Крыса
Рассказ
Нурлан Кемешов

© Нурлан Кемешов, 2025

ISBN 978-5-4493-5401-3

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

1.

В пяти километрах от поселения стояла одинокая разваливающаяся мазанка, будто забытая временем. Ее стены, потрескавшиеся и обсыпавшиеся, казались отражением бесконечного запустения. Из-под неровного слоя снега пробивались остатки мусора – бутылки, ржавые обломки и клочья бумаги, словно духи прошлого пытались вырваться на свет.

Прохожие старались держаться подальше: от мазанки исходил зловонный запах гниения, настолько едкий, что казалось, он пропитал даже воздух вокруг. Обступавшие дом мертвые деревья с вывернутыми корнями больше напоминали скрученные тени, давно забывшие, что значит расти.

Внутри – затхлая, грязная однокомнатная обитель. Мебель, изношенная до неприличия, покрытая толстым слоем пыли, выглядела как музей заброшенности. Тут жила женщина. На первый взгляд любой бы решил, что это девяностолетняя старуха – кожа, обтягивающая кости, морщины, будто резьба на высохшем дереве. Но на самом деле ей было чуть больше сорока.

Её безразличие к себе и окружающему миру, пропитанное ленью, десятилетиями не давало ей прибраться или помыться. Целыми днями она сидела в потрёпанном кресле, глубоко продавленном до формы её тела, и безучастно смотрела сериалы на едва слышном уровне громкости. Казалось, этот дом давно утратил связь с жизнью, став всего лишь скорлупой, хранящей её бесконечную апатию.

Среди общей убогости жилища неожиданно выделялись несколько дорогих стульев, роскошная посуда и большой телевизор, словно осколки ушедшего времени. Всё это досталось ей от родителей – богатого прошлого, о котором теперь напоминали только эти вещи. Когда-то она жила с ними в просторном коттедже, окружённом роскошью. Но те дни были настолько далёкими, что воспоминания о детстве меркли в её памяти, уступая место пустоте и запустению.

Под деревянным полом старой мазанки, в уютной картонной норе, жила семья из четырёх серых мышей. Их дом был аккуратным, чистым, с маленьким столиком в центре, за которым они собирались на ужин. Сегодня на столе лежали зёрна, собранные ещё летом на поле. Мыши разговаривали шёпотом, боясь потревожить тишину.

– Доча, подай соль, – мягко прошептал отец, протягивая лапку. – Спасибо.

– Мам, а когда мы наконец переедем? – спросил мышонок-сын, едва сдерживая нетерпение.

– Мы уже это обсуждали, – ответила мать, аккуратно складывая лапки. – Сначала должна закончиться зима. Ещё немного.

– Но я больше не могу ждать, – с ноткой отчаяния произнёс мышонок. – Этот бесноватый человек наверху пугает меня.

– Потерпи, сынок. Обычные люди так себя не ведут, это правда, – добавила мать, задумчиво почесав носик. – Но у нас не было выбора. В этом году мы столкнулись с трудностями, ты ведь помнишь.

Разговор оборвал лёгкий стук в бумажную дверь. Семья замерла.

– Кто это может быть? – настороженно спросила дочь.

– Я открою, – сказал мышь-отец, вставая из-за стола.

За порогом оказался черный длинноногий паук. Его худые лапы неловко подрагивали, словно от холода.

– О, входи, мы как раз обедаем, – пригласил отец, пытаясь быть дружелюбным.

– Спасибо, но я ненадолго, – ответил паук, оглядываясь через плечо.

– Что-то случилось? – с тревогой спросила мышь-мать.

– Мы уходим из этого дома, – прошептал паук. Его слова прозвучали как предупреждение.

Мыши переглянулись.

– Уходим? Почему? – удивился отец.

– Здесь стало небезопасно. Мы больше не можем ждать, – коротко пояснил паук, озираясь.

Мышонок заёрзал на месте.

– Давайте уйдём с ними, – попросил он, глядя на отца с мольбой.

Паук держал в тонкой лапе изношенную шапку, которую он вертел, словно сомневаясь, стоит ли продолжать разговор.

– Куда же вы пойдёте зимой? – спросила мышь-мать, стараясь сохранить спокойствие.

– Пока поживём в лесу, где придётся, – прошептал паук, его голос звучал обречённо. – Есть нечего. Пауки голодают. Мы питаемся одной пылью. Даже тараканы и блохи сбежали от этого человека.

Мышь нахмурилась, бросив тревожный взгляд на потолок.

– Да уж, не позавидуешь, – вздохнула она.

– Я тоже хочу уйти… – начал было мышонок, но в этот момент его лапка соскользнула, и солонка с грохотом упала на пол. Соль рассыпалась в стороны, словно крохотный взрыв нарушил их уютный мир.

– О нет! – воскликнула мать, бросаясь к солонке.

Сверху раздался отвратительный скрежет, будто кто-то резко сдвинул стул по грязному полу. Этот звук пронзил воздух, заставив всех мышей зажать уши. Паук невольно вздрогнул.

– Похоже, тварь опять услышала, – прошептал он, оглядываясь, словно ждал чего-то страшного.

– Теперь эта женщина будет пакостничать целый месяц, – добавила мать, в отчаянии тряся головой. – Что за человек?!

Мышонок вскочил, его глаза горели странным для такого маленького существа решением.

– Я её отвлеку! – заявил он, прежде чем кто-то успел остановить.

Выбежав из своей уютной картонной конуры, мышонок бесшумно помчался под полом к противоположному краю ветхого дома. Там он нашёл камень и изо всех сил ударил им по одной из опор пола, чтобы привлечь внимание хозяйки.

Сверху раздался скрежет, и массивный стул громко заскрипел, когда женщина двинулась к источнику слабого стука. Взглянув на место, где мышонок постучал, она усмехнулась. Её морщинистое и покрытое редкими волосками лицо исказила злая гримаса. Женщина нарочно начала скрипеть стулом по полу, извлекая из него мерзкий звук. Она наслаждалась этим, будто получала удовлетворение, доводя до отчаяния всё живое – будь то животные, насекомые или мелкие существа вроде мышей.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.