Сергей Михайлов
Охотники за Мраком

Посвящаю моей дочери Елене

Мы охотники за мраком,

Что торгует тучей всякой

И чернит миры вокруг.

Мы шумим… С твоим ненастьем

И моё бушует счастье,

О, всех вольных духов дух!

Фридрих Ницше, «Песни принца Фогельфрай»

Часть первая. След в след

Глава первая. «Избранники судьбы»

– Я сейчас лопну от любопытства, если не узнаю всей правды. Что он от нас хочет? Неужели тебе ничего не сообщили, Крис?

Крис Стюарт не ответил. Его взгляд был прикован к широкой ленте магистрали, рука небрежно покоилась на панели рулевого управления.

– Клянусь крылом архангела Гавриила, – усмехнулся Флойд О’Дарр, – другого такого любопытного парня, как наш Джералд, не сыскать во всём Обозримом Космосе! Ты что же, старик, находишь странным этот вызов к шефу?

– Ты попал в точку, Флойд. Именно нахожу странным. Напряги мозги, приятель, и вспомни, часто ли вызывал нас к себе Роберт Гамильтон?

– Раза два-три, не больше. Для сношений с «избранниками судьбы» он обычно прибегал к помощи меж-канала.

– Вот именно. Не часто космолёты Батальона оказывались в пределах Солнечной системы, гонять же нас через всю Галактику лишь за тем, чтобы ввести в курс очередной операции, шеф считал непозволительной роскошью. Согласись, Флойд, когда Ведомством заправлял старик Гамильтон…

– Роберт Гамильтон мёртв, – резко перебил его Крис Стюарт. – Новая же метла, как известно, метёт по-новому. Но в главном Джералд прав: вызов на Землю всегда означал нечто чрезвычайное, по крайней мере, зря тратить и время, и дорогое ракетное топливо прежний шеф не любил. Возможно, этот Крамер желает лично познакомиться с вверенным ему Батальоном.

– Сэр Чарльз Крамер, – многозначительно заметил Герцог.

– О да! Сэр Чарльз Крамер, новый шеф Ведомства Космической Безопасности, – мрачно усмехнулся Крис.

– Не следует исключать и другого варианта, – возразил Флойд. – Только на Земле «избранник судьбы» может получить Галактическую Визу.

Крис Стюарт с сомнением покачал головой.

– Галактические Визы выдают лишь в экстремальных случаях, когда в предстоящей акции предполагается задействовать либо весь состав Особого Батальона, либо большую его часть. Вы не хуже моего знаете, что в истории Батальона таких случаев насчитывается от силы два, самое большее три. Не похоже, что где-нибудь в Обозримом Космосе в данный момент складывалась ситуация, требующая экстренного вмешательства всего Батальона.

– Не спеши с выводами, Крис, – заметил Герцог. – Мы слишком долго пропадали в пограничных областях Галактики, чтобы верно оценивать нынешнюю ситуацию здесь, на Земле. Три года, согласись, немалый срок.

Стюарт пожал плечами и ничего не ответил. Их было пятеро в салоне вместительного «паккарда». Крис Стюарт – признанный лидер с насмешливыми серыми глазами и железным характером; Джералд Волк – убеждённый анархист-любитель, страстный поклонник князя Петра Кропоткина, отмеченный печатью непреходящего изумления на худом лице лже-аскета; Флойд О'Дарр – язвительный рыжеволосый ирландец, составляющий с Волком неразлучный дуэт и до посинения готовый спорить с последним по самому ничтожному поводу; Филипп де Клиссон, или Герцог – гордый потомок древнего нормандского рода, обладатель неоспоримого права на ношение золотой герцогской короны де Клиссонов и готовый отстаивать честь славного рода со шпагой, бластером или гамма-излучателем в руках; и наконец, Коротышка Марк – флегматичный гигант шести с половиной футов ростом, предпочитающий крепкий здоровый сон трепотне, зубоскальству и словесным перепалкам, которым зачастую предавалась остальная четвёрка.

Помимо многолетней дружбы, всех пятерых связывала служба в Особом Батальоне Ведомства Космической Безопасности – том самом Батальоне, о котором издавна ходили легенды и слагались удивительные мифы. Круг проблем, возложенных на батальон, был весьма и весьма широк. Согласно специальной ведомственной инструкции, этот круг очерчивал целый набор так называемых «нестандартных критических ситуаций», на локализацию и возможную ликвидацию которых и была направлена деятельность этого необычного полувоенного формирования. Что именно подразумевалось под «нестандартными критическими ситуациями», никто толком не знал – никто, кроме самого шефа ВКБ. Никакие ведомственные инструкции не способны были пролить свет на три магические слова, интерпретировать которые мог себе позволить лишь глава упомянутого Ведомства. Что он, собственно, и делал весьма успешно, вкладывая в эту расплывчатую формулу вполне определённый, конкретный смысл.

Давно уже канули в прошлое те благословенные времена, когда Особый Батальон укомплектовывался исключительно из парней, именуемых расхожим словечком «супермен». Летели годы, сменялись десятилетия, становилось шире, многограннее, объёмнее само понятие «нестандартных критических ситуаций» – сменились и акценты у требований, налагаемых на кандидатов в Батальон. Центнеры стальных мускулов, молниеносная реакция, универсальное владение любым видом оружия – весь этот «джентльменский набор» вдруг признан был недостаточным для решения специфических задач ОБ ВКБ. И тогда на смену туповатым костоломам и пресловутым суперменам пришло новое поколение – поколение интеллектуалов. Союз крепкого тела и ясного ума не замедлил сказаться самым благоприятным образом на деятельности всего Ведомства.

Следует отдать должное отчаянным парням из Особого Батальона – они работали безупречно. Бесспорно, этому способствовал не только жёсткий отбор кандидатов, производимый специальной ведомственной комиссией, но и высокие «гонорары» – так именовали в Ведомстве плату за свои труды сами исполнители, с полным на то основанием считая свою работу истинным искусством.

Их нарекли «избранниками судьбы» – то ли в насмешку, то ли боготворя…

Пятёрка «избранников судьбы» из группы Криса Стюарта – а таких групп в Батальоне насчитывалось более четырёх десятков – являла собой крепкое содружество тех самых отважных сорви-голов, которые в буквальном смысле были цветом нового поколения космических разведчиков. Каждый член группы имел отличный послужной список – «отличный» в свете тех критериев, которыми обычно руководствовалось в своих действиях Ведомство Космической Безопасности и которые зачастую сильно отличались от критериев господствующей в общества морали. Крис Стюарт с десяток лет прослужил в межгалактических «зелёных беретах» в районе Скопления Прокажённых Бедуинов; Флойд О'Дарр прошёл прекрасную боевую выучку в отрядах ирландских боевиков, затем, преследуемый правосудием, канул в безбрежные просторы Обозримого Космоса, откуда доносились порой фантастические слухи об отчаянном рыжем контрабандисте и его дерзких сотоварищах; подвиги Джералда Волка были чисто земными и ограничивались безупречной службой в Иностранном Легионе; Филипп де Клиссон, как истинный аристократ, слыл едва ли не лучшим охотником за двуглавыми бурыми львами-оборотнями в саваннах Малой Бездны и шестимерными саблезубыми кроликами-людоедами на призрачном астероиде У-Му-ТуруЛай-35, что в созвездии Кривоногих Обезьян. Что же касается Коротышки Марка, то в течение семи лет он был признанным королём профессионального марсианского ринга. Правда, бокс ему пришлось оставить: за нанесённое рефери оскорбление он был бессрочно дисквалифицирован. «Швырнул я этого продажного подонка за канат, – оправдывался потом Марк перед ухмыляющимися друзьями, – так ведь за дело же! Заявил, мерзавец, что я под допингом…» Лишь близкие друзья его знали, что понятия чести, тем более чести спортивной, всегда были для флегматичного экс-боксёра превыше всего. Допинг и Коротышка Марк были понятиями несовместимыми.

Потом судьба свела их воедино – они стали её «избранниками»…

Свинцовая мгла нависла над шоссе, воздух был густым и липким, словно кисель, едкий пот стекал по их лицам, шеям, рукам…

– Говорят, этот Крамер никогда не снимает тёмных очков, – сказал Флойд. – Даже в постели.

– Не имел удовольствия лицезреть его в постели, – ответил Стюарт, – как, впрочем, и в иной, менее интимной обстановке. Но ручаюсь, скоро нам такая честь выпадет.

– Что, заглянуть к нему в постель? – Флойд скорчил брезгливую гримасу.

– Вряд ли он допустит тебя в свою спальню, – ухмыльнулся Джералд Волк. – Но ты не теряй надежды, дружище Флойд, если твоя рыжая шевелюра придётся шефу по вкусу, то у тебя появится весьма реальная возможность стать его фаворитом.

Флойда передёрнуло от «заманчивой» перспективы, обрисованной Волком.

– Клянусь всеми девятью кругами ада, я скорее сяду голой задницей в гигантский меркурианский муравейник!

Глаза Джералда Волка лукаво блеснули.

– Я всегда подозревал у рыжих патологическую склонность к изощрённому мазохизму. Хочешь, я ударю тебя чем-нибудь тяжёлым? – вкрадчиво спросил он, заглядывая приятелю в глаза. – По дружбе?

– Полегче на поворотах, идиот, – угрожающе зарычал Флойд О'Дарр. – Не забывай, что от изощрённого мазохизма всего лишь шаг до не менее изощрённого садизма. Я с детства любил мучить кошек и анархистов. Подолгу и с наслаждением.

– Может, высадить эту парочку вон у того перекрёстка? – спросил Герцог у Криса Стюарта. – У меня уже в печёнках сидят бесконечные дуэли этих болтунов.

– Пожалуй, вы правы, мсье де Клиссон, – в тон ему ответил Крис Стюарт, – этим двум петухам не мешало бы прошвырнуться пешком. Уверен, Коротышка Марк поможет им выйти.

Он демонстративно притормозил у перекрёстка.

– Эй, Марк, проснись! – тряхнул спящего гиганта Герцог. – Пора тебе малость поразмяться.

– А? Что? – спросонья заворчал Коротышка Марк.

– Погоди, Герцог, – взмолился Флойд, с опаской поглядывая на экс-боксёра, – не буди этого буйвола. Клянусь копытом бешенного бизона, я осознал, раскаялся и чертовски сожалею, что сцепился с этим болва…

– С кем, с кем? – угрожающе переспросил Джералд.

– С самым выдающимся анархистом во всём Обозримом Космосе. Виват Джерри Волку!

– Раскаяние принимается, – резюмировал Герцог. – Чем ответит противная сторона?

– Несмотря на то, что противной стороне крайне противен и омерзителен рыжий цвет… – начал было Джералд.

– Сейчас я его ударю, – внятно произнёс Флойд.

– …я всё же готов сделать исключение, – невозмутимо продолжал Джералд, – для старика Флойда. Удивительно, но среди рыжих тоже попадаются неплохие парни. Правда, крайне редко.

– Ла-адно, – протянул Герцог, – на этот раз, ребята, вам удалось избежать справедливой кары. Что скажешь, капитан?

Крис Стюарт нажал на педаль акселератора, и мощный «паккард» рванул вперёд.

– Прощены, – сказал он с видом самого Господа Бога, – но в следующий раз ничто уже не сможет помешать вам, мсье де Клиссон, разбудить Коротышку Марка. Клянусь глоткой арктурианского вампира!

Флойд О'Дарр с восхищением посмотрел на Стюарта.

– Капитан, я тебя обожаю! – воскликнул он. – Разрази меня гром, если среди твоих предков не было хоть одного ирландца!

Минут десять все пятеро хранили нейтралитет. Наконец Герцог нарушил молчание.

– Уверен, встреча с Крамером не сулит нам ничего хорошего. Может быть, кто-нибудь что-либо слышал об этом типе? Откуда он взялся? В бытность старика Гамильтона в Ведомстве о Крамере никто и слыхом ни слыхивал.

Крис Стюарт пожал плечами.

– Личность довольно-таки тёмная, подстать своим очкам. Для нас, простых смертных, закулисные правительственные игры всегда оставались за семью печатями. При раздаче должностей и министерских портфелей нашим мнением почему-то не интересуются.

– Потому что подобные ситуации не попадают в разряд «критических нестандартных», – усмехнулся Джералд, – и лежат вне сферы нашей компетенции.

– Пожалуй, это единственные ситуации, которые не являются «критическими нестандартными», – в тон ему ответил Герцог.

– Вот не думал, что таковые существуют, – зло проворчал Флойд.

Стюарт бросил взгляд на циферблат часов. Затем притормозил у небольшого кафе.

– До встречи с шефом осталось три часа. Я думаю, вы неплохо проведёте время в этой забегаловке.

– Ты не останешься с нами? – спросил Герцог.

Стюарт покачал головой.

– Хочу повидаться с Бертом Джервисом.

– Берт Джервис? Это тот дотошный сыскник, что раскручивал дело с убийством владельца фирмы «Монт и сыновья»?

– Он самый, Филипп. Заметь, он таки раскрутил это дело, хотя оно и казалось совершенно безнадёжным.

– Потому я и назвал его дотошным. Зачем он тебе понадобился, Крис?

Стюарт кивнул на лежавшую возле его сидения газету.

– Здесь всё сказано.

Взгляд Герцога скользнул по газете и внезапно замер на небольшой заметке с броским заголовком «Необычная смерть сэра Роберта Гамильтона». Герцог быстро пробежал статью глазами.

– А, так этот Джервис взялся теперь за Гамильтона! – воскликнул он.

– Ему поручено расследование смерти сэра Роберта, и, я уверен, Берт докопается до истины.

– До истины? О какой истине ты говоришь?

– Ты плохо читал статью, Филипп. Берт полагает, что дело не обошлось без убийства.

Флойд округлил глаза.

– Убийство? – громким полушёпотом повторил он. – Старик Гамильтон убит?

Стюарт пожал плечам.

– Я знаю не больше вашего. Потому-то я и хочу потолковать с Джервисом.

– Так он тебе всё и расскажет! – усомнился Герцог.

– Поживем – увидим. В своё время мы с ним были друзьями. Надеюсь, он не забыл об этом. Я заеду за вами к шести. Толкните Марка. Мне кажется, у него начался период зимней спячки.

– Этот период у него тянется круглый год, – ухмыльнулся Джералд Волк.

Разбуженный боксёр долго хлопал осоловелыми глазами, с трудом возвращаясь в мир реальности. Наконец четверо «избранников судьбы» покинули автомобиль. Коротышка Марк расправил богатырские плечи и громко хрустнул суставами.

– А быстро мы добрались, – прорычал он, прочищая горло.

– Что ты, дружище Марк, мы ещё и не думали трогаться, – возразил Джералд, подмигнув Флойду.

Марк метнул в него добродушный взгляд и хлопнул приятеля по плечу. Тот едва удержался на ногах.

– Шутник ты, Джерри, – осклабился боксёр.

– Да уж куда моим шуткам до твоих, Коротышка, – отозвался Джералд, потирая ушибленное плечо. – В твоих и весу-то на добрый центнер больше.

Коротышка Марк расхохотался.

– Куда это наш командир намылился? – недоумённо спросил он, провожая взглядом уносящийся «паккард».

– На аудиенцию к римскому папе, – бросил через плечо Джералд, толкая дверь в кафе.

Глава вторая. Берт Джервис

Берт Джервис сидел в своём кабинете и тупо смотрел в пол, обильно усеянный окурками. Сквозь плотный туман сигаретного дыма лицо его казалось слепком с погребально-церемониальной маски туземцев Великого Хвоста. Пальцы левой руки выбивали мерную дробь по полированному подлокотнику кресла. Пожалуй, иных признаков жизни в этом теле заметно не было.

Таким и застал его Крис Стюарт, когда вошёл в кабинет инспектора сыскной полиции. Кинув взгляд на сидящую в кресле безмолвную фигуру, он молча подошёл к окну и настежь распахнул обе створки.

– Какого дьявола! – взорвался Джервис, оставаясь неподвижным.

– Я к тебе по делу, Берт, – ответил Стюарт, садясь на краешек стола и в упор глядя на инспектора.

– Стюарт? – в безжизненных глазах Джервиса вспыхнула искра интереса.

– Он самый, Берт.

– Ты не вовремя, Стюарт, мне нужно кое-что обмозговать.

– А я было решил, что ты надышался «альпассийского тумана», – усмехнулся Стюарт. – По правде говоря, видок у тебя был не из лучших.

Джервис тряхнул головой.

– Ладно, выкладывай.

– Признаться честно, я надеялся услышать кое-что от тебя.

Сигаретный туман в комнате заметно поредел. Джервис метнул в Стюарта быстрый пронизывающий взгляд.

– Об этом деле ты не услышишь от меня ни слова, – сухо произнёс он.

– Но, Берт…

– Повторяю, – загремел Джервис, яростно вращая глазами, – я тебе ничего не скажу, Стюарт.

– Возможно, ты хочешь что-нибудь услышать от меня? Как никак, Гамильтон был моим шефом целых двенадцать лет.

– Нет, – упрямо мотнул головой Джервис.

– Да пошёл ты к чёрту, старый кретин! – взорвался Крис Стюарт. – Или ты всё выложишь начистоту, или я поведу собственное расследование.

Едва заметное подобие улыбки мелькнуло на губах инспектора.

– Узнаю прежнего Стюарта. – Он в упор смотрел на капитана «избранников судьбы». – Ты хочешь жить, Крис?

– Очень. Но ещё больше я хочу знать правду.

– Я бы тоже хотел её знать.

– Сообща мы докопаемся до истины, Берт. Я помогу тебе.

– Не поможешь. Да и зачем тебе это?

– Роберт Гамильтон был из тех людей, ради которых стоит кое-чем пожертвовать. Если он убит, мой долг распутать этот клубок.

– Долг? Чушь собачья… – криво усмехнулся Джервис.

– Не валяй дурака, Берт. Я слишком хорошо тебя знаю, чтобы поверить, что ты стал циником.

– Я им стал, Стюарт.

– Так ты расскажешь мне о Гамильтоне?

– Я не хочу потерять единственного друга.

– Ты потеряешь его, если промолчишь.

– Психологическая обработка, да? Ты прекрасно её провёл, Стюарт. Я сдаюсь. Но с этого момента я не дам за твою жизнь и ломаного гроша.

– А как же ты, Берт?

– Я давно уже обречён, – безнадёжно махнул рукой Джервис и понизил голос до шёпота: – Слушай же.

– В чём дело, Берт? Эти стены имеют уши?

– Стены? Не-ет, Стюарт. – В глазах инспектора вспыхнул какой-то странный огонь. – Стены – это слишком примитивно. – Он провёл руками перед глазами, словно ощупывая что-то невидимое. – Сам воздух – одно большое ухо… возможно…

Стюарт внимательно посмотрел на Джервиса. От того не ускользнул взгляд капитана. Он снова усмехнулся.

– Ты решил, что я спятил, не правда ли? – Джервис уставился на свои руки. – Будь я верующим, я бы молил Бога, чтобы это так и было. Но спятил не я, Стюарт…

– У меня нет времени исповедывать тебя, Берт, – нетерпеливо прервал его Стюарт. – Мне нужны факты.

– Факты. Гм… У меня нет фактов.

– Нет фактов? – Брови Стюарта удивлённо взметнулись вверх. – Ты же утверждаешь, что Гамильтон убит!

– Он убит, – убеждённо произнёс Джервис, – и это единственный факт, которым я располагаю.

– Откуда такая уверенность?

Джервис с минуту молчал. Когда он заговорил снова, в голосе его звучал металл.

– Роберт Гамильтон найден мёртвым в собственном кабинете неделю назад. Опрос возможных свидетелей ничего не дал: никто ничего не видел, не слышал, не знает и знать не желает. Каждый забился в свою нору и боится оттуда нос высунуть. – Джервис зло сплюнул на пол. – Теперь-то мне известно, что они действительно ничего не знают. Единственная, кто смог немного пролить свет на истину, была Джейн Гросби, личный секретарь Роберта Гамильтона. В течение того злополучного дня, утверждает она, в кабинет к шефу никто не входил и никто из него не выходил. Она же и была последней, кто видел его в живых, и именно она чуть позже обнаружила труп. Я тщательно обследовал кабинет и приёмную и пришёл к выводу, что ни одна живая душа, действительно, не смогла бы проникнуть к сэру Роберту без ведома секретаря. Джейн Гросби же я склонен верить. Далее, никаких следов явного насилия или других следов насильственной смерти на теле твоего шефа не обнаружено.

– И тем не менее ты утверждаешь, что Роберт Гамильтон убит!

– И останусь при своём убеждении даже под страхом смертной казни, – твёрдо произнёс Джервис.

– Откуда такая уверенность, Берт?

Джервис вынул из пачки сигарету и закурил. Пальцы его слегка подрагивали от волнения.

– Бытует такое выражение: естественная смерть, – продолжал он. – Считается, что естественной смертью человек умирает либо от какой-нибудь болезни, либо просто от старости. Организм изношен до предела – и всё, баста. Напротив, смерть от руки маньяка, упавшего на голову кирпича или луча бластера принято называть неестественной, ибо причина её как бы привнесена извне. Всё это чушь! Я всегда придерживался взгляда, что всякая смерть естественна, поскольку вызывается необратимыми процессами внутри организма. Смерть наступает не от ножа убийцы, а от остановки сердца, нож лишь включает механизм смерти, рождает ту причину, которая в конце концов приводит к летальному исходу. Аналогичным образом действует и вирус. Разница здесь лишь в скорости процессов, суть же их одна: некие необратимые изменения в естественном функционировании организма. Смерть всегда естественна, ибо её вызывают естественные причины. Так я думал до недавнего времени. Результаты вскрытия тела Роберта Гамильтона коренным образом изменили мои воззрения на смерть. Я пришёл к парадоксальному выводу: смерть не всегда бывает естественной. Неестественной я называю такую смерть, для наступления которой не имеется очевидных причин. Такова смерть Роберта Гамильтона. Его организм полностью работоспособен, и хотя хорошим здоровьем он не отличался, все органы его накануне смерти функционировали нормально. Смерть от болезни, даже внезапной, исключается, на том же основании следует исключить и известные виды насильственной смерти, как то: смерть от яда, пули, ножа, электрического тока и так далее. Суть парадокса в том, что Гамильтон не должен был умереть, смерти как таковой не было.

– Однако он мёртв, – заметил Стюарт.

– Сейчас он безусловно мёртв, а тогда… Тогда его организм просто перестал функционировать, без видимых на то причин. Словно кончился завод часов – стоит их лишь завести, как они пойдут вновь. Медицинские эксперты считают, что подоспей помощь вовремя, тело можно было бы реанимировать.

– Но как всё это увязать с убийством, Берт? – пожал плечами Стюарт.

– Неужели ты до сих пор не понял? – Джервис закурил вторую сигарету. – Поскольку Роберт Гамильтон мёртв – а то что он мёртв, не вызывает никаких сомнений – должна, понимаешь, должна существовать причина, вызвавшая смерть. Иначе мы дойдём до абсурда или до клиники для умалишённых. У смерти всегда должна быть причина, и если мы не знаем этой причины, это ещё не значит, что её нет вовсе. Я назвал смерть Роберта Гамильтона неестественной, так как не существует ни одной из известных естественных причин, способных её вызвать.

– А страх? Он мог умереть от внезапного испуга.

– Содержание адреналина в крови Гамильтона было не только выше, но даже несколько ниже нормы. Нет, испуг отпадает. Повторяю, Стюарт, естественные причины приходится исключить, и с ними вместе болезнь, старость, обычные способы убийства.

– Стало быть, есть ещё и необычные?

– Вот именно. Роберт Гамильтон убит неведомым нам способом, в обход обычным законам природы. Потому я и называю его смерть неестественной. Он не должен был умереть – если исходить из устоявшихся представлений о смерти и причинах, её вызывающих. Но он всё-таки умер.

В помещении воцарилась гнетущая тишина. Крис Стюарт с трудом переваривал услышанное.

– Ты убедил меня, Берт, – наконец сказал он. – Роберт Гамильтон убит. Осталось совсем немного – отыскать убийцу. Ты что-нибудь предпринял на этом пути?

Джервис усмехнулся и выпустил кольцо дыма.

– Я никогда не охотился за призраками, Стюарт. Но что-то говорит мне, что призрак уже начал охоту за мной. – Он как-то странно посмотрел на Стюарта и добавил чуть слышно: – И за тобой, старина Крис. Очень жаль, что я наболтал тебе лишнего.

Стюарт пожал плечами.

– Признаюсь, я не вижу причин для беспокойства.

– Оно и к лучшему, Стюарт. Ты слишком долго не был на Земле.

Джервис тяжело поднялся с кресла и подошёл к окну.

Тусклый сумеречный свет струился в распахнутое окно. Воздух был тяжёлым, мутным, пыльным, лишённым движения и жизни. Серое свинцовое небо давило на город, вершины небоскрёбов тонули в гигантском море низко нависших туч. Что-то зловещее чудилось в этом безмолвии небесной стихии, словно ждущей своего часа, чтобы низринуться на землю и затопить её вязкой киселеобразной массой.

– Как тебе вид из окна, Стюарт? Неплох, не правда ли? Особенно если учесть, что сейчас начало июля.

Стюарт подошёл к инспектору.

– Мерзкая погода. И давно это началось?

– Два месяца. Обложило всю планету за одну ночь. Метеорологи так и не смогли докопаться до сути этого явления.

Стюарт задумчиво потёр подбородок.

– Мы едва пробились сквозь атмосферу на своём «Скитальце», – сказал он. – Меня чуть было не вывернуло наизнанку от вибрации.

– Ты что-нибудь слышал о Мраке?

Голос Джервиса слегка дрогнул от напряжения, хотя внешне он оставался спокойным и невозмутимым. Стюарт внимательно посмотрел на него.

– Я ничего не слышал о Мраке, – внятно произнёс он. – Это как-то связано со смертью Роберта Гамильтона?

Берт Джервис резко обернулся. Глаза его пылали каким-то странным огнём.

– Запомни, Стюарт, – сухо проговорил он, – ты мне этого вопроса не задавал.

– Но, Берт…

– Ты не задавал, а я не слышал его. Понял?

– Погоди, Берт…

– Понял?! – рявкнул Джервис, хватая Стюарта за ворот куртки и с силой притягивая его к себе.

– Иди ты к дьяволу! – крикнул тот, вырываясь. – Может быть, ты мне всё-таки объяснишь, что всё это значит?

Джервис отступил на шаг и в упор посмотрел на друга.

– Ты уже узнал достаточно, чтобы последовать за Робертом Гамильтоном. – Голос его звучал глухо, безжизненно.

– Тем более ты не должен от меня ничего скрывать! – с жаром напирал на Джервиса Стюарт.

Инспектор колебался. Случайно взгляд его упал на часы.

– Поздно, Стюарт. Поговорим в следующий раз. Скоро шесть. Тебе нужно идти, Крамер не любит ждать.

– Откуда ты знаешь?

Искреннее удивление Криса Стюарта не осталось без должного ответа. Джервис захохотал.

– Ты забыл, приятель, что перед тобой сам Берт Джервис, великий сыщик Вселенной! Кстати, твоя группа – не единственная, вызванная на Землю. Крамер собрал здесь весь Батальон.

– Чёрт побери! – воскликнул Стюарт. – Бьюсь об заклад, тебе наверняка известно, зачем Крамер собрал нас!

Выражение лица Джервиса резко изменилось.

– А вот об этом пусть тебе скажет сам Крамер.

«Он знает», – решил Стюарт.

– Помни о Мраке, – шепнул Джервис ему в самое ухо, крепко стиснул руку и вытолкнул за дверь кабинета.

Глава третья. Чарльз Крамер

Вход в здание Ведомства Космической Безопасности охраняли два часовых в серых мундирах и тёмных очках. Тщательно проверив пропуска, они позволили группе Стюарта войти.

В просторном вестибюле они столкнулись с лифтёром. Тот тоже был в тёмных очках.

– Да что у них здесь, повальная эпидемия какой-то глазной болезни? – недоумённо прошептал Флойд, озираясь.

Скоростной лифт доставил их на нужный этаж. Два-три сотрудника Ведомства, встретившиеся им по пути в кабинет шефа, стремительно прошмыгнули мимо, неся на своих потных носах массивные тёмные очки.

– Ни дать, ни взять, гаитянские тонтон-макуты Папаши Дока! – воскликнул Герцог.

– Кто-кто? – не понял Флойд.

– Тонтон-макуты. Имеют какое-то отношение к древней истории Карибского бассейна. Что-то вроде тайной полиции тамошнего диктатора. Всегда ходили в тёмных очках.

В приёмной их встретила худая, словно пересушенная вобла, секретарша с впалыми щеками. В очках. Тёмных.

– Сэр Крамер ждёт вас, господа, – деревянным голосом произнёсла она.

Ещё совсем недавно за этим самым столом сидела весёлая хохотушка Джейн Гросби. Её же преемница походила на постящуюся монашенку-аскетку.

Крис Стюарт в сопровождении своей группы проследовал в кабинет шефа.

Несмотря на пасмурный день, жалюзи на окнах были опущены. В кабинете царил полумрак, тускло светилась лишь настольная лампа. Крамер стоял у окна, спиной к вошедшим; не обернулся он и на звук их шагов. Это был плотный коренастый человек в строгом тёмном костюме. Большего Крис и его друзья рассмотреть не смогли – их глаза ещё не привыкли к подвальному освещению кабинета шефа ВКБ.

– Вы заставляете себя ждать, господа, – резко произнёс Крамер. – Думаю, в обмене любезностями нет необходимости. Приступим сразу к делу.

Он продолжал стоять к ним спиной. На лицах «избранников судьбы» отразилось недоумение. Шеф даже не предложил им сесть.

– Я не уверен, что вы справитесь с предстоящим заданием, – продолжал Крамер ледяным тоном, – но в данном случае инициатива исходит не от меня: я выполняю лишь распоряжение Совета Семи. Тщательное изучение ваших досье, господа, привело меня к мысли, что вы, Стюарт, и ваша группа, являетесь лучшими специалистами по нестандартным критическим ситуациям. – В голосе его прозвучала откровенная насмешка.

– У сэра Роберта Гамильтона не было претензий к нашей группе, – с достоинством ответил Крис Стюарт. – Мы всегда честно выполняли свой долг.

– Мне это известно, – отрезал Крамер. – Потому я и остановил свой выбор на вас, господа.

Он помолчал несколько минут, потом вдруг резко повернулся. Большая половина лица его оказалась скрытой за тёмными очками.

– Вы возглавите Батальон, Стюарт. Вы и ваша группа. Весь состав Батальона уже проинформирован о предстоящей операции. Завтра вам надлежит вылететь в Гонолулу.

«Избранники судьбы» переглянулись. Начало было многообещающим. Экстренный вылет в Гонолулу мог означать только одно: выдачу Галактических Виз. Намечалось что-то грандиозное.

Крамер замер, словно перед броском, тёмные стекла очков его устремились на Стюарта.

– Что вам известно о Мраке? – спросил он ледяным тоном.

Стюарт вздрогнул. Тот же вопрос час назад задал ему Берт Джервис.

– О Мраке? – Флойд переглянулся с Джералдом и пожал плечами.

– Да, о Мраке, – повысил голос шеф. – И не имейте эту дурацкую привычку переспрашивать.

– Ничего, – за всех ответил Стюарт.

Крамер снова повернулся к ним спиной. Похоже, он остался доволен ответом капитана.

– Я так и думал. Но этот пробел восполним. Итак, ваша задача: найти и уничтожить Мрак. – Он не спеша прошёлся по кабинету. – Я не стану скрывать своего отношения к предстоящей акции. Шансов на успех практически нет. Инициатива, повторяю, исходит не от меня, а от Совета. Совет Семи выразил надежду, что операция завершится успешно и в кратчайшие сроки. Такую же надежду выражаю и я. Ваш ответ, господа?

– Мы уничтожим Мрак, – решительно заявил Стюарт.

– Ты спятил, Крис? – толкнул его в бок Флойд. – Мы даже не знаем, что это такое.

Крамер с минуту помедлил.

– Хорошо, Стюарт. – Стёкла очков его зловеще блеснули. – Другого ответа я от вас и не ждал. Отчёт об успешном завершении операции, – он сделал ударение на слове «успешном», – я жду ровно через год. Год, и ни часом больше – таковы условия Совета. Дополнительные инструкции, материалы о Мраке и пропуска в Стратегический Центр вы получите у секретаря. Ракетного топлива вам будет отпущено ровно на год.

– Ракетного топлива? – удивлённо вскинул брови Крис Стюарт. – Нам надлежит покинуть Землю?

– Вам надлежит уничтожить Мрак, – резко ответил Крамер. – Где и как вы это сделаете, меня не интересует.

– Надеюсь, шеф, помимо ракетного топлива вы обеспечите нас новым космическим кораблём? «Скиталец» слишком стар для такой ответственной операции.

– Эта старая колымага развалится сразу же, как только взлетит, – поддержал капитана Джералд.

– Сожалею, господа, – холодно отрезал Крамер, – но в настоящий момент Ведомство не считает возможным предоставить в ваше распоряжение новый космический аппарат.

– Ещё бы! – шепнул Флойд на ухо Джералду Волку. – Все средства ушли на покупку миллиона чёрных очков!

Крис Стюарт нахмурился.

– В таком случае, – решительно произнёс он, – я не могу гарантировать успех операции.

Стюарт готов был дать голову на отсечение, что Крамер беззвучно хохотал. Но ни единого звука не вырвалось из горла шефа ВКБ. Когда шеф снова заговорил, голос его был ровным и сухим.

– Гарантии здесь могу давать только я, а ваше дело, Стюарт, выполнять приказы. Ваше мнение меня нисколько не интересует. Что же касается космического аппарата, который якобы вот-вот развалится, то заключение о его работоспособности или, наоборот, отсутствию таковой, может быть дано только специальной технической комиссией. Такого заключения у меня нет.

– Это формализм! – воскликнул Герцог. – Вам ведь хорошо известно, что мы только вчера прибыли на Землю.

– Однако у вашего капитана, – усмехнулся Крамер, – хватило времени, чтобы наведаться к инспектору Джервису и покопаться в деле покойного сэра Роберта.

Крис Стюарт гордо поднял голову.

– Сэр Роберт Гамильтон был моим шефом на протяжении двенадцати лет, и мой интерес к его смерти вполне оправдан. Кроме того, с Бертом Джервисом нас связывает старая дружба, и никто не сможет отказать мне в праве встречаться с другом, которого я не видел уже много лет. В конце концов, это мое личное дело, – с вызовом добавил он.

– Отлично сказано, командир, – одобрительно шепнул ему на ухо Коротышка Марк.

Крамер походил на застывший манекен, и лишь в стёклах его очков пульсировала тёмная жизнь.

– Вы превратно истолковали мои слова, Стюарт. Никто не посягает на вашу личную свободу, тем более я. Я всего лишь констатирую факт. У вас было три часа свободного времени, которые можно было употребить с большей пользой, нежели это сделали вы.

«Он знает даже это», – в смятении подумал Стюарт.

– Наши технари работают оперативно, – бесстрастно продолжал шеф, – и этих трёх часов им вполне хватило бы, чтобы составить соответствующее заключение по технической готовности вашего космолёта к дальнейшей эксплуатации. Если бы такая бумага легла на мой стол до вашего прихода, господа, в обсуждении этой проблемы отпала бы всякая необходимость. Однако вы не сделали этого и упустили свой шанс. Никаких претензий к Ведомству у вас быть не должно.

Последние слова шефа прозвучали холодно и властно. «Избранники судьбы» чувствовали себя загнанными в угол. Чёрт бы побрал этого Крамера!

Крамер тем временем продолжал:

– Под занавес я несколько рассею ваше дурное настроение, господа. Я верен традициям Ведомства, верен и тем принципам, которые были положены в основу взаимоотношений между администрацией и Особым Батальоном. Риск всегда должен щедро оплачиваться. Я не изменю этому правилу и в этот раз. Ваши счета в банке будут удвоены, господа. Они и сейчас, если не ошибаюсь, исчисляются довольно кругленькими суммами, не так ли? Есть ещё вопросы? – Стюарт угрюмо покачал головой. – Вы свободны. Ваше назначение командиром Особого Батальона, Стюарт, уже передано в Совет Семи. Завтра вас ждут в Гонолулу.

Глава четвёртая. Мрак

– Ты в своём уме, Крис? – наседал на Стюарта Флойд. – Какого дьявола ты согласился на эту авантюру? А нам даже слова не дал сказать!

– Не следовало тебе соглашаться, Крис, – вторил другу Герцог. – Крамер водит нас за нос, это же ясно как день. Он намерено подвёл нас под заведомо безнадёжное дело.

– Да мыслимо ли лезть в этот ад в угоду какому-то очкастому кретину? – возмущался Джералд. – Это безумие, Крис.

Стюарт повернулся к Коротышке Марку.

– А ты, Марк? Ты разве не желаешь вставить словечко?

– А что я? – Марк пожал плечами. – Я как ты, командир. Ты же знаешь, я с тобой – хоть в огонь, хоть в воду, хоть во Мрак, будь он трижды неладен.

Капитан обвёл четвёрку пристальным взглядом.

– Что ж, я внимательно выслушал вас, господа, – медленно произнёс он. – Вам известен принцип, по которому формируются группы Особого Батальона. Командир вправе менять состав группы по своему усмотрению, и даже сам шеф ВКБ не может воспрепятствовать ему в этом. Я не неволю вас, господа, вы можете покинуть меня в любое удобное для вас время. Со мной останется только Марк.

– Как только у тебя язык повернулся такое сказать, Крис Стюарт? – возмутился Флойд. – Чтоб я когда-нибудь покинул тебя?..

– Ну уж нет, – категорически заявил Джералд Волк, – я из группы ни шагу.

– Чего же ты хочешь, Крис? – спросил Герцог.

Стюарт в упор посмотрел на него.

– Я хочу уничтожить Мрак, – медленно роняя слова, произнёс он.

– Мы ничего не знаем о нём.

– Разве у нас есть выбор? Вспомни о контракте. Мы всего лишь исполнители.

– Ты не должен был принимать столь поспешного решения. Послушай, Крис…

– Я уже достаточно слушал вас, господа, теперь выслушайте меня вы. – Стюарт обвёл группу тяжёлым взглядом. – Вы забыли, кто вы есть. Да, чёрт возьми!! Вы забыли, что вы – «избранники судьбы»! Вы когда-нибудь задумывались над этими словами? Когда-нибудь вам в голову приходило, что значит – быть «избранниками судьбы»? Уверен, для вас эти слова – пустой звук, лишь некий красивый ярлык, который можно нацепить на грудь и красоваться перед восторженной толпой почитателей. Да вдумайтесь, вдумайтесь же наконец, чёрт побери! Судьба избрала нас для опасной и тяжёлой работы, сопряжённой со смертельным риском, и мы не вправе идти ей наперекор, не вправе поворачиваться к судьбе спиной – чтобы переложить ответственность, возложенную на нас, на плечи кого-нибудь другого. Да, мы избраны судьбой, мы не свободны от её предначертаний, но вспомните, вспомните – прежде чем стать её избранниками, мы сами выбрали её, свою судьбу, и никто не неволил нас в том выборе. Мы заключили договор…

– Договор был заключён с сэром Гамильтоном, а не с Крамером, – возразил было Герцог, но гневный взгляд капитана заставил его осечься.

– Мы заключила договор с собственной совестью, – загремел Крис Стюарт, – и лишь перед совестью своей мы в ответе! Ни перед Крамером, ни даже перед Робертом Гамильтоном, ни тем более перед Ведомством Космической Безопасности – да неужели вы всё ещё не поняли этого?! Мы взвалили на себя тяжкое бремя – бремя долга, и долг повелевает нам идти навстречу неумолимой судьбе. Совесть, долг и судьба – вот три кита, на которых стояли и всегда будут стоять её «избранники»… Впрочем, – Стюарт криво усмехнулся, – есть ещё и четвёртый кит – для тех, кто от службы в Особом Батальоне ждёт исключительно земных благ. В конце концов, нам хорошо платят.

– А, так ты польстился на высокие «гонорары» этого Крамера! – презрительно проговорил Герцог.

– К чёрту Крамера! К чёрту «гонорары»! Я достаточно обеспечен, чтобы провести остаток своих дней где-нибудь на Багамах в собственном роскошном особняке, каждое утро лакать шампанское вёдрами и жрать икру из золотой посуды все триста шестьдесят пять дней в году!

– Ни к чему читать нам мораль, Крис Стюарт, – резко произнёс Герцог. – Если же я невольно обидел тебя, прошу простить меня. Но и тебе не следовало заводить речь о деньгах – ты прекрасно знаешь наше к ним отношение. Взаимные обиды ни к чему хорошему не приведут.

– Оставим материальную сторону вопроса в покое, я признаю, что погорячился. Но в остальном я прав, трижды прав!

Герцог пожал плечами.

– Совесть, долг, честь, высокие нравственные идеалы – о, я прекрасно знаю цену этим словам! – Он гордо вскинул голову.– Как никак, в моих жилах течёт древняя кровь де Клиссонов. И потому я вправе спросить тебя, Крис Стюарт: твои три кита – не пустой ли это звук? Что стоит за ними?

– Жизнь на планете Земля, – просто ответил Стюарт, глядя прямо в глаза Герцогу. – Жизнь на нашей планете, и этим всё сказано, Филипп. Жизнь, которую мы призваны защищать. Вы все забыли об этом.

– Нет, Крис, мы ничего не забыли – иначе бы мы давно уже были на Багамах, – возразил Герцог. – Я просто хочу понять, докопаться до самой сути – действительно ли дело, в которое мы ввязались, столь чрезвычайно и требует нашего в нём участия, или Крамер всего лишь пытается избавиться от неугодных ему людей? Пойми, Крис, я не хочу быть пешкой в чужой игре. Так ли опасен этот Мрак?

– Он опасен, Филипп, – твёрдо сказал Стюарт, – он чрезвычайно опасен. Мрак угрожает не только Земле, он угрожает всему человечеству. Это серьёзный враг, и мы были слепы, если до сих пор не видели этого. Пока он только пробует свои силы, ощупывает Землю мёртвыми щупальцами, но кто знает, как поведёт себя эта зараза завтра? Мы должны уничтожить Мрак, и не ради Крамера, не ради славы и обещанных нам «гонораров», и даже не ради собственной нашей совести, а во имя жизни на нашей маленькой, но всё-таки прекрасной планетке. Клянусь всем самым для меня святым, Филипп, это не пустые слова! Мы стоим на грани катастрофы.

Герцог долго смотрел Крису Стюарту в глаза. Потом порывисто встал и шагнул вперёд.

– Вот тебе моя рука, капитан, рассчитывай на меня.

– И на меня, Крис! – в один голос воскликнули Флойд О’Дарр и Джералд Волк.

– Что касается меня, – пробасил Коротышка Марк, – то я всегда был с тобой заодно, командир.

Словно тяжкий груз свалился с плеч Криса Стюарта.

– Наконец-то мы пришли к единому мнению, – сказал он с чуть заметной улыбкой. – Но я не хочу быть голословным, друзья. Крамер передал нам несколько отчётов, ознакомьтесь с ними, и вы убедитесь, что мои опасения небезосновательны. – Он бросил на приборную панель небольшую папку с бумагами. – Материалов здесь явно недостаточно, но и их вполне хватит, чтобы составить себе некоторое представление о грозящей опасности.

Космолёт «Скиталец» мчал пятерых «избранников судьбы» в сказочную страну Гавайского архипелага. Всеведущий Крамер, так поразивший Стюарта своей осведомлённостью, тем не менее не знал, а никто из пятёрки не стал при нём упоминать, что потрёпанная, видавшая виды «старая колымага» всего месяц назад подверглась тщательному ремонту на далёком Фэнтасе. Ремонт, полностью осуществлённый на средства экипажа, помимо обычных профилактических работ включал замену основных узлов и систем корабля, а также установку гиперпространственного двигателя новейшей модели. Как и все космические аппараты этого типа, «Скиталец» мог быть использован для полётов в атмосфере в качестве обычного самолёта. Он был невелик по размерам, отличался высокой маневренностью и простотой в управлении.

Пока длился перелёт в Гонолулу, члены экипажа «Скитальца» успели ознакомиться с материалами о таинственном явлении, получившем название «Мрак». Информация о Мраке гласила следующее.

Своё присутствие на Земле Мрак обнаружил трижды – 18 мая, 21 и 30 июня. В первый раз он был замечен в районе западного берега реки Иордан, во второй – восточнее города Грозного, главного административного центра Чеченской республики, Россия, и, наконец, в третий – на озере Лох-Ней, 50 миль западнее Белфаста, Северная Ирландия. Во всех трёх случаях он появлялся ночью, где-то около полуночи, и исчезал прежде, чем наступал рассвет. Это был бесформенный непрозрачный чёрный сгусток неведомой природы, бесшумно скользящий по поверхности земли (или воды, как в случае с озером Лох-Ней), уничтожающий всё живое на своём пути (включая растительность и насекомых), совершенно не реагирующий на направление ветра и не знающий никаких преград (Мрак способен был беспрепятственно проходить сквозь стены домов). Имеются многочисленные человеческие жертвы. В районе Белфаста чёрный сгусток проследовал вдоль автомагистрали, ведущей к столице, затем исчез в небе, предварительно вытянувшись в эллипсоид. Утром следующего дня на шоссе было обнаружено около двух десятков автомобилей с трупами пассажиров, несколько машин найдено обгоревшими и повреждёнными в результате ряда столкновений. Аналогичным образом действовал Мрак и в двух других местах своего появления. Во всех трёх случаях, исчезая, Мрак «уходил» в атмосферу, скрываясь в плотном облачном слое. Двигался он медленно, делая не более пяти миль в час. Характерно, что размеры сгустков с каждым новым их появлением заметно увеличивались: если первый сгусток был не более пятнадцати метров в поперечнике, то уже третий – все сто пятьдесят. Попытки осветить движущийся сгусток лучами карманных фонарей (ближневосточный эпизод) привели к неожиданному результату: свет полностью поглощался сгустком. Тщательное расследование всех трёх инцидентов не дало никаких результатов. Причина наступления смерти при столкновениях с таинственными объектами не установлена. Ряд вскрытий показал, что все жизненно важные органы и системы погибших потенциально жизнеспособны, признаков отравления не обнаружено.

– И это всё? – отложив папку с отчётами, разочарованно произнёс Флойд.

– Согласен, не густо, – ответил Крис Стюарт, – но и эта информация может пролить кое-какой свет на проблему. Я ознакомился с материалами раньше вас и поэтому успел составить себе некоторое представление о случившемся и сделать определённые выводы. Во-первых, Мрак появляется только ночью и тем самым оправдывает название, данное ему. Далее, первое появление Мрака странным образом совпало с возникновением в атмосфере Земли мощного облачного слоя, полностью блокировавшего планету, за исключением, пожалуй, полярных её областей. В отчётах факты облачности упоминаются лишь вскользь. Усмотрев в обоих явлениях некую взаимосвязь, я сегодня утром связался с Планетарной метеорологической службой и выяснил интересующие меня подробности. Следует заметить, что стабильность облачного слоя на много превышает все существующие до сих пор нормы. Знаете, чем это грозит Земле? Парниковым эффектом. Даже сам по себе этот эффект способен привести к гибельным для планеты последствиям. Трудно пока сказать, Мрак ли виновен в растущей облачности, или облачность стала причиной появления Мрака, но какая-то связь, по-моему, между этими явлениями всё-таки существует. Если сопоставить оба наблюдения – я имею в виду повышенную облачность и ночное время суток, когда Мрак активизирует свои действия, – то со всей очевидностью напрашивается следующий вывод: Мрак избегает яркого света. Это нужно иметь в виду, когда мы столкнёмся с ним лицом к лицу. Далее, Мрак совершенно лишён отражательной способности, световой луч, направленный на него, полностью поглощается им. Иными словами. Мрак обладает свойствами абсолютно чёрного тела, что ещё раз оправдывает данное ему название. Как известно, в природе таких тел не существует – если не считать, конечно, «чёрных дыр». Но если в этом одном Мрак и «чёрная дыра» и сходятся, то во всем остальном они отличаются как небо и земля. И последнее: у жертв Мрака не обнаружено никаких признаков отравления. Два последних факта навели меня на мысль, что Мрак – невещественной природы, или, иначе, представляет собой некий сгусток неведомой нам материи. В противном случае в организмах погибших были бы найдены частицы составляющего его вещества, что как раз и свидетельствовало бы об отравлении. Вообще, действие Мрака на живой организм очень необычно. К сожалению, мне не удалось связаться с медиками, производившими вскрытие.

Крис Стюарт перевёл дух. Голос его дрожал, выдавая сильное волнение. Уже в который раз за сегодняшний день в памяти его воскресали слова, сказанные накануне Бертом Джервисом: «Роберт Гамильтон убит неведомым нам способом, в обход обычных законов природы. Поэтому я и называю его смерть неестественной. Он не должен был умереть – но он всё-таки умер». Чутьём профессионального сыщика Берт чувствовал истину, и истина та заключалась в одном: Роберта Гамильтона убил Мрак. Этот страшный вывод подсознательно зрел в мозгу Стюарта с того самого момента, когда он впервые ознакомился с материалами ВКБ о Мраке, и только теперь, на борту «Скитальца», на высоте в тридцать тысяч футов над уровнем моря, внезапной вспышкой озарил его сознание. Бедняга Берт! Он знал то, чего не знал ещё никто. Мрак может действовать избирательно, а это говорит о многом. Берт инстинктивно почувствовал в нём врага, страшного, безжалостного, чудовищного врага. Личного врага. Ибо истина о Мраке способна убить. «Я обречён», – сказал тогда Берт. Теперь Стюарт понимал цену этим скорбным, произнесённым словно на краю могилы, словам. Берт решил в одиночку противостоять Мраку, он реально оценивал силы противника и прекрасно видел собственное своё бессилие. Он походил на смертника, идущего к эшафоту с гордо поднятой головой. Идущего добровольно, без принуждения, в то же время зная, что иного пути у него нет. Идущего с одной лишь целью – взглянуть в глаза смерти, почувствовать её вкус, познать истину во всей её полноте, как бы страшна эта истина ни оказалась. Волна тёплой благодарности к старому другу захлестнула суровое сердце капитана Стюарта. Берт пытался оградить его от этой истины! Отвести от него угрозу Мрака. Зная, что помимо свободы истина часто несёт и смерть. Ах, Берт, Берт! Как жаль, что нам не пришлось встретиться вновь…

Крис Стюарт был настроен не столь пессимистично, как инспектор Джервис. Но что-то внутри подсказывало ему, что теперь он занесён в «чёрные списки» Мрака. Не стоит, решил он, пополнять эти списки новыми потенциальными жертвами. Ни о подробностях разговора с Бертом, ни о выводах относительно причин смерти сэра Роберта Гамильтона друзьям по группе он не скажет ни слова. До поры до времени, пока ситуация не обретёт более определённые формы. А тогда…

– Это всё, что я смог почерпнуть из материалов Крамера, – заключил он, медленно обводя четвёрку взглядом.

С минуту в рубке управления царила гнетущая тишина. Наконец Флойд прервал её.

– Ты упустил из виду одну деталь, Крис. Ближний Восток, Закавказье, Северная Ирландия – эти регионы на Земле связывает нечто общее. Там некогда шла война.

Крис Стюарт резко подался вперёд, глаза его заблестели.

– Так! Продолжай.

– Мрак неспроста выбрал эти районы. Не знаю, как это объяснить, но что-то притягивает его там – кровь ли, сотни тысяч смертей, дух ненависти, которым дышит вся эта земля. Он словно питается флюидами страха, отчаяния, людской злобы – флюидами, которые всё ещё витают в воздухе, всё ещё живут там…

– Ну нет, – решительно возразил Джералд, – здесь ты дал маху, Флойд. Нет на Земле такого места, где бы когда-нибудь не шла война, не проливалась кровь человеческая. Ткни наугад пальцем в карту – и ты получишь место очередного предполагаемого появления Мрака.

– Согласен, земная история богата войнами, – кивнул Флойд, – но ты забыл, Джералд, нечто очень важное. Закавказье, Северная Ирландия и Палестина – одни из последних очагов военных конфликтов на Земле.

Крис Стюарт поднялся и в задумчивости прошёлся по рубке.

– Флойд прав, – сказал он, – Мрак выбрал эти районы не случайно. Возможно, это поможет нам пролить свет на его природу. Есть ещё у кого-нибудь какие-либо соображения? Если нет, то я подведу общий итог. Суммируя всё вышесказанное о Мраке – и прогрессирующие размеры чёрных сгустков, и устойчивую зависимость от облачности и тёмного времени суток, и выбор конкретных регионов, и… – Стюарт осёкся, снова вспомнив о Берте Джервисе и Роберте Гамильтоне, – и многое другое – можно с определённой долей уверенности сказать, что за всем этим стоит некая направляющая разумная воля.

Герцог вскочил, округлив глаза.

– Вмешательство неземного разума! – воскликнул он. – Ты спятил, Крис! Нет, это несерьёзно.

Стюарт пожал плечами.

– Разве я что-нибудь сказал о внеземном происхождении этого разума? Не спорю, Мрак может быть послан на Землю некой чуждой нам силой – кто знает, какие формы жизни, в том числе и разумной, обитают в Глубоком Космосе? – но не исключена возможность, что Мрак рождён Землёй.

– Землёй! Это ещё более невероятно, – Герцог решительно закачал головой.

– Согласен, в это верится с трудом. Не следует забывать, Филипп, что все мои построения основаны на слишком зыбкой почве, и почва эта – недостаток информации. Любой из вас на основании тех же исходных данных может выдвинуть другую, противоположную моей, гипотезу. Если сумеет, конечно.

Никто не ответил капитану Стюарту, все были погружены в размышления о только что услышанном. Но вот Джералд Волк поднял голову.

– Если всё, что ты сказал, Крис, соответствует истине, – взволнованно произнёс он, – то Земле действительно грозит страшная опасность! Как же мы были слепы!

Крис Стюарт чуть заметно усмехнулся.

– Время покажет, насколько я был прав. А пока будем считать наше совещание оконченным. Тем более, что с минуты на минуту мы прибудем на Гавайи.

– Одну минуту, командир, – Коротышка Марк шумно поднялся с кресла. – Я хотел бы вставить словечко. Не кажется ли тебе, что отчёты этого очкастого кретина – я имею в виду Крамера – слово в слово повторяют то, что известно любому обывателю из дешёвых бульварных газеток!

Герцог, Флойд и Джералд удивлённо уставились на бывшего боксёра.

– А я и не знал, что ты газеты почитываешь, Марк, – заметил Джералд.

– В отличие от вас, бездельников, – парировал Марк. – Что ты на это скажешь, командир?

Крис Стюарт пристально смотрел на Марка.

– Я понял это ещё утром, когда просматривал земную прессу за последние два месяца, – сказал он. – Рад, что ты тоже заметил сходство, Марк.

– Не нравится мне всё это, командир, – покачал головой боксёр.

Сигнальное табло возвестило о конце перелёта, автопилот умело повёл космолёт на снижение.

– Вернёмся к этому разговору позже, – подытожил Стюарт.

«Скиталец» нырнул в плотный слой облаков, в считанные секунды прошил его насквозь – и вскоре уже заходил на посадку на космодроме Пирл Харбора.

Глава пятая. Галактические визы

«Скиталец» был не единственным кораблём, бросившим якорь в тот памятный день на гигантском космодроме Пирл Харбора. Несколько десятков миниатюрных, но грозных космических аппаратов «избранников судьбы» уже теснились на обширном бетонном поле космодрома, когда команда Криса Стюарта покинула борт своего любимца. Ещё две-три машины, стремительно вспоров свинцовое брюхо облаков, опустились возле «Скитальца».

Обогнув «Скиталец», показалась группа могучих светловолосых парней в лётных комбинезонах.

– Привет, старина Крис! – крикнул один из них, приветливо махнув рукой. – Прими поздравления по поводу нового назначения. Как дела, Коротышка Марк?

– О'кей, Кнут! – отозвался Стюарт и улыбнулся. Этих крепких скандинавцев он знал ещё по операции на Отрогах Крысиного Мира. – Я вижу, ты чем-то озабочен.

Кнут мрачно усмехнулся.

– Ты знаешь, Крис, ни одна собака не посмела бы назвать меня трусом, но, клянусь Одином, у меня поджилки трясутся, когда я думаю о предстоящей схватке с призраком. Запомни мои слова, приятель, война с Мраком для многих из этих храбрецов окажется последней… Встретимся «У Вельзевула», Крис, там сегодня намечается славная пирушка.

Кивнув на прощание, скандинавцы смешались с толпой космолётчиков, направлявшихся к зданию космопорта Пирл Харбора. Крис Стюарт, Джералд Волк, Филипп де Клиссон, Флойд О’Дарр и Коротышка Марк присоединились к остальным.

Неумолимая судьба не раз уже сталкивала Криса и его команду с этими суровыми, сильными людьми, со многими их связывали узы тесной дружбы, как, например, с группой Кнута Ларсена. Дружба рождалась и крепла в жестоких схватках с неведомыми опасностями в различных уголках Обозримого Космоса, годы общей борьбы за безопасность Галактики проверяли её на прочность и стойкость. Минуло уже более пятисот лет, как началась массовая экспансия землян в Космос. То были далёкие, бурные, суровые, счастливые времена, когда отважные земляне-первопроходцы отвоёвывали у Космоса всё новые и новые миры, надеясь обрести на них рай, землю обетованную, новый Эдем. Но колонии землян разрастались, ширились, процветали, чужие миры покорялись неудержимому натиску земного разума, а мечты о рае так и оставались мечтами, прекрасной, манящей, зовущей сказкой… Массовая миграция землян пошла на убыль, потом и вовсе прекратилась, а в последние десятилетия даже наметился небольшой отток колонистов с уже обжитых земель Обозримого Космоса обратно, на Землю. Впрочем, если не считать этого незначительного потока иммигрантов, «великое переселение народов» в общем можно было считать законченным – установилось достаточно прочное равновесие. И всё же на Земле была сосредоточена большая часть цивилизованного человечества. Земля превратилась в гигантскую метрополию, окружённую бесчисленными мирами-колониями. Космическая экспансия, помимо острой проблемы перенаселения, грозно нависшей над Землёй несколько столетий назад, разрешила и другую, не менее острую проблему – проблему земных войн. Людские страсти, ограниченные в замкнутом пространстве, клокотавшие в пределах земной атмосферы, находившие выход в агрессивности и взаимной ненависти, вдруг получили выход вовне – и мощной струей выплеснулись в открытый Космос, облагороженные новой захватывающей идеей покорения неведомых миров.

Шло время, человечество прочно обосновалось в Обозримом Космосе. Рушились государственные границы, исчезали с земных карт целые государства, идеи эгалитарного прогресса вливались в кровь и плоть десятков поколений землян и их инопланетных потомков. Так родилась и идея о создании Галактической Федерации, во главе которой встал Совет Семи Стратегов, избираемый на двенадцать земных лет, призванный нести отныне тяжкое бремя государственной власти и блюсти порядок в обширной сети земных колоний. Местом вершения государственных дел Совет избрал райские Гавайи, где и был отстроен специально для нужд Совета и всей Федерации в целом ультрасовременный комплекс зданий Стратегического Центра. Когда же на земном горизонте появился грозный неведомый враг, получивший короткое, но жуткое название «Мрак», дальновидные Стратеги из Центра решили дать немедленный отпор новой опасности, первые проявления которой заставили крепко задуматься не одного политического лидера. Ведомству Космической Безопасности был спущен указ Совета Семи о срочном выделении группы специалистов по «нестандартным критическим ситуациям» для проведения крупномасштабной акции. Именно этот указ и привёл весь наличный состав Особого Батальона ВКБ в сказочный Гонолулу.

Особый Батальон формировался преимущественно из прожжённых авантюристов, бесстрашных, отчаянных храбрецов, зачастую не ладивших с законом и собственной совестью. Преступники, скрывающиеся от правосудия, беглецы из тюрем и ссылок открыто являлись в Бюро по найму, и всесильный шеф Ведомства Космической Безопасности брал на себя отныне всю заботу о бывших правонарушителях и всю ответственность за их прежние грехи, порой весьма тяжкие, предоставляя им полную реабилитацию. Взамен же требовалось совсем немного – жизнь и преданная служба.

Именно такие люди, явившиеся на зов Земли, угрюмые, мрачные, покрытые бронзовым загаром и сетью глубоких шрамов, простившиеся с жизнью ещё много лет назад – и продолжавшие жить вопреки всякой логике, молившиеся каждый своему богу – кто втайне, кто открыто, кто всей группой, – именно эти люди месили сейчас густую серую пыль на бетонном космодроме Пирл Харбора. Их было около двухсот, этих отщепенцев и «избранников судьбы»…

После соблюдения необходимых таможенных и санитарных формальностей гигантский трансконтинентальный авиалайнер, специально зафрахтованный Стратегическим Центром, доставил всех космолётчиков в Гонолулу.

Город встретил их духотой и хмурым облачным небом. Туристский сезон был в самом разгаре, сотни и тысячи респектабельных бездельников с тугими кошельками и солидными счетами в швейцарских банках, предавались изысканным удовольствиям; неиссякаемая река из долларов, марок, фунтов, рублей изливалась в городскую казну, пополняла счета хозяев местных отелей, содержателей дорогих притонов и воротил игорного бизнеса, золотой пеной оседала в карманах торговцев наркотиками и авантюристов всех мастей. Поистине, Гонолулу был раем для миллионеров и проходимцев.

– Вот бы где провести месячишко! – вздохнул Флойд, с завистью поглядывая на двери отелей и баров, откуда призывно лились чарующие звуки музыки и нёсся беззаботный хохот тугих денежных мешков. Флойд снова вздохнул. Божественные ароматы национальной гавайской стряпни и тонкие запахи дорогих вин достигли его ноздрей, и он судорожно проглотил слюну. И уж совсем его доконал звонкий смех прекрасных аборигенок.

– Месячишко! – презрительно фыркнул Джералд. – Мелко плаваешь, старина Флойд. Всю жизнь!

К полудню такси доставило их в Стратегический Центр. Единственной целью сбора космолётчиков в стенах уважаемого учреждения было торжественное вручение каждому участнику предстоящей операции некой Галактической Визы, дающей её обладателю право беспрепятственно проникать на любой объект Галактической Федерации, а также рассчитывать на посильную помощь местных властей. К подобным мерам прибегали крайне редко, поскольку опасности, угрожающие Земле или её колониям, чаще всего носили локальный характер. Правда, на памяти ветеранов звёздной разведки были два-три случая, когда двери Центра распахивались навстречу разномастной толпе суровых, закалённых в звёздных бурях храбрецов. Последняя массовая выдача Галактических Виз производилась сорок лет назад, когда армада космической саранчи из созвездия Мраморных Барракуд внезапно атаковала Венеру и уничтожила цветущий город Новый Санкт-Петербург.

К пяти часам пополудни группа Криса Стюарта проследовала наконец в Зал Церемоний. Высший сановник Стратегического Центра, тучный старик с длинными седыми волосами и золотой восьмиконечной звездой на груди – знаком отличия членов Совета Семи Стратегов, с трудом сдерживая нетерпение и одолевавшую его зевоту, официально поздравил Криса Стюарта и его группу с оказанной им высокой честью и выразил надежду… и т.д. и т.п. Затем нацепил каждому на правое запястье по пластиковому браслету-визе и защёлкнул их специальным ключом, свисавшим у него с шеи на золотой цепочке.

– Никто не сможет разомкнуть такой браслет, кроме меня, – пояснил Стратег. – И запомните: Галактические Визы подлежат обязательному возврату в срок, особо оговоренный в контракте. Вот ваш контракт, господа. Ознакомьтесь и подпишите здесь, господин Стюарт. – Стюарт не глядя подмахнул бумагу. – Удачи вам, господа, – напутствовал их Стратег и внезапно улыбнулся. – Вы сделаете большое дело, если вернётесь живыми, ребята. И с победой.

Покинув Зал Церемоний, друзья смогли как следует рассмотреть Галактические Визы. Браслеты были собраны из мелких пластиковых пластин, плотно пригнанных друг к другу; одна из пластин оказалась крупнее остальных.

– «Охотник за Мраком», – прочитал Стюарт выгравированную на ней надпись на межгалактическом эсперанто. – Что ж, это звание мне по душе.

– Виват Охотникам за Мраком! – заорал Флойд О’Дарр, вскидывая руку с браслетом высоко над головой.

Дружное приветствие прозвучало в ответ со всех концов громадного здания.

– Куда теперь? – спросил Джералд, когда пятёрка новоиспечённых Охотников за Мраком оказалась за пределами Стратегического Центра.

– Поскольку с официальной стороной программы покончено, можно немного расслабиться, – улыбнулся Стюарт. – Или ты забыл, что нас ждут «У Вельзевула»?

– Ну и погуляем же мы сегодня! – воскликнул Флойд. – Покажем этим сытым бурундукам, как умеют веселиться настоящие парни, чья совесть чиста, а карманы не трещат от золотых монет!

Глава шестая. «У Вельзевула»

Зал бара-ресторана с трудом вместил всех «избранников судьбы», или Охотников за Мраком, как отныне они именовали себя. Это славное местечко на краю города редко посещали солидные отцы семейств и трусоватые туристы-миллионеры, предпочитая опустошать свои бумажники в других, менее опасных и более дорогих увеселительных заведениях, ибо здесь, «У Вельзевула», прославившегося на всю Федерацию своими скандальными историями и нередко вспыхивающими кровавыми драками, предпочитали бросать якорь искатели приключений со всех концов Обозримого Космоса и проматывать свои кровно заработанные денежки честные трудяги с галактических рудников и приисков. Но сегодня здесь не было видно даже этих отчаянных смельчаков – сегодня здесь предавалась веселью грозная ватага «избранников судьбы».

Когда Крис Стюарт и его друзья очутились в стенах этого легендарного заведения, веселье было в полном разгаре. Грохот музыки, разноязычный хор голосов, беззаботный смех, звон посуды, сизый сигаретный дым, тонкими струйками поднимавшийся к потолку, усердное чавканье проголодавшихся за день людей – всё это расслабляюще подействовало на пятёрку вновь прибывших Охотников за Мраком. Флойд окинул взглядом зал и расплылся в блаженной улыбке.

– Это как раз по мне, ребята. К дьяволу Мрак, сегодня я хочу кутнуть на всю катушку, и чтоб память о бедном ирландском парне Флойде О’Дарре навеки осталась под сводами этого благословенного храма Бахуса. Мой пустой, ссохшийся от голода желудок настоятельно требует занять вон тот столик у окна, пока его не занял кто-нибудь другой.

Друзья последовали совету Флойда и сделали заказ подскочившему к ним официанту.

– Сей момент, господа, – залебезил тот. – Это такая честь для нашей фирмы…

Утолив голод и зарядившись изрядной порцией бренди, пятеро Охотников откинулись на спинки кресел с сигаретами в зубах и предались созерцанию окружающей их публики.

Не часто приходилось видеть Особый Батальон в полном составе. Крис Стюарт прекрасно понимал, что возложенная на него Чарльзом Крамером ответственность была не пустой формальностью. Жизнью этих людей правили давние традиции космической разведки, ставшие чем-то вроде неписаного кодекса чести Батальона. Объединить «избранников судьбы» под единым началом одного из членов их шаткого братства, пусть даже и назначенного самим шефом Ведомства, было делом далеко не лёгким, если не сказать – опасным. Дух дисциплины и жёсткой централизации был чужд «избранникам судьбы». Лишь два фактора благоприятствовали возложенной на Стюарта миссии: серьёзность предстоящей операции и высокий авторитет самого Криса Стюарта в среде космических разведчиков. Его личные качества и длинный перечень операций, в которых он проявил себя наилучшим образом, делали его едва ли не самым достойным кандидатом на пост временного командира Батальона.

Появление экипажа «Скитальца» не осталось незамеченным. Стюарт и его группа были встречены скупыми приветствиями и сдержанными кивками. Да, вольному духу «избранников судьбы» претило любое насилие над их свободой, но был в этих едва заметных знаках внимания некий скрытый смысл, некий ритуал, заставивший Стюарта облегчённо вздохнуть. Братство приняло его верховенство, приняло со сдержанно-позволительной снисходительностью, с сознанием оказываемой чести «равному среди равных». «Хочешь быть командиром? Валяй! Но не зарывайся, парень, иначе на жизнь твою никто не поставит и гроша», – словно говорил каждый из этих двухсот насмешливо-добродушных взглядов. Молчаливая санкция Батальона была куда важнее и действеннее официального назначения Крамера. Крис Стюарт знал это и ценил. Что ж, он не ударит в грязь лицом.

Состав Особого Батальона не был однородным. И хотя коренные земляне составляли основной его костяк, было среди «избранников» немало и инопланетников. Давно уже канули в прошлое государственные границы и сами государства, оставив лишь пыльный след на древних картах и в многотомных исторических архивах. Исчезли национальные армии, растаяли, словно дым, национальные институты власти, но не исчезли сами нации, остались глубокие национальные традиции, самобытные религии, верования далёких предков. Более того, массовая космическая экспансия приостановила казавшийся фатальным процесс ассимиляции земных народов и даже повернула его вспять – народы, лишившись искусственной государственности, получили возможность более свободно расселяться в просторах Космоса, вновь обрели индивидуальное лицо, возродили национальный дух, обособились на более высоком витке общечеловеческого развития. Не обошли эти веяния и Особый Батальон, и хотя большая часть групп не имела каких-либо отличительных черт, были среди них и такие, которые формировались по национальному, религиозному либо какому-нибудь иному принципу.

Группа Криса Стюарта относилась скорее к первому типу, чем ко второму. По крайней мере, состав её был поистине интернациональным: сам Крис родом был из Аризоны, Флойд О’Дарр – из Ирландии, высокородные предки Филиппа де Клиссона некогда владели обширным землями в старинной Нормандии, род Джералда Волка вёл своё начало от русских переселенцев в Австралии, а могучий Коротышка Марк, оставленный бездушными родителями на произвол судьбы ещё в младенческом возрасте, детство и отрочество провёл в одном из марсианских приютов. Их судьба была различна – но одно их объединяло крепче любых иных уз: святой долг перед человечеством. Чуждые высокопарным фразам, все пятеро тем не менее чётко сознавали, что эта красивая формула, сплотившая их в крохотное нерасторжимое братство, – не пустой звук, а истина, которой они поклялись служить до последнего своего вздоха.

Крис Стюарт обвёл взглядом зал бара-ресторана. Он знал здесь почти всех. Слева от их столика молча поглощали пищу четверо низкорослых японцев; их крепкие, плотно сбитые тела вобрали в себя всю тайную силу и несокрушимую мощь восточного боевого искусства – Крис видел их в деле и ни за что на свете не рискнул бы вступить с ними в единоборство. Да и пилот их «Звёздного ниндзя», украшенного изображениями цветущей сакуры и восходящего солнца, тоже был мастером своего ремесла и истинным виртуозом высшего пилотажа. Чуть поодаль священнодействовали над прасадом рослые кришнаиты с «Непобедимого кшатрии», ещё дальше весело болтали белокурые гиганты-скандинавцы с «Северного викинга» во главе с Кнутом Ларсеном, у противоположной стены молча глушили спиртное русские парни с «Кремлёвского витязя». Иранская команда с «Пророка Магомета» мрачно косилась на своих соседей-аравийцев, намереваясь, видимо, испепелить их взглядами. Как же называется аравийский космолёт?.. Вспомнил: «Знамя Аллаха». Крис усмехнулся. Вражда двух исламских кланов «избранников судьбы» давно уже стала притчей во языцех. В самом дальнем углу смиренно восседали могучие ватиканские монахи-крестоносцы с «Ока Господня»; за соседним с ними столиком мирно уживались смуглые израильтяне с «Ноева ковчега». Вот образец веротерпимости!.. Несколько свысока взирали на коллег по предстоящей охоте надменные эстонцы с «Суверенного балтийца». У стойки бара, спиной ко всему залу, расположилась шумная американская команда с «Техасского ковбоя», тут же от души веселились бронзовые бразильцы с «Анаконды». Рослые британцы с «Рыцаря Вселенной» снисходительно усмехались, глядя на всё это бесшабашное и беззаботное веселье. Среди Охотников Крис заметил венерианский экипаж «Хохочущего вампира», команду краснокожих марсиан с «Лунного бродяги» и группу богатырей-юпитерианцев с «Языка дракона».

Мягкой, неслышной тенью скользнул мимо Криса Одинокий Воин. Этот странный человек не был землянином. Никто толком не знал, откуда он родом, известно было лишь, что прибыл он с одной из пограничных планет Восточного сектора. В Батальоне он появился три года назад и сразу сумел завоевать расположение Роберта Гамильтона. Он был молчалив, нелюдим и внешне спокоен. Он всегда летал в одиночестве на своём безымянном космолёте, никто никогда не видал его в деле, но все знали: не было ещё случая, чтобы Одинокий Воин не справился с заданием. Неказистая фигура, невыразительное бледное лицо, принципиальный отказ от ношения личного оружия, тёмное происхождение в прошлом, безупречная репутация в настоящем, странный отсутствующий взгляд глубоко посаженных глаз – всё это создавало ореол таинственности, загадочности, какого-то мистического тумана вокруг Одинокого Воина. Он исповедовал одному ему известную религию и поклонялся чуждому землянам богу. Поговаривали, что для достижения своих целей он нередко прибегает к помощи сверхъестественных сил внеземного происхождения, но все эти домыслы и слухи фактами так и не подтвердились.

Кнут Ларсен заметил группу Криса Стюарта и направился к их столику.

– Как настроение, друзья-скитальцы? – Он похлопал Коротышку Марка по могучему плечу и уселся рядом с Крисом. – Что-то вы невеселы сегодня.

– Ты знаешь, о чём наши думы, Кнут. Всё это напоминает пир во время чумы, – печально ответил Крис, обводя взглядом обширный зал ресторана. – Пир, в котором, впрочем, я рад принять участие.

– Накануне чумы, – поправил Кнут. – Ты слишком сгущаешь краски, старик. Неужели какой-то Мрак сможет устоять против двух сотен эдаких храбрецов? Да никогда!

– Сегодня днём ты говорил другое.

Кнут Ларсен помрачнел.

– Ты прав, Крис, бахвальство здесь ни к чему. Это виски ударило мне в голову. Мрак – слишком крепкий орешек, намного крепче тех, что нам приходилось щёлкать в прежние времена. Боюсь, он окажется нам не по зубам.

– Ты умный парень, Кнут, и если ты так говоришь, то у тебя наверняка есть на то веские основания. Выкладывай всё начистоту, приятель. За этим столом у тебя врагов нет.

– Знаю, – мрачно кивнул Кнут Ларсен, – знаю, Крис, что на любого из вас я могу положиться больше, чем на самого Господа Бога. Слушай же. – Он плеснул в стакан изрядную дозу бренди и залпом выпил. – Я тут потолковал с двумя парнями с «Языка дракона» и сумел кое-что выудить у них. У этих молодчиков на Юпитере налажен тесный контакт о тамошней метеослужбой, и прежде чем лететь на Землю, они запаслись весьма любопытной информацией. – Он понизил голос и слегка склонился над столом. – Знаешь, как выглядит наша старушка Земля из Космоса? Как помесь белого медведя с североамериканским гризли. Чёрные пятна на белой шкуре.

– Очаги Мрака на облачном слое! – догадался Крис и побледнел. Кнут кивнул.

– Вот именно. Вся планета покрыта мощным облачным слоем, и на его фоне чётко различимы чёрные язвы Мрака. И этих язв десятки. Мрак обложил Землю, словно собаки загнанного зверя в берлоге. Но! – Кнут поднял палец. – Но пятна Мрака видны только с теневой стороны планеты. Солнечная сторона свободна от этих дьявольских очагов. Пятна перемещаются синхронно движению Земли вокруг оси, оставаясь всё время в тени. Есть какие-нибудь мысли?

– Да, – кивнул Крис, – эта мысли уже возникали у нас. Мрак боится света.

– Верно, – согласился Кнут. – На то он и Мрак. Но главная беда в другом. Число этих очагов всё время растёт.

– Проклятье! – выругался Джералд Волк.

– Твои выводы, Кнут? – спросил Крис.

Скандинавец пожал плечами.

– Если сопоставить все имеющиеся у нас факты… – он замолчал, потом вдруг подался вперёд. – Им кто-то управляет.

– Ты тоже так думаешь?

Кнут пристально посмотрел на Криса.

– Я всегда знал, что вы головастые ребята. – Он налил себе очередную порцию бренди. – И давно вы пришли к этому мнению?

– Сегодня утром. Но это только гипотеза.

– Разумеется, гипотеза, – задумчиво произнёс Кнут. – Но она стоит того, чтобы над ней поломать голову.

– Мы слишком мало знаем о Мраке, – возразил Герцог, – чтобы быть уверенным в чём-либо. И все наши гипотезы гроша ломаного не стоят.

– Ошибаешься, дорогой Филипп, – медленно произнёс Кнут. – Имея хоть одну стоящую гипотезу, можно с определённой долей вероятности прогнозировать поведение врага. Если Мрак разумен, его действия подвержены определённой логике.

– Какова же это логика? – спросил Флойд.

– Уничтожить жизнь на Земле. Уничтожение – единственная логика любого врага. И если он не сделал этого до сих пор, значит ещё недостаточно силён. Но он набирает силу – наблюдения с Юпитера свидетельством тому.

Воцарилось тягостное молчание, внезапно прерванное криками из-за соседних столиков. Все шестеро разом повернули головы на шум.

Оба командира исламских групп стояли друг против друга и тряслись от злости.

– Проклятый суннит! – яростно шипел иранец, судорожно сжимая рукоятку кинжала. – Ты ответишь мне за свои слова, гнусный пёс!

– Презренный шиит! – злобно цедил сквозь зубы аравиец, хватаясь за кобуру. – Как смеешь ты, вероотступник, смотреть в глаза правоверному мусульманину?! Аллах да покарает тебя!

Крякнув, Коротышка Марк поднялся из-за стола.

– Я сейчас. – Это были его первые слова за весь вечер.

Теперь уже обе противоборствующие группы в полном составе стояли друг против друга. Злобные выкрики и яростная брань лилась с обеих сторон. Ещё мгновение – и в ход пойдёт оружие. Зал притих, с интересом наблюдая за стычкой.

– Мерзавец!

– Клятвопреступник!..

Внезапно оба исламских командира – и шиит, и суннит – забарахтались в могучих ручищах Коротышки Марка.

– Вы оба не правы, ребята, – прогудел он на весь зал, – а потому я проучу обоих.

Он легонько стукнул их лбами и развёл руки в стороны, продолжая крепко держать свою добычу.

– Повторить? – спросил он добродушно. Оба противника извивались в его лапищах, словно ужи на сковородках, и продолжали осыпать друг друга проклятиями. – Повторить, – сам себе ответил великан и повторил экзекуцию.

– Проучи их, Марк! – неслось со всех сторон.

– Прочисть им мозги, парень!

До обоих мусульман наконец дошло, что сопротивление в подобных обстоятельствах не только бессмысленно, но и серьёзно грозит их репутации. Они перестали вырываться и присмирели, исподлобья поглядывая на боксёра.

– Оставь их, Марк, – сказал подошедший Кнут Ларсен. – Готов побиться об заклад, что они раскаялись.

– Это правда, ребята? – ласково спросил гигант, несколько ослабляя железную хватку. – Запомните, в следующий раз я вышибу из ваших трухлявых голов всё их содержимое. Клянусь Марсом, Коротышка Марк тоже умеет сердиться. А теперь катитесь отсюда. Живо!

Он разжал пальцы, и противники, не устояв на ногах, грохнулись на пол. По залу прокатился смех. Иранец и аравиец тут же вскочили, глаза их метали молнии, холодная ярость клокотала в груди, пальцы судорожно сжимались. Теперь оба мусульманина были единодушны в своей ненависти, и объектом её стал Коротышка Марк.

– Ты запомнишь этот день, неверный! – хрипел иранец, зеленея от злости.

– Никто ещё не смел безнаказанно поднять руку на правоверного воина пророка Магомета! – вторил ему аравиец, брызжа слюной.

Вокруг места стычки образовался живой круг. Никто больше не смеялся, лица всех были угрюмы и полны мрачной решимости. Ссора зашла слишком далеко. Сквозь толпу «избранников судьбы» протиснулся Крис Стюарт.

– Пора прекратить эту комедию, – решительно заявил он. В голосе его прозвучал металл. – Оружие на стол, мерзавцы!

С гордым презрением мусульмане вскинули головы. Десятки рук мигом разоружили обе исламские команды.

– Марк, проводи этих драчливых петухов к выходу, – продолжал распоряжаться Стюарт. Коротышка Марк осклабился и с хрустом расправил могучие плечи.

– С радостью, командир. Ну что, ребята, сами дорогу найдёте, или вас выносить по одному? – Никто из мусульман не тронулся с места. – Что ж, вы сами сделали свой выбор.

Не успел никто и глазом моргнуть, как оба противника вновь забарахтались в воздухе. Марк, сшибая на своём пути стулья и столы, проволок исламских командиров через весь зал к выходу и вышвырнул за дверь.

– Кто следующий, ребята? – мягко спросил он, оборачиваясь к залу. На этот раз обе враждующие группы, лишённые поддержки своих командиров, не заставили себя долго упрашивать и в спешке покинули ресторан.

– То-то же, ребята, – добродушно подвёл итог Марк. – Ещё немного, и я бы рассердился.

Напряжение спало, по залу снова прокатился смех, вновь загремела смолкнувшая было музыка. Коротышку Марка хлопали по спине, плечам, каждый старался его угостить, все наперебой тащили боксёра к своему столику.

– Выпей с нами, Марк! Окажи честь «лунным бродягам»…

– К нам, парень!..

К Крису Стюарту вихляющей походкой подошёл Верзила Боб, капитан «Техасского ковбоя».

– Эй, Крис! Сто лет тебя не видал, старина.

– Привет, Боб. Как дела?

– О'кей! Послушай, старик, отдай мне своего героя, – Боб кивнул в сторону Коротышки Марка, – а я тебе взамен уступлю троих своих парней. Ребята что надо, не пожалеешь.

Крис Стюарт хитро прищурился.

– Идет, Боб. Но трое мне ни к чему, достаточно одного.

– Ты серьёзно, Крис? – Американец просиял.

– Вполне, только этим одним будешь ты, Боб!

Верзила Боб уставился на Криса – и вдруг захохотал.

– Ты всё шутишь, Крис.

– Как и ты, Боб. Давай-ка лучше выпьем, ковбой.

– За успех нашего общего дела! Я чертовски рад, что ты поведёшь Батальон, старина.

Беззаботное веселье, царившее «У Вельзевула», внезапно было нарушено появлением перепуганного чиновника из Стратегического Центра.

– Внимание, господа! – заорал он, перекрывая шум пиршества. – Только что получено экстренное сообщение из Южной Америки. Мрак на Огненной Земле!

Двести Охотников за Мраком тут же бросились к выходу.

Глава седьмая. Огненная Земля

Эскадра Охотников достигла Огненной Земли в два часа ночи. Небо над этим суровым краем, насколько хватало глаз, набухло тяжёлыми свинцовыми тучами, медленно ползущими на восток. Рваные края их низко свисали над землёй, кое-где касаясь острых бесплодных скал. Ветер выл, словно одержимый, вздымая гигантские волны у обрывистых берегов Патагонии, в бессильной ярости обрушивая тонны воды на неприступную земную твердь.

Более сорока космолётов бросило якорь в самой южной оконечности материковой части патагонского плато, и лишь узкий извилистый Магелланов пролив, в незапамятные времена открытый легендарным мореплавателем, отделял их от Огненной Земли.

Подобно гигантской чёрной шапке, вздымался над Огненной Землей ненавистный Мрак. Он был неподвижен, несмотря на бешеный ветер, в клочья рвущий низкие тучи, – неподвижен и страшен в своём спокойствии. Какие-то мощные флюиды шли от него, наполняя ненавистью и паническим ужасом всё окружающее пространство. Ночная темень мешала определить истинные размеры Мрака, смутные очертания его тонули в сумраке южной ночи, но отчаянные храбрецы, посягнувшие на это смертоносное чудовище, знали, чувствовали, всем нутром своим ощущали – на этот раз Мрак заявил о себе во весь голос, предстал перед ними во всей своей мощи. Громада Мрака, терявшаяся где-то в низко нависших облаках, давила на сознание, угнетала психику, стальными тисками сжимала сердца смельчаков, в беспорядке усеявших каменистые утёсы над чёрной бездной пролива – но люди лишь крепче упирались ногами в камни, лишь судорожнее сжимали оружие, лишь решительнее стискивали зубы. Они стояли лицом к лицу – то, что несёт всеобщую смерть, и те, кто призван сохранить жизнь во Вселенной.

Война началась…

Около двух десятков катеров береговой охраны блокировали северную часть Огненной Земли с моря, но в пролив сунуться никто не решался: боялись оказаться застигнутыми врасплох. Мощные прожектора с катеров скользили по берегу и воздушному пространству над ним, и лишь по тому, как резко, словно срезанные ножом, обрывались снопы света над береговой линией, можно было судить о границах Мрака.

Вот уже полчаса, как Охотники за Мраком, оставив свои космолёты на безлюдной равнине, наблюдали за противоположным берегом – берегом Огненной Земли. Враг был перед ними, но никто не знал, как подступиться к нему, какое использовать против него оружие, ибо, прежде чем вступать в схватку с врагом, необходимо знать – кто же он, этот враг. О Мраке же никто ничего не знал. Да и существовало ли такое оружие, способное поразить Мрак?

Где-то далеко позади, на равнине, взревел ракетный двигатель. В ночное небо взмыл одинокий космолёт. Мгновенно набрав высоту, он устремился к Мраку.

– Безумцы, – прошептал Крис с тревогой. – Что они делают! Кто они?

Никто не ответил ему, все с нарастающим волнением наблюдали за отважным одиночкой. Когда до Мрака оставалось не более трёх миль, космолёт открыл огонь по врагу из лазерной пушки. Тонкие огненные струи впились в чёрное тело. Мрак вздрогнул, заклубился, меняя смутные очертания. И вдруг…

Крик отчаяния и ярости повис над скалами.

Чёрный отросток возник на теле Мрака, медленно потянулся навстречу одинокому космолёту. Отросток рос, увеличивался, подобно щупальцу гигантского спрута. Тянулся к маленькому смельчаку – а тот, не меняя курса, продолжал изрыгать огонь и смерть. Крис до боли стиснул зубы.

– Он обречён…

Внезапно чёрное щупальце с быстротой молнии метнулось к звёздному кораблю, прошило его насквозь и мгновенно убралось обратно – во Мрак. Корабль потерял управление, закувыркался в воздухе, словно подстреленный воробей, но сила инерции продолжала нести его к Огненной Земле, в объятия затаившегося спрута. Ещё миг…

Крис зажмурился.

– Кончено…

Когда он открыл глаза, космолёта уже не было. Где-то на Огненной Земле раздался взрыв, но ни вспышки, ни зарева он не увидел – Мрак поглотил всё без остатка. Люди в оцепенении смотрели на разыгравшуюся трагедию, парализованные ужасом. Даже эти суровые парни, чьи глаза десятки раз смотрели в лицо смерти, потрясены были происшедшим. Крис очнулся.

– Назад, к «Скитальцу»!

Его группа ринулась вслед за командиром. Их примеру последовали и остальные Охотники. В считанные минуты заработали десятки ракетных двигателей. Эскадра взмыла в ночное небо.

– Волк! Общий канал связи, – приказал Крис Стюарт.

Джералд Волк настроился на нужную частоту.

– Есть, капитан!

Крис склонился над микрофоном.

– Всем Охотникам за Мраком! На связи Крис Стюарт. Приказываю открыть массированный огонь из лазерного оружия и гамма-излучателей по Огненной Земле.

– Это безумие, Стюарт! – донёсся до Криса тревожный голос Верзилы Боба. – Ты же видел, что сталось с тем отчаянным парнем.

– Он был один, нас же десятки. Сообща мы одолеем Мрак. Это наш единственный шанс. Смелее, Боб, пока мы все вместе. Это приказ.

– Есть, командир, – сдался американец.

– Я с тобой, Крис! – донёсся голос Кнута Ларсена.

– Ты всегда со мной, дружище, – невольно улыбнулся Крис Стюарт.

– Капитан Стюарт! На связи «Язык дракона». Мы идём ва-банк.

– О'кей, ребята. Только не лезьте на рожон, при первой же опасности уносите ноги. Слишком много чести для этой мёртвой земли, чтобы устилать её трупами «избранников судьбы».

Гибель одного из экипажей настроила Охотников воинственно. Охватив северную оконечность Огненной Земли гигантской дугой, эскадра космических разведчиков открыла бешеный огонь по Мраку из всех имеющихся у неё видов оружия.

Мрак больше не был неподвижен. Он судорожно вздрагивал, переливаясь внутри себя невидимыми струями, колыхался, клубился, но враждебности по отношению к людям не проявлял. Огненные струи света вспарывали тело чёрного исполина, незримые смертоносные гамма-лучи жгли его нестерпимым радиационным жаром, напалмовые бомбы изливали на каменистую землю потоки жидкого огня… Больше огня, больше света, больше жару!.. Тягучие напалмовые потоки медленно сползали с обрывистых берегов прямо в море, покрывая отвесные скалы сказочными огненными узорами, вода яростно шипела и пенилась от соприкосновения с огнём, испуская белые клубы пара, но огонь брал верх в этой безумной схватке стихий: пылающие острова напалма вновь и вновь образовывались на поверхности бурного моря, выбрасывались обратно на берег – и снова срывались вниз. От обилия огня стало светло как днём, низкие тучи окрасились в зловещие багровые тона – громадный бесформенный спрут теперь был виден как на ладони. Он был всё также чёрен, беспросветно, абсолютно чёрен, напоминая гигантскую дыру с рваными краями, но вид его больше не вызывал у людей того леденящего ужаса, что сковывал их сердца ещё час назад. Слабый луч надежды блеснул на миг в душах отважных космолётчиков, и этот миг, этот едва различимый луч надежды, мелькнувший в сонме лучей света и огня, решил исход битвы.

Мрак дрогнул. Медленно отползал он от берега, отступал к центру архипелага, медленно, нестерпимо медленно обнажалась обожжённая, всё ещё пылающая земля. Огненные сполохи стали ещё ярче, натиск эскадры – ещё сильнее, ещё отчаяннее налетали на чёрное чудовище крошечные машины космолётчиков.

– Смотрите, он уходит! – заорал Флойд О’Дарр, впиваясь взглядом в экран внешнего обзора. – Мы одолели его, Крис!

Крис молчал. Злорадный огонёк таился в его серых глазах, рука уверенно вела «Скиталец» всего в полумиле от грозного чёрного спрута.

Охотники ликовали, их восторженные крики заполнили весь эфир. Ещё бы! Одержана первая победа над Мраком! Мрак уходил. Огненная Земля освобождалась от чёрной заразы. Мрак уползал вверх, втягиваясь в багровые облака, жаркие языки пламени лизали его снизу, словно торопя убраться восвояси. Мрак спешил.

И вот он весь, без остатка, устремился ввысь – тучи мгновенно сомкнулись за ним, скрыв от взоров нападающих.

Герцог оторвался от пускового устройства гамма-излучателя и, смахнув с лица струившийся ручьями пот, в изнеможении откинулся на спинку кресла.

– Конец… – выдохнул он и бессильно опустил руки.

Крис Стюарт покачал головой.

– Нет, Филипп, это только начало. Мы лишь спугнули Мрак – теперь нужно уничтожить его. Летим в открытый Космос.

– Теперь-то мы его не упустим! – воскликнул Флойд, воодушевлённый первым успехом.

– Всем Охотникам за Мраком! – разнёсся в эфире голос Криса Стюарта. – Эскадра начинает преследование Мрака!

«Скиталец» круто взмыл вверх и скрылся в облаках. Один за другим исчезали космолёты Охотников за Мраком – эскадра устремилась в открытый Космос. Погоня началась.

Лишь за пределами земной атмосферы выяснилось: среди них не было ватиканского «Ока Господня»…

Глава восьмая. Гонки в открытом космосе

Приняв форму гигантской капли, сгусток Мрака уходил в сторону Марса. Эскадра преследовала его по пятам, стараясь не упустить из виду. Массированный обстрел не прекращался ни на минуту.

– Мы должны уничтожить его во что бы то ни стало, – цедил сквозь зубы Крис Стюарт, впившись взглядом в ненавистное чёрное пятно. Послушный его воле «Скиталец» гордо возглавлял эскадру Охотников за Мраком.

Слившись в одно целое с координирующим компьютером гамма-лучевой пушки, Герцог поливал врага потоками невидимого огня. Но с каждой минутой подобное занятие казалось ему всё более и более бессмысленным. Наконец он прекратил огонь.

– В чём дело, Филипп? – резко спросил Стюарт.

– Стрельба из пушки по воробьям, – устало произнёс Герцог. – Вся наша пальба для Мрака не более, чем комариные укусы для слона. Он неуязвим для гамма-лучей, как, впрочем, и для любого другого оружия.

– Чем же ты объяснишь его бегство?

Герцог на минуту задумался.

– Поверь моему опыту, Крис, я не раз преследовал разных тварей на доброй половине миров Обозримого Космоса. Мрак мог бы уничтожить нас в два счёта, ещё там, на Земле…

– Но он этого не сделал, – возразил Стюарт.

– Не сделал, – кивнул Герцог, – но вовсе не из-за своего бессилия.

Многочасовой обстрел из всех видов оружия не причинял Мраку никакого вреда – Герцог прекрасно видел это. Да и само преследование казалось ему лишённым смысла. Да, Мрак реагирует на поведение людей как на некую внешнюю опасность, но эта реакция казалась Герцогу не совсем обычной. Никакой необходимости в бегстве не было. Мрак словно играл с ними, держа преследователей в постоянном напряжении и подогревая их охотничий азарт видимостью бегства.

– Чем же ты объяснишь его поведение? – повторил вопрос Крис Стюарт.

Герцог пожал плечами.

– Не знаю, – признался он. – Подобное поведение мне уже приходилось наблюдать на Южном Дагазе при охоте на змееголовых росомах. Эти твари умышленно уводят преследователей от своего логова, а потом… исчезают. Словно сквозь землю проваливаются. К стыду своему должен признаться, мне так и не удалось подстрелить ни одной южнодагазской росомахи, эти умнейшие животные всегда соблюдают дистанцию, чуть превышающую возможности лазерного пистолета – оружия, с которым я обычно отправлялся в свои охотничьи рейды. Как-то раз я решил воспользоваться ручным гамма-излучателем, радиус действия которого практически неограничен – и что же? Росомахи так и не появились, пока я рыскал в окрестностях лагеря с этой своей бесполезной пушкой.

– Любопытно. И как же разрешилась эта загадка?

– Очень просто. Оказалось, что южнодагазские змееголовые росомахи – отличные телепаты, обладающие ко всему прочему ещё и способностью к проскопии.

– Ясно, – кивнул Стюарт. – Ясновидцы настоящего и провидцы будущего. Но твой пример с росомахами не совсем удачен.

– Знаю. Прямой аналогии здесь нет, но некоторое сходство в поведении южнодагазской росомахи и Мрака всё же имеется. Оба уводят охотника от своего логова.

Крис Стюарт задумался.

– Это верно лишь при условии, что логово Мрака – Земля.

– Вот именно. Только такая исходная посылка может как-то объяснить поведение Мрака.

– Если ты прав, Филипп, то нам следует вернуться на Землю.

– Если я прав, – заметил Герцог. – Учти, Крис, я могу и ошибаться. Как бы то ни было, мы представляем для Мрака опасность. Видимо, ему всё же приходится считаться с сорока боевыми космолётами, единственная цель которых – уничтожение этой заразы.

Диалог Криса Стюарта и Герцога был прерван возгласом Флойда О’Дарра.

– Капитан! «Викинг» на связи.

На экране бокового монитора возникло озабоченное лицо Кнута Ларсена.

– Есть новости, Крис?

Стюарт в двух словах передал Кнуту свой разговор с Герцогом. С минуту Кнут Ларсен размышлял.

– В этом есть определённая логика, Крис. И что же вы надумали? Возвращаемся на Землю?

Крис взглянул на Герцога; тот молча пожал плечами.

– Мы продолжаем преследование, – решительно заявил капитан «Скитальца», – но огонь открывать больше не будем.

Кнут Ларсен кивнул.

– О’кей, ребята. Хочется всё же узнать, куда приведёт нас эта куча чёрного дерьма. Кстати, у меня есть для вас интересная информация. Мои приятели с «Дракона» только что получили свежее сообщение с Юпитера. Количество очагов Мрака в земной атмосфере заметно уменьшилось. Похоже, что мы оттянули на себя значительную часть этой заразы. Выходит, эта космическая гонка не столь уж и бессмысленна.

– Похоже на то, – согласился Стюарт.

– И ещё одно наблюдение, на этот раз моё собственное. Мрак движется к периферии Солнечной системы, при этом всё время оставаясь в тени. Сначала его скрывала от прямых солнечных лучей тень Земли, затем – Марс. Кажется, Мрак собирается передвигаться к границам системы, поочередно скрываясь в тени каждой из её планет. За пределами же системы Солнце ему уже не страшно – слишком велико будет расстояние до него.

– А потом?

– Я не провидец. Поживём – увидим. Но упускать его в любом случае нельзя. До встречи, «скитальцы»!

Экран погас.

Обстрел Мрака прекратился по всей так называемой линии фронта – бессмысленность этого занятия вскоре стала очевидной всем. Да и тратить дорогую энергию было верхом расточительности. Расстояние между Мраком и Охотниками, если не считать некоторых кратковременных отклонений, сохранялось практически без изменений: около семи тысяч миль. Мрак был хорошо различим даже на ночной стороне планет, но бортовые радары были бессильны нащупать его: электромагнитные волны, посланные радарами, поглощались им без остатка. К счастью, большинство космолётов были оснащены системами визуального обнаружения, работающими в диапазоне видимого излучения. «Скиталец» был в их числе. Переведя управление в режим автоматического поиска, Крис Стюарт оставил наконец свой пост и отправился отдохнуть. Если скорость полёта останется прежней, то границ Солнечной системы можно будет достичь не ранее чем через пять суток. Безвылазно торчать всё это время в рубке управления, здраво рассудил капитан, не имело никакого смысла. Его примеру последовали и остальные члены экипажа, оставив за пультом лишь Джералда Волка в качестве вахтенного.

На пятые сутки, как и было рассчитано, Мрак вырвался за пределы Солнечной системы. Теперь скорость его возросла чуть ли не в десять раз. Пришлось подналечь и Охотникам. Эскадра продолжала преследование в полном составе, и лишь «Суверенный балтиец» вынужден был покинуть её: у него возникли какие-то проблемы с ракетным топливом.

Ещё с неделю продолжалась погоня за Мраком. Расстояние между ним и его преследователями составляло теперь примерно двадцать пять тысяч миль. И вот наконец навстречу им выплыла Фелара – небольшая звезда с единственной планетой на орбите.

– Новая Индия, – сказал Флойд, ткнув пальцем в едва различимую точку на обзорном экране. – Радиевые рудники, добыча «синего алмаза» и сплав кремниевой сосны. Приходилось мне наведываться сюда со своими парнями, когда я промышлял в качестве «вольного торговца». Очень уж суровы тамошние власти к нашему брату контрабандисту, клянусь всеми новоиндийскими святыми! В последний раз еле ноги унесли от их таможенников.

– Надеюсь, они будут рады повидать своего старого приятеля, – ухмыльнулся Джералд Волк.

Оба приятеля были в рубке одни: Волк нёс вахту у пульта управления, а Флойд О’Дарр составлял ему компанию, чтобы хоть как-то развеять скуку.

– О да! – рассмеялся Флойд. – Особенно завизжат они от восторга, когда я суну им под нос вот этот браслетик. – Ирландец тряхнул правой рукой с Галактической Визой. – Представляю, старик, как вытянутся рожи у этих ослов!

Мрак мчался прямо на Новую Индию. Эскадра преследовала его по пятам – если, конечно, преследованием по пятам можно назвать фору в двадцать пять тысяч миль. Как обычно, «Скиталец» шёл во главе эскадры. Планета неотвратимо приближалась, красноватый силуэт её занимал уже добрую половину экрана внешнего обзора. Новый Цейлон, небольшой новоиндийский спутник, прятался в тени планеты, словно боязливая собачонка за ногами хозяина. Мрак слегка отклонился в сторону и теперь нёсся к спутнику.

Внезапно наперерез эскадре метнулась маленькая светящаяся точка.

– Звёздный пограничный патруль, – недовольно проворчал Флойд. – Буди капитана, Джералд, предвижу некоторые осложнения. Новая Индия числится в списке закрытых планет.

Волк связался со Стюартом. Через минуту капитан был уже в рубке. Вслед за ним появились и остальные члены экипажа. Одного взгляда на экран Крису Стюарту хватило, чтобы правильно оценить обстановку. Настойчиво замигал сигнал канала межгалактической связи.

– Выходи в эфир, Волк, – приказал Стюарт, – не следует вступать в конфликт с местными властями.

На экране вспомогательного монитора возникло худое лицо немолодого уже капитана патрульной службы. Глаза его смотрели враждебно.

– На каком основании вы вторглись в пространство категории А-7? – надменно спросил он. – Вы будете отвечать за нарушение границ зоны особой секретности.

– Мы облечены полномочиями Совета Семи, – спокойно ответил Крис Стюарт.

– Вот как? Насколько я понимаю, вы относитесь к так называемым «избранникам судьбы», – пограничник скривил губы в презрительной усмешке. – Предъявите Визы! – властно потребовал он.

Пятеро Охотников за Мраком, все как один, обнажили запястья правых рук. Пять браслетов мелькнули перед экраном.

Пограничник остался невозмутим, и лишь враждебный огонёк померк в его немигающих глазах.

– Вы доказали своё право, господа, – сухо произнёс он. – Эдвард Моррисон, командир пограничного патруля.

– Крис Стюарт, – в свою очередь представился капитан «Скитальца», – командир Особого Батальона Ведомства Космической Безопасности,

– Тем не менее, господа, я должен знать, что вы делаете в территориальном пространстве Новой Индии.

– Мы преследуем Мрак, – кратко ответил Стюарт.

– Мне известно о вашей миссии, господа. – Моррисон завертел головой, видимо, всматриваясь в экраны своей рубки. – Но я не вижу здесь никакого Мрака.

– Он у Нового Цейлона, капитан. Спутник скрывает его от вас. – Крис Стюарт внезапно побледнел, глаза его впились в обзорный экран. – Что у вас находится на спутнике, капитан?

– Сеть концернов по переработке и обогащению плутония и радия, а также крупнейшие в Федерации химические заводы.

– Боже! Этого только не хватало…

– Да что там стряслось, Стюарт? – забеспокоился Моррисон.

– Мрак опустился на Новый Цейлон! – выпалил Крис Стюарт, не отрывая глаз от обзорного экрана.

– Проклятье! – взревел пограничник. – Простите, господа, но я должен быть там.

Экран тут же погас.

– Безумец, – прошептал Стюарт.

Эскадра Охотников за Мраком продолжала держать курс на Новый Цейлон, но расстояние между нею и спутником было ещё очень велико – слишком уж оторвался Мрак от своих преследователей. Звёздный патруль Эдварда Моррисона, намного опережая эскадру, в считанные минуты достиг орбиты Нового Цейлона, обогнул спутник с ночной стороны и…

Ослепительная вспышка залила экран «Скитальца» ярким светом. Охотники невольно отпрянули назад. Завизжали, загудели, замигали аварийные сигналы: «повышенная радиация», «тепловая волна», «метеоритный поток»… Тут же включились системы безопасности и жизнеобеспечения космолёта, предназначенные для автоматического устранения типичных неполадок и защиты от всевозможных угроз извне. Когда изображение на экране несколько прояснилось, взорам пятерых Охотников представилась жуткая картина.

Новый Цейлон исчез. На его месте стремительно разрасталось огромное светящееся пятно. Мощный взрыв разнёс планетку на тысячи крупных и мелких пылающих осколков, с бешеной скоростью разлетающихся во всех направлениях. Без сомнения, часть из них достигнет или уже достигла Новой Индии. Не вызывала сомнений и судьба безымянного звёздного патруля с надменным пограничником на борту.

– Бедняга, – прошептал Флойд.

– Плутоний плюс радий, – стиснув зубы, задумчиво произнёс Стюарт. – Огромные запасы радиоактивного сырья… Проклятие! Да это же мощнейший за всю историю Галактики ядерный взрыв! Клянусь, Мрак ответит за это!

Глаза капитана метали молнии.

– Крис, послушай, – тронул его за плечо Джералд, – Мрак от нас не уйдёт, это факт, но нам самим нужно уносить ноги. Эти лунные камешки прут на нас слишком уж плотным роем, среди них попадаются настоящие гиганты, которые сметут нас в два счёта, и никакая система противометеоритной безопасности нас не спасёт.

Крис Стюарт очнулся. Бросил взгляд на приборную панель и всё понял. Метеоритный поток, образованный обломками бывшего спутника, приближался с неимоверной быстротой.

– Внимание, эскадра! – разнёсся в эфире приказ Стюарта. – Курс на Новую Индию! Используем планету в качестве щита и переждём поток там. Не более чем через час он иссякнет.

«Скиталец» взял круто влево и помчался к Новой Индии. Туда же, под спасительное крылышко безмолвной планеты, неслась уже и вся эскадра.

Метеоритный поток стремительно приближался. Светящиеся точки росли буквально на глазах, особо крупные камни и обломки принимали уже конкретные очертания.

– Не успеем, – сказал Флойд, нервно похрустывая суставами пальцев.

– Не каркай, – зло оборвал его Джералд Волк. Напряжение в рубке росло. О Мраке забыли даже и думать. «Скиталец» мчался в самом центре эскадры. Вереница космолётов растянулась на несколько тысяч миль, самые первые достигли уже безопасной зоны и сбавили скорость, поджидая остальных. А метеоритный поток всё приближался.

– Не успеем, – произнёс теперь и Крис Стюарт. – Включить гравитационное поле на полную мощность!

И вот оба потока – метеоритный и человеческий – смешались, пересеклись, прошили друг друга насквозь. К счастью для Охотников, мелких и средних обломков было значительно больше, защитные гравитационные поля без особого труда справлялись с ними. Наталкиваясь на невидимую преграду, камни отскакивали, словно резиновые мячи, попадали в зону гравитационного воздействия соседних космолётов, снова отскакивали, сталкивались, взрывались, вспыхивали, крошились в песок, в пыль, в ничто. Метеоритный поток, веером расходящийся от эпицентра, теперь смешался и уничтожал сам себя. Но против крупных обломков, среди которых попадались целые горы, защитные поля были бессильны. Приходилось избегать столкновений исключительно с помощью умелого маневрирования, и до сих пор космолётчикам это удавалось – не произошло пока ни одного столкновения.

Дважды уже уворачивался «Скиталец» от бешено несущихся на него камней-исполинов. Крис Стюарт сам вёл космолёт, проявляя истинные чудеса звёздного пилотирования.

– Осторожнее, Крис! – закричал Джералд.

– Вижу, – рявкнул капитан.

Наперерез их курсу стремительно неслась огромная глыба величиной с тридцатиэтажный дом. Проскочат или нет?.. Уродливая скала медленно вращалась, неуклюже переваливаясь с бока на бок, словно желая покрасоваться перед объятыми ужасом людьми. Проскочат ли?..

Нет!

В последнее мгновение Стюарт резко вильнул вниз, под самое основание глыбы. Слишком поздно… Что-то хрустнуло, раздался оглушительный треск, свет в рубке на секунду померк и снова вспыхнул, включилась аварийная сигнализация. Корабль сильно тряхнуло, людей швырнуло на пол, лица их исказились гримасами боли, страха и ярости. В тот же миг Стюарт снова был на ногах, и снова его руки уверенно легли на пульт управления. Герцог опрометью бросился к приборной панели.

– Сорвало антенну межгалактического канала связи! – заорал он. – Мощность защитного гравитационного поля упала почти до нуля!..

– Зацепило всё-таки, – зло процедил сквозь зубы Флойд, потирая ушибленное плечо. – Без защитного поля из нас очень скоро получится превосходная ирландская отбивная.

– Ошибаешься, дорогой Флойд, – неожиданно улыбнулся Стюарт, – ни ирландской, ни какой-либо другой отбивной из нас уже не получится. Мы в тени Новой Индии.

– Не может быть! – ахнул ирландец и прильнул к экрану. – А ведь ты прав, старик, эти чёртовы камешки остались в стороне.

Лица всех пятерых расцвели в улыбках. О синяках и ссадинах никто больше не вспоминал.

– М-да, – почесал в затылке Коротышка Марк, – знал бы я, что вы тут устроите эту дьявольскую карусель…

– Что, Марк? Остался бы на Земле? – Джералд Волк лукаво подмигнул.

– Обложился бы дюжиной подушек, вот что! – гаркнул великан и расхохотался. Вслед за Марком закатились Джералд и Флойд.

– По-моему, они и под пытками станут хохотать, – улыбнулся Герцог. – Что скажешь, Крис?

– А то и скажу, – внезапно помрачнел капитан, – что из нас и впрямь в ближайшее время может получиться прекрасная отбивная. Без гравитационной защиты мы всё равно что безоружный солдат под перекрёстным огнём неприятеля. Малейший метеорит прошьёт наш космолёт насквозь, от носа до хвоста, а мы и глазом моргнуть не успеем.

Лица Охотников сразу стали серьёзны.

– Я хорошо знаю эти места, Крис, – возразил Флойд. – Здесь нет стабильных метеоритных потоков.

– Здесь может быть и нет, но не будем же околачиваться в этих краях целую вечность!

– Бросим якорь на Новой Индии, – предложил Джералд, – и подлатаем нашу старушку.

– А Мрак тем временем ускользнёт, – сказал Герцог. – Нет, ремонт нужно производить в полёте. Думаю, двух дней нам хватит.

– Хорошо, – согласился капитан. – Но не забывайте, необходимо восстановить также и межгалактическую связь.

– Ещё пара дней, капитан, и всё будет в полном ажуре, – заверил его Флойд. – Меж-канал я беру на себя.

Крис Стюарт кивнул.

– Надеюсь, локальный канал в исправности, Флойд. Попробуй-ка связаться с «Викингом».

Флойд с сомнением покачал головой.

– Вряд ли, Крис, но я всё же рискну. Чем чёрт не шутит…

Вопреки прогнозам Флойда, локальный канал избежал повреждений.

– Что у вас там стряслось, «скитальцы»? – донёсся до них приглушённый расстоянием и помехами встревоженный голос Кнута Ларсена. – Почему не отвечаете на общий вызов?

– Нарушена межгалактическая связь, – отозвался Крис Стюарт, в глубине души радуясь, что вновь слышит голос своего друга-скандинавца. – Вышла из строя противометеоритная система.

– Плохи ваши дела, ребята. Помощь требуется?

– Спасибо, Кнут. Справимся своими силами.

– Хорошо, Крис. А я уж было решил, что и вас тоже…

– Кто? – глухо спросил Стюарт.

– «Дракон» и «Атлантида». Метеоритный дождь уничтожил их прежде, чем они успели подать сигнал бедствия.

Крис Стюарт крепко стиснул зубы.

– Мрак набирает очки, – угрюмо произнёс он. – Что ж, это ему зачтётся.

– Придёт время, Крис, и он поплатится за всё.

– Иначе и быть не может, Кнут. – Стюарт взглянул на обзорный экран. – Метеоритный поток вот-вот иссякнет. Необходимо продолжать преследование. Теперь ты, Кнут, пойдёшь во главе эскадры, а я тем временем поставлю заплаты на своём «Скитальце».

– О'кей, Крис. До встречи.

Полчаса спустя эскадра вернулась на прежний курс.

Там, где совсем ещё недавно плавал в пространстве Новый Цейлон, зловещим неподвижным пятном чернел Мрак.

– Да он просто издевается над нами! – Флойд сжал кулаки. – Смотрите, он и не думает улепётывать.

– Он словно поджидает нас, – в тон ему ответил Джералд.

– Даже ядерный взрыв не смог уничтожить эту чёрную заразу, – процедил сквозь зубы Герцог. – Чего же теперь стоят наши игрушечные гамма-излучатели и лазерные пушки!

– Не будь я Крисом Стюартом, если не разгадаю тайны его неуязвимости. Клянусь, мы уничтожим его!

– Теперь это наш священный долг, – произнёс Герцог. – Долг перед теми, кто отдал свои жизни в борьбе с этой чёрной чумой.

Эскадра вновь ринулась на врага. Мрак словно только того и ждал: лишь расстояние между ним и преследователями сократилось до двадцати пяти тысяч миль, как он рванул с прежней скоростью прочь от осиротевшей планеты.

В течение следующих десяти суток в ходе космической гонки не произошло никаких изменений. За эти дни команда «Скитальца» сумела устранить повреждения, полученные кораблём при столкновении с каменной глыбой, и теперь «Скиталец» снова возглавлял эскадру. Бок о бок с ним летел «Северный викинг».

На одиннадцатый день на экране бортового монитора возникло недоумевающее лицо Кнута Ларсена. За пультом управления «Скитальца» в это время дежурил сам капитан,

– Крис, ты сбился с курса! – предостерёг Кнут. – Будь внимательней, приятель.

Крис всмотрелся в обзорный экран, затем склонился над звёздной картой и, пожав плечами, произнёс:

– Курс верен, Кнут. Мрак прямо передо мной. Он уходит, – капитан ещё раз сверился с картой, – в сторону Туманности Жёлтых Пеликанов.

– Протри глаза, Крис! Мрак мчится прямиком к созвездию Рваных Канатов.

Стюарт снова вгляделся в изображение звёздного неба. Внезапная бледность покрыла его лицо.

– Что с эскадрой, Кнут?! Да посмотри же!

– А, чёрт!.. – выругался Ларсен.

Эскадра разлеталась в разные стороны. Не было больше согласованности в полёте, плотный рой «избранников судьбы» рассыпался, распался – каждый теперь мчался туда, куда влекла его одному ему видимая цель.

– Это что ещё за фокусы! – крикнул Стюарт. – Всем Охотникам за Мраком! На связи «Скиталец»! Всем Охотникам, чёрт бы вас побрал!..

– На связи «Анаконда». Что стряслось, «Скиталец»?

– Эй, на «Анаконде»! Вы что там, спятили? Куда вас дьявол несёт!

– Мы следуем за Мраком, – невозмутимо ответил бразилец. – Он прямо перед нами.

– «Ковбой»! Что там у вас?

– Мрак прямо по курсу, – пожал плечами Верзила Боб.

– «Вампир»!..

– Я вижу его как на ладони.

– «Ниндзя»?

– Мрак перед нами, командир.

– Проклятье! – снова выругался Кнут Ларсен. Лицо его осунулось и выглядело страшно усталым. – Крис, что всё это значит?

– Похоже, Мрак затеял с нами новую игру. – Стюарт нервно потёр подбородок. – Игру, в которой нет правил. Не возьму в толк, как это ему удаётся, но я вижу на экране только одно пятно Мрака. Уверен, вы все видите то же.

Охотники утвердительно закивали в ответ.

– Выходит, вся эта куча чёрного дерьма одновременно движется в разных направлениях, при этом оставаясь единой! – хмуро произнёс Кнут Ларсен. – С тем же успехом мы могли бы гоняться за призраком.

– У нас два пути, – сказал Стюарт. – Либо мы, как и раньше, действуем сообща, выбрав один из этих призраков в качестве цели преследования, либо с этого момента пути наши расходятся, и каждый из нас разбирается исключительно со своим призраком – с тем, что он видит на экране. Я предпочёл бы второй вариант. По крайней мере, я чётко вижу на экране свою цель.

Охотники за Мраком одобрительно зашумели.

– Я не стану вам приказывать, ребята. Решайте сами.

Наступила томительная пауза.

– Я согласен со Стюартом, – произнёс Кнут Ларсен.

– Иного выхода у нас нет, – согласился Верзила Боб. – Не имеет смысла носиться по Галактике всем скопом.

Ещё несколько голосов высказалось в защиту второго варианта.

– Что ж, будем охотиться по одиночке, – подвёл итог Стюарт. – С этого момента я слагаю с себя обязанности командира Особого Батальона. Не мне предупреждать вас об опасности, которую несёт Мрак всей Галактике. Мрак должен быть уничтожен. Это мой последний приказ.

– Мы не упустим эту заразу, командир.

– Можешь положиться на нас, «Скиталец».

– Он заплатит за всё!..

Кнут Ларсен неожиданно улыбнулся.

– Клянусь Одином, Мрак не устоит против таких парней!

Крис Стюарт обвёл взглядом суровые лица «избранников судьбы». Он знал, что многих из них видит в последний раз.

– Удачи вам, Охотники. Бог даст, мы ещё свидимся.

– Обязательно свидимся, Крис Стюарт…

Экран померк.

С этого момента «Скитальцу» предстояло преследовать Мрак в полном одиночестве.

Глава девятая. Десятый круг ада

– Придёт ли когда-нибудь конец этой проклятой гонке! – проворчал Флойд О’Дарр, с ненавистью всматриваясь в огромное чёрное пятно на обзорном экране пульта управления. – Сегодня уже ровно два месяца, как мы стартовали в Пирл Харборе. Клянусь клыками фанталлийского кровососа, есть предел и моему терпению!

– Не горячись, Флойд, – хмуро отозвался Герцог, – у нас у всех нервы на пределе.

– Плевать я хотел на всех! Крис затеял эту дурацкую авантюру, вот пускай сам и расхлёбывает. А я в эти игры не играю.

– Ты не прав, Флойд, капитан лишь выполняет свой долг.

– Да пойми ты, Филипп, вся эта пустая затея совершенно лишена смысла. Мы достигли уже границ Обозримого Космоса, но Мрак и не собирается менять тактику. Напротив, он мчится уже с субсветовой скоростью, и, боюсь, это ещё не предел. Один дьявол знает, где он черпает энергию! В конце концов, возможности «Скитальца» не безграничны.

– Твои предложения?

– Вернуться на Землю! – горячо произнёс Флойд. – Иначе мы увязнем в Глубоком Космосе. Оттуда редко возвращаются – ты знаешь это не хуже моего.

Они были вдвоём в рубке «Скитальца» – Герцог и Флойд. Мрак, сильно вытянувшийся вдоль оси своего движения, имел теперь фору в пятьдесят тысяч миль. Двигатели космолёта работали на полную мощность, выжимая из старого аппарата всё возможное. Правда, не был ещё задействован новенький гиперпространственный двигатель, но запуск его Крис Стюарт оставил на тот крайний случай, если скорость Мрака перевалит за световую.

Последние недели на борту космолёта царило уныние. Затянувшееся преследование выбило экипаж из колеи, нарушило некогда непоколебимое единодушие, внесло разлад и отчуждение в среду Охотников. Порой вспыхивали ссоры, упреки всё чаще и чаще сыпались на голову капитана, внезапные приступы раздражения стихийно выливались в яростные нападки друг на друга. Стюарт стал мрачен и нелюдим, но глаза его всё так же светились отчаянной решимостью и ненавистью к неведомому призрачному чудовищу, чьи контуры, казалось, уже навечно слились с экраном бортового монитора. Ненависть к Мраку – пожалуй, это было единственное, что ещё объединяло экипаж «Скитальца».

Даже флегматичный Коротышка Марк потерял покой и был явно озадачен, а его совершенно неожиданная бессонница явилась самым серьёзным симптомом назревающего конфликта.

– Мы будем преследовать Мрак, пока не уничтожим его, – донёсся до Флойда и Герцога резкий голос Криса Стюарта. Оба разом обернулись.

Капитан стоял у входа в рубку и холодно смотрел на Флойда. Весь его облик являл непреклонную волю и решимость стоять на своём до конца. Флойд, обычно теряющийся под пронизывающим взглядом Стюарта, на этот раз взорвался.

– Ты окончательно спятил, Крис Стюарт! Этот проклятый Мрак уводит нас в Глубокий Космос, и один лишь дьявол знает, что нас там ждёт. Ты должен повернуть назад, капитан.

– «Скиталец» не изменит курса, Флойд О’Дарр, – сухо произнёс Стюарт.

– Ты действуешь вопреки здравому смыслу, капитан, – запальчиво возразил ирландец. – Мы не можем вечно висеть на хвосте у Мрака!

– Моё решение неизменно.

– По-моему, слова Флойда не лишены смысла, – вмешался Герцог. – Стоит всё-таки подумать о возвращении, Крис.

– Вот как? – Стюарт метнул в Герцога хмурый взгляд. – Значит, ты с ним заодно, Филипп де Клиссон.

Герцог медлил с ответом.

– Да, я заодно с Флойдом, – сказал он наконец. – Не сочти это за трусость, капитан, но… но преследование зашло в тупик. Я присоединяюсь к предложению Флойда о возвращению на Землю.

Глаза Стюарта потемнели, но он сумел взять себя в руки.

– Хорошо. Мы решим этот вопрос сообща, – холодно произнёс он. – Флойд, объяви общий сбор через полчаса.

Он круто повернулся и вышел.

В назначенный срок все пятеро собрались в рубке. Вид у Охотников был подавленный, они не решались взглянуть друг другу в глаза. Все уже знали о причине экстренного сбора.

– Итак, – начал Крис Стюарт бесстрастным тоном, – я собрал вас здесь, чтобы прийти к единому мнению касательно перспектив нашего дальнейшего полёта. Флойд О’Дарр заявил о своём желании вернуться на Землю. Я же считаю возвращение недопустимым. Поскольку слово капитана корабля потеряло для вас всякую значимость, – Стюарт горько усмехнулся, – предлагаю решить эту дилемму демократическим путём. Выкладывайте свои соображения, господа.

Наступило неловкое молчание.

– Я присоединяюсь к мнению Флойда, – тихо произнёс Герцог, опустив глаза. – Иного выхода я не вижу.

Коротышка Марк крякнул и поднялся со своего места.

– Трудно с вами спорить, ребята, – прогудел бывший боксёр, переводя взгляд с Флойда на Герцога и обратно, – и потому я спорить с вами не буду. Да, Мрак водит нас за нос, словно слепых котят, и преследование его, действительно, зашло в тупик. – Голос его вдруг загремел. – Но вы забыли о своей совести! Вы забыли, что на счету Мрака уже с дюжину прекрасных парней из клана «избранников судьбы». Вы забыли о гибели Нового Цейлона, и один Бог ведает, сколько сотен жизней оборвала эта страшная катастрофа. Вы забыли о своей чести, о долге перед Землёй, которая с надеждой взирает на нас и ждёт помощи. Клянусь, Мрак никогда не увидит моей спины. Я с тобой, командир.

Флойд вскочил, словно ужаленный. Лицо его приобрело багровый оттенок.

– Ты обвиняешь нас в трусости, Марк, но это не так, клянусь собственной жизнью! Моё желание вернуться на Землю вызвано лишь одним – бессмысленностью нашей погони. Нам не угнаться за Мраком, это же очевидно!

– Пока враг перед нами, мы должны преследовать его, – веско заметил Коротышка Марк и сел в своё кресло.

– Итак, голоса разделились, – подытожил Крис Стюарт. – Два против двух. Наш спор может решить лишь пятый член экипажа.

Все с нетерпением уставились на Джералда Волка.

– Я, право же, не знаю, – замялся тот, – аргументы обеих сторон слишком убедительны, чтобы… – он запнулся и окончательно умолк.

– Чтобы, чтобы, – злобно передразнил его Флойд. – Этот чокнутый анархист-любитель совсем ополоумел, читаючи своё «Евангелие от князя Кропоткина».

Флойд О’Дарр был недалёк от истины, хотя и выразил эту истину в весьма неприглядной форме: Джералд Волк, действительно, был единственным из Охотников за Мраком, кто не поддался унынию и отчаянию, овладевшими в последнее время всем экипажем «Скитальца», и спасение своё от хандры нашёл он в небольшом томике сочинений князя Кропоткина, перед которым благоговел как перед самими Господом Богом и чей труд штудировал с неизменным упорством.

– Ещё слово, – чуть слышно процедил Джералд, – и я размозжу твою паршивую ирландскую башку…

Флойд вскочил, в бешенстве сжимая кулаки.

Атмосфера в рубке накалилась до предела. Зловещую тишину прорезал встревоженный голос Герцога:

– Прямо по курсу корабль!

Вспыхнувшая ссора временно была забыта, всё внимание космолётчиков теперь было приковано к экрану внешнего обзора.

Огромный звездолёт медленно двигался в параллельном «Скитальцу» направлении. Скорость его была невелика, и Охотники быстро нагнали его. Далеко впереди зловещим фоном маячило чёрное пятно Мрака.

– Боюсь, случилось непоправимое, – угрюмо произнёс капитан Стюарт. – Этот корабль оказался на пути Мрака.

– Думаешь, они мертвы? – быстро спросил Герцог.

– Не знаю. Но одно могу сказать определённо: корабль прошёл сквозь Мрак. Мы должны проникнуть на звездолёт и всё выяснить. Флойд, попробуй связаться с ним.

Флойд бросился выполнять приказ.

– Капитан, корабль не отвечает, – отозвался он.

– Приготовиться к стыковке.

Манёвр начался.

– Эти гробы сняты с производства ещё сорок лет назад, – сказал Герцог, внимательно всматриваясь в контуры неизвестного корабля.

– Звёздный транспорт, – медленно произнёс Стюарт, – предназначен для переброски крупных партий переселенцев на колонизируемые планеты. Оборудование их крайне устарело, а скорость… – глаза его расширились, он в упор уставился на Герцога. – Если этот корабль стартовал с Земли, то в полёте он уже не один десяток лет. Удивительно, как он вообще сумел добраться до границ Обозримого Космоса.

Герцог стиснул зубы.

– И после всех тягот многолетнего перелёта, когда, быть может, этим бедолагам предстояло уже бросить якорь в одном из необитаемых миров – их накрывает Мрак! Проклятая судьба…

«Скиталец» мягко коснулся борта гигантского звездолёта. Посланный на разведку Джералд Волк через несколько минут вернулся.

– Входной люк намертво задраен. Похоже, его может открыть лишь условный код.

– Надеюсь, система компьютерного сканирования быстро определит нужный код, – сказал капитан.

– Как знать, – пожал плечами Джералд и удалился.

Через час входной люк неизвестного корабля наконец удалось открыть – против новейшей электронной начинки «Скитальца» оказался бессилен даже замысловатый код чужого транспорта.

– Филипп, ты останешься здесь. Связь будем поддерживать через индивидуальный канал. