об экипировке спортсменов.

Создание новой секции, очевидно, трудное дело, но необходимое.

> Ш. ШАБАЕВ

==================================================

«Заря коммунизма», 28 августа 1979 г.

КОСТЕР НА ХОЛМЕ

– 1 —

В вечернем воздухе печально и тревожно плыли звуки музыки – невдалеке на крутом лесистом берегу реки расположился пионерский лагерь.

Река в этот предсумеречный час казалась пустынной, и неподвижная фигура девочки, застывшей на огромном валуне, мягко и плавно вписывалась в хрупкую тишину.

– Лена! – неожиданно громко раздался чей-то голос. Девочка вздрогнула и подняла голову. Между деревьями показался невысокий мальчишка, и Лена узнала знаменосца отряда Абдуллу.

Абдулла отдышался и затараторил:

– Сейчас собирается Совет отряда. Все уже пришли, только тебя нет.

Они побежали вверх по лесной тропинке.

Собрались командиры отрядов, среди них Лена увидела и Сергея Колесникова. Сергей был известным человеком в лагере. Быстрый, ловкий, он загорел так, что только черный Абдулла мог с ним сравниться.

Сережа нравился Лене. Только она в этом никому не признавалась, даже самой себе. И встретившись с ним взглядом, немедленно заливалась краской.

…На Совете лагеря шел разговор о распорядке последнего дня смены. Выступал старший пионервожатый:

– Вечером зажжем прощальный костер. Нужно найти подходящее место на опушке леса, невдалеке от реки. Поисками хвороста и места займется твой отряд, Лена.

Старший пионервожатый хотел продолжить разговор, но тут хлопнула дверь, и вошел дядя Миша, сторож пионерского лагеря.

– Вы уж извините меня, – сказал он негромко, – но тут такое дело…

Вожатый с интересом взглянул на сторожа.

– Пожалуйста, дядя Миша, о чем речь?

– Да я все о лодке. Мне не жалко – пусть катаются. Я ребятишкам и весла даю. А без весел одно баловство, так и упустить недолго.

Ребята зашумели. У дяди Миши была небольшая деревянная лодка, кто хотел кататься – просил у него весла. Сторож еще никому не отказывал.

После ухода сторожа они поговорили еще с четверть часа, а потом вожатый встал и объявил официальным голосом:

– Разрешите объявить собрание Совета лагеря закрытым.

Ребята заговорили, задвигали стульями. Вскоре комната опустела. Лена подождала Сергея и попросила его:

– Ты обещал показать мне свой альбом с фотографиями…

Сережа с удивлением взглянул на девочку, смущенно улыбнулся:

– Я сейчас, подожди здесь.

Он убежал и вскоре принес толстый альбом, аккуратно обернутый бумагой. Сергей бережно раскрыл первую страницу. Это были удивительные фотографии. Маленький трудолюбивый муравей усердно тащит соломинку раза в два длиннее себя. Огромная бабочка, раскрыв крылья, сидит на ромашке.

Лена вспомнила о лодке сторожа и полюбопытствовала:

– Ты что-нибудь о лодке дяди Миши знаешь?

– Нет, ничего не знаю.

Сережа покраснел. Он взял альбом и стремительно убежал. Лена долго смотрела ему вслед.

– 2 —

Лена приоткрыла глаза, огляделась. В палатке было еще темно. Тишину нарушало лишь сонное дыхание подруг. «Часа три до подъема», – подумала девочка. Поправив подушку, она легла на другой бок и закрыла глаза. И уже засыпала, когда вдруг увидела, как чья-то тень быстро скользнула по стенке палатки. Лена удивленно подумала: «Кто встал в такую рань?» Она неожиданно вспомнила вчерашний разговор на собрании Совета лагеря. А что, если?..

Лена вскочила и быстро оделась. Все вокруг казалось размытым и неясным. Деревья в лесу сливались в сплошную пелену. Девочка огляделась. Так и есть – на опушке быстро мелькнула и исчезла таинственная фигура. Девочка крадучись пошла за ней.

Тропинка круто спускалась вниз. И вдруг показалась река. Над водой медленно плыли молочные клубы тумана. Они даже не поднимались из воды, а возникали как бы из ничего. Густой, вязкий туман составлял с рекой одно целое. Он задевал за прибрежные ивы, плавно кружил на месте, поднимался вверх.

– Прелесть какая! – восторженно воскликнула Лена и тут же испуганно закрыла ладошкой рот. Любуясь туманом, она совсем забыла о незнакомце. А тот уже стоял в лодке с большим шестом в руке. Лодку едва было видно, и казалось, что мальчишка гонит стадо туманных призрачных животных.

Услышав восторженный возглас, он испуганно повернулся. Лена сразу же узнала его: незнакомец оказался Сергеем Колесниковым. Увидев девочку, мальчик оттолкнулся шестом от берега.

– Сережа! – торопливо закричала Лена, – подожди. Можно мне с тобой?

Колесников помолчал, потом нехотя буркнул:

– Садись.

А когда она перебралась в лодку, медленно погреб вдоль берега. Лена молчала. Кругом стояла тишина. Спал ветер, не тревожа своим сонным дыханием ни листочка. Дремали неподвижные деревья. Молчали птицы.

Вскоре Сергей остановил лодку у берега.

– Идем, – сказал он негромко. Он спрыгнул на берег, подал Лене руку.

Лена ничего не спрашивала, боялась нарушить таинственность. Некоторое время они шли по лесу, потом вышли на опушку. Впереди высился высокий холм.

На вершине холма росла высокая береза. Широко раскинула она свои гибкие, густые ветви. Сергей направился туда.

Он остановился у дерева, зачем-то взглянул на часы.

– Смотри, как красиво, – тихо произнес он.

Размытый горизонт сливался с небом. Облака были почти невидимы, лишь на востоке покраснела полоска. Облака окрасились в разные цвета – оранжевые, золотистые, лиловые. Вдруг появилась малиновая горбушка солнца. Она незаметно вырастала, светлела, и вот уже солнце поднялось в небо, которое становилось ярко-голубым. Ослепительные лучи брызнули над землей.

Лена засмеялась, с восторгом взглянула на Сережу. У мальчика в это время было такое вдохновленное лицо – будто он читал стихи.

Первые лучи солнца разбудили ветер. Он зашумел листьями дерева, легкими шагами пробежал по траве.

Тихо-тихо зашелестела береза. Ветер принялся разрывать, растаскивать остатки тумана, и вскоре лишь небольшой дымок курился над рекой.

Все вокруг стало сочным, звучным, красивым. Откуда-то издалека донеслась звонкая птичья трель.

Ребята возвращались, когда было уже совсем светло. Приближалось время подъема. Когда показались палатки, Лена остановилась.

– Спасибо тебе, Сережа, – прошептала она, подошла к мальчику и прикоснулась губами к его щеке. Потом вспыхнула и стремительно убежала.

Сережа стоял, держась за горящую щеку. Он закричал что-то непонятное, но радостное, взмахнул руками и колесом прошелся по траве.

– 3 —

После завтрака Сергей поехал со старшим пионервожатым в город. Весь день они ходили по магазинам. Покупали книги, сувениры, игрушки – для награждений. К ужину было решено ехать обратно в лагерь. Но Сережа задумал сходить к деду на пасеку. Вожатый долго не соглашался его отпустить, но потом уступил.

Колесников возвращался поздно вечером. В лагере никого не было. Один дядя Миша, постукивая палочкой, обходил палатки.

– А где же ребята? – спросил его Сережа.

Сторож махнул рукой:

– За лесом костер разожгли. Вожатый-то все тебя ждал, волновался. И девочка какая-то спрашивала, беленькая такая… – он ласково усмехнулся, видя, как смутился мальчик.

– Весла возьми, – крикнул вслед убегающему Сергею сторож.– На лодке дойдешь до развилки, а там вверх по просеке.

Вскоре Сергей уже шел по просеке. Предчувствие не обмануло его – вдалеке, на холме, мерцал огонек. «Зачем разожгли костер у дерева?» – подумал он и ускорил шаг.

Но Сергей ошибся. То, что он увидел, поразило его. Костер был разложен прямо вокруг березы! Нижние сучья уже пылали, верхние потрескивали. Листья на них пожелтели, сморщились. Ствол у самых корней светился малиново-оранжевым огнем. Вокруг огромного костра сидели и стояли ребята. Кто-то из них окликнул Сергея. Но он не мог двинуться с места.

К нему подлетел Абдулла. Блеснув глазами, затараторил:

– Привет, Сергей! Правда, здорово? Только вот зачем портить дерево, можно было развести костер рядом. Ничего, зато так красиво.

К мальчикам подбежала Лена.

– Здравствуй, Сережа, – сказала она. Отблески пламени отражались в ее глазах, – ты не сердишься за то, что я…

Лена не успела договорить. Раздался сильный треск, горящее дерево рухнуло на землю, подняв сноп огненных искр. Восторженно завизжали девчонки.

Сережа всхлипнул. Лена испуганно посмотрела на него. Он с горечью сказал ей:

– Эх, ты! – и бросился в лес.

Слезы душили его. Сережа слышал, как кто-то побежал за ним, ребята что-то кричали ему вслед. А у него в глазах стояло объятое пламенем дерево. Сережа представил, как на месте березы останется обугленный пенек и огромный круг выжженной травы, и холодом вдруг пахнуло в его душу. Мальчик бежал по лесу. Невидимые сучья хлестали по лицу, но он не замечал этого.

Наконец, устав, Сережа сел на землю. Где-то невдалеке виновато звала его Лена.

– Сережа, – слышал он ее жалобный голос, – прости меня. Я хотела сделать как можно лучше. Ведь было так красиво. Все равно завтра мы уезжаем. Идем, Сережа, сейчас награждать будут…

Сергей молчал. Стояла тишина, лишь где-то высоко-высоко выводила приглушенную трель ночная птица.

> Ш. ШАБАЕВ

============================================

«Молодой ленинец», 29 февраля 1980 г.

ИЗОБРЕТЕНИЕ ВЕЛОСИПЕДА

Около двух веков назад человек с удивлением заметил, что на двух колесах можно передвигаться. Однако изобретательная мысль не останавливалась на этом. Поклонники велосипеда стали думать о том, чтобы заставить крутиться колеса не только силой ног. Появились паровые, газовые, дизельные и даже реактивные двигатели. Помчались мотоциклы, автомобили, поезда, со сверхзвуковой скоростью устремились в небо самолеты, стали привычными космические полеты.

И вдруг, когда Земля оказалась наводненной скоростными комфортабельными машинами, на страницах газет и журналов появились тревожные ноты: цивилизованного человека подстерегает гиподинамия – пониженная двигательная активность. И люди опять с надеждой устремились к велосипеду. По шоссейным и проселочным дорогам заколесили тысячи велосипедистов.

Прижился велосипед и у нас, в Рузаевке. Показателем популярности любого вида спорта является массовость. А вот велосипедистов-спортсменов в нашем городе нет. И все потому, что в Рузаевке нет ни одной секции по велоспорту. Правда, команда Рузаевки выступает в республиканских соревнованиях. Но представляют нашу команду, в основном, лыжники и легкоатлеты, которые часто тренируются на велосипедах.

О кризисе велоспорта в Рузаевке уже говорила районная газета «Заря коммунизма». Но дальше газетной публикации дело не пошло. Главные препоны на пути велоспорта в Рузаевке – отсутствие помещений и тренеров. Но безвыходных положений не бывает. Можно 3—4 раза в неделю арендовать спортивные залы ДЮСШ, промышленных предприятий и школ города. А для тренировок велосипедистов можно пригласить квалифицированного саранского спортсмена или выпускника спортивного вуза.

Два года назад любители мотоциклетного спорта создали на опытном заводе ЭВМ свою секцию. Сейчас этот новый вид спорта в Рузаевке пустил глубокие корни. А более доступный велоспорт не может найти себе приюта в нашем городе. Так, не пора ли наверстать упущенное?

> Ш. ШАБАЕВ

======================================================

«Заря коммунизма», 16 апреля 1982 г.

СОЛНЦЕ НА СПИЦАХ

Рассказать о Сергее Николаевиче Саутине, директоре детско-юношеской спортивной школы завода «Электровыпрямитель», я собирался давно. Но времени для беседы Саутин никак не мог выкроить. «Понимаешь, некогда, – всякий раз говорил он, – давай в следующий раз».

Но, наконец, договорились встретиться утром на заводской велобазе. Веселое апрельское солнце только-только поднималось над сонными крышами домов и легкими розовыми бликами отражалось на обледенелом асфальте улиц. Несмотря на столь ранний час, велобаза была уже открыта. Сергей Николаевич, коротко засучив рукава рабочей рубашки, «колдовал» над поддержанным спортивным велосипедом.

– На дворе весна, и у велосипедистов начинается спортивный сезон, – сказал он.– К сожалению, механика в нашей спортшколе нет, так вот самому приходится по старой памяти технику готовить.

В заводской ДЮСШ открыли отделение велоспорта. Там нет не только механика, но и тренера. Тогда директор и взвалил на свои плечи новые хлопоты, опекает гонщиков. В молодости он сам увлекался велосипедным спортом, но карьеры гонщика сделать не удалось. Потому и старается оплатить былым неудачам теперь сполна. В отделении много перспективных ребят, самозабвенно тренируются, грезят о громкой славе. Саутину в свое время не повезло. Не было рядом с ним квалифицированного тренера, не с кем было посоветоваться, тренировался больше по наитию. В этом году Саутин заканчивает заочную учебу на факультете физвоспитания госпединституте имени М.Е.Евсевьева. Ведь готовить хороших спортсменов сегодня невозможно без специального физкультурного образования. В этом он твердо убежден, потому и засел за учебники.

Сейчас у Саутина дел невпроворот. Скоро диплом защищать, а его команда готовится к традиционной многодневной велогонке по дорогам Мордовии. В мае состоится первенство центрального совета ДСО «Труд».

– Ну, что ж, быстрых вам колес и попутного ветра, – пожелал я.

– Спасибо, – улыбнулся тренер и лукаво добавил: хотя попутный ветер часто бывает нашим противником.

> А. ШАБАЕВ

=================================================

«Заря коммунизма», 24 сентября 1982 г.

«Я СТАР, Я СЛАБ…»

сынам многострадальной Палестины


Я стар,

я слаб,

а сын мой —

слишком молод,

не может защитить он

отчий дом,

не может отомстить за вечный холод

в полдневный зной

подвалов катакомб,

за все —

за унижение,

за голод,

за день рождения под свистом бомб.

За то, что родину чужими сапогами

чужие люди топчут,

и в кострах

земля моя;

отец избит врагами —

ему не смог согнуть колени страх;

за то, что попирает враг ногами

на кладбищах

священный

предков прах.

Я стар,

я слаб,

а сын мой —

молод слишком —

чужих сапог —

по пояс

сапоги,

но все же различает мой сынишка

солдатский топот

и отца шаги,

уже своим младенческим умишком

он понимает,

кто —

его враги.

Пока молчит он,

сжав упрямо рот,

собрав на лбу недетские морщины.

…Пройдут года,

за истребленный род

он встанет,

как положено мужчине,

и позовет к свободе свой народ.

=================================================

«Мордовский университет»? 15 февраля 1983 г.

А ОН ПОСТРОИЛ ДОМ…

Построен дом.

Да что там дом —

дворец!

Воздвигнут он,

и в памяти людской

навеки впишет имя архитектор.

Все верно, верно, он —

творец!

О нем, наверно, зал объяв тоской,

доклад прескучный прочитает лектор.

…Но лишь строитель

может

гордо

сказать:

«А я

построил

дом!

Построен дом.

Величие труда

поэт воспел

у нового дворца,

взяв в руки запылившуюся лиру —

решил (все прежние стихи —

руда!)

поэмой

новой

зажигать сердца

и звать нас

к красоте, добру и миру.

…Но все же

лишь строитель

может

сказать:

«А я

построил

дом!»

Построен дом.

Когда?

Зачем? —

узнает все дотошный журналист,

облазив лестницы,

подвалы,

крыши…

А нас завлечь

он знает чем! —

бумаги не один испишет лист,

пока

о «стройке века»

не напишет.

…И скажет,

открыв газету,

строитель:

«Я построил

Дом!»

Здесь будут женщины детей рожать,

здесь будут люди жить

и умирать,

поминки справят

– будут предков помнить,

девчата здесь любимых будут ждать,

от нежных слов и взглядов замирать.

…И, может быть,

никто

не вспомнит

того,

кто им построил

дом…

=======================================================

«Молодой ленинец», 17 июля 1983 г.

В ГРАФЕ «РЕЗУЛЬТАТЫ» – ЗДОРОВЬЕ

Телефон отвечал частыми гудками. Опять занято. Ну, что ж – значит, хозяин дома. Я прошел через вертушку проходной и через несколько секунд постучался в двери ДСО рузаевского завода «Химмаш». Меня встретил «хозяин» – инструктор по физической культуре и спорту Сергей Травкин.

– Недавно на заводе мы решили провести малую спартакиаду, – начинает рассказ Сергей.– Ее цель – массовое привлечение рабочих и служащих к подготовке и сдаче норм комплекса ГТО, повышение мастерства наших спортсменов.

Спартакиада проводится на заводе по 8 видам спорта: футболу, волейболу, настольному теннису, шахматам, шашкам, легкой атлетике, пулевой стрельбе и многоборью ГТО. Победители будут награждены кубками, грамотами, ценными призами. Главный приз – вымпел «Самый спортивный цех». Скоро финиширует футбольный турнир. В нем участвуют 9 команд цехов и участков.

– Скоро состоится встреча заводской сборной с командой «Электротехник» из Кадошкино, – продолжает разговор инструктор.– Надо заранее развесить объявления, предупредить болельщиков. В прошлом году команда «Химммаш» занимала 11 строчку в турнирной таблице первенства республики. В этом году мы поднялись на 5-ю. Это уже успех, – в голосе Сергея слышится радость.

– А не случается ли так, что спорт мешает основной работе заводчан?

– Нет, что вы! Конечно, иногда бывает так, что мастер цеха не отпускает спортсмена на соревнования, но у нас все-таки в этих случаях идут навстречу. И кроме того, мы стараемся организовывать старты вечером, после работы, и в выходные. Именно из-за этого наша спартакиада «растянута» на несколько месяцев.

Что ж, это интересная система, если учесть, что такой график имеет еще одно преимущество: как известно, один старт сам по себе ничего не значит и много пользы принести не может. А регулярные занятия спортом в течение 2—3 месяцев позволяет обрести спортивную форму и успешно справляться с нормативами комплекса ГТО, сдачу которых планируют провести на заводе в августе. И еще: если взглянуть на футбольную турнирную таблицу, положение таково – лидируют команды цехов 3 и 16, причем у них нет ни единого проигрыша. А теперь посмотрите на итоги социалистического соревнования за прошлый месяц. Та же картина.

…Время 11 часов. На заводе – обеденный перерыв. Маленький кабинетик ДСО вскоре был полон. Зашумели голоса, то и дело звонил телефон. Вскоре и меня завлекли в спор – обсуждали программу предстоящих легкоатлетических соревнований.

Опять настойчиво зазвонил телефон – как там с дополнительным питанием для штангистов?

– У нас планируется открыть специализированную спортшколу по тяжелой атлетике, – пояснил Сергей.– Ребята тренируются, штурмуют спортивные высоты. Появились свои мастера спорта. Хлопот прибавилось…

…Обеденный перерыв кончался. А впереди было еще немало дел: надо отдавать заявку на участие городошников в первенстве Мордовии, договориться с ребятами обновить прыжковую яму на заводском стадионе, забежать в магазин – друзья из общежития замучили совсем – теннисный стол им подавай!

У проходной столпились рабочие, возвращавшиеся из столовой. Парень в футболке вписывал в турнирную таблицу результаты очередных матчей. Опять выиграла команда цеха 16.

> А. АЛЕКСАНДРОВ

================================================

«Заря коммунизма», 7 ноября 1983 г.

МЫ – СОВЕТСКИЙ НАРОД

«До-мой, до-мой, до-мой», – стучат колеса. Третий день с утра до вечера и с вечера до утра звучит перестук вагонных колес…

За окном низко нависли тучи, серые рваные клочья тумана цепляются за голые кусты, низко стелятся над пожухлой травой. А я, прижавшись до боли к холодному стеклу, всматриваюсь вдаль, с радостью узнавая родные места.

Осень! Застывшие березы тихо, печально роняют последние листья. Когда я уезжал, они весело шумели листвой по ветру. Сколько же я не был дома? Да-да, целых два месяца! Целых два месяца путешествовал я по стране, каждый день на новом месте, утром еще не зная, где застанет меня вечер.

КОГДА ВСЕ НАЧАЛОСЬ?

Когда же все это началось? Может быть, с прошлогоднего велопробега в город-герой Новороссийск? Или с первых поездок в Саранск, в соседние села – Болдово, Арх-Голицыно, Пайгарм? Или, может, это началось в тот день, когда я впервые сел на велосипед и, решительно оттолкнувшись от забора, покатил по пыльной сельской улице? Разве можно передать словами то, что я тогда почувствовал?! Упоение скоростью, безумный восторг… наверное, то же самое чувствует в полете летчик, поднявшись высоко-высоко над землей, над самыми облаками. Кто знает…

И все же, я думаю, что все это началось с того дня, когда Анастасия Николаевна, моя первая учительница, повела свой класс, тогда еще несмышленых «первоклашек», в тат-пишленский пригородный лес на экскурсию.

Лес раскинулся на высоких холмах, и оттуда, с самой крутой горы, нам открылся такой простор, такие дали открылись нам, что невольно захватывало дух. И горизонт, невозможно далекий и желанный.

Я никак не мог оторвать восторженного взгляда от этой далекой синеющей полоски, где сливались земля и небо. Долго-долго морщил я свой лоб, решая трудную и, очевидно, очень серьезную задачу, и… предложил дойти, добежать до горизонта.

