Хроники Сестер
Хроника вторая. Часть III
Матвей Рахвалов

© Матвей Рахвалов, 2018

ISBN 978-5-4493-5314-6 (т. 3)

ISBN 978-5-4493-5315-3

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Часть III

проповедь Праха

Он думал, что я Его не слышу. мы двигались по сухоморью только ночью, чтобы было дышать. а днём мы спали под навесом на повозке. Он думал, что я сплю и говорил самому себе вслух. я не спала. но и не отвечала. на такое не отвечают. а ночью записывала его слова. по инерции. мне уже было всё равно – кто и что говорит. но Он говорил то, чего раньше я не слышала. потому и записывала:

– ты была права – жить стыдно. много причин. но если задуматься, то – одна. жить для себя – правильно. жить для других – хорошо. жить просто так, без мысли – естественно. проблема возникает только тогда, когда начинаешь думать. жить для себя – убиваешь других. жить для других – убиваешь себя. жить не думая – убиваешь всё. стыдно – везде. отчего ещё стыдно? оттого, что когда плохо – хорошо. чем хуже, тем явнее смысл. это означает одну простую вещь – что нужно стремиться к грязи и смерди, чтобы проявилось обратное. это стыдно, но по другому – не бывает. стыдно знать. знание – всегда страшно, как всё новое, не дающее ответов. правда, в отличие от нового, готовое знание даёт только стыд – это не твоё. это милостыня тебе, а не твоя жертва.

и ещё стыдно не умирать. когда дальше – будет ещё стыднее… но ведь стыд – это и есть главное состояние любой свободы. если в какой-то момент тебе перестаёт быть стыдно, значит ты уже перешла в разряд обстоятельств, тобой уже управляет что-то внешнее. или кто-то…. но не ты.

***

– смысла нет. да. просто потому, что он исчерпан. возьми любую вещь, огляди её и ты поймёшь, что в ней нет смысла. хотя бы просто потому, что её можно сломать. подумай любую мысль и и ты тут же почувствуешь, как она липко запятнана губами сотен существ, так что и мыслить уже помышленное – бессмыслица. смысл случился и исчерпался. всё. наши Хроники это не летописи смысла, это Хроники небытия. они нужны не для того КАК, а для того чтобы НЕ так.

***

– любовь – это неотречение. это недействие. все привыкли любовь воспринимать как именно действие. напористость. внимание. труд. и Йорр ещё знает что, но – действие. нет. любовь – это неотречение. недействие.

любовь – это и принятие отречения, раз уж оно случилось (свободная воля человека). но чужого отречения. чужого действия. а со своей стороны – всё ещё – неотречение от этого человека. недействие.

и вот ещё что важно: обратное, ну, то есть, отречение другого, означает, что люди – заменяемы. а если так, то все, что в твоей истории войн было написано – оправдано. этой же логикой. а если люди заменяемы, то это конец. все друг друга переедят. как фруры. так что отречение – начало конца человечества….

а ведь мы можем попробовать по-новому? не отрекаться, да? ну вот как Асну заменить? разве можно? ну, меня, пожалуй, и можно – но вот ты! ты то совершенно уникальна! значит все мы, даже фруры уникальны, просто надо это уникальность у них добыть. словом. Хрониками. смертью…

***

до Города Пустого Смыысла оставалось не очень долго, судя по воздуху, который приносил запах человеческого жилья. Прах наконец замолчал, видя, что я не отвечаю. холод ночной пустыни имеет своё тепло. он сужает пространство до форм твоего тело и становится – дом. я люблю холод. а в жаре нет дома – это только равнодушная ярость уже мертвого святила.

наконец-то все замолчали. все понимали, что я несу в себе страшную мысль. и я спрятала взгляд так, чтобы было понятно, что мне нужно сузить мысль до уровня взгляда. вникуда – где и возможна мысль. тогда возникает боль. и она первым делом начинает слизывть слова и крики изо рта – осмысленные – в бессмысленное. тогда возникает стон. или вой. в полном молчании мы встретили его. я встретила его.

***

это было ночью – мы не шли, потому что быки были слишком слабы. а раз так, мы не шли – все спали. кроме меня – бессонница стала моей повитухой. что из этого могло родиться – мне страшно было представить каждый раз. но в ту ночь страшно – не было. я увидела легкую тень в дюнах – луна дикая в сухоморье! с повозки меня всегда спускали на ночь. по разным причинам… поэтому я могла хоть и медленно, но двигаться в сторону тени…

это был мальчик, точнее что-то похожее на мальчика. по форме. обагрённая чем-то кожа, даже на лице, скрывалась под своеобразным тряпьём – намотанными письменами. некоторые из них были пустыми – туда он что-то изредка записывал. я тут же вспомнила те наколки на все тело у наемников. а на лысой, непропорционально большой по отношению к телу, голове были только черные сонцезащитные очки. сидел он на небольшом, как на гравюрах, стульчике для ног королей, утопшим ножками в дюне. сидел с книгой. с книгой…

– ты кто?

– ох… как ты меня испугала!

голос у него оказался на удивление старческий.

– ты меня испугал ещё больше…

– извини, я тут просто читаю…

– на стуле? в пустыне?

– ну.. да. стул удобный очень.

– а как ты тут оказаляся? как не умер? к тому же тут полно этих наёмников…

Идир – я сразу его так назвала, почему-то, улыбнулся, но я так и не поняла как это можно было сделать – у него не было рта. и только приглядевшись, я поняла что отверстие на том месте откуда исходили слова является какой-то мембраной, вполне себе растяжимой для проявления эмоций.

– а я и есть в каком-то смысле наёмник…

– ??!

– не пугайся, я сбежавший от них наёмник. а бумага вокруг меня – это даже не символ, это просто способ справляться с ночным холодом. ты не представляешь возможности бумаги в этом смысле! а эти безумцы колют на себе что-то попало, даже не зная значения фраз. да и еще потом зачеркивают написанное. мда… так позволь и тебя просить, что ты тут делаешь одна, да еще и на инвалидной коляске?

мне почему то совсем уже не хотелось никакой бравады, пафосных речей, я просто выронила изо рта:

– я пришла сюда отобрать ваш город… ну и очистить его от той мрази, что в нем находится…

Идир, кажется, задумался. Во всяком случае он подождал, буду ли я продолжать, понял, что не буду, и отвернулся к своей книге.

я не знала что сказать, Идир, видимо, тоже. если что и нравится мне в этом мире, то это когда ты говоришь фразу, иногда её просто выслушают и промолчат… все нити смысла настолько разорваны, что даже диалог лишён смысла. я бы так и осталась помолчать рядом с этим Несущим (я начала интуитивно разбираться уже кто Сущий, а кто Несущий) – до самого утра – так тут было спокойно и так успокаивал шелест карандаша по бумаге – не мой! – шелест… но я пока еще Сестра, и спросить было о чём. правда, таких ответов, я от него точно не ожидала.

***

– что заставило тебя сбежать от них?

– я не буду тебе говорить, что, потому как, боюсь, и от тебя мне придётся тоже убегать….

– но ты же видишь, что я безопасна!

– в наше время самое милое существо может оказаться смертельнее огромного Едока… да и к тому же эта окровавленная спица у тебя под… тобой, позвояет мне укрепиться в своем убеждении.

я даже не подумала про спицу и тут же вцепилась в одну его фразу:

– откуда ты знаешь, что это существо, которого ты назвал – Едок??? ты не можешь этого знать!

Идир мягко улыбнулся, но было похоже, что мембрана вместо его рта пытается что-то всосать внутрь. мурашки по коже, впервые, после.. когда?

– отнюдь. ты – Сестра. твой словарь растёт не только в твоей котомке, но и в твоей голове. а Цхунги знают туда дорогу…

я перебила, зашипев:

это – моё – знание!!! они не имеют права!!!

– этому уже не остановится. пустой безымянный мир либо обрастёт языком как попало, либо сможет стать единым и найти диалог с любым живым созданием. твои Хроники – это путь к новому языку и новому миру. а Цхунги это всего лишь информационные кабаки.

– зачем тогда убивают Цхунгов, зачем ловят Йорров, зачем в город свозят книги??? зачем тогда я?

– есть два типа власти – власть языка. и власть молчания. и Цхунги, и Йорры и другие – выбрали власть языка. наёмники – это мелочь, навозные жуки, что собирают книги в один отвратительный комок. но за ними стоят Другие, для которых молчание или не\знание – как власть – важнее. важнее, потому что ошибки существ цикличны. да и несуществ – тоже. но это точка. здесь не может быть диалога. ты же – самое невероятнее среди них создание – ты отрекаешься и от истории, памяти и языка, для создания нового языка, который может позволить соединить две стороны: молчание и смысл.

я растерялась. постаралась заглянуть к нему в глаза и увидела две узкие щели. насквозь черепа. в каждой из них было по одной луне.

***

без сознания я была недолго. открыв глаза я увидела ту же картину. Идир читал книгу, я сидела перед ним.

– Идир?

– да, девочка.

– тебя не смущает твоё новое имя?

– это лучше, чем быть «Несущим для деталей»… ох, я кажется проговорился.

он мило рассмеялся – мембрана рта пошла волнами, а я подумала, что после гибели Йорра уже никогда не подниму занавес губ. начиналось утро и были все шансы на то, что я могу тут погибнуть. потому я сказала главное:

– я для тебя безопасна, пока ты безопасен для моих любимых. их двое и они спят еще – внизу холма….

он перебил:

– я знаю, Асна и Прах, я в курсе, что они могут сделать со мной….

– подожди, дело не в этом – почему ты сбежал от наемников? если ты знаешь, что мы хотим сделать, ты сможешь помочь. но если ты не откроешь свои тайны, мы оставим тебя тут и никто пока мы рядом не причинит тебе вреда. обещаю… постой! (он начал отворачиваться к книге) ты ведь знаешь всю почти мою Хронику – ты видишь, что мы не стремимся к злу!

через спину, сухо:

– да, да, иза-за вас погиб Цхунг, Йорр – кто следующий?

– а разве смерть – это не единственный способ сохранить жизнь?… можно умереть в старое, а можно – в новое, так?! живи где хочешь и делай что хочешь, но если ты можешь помочь нам и не поможешь – значит это твой шаг в твое старое. хотя… (злость нарастала) ты ведь потому и не хочешь рассказывать ничего, потому, что это будет записано в Хроники и тебя скорее найдут?! искалеченная девка едет отбирать город у мерзавцев, а ты…. я отнимаю у тебя твое имя. ты – «делатель деталей»!!!

я резко, насколько мог помочь песок, развернула коляску и поползла прочь.

***

у повозки было движение – Прах ворочался от дурного сна, впрочем, как и всегда, а вот Асна… Асна доедала нашего первого быка. увидев меня, она так по-девичьи расхохоталась, разбрызгивая кровь повсюду – ну вот как её не любить вот такую – безумную, рыжую и кровавую! мне даже злиться расхотелось.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.