Улыбнулась Анастасия Николаевна и объяснила, что, к сожалению, это невозможно. А я, маленький, но очень упрямый, в первый раз не поверил своей любимой учительнице и про себя решил, что вот вырасту и тогда обязательно дойду до горизонта.

Не знаю, может быть, все началось именно с этого. Но я точно помню, когда у меня зародился замысел моего последнего велопробега. Это произошло почти год назад, в дни празднования 60-летия СССР. Вот тогда я и решил проехать на велосипеде по всей стране и, как говорится, воочию убедиться, насколько сильна дружба наших народов.

Я РЕШИЛ ЕХАТЬ…

Пришло решение, и тут же началась подготовка к велопробегу. Был тщательно разработан маршрут. Начались (а точнее, продолжались) напряженные тренировки в любую погоду: в дождь и снег, в жару и холод. Я решил не более, чем за 60 дней (обязательное условие: символическое число – СССР – 60 лет!) проехать по всем союзным республикам, побывать во всех 15 столицах.

…Скоро сказка сказывается, да не скоро дело делается. Передо мной встали, казалось, непреодолимые препятствия. У нас в Рузаевке нет таких туристических организаций, которые могли бы не то что финансировать, а хотя бы помочь в осуществлении, в проведении велопробега.

Что же делать? Отказаться от велопробега? Ну нет, ни за что! И я решил ехать в одиночку. Время у меня было. Я – студент.

«ЗАЧЕМ ЭТО ТЕБЕ НУЖНО?»

Один из моих приятелей спросил меня как-то:

– Зачем это тебе нужно? Крутить педали с утра до вечера, не зная, где тебя встретит ночь, питаться в дорожных кафе и столовых, а то и всухомятку перебиваться. Не понимаю, в чем прелесть твоего велопробега. А если что случится, так ведь и помочь некому. Да и скучно одному.

Зачем мне это нужно? Меня часто спрашивали об этом и в пути, и здесь, дома. Некоторым и в самом деле интересно, но случалось и так, что этим вопросом собеседник как бы хотел сказать мне: «Дурная голова ногам покоя не дает!»

Зачем мне это нужно, спрашивал я не раз сам себя. И даже укорял себя порой. Так, например, было в конце велопробега, когда я шел через высочайшие перевалы Памира. Крутая дорога серпантином ползла в гору, скалы нависали над шоссе, грозя обвалами, холод, туман. А может быть, это были облака, ведь перевалы поднимались на высоту трех с половиной километров! По тому, как быстро наступала усталость, чувствовалась нехватка кислорода. Справа – бездонная пропасть, слева – отвесная каменная стена, а дорога все лезла и лезла в гору. Спортивный гоночный велосипед весит 10 килограммов, но там, в горах Памира, эти килограммы превращались в центнеры.

Но вот перевалы оставались позади, вновь ярко светило солнце, вновь жизнь казалась прекрасной. Велопробег помог мне испытать себя, свои силы. Теперь я имею право гордо сказать: «Могу!»

Помимо спортивного интереса передо мной стояла еще одна цель, столь же трудная – я хотел написать о людях, с которыми я встречался в пути, и о той великой силе, которая объединяет нас в единую семью и которая называется дружбой. Я обрел себе много новых друзей во всех союзных республиках – в Прибалтике и на Украине, в Закавказье и Средней Азии. Ради этих встреч стоило ехать в дорогу!

Со сколькими людьми я встречался! Между нами, скажу, что встречал я и плохих людей. Но ведь хороших-то несравнимо больше! Рабочие и колхозники, учителя, военнослужащие, тренеры, спортсмены, журналисты… Везде меня встречали с открытой душой, удивлялись, приглашали в гости.

ЛИСТАЯ ЗАПИСНЫЕ КНИЖКИ…

Как бы не было тяжело мне, как бы я не уставал к вечеру, я всегда старался найти хотя бы полчаса, чтобы записать свои впечатления, вспоминал встречи с интересными людьми, перебирал значки, открытки, путеводители, перечитывал местные газеты. Записные книжки полны адресов.

…Незаметно подкралась ночь. Незапланированная остановка для ремонта проколовшейся камеры отняла много времени, и теперь я проигрывал графику больше часа. А до Новгорода остается километров 15. Темень, хоть глаза выколи.

Вдруг у самой дороги показались огоньки. Деревня. Через 15 минут я сидел в теплой избе и, уплетая крупную вареную картошку, рассказывал о своей путешествии, расспрашивал сам. Хозяин (его звали Эдвард Вадславович) был не очень разговорчив. Плотник, работает в Новгороде.

Но стоило мне похвалить вкус яблок, как его лицо сразу же загорается. Эдвард Вадславович с увлечением рассказывает о своем саде и огороде, о теплицах, которые сам сделал, угощает медом.

Только случайно я узнаю, что по национальности гостеприимный хозяин – поляк.

В пути я познакомился с людьми самых разных наций и народностей. Кстати, с поляками мне пришлось встретиться еще раз – в Вильнюсе. В Молдавии меня угощали виноградом и молодым вином, чистым, как слеза. Грузины предлагали попробовать шашлык, приготовленный «особым» способом, и обижались, если я протягивал деньги. Армяне утверждали, что такие кебабы, как у них я нигде не встречу. А восточные сладости…

Наверное, у меня ничего не получилось бы, если бы не советский народ. С признательностью вспоминаю украинского тренера Александра Владимировича Клец, ребят из «Трудовых резервов» города Ашхабада, преподавателя Самаркандского спортинтерната, тренера по самбо Михаила Скоробогатова – невозможно перечислить всех, кто оказывал мне помощь. Многому я обязан собственным корреспондентам «Известий» и «Правды» в Узбекистане и Казахстане.

Теперь у меня много новых друзей: эстонцев, белорусов, молдаван и таджиков, украинцев и казахов… Какие мы все разные – по характеру, темпераменту, привычкам, но все мы – советские люди! Мы – советский народ!

> А. ШАБАЕВ

===================================

«Молодой ленинец», 25 ноября 1983 г.

«ОЧКИ МНЕ БОЛЬШЕ НЕ НУЖНЫ!»

– Тебе плохо видно? – спросила учительница, заметив, как один из ее учеников напряженно морщится, вглядываясь в буквы, начертанные на школьной доске.– Садись-ка поближе.

Но и за первым столом малыш продолжал щуриться. Учителя и родители забеспокоились, и не без оснований медицинское обследование показало, что у мальчика ухудшилось зрение. Врач-окулист выписал рецепт на изготовление очков и посоветовал носить их постоянно.

Но маленький пациент был категоричен.

– Не нужны мне эти очки, – упрямо повторял он, – не хочу, чтобы меня в школе дразнили очкариком…

С большим трудом родителям удалось переубедить сына. Но даже и потом, когда мальчик привык к очкам, забот оставалось предостаточно.

– Чуть ли не каждую неделю приходится заходить в «Оптику», – жаловалась мать, заказывая новые очки, – непоседливый у меня сынок – то линзы мячом расколет, то оправу сломает. Жить не может без своего футбола и велосипеда…

Сколько подобных жалоб приходится нам слышать! И хорошо, ели дела обстоят только так. Как часто порой дети, вынужденные носить очки, замыкаются в себе, сторонятся товарищей, становятся робкими, хмурыми, нелюдимыми, забывают о физкультуре и спорте и только издали с завистью наблюдают за шумными играми своих ровесников. Это трагедия!

Стесняются носить очки не только дети. Не каждому юноше или девушке, взрослому человеку, эти сооружения из двух стекол и дужек украшают лицо. Можем ли мы представить себе балерину в очках? А летчика? Гимнаста? Хоккеиста?..

Приобрести новую хорошую оправу – тоже часто целая проблема. Не всегда мы можем винить в этом только оптиков, ведь в нашей стране (а во многих странах и того чаще!) у каждого третьего человека наблюдается отклонение от нормального зрения. И большинство этих людей носит очки. Их изготовлением занята целая отрасль народного хозяйства.

И вот теперь врачи-офтальмологи говорят нам, что очки больше не нужны, что это – дело прошлого. Совершенствуя их, оптики отказались от различных зажимов, дужек-наушников, оправы – от всевозможных вспомогательных приспособлений, призванных фиксировать стекла в требуемом положении относительно глаз. А сами линзы многократно уменьшились в размерах. Эти, так называемые контактные линзы надеваются прямо на роговицу глазного яблока. Непосвященный человек может их вовсе не заметить, контактные линзы выдают свое присутствие лишь несколько ярким блеском глаз, которым они возвращают утраченную остроту. Так ведь это даже привлекательно!

Вот обо всем этом и шла наша беседа с заведующим экспериментальной лабораторией контактной коррекции зрения республиканской офтальмологической больницы А.Н.ГАРШИНЫМ.

– У контактной линзы есть своя история, – говорит Александр Николаевич.– Еще Леонардо да Винчи и Декарт интересовались вопросами коррекции зрения: в наследии великих ученых обнаружены чертежи оптических приспособлений, являющихся прообразами современных линз.

С тех пор было предпринято множество попыток искусственно улучшить зрение. Томас Юнг, например, применял короткую трубку, наполненную водой и приставляемую к глазу.

Первые контактные линзы изготовлялись из стекла. 20 век предложил богатый выбор пластических материалов. Пластмасса сохраняет прозрачность, которая столь же высока, как и у органического стекла, не бьется, легче по весу, не вступает во взаимодействие с тканями глаза, безвредна, причем обработка ее значительно проще и дешевле.

В СССР уже с 30-х годов некоторым больным стали назначать контактные линзы. В 1956 г. была организована первая специализированная лаборатория. А в Мордовии история контактной линзы началась в 1979 году. Основная заслуга в этом принадлежит главному врачу республиканской глазной больницы Ивану Ильичу Пузанову.

С чего начинается линза? С тщательного офтальмологического обследования пациента. Вначале Александр Николаевич определяет оптическую силу линз. Это очень сложный и трудоемкий процесс. Глаз не терпит инородного тела. Вспомните: достаточно попасть в него маленькой соринке, чтобы вам было нестерпимо больно.

Очень важно, чтобы линза и глаз мирно «сосуществовали». Для этого ей нужно выдерживать химическое воздействие слез и различных внешних раздражителей, а в глазу – этот, казалось бы, противоестественный контакт.

Практическим изготовлением контактных линз занимается инженер-оптик В.К.ХОЛОПОВА.

– Существует несколько способов изготовления линз, – вводит нас в курс дела Вера Константиновна.– При первом способе жидкую пластическую массу заливают во вращающуюся форму, где происходит полимеризация. Но чаще всего линзу вытачивают из сплошного куска жесткого прозрачного материала алмазным резцом.

После того, как Вера Константиновна обработает на миниатюрном станочке края линз, но и возвращаются к А.Н.Гаршину. Предстоит 2—3 «примерки» – чем точней будут подобраны линзы, тем меньше хлопот принесут они пациенту.

Многие думают, что контактные линзы можно носить очень непродолжительное время – час, полтора, не более. Так ли это?

– Нет! – отвечает А.Н.Гаршин.– Это зависит от индивидуальных свойств роговицы пациента. Тем, у кого она наиболее уязвима, можно носить 2—3 часа. Другие могут пользоваться ими весь день.

Научиться надевать и снимать контактные линзы несложно: «больные» овладевают техникой этого после 2—3 тренировок.

Сейчас стало легче. В прошлом году лаборатория получила большую партию мягких чехословацких линз. Эти линзы сделаны из мягкого материала, почти пленки. Новинка всем очень понравилась. Оно и понятно – ведь в отличие от жестких линз, мягкие в точности повторяют профиль роговицы и не причиняют ей боли.

Лаборатория еще очень молода, но уже помогла многим людям избавиться от болезни.

– В прошлом году к нам обратилось за консультациями около двухсот человек. 126 из них теперь носят линзы. Среди наших пациентов – люди самых разных возрастов и профессий, – говорит А.Н.Гаршин.

Вскоре в Саранск, в республиканскую офтальмологическую больницу поступит новое оборудование, которое позволит подбирать и изготавливать контактные линзы больным со сложной формой искривления роговицы. Еще больше людей смогут с радостью воскликнуть:

– Очки мне больше не нужны!

> А. ШАБАЕВ

==================================================

«Молодой ленинец», 20 и 25 января 1984 г.

СОЛНЦЕ НА СПИЦАХ

«Плавать по морю необходимо», – говорили древние. Эту крылатую фразу многие из нас впервые узнали из великолепной книги В. Пескова «Отечество». Иные не только узнали, но и сделали выводы. Например, студент МГУ имени Н.П.Огарева Александр ШАБАЕВ в канун 60-летия образования СССР совершил велопробег по всем братским республикам нашей страны. Энтузиаст велоспорта стартовал в своем родном городе Рузаевка и через 60 дней благополучно финишировал там же. Сегодня мы предлагаем вашему вниманию путевые заметки А. Шабаева, где каждая строчка пронизана девизом: «Ездить по стране необходимо».

СТАРТ

Один из моих приятелей спросил меня как-то:

– Зачем это тебе нужно? Крутить педали с утра до вечера, не зная, где тебя встретит ночь, питаться в дорожных кафе и столовых, а то и всухомятку. Не понимаю, в чем прелесть твоего велопробега. А если что случится, так ведь и помочь некому. Да и скучно одному.

Зачем мне это нужно? Меня часто спрашивали об этом и в пути, и здесь, дома. Некоторым и в самом деле интересно, но случалось и так, что этим вопросом собеседник как бы хотел сказать мне: «Дурная голова ногам покоя не дает!»

Зачем мне это нужно, спрашивал я не раз сам себя. И даже укорял себя порой. Так, например, было в конце велопробега, когда я шел через высочайшие перевалы Памира. Крутая дорога серпантином ползла в гору, скалы низко нависали над шоссе, грозя обвалами и осыпями. Холодный воздух пробирал до костей, туман закрывал ущелье. А может быть, это были облака, ведь перевалы поднимались на высоту трех с половиной километров! По тому, как быстро наступала усталость, чувствовалась нехватка кислорода. Справа – бездонная пропасть, слева – отвесная каменная стена, а дорога все лезла и лезла в гору. Спортивный гоночный велосипед весит 10 килограммов, но там, в горах Памира, эти килограммы превращались в центнеры.

Но вот перевалы оставались позади, вновь ярко светило солнце, вновь жизнь казалась прекрасной. Велопробег помог мне испытать себя, свои силы. Теперь я имею право гордо сказать: «Могу!»

Но только ли спортивная цель стояла передо мной? Нет и нет! Главное, что для меня было, – встречи с людьми. Я обрел себе много друзей во всех союзных республиках: в Прибалтике и на Украине, в Закавказье и Средней Азии. Рабочие и колхозники, учителя и военнослужащие, тренеры и спортсмены, журналисты… Везде меня встречали с открытой душой, удивлялись, восхищались, приглашали в гости. Ради этих встреч стоило ехать в дорогу!

Когда же, с чего все это началось? Может быть, с прошлогоднего велопробега в город-герой Новороссийск? Или с первых поездок в Саранск, в соседние села? Или с того, как я в ранние школьные годы, вопреки возражениям учителя, пробовал добежать до горизонта?

Не знаю, может быть, все началось именно с этого. Но я точно помню, когда у меня зародился замысел моего последнего велопробега. Это произошло год назад, в дни празднования 60-летия СССР. Вот тогда я и решил ехать на велосипеде по всей стране, по всем 15 республикам, и, как говорится, воочию убедиться, насколько сильна дружба наших народов.

ПЕРВЫЙ ПРОКОЛ

Звонко прокричали деревенские петухи. Я блаженно вытянулся в теплой постели и выглянул в окно. Вставал рассвет, над речной долиной медленно кружил туман. Со двора раздавались размеренные звуки топора – хозяин, приютивший меня, встал еще затемно и теперь что-то мастерил.

Сегодня предстоял очень трудный этап – необходимо было доехать до Москвы. А до нее – около 400 км! И поэтому я решил понежиться перед долгой дорогой, устроился поудобнее и, достав из рюкзака общую тетрадь, принялся вспоминать события дня минувшего.

Близился вечер. Солнце устало катилось за стволами придорожных берез. Все тяжелее крутить педали. Счетчик перевали уже за третью сотню! Мне хочется в первые дни велопробега развить как можно большую скорость – не стоит забывать, что впереди ожидают горы Кавказа и Таджикистана, пустыни Средней Азии.

Скоро финиш. До города остается километров пять. Но неожиданный хлопок заставил судорожно нажать на тормоз. Прокол!

Что делать? Добираться до города пешком? Или заняться срочным ремонтом?

Мои размышления прервал скрип приближающейся телеги.

– Что, парень, остановка? – добродушно улыбнулся невысокий, сухонький старичок. Узнав, откуда и куда я еду (мы же почти земляки, соседи!»), Иван Кузьмич (так звали моего спасителя) взял с меня слово, что я, если не погощу у него день-два, так хотя бы переночую.

Упрашивать меня долго не пришлось, миг – и велосипед уложен в телегу, а я, устроившись поудобнее, взираю на обгоняющие нас «КАМАЗы», «Жигули», «Москвичи».

…Скажите, о чем чаще всего говорят в дороге? Правильно, о погоде и о международном положении.

– Погода нынче хорошая, – говорит Иван Кузьмич, – и урожай добрый уродился – убирать не успеваем…

Если погодой старик был доволен, то международное положение никак его удовлетворяло:

– Нам не нужна война. Не верю я, чтобы и американские фермеры и рабочие хотели этого. Мне приходилось встречаться с американцами – это хорошие, веселые ребята, и всяким рейганам не удастся нас поссорить.

– Вы были в Америке? – удивляюсь я.

Старик поворачивает ко мне загорелое до черноты лицо – с утра до вечера на поле – и усмехается:

– А что же ты думаешь – раз мужик рязанский, так значит, нигде и не был?

А потом добавляет уже серьезно:

– Четыре года – где пешком, где ползком, дошел до Берлина. Пол-Европы прошагал, чего только не видел – и горе, и радость.

Старик задумался, замолчал и я. Кто знает, что было бы на Земле, если бы не этот рязанский мужик и его братья – туркмены, белорусы, грузины, литовцы – братья по крови, пролитой в боях за свободу нашей Родины.

Весь вечер мы беседовали: старик рассказывал о войне, о своем колхозе (он так и говорил: «Мой колхоз»), сетовал на то, что молодежь уезжает из деревни, расспрашивал меня о житье-бытье, и вскоре мне стало казаться, что я давным-давно знаю Ивана Кузьмича…

…Еще раз прокричали петухи. Ну, что ж, надо собираться. Только успел я собрать рюкзак и умыться холодной колодезной водой, как меня нашел Иван Кузьмич:

– Пора завтракать, путешественник.

Через полчаса я уезжал. Иван Кузьмич проводил меня до околицы.

– Прощай, сынок. Будешь в наших краях, обязательно заезжай. Как к себе домой.

Над землей вставало солнце. Впереди лежал долгий путь.

МОСТ ДРУЖБЫ

Рейсовый автобус «Ленинград – Ивангород» неожиданно отвернул в сторону, открывая мне дорогу, и улица неожиданно выскочила на мост. Далеко внизу бурлила вода – шумел Нарвский водопад.

Итак, я на мосту Дружбы. Ровно на середине его проходит граница РСФСР и Эстонской ССР.

И с той, и с этой стороны вздымаются грозные стены старинных крепостей. Когда-то сквозь эти узкие бойницы смотрели друг на друга враждебные глаза. Теперь мост Дружбы, словно братское рукопожатие, соединяет противоположные берега.

…Сегодня 7-й день пути. Позади 1700 км. Я листаю свой путевой дневник. Короткие, порой лаконичные записи, но столько воспоминаний рождают они!

На исходе второго дня меня встречала Москва. Перед этим я долго ехал по МКАД – московской кольцевой автодороге. Столица разворачивалась передо мной широкими проспектами, парками, многоэтажным белоснежьем новых микрорайонов.

Москва… Готовясь к велопробегу, я перелистал десятки карт и путеводителей, прочитал немало книг, изучал историю рождения нашего многонационального государства. Первые годы Советской власти, первые шаги… Декрет о мире. Исторический съезд Советов 30 декабря 1922 года, воплощение ленинских принципов национальной политики… Здесь, в Москве, эти торжественные слова приобретают еще более глубокий смысл, ощутимую реальность…

Но вот столица осталась позади. По предварительному плану путь от Москвы до Ленинграда длиной в 700 км. должен был занять у меня два с половиной дня. Когда-то, давным-давно, по этой дороге ездил Пушкин, в походной кибитке трясся Радищев. Его «Путешествие из Петербурга в Москву» и теперь служило мне путеводителем.

Все изменилось здесь «с времен очаковских и покоренья Рима». Но старина не забывается и всюду проглядывает сквозь новое, современное. То это почтовый рожок на значке-гербе города Клина – он возник двести лет назад на большой дороге как ямщицкая слобода и почтовая станция. То это остатки старинных каналов в Вышнем Волочке – еще в начале 17 века по приказу Петра 1 под руководством голландских мастеров здесь был прорыт канал, соединивший Волгу с Балтикой. То это большой каменный крест в селе Крестцы – здесь остановились и повернули назад монголо-татарские полчища, поработившие перед этим всю Русь. Что их остановило? Может быть, приближающаяся весна, вскрывшая льды на застывших реках? Или, может, они страшились мощных укрепленных стен Великого Новгорода? Новогородский Кремль, его великолепные архитектурные памятники до сих пор поражают воображение. В наступившем году городу исполнится 1125 лет.

И вот, наконец, Ленинград. Жесткий график не позволял мне уделять много времени для знакомства с городом. Но, нарушая все планы и графики, я остался здесь на два дня. Два дня! – как это мало для знакомства с Ленинградом!

ЗЕМЛЯ ЛЕГЕНД

Сегодня я прощаюсь с Вильнюсом прощаюсь с Прибалтикой. Каменистая Эстония, холмистая Латвия, а теперь вот Литва… Долгое время автострада (дороги здесь прекрасные!) вела меня вдоль Рижского залива. Сначала моря не было видно, лишь за частоколом сосен слышался шума прибоя. Я ехал и размышлял: что это, может, рядом проходит железная дорога и это шумят проходящие электрички (кстати, их делают здесь же, в Риге)? Наконец, оставив велосипед на обочине, я пробрался сквозь дюны и с высокого берега увидел море. Балтика!

Море, природа во многом определяют характер человека. А люди в Прибалтике очень разные. Один из моих новых знакомых рассказал мне легенду:

– Однажды рассердился злой дух на литовцев, схватил четверых, сунул в мешок и понес к морю – топить. Шел-шел, притомился и присел отдохнуть. А тут мешок возьми и развяжись.

Почувствовав свободу, вылез из мешка первый литовец и, не оглядываясь, помчался домой. Выбрался второй, видит – никто за ним не гонится и спрятался в кустах – интересно, что же дальше будет? Выбрался из мешка третий литовец, не спеша отряхнулся, а бежать и не думает.

– Ты чего ждешь? – удивился проснувшийся дух.

– Добро жалко, – отвечает литовец, – вот четвертый вылезет, мешок себе заберу – пригодится в хозяйстве.

Тут уж и духу стало интересно. Ждет он, когда последний вылезет, а тот и не думает вылезать.

– А ну выходи! – потерял терпение дух.

– А вот и не вылезу, – упрямо отвечает литовец, – ты меня сюда засунул – ты и вытаскивай…

Конечно, все это всего лишь занятная побасенка, но она четко подметила черты литовского характера.

Вчера неожиданно я попал на семейное торжество Герасимовых. Судя по чистому, без малейшего акцента, русскому произношению, я сначала посчитал моих знакомых русскими по национальности. Но Людвига Феликсовна, женщина лет 50 – глава семьи – улыбаясь, объявила:

– О, вы ошибаетесь! Наша семья – целый интернационал. Я – полячка, мой муж – русский, зять – литовец… Так что в жилах моих внуков течет настоящая интернациональная кровь. И каждый из нас может говорить и на польском, и на русском, и на литовском языках. А кроме того, молодые изучали в школе и институтах английский и немецкий языки.

Я вспомнил, что не так давно в течение целого года изучал в университете польский язык.

– Ага! – воскликнула младшая дочь Ядвиги Феликсовны, девушка с поэтическим именем Гения, – сейчас мы вас испытаем!

…Прошло два часа, и мне уже стало казаться, что я давно знаком с этой милой, дружной семьей.

Сегодня у верующих-католиков большой религиозный праздник. Я.Ф. собирается в костел. Вчера по этому поводу у нас разгорелся целый диспут: я с жаром доказывал, что материя первична, а бога нет, и что, вообще, религия – опиум для народа. Ядвига Феликсовна то спорила со мной, то соглашалась: я подозреваю, что она и не верит в бога.

– Конечно, – повторяет она, – судьба человека в его руках. Все, что мы сделали, что построили, наша жизнь… нет, не молитвами все это создано, а нашим потом, нашим трудом.

– А как же… – начал я.

– Ты хочешь спросить меня, почему я продолжаю ходить в костел? – догадалась Я.Ф.– Не знаю. Может быть, по привычке?

…Это было вчера. Я сегодня я прощаюсь с Я.Ф., прощаюсь со своими новыми друзьями.

Впереди – Белоруссия.

ПО ГОРНЫМ ДОРОГАМ

Высоко над дорогой развернут транспарант «До Тбилиси – 35 км.». По сторонам автострады тянутся бесконечные сады и виноградники.

– Стой! – неожиданно на шоссе выскакивает высокий широкоплечий грузин.– Послушай, генацвале, откушай с нами…

Я замечаю невдалеке от дороги несколько рефрижераторов, а рядом – водителей, устроившихся на обед. На траве расстелена скатерть, на ней термосы, половинка огромного арбуза.

Мне не удается отговориться, и вот я в веселой компании.

Невысокий пожилой грузин с большим животом – точно такой, каким мы представляем себе грузин по кинокомедиям – долго вглядывается в мой велосипед и спрашивает:

– Скажи, генацвале, откуда едешь, куда едешь, где был? Расскажи, пожалуйста.

– Послушай, дай ему покушать! – взрываются другие водители.

– Нет, почему же, – улыбаюсь я.– С удовольствием расскажу вам, где был…

И я рассказываю… Вспоминаю синие озера и дремучие леса Белоруссии, бескрайние степи Украины, златоглавый Киев, вспоминаю гостеприимный молдаван, угощавших меня своим знаменитым вином.

– О! – восклицают чуть ли не хором мои слушатели.– Ты, дорогой, еще не пробовал грузинского вина!

– Почему не пробовал, – лукаво улыбаюсь я, – пробовал.

– Ну… – нетерпеливо смотрят на меня водители.

Я молча показываю большой палец.

Всеобщее ликование. Старик-грузин хлопает меня по плечу.

– Дорогой, поехали ко мне в гости. Я угощу тебя настоящим вином – горячим, как кровь, чистым, как девичья слеза. Поехали, с семьей своей познакомлю. Как сын мне будешь.

Я отказываюсь, старик же искренне огорчается.

– Я когда-нибудь приеду к вам, – говорю я, прижав руку к сердцу, – но не сейчас. За 60 дней я должен объехать всю страну.

Через полчаса я прощаюсь с ними, а на Военно-Грузинской дороге, почти у самого Тбилиси, сигналя, меня обгоняют три рефрижератора. Из кабин выглядывают знакомые лица.

ТАНЕЦ НА ПАРОМЕ

Медленно вставало утро над Каспийским морем. Внизу гудят двигатели парома «Азербайджан». Сегодня море удивительно спокойно – мне говорили, что чуть ли не ежедневно здесь бушуют штормы.

Чуть свет, а я уже на ногах. Вчера почти до полуночи продолжался конкурс танцев.

Дело было так. Вечером, когда в Бакинском порту началась погрузка на паром, я разместил свой велосипед на верхней палубе и начал знакомиться с пассажирами.

Спорили два туркмена – молодой, мой ровесник, и старик лет 90, в высокой бараньей шапке. Парень ездил в Баку к своему другу-азербайджанцу. А старик возвращался со свадьбы – его внучка вышла замуж за археолога из Кировобада. Год назад этот археолог работал в Туркмении и там познакомился со своей будущей женой.

Спутники старика уже дремали, а он, неугомонный, бродил по парому, рассказывая о своей дочери, о ее муже, о своей новой родне. Теперь он спорил с юношей.

– Старость? 90 лет – разве старость? Теперь только и жить. Да я еще и сейчас тебя переплясать могу!

Молодой туркмен не мог сдержать улыбки.

– Не веришь? – распалялся старец.– Плясать – не гранат есть, тут опыт нужен. Вот ты, путешественник, – обратился он ко мне, – ты много ездил, много видел, скажи – прав я или не прав.

На своем пути я не раз бывал на торжествах и празднествах, а однажды был даже приглашен на свадьбу. В Абхазии уже много лет существует ансамбль, самому младшему члену которого не меньше, чем этому почтенному туркмену. А в Армении, в Ереване, я слушал концерт маленьких артистов, которые годятся им не то что в правнуки, а в праправнуки! Но в артистизме, в искусстве исполнения они ни в чем не уступали своим прадедам.

Мои слова не убедили старика-туркмена. Он вскочил на ноги, натянул покрепче свою высокую шапку и принялся отплясывать. Вскоре вокруг нас собралась толпа, подбадривающая, аплодирующая. Когда же старик, усталый, но веселый, остановился, кинулся в пляс молодой туркмен.

– А у нас танцуют не так! – вдруг сказал солидный узбек в расписанной тюбетейке. Проснулись дремавшие пассажиры, потянулись вверх люди с нижней палубы. Туркмены, азербайджанцы, узбеки – каких только танцев я не видел! Танцоры, завязавшие спор, взяли меня за руки и вовлекли в общий круг…

Сейчас раннее утро. Капитан Вениамин Павлович Шульгин обещал показать свой паром и рассказать об истории покорения Каспия. А старпом Самедов Самед Азиз оглы еще вчера хотел помочь мне найти в безбрежном море плавучие буровые вышки. Нефтяные установки не видны простым глазом – уж слишком они далеки, да и с помощью сильного морского бинокля мудрено найти их.

Над паромом появляются чайки. Один из матросов протягивает мне бинокль: прямо по курсу – Азия!

Влажная прохлада моря сменяется жарким дыханием пустыни.

ДОМА!

Прошло 60 дней с тех пор, как я стартовал из родной Рузаевки. Сегодня я финишировал. И был с восторгом встречен друзьями. Теперь их у меня много.

Пройден путь почти в 11 тысяч км! Наверное, у меня ничего не получилось бы, если бы не мои новые знакомые. С признательностью вспоминаю украинского тренера Александра Владимировича Клец, ребят из «Трудовых резервов» Ашхабада, преподавателя Самаркандского спортинтерната, тренера по самбо и карате Михаила Скоробогатова – невозможно перечислить всех, кто оказывал мне помощь.

Родина… Когда я был совсем маленьким, мир ограничивался для меня пределами родного дома, потом я стал считать родным свою улицу, город; я взрослел, и передо мной открывались новые просторы… Теперь я знаю – где бы я ни был, куда бы ни поехал – всюду меня встретят добрые, сердечные люди – мои друзья. Какие мы все разные – по характеру, темпераменту, привычкам, но все мы – советские люди!

> А. ШАБАЕВ, студент

====================================================

21 декабря 1984 года, «Молодой ленинец».

«ВСЕ ПОМНИМ…»

Путевые заметки с велопробега, посвященного 40-летию победы советского народа в Великой Отечественной войне

Это было первое письмо Александра Шабаева, пришедшее в редакцию. За ним последовало второе, третье, четвертое. В октябре стопку писем, аккуратно сложенную на редакционном столе мы именовали уже дневником. Страницы его и предлагаем мы сегодня своему читателю.

Итак:

В стылом сентябрьском воздухе густо висел туман, город скрылся в молочной кисее. Редкие прохожие зябко поеживались от ранней утренней прохлады. Пламя, вырывающееся из центра пятиконечной звезды, отбрасывало красные блики на мраморную плиту и ярко освещало выпуклую надпись: «Вечная слава погибшим за свободу и независимость нашей Родины!».

Вечная им слава, им, погибшим ради жизни на земле, ради нас с вами, ради нашего будущего!.. Абрамов, Иванов… Краснощеков.. Сидоров… Гранитная стена испещрена сотнями имен.

Отсюда, от памятника павшим в Великой Отечественной войне 1941—1945 гг., мы и решили стартовать. Мы – студент Мордовского ордена Дружбы народов государственного университета имени Н.П.Огарева Александр Шабаев и рабочий саранского завода «Электровыпрямитель» Александр Краснощеков.

Замысел велосипедного пробега по городам-героям возник у нас давно, но окончательно оформился лишь в начале этого года после известного постановления ЦК КПСС «О 40-летии Победы советского народа в Великой Отечественной войне 1941 – 1945 гг.». Уже тогда был тщательно разработан маршрут, составлен график движения: весь долгий путь длиной в 7500 км мы должны пройти за 40 дней.

Что позвало вас в дорогу? – спрашивали нас друзья, спрашивали знакомые и незнакомые, и дома, и в пути. И на самом деле – что?

В последние годы многие буржуазные историки и идеологи твердят: «Война закончилась 40 лет назад; пора бы и позабыть про нее, зачем, мол, омрачать себе жизнь нехорошими воспоминаниями». Но для нас Великая Отечественная война – не просто страница истории, не просто мрачные воспоминания. Война вошла в каждую нашу семью, она вошла в само сознание народа. Забыто?! Да разве мы можем забыть двадцать миллионов погибших, миллионы изувеченных и обездоленных. Разве я могу забыть своего деда, которого совсем не видел, потому что он погиб, защищая Ленинград в сорок первом, а я родился через шестнадцать лет после Победы?!

Ради священной памяти наших дедов, ради мира, ради счастья на земле, ради будущего мы не должны забывать войны минувшей.

Что позвало нас в дорогу? Используя свое свободное время, на свои средства мы отправились в такой долгий путь не ради удовольствия. Ведь уже давно прошла осень, над головой собираются тучи и с запада дует холодный неласковый ветер.

Мы едем для того, чтобы собственными глазами увидеть наше прошлое, чтобы почтить память тех, кто ради нас с вами остался там, в этом прошлом. И нам хочется твердо сказать: «Мы все помчим, мы ничего не забыли!».

…Ослепительный шар солнца перевалил за полдень и теперь быстро катится к горизонту. Раскаленный асфальт так и дышит жарой, лишь лесная прохлада (вокруг автострады раскинулся сосновый бор) позволяет немного перевести дух. Мы спешим – по предварительному графику, нам нужно за два дня доехать до Москвы, преодолеть около семисот нелегких километров. Наши велосипеды мчат нас по довольно известным местам – здесь ежегодно проводятся этапы традиционной многодневной велогонки.

Но сейчас все открывается заново. Пока наш маршрут проходит по местам, не знавшим боевых сражений Великой Отечественной войны, но в каждом городе, в каждом селе поднимаются в небо обелиски в честь тех, кто пал смертью храбрых в борьбе с ненавистным врагом. Эти памятники человеческой скорби, славы нашего народа не безмолвны. Они обращаются к людям планеты с призывом: «Будьте бдительны! Берегите мир!». Образ советского солдата, запечатленный в бронзе или камне, образ скорбящей матери, воинское оружие, поднятое на постамент как знак солдатской доблести или же простая гранитная плита с выбитыми на ней словами: «Вечная слава героям, павшим за свободу и независимость Родины!». Они взывают: «Люди, берегите мир!».

Недалеко от районного центра Торбеево, на развилке двух дорог, открытый ветрам и человеческому взору, устремился вверх краснозвездный самолет. Он установлен здесь в честь прославленного летчика Михаила Девятаева.

Как бы ни подгоняло нас время, мы делаем здесь небольшую остановку, возлагаем к подножию памятника букет простых полевых цветов.

…Мы мчим по бетонке Московской окружной автодороги. Перед нами как в книге разворачиваются широкие улицы и площади столицы, зелень ее парков, и скверов чуть задетых осенью, поднимаются ввысь новые белоснежные кварталы. Многие века создавался своеобразный, неповторимый образ этого древнего города, в котором тесно переплелись черты далекого прошлого с настоящим и все естественнее проступают приметы Москвы будущего.

А осенью 1941 года почти у самых стен столицы стоял враг. Здесь развернулось одно из крупнейших сражений Великой Отечественной войны.

Перед, началом нового этапа мы побывали на Красной площади. Здесь 7 ноября 1941 года состоялся исторический военный парад. Прямо с митинга советские воины шли в бой, шли защищать свободу и независимость нашей Родины.

Старт очередного этапа пришлось задержать на три часа: шел дождь, и нам не хотелось выходить под его холодные струи на мокрый и скользкий асфальт. Но вот небо немного прояснилось, из-за туч выглянуло солнце. В путь!

Когда широкое Ленинградское шоссе вывело нас из сутолоки городских улиц (впрочем, движение за городом не стало менее интенсивным), когда минули многоэтажные кварталы города Химки, примыкавшего к самому кольцу, мы сделали остановку у памятника «Защитникам Москвы». С левой стороны шоссе вздымается вверх гранитная стела, противотанковые ежи напоминают о том, что здесь в ноябре сорок первого москвичами был создан один из участков оборонительного пояса – так близко был враг.

Следующая остановка на сороковом километре Ленинградского шоссе. Здесь находится мемориальный комплекс на братской могиле защитников столицы. Из этой могилы в день 25-летия разгрома фашистских войск под Москвой были взяты и перенесены к Кремлевской стена останки Неизвестного солдата.

Через километр мы останавливаемся еще раз и вновь достаем из рюкзака фотокамеру. Памятник – Т-34 на гранитном пьедестале. С этого рубежа 6 декабря 1941 года войска 16 армии начали контрнаступление. Миф о непобедимости германского оружия был развеян.

…Дорога ведет нас по тем местам, где зимою сорок первого советские воины ценою невероятных усилий, ценою своей жизни остановили врага, а потом погнали его назад, на запад. Мелькают дорожные указатели с названиями городов, поселков. Зеленоград, Солнечногорск, Клин. Казалось, ничто не напоминает о минувшей войне. Строятся новые дома, рассекают подмосковные леса новые магистрали и линии электропередач, на полях гудят тракторы – заканчивается уборка урожая. Но о войне забыть нельзя: о ней напоминают памятники и обелиски, о ней напоминает позеленевший надгробный камень с выбитой красной звездой на сельском кладбище, о войне напоминает старая пожелтевшая фотография, в доме, куда мы зашли попросить продать молока. На снимке молодой лейтенант – озорной чуб, сдвинутая на затылок фуражка. «Сын?» – не заметив черной траурной каемки, спросил я у седой старухи – хозяйки дома. «Нет», – покачала она головой, и две слезинки скатились из ее глаз по морщинистым щекам, – муж». «Муж?» – удивленно повторил я, переводя взгляд с фотографии на ее сморщенное лицо. «Муж», – покачала головой старуха и застыла. Будто и не было для нее этих сорока лет.

Осталась позади Москва, с ее шумным окружным автокольцом, замелькали небольшие подмосковные города и поселки.

В Калинин мы приехали к вечеру. Здесь нас интересовал дом-музей комсомольской славы имени Лизы Чайкиной.

От Новгорода дорога повернула к Ленинграду. Когда-то здесь гремели ожесточенные бои – фашистские генералы, выполняя приказ Гитлера, бросали сюда все свои силы, пытаясь любой ценой пробиться к городу Ленина.

Вздымаются вверх обелиски, посвященные советским воинам, павшим в боях за Родину в 194! —1945 гг.

Не меркнет в сердцах людей память о тех, кто ценою своей жизни дал нам возможность трудиться, радоваться яркому солнцу и мирному небу. Вот почему так бережно, с любовью взрослые и школьники ухаживают за братскими могилами и воинскими захоронениями.

В деревне Трубичино Новгородской области мы познакомились с гостеприимной семьей Пучуль. Глава семьи, Эдвард Вацлавович рассказал нам, что недавно на сессии сельского Совета приняли решение о возведении обелиска на воинском захоронении в Трубичине. Решение народных избранников поддержал и исполком районного Совета.

Последнюю ночь перед Ленинградом планировалось провести в небольшом городке Тосно. В январе 1943 года здесь гремели жаркие бои. Станция и поселок освобождались ночной атакой. Если в начале войны бои шли в основном в дневное время, то ночная атака стала привычной для солдат. А ведь умение действовать в ночных условиях – одно из высших проявлений солдатского мастерства. Именно в те дни в «Крокодиле» появилась карикатура; побитый фюрер стонет; «Ох, грустно мне, ох, тесно мне».

В Ленинград мы приехали рано утром. Всей стране известен дневник юной ленинградки Татьяны Савичевой. День за днем бесстрастно отмечают листки дневника, как умирают ее близкие. «Умерли все. Осталась одна. Таня», – последняя запись выведена корявыми буквами, от истощения рука девочки уже не могла держать карандаш.

Таню успели вывезти на Большую землю. Но цепкие когти смерти достали ее и там, Ее могила находится недалеко от Мордовии, в селе Починки Горьковской области. В годы Великой Отечественной войны в этом селе находился интернат для детей блокадного Ленинграда. Здесь и умерла Татьяна Савичева: врачи ничего не смогли сделать, юный организм был истощен от голода. В память о Тане Савичевой, о тысячах других ленинградцев, погибших от голода и холода жители Починок соорудили памятник в центре села. Остались увековеченными в камне страницы дневника Татьяны – страницы скорби, страницы Памяти.

Готовясь к велосипедному пробегу по городам-героям, мы пытались предусмотреть все возможные ситуации, которые могут сложиться в дороге. Были просмотрены десятки карт, атласов, и путеводителей, была прочитана гора литературы, проштудирована десятитомная «История Великой Отечественной войны». И кроме этого напряженная спортивная подготовка, ежедневные тренировки.

Но все предусмотреть не удалось. Стартуя в середине сентября, мы надеялись на обещанное синоптиками возвращение «бабьего лета», ничуть не пугаясь при этом «кратковременных дождей». И вот уже целую неделю после старта – дожди, дожди, дожди – с утра и порой до вечера, нудные, моросящие – настоящие осенние дожди. Вместе со встречным ветром они надолго спутали наши расчеты. «Рабочий день» увеличивался для нас на несколько часов – мы не успевали проходить свои «суточные» 180—250 километров за положенное время. А кроме этого, мы должны встречаться с ветеранами Великой Отечественной войны, посещать музеи, фотографировать памятники и обелиски, вести дневник пробега… Приходилось на час раньше вставать и ложиться на час позже.

Приближается граница Белоруссии. Густые, дремучие леса подступили к самой дороге. Здесь когда-то был знаменитый партизанский край, Рано утром, когда на трассе еще не слышно шума моторов, мы несколько раз видели зайцев и лис, а однажды – даже матерого лося. Заметив нас, сохатый неторопливо повернулся и, вскидывая сильные задние ноги, устремился сквозь кустарники в глубь леса.

Короткая остановка у моста через раку Березину. Здесь 30 июня 1944 года гвардии рядовой 62 отдельного гвардейского саперного батальона Кладиев Виктор Сидорович под огнем противника, будучи тяжело раненым обеспечил переправу танкового корпуса через реку Березину. За этот подвиг ему присвоено звание Героя Советского Союза посмертно.

Деревня Замосточье. Резко тормозим у скромного обелиска с цветами у подножия. Надпись; «Вечная слава жителям колхоза „Ленинский путь“, павшим ог рук фашистов в 1941—1945 гг.».

Мчит дорога через полноводные реки, сквозь густые леса, мимо болот и синих как небо озер. И что ни километр, то остановка. Обелиски, стелы, памятники, братские «могилы…

Плачет дождь. Но скоро разойдутся тучи, и вновь яркое солнышко поднимается над землей. Павшие в бою и замученные в неволе, вы слышите нас? Вы приняли смерть, но пламя любви вашей к Родине вовек не погаснет.

Мы склоняем головы над вашими могилами. Мы помним вас.

====================================================

22 декабря 1984 года, «Молодой ленинец» /перепечатка/.

ПО ГОРОДАМ-ГЕРОЯМ

Два спортсмена из города Рузаевки Шикур Шабаев и Александр Краснощеков успешно завершили сверхмарафонский велопробег по городам-героям: Москва – Ленинград – Минск – крепость-герой Брест – Киев – Одесса – Керчь – Новороссийск – Волгоград – Тула – Москва. Свой пробег они посвятили 40-летию Победы над фашизмом и XXXVIII велогонке Мира. Студент 5-го курса филологического факультета Мордовского университета имени Н.П.Огарева Ш. Шабаев и 18-летний рабочий саранского завода «Электровыпрямитель» А. Краснощеков стартовали от памятника героям-рузаевцам, погибшим в годы Великой Отечественной войны.

Комсомольцы проехали по 26 областям РСФСР, Белоруссии и Украины, преодолев 7.500 км за 40 дней. Этой символической цифрой «40» комсомольцы хотели подчеркнуть патриотический смысл своего пробега. Знаменательно, что А. Краснощеков выдержал нелегкий экзамен накануне призыва в ряды Вооруженных Сил СССР. Он прошел трудный путь, чтобы почтить память своих дедов – тех, кто отдал жизнь, защищая свободу, честь и независимость нашей великой Родины

> А. АНДРЕЕВ, «Правда» – 17.12.1984.

====================================================

«Молодой ленинец», 13 февраля 1985 г.

У НАС ЗАМЕЧАТЕЛЬНОЕ ДЕЛО

До последнего времени о жизни Александра Полежаева было известно очень мало. Даже вопрос о времени его рождения долгое время являлся загадкой для биографов и литературоведов. И только сравнительно недавно И.Д.Воронин смог дать ответ на этот вопрос. На основе тщательных архивных изысканий исследователь определил, что А.И.Полежаев родился 30 августа (11 сентября по новому стилю) 1804 года в селе Рузаевка бывшего Инсарского уезда Пензенской губернии, ныне Рузаевского района Мордовской АССР.

Сегодня у нас в гостях – ребята из рузаевской средней школы 9. Школа носит имя Александра Полежаева, а здание находится, вероятно, на том самом месте, где много лет тому назад родился знаменитый поэт. В этом году исполнилась заветная мечта ребят – открылся школьный музей.

Рассказ начинает ученица 10-го класса Светлана КОЧЕТКОВА:

– Наша школа стоит на историческом месте, на месте усадьбы Струйских, внуком которых был поэт. По совету учительницы русского языка и литературы Людмилы Викторовны Лемжиной мы стали изучать творчество Полежаева и собирать о нем материал. Начали с того, что перечитали, изучили всю литературу о поэте, которая была в наших библиотеках. Побывали в республиканском краеведческом музее и по примеру этого музея составили картотеку всех экспонатов. В наш адрес мы часто получаем письма со всех концов страны… Но еще чаще мы пишем сами.

В разговор вступает Наташа НОВИКОВА:

– Писать нам приходится очень много. Сейчас переписываемся с Государственным литературным музеем, с Центральным государственным архивом литературы и искусства СССР, с музеем Института русской литературы (его еще называют Пушкинским домом). Особая дружба с Государственным литературным музеем. Первое наше письмо в музей экспонировалось им на передвижной выставке в городе Волгограде на слете лучших поисковых отрядов России.

В работе большую помощь ребятам оказала книга известного детского писателя Порудоминского «Вся жизнь моя – гроза», изданная в Москве в 1981 г. и посвященная жизни Полежаева. Владимир Ильич Порудоминский стал почетным членом кружка. Он подарил школьникам свою книгу с автографом, часто посылает фотографии и фотокопии нужных документов.

Во время одного из посещений музея в Саранске ребята узнали от сотрудников музея, что в Пензе живет народный художник РСФСР Борис Иванович Лебедев, который иллюстрировал книгу профессора Воронина о жизни и творчестве Александра Полежаева. Борис Иванович во время встречи рассказал юным историкам о работе над полежаевсой темой. По предложению Мордовского книжного издательства художник сделал серию рисунков о Полежаеве. А в Москве в издательстве «Изобразительное искусство» сейчас готовится к печати набор открыток о нашем знаменитом земляке.

Ежегодно проводятся Полежаевские чтения. На них приезжают гости из Саранска, собираются преподаватели русского языка и литературы всех школ города, представители общественности и общества книголюбов Рузаевки. Особенно представительными были чтения минувшей осенью – в день 180-летия поэта. Открыл и вел их член Союза писателей, почетный гражданин города Федор Константинович Андрианов. Звучали стихи поэта, ребята возложили к памятнику поэту цветы.

Основу литературно-краеведческого кружка составляют учащиеся десятого класса. Пройдет несколько месяцев, и они покинут школу. Пригодится ли им исследовательская работа в будущей жизни? Или останется только приятным воспоминанием – как первый звонок или прощальный вальс? Этот вопрос – Наде БЫЧКОВОЙ, секретарю школьной комсомольской организации. Надя улыбается, задумывается:

– Наш музей очень и очень дорог нам. Тем более, что мы являемся его «первооткрывателями». Мы просто гордимся, что у нас есть такое замечательное дело! Не все, но кое-кто из нас обязательно свяжет судьбу с краеведением…

К слову. Надя – бессменный экскурсовод школьного музея. Она знает каждый его экспонат. Со своим докладом о творчестве и жизни Александра Полежаева часто выступает перед краеведами города и республики. А ее выступление на слете лучших поисковых отрядов в городе-герое Волгограде удостоилось высокой оценки.

> А. ШАБАЕВ

=====================================

«Молодой ленинец», 22 февраля 1985 г.

ВСЕ ПОМНИМ…

Продолжаем публикацию путевых заметок с велопробега, посвященного 40-летию Победы советского народа в Великой Отечественной войне. 7,5 тысячи километров по городам-героям нашей страны проехали на велосипедах комсомольцы Александр ШАБАЕВ, студент МГУ им. Н.П.Огарева, и Александр КРАСНОЩЕКОВ, рабочий саранского завода «Электровыпрямитель».

Слово автору путевого дневника Александру ШАБАЕВУ:

Велосипеды мчат нас по ровной, как стол, бетонке автострады Москва-Минск-Брест. Наконец-то мы смогли оторваться от дождевых облаков – тяжелые свинцовые тучи остались далеко позади. Приближается конечная цель сегодняшнего этапа: мы только что проскочили мост через реку Муховец, а значит, до Бреста подать рукой.

БРЕСТСКАЯ КРЕПОСТЬ…

Близится вечер, но нескончаем поток людей. По гранитным плитам, обрамленным алыми, как кровь, розами, мы идем к главному входу крепости. Пролом в стене – огромная пятиконечная звезда. Решетки казематов, уходящих в подземелье.

И вдруг, как будто из глубины камня, слышится знакомый голос Левитана: «…отмечая исключительные заслуги защитников Брестской крепости перед Родиной и в ознаменование 20-летия Победы советского народа в Великой Отечественной войне 1941—1945 гг., присвоить Брестской крепости почетное звание «Крепость-герой» с вручением ордена Ленина и медали «Золотая звезда».

Бьется на ветру Вечный огонь. Здесь, у площади Церемониалов, под черными гранитными плитами покоится прах 833 защитников крепости. Имена майора Фомина (он чудом остался жив), начальника 0—1 погранзаставы Кижеватова (в крови которого и мордовская кровь), имена десятков других защитников Брестской крепости – представителей более 30 национальностей Советского Союза – известны сейчас всей стране.

Мы идем по аллее, заложенной наследниками боевой славы отцов – участниками 1 Всесоюзного слета победителей похода по местам боевой славы советского народа. Корни деревьев, роняющих осеннюю листву, питает земля, привезенная с Волочаевской сопки, Перекопа, Волоколамского шоссе, из Краснодона, с места гибели Гастелло, с «Малой земли» под Новороссийском, с места, где первый советский солдат форсировал Днепр, из деревни Прохоровка, из столицы Партизанского Советского района Белоруссии, с места, где первый советский солдат вступил на Государственную границу СССР, неся освобождение народам Европы…

Деревья, обступившие автостраду, разом разошлись, и на левой стороне дороги возникла огромная стела-указатель. «КОРТЕЛИСЫ» – высечено на ней, а чуть пониже «мемориальный комплекс, посвященный жертвам фашизма».

…Гитлеровцы ворвались в это волынское село уже на 6-й день войны. Не покорились врагу жители Кортелис. Здесь возник партизанский отряд имени К.Е.Ворошилова, который был воистину интернациональным – в его рядах сражались русские, украинцы, белорусы, казахи, азербайджанцы, грузины. Верность социалистической Отчизне и вера в Победу объединяла их. Командовал отрядом защитник Брестской крепости Борис Михайловский. Сельский учитель Яков Карпук стал комиссаром.

Ни днем, ни ночью не знали покоя фашисты. Когда же в ночь с 25 на 26 мая 1942 г. партизаны уничтожили в Кортелисах фашистский гарнизон, враг задумал карательную акцию. Сразу несколько карательных отрядов окружили Кортелисы. Фашисты собрали жителей в центре села и загнали в церковь, школу, близлежащие дома и сараи. А затем начали хладнокровно и планомерно умервщлять людей. Взрослых расстреливали, стариков и подростков, жалея патроны, оглушали прикладами, младенцев живыми бросали в ямы.

Есть в сельском музее особая реликвия – Книга памяти, в которой поименно названы все жители Кортелис, зверски замученные гитлеровскими извергами – 2875 жителей села, среди них 1620 детей было уничтожено палачами. Фашисты сожгли 715 хат, 20 близлежащих хуторов. На месте Кортелис осталось лишь огромное пепелище. Только старый обгорелый дуб в центре села чудом уцелел и стоит там и поныне – это немой свидетель страшной трагедии.

…Долго петляли по улицам украинского города КОВЕЛЯ. По предварительному плану у нас здесь должна была быть остановка на целый день. Но погода подвела нас, и нам пришлось знакомиться с городом «на колесах». Здесь в годы Великой Отечественной войны действовало целое партизанское соединение. Операция народных мстителей по уничтожению вражеских эшелонов вошла в историю под названием «Ковельский узел». Успех битвы под курском складывался и здесь, на Волыни.

Позади половина пути. На нашем счету 3,5 тыс. км., десятки встреч с ветеранами войны. Отсняты метры фотопленки.

Этапы были, пожалуй, самыми трудными. Проливные дожди в Белоруссии задержали нас на несколько дней. И вот мы в СЕВАСТОПОЛЕ.

Город русской славы. За свою 200-летнюю историю Севастополь не раз доказывал, что он достоин этого почетного звания. Две труднейшие, беспримерные осады ему пришлось выдержать – в Крымской войне 19 века и спустя почти сто лет – во время Великой Отечественной.

Как ни торопил нас график, мы решили остаться в Севастополе еще на день. Корниловский бастион на «Малашке» – так любовно называют здесь Малахов курган. Панорама, мемориальный комплекс на Сапун-горе. Родина помнит своих героев, Родина их не забудет.

…С высоты перевала Цемесская бухта и город, раскинувшийся на ее берегах, похожи на голубую чашу. Зеленые виноградники, цепляющиеся за склон горы, еще больше подчеркивали это сходство.

Мы прошли через весь НОВОРОССИЙСК, мимо памятника «Непокоренным», мимо бронзовой фигуры Неизвестного матроса, через площадь героев – туда, где холодной зимой 1943-го высадился легендарный отряд морской пехоты майора Цезаря Куникова. 225 дней на этом маленьком клочке земли, которую бойцы назвали Малой землей, сражались бойцы 18-й армии.

…Уже который день мы мчим по степным дорогам Ростовской и Волгоградской областей. Все эти дни шли холодные дожди, а сегодня, проснувшись и взглянув в окно, мы ахнули – степь была белым-бела.

В Волгоград мы приехали уже в сумерках, но еще долго пришлось крутить колеса на центральной улице, протянувшейся на добрых 70 км. Улица плавно огибала Мамаев курган, скрывавшийся в темноте. Мощные прожектора освещали величественную скульптуру Родины-матери. «Вот здесь, на этом месте, – подумал я, – и решалась судьба человечества. Человеколюбие, гуманность оказались сильнее фашизма, сильнее любого оружия».

…И снова повела нас дорога.

====================================================

6 марта 1985 года, «Молодой ленинец».

«ПО СОБСТВЕННОМУ ЖЕЛАНИЮ…»

Или Во что обходится «естественный отбор»

ГОВОРЯТ, даже в английском парламенте текучка кадров доставляет немало хлопот. То и дело почтенные лорды, несогласные с политикой правительства, подают заявления в тамошний отдел кадров с просьбой уволить их по собственному желанию, которое, впрочем, не всегда является собственным, Но – шутки в сторону.

Речь в этом материале пойдет не о «летунах». В конце концов, их не так уж и много. Но почему меняют место работы те, кто проработал на производстве не месяц, не два, не год, а три, четыре года, а то и больше – - кадровые рабочие, люди, разбирающиеся во всех тонкостях своего дела?

Саранская швейная фабрика. Средняя по всем показателям: и по количеству рабочих, и по количеству проблем, и даже по коэффициенту текучести кадров. Такие, «средние» предприятия, случается, иногда не выполняют плана, а чаще все-таки дают свои 100 процентов. Так и здесь. Фабрика, хотя и с трудом, но выполнила план 1984 года. Но настораживают цифры: в прошлом году отделом кадров было уволено 242 человека, в том числе 180 – по собственному желанию. Иными словами, треть работающих!

Знакомьтесь: швеи-мотористки цеха N° 1 Надя Измалкина и Надя Калинкина. Шесть лет назад подруги закончили одну школу, вместе приехали в Саранск, поступили в филиал рузаевского профессионально-технического училища №6 (базовое училище швейной фабрики), вместе закончили учебу и вместе стали работать.

Из устной характеристики молодых работниц, выданной мастером первого цеха Анной Филипповной Башкировой:

– Девушки хорошие, дисциплинированные, трудолюбивые, всегда выполняют и перевыполняют сменные задания. Но однажды подают мне заявления об уходе. Что случилось? Оказалось, жить негде. Тогда мы смогли удержать их – выделили места в общежитии, А сейчас…

– Наверное, все равно уйдем, – ответила Надя Измалкина.

Уйдет, видимо, не только Надежда. Лишь в июне-июле прошлого года почти одновременно уволилось около пятидесяти человек, 8 январе оставили работу 11 работниц. Но год-то длинный – двенадцать месяцев. Что же будет дальше?

– А ничего не будет, – спокойно ответила Измалкина. – Из училища придут другие девочки. Видите, рядом с Надей работает Геля Щетинина, практикантка, почти выполняет план.

– Без училища мы были бы как без рук, – вздыхает Мария Алексеевна Трунина, председатель профсоюзного комитета.

Сейчас на швейной фабрике проходят практику 52 человека, в мае СПТУ пришлет еще 30. После окончания учебы большинство останется здесь работать. Но надолго ли? За последние восемь лет сюда, на производство, пришло около семисот выпускников профтехучилища, из них сейчас работают 260. Каково?

Прошу Надю Калинкину вспомнить, сколько ее подруг-«однокашниц» осталось работать на швейной фабрике.

– Из нашего выпуска – Надя Измалкина, Лариса Кочеткова… и все. Обычное дело: отработав положенные два года, девочки уходят на другое предприятие. Основная причина текучки – жилищная проблема.

Недавно подала заявление с просьбой об увольнении по собственному желанию одна из инженеров-технологов (попросившая не называть ее имени), которая проработала здесь десять лет, и у нее не появилось даже надежды на получение жилья.

Факты: за XI пятилетку фабрике было выделено 3 (!) квартиры. Существует очередь на кооперативное жилье. Но строительство дома запланировано только на 1986 год. И еще не ясно, где будет возведено это здание. Если, скажем, где-нибудь в поселке «Заречном», то, считает М.А.Трунина, половина рабочих, получив квартиры, на фабрике долго не задержится.

Интересно, а сколько же стоит многоэтажный жилой дом? Или общежитие гостиничного типа для малосемейных – как раз такое, которое решило бы все жилищные проблемы швейников. Специалисты института «Мордовскгражданпроект» подсказали: 250—300 тысяч рублей. Признаем – немалые деньги. Однако, произведем небольшие расчеты. Вспомним: за восемь лет училище направило на Саранскую швейную фабрику около 700 человек. Из них осталось работать 260. Значит, уволилось 440 работниц. И большинство их сейчас работает где-то не по своей специальности. Обучение одного учащегося в профессионально-техническом училище – в том самом, которое готовит кадры для фабрики, обходится государству в 600 рублей (теперь, когда срок подготовки увеличился до двух лет, расходы тоже стали больше). Но умножим 440 хотя бы на минимум, 600 рублей. Сколько получится в итоге? Жилой дом!

Еще деталь. Для того, чтобы выпускник СПТУ стал мастером в своем деле, универсалом, таким, как Анна Филипповна Башкирова, требуется лет пять-шесть, самое меньшее. А для начала молодым работницам дается «испытательный срок» в три месяца, когда от них не ждут даже «плана».

Выходит, из восьми лет по крайней мере пять училище проработало вхолостую. Так не обойдется ли строительство нового общежития дешевле?!

До сих пор мы говорили о тех случаях, когда на место опытных, знающих работниц приходят неопытные, вчерашние школьницы. Но ведь очень часто замены вообще не находится. На той же швейной фабрике дефицит рабочих кадров составляет более ста человек. Сколько продукции могли бы произвести эти сто работниц, сколько человек смогли бы они одеть.

Сейчас Саранская швейная фабрика арендует жилье в двух общежитиях. Здания находятся на балансе ВНИИИС имени А.Н.Лодыгина. Более двухсот фабричных рабочих, проживающих здесь, чувствуют себя если не гостями, то и не полноправными хозяевами. Получается как в известной русской пословице: «У семи нянек дитя без глазу».

Надя Калинкина выражается еще прямее.

– Нет в общежитиях определенной власти. Меняются воспитатели. Давно не проводился ремонт, не хватает холодильников, телевизоров. А девчатам так хочется, чтобы там, где мы живем, было приятно отдохнуть. Чтобы было где потанцевать, в конце концов. А у нас Красный уголок только и называется Красным…

Желание молодых работниц вполне естественно. Положение усугубляется и тем, что в общежитиях нет четкого разграничения на этажи или секции для семейных и неженатых. Понятно ведь, что желания и симпатии этих категорий людей довольно-таки различны.

Трудности с жильем – проблема номер один на большинстве заводов и фабрик города. Симптомы той же «болезни» наблюдаются даже у строителей, например, в тресте «Мордовсельстрой». Так же неблагоустроено здесь общежитие, который год достраивается жилой 84-квартирный дом. Недавно все работы были вновь отложены на неопределенное время.

Причин текучести кадров великое множество. Одни из них присущи большинству предприятий, типичны, другие специфичны. На швейной фабрике ежегодно увольняется энное количество работниц еще и потому, что это – сугубо женское предприятие. В районе, где оно расположено, нет ни одного «мужского» учреждения. Зато напротив, через дорогу находится еще одна фабрика «Мордовские узоры». Налицо «ивановский синдром».

Но гораздо больше все-гаки проблем общих. К.Я.Кузнецов, начальник производственного отдела треста, сетует: мало внимания уделяется быту.

Человек меняет работу. Это итог, сумма, получаемая из множества, порой весьма незначительных по отдельности слагаемых, накладываясь друг на друга «мелкие» причины образуют такой груз, что даже якорь высокой зарплаты не в силах удержать человека на рабочем месте. Оторвавшись от станка, шины, строительной площадки, пускается он в плавание по отделам кадров. Наша знакомая Надя Малкина получает, например, до двухсот рублей в месяц, а иногда и больше. Однако это не мешает Надежде всерьез задумывать о заявлении по собственному желанию.

В фабричной комсольской организации более пятисот человек. Большая сила. Что могут молодые в борьбе против текучести кадров, за стабильность своего коллектива? Не секрет, что какая-то (и немалая) часть рабочих уходит на другие предприятия объясняя свой пост скукой и плохой организацией досуга или отсутствием такового прежнем месте.

Секретарь комсомольской организации Катя Орлова пребывает (пока только пребывает) в должности немногим более месяца. Чтобы сняться или встать на учет, комсомольцы обращаются к Татьяне Черновой, бывшему секретарю. Та опытный, бывалый человек, она состояла при этой должности 5 лет до самого последнего времени, пока не капитулировала перед большой и трудной задачей – сделать свою и жизнь подруг яркой, интересной. Что ж, может по силам окажется это дело Катерине Орловой. Конечно, нелегко будет секретарю. Но у нее 50 помощников!

Стоит задуматься этом не только комсомольцам швейной фабрик треста «Мордовсельстрой». Кстати, здесь коэффициент текучести кадров (отношение числа уволившихся по «собственному желанию» к общему количеству работающих) соответственно – 19,7 и 11 процентов – характерен для большинства предприятий города. Не стоит утешать себя что в итоге на производстве остаются те, кому работа на самом деле нравится, что «происходит процесс естественного отбора», как выразилась Татьяна Чернова. Слишком дорого он обойдется!

> А. ШАБАЕВ, наш спецкор

====================================================

17 марта 1985 года, «Молодой ленинец».

НОВОЕ ПО-СТАРОМУ

Несмотря на поздний час, в окнах правления колхоза «Путь Ильича» ярко горели огни. Руководители хозяйства, механизаторы, животноводы подводили итоги прошлого года, намечали планы на будущий. Собрание шумело, бурлило. Остался позади 1984-й год, сдана государству продукция, подсчитаны все плюсы и минусы. Казалось, особых причин для беспокойства нет. Хорошо поработали в прошлом году животноводы. Если раньше они несли тысячные убытки, то теперь получена небольшая, но прибыль. Стали выше надои молока. Кстати, его себестоимость в колхозе – наименьшая в районе. Из года в год «Путь Ильича» выполняет все планы по поставкам молока, овощей, меда. Оттого и оплата труда на один «человеко-день» здесь одна из наибольших среди большеберезниковских колхозов.

Все это так. Но почему до сих пор колхозники в долгу перед Родиной по продаже зерна? Почему оказались убыточными отрасли растениеводства? Только ли природа-матушка виновата?

…Сейчас Александр УСТИМКИН напряженно думает, размышляет, как быть, стоит ли снова браться за это дело. Обжегшись на молоке, дует на воду.

А дело намечалось стоящее. Решение создать хозрасчетное растениеводческое звено – в общем-то, единственное «чисто хозрасчетное» звено в Большеберезниковском районе – пришло не сразу, не вдруг. Этому предшествовала долгая кропотливая работа. Были тщательно изучены все 765 га. пашни, выделенной звену, составлены на них подборные технологические карты. Так что заранее было известно, сколько и каких удобрений требуется внести на каждое поле, как и когда проводить сельхозработы.

Знание рождает уверенность. Верил в свои силы Александр Устимкин: работать он умеет – взгляните на его крепкие натруженные руки. В позапрошлом, 1983 году, он один убрал хлеба с трети полей родного хозяйства и вышел в число лучших молодых комбайнеров республики. Верили товарищи в Александра, а пригласил он в звено самых опытных механизаторов – под стать себе. Верило и руководство колхоза. В договоре, заключенном с правлением, отмечалось, что в 1984 г. планируется собрать неплохой урожай: по 19,8 центнеров зерновых с гектара.

Был создан совет звена, который решал все хозяйственные вопросы. За механизаторами закрепили всю необходимую технику. Хотя и с большим трудом, за пределами района, А. Устимкину и главному агроному хозяйства удалось достать 150 центнеров элитной ржи.

Прошел год. Подведены итоги. Урожайность зерновых и зернобобовых с каждого гектара «клина» хозрасчетного растениеводческого звена А. Устимкина составила всего 8 ц. Восемь! Это чуть больше, чем в целом по району (6,2), чуть-чуть побольше, чем в среднем по хозяйству (6,4), но зато, например, в два раза меньше, чем в колхозе им. Кирова (16,6). Сосед – колхоз «Заря коммунизма» (а у него земли такие же, и проливные дожди не миновали его полей) – смог собрать по 12,7 ц/га. Что же случилось? Почему так разошлись планы и действительность?

– Неудачи подстерегали нас с самого начала, – рассказывает Александр. Он до сих пор не может говорить об этом спокойно.– Привезла районная «Сельхозхимия» калийные соли и, не утруждая себя, вбухала их у дороги – все, что было! – на сорока гектарах. По 10 ц. калийной соли на га.!

Нужны ли удобрения земле, принесут ли они пользу колхозным полям – разве кто спросил нас об этом?

Оказалось, что это только начало целой цепи нарушений коллективного хозрасчетного договора. Уже во время весеннего сева пришлось внести под урожай меньше половины требуемого количества фосфоросодержащих удобрений (специалисты знают, как они нужны земле, будущему урожаю). В полевой сезон на каждый гектар участка хозрасчетного звена было внесено полтора центнера минеральных удобрений, хотя требовалось согласно технологическим картам не менее пяти.

В эти дни Александр Устимкин превратился в ходока – стучался в двери районного объединения «Сельхозхимия», управления сельского хозяйства. Их руководители (кстати, теперь – бывшие руководители) обещали, советовали и вновь обещали. А удобрений все не было. В прошлом году колхоз «Путь Ильича» получил минеральной «добавки» меньше всех в районе.

– Наши поля и земли «Зари коммунизма» находятся совсем рядом, – вспоминают члены звена, – так смотришь иногда, сравниваешь, и сердце болит: у соседей всходы темно-зеленые, сочные, яркие, а у нас бледные, желтые, только-только поднимаются над пашней.

В 1984 г. колхоз «Заря коммунизма» получил в два с лишним раза больше удобрений, чем «Путь Ильича». И урожай зерновых – вспомните! – почти настолько же. Вот так вот!

Нельзя урожай ставить в полную зависимость от количества внесенных удобрений, утверждают некоторые руководители. А колхозники вспоминают историю со 172-гектарным полем, которое в Судосево называют «ягодным». Раньше на этом пустыре ничего не росло, центнера с гектара не набирали. В прошлом году удобрения и человеческий труд сделали чудо: поле буквально ожило. До 14—15 центнеров овса дало «Ягодное».

Еще весной на районном совещании был поставлен вопрос об упорядочении распределения удобрений по колхозам. Было принято решение, вынесено постановление… Однако воз и ныне там.

Прошло лето. Наступила жаркая уборочная страда, которая, впрочем, была далеко не жаркой. И даже напротив. Дожди, дожди, дожди… Неожиданно, в самый ответственный момент, вышел из строя один из комбайнов. День, второй, третий идут «переговоры» с районным объединением «Сельхозтехника». Наконец, неполадка исправлена. Но тут ударил град. С бессилием смотрел Александр Устимкин, как гибнет зерно. То, что лежало в валках, еще сохранилось, а что на корню… Даже сейчас, вспоминая об этом, он сжимает кулаки. Кого винить: погоду, сельхозтехнику, руководство колхоза, себя?

Конечно, бывало, и раньше ломалась и простаивала техника. И теперь, случается, стоят трактора из-за того, что нет копеечной прокладки.

Сейчас уже подведены итоги: члены хозрасчетного растениеводческого звена выполнили сами лишь 27% всех работ. Неожиданно мало, в коллективном договоре стояла другая цифра – 70%. И это, считает главный экономист колхоза Евдокия Алексеевна Буянкина, вполне им было по силам.

– Мало, – соглашается и А. Устимкин, – но разве редко случалось так, что мы работали на чужих полях, а другие на наших. Абсурд, но факт. Отчего так происходит? Кормодобывающая бригада за собой не пашет. А ведь из-под кукурузы поля очень тяжелые. За нее пашем мы. А на наших ухоженных полях в это время пашут другие, это выгоднее.

Спор о том, кому работать на маленьких по площади полях (в Судосево их называют «сапогами»), продолжается давно. Те 765 га. пашни, выделенные хозрасчетному звену, это – его земля. И его члены – хозяева этой земли, настоящие хозяева. Им не выгодно, чтобы на их полях работали «чужие». Потому что они сами сделают все лучше, качественней. Здесь хозрасчет поворачивается к нам еще одной стороной: он учит нас хозяйскому отношению к земле, к своему труду.

– Членов звена Устимкина не надо поднимать по утрам, не надо держать по вечерам, не надо контролировать во время работы, – говорит председатель колхоза А.П. и признает:

– Наверное, если бы не отвлекали их, результаты могли быть лучше.

Сейчас Александр Устимкин напряженно размышляет, размышляют его товарищи: стоит ли вновь браться за дело. И, кажется, некоторые из них начинают терять веру. Так, на собрание, решавшее судьбу звена, пришли только двое. И не только деньги, материальная сторона дела волнует их, нет. В прошлом году члены звена нисколько не потеряли в заработке по сравнению с другими механизаторами, работавшими «по-старому», хотя и не удалось получить больших результатов. Дискредитируется сама идея хозрасчета. Получается, что жить без думы о будущем урожае намного легче, спокойнее. А ведь он дает широкие, неограниченные возможности. Надо только воспользоваться ими.

Интересный пример привел экономист колхоза «Чернопромзинский» И.И.Родькин. Молодой колхозник Николай МАКУШКИН, работая на подряде, один посадил и обработал 30 га. картофеля и осенью получил необычайно богатый в тех местах урожай – 176 ц/га. Почти в четыре раза больше прошлогоднего! Причем себестоимость этой картошки снизилась почти в три раза. По труду и честь: в конце года Николай получил дополнительно около пятисот рублей.

Впрочем, зачем далеко ходить? Многое могут рассказать свои же овцеводы. Вчетвером обслуживая 1600 овец, они смогли почти на треть получить больше шерсти, снизить себестоимость и трудовые затраты.

Нелегко работать по-новому. Существуют десятки трудноразрешимых (часто лишь на первый взгляд) проблем: по оплате труда, в отношениях между членами хозрасчетного звена или бригады с другими подразделениями хозяйства, с партнерами по РАПО. Часто районные объединения не заинтересованы в конечном результате. Но ведь в конце концов существуют и экономические рычаги давления на нерадивых партнеров, чем ни разу не пользовалось правление колхоза «Путь Ильича».

Можно найти множество причин, мешающих введению хозрасчета, самых неожиданных, нелепых, порою даже курьезных. Так, например, в том же колхозе «Чернопромзинский» у местных свиноводов дело застопорилось… на весах. Да-да, на самых обычных весах. Как известно, без этого, древнего как мир, довольно простого, но, увы, «дефицитного» инструмента не узнать, насколько прибавили в весе колхозные хавроньи. Не помогают регулярные челобитные в районное управление сельского хозяйства и Министерство сельского хозяйства республики. А пока животноводы получают минимальную оплату за поголовье свиней, и, естественно, не заинтересованы в максимальных конечных результатах. Теряют сами колхозники, теряет хозяйство, теряем и мы, не дополучив на свой обеденный стол килограммы и центнеры мяса.

Задумался Александр Устимкин: стоит ли начинать все заново, не повторится ли история сначала. И от его решения зависит судьба не только растениеводческого хозрасчетного звена колхоза «Путь Ильича». На него смотрят друзья и соперники, смотрят и решают: быть или не быть.

> А. ШАБАЕВ, наш спец. корр.

=============================

21, 24 апреля 1985 года, «Молодой ленинец».

ПОЗВОНИ МНЕ, ПОЗВОНИ…

1. ЧЕМ БОЛЕЕТ ТАКСОФОН

Предположим, я влюбился. А что? Вполне возможно. И вот сегодня вечером, наконец, решился сделать предложение своей милой, хорошей, единственной. Или нет. Хочу договориться о встрече со старым другом-однокашником. Или, предположим, стряслась беда. Пожар, наводнение, утечка газа – мало ли что может случиться! И вот я, или ты, или кто-то совсем незнакомый бежит к телефону-автомату, трясущимися пальцами набирает тревожные цифры. Но автомат молчит…

Предположим… Пока только предположим. Так возникла идея: в один прекрасный день пройти или проехать весь город (не так уж велика Рузаевка) и попробовать позвонить со всех телефонов-автоматов. Но сначала визит на Рузаевскую автоматическую телефонную станцию. Современная аппаратура позволяет проверить работоспособность линий связи, не выходя из здания АТС. Девушки-телефонистки показали мне, как это делается, и вот я прозваниваю или, как говорят связисты, прослушиваю линию. Девушки проделывают это каждую ночь, чтобы к утру сообщить о неполадках «таксофонщику» – мастеру, занимающемуся исключительно ремонтом телефонов-автоматов.

Передо мной на столе блокнот, в котором отмечаю, сколько раз не прослушивается обратный сигнал: один, два, три, четыре…

На лицах телефонисток появляется недоверие. Что ж, это понятно – задета профессиональная честь.

– Прошу, – протягиваю девушкам телефонную трубку, – попробуем заново вместе.

Пальцы связистки, решившей проверить мою беспристрастность, с особой тщательностью вкладывают вилки с соответствующие гнезда. Но все верно: сигнала нет.

Итак, еще не выходя из здания автоматической телефонной станции, я уже знал, что пятая часть таксофонов в городе не работает. Напрасно будут рузаевцы пытаться звонить из них, напрасно будут втискивать в эти автоматы свои копейки и «двушки».

Таксофон номер 1 установлен в телефонном переговорном зале РУС. Немного волнуюсь – как-никак эксперимент. Действую в точном соответствии инструкцией. Выполняю правила пользования телефонным аппаратом АТС до самой последней буковки. Но первая попытка – и первая неудача. Нет, монетку таксофон принял и с абонентом соединил. Но поговорить не удалось, разговору мешали назойливые прерывистые гудки.

То же самое повторилось и во второй раз – в фойе Рузаевского узла связи, и в третий, и в четвертый… Лишь изредка многострочные описания дефектов и поломок таксофонов сменялись лаконичными записями: «работает – автовокзал», «все нормально – ж. д. станция», «в порядке – фойе гостиницы «Юбилейная». Но таких записей совсем мало, раз-два и обчелся. Гораздо больше других, удручающих: «ул. Федосеенко – разбит номеронабиратель», «ул. Переходная – аппарат упорно хранит молчание», «ул. Гагарина, магазин «Ткани» – у таксофонов вырваны трубки, не оборваны, а именно вырваны, как говорится, с корнем!».

В тот день мне ни разу не удалось позвонить, например, из северной части города, наиболее густонаселенного района Рузаевки – как впрочем, и из южной. Ни один из уличных таксофонов там не работал. Так что «двушки» тратить не пришлось. Правда, несколько раз автоматы меня обманывали – они проглатывали монеты и тут же, сбросив мой вызов, отключались. Зато приятно удивили таксофоны в фойе кинотеатра «Мир» и в 100-м отделении связи (ул. Гагарина) – соединяли прекрасно, почти мгновенно, слышимость была отменная. И все это… бесплатно!

Впрочем, кому приятно, а кому «обычно» – скажем, тому же Рузаевскому узлу связи. Из 25 таксофонов-автоматов, проверенных в ходе своеобразного эксперимента, отказались «продать» разговор 12. Значит, за день Рузаевская телефонная станция недополучила от меня 24 копейки. А сколько таких несостоявшихся разговоров могло бы состояться за месяц, за год, будь автоматы исправны.

Все таксофоны города, а их в Рузаевке чуть больше 30, выручают вместе рублей 200. Расходы на их содержание, ремонт, профилактику составляют сумму вдвое, втрое большую.

В Саранске таксофонов в 10 раз больше, а ущерб от хулиганских налетов на них составляет 7318 руб. Эту цифру называют экономисты саранского телефонного узла связи. В прошлом году здесь было разбито около 80 автоматов и сорвано около тысячи телефонных трубок. За 3 месяца этого года – около 400 (!).

…Сергей Дураев – тот самый «таксофонщик», занимающийся ремонтом уличных автоматов в Рузаевке, протягивает мне толстый стальной трос и кусачки:

– Попробуй перекусить…

Моих усилий хватает лишь на то, чтобы оставить на тросе слабую, едва заметную насечку.

– Я тоже пробовал, – хмуро бросает Сергей, – с таким же успехом. Этот стальной трос проходит внутри соединительного шнура и не дает вырвать телефонную трубку. Однако же рвут!

Кто же эти таинственные и бессердечные разбойники – сейчас их называют хулиганами? Говорят, их мало кто видел, и тем не менее, каждый знает, что это – молодые люди, чаще всего школьники. Что тут поделать? Вновь кивать на школу – не воспитывает? Или на улицу – ее дурное влияние? А не виноваты ли здесь и мы сами? Когда замечая ковыряющего таксофон юнца, стыдливо проходим мимо, делая вид, что не замечаем. Может быть, все-таки остановиться, схватить за руку? Один факт: ни разу фигура юного «погромщика таксофонов» не становилась объектом внимания комиссии по делам несовершеннолетних.

Таксофоны нужны, и не просто нужны – необходимы. Во всем городе их всего 30, включая и те, которые немы и глухи к нашим усилиям услышать знакомый голос. Треть их установлена в отделениях связи, т.е. в тех местах, откуда мы звоним своим знакомым не так уж и часто. Вы спешите сообщить своим родным о своем приезде, но на вокзале всего один таксофон, расположен он там, где не всякий найдет его, да и работает этот аппарат «с перерывом на обед». Кассиры «Искры», крупнейшего кинотеатра города, рассказывают, что ежедневно десятки раз зрители просят позвонить по служебному телефону, так как автоматов здесь нет.

План установки новых таксофонов – 5 аппаратов в год – явно устарел. Город сидит на «голодном пайке». Вероятно, пришла пора пересмотреть устаревшие планы. Пора, наверное, отказаться и от громоздких кабин, точнее, от того, что осталось от них – хотя бы на центральных улицах. Своей функции кабины уже давно не выполняют – ни от шума, ни от непогоды защищать они не могут. Заслуживает пример Саранска, здесь стали появляться таксофоны с удобными, изящными навесами-раковинами.

– Возможности двух наших автоматических телефонных станций позволяют включить около 300 телефонов-автоматов, – говорит начальник Рузаевского узла связи С.Р.Павлив.– Из них 50 – в самое ближайшее время.

– Так что же мешает этому?

– Контора материально-технического снабжения Мордовского управления связи не может полностью удовлетворить запросы.

Что ж, это серьезный аргумент. Звоним в Саранск. У телефона – начальник конторы. Даже расстояние не может скрыть его удивления:

– Приезжайте в любой момент и забирайте столько таксофонов, сколько вам требуется…

Комментарии, как говорится, излишни.

2.ВО ЧТО ОБХОДИТСЯ СПОКОЙНАЯ ЖИЗНЬ?

Телефон замолчал в среду вечером. Не заговорил он и в четверг, и в пятницу, и даже в субботу. Телефонная трубка упорно хранила молчание больше недели. Связисты центральной автоматической станции устали от множества возмущенных звонков. Онемело больше пятисот аппаратов

Это случилось в верхней части города – наиболее густонаселенном районе Рузаевки. Мы уже знаем, что в эти дни там не работал ни один таксофон. Так что тем, кто пытался уточнить время отправления пассажирских поездов, пришлось шагать на железнодорожный вокзал через весь город. Как оценивают этот случай специалисты? Говорит главный инженер городского узла связи Виктор Севастьянович Бличков:

– Осенью прошлого года при выполнении земельных работ рузаевская организация УМ-5 в двух местах повредила телефонный кабель. Одно повреждение – явное – мы ликвидировали тогда же, осенью. Второй случай оказался сложнее: была нарушена лишь свинцовая оболочка кабеля, тогда как связь продолжала действовать. Бурная весна этого года все расставила по своим местам. Интенсивное таяние снега, половодье – и…

Мартовская авария далеко не единична. С каждым годом усложняется аппаратура АТС, все более надежными становятся механизмы, но складывается впечатление, что технический прогресс не коснулся Рузаевки, работает из рук вон плохо. И тот факт, что вы являетесь владельцев телефонного аппарата и считаетесь абонентом АТС, еще не означает, однако, что вы можете пользоваться этим аппаратом регулярно.

– Работа телефонной станции у нас налажена не лучшим образом, – констатирует заведующий промышленно-транспортным отделом городского комитета партии В.В.Черба.– Часто линии коммуникаций повреждаются различными строительными организациями, производящими земельные работы без согласования с узлом связи и другими соответствующими инстанциями.

УМ-5 фигурирует в списках злостных нарушителей далеко не первый раз. Не так давно был прорван в 5 местах кабель в нижней части города, в районе т. н. Старого базара. Одна из строительных организаций нарушила линию радио и телефонной связи, соединяющую Рузаевку с селом Левжа. Другая организация прорвала кабель чуть ли не в самом центре города. А между тем существует немало строгих, учитывающих каждую мелочь, инструкций по этому поводу. Тот, кто повредил наземно-подземные сооружения, должен восстановить их своими силами и за свой счет. Кроме того, возместить убытки эксплуатирующей организации. Всего-то и надо для этого: акт вместе с претенциозным письмом и справку о сумме причиненного ущерба направить в 5-дневный срок в организацию, допустившую повреждение.

Практика показывает, что нарушитель очень редко сам, добровольно признается в своей вине.

– Я не помню такого случая, – вспоминает начальник Рузаевского узла связи С.Р.Павлив, – чтобы наши заявления были сразу же удовлетворены.

Но тогда, согласно тем же правилам, акт нужно направить в административную комиссию горисполкома.

– Да, – подтверждает зам. председателя Рузаевского исполкома Совета народных депутатов Владимир Алексеевич Ванин, – мы часто получаем претенциозные письма Рузаевского узла связи, но чаще всего они отсылаются обратно, т.к. составлены не по форме. Может быть, и исполком не всегда правильно контролирует дело…

Вместе с секретарем административной комиссии Раисой Федоровной Кочетковой просматриваем решения горисполкома за последние 3—4 года. И на самом деле ничего нет, никаких документальных следов бывших ЧП. А впрочем, нет, нашли. Читаем: «Протокол номер 8 от 13 августа 1982 г. Слушали: акт Рузаевского узла связи на прораба Водрем-29 Кулаева В. Н., который без разрешения и без согласования с узлом связи произвел рытье траншеи и повредил кабельную сигнализацию. Ущерб составляет 1552 рубля. Постановили: … Кулаева В. Н. подвергнуть штрафу в сумме 25 руб.»

А вот и еще одно постановление. «Слушали акт Саранского ЭТК на прораба СМП-2 и старшего мастера, которые при производстве работ повредили кабель связи. Решили: виновных …предупредить». Ущерб составил 518 руб. Нарушитель отделался простым предупреждением. Как за продажу лука в неположенном месте.

Закон позволяет оштрафовать руководителя учреждения (предприятия), виновного в повреждении линий коммуникаций – на сто рублей. Причем эти деньги забывчивый хозяйственник (точнее, безхозяйственник) должен будет выплатить из собственного кармана. Однако к этим строгим мерам ни руководство РУС, ни административная комиссия горисполкома не обращались ни разу. Видимо, спокойная жизнь здесь ценится выше интересов абонентов.

А что думают они – абоненты? Вместе со связистами АТС мы проводим небольшой эксперимент. Раскрываем телефонный справочник и набираем первые попавшиеся номера – по два с каждой страницы. Объективности ради адреса моих собеседников называли девушки-телефонистки. Итак, записи в блокноте: «2-22-04. Телефон работает плохо. 2-24-16. Не работал неделю. 2-21-71. Городская баня, телефон работает с перебоями». Жалуются провизоры аптеки 46: «Телефон ломается очень часто, ремонт производится не раньше трех дней». Куча претензий к РУСу у телефонистов автотранспортного предприятия. У АТС предприятия 8 номеров, часто бывает так, что половина из них не работает. Один аппарат не действовал три месяца, неисправность была устранена лишь после обращения в Мордовское республиканское управление связи. Врач Валентина Ивановна Савельева сетует, что телефон не работал полтора месяца. Не помогли ни звонки, ни заявки в АТС. Пришлось ей обратиться лично к товарищу Павливу. И аппарат ожил буквально через полчаса. Вот так!

Конечно, были и другие записи, не столь пессимистичные, но учтите – беседа шла только с теми абонентами, с кем могла соединить нас капризная АТС. Мнения же других абонентов – тех, чьи аппараты пока молчат, наверняка будут куда категоричнее. А таких неудачников было в прошлом году 2716. То есть чуть ли не каждый телефонный аппарат в течение года хотя бы раз упрямо отказывался служить человеку. Невеселые цифры.

Когда материал готовился к печати, мы решили узнать, чем все-таки закончилось мартовское ЧП. Товарищ Павлив сообщил, что руководство районного узла связи решило передать акт в Госарбитраж. Составляется сметно-финансовый расчет. По предварительным данным, ущерб от повреждения кабеля составил 980 руб.

Итак, виновные будут наказаны, все точки над «i» расставлены, возмездие свершится? Увы, пятидневный срок, в который нужно было представить акт вместе с претенциозным письмом, давно прошел, а документы до сих пор еще не готовы. Значит, история повторяется…

> А. ШАБАЕВ, наш спец. корр.

==============================================

8 сентября 1985 года, «Молодой ленинец»

СКОЛЬКО ЗЕРЕН В КОЛОСЕ?

Страда! Есть в этом кратком слове нечто емкое, весомое, извечное – близкое сердцу и селянина, и жителя города, человека, казалось бы, навсегда оторванного от пашни. Опутанный оковами урбанизации, окруженный асфальтом, стеклом и бетоном, горожанин все чаще обращает свой взор к земле, с пристрастием анализирует газетные сводки – сведения о ходе сельскохозяйственных работ, внимательно вслушивается в радиопозывные страды. Как удивлены были недавно сотрудники одной из самых популярных советских газет «Сельская жизнь», издания, рассчитанного, в обшем-то, для сельского жителя (даже название газеты невольно подтверждает это), что его подписчиков, а, значит, соответственно и читателей, в городе больше, чем в селе.

О великом предназначении тружеников сельского хозяйства – кормить человечество, о буднях и трудностях советской деревни, о ходе уборочной и о планах на будущее и шла наша беседа с Александром Ивановичем СЕРОВЫМ, секретарем партийной организации колхоза «Искра» Атяшевского района. Навстречу колхозной «Ниве», юркой, но мощной «легковушке», спешат автомашины, доверху нагруженные отборным зерном – урожаем нынешнего лета. А мы торопимсЯ туда, откуда они берут начало своего пути – к горизонту, где маячат красные комбайны – тоже «Нивы».

Сквозь частокол лесопосадки желтеет хлебное поле. Добрый урожай уродился нынче. После холодной зимы с ее трескучими морозами, поздней весны, моросящих июньских дождей, природа будто бы смирилась, не устояв перед упорством, настойчивостью колхозников. Вот уже месяц стоят жаркие, погожие дни.

– Да, – говорит А.И.Серов, – урожай в этом году действительно выдался неплохой. Пожалуй, не только у нас – во всей России ждут большого хлеба.

Парторг ведет «Ниву» уверенно: колхозные дороги хорошо знакомы ему, исхожены и изъезжены не раз и не два. Чуть заметное оканье выдает в нем уроженца здешних мест. Александр Иванович искренне радуется: много хлеба – мы богаче, государство сильней.

Он провожает взглядом машины с зерном, вспоминает:

– Ждали, однако, большего. До двадцати шести зерен было в колосе. Радовались, думали, что будем снимать до 40 центнеров хлеба на круг. Сейчас берем с гектара по 29—30 центнеров. Едва колос пошел в рост, как закрутила непогода. А прихватила жара – зерно затвердело, не успев налиться силой.

Под зерновыми культурами в «Искре» занято 2080 гектаров. Более 1900 уже скошено. На корню остались только озимая пшеница да овес. Овес еще зеленый, не доспел, а пшеницу уже убирают. Зерно идет легкое – сухое, поэтому в валках лежит всего около ста гектаров – в таком деле спешить нельзя. Пусть поработает солнышко, поможет людям – высушит колос,

В колхозные закрома засыпано почти пятьдесят тысяч центнеров зерна. Не забывают в ««Искре» и о первой заповеди хлебороба – сдача хлеба государству тоже подходит к концу. «План мы обязательно выполним и перевыполним», – уверены искровцы.

Уверенность эта не голословна, а подкреплена делом, действительно ударным трудом колхозников. Работа кипит с рассвета и до темна, а если нет росы, можно продолжать жатву и до полуночи. После работы можно сходить в душ, регулярно, два раза в день, ыезжает полевая столовая.

Александр Иванович называет имена отличившихся на уборке механизаторов:

– Хорошо работают Владимир Андреевич Зозин, Валентин Емельянович Бажанов. Михаил Васильевич Зозин – наставник молодежи. На молодые, сильные руки делает ставку в последние годы руководство колхоза. Возводится современный Дом культуры, строится жилье. Время показывает – это верное решение. Наши комсомольцы оправдывают оказанное им доверие. Молодцы Владимир Гордеев, Сергей Кочетков, Юрий Зозин. С начала уборочной Юра намолотил около 4000 центнеров зерна. Сергей Борисов выдал из бункера своего комбайна поменьше, но раньше парень работал на косовице. Достойны похвалы водители Владимир Артюхин, Вячеслав Селькин, Владимир Гладунов…

Имя одного из них, Владимира Артюхина, было знакомо. Накануне, в Атяшевском райкоме ВЛКСМ в сводке победителей социалистического соревнования эта фамилия фигурировала на третьем месте. На автомашине ГАЗ-58 Владимир перевез с поля на ток около 12000 центнеров зерна, говорилось в сводке.

Вск оре мы познакомились с ним. Его машина, прошелестев по колючей стерне, остановилась у кромки поля. Разговор был коротким – работа не терпит остановки. Родился здесь же, в Больших Манадышах. До призыва в армию успел поездить за баранкой. Потомственный колхозник: в колхозе работали отец, мать до сих пор трудится дояркой на ферме; где-то рядом, на жатке, работает брат-Евгений сейчас укладывает валки.

Владимир Артюхин обслуживает два комбайна. Так принято в «Искре»: каждый водитель вывозит зерно, наколоченное двумя «своими» экипажами. Но не может ли случиться так, что комбайнер с переполненным бункером будет долго и тщательно сигналить из кабины своей «Нивы», тогда как совсем рядом «чужая» машина будет простаивать?

– Нет, – улыбается Владимир, – этого быть не может. Конвейер «поле – ток» работает четко.

Ну, а если непредвиденная поломка машины или комбайна? Пыль, жара, механизмы работают почти без остановки целый день. Всякое может случиться. Тогда как?

На этот вопрос ответить мне не успели. Неожиданно, засигналил, зуммер, сжила, замигала красными и зелеными огоньками рация в кабине нашей «Нивы»:

– Двадцать шестой, двадцать шестой! Ответьте тридцать первому.

Александр Иванович поднял переговорную трубку. Главный агроном колхоза Александр Васильевич Воробьев сообщал, что на соседнем поле заканчивалась косовица пшеницы.

– Рация есть у каждого дежурного- специалиста, – объяснил А.И.Серов. – В случае какой-либо поломки или неполадки он соединяется с хозяйством, и, если есть необходимость, на поле тут же выезжает техпомощь – так называемая «летучка»: набор всевозможных инструментов, сварочный агрегат… Звено технического обслуживания возглавляет опытный слесарь.

Убедился: помощь приходит весьма оперативно. Вчера у Сергея Борисова на машине сломался задний мост; это довольно серьезная поломка – обнаружился заводской дефект. И что же вы думаете, – отремонтировали автомобиль прямо на поле. Уборка – нельзя терять ни минуты!

Сами колхозники заинтересованы в том, чтобы не было простоев. Элементарно: лучше работаешь – больше заработаешь. Кроме того, в «Искре» разработана целая система поощрений – моральных и материальных. Ежедневно правление подводит итоги соцсоревнования. В честь победителей в полптцентре поднимается Красный вымпел и выпускается очередная «молния». Лучшим вручается «удостоверение поощрения». Интересная новинка. На обложке удостоверения, отпечатанного типографским способом – лозунг: «Продовольственная программа – дело всех и каждого!». Текст гласит:

Уважаемый товарищ! Первичная парторганизация, профком, комитет ВЛКСМ, правление колхоза «Искра» поздравляют Вас с трудовой победой (указывается норма – выработки агрегата, время и достигнутый результат). За достижение наивысшей выработки агрегату присуждается переходящий Красный вымпел, а Вы поощряетесь денежной премией».

Размеры премий зависят главным, образом от качества работы и колеблются от трех до нескольких сотен рублей. Намолотил комбайнер 4500 центнеров зерна – получай 150 рублен. За каждую «дополнительную» тысячу – еще 30 рублей.

Для водителей свои нормативы. Особые премии на перевозке зеленой массы. Здесь водители при старании могут получать вознаграждения ежедневно – в меньших размерах, естественно. Сделал 18 рейсов – дневная заработная плата увеличится на 3 рубля, сделал 23- рейса – получай 5 рублей. Постараешься, обернешься 25 раз – получишь премиальные 7 рублей. Пусть не думает читатель, что награды достаются легко. Работать приходится на совесть.

– 23—24 рейса – на сегодняшний день наш предел, – улыбается А.И.Серов. – Больше не удается сделать никому.

Парторг ошибся – в тот же вечер, когда подвели итоги, оказалось, что три Владимира – Учватов, Иванушкин и Романичев – достойны «высшей» премии.

В своей совокупности премиальный фонд составляет довольно внушительную сумму. Однако колхоз не остается в накладе. Возьмем, к примеру, ту же заготовку кормов. Силосная яма объемом в 2000 тонн заполняется всего за 3—4 дня. Экономится время, освобождается техника так необходимая в эти напряженные дни. И, самое главное, сохраняется качество кормов.

С секретарем комсомольской организации «Искры» Ириной Арефьевой мы встретились на току. То и дело сигналили машины – прибывал с полей хлеб. Ирина называет имена своих лучших комсомольцев, и звучат уже знакомые нам фамилии. Выходит, хорошие комсомольцы – это и отлнчные работники? Иди, наоборот.

Здесь же, на току, работают местные школьники. У ребят своя бригада из двух звеньев, соревнующихся между собой. Сортировка, погрузка – да мало ли дел в колхозе во время жатвы?

Часто уборочную страду называют битвой за хлеб. И как в каждом сражении, оперативные данные меняются здесь каждый час. Утром следующего дня в Атяшевском райкоме ВЛКСМ мне сообщили, что в социалистическом соревновании молодых водителей, занятых на перевозке хлеба, Владимир Артюхин вышел па первое место. И вряд ли кому уступит первенство – жатва подошла к концу.

К тому времени, когда читатель развернет сегодняшний номер газеты, события уборочной останутся лишь в кратких сообщениях, сводок. Но «ни минуты покоя!». Пора готовить пашню под урожай следующего года. Ждет в полях второй хлеб – картофель. Ждет заботливых рук земля – наша кормилица.

> А. ШАБАЕВ

===================================================

«Молодой ленинец», 2 октября 1985 г.

ТОЧКА ОТСЧЕТА

До сих пор Олег Василькин, секретарь комитета комсомола Саранского экскаваторного завода, не может вспоминать об этом спокойно, хотя события происходили несколько месяцев назад и вроде бы должны потерять особую злободневность. Один из его комсомольцев, электросварщик Равиль Чигиркин из 4 цеха, по решению комсбюро был исключен из рядов ВЛКСМ. Райком комсомола решение бюро утвердил.

…Вероятно, когда-то по примеру друзей, знакомых, приятелей Равиль тоже – а я чем хуже! – торопливо выводил на бумаге: «Прошу принять меня в члены ВЛКСМ, так как я хочу быть в авангарде советской молодежи». Или по-другому: «…в передовых рядах молодежи». А может быть, совсем иначе – разве сейчас это имеет какое-то значение? Главное, эти высокие слова для него остались просто словами. Пустым звуком. И вот в итоге он выбыл. Оказался недостоин…

Конец закономерен. Наверное, теперь стоит вспомнить и комсомольскую организацию, вручившую в неверные руки красную – цвета крови – книжечку, и «товарищей», оставивших в рекомендациях свои ни к чему не обязывающие автографы. Слишком дорого обходятся нам эти «ошибки» – организация теряет боевитость, и самое страшное – теряет свой авторитет.

Ошибся парень. Оказалось, что членский билет не дает никаких дополнительных льгот и преимуществ, даже в автобусе приходится брать билет – одни обязанности. И одно право – быть первым.

«Почему, – мучительно размышляет теперь Олег Василькин.– Почему так получилось?» Когда и где произошел тот сбой, лишивший комсомольца чети и права носить это имя? Был бы Чигиркин бездельником, лодырем – это можно было бы хоть как-то понять, не простить, нет, нет! – просто понять причину падения. Но этот крепкий парень – неплохой производственник, у него интересная профессия, приличный заработок. Семья, заботой о которой он пытается теперь оправдаться и объяснить худую память, объяснить то, что он забыл о своем звании комсомольца.

На экскаваторном заводе довольно сложное производство, здесь применяются такие виды электросварки, которые требуют особой точности, верного глаза. Нужны специалисты своего дела. Время от времени на доске пресс-информации и доске по трудоустройству населения появляются стандартные объявления: «требуются… требуются… требуются…» Причем все больше требуются рабочие опытные, квалифицированные. Острый дефицит кадров может ударить по плану довольно ощутимо.

– Цеховой мастер за бывшего комсомольца держится двумя руками, – грустно улыбается Олег Василькин, – пушинке на своего рабочего не дает упасть: смотрите, говорит, не спугните парня…

Позиция мастера ясна до предела – прежде всего он отвечает за готовую продукцию, за вал; за невыполнение плана с него голову снимут. Остальное – «мораль, душа, высокие материи…»

Формальным поводом для исключения электросварщика Равиля Чигиркина из рядов ВЛКСМ явилась неуплата членских взносов.

Взносы – одна из главных забот секретаря любой комсомольской организации. Точное соблюдение порядка отчетности находится в центре внимания всего комитета комсомола. Где бы не находился член ВЛКСМ: в отпуске, в длительной командировке, на лечении – членские взносы он должен уплачивать с неизменной регулярностью – раз в месяц. Это – его важнейшая уставная обязанность. Своевременная и правильная уплата взносов, отмечается в Уставе ВЛКСМ, один из верных показателей политической зрелости, высокой сознательности и дисциплинированности комсомольца, «боеспособности» и крепости комсомольских организаций.

Судя по всему, на экскаваторном заводе этот вопрос должен был стоять особенно остро. Обычно ведь как бывает: получает молодой рабочий зарплату – и тут же уплачивает комсомольские взносы. Новая же система, применяемая на заводе, создает определенные трудности. Теперь-то деньги – плату за труд – рабочий получает не в заводской кассе, а в сберегательной. Раньше это происходило в определенный, заранее известный день и час, теперь – может продлиться до двух, трех дней, недели, а то и целого месяца. А если в деньгах нет особой необходимости, они вообще могут оставаться на банковском счету.

Личные качества, сознательность молодого рабочего теперь приобретают особое значение. Так, в общем-то, не первостепенный в комсомольской жизни факт своевременной и регулярной уплаты членских взносов становится как бы мерилом собственной зрелости комсомольца.

Олег Василькин рассказывает о заботах «первичек» и возвращается к делам полугодичной давности.

– Когда я приступил к своим обязанностям, – говорит он, – то обнаружил, что зачастую размер взносов определялся не на основе расчетных счетов или других документов, а… со слов. Неточности, конечно же, были здесь неизбежны. Пришлось поработать…

Итоги этой работы зримы: по сравнению с соответствующим периодом прошлого года за последние 8 месяцев сумма членских взносов увеличилась почти на 300 рублей.

Олег называет своих лучших помощников:

– Валера Шушняев – секретарь комсбюро 6 цеха. Кандидат в члены КПСС. Опытный слесарь-сборщик.

Валера возглавил «первичку» совсем недавно – в начале года, но с тех дела ее пошли, как говорят, в гору, пульс общественной деятельности забил громко, резко, уверенно.

Комсомольская организация цеха небольшая – 15 человек. Но это действительно организация – крепкая, сплоченная. Достаточно сказать, что она объединяет в своих рядах всех молодых рабочих комсомольского возраста, несоюзной молодежи здесь попросту нет.

Во всех мероприятиях, в каждом деле шестой цех впереди. Комсомольские субботники – их на экскаваторном в этом году было четыре: ленинский, к 40-летию Победы, фестивальный, общезаводской – как обычно – явка стопроцентная. Комсомольский политпросвет – и опять же, посещаемость лучшая на заводе. Нарушения трудовой дисциплины? Ни одного! Работа? Стало правилом производственные задания выполнять только на отлично. Не так давно передовикам труда был вручен переходящий приз – хрустальный кубок – и почетная грамота: в соцсоревновании на приз старейшего кузнеца завода Героя Социалистического труда Ивана Михайловича Стрельникова по итогам полугодия первичная комсомольская организация цеха номер 6 заняла первое место. И, наконец, членские взносы: уплачиваются – вы уже догадались? – правильно и своевременно.

…В общем-то, не самая главная забота в жизни комсомольской организации – взносы. Однако как часто это случатся точкой отсчета молодого человека, как часто за этим скрывается нечто большее – его жизненная позиция.

> А. ШАБАЕВ, наш спецкорр.

============================================

«Молодой ленинец», 13 октября 1985 г. – главы 1—2.

Главы 6—10 не опубликованы.

ЗАПИСКИ ДОТОШНОГО ПАССАЖИРА, или Проблемы общественного транспорта

1. С ЧЕГО НАЧИНАЕТСЯ УТРО?

С чего начинается наше утро? С дороги! С дороги на работу! Считайте, вам крупно повезло, если ваш завод, фабрика, лаборатория находятся в пяти минутах ходьбы от вашего дома. Гораздо хуже, если дорога эта займет у вас не менее часа. Мне, например, приходится проделывать столь долгий путь почти ежедневно. Час туда и час обратно. А время, как известно, это деньги, немалые деньги. За те два часа, отданные дороге, и, утверждаю, отданные безвозвратно, без толку, без всякой пользы, можно было бы иной раз своротить горы.

Не у каждого из нас есть свои «Жигули» и прочий личный транспорт, на помощь приходит транспорт общественный – такие привычные и милые глазу автобусы и троллейбусы.

Поговорим сегодня о троллейбусном сообщении – наиболее дешевом и в принципе самом удобном виде городских пассажирских перевозок.

Удобно ли? Или, скажем несколько иначе: всегда ли удобно? Вспомните, сколько раз вам приходилось, стоя на переполненной остановке, наблюдать, как мимо, один за другим, проходят «тройки», «пятерки», «девятки» – номера маршрутов в каждом отдельном случае могут быть совершенно разными – в то время, как вашего маршрута нет минут 20, а то и более.

До начала рабочего дня, до начала вашей смены осталось совсем ничего, вы, естественно, нервничаете, то и дело выскакиваете на дорогу, чуть ли не под колеса мчащих машин – не покажется ли, наконец, нужный «номер».

И вот он подошел – сто раз вами проклятый и с таким нетерпением ожидаемый троллейбус. Хорошо, если затормозит у остановки. Бывало – проходит мимо.

Его салон, по меткому выражению одного из местных острословов, напоминает Ноев ковчег. По крайней мере, по количеству пассажиров в иные часы саранский троллейбус вполне может поспорить с библейским судном.

В дверях вы прошли «естественный отбор на стойкость» и оказались в салоне. В лучшем случае, если фортуна повернется к вам лицом, что случается весьма и весьма редко (да что там говорить – это почти невозможно), то для вас вдруг освободится место. Но ведь фортуна – вещь капризная, она может повернуться и другим местом… Тогда придется постоять. В худшем случае – на одной ноге. Как аист. Или цапля. Ничего, привыкли птицы. Привыкают и пассажиры. Говорят, в тесноте, да не в… Впрочем, очень жаль, но как часто – в обиде. Кому-то наступили на ногу, помяли прическу, сорвали пуговицу. Вроде бы пустяк, мелочь, однако эти мелкие неприятности могут испортить настроение на целый день. Поэтому, планируя поездку в гости, в кино, театр, тщательно рассчитывайте свое время, остерегайтесь отправляться в путь в беспокойные часы «пик».

Будь я на месте транспортников, повелел бы издать инструкцию и повелел бы ее вывесить на самом видном месте, скажем, на кабине водителя. А назвал бы ее так: «О том, как и когда не стоит пользоваться общественным транспортом».

2. НЕ ДО ШУТОК

Но оставим столь минорный лад. Шутки в сторону, поговорим о делах серьезных. Проблем у нашего городского общественного транспорта на самом деле немало, соответственно его значению и функциям – он призван обслуживать огромный город с населением в 3000 тыс. жителей. Саранский троллейбус ежегодно перевозит более 50 миллионов пассажиров.

Вероятно, трудно добиться того, чтобы столь сложное хозяйство, каким является троллейбусное управление, работало четко, безотказно, как часы. Как и положено!

Пассажирский парк управления велик и составляет 159 машин, обслуживающих 16 городских маршрутов. Я думаю, если хотя бы 150 троллейбусов регулярно выходили на улицы города, то никаких проблем с перевозкой пассажиров, никаких нареканий в адрес наших транспортников не было бы. А пока писем-жалоб сюда приходит много.

При первом же своем визите в СТУ я с удивлением обнаружил, что коэффициент использования машинного парка в среднем едва-едва достигает 70%. Это означает, что ежедневно на линию выходит чуть больше ста машин – в воскресные дни и в праздники, и до 115—120 – в будни. Остальные – простаивают.

В любой день, в любое время – в напряженные ли утренние часы «пик», когда жители города спешат на работу, днем ли, когда напряжение немного спадает и пассажирский грузопоток спадает, или вечером, когда горожане, возвращаясь домой, вновь штурмуют переполненные троллейбусы – у ворот СТУ аккуратными рядами выстраивается множество машин. Чистых, технически исправных, готовых «хоть сейчас» отправиться в путь. Но мы не дождемся их на своих забитых остановках. Они стоят… Не хватает водителей.

В управлении работает более 800 человек. 218 из них – водители. А требуется, как мне объяснили, по крайней мере 480! При среднем по управлению уровне текучести кадров в 11%, «недокомплект» водительского персонала составляет 47—48%. Другими словами, каждый водитель сейчас работает за двоих, за себя и за своего отсутствующего коллегу.

При такой вопиющей нехватке кадров удивляет и вызывает восхищение (да-да, восхищение!) тот факт, что плановые задания все-таки каким-то чудом выполняются и даже перевыполняются.

Рабочие управления с гордостью рассказывали мне, что были недавно награждены почетным Дипломом Трудовой Славы областного комитета КПСС, Совета Министров МАССР, обкома комсомола и переходящим Красным знаменем Пролетарского райкома партии.

Я беседовал со многими руководителями и рабочими различных служб, отделов СТУ. Почему, допытывался я, почему не удерживаются на работе водители троллейбусов, почему они уходят на другие предприятия?

Причины текучести назывались самые разные: тяжелые условия труда, особый характер работы водителя, затруднения в получении жилплощади.

Давайте подумаем вместе.

3. НЕ В ДЕНЬГАХ СЧАСТЬЕ

Часто бывая в командировках на самых разных заводах, фабриках, учреждениях, с этим не сталкиваешься очень редко. Рабочий, чаще всего – молодой рабочий, собирается оставить родное предприятие и перейти на другое. Почему? В ряду множества других причин называется и эта: неудовлетворенность результатами своего труда, материальная неудовлетворенность. Проще говоря, молодой человек получает заработную плату в меньших размерах, чем ему хотелось бы. Конечно, через год-два-три он бы повысил свою квалификацию, и тогда денежная оплата его стараний существенно возросла бы. Но это будет только через несколько лет. А хочется сразу. Мы стали жить лучше, и, естественно, наши запросы стали выше. Мотоцикл, радио- и телеаппаратуру, в конце концов, собственные «Жигули» или «Москвич» – сейчас эти вещи при желании и соответствующем трудолюбии может приобрести каждый человек.

Вместе с начальником первого отделения СТУ В.М.Вагиным просматриваем бухгалтерские ведомости: 250… 280… 320… 375… 405!.. Столько денег ежемесячно получают в день выдачи заработной платы водители троллейбусов.

Виктор Максимович рассказывает мне о своих рабочих:

– … Ну, этот уже опытный водитель, и средняя зарплата у него высокая, 340—370 рублей в месяц… А эта девушка работает всего полгода, но и она меньше 280—300 не получает…

Средняя заработная плата в управлении – 264 рублей в месяц. Что тут скрывать, сумма немалая. Как говорится, дай бог каждому… Выходит, материальная неудовлетворенность тут не при чем?

Хорошо, не в деньгах счастье. «Расследуем» дальше. Следующий пункт нашего «дознания» – условия труда и возможности восстановления сил, отдыха.

Побывал я в магазине, расположенном прямо на территории городского троллейбусного управления – здесь есть все продукты первой необходимости. Очень удобно, особенно для женщин – после работы не нужно никуда ехать, стоять в долгих очередях. Обедал я и в рабочей столовой, убедился сам: кормят здешние повара вкусно. Для водителей организованы бесплатные завтраки. Осмотрел я и новостройки. Недалек тот день, когда войдет в строй большое, объемное картофелехранилище. Близятся к сдаче новые производственные помещения.

Некоторое время назад жаловались саранские водители на плохое качество дорожного покрытия городских улиц. Наверное, не было ни дня, чтобы на этих ямах и рытвинах не ломались машины, которых так ждали (и не дождались) горожане. Ежесуточно «на канаве» ремонтировалось до 20—25 троллейбусов. Сейчас количество сходов с линии уменьшилось почти вдвое.

Тогда городское управление коммунального хозяйства смогло настоять на своем, и дорожники вынуждены были «исправиться». Теперь почти такая же история повторяется, вернее, продолжается с горэлектросетями. На многих участках саранских улиц вечернее электрическое освещение оставляет желать лучшего.

Водители некоторых маршрутов, например,«10», могут привести немало примеров. В темное время суток им приходится вести троллейбусы с ярко включенными фарами и до боли в глазах всматриваться в дорогу. А мы, пассажиры, народ ох какой строгий! И если водитель вовремя не заметит ухаб, не затормозит, не преминем воскликнуть: «Не дрова везешь, товарищ!» Хочется надеяться, что настанет день, когда коммунальные службы Саранска скажут: «Да будет свет!», и вдоль всех линий троллейбусного и автобусного сообщений вспыхнут яркие огни.

4. МОЛОКО ЗА «ВРЕДНОСТЬ»

Профессия водителя – сложнейшая рабочая профессия, требующая большого физического и морального напряжения сил. За «вредность», за тяжелые условия труда ему бы надо было в обязательном порядке выдавать молоко.

Кавалер ордена Трудового Красного Знамени, один из лучших водителей СТУ, удостоенный звания заслуженного работника жилищно-коммунального хозяйства РСФСР бригадир Александр Жуйков перечислил лишь некоторые из многочисленных обязанностей водителя современного троллейбуса:

– Во-первых, он обязан строго соблюдать безопасность уличного движения. «Дорожную грамоту водитель должен знать назубок». Когда за спиной, в салоне, 200 человек, то, считаю, чувство ответственности у него должно быть особое.

Основное пополнение, которое приходит в СТУ, подготавливается в СПТУ-20. Подготовка эта могла бы (и должна) быть более основательной, считает председатель профсоюзного комитета троллейбусного управления Виктор Степанович Костев.

До недавнего времени существовала своя, собственная «кузница» молодых кадров. Может быть, сейчас стоит возвратиться к этому? Естественно, по-другому, в иной форме. Ведь так или иначе, а выпускникам СПТУ-20 приходится определенный срок доучиваться уже здесь, в троллейбусном управлении. И как часто бывает, молодые водители остаются предоставленные сами себе, без строгого контроля, без строгого «отеческого» взгляда. Да и как учить ребят, если во всем СПТУ нет ни одной машины со специальной оборудованной кабиной – если не с дублированным управлением, так хотя бы с двумя креслами. А то ведь случается, инструктору и примоститься некуда…

– Во-вторых, – продолжает А. Жуйнов, – техника безопасности…

Регулярно, каждый четверг в СТУ проводит свои заседания специальная финансовая комиссия, рассматривающая дела провинившихся работников. Комиссия имеет право предупредить виновника, «поставить на вид», частично или полностью лишить очередной месячной премии.

Вроде бы не существенная, не стоящая особого внимания «провинность» – провоз в кабине водителя постороннего человека, разговор во время езды. Однако ревизоры строги – это рассеивает внимание водителя, отвлекает от наблюдения за постоянно меняющейся дорожной обстановкой и может привести к неприятности.

На последнем заседании члены комиссии – опытные, знающие лица, руководители нескольких служб СТУ – посоветовали молоденькой девушке-водителю сменить модные фигурные туфельки на менее привлекательные, но более удобные и практичные тапочки. Приближается сезон дождей, полы в салоне троллейбуса мокрые, скользкие, и нога водителя в самый неподходящий момент может соскользнуть с педали пуска машины или тормоза.

– Третья наша забота, – говорит А. Жуйков, – культурное обслуживание пассажиров…

Позади – 200 человек. Каждый пассажир должен обязательно оплатить за проезд – купить билет или прокомпостировать абонементный талон. Каждый должен знать, где он в данное время находится, какая следующая остановка, где лучше сойти, чтобы быстрее добраться до колхозного рынка или железнодорожного вокзала. Надо помнить, что женщин, стариков и детей необходимо пропускать в салон через переднюю дверь. Не забывать о кассе. Успеть посовестить «зайцев», поторопить слишком медленных пассажиров… Нет, наверное, по количеству информации, обрабатываемой водителем, эта профессия может в какой-то степени сравниться с профессией военного летчика, не меньше. Одно верно: нервы он должен иметь не менее крепкие…

Окончена рабочая смена. Но еще не пришел конец заботам водителя. Он должен отчитаться за работу, сдать дневную выручку, убрать салон машины – уборщиков постоянно не хватает. Так что молоко за вредность ему бы не помешало.

5. КВАРТИРА ДЛЯ ВОДИТЕЛЯ ТРОЛЛЕЙБУСА, или Пропавший дом

Античный философ Диоген на жилищную проблему смотрел довольно просто. Пифоса, что в переводе на современный русский означает «большую бочку» ему хватало вполне. Нас же, я думаю, сейчас вряд ли удовлетворит решение древнегреческого мудреца. Хочется квартиры попросторней, со всеми коммунальными удобствами, большой кухней и отдельным санузлом.

В Саранске ведется обширное жилищное строительство, но жилья по-прежнему не хватает. Очередь на получение новой квартиры, на улучшение домашних бытовых условий все еще велика, и приятного момента получения ключей и ордера приходится ждать по 10-15-20 лет.

За последнюю пятилетку работники саранского троллейбусного управления получили всего несколько квартир.

– Да, – подтвердил заместитель председателя горисполкома Олег Петрович Калеткин, – но кроме того в этом году часть рабочих получила кооперативное жилье.

Да, но этого, вероятно, мало. Несколько лет назад саранским горисполкомом было принято постановление, по которому СТУ ежегодно должно было выделяться 15 квартир. С тех пор прошло много времени, постановления горисполкома никто вроде бы не отменял, но и выполняться оно не выполняется. Газета – не орган расследования: никто не сможет разобраться в этом вопросе глубже, чем советские органы и лица, уполномоченные на это, и, верится, что они помогут нашим читателям узнать правду.

А как было бы интересно обнаружить следы целого дома, исчезнувшего лет 5—6 назад в бумажном водовороте.

Дело было так. СТУ постоянно наращивает ремонтно-технические мощности. Старое троллейбусное депо с трудом справляется с объемом обработки машинного парка. Поэтому была составлена проектно-сметная документация на строительство нового депо, в которой среди прочих объектов первоначально планировалось ввести в строй и новый жилой дом для обслуживающего персонала депо. Однако впоследствии дом из плана «выпал» – в силу каких причин, сейчас установить очень трудно. То ли смета превысила положенные 4 млн. руб., то ли строительство жилого дома вообще не разрешается в комплексе с таким сооружением как троллейбусное депо…

Правильно сказал заместитель министра коммунального хозяйства МАССР Иван Григорьевич Коротин:

– Трудная эта проблема – жилищный вопрос и разобраться нелегко.

Не спорю, трудно. Но, видимо, должностные лица, обязанные заниматься этим, решили вовсе не утруждать себя» поисками» пропавшего дома, а считать, что все так и было. Точнее, не было.

А пока шумит, бурлит рабочее общежитие на Студенческой, 11, превращенное в малосемейку, оставляют работу опытные, со стажем, водители и механики. Вместо них приходит «зеленая», неопытная молодежь, которую вынуждены тут же сажать за рулевое колесо и доверять жизни сотен пассажиров. Они приходят, чтобы через некоторое время тоже уйти.

ПОСТСКРИПТУМ. Новое троллейбусное депо должно было войти в число действующих в 1984 г. Оценивая размах строительных работ, трудно судить, будет ли оно сдано даже в году 1986. Генподрядчик: СУ-2 треста «Мордовпромстрой». Заказчик: Управление капитального строительства при Совете Министров МАССР.

6. КТУ В СТУ

Что бы ни случилось, считают транспортники, машины должны выходить на линию, план перевозки пассажиров должен быть выполнен. Приходится как-то изворачиваться, придумывать что-то новое. Так, нужда заставила изобрести особый, «разрывной» график работы. Суть его такова. Невозможно отработать две смены подряд. Тогда, чтобы не оставлять маршрут «пустым», без машин на линии, водитель выводит свой троллейбус в разное время суток – утром, в самые напряженные часы – часы «пик», и вечером. И вот, рассчитанный в нормальной обстановке на снижение пассажиропотока и повышение ритмичности пассажирских перевозок, «разрывной» график в экстремальных условиях превратился в палочку-выручалочку.

Но одна уловка, одно нововведение помочь не могло. Необходимо было искать кардинальное решение…

В июле 1984 г. в СТУ было создано две бригады водителей. Одну из них возглавил Александр Жуйков, другую – Матвей Бякин – опытнейшие водители троллейбусного управления. В бригадах теперь работало по 65—70 чел. За каждым водителем был закреплен определенный троллейбус: обслуживали они свои, определенные городские маршруты: 1-7-й и 2-8-й.

В мае 1985 г. стали работать по-новому еще две бригады – 4 маршрута. Они обслуживали северо-западный район Саранска.

Теперь за экспериментом с интересом следили буквально все работники СТУ. По бригадному методу трудились уже 4 водительских и 12 ремонтно-технических коллективов. Было принято специальное Положение о бригадах, выданы паспорта, в которых отражались все необходимые технико-экономические, организационные и социальные характеристики бригады.

Особый интерес вызвала новая система распределения заработной платы. Она стала производиться в соответствии с присвоенными тарифными разрядами, классностью водителей и физически отработанным временем. Приблизительно так же было и раньше. Однако сейчас в целях более полного учета индивидуального вклада каждого рабочего в результат коллективного труда бригады стал применяться коэффициент трудового участия – КТУ.

Между вновь организованными бригадами развернулось социалистические соревнование под девизом «Честь и слава по труду».

– Что изменилось в связи с переходом на новый стиль работы? И вообще, изменилось ли что-нибудь? – с таким вопросом я обратился к А. Жуйкову.

– В первую очередь, в коллективе изменился психологический климат, – коротко ответил бригадир.

Укреплению дружеских отношений, взаимовыручке сейчас способствует даже сам КТУ. Устанавливая этот коэффициент, Совет бригады, куда кроме бригадира входят и наиболее авторитетные водители, учитывает не только объем выполненных работ, совмещение профессий и расширение зон обслуживания, но и соблюдение производственной дисциплины, помощь другим членам бригады.

Плохо работать стало невыгодно. С пьяницами и злостными прогульщиками пришлось расстаться.

В качестве базового КТУ, отмечается в Положении, применяется единица. Фактический КТУ каждому члену бригады устанавливается равным ей, большим или меньшим в зависимости от реального трудового вклада в общие результаты – в соответствии с разработанными повышающими или понижающими.

КТУ может колебаться от 0 до 2. Какова сила его воздействия? По карману нерадивого водителя он бьет ощутимо, веско. Пример? Пожалуйста. Смотрим лицевые счета одной из бригад. В августе совершил прогул водитель Н. Гаврилин. В результате КТУ снижен ему до минимума – до 0. Система повышающих-понижающих показателей в большинстве случаев действует безотказно. Нет простоев на линии и в депо по вине водителя – его КТУ повышается от 0,1 до 0,5. За оказание помощи, передачи опыта отстающим членам бригады – на 0,1—0,2. За освоение и применение передовых приемов и методов труда – до 0,3. За перевыполнение финансового плана – до 0,4. Поощряется образцовое технико-санитарное состояние закрепленного троллейбуса, повышение регулярности движения, т.е. выполнение расписания в часы «пик».

Понижающие показатели, напротив, весьма строги, отмечают каждый случай нарушения трудовой и производственной дисциплины. За простои, жалобы пассажиров, совершение дорожно-транспортного происшествия, за неудовлетворительное содержание кабины водителя, салона, экипировки, разговора во время движения – в каждом конкретном случае КТУ снижается до 0,5. А за провоз посторонних в кабине водитель может вообще получить 0.

Казалось бы, предусмотрено буквально все. И это поначалу приносило ощутимые результаты: регулярнее стал ходить саранский троллейбус, стали меньше жаловаться на транспортников пассажиры. Но так уж устроен человек, что он не может успокаиваться на достигнутом, ему постоянно хочется что-то с чем-то сравнивать.

В саранском троллейбусном управлении сравнивают стиль работы различных маршрутов, сравнивают результаты этой работы. С одной стороны – 4 бригады, с другой – «пятерка», городской маршрут, на котором работают одни «единоличники».

Язык денег, язык рубля – очень ясный язык, прямой, доходчивый. При первом же сравнении оказалось, что члены бригады получают меньше, чем многие «единоличники», тогда как раньше результаты труда были, в общем-то, на одном уровне.

Стали разбираться. Обнаружилась парадоксальная ситуация: все дело в том, что при существующем порядке вещей интересы пассажиров и интересы обслуживающих их водителей прямо противоположны!

7. ВРОЗЬ ИЛИ ВМЕСТЕ?

Сейчас в СТУ много спорят о том, быть или не быть бригадам на остальных 8 маршрутах. Впрочем, спора как такового нет. Все единодушно сходятся на том, что бригады нужны. Вопрос лишь в том – когда?

Руководитель одной из служб управления ответил мне так:

– Если мы переведем эти маршруты на бригадный метод работы, то сами можем остаться без штанов…

Замечено хотя и грубовато, но верно. Как ни странно (мы уже отмечали, что» единоличники» получают больше, чем «бригадники»), но именно бригады съедают фонд заработной платы.

Я сравнил несколько цифр – размеры заработной платы работников СТУ за 2 месяца. Экономисты предложили мне апрель 1984 и апрель 1985 гг. Всего за месяц нынешнего года по сравнению с прошлым водители получили почти на 16 тыс. руб. больше.

Вполне понятно, что управленческий персонал осторожничает: за перерасход фонда зарплаты премии всем должностным лицам, начиная с начальника управления и главного инженера и кончая руководителями структурных подразделений (цехов, депо, участков, служб) и их заместителей.

…Применять систему КТУ в саранском троллейбусном управлении начали с декабря 1983 г. по рекомендациям, составленным республиканской лабораторией НОТ Министерства жилищно-коммунального хозяйства МАССР. Чуть позже на основе уже небольшого, но опыта и рекомендованного Академией им. К. Памфилова Министерства жил-ком. хоз-ва РСФСР Положения по бригадным формам организации труда на городском электротранспорте образовали свои бригады и водители.

Работа проведена немалая. И все же, как мы видим, система КТУ на этот раз оказалась далеко не безупречной. Недавний случай в саранском троллейбусном управлении подтверждает это. Один из опытнейших водителей попросил исключить его из бригады и перевести на «5». Причина все та же: неудовлетворенность материальными результатами собственного труда. Показалась мала зарплата…

В бригаде происходит как бы перераспределение этой зарплаты. Молодые, пока еще неопытные водители получают несколько больше обычного. «Середняки» – по-прежнему. А вот передовики, лидеры соцсоревнования порой ущемляются в своих правах.

КТУ в его сегодняшнем виде ограничивает рост зарплаты, ставит прочные рамки, за пределы которых выйти весьма непросто.

В чем же причина случившегося? Где допущена ошибка, поставившая под сомнение само существование бригадного метода работы?

8. «ЗРИ В КОРЕНЬ!»

«Зри в корень!» – поговаривал Козьма Прутков. Взглянем и мы в корень, основу нынешней системы труда – на чем же она базируется? Как на чем, воскликнет удивленный читатель, – на интересах пассажиров, на наших с вами интересах.

Так должно быть. А как же происходит на самом деле? Вернемся к Положению о бригадах. От чего зависит КТУ? В немалой степени от перевыполнения плана по выручке и реализации наибольшего количества поездных абонементных талонов. От этого зависит размер премий и различных доплат. Неизбежен ошеломляющий поначалу вывод: водитель вынужден заботиться не о пассажирах, а о денежной выручке!

Конечно, «антагонизм» водителя и пассажира не абсолютен: водителю хорошо, когда у него много пассажиров, а пассажиру хорошо, когда на линии много троллейбусов. Однако водителя в пассажире интересует одно – его «платежеспособность», его пятачки, которые пройдя через билетную кассу, отольются ко дню выдачи зарплаты звонкой монетой. Существует же такая надежная статья доходов, как трехпроцентное отчисление месячной выручки от продажи контрольных билетов, которой прочно придерживается каждый водитель.

– Это – утверждаю! – причина многих острых конфликтов в СТУ. Именно поэтому маршруты делятся на выгодные и невыгодные. Именно поэтому появился такой термин, как «нулевой рейс»…

Ранним утром, когда троллейбусы выйдут за ворота депо, начинается борьба за выручку, необычайно сложная и трудная в силу своей специфики и богатая тончайшими нюансами. Уже здесь наметанный глаз водителя выделяет различия между маршрутами. Если «1» и «2» начинают свои кольца прямо с управления (маршруты так и называются «вокзал-депо»), то другие маршруты едут через весь город, чтобы стартовать с центра Саранска. Вот этот участок и называется «нулевым рейсом». Он не входит ни в какие финансовые отчеты и, считают многие водители, должен проходить «порожняком», без остановки.

Утренние часы «пик», городские остановки переполнены. Та же самая «пятерка», проходя по «чужому» участку, собирает неплохой участок пассажирских пятачков. Идущим вслед «единицам» и «двойкам» достается, естественно, меньше. Но ведь нам, пассажирам, нервно мятущимся в ожидании автобуса или троллейбуса, нет никакого дела до финансовых планов транспортников, за что же должны страдать мы?

Существует и немало других уловок, влияющих на размер денежной выручки и, замечу, ущемляющих права пассажиров. Например, конкуренция маршрутов, перехватывание клиентов друг у друга. Водитель может чуть-чуть, самую малость (чтобы не вызвать нареканий со стороны диспетчера) отстать или обогнать расписание. В итоге мы наблюдаем в действии принцип движения троллейбусов «густо-пусто».

Почему (в который раз сегодня мы риторически восклицаем это), почему так происходит? А потому, кажется мне, что в основу работы транспортников берется не забота о пассажире, а денежная выручка, рубль.

9. РУБЛЬ НА ПЬЕДЕСТАЛЕ

Рубль – вот что всему виной! Когда этот почтенный господин возносится на пьедестал, все остальные заботы отметаются прочь, падают у его подножия.

Я произнес это и уже чувствую, как восстают против моего заявления финансисты. Как, совсем отказаться от финансовых отношений? Ведь и без того общественный транспорт находится на дотации у государства, плата за проезд у нас – одна из наименьших в мире.

Нет, я хочу сказать о другом. В органы печати, телевидение, радио, в различные компетентные организации в последнее время часто поступают предложения вообще отказаться от системы оплаты проезда и заменить ее всеобщим подоходным или каким-либо иным налогом. Вероятно, когда-нибудь так и будет. А сейчас, что можно сделать сейчас?

Пусть пока (пока!) остается проездная плата, но пусть этим занимается не водитель, а другой человек, другая служба. Пусть у водителя останется одна забота – как лучше, быстрее, удобнее доставить пассажира с одной точки города в другую. Пусть все премии и доплаты зависят только от повышения регулярности движения троллейбусов, образцового содержания салона, культурного обслуживания горожан.

Тема не нова. Речь идет о безбилетной форме оплаты проезда и переходе на абонементные талоны. Ныне во многих крупных городах нашей страны и в городах поменьше по достоинству оценили перемену.

Вроде бы те же самые билеты, с одной лишь разницей – приобретаемые заранее и компостируемые при поездке. Быстро, надежно и… спокойно. Так я подумал недавно, наблюдая в троллейбусе следующую сцену: бойкая голосистая старуха передала деньги за проезд, но перехватить билет не успела и теперь пронзительно верещала на весь троллейбус: «Товарищи-и! Передайте мой билет, товарищи-и!», вызывая у окружающих ее «товарищей» невольный смех. Кто-то посоветовал купить другой билет, кто-то стращал контролером, а маленькая девочка дергала незадачливую пассажирку за подол платья: «Бабушка, а билет чужой дядя взял».

Да, это обстоятельство тоже надо учитывать. Проделывая долгий путь от кабины водителя до задней площадки салона троллейбуса, билеты рискуют попасть к «чужому дяде».

Весною этого года СТУ установило на задних площадках своих машин 10 билетных касс. Когда прошел испытательный срок, обнаружилось, что небольшая денежная выручка от продажи билетов составляла всего по 2—2,5 руб., еще раз доказав нечистоплотность некоторой части наших пассажиров. В силу экономической «нецелесообразности» от установки дополнительных билетных касс пришлось отказаться.

Если бы так просто можно было отказаться от самой билетной системы оплаты проезда! Но этот сложный и довольно прочный механизм. В нее втянуты водители, которые, отвлекаясь от своих прямых обязанностей, вынуждены следить за кассой, заниматься продажей билетов, отчитываться за выручку и финансовой комиссии. Втянуты сюда и ремонтники – на билетных кассах постоянно «сидят» слесари. Целая бригада – 4 человека – заняты съемом денежных кассет. Еще 2 бригады кассиров принимают, сортируют и пересчитывают выручку. Выходит, по крайней мере 15 человек постоянно заняты только тем, что перекладывают с места на место наши пятачки. Да что там говорить, откажись мы от билетов, потеряла бы смысл работа финансовой комиссии.

Польза? Какая-нибудь – хоть самая мизерная, отдача? Ничего. Ничего, кроме нудной, монотонной работы. Даже водителям билеты приносят одно беспокойство. Редко, когда кто-либо из них не привозит к концу рабочего дня так называемый «разрыв» – несоответствие между количеством реализованных билетов и собранной суммой. И сумма эта порой значительна.

Получается это и из-за невнимательности пассажиров, а то и из-за различных ухищрений безбилетников, «зайцев».

Считается нормой, если «разрыв» составляет до 2,3% выручки. Если же недостача больше, этим немедленно интересуется финансовая комиссия, водителю приходится доплачивать до нормы из своего кармана. Я видел, как расстраивалась девушка, проработавшая в СТУ всего 3—4 месяца: «Второй раз привожу такой большой „разрыв“. Но что делать? Разве я могу уследить за каждым пассажиром?» Но что могли ответить бедной девушке – оглядывайся чаще на кассу? А дорога? А машина?

Неужели это тупик? Нет! Из каждого, даже самого трудного положения есть выход, у каждой задачи есть верное решение.

Выход есть. И тоже не нов – абонементные талоны. Сейчас талонами оплачивает проезд 42,5% саранских пассажиров, в автобусе чуть поменьше – 15%. Каждый 15-й горожанин пользуется проездными билетами.

Новая форма обслуживания населения становится популярной. Недавно у троллейбусной остановки «Завод «Электровыпрямитель» был открыт киоск по продаже проездных билетов, сообщил начальник СТК А.П.Батюнин. Вскоре в районе Химмаша, у магазина «Дружба» появится второй.

В киосках будут работать пенсионеры, в летнее время, возможно, школьники и студенты. Очень выгодно: небольшая ставка плюс 20% стоимости реализованных билетов. И удобно пассажирам.

Вроде бы все хорошо. Удивляет одно – черепашьи темпы. Вместо того, чтобы сразу отказаться от билетов, намечен долгий, очень долгий, многолетний переход, финиш которого теряется в туманном будущем.

– Мы уже экспериментировали несколько лет назад, – заявляют руководители и специалисты управления…

10. ПОЧЕМУ НЕ УДАЛСЯ ЭКСПЕРИМЕНТ?

– Да-да, мы уже экспериментировали, – торопливо оправдываются сейчас руководители СТУ, – и зря!

Эксперимент не удался. Дитя оказалось мертворожденным. Не был оказан надлежащий уход. Переход на абонементные талоны прошел без должной подготовки, в надежде на мгновенный ошеломляющий эффект. Но фокус не прошел. Факиры немного поспешили. В 1-й же месяц управление потерпело огромные убытки.

Спустя годы отчетливо видно: эксперимент подготовлен не был. Как не были подготовлены и саранские пассажиры. Общественное мнение – это нечто относительное, инертное, с этим невозможно было не считаться.

Жаль, что тогда остались в стороне пресса, телевидение, радио. В связи с этим мне вспоминаются жаркие споры вокруг минского «феномена». С помощью общественности, прессы, госавтоинспекции белорусы смогли добиться того, чтобы каждый пешеход проникся глубоким уважением к Правилам дорожного движения. Ни один случай нарушения Правил не остался безнаказанным. Работники минского ГАИ регулярно информировали о них руководство предприятий, где работали нарушители. Там эти сообщения расценивались наряду с нарушениями трудовой дисциплины. Меры наказания были весьма строги, действенны – от лишения премий до передвижения в очереди на жилплощадь или перенесения отпуска на менее удобное время.

Результаты эксперимента налицо: сейчас, например, человек, шагающий на красный сигнал светофора, даже через свободную от машин улицу, вызывает в лучшем случае недоумение и косой взгляд.

Строгие административные меры в совокупности с планомерным правовым воспитанием населения, вероятно, – самое верное решение наболевшего вопроса. Штрафы и другие санкции будут, естественно, постоянно терять свое значение, пока вовсе не канут в Лето.

Предстоит нелегкая работа. Сеть киосков и автоматов по продаже абонементных талонов. Штат контролеров. Их в СТУ пока всего 4, хотя требуется не менее 16. Хорошо еще, выручают общественные контролеры.

И еще один аспект деятельности транспортников, выпавший из поля зрения нашей беседы. Те проблемы, о которых мы говорим, присущи не только саранскому троллейбусу, а – и в немалой степени – городскому пассажирскому автотранспорту. Те же самые билеты, кассы, талоны…

Во многих районах страны подобная проблема уже давно решена. Ее суть – в объединении авто- и электротранспорта в единую сеть. Конечно, преодолеть ведомственные барьеры трудно, даже очень трудно, но необходимо. Вероятно, местные власти должны подумать об этом.

> А. ШАБАЕВ

===========================================

«Молодой ленинец», 3 ноября 1985 г.

ДОЯРКА ИЛИ ОПЕРАТОР

О престижности или непрестижности так называемых «массовых» профессий, об интересном начинании рузаевской комсомолии рассуждает наш корреспондент Александр ШАБАЕВ.

Во многих школах это уже вошло в традицию – ежегодно писать сочинения на тему: «кем я хочу стать?». А ведь и вправду интересно – кем же он хочет стать, наш сегодняшний школьник? В первом классе, во втором, третьем будущая профессия определена наверняка, ясна абсолютна. Все решено, сомнений быть не может – конечно же, космонавтом – как Юрий Гагарин, шофером – как мой папа, дворником – как дядя Вася. В этом возрасте еще «все профессии нужны, все профессии важны».

Но уже к шестому-седьмому наш школьник понимает, что быть дворником, хотя это и нужная профессия, непрестижно. Престижно же быть летчиком, ученым, артистом.

К девятому-десятому классу приходит осознание своих возможностей, реальная оценка собственных сил. К этому времени в классе почти не остается ни космонавтов, ни астрономов, ни киноактеров. Переводятся великие писатели и поэты. Юноши и девушки хотят стать врачами, инженерами, товароведами. Престижными становятся именно эти профессии. Но так мало молодых людей мечтают стать животноводами, строителями, механизаторами. И это тогда, когда народное хозяйство страны испытывает острый дефицит кадров именно этих, «массовых» профессий и специальностей. Только в нашей республике не хватает около тысячи животноводов. Строителей – еще больше.

Сейчас на строительных площадках Мордовии работают более 10 тыс. юношей и девушек, в т.ч. более 5 тыс. комсомольцев. В строительстве трудится около 160 комсомольско-молодежных коллективов. В сельском хозяйстве – 37 тыс. парней и девчат. Большая сила!

По традиции ежегодно организуются областные комсомольско-молодежные отряды строителей и животноводов из выпускников средних школ. По призыву комсомола сотни молодых людей, только-только вступающих в большую жизнь, идут на стройки и животноводческие фермы – туда, где всего нужнее сейчас их крепкие, сильные руки. Много ли это? Наверное, много. Но недостаточно…

Что удержит девчонку, вчерашнюю школьницу, на ферме? Только то, что здесь трудилась и мать ее, и тетя, и бабушка? Только то, что она родилась в деревне и, значит, считалось когда-то, должна избрать именно эту профессию? Разве виноват житель села, что он родился в селе, а не в городе? И только поэтому должен ли он отказываться от всех видов благ, которыми пользуется горожанин?

Ныне деревня постепенно «приближается» к городу. Строятся новые магазины – совсем как в городе. Возводятся Дома быта, кафе, кинотеатры. Бытовые проблемы, вопросы заполнения досуга занимают большую часть нашей жизни. Есть, где провести свое свободное время молодежи, скажем, колхоза им. Ленина Дубенского района, рузаевского совхоза им. Ленина. Не сегодня-завтра рузаевцы откроют свой новый сельский Дом культуры – настоящий дворец! – крупнейший в Мордовии.

Весьма примечательно, что в этих хозяйствах не испытывают острого дефицита кадров.

Работа и быт связаны между собой. Там, где заботятся об условиях работы людей, обычно помнят и об их досуге. И наоборот… К примеру, в тех же самых, уже названных нами хозяйствах сельхозпроизводство механизировано, а то и автоматизировано. О том, как это отражается на работе, на настроении людей, могут рассказать старейшины села.

Там, где нет хороших условий для нормальной работы и отдыха, не удержать и высокими заработками. Деньги – не самое главное в жизни, с каждым днем убеждаешься в этом. А ведь сейчас сельский труд вознаграждается материально очень и очень неплохо. Молодые колхозники-бойцы сводного комсомольско-молодежного отряда животноводов обеспечиваются гарантированной заработной платой. На первых порах может что-то не получаться, не хватает опыта, сноровки – ничего, зарплата от этого не пострадает.

Немалую роль играет престиж профессии. Остаются в прошлом грузчики – их заменяют водители погрузочных машин. На фермах трудятся не доярки – операторы машинного доения. Однако, гласит мудрая восточная пословица, сколь долго не произноси слово «халва», во рту слаще не станет. Престижность или непрестижность какой-либо профессии зависит в первую очередь от нас самих, от нашей оценки того или иного труда. И в немалой степени от того, как этот труд вознаграждается морально.

Об этом шел разговор на недавней встрече рузаевцев-передовиков сельского хозяйства. В тот вечер молодым животноводам и механизаторам-победителям соцсоревнования было отдано лучшее кафе города (кстати, безалкогольное кафе «Молодежное» считается одним из лучших не только в Мордовии – в России!). Шел по-настоящему заинтересованный разговор… Мы так часто произносим эти слова, что они превратились в штамп. Но на этот раз разговор был по-настоящему заинтересованным.

Каждому молодому рузаевцу известно имя знатного механизатора, обладательницы приза им. Паши Ангелиной Татьяны Бикеевой. Не одна девчонка видит себя за штурвалом трактора, решив последовать примеру этой мужественной девушки.

Во всех концах страны растут цветы, выращенные из саженцев, взлелеянных руками хрупкой, невысокой женщины из совхоза «Красное сельцо» – Героя Социалистического Труда Полины Ивановны Борисовой. Ее немногословный рассказ действовал сильнее самых высоких призывов.

В этот день Рузаевский городской комитет комсомола подводил итоги социалистического соревнования, награждал победителей знаками ЦК ВЛКСМ, грамотами горкома и обкома комсомола, путевками в заграничные туристические поездки. Радостным смущением загорались лица молодых водителей, державших в руках миниатюрные копии своих мощных «КамАЗов».

Можно понять чувства этих крепких, загорелых в жаркие дни уборочной страды парней. Их нелегкий труд был оценен по достоинству. Им в этот день улыбались девушки, для них играла музыка, произносились хорошие, заслуженные ими слова.

Подобные вечера в кафе «Молодежное» проводятся не впервые. Не так давно здесь уже встречались молодые учителя. В горкоме подумывают над организацией встречи бойцов сводного комсомольско-молодежного отряда строителей.

ОТ РЕДАКЦИИ. К разговору о престижности и непрестижности профессий, о любимой работе и о работе «по необходимости» мы приглашаем всех наших читателей. Ждем ваших писем.

=====================================================

«Молодой ленинец», 24 ноября 1985 г.

ЖИВЕШЬ В ОБЩЕЖИТИИ… А КАК?

Общежитие – неизбежность или необходимость?

Верится, что настанет день, когда общежитий не будет. Каждый молодой человек, вступающий в самостоятельную жизнь, вместе с аттестатом зрелости, удостоверением о приобретении рабочей профессии будет получать ордер и ключи от новой квартиры. В проекте новой редакции Программы Коммунистической партии Советского Союза так и сказано: «Партия считает делом особой социальной значимости ускорение решения жилищной проблемы с тем, чтобы к 2000 году практически каждая советская семья имела индивидуальное жилье».

Так будет. А пока только в Мордовии тысячи молодых людей ждут улучшения «жилищных условий», для тысяч людей общежитие является вторым домом. Как им живется, какие нужды, проблемы, заботы из беспокоят? Чтобы ответить на эти вопросы, наша рейдовая бригада решила побывать в нескольких общежитиях Саранска.

Улица Республиканская. Одно за другим расположились здесь несколько однотипных четырехэтажных зданий.

Мы – в гостях у студентов машиностроительного техникума. Жильцы общежития, в основном, – молодые люди 15—19 лет. В этом возрасте так необходимы советы старших товарищей – как работать, как учиться, что читать, как полезно и интересно провести вечер, словом – как жить. Поэтому заранее планируем побывать на занятиях самых разных кружков – вязания, кройки и шитья, юных кулинаров, посидеть на репетициях поклонников театра, художественной самодеятельности, поговорить, поспорить с любителями столь модной сейчас аэробики…

Оказывается, планировали зря.

Близилось время ужина. На кухне одинокая девушка сторожила дымящуюся кастрюлю борща. Да, готовить любит, но не каждый же день. Однако – что делать! – приходится. В районе общежития нет ни одной столовой. Можно, конечно, сбегать в «Чайку», набрать продуктов и организовать «бутербродный вечер» – ужин «всухомятку», как это делают многие ребята. Но ведь иногда так хочется горяченького!

– А как же буфет? – любопытствуем мы.

– Нет, буфет у нас не работает уже 8 месяц. Да и раньше, кроме кексов и позавчерашних пирожков, нам мало что могли предложить…

Сейчас, видимо, настало время для высоких слов – о здоровье (по существу – о детском еще здоровье), о нормах и нормативах, о долге и чьих-то обязанностях. Но вместо этого позвольте обратиться к руководству машиностроительного техникума и треста столовых, обязанных думать о снабжении этого и десятков других общежитий: «Нехорошо, товарищи!» Может быть, услышат? Может быть, помогут, а?

Блокнот пухнет от записей. «Душевые работают только три раза в неделю» – крайне мало. Собирался совет общежития, решил обратиться за помощью к директору техникума И.И.Ломакину. Разрешения изменить график работы душа не последовало. «Не пущать!» – говорили в старину. Сейчас, наверное, говорят по-другому: «Невыгодно». «Нецелесообразно».

Республиканская, 98. Общежитие завода автосамосвалов готовилось к капитальному ремонту. Средств предприятие не жалеет.

– Одного линоулема закупили почти 700 кв. метров, – радуется комендант общежития Любовь Антоновна Кильдяшкина.– Взгляните, какой нарядный!

Взглянули – понравилось. Попытались узнать планы воспитательной работы, не узнали – не понравилось.

– Я, может быть, вовсе хочу уйти, – хмуро объясняет Н.Г.Сюмкина, воспитательница общежития.– Четвертый год работаю, все никак не решусь уйти.

М-да, «чемоданное настроение» – не лучшее подспорье в делах. Тут и нарядный линолеум не поможет.

Требуется ремонт – как часто мы слышали эти слова. Общежитию завода медпрепаратов (ул. Титова, 146) требовался капитальный ремонт. Наши записи довольно однообразны: сушилки – нет, буфета – нет, библиотеки – нет, комнаты для учебных занятий – нет.

– Даже радиоаппаратуру хранить негде, – жалуется Тамара Красноперова, комендант общежития.– Так и валяется у меня в кабинете без дела.

«… Спортплощадки – нет». Несколько лет назад молодые рабочие разровняли близлежащий пустырь, поставили щиты, кольца, простейшие спортивные сооружения. Почетные грамоты и кубки до сих пор напоминают о тех старых, добрых временах. Но все течет, все меняется. Сейчас уже трудно вспомнить – то ли под покровом темной ночи, то ли ясным днем приехали чужие дяди на машинах и завалили спортивную площадку землей и мусором.

«… Подъездной дороги – нет».

– Пришлось самим поставить забор, – вспоминает воспитатель общежития Мария Григорьевна Федорчук.– У нас проживает 42 семьи – 48 детей. Маленький народ слишком бойкий, непоседливый, чтобы хотя бы минуту простоять спокойно. Того и гляди, полезут под машину. А дорогу все никак не заасфальтируют.

«… Средств для капитального ремонта нет». Общежитие для рабочих завода медицинских препаратов было построено в 1970 г. И, видимо, с тех пор о его существовании просто-напросто забыли. М.Г.Федорчук долго вспоминала, когда же в последний раз красили полы.

– Да лет 10 уже будет. Забыло нас руководство, забыло.

Расстраивается комендант:

– Через второй, «черный» вход в здание может проникнуть любой посторонний. Одна из наружных дверей отсутствует. А зима уже не за горами. Сыро. Болеют ли дети? Да нет, привыкли уже…

«… не хватает тумбочек, раковин, в душевых отсутствует вентиляция…» – записи в санитарной книге составляют не одну страницу и почти дословно повторяют позапрошлогодние. С тех пор ничего не изменилось.

Наша рейдовая бригада посетила еще несколько общежитий в различных районах города. Общежития были самыми разными – 4-, 5-, 9-этажными, кирпичными и блочными, секционного и чисто «коридорного» типа, современные, с лифтом, в мгновение ока взлетающими на 9-й этаж, и старыми, со скрипящими лестницами и облезлыми стенами. Проблемы оказались общими. Длиннейшие списки пожеланий оставила рейдовая бригада в общежитиях производственного объединения «Светотехника» (ул. Пушкина, 10, ул. Большевистская, 98), завода «Центролит» (ул. А. Лусс, 3 «б»).

Рейдовая бригада:

Р. Егорчикова, инструктор обкома ВЛКСМ,

В. Косолапова, помсанврача городской санэпидстанции,

А. Шабаев, наш спецкорр.

ПОСЛЕСЛОВИЕ, или Приглашение к разговору

Мы приглашаем принять участие в нашем разговоре о роли и месте общежития в жизни молодого человека всех наших читателей. Предлагаем ответить на несколько вопросов нашей анкеты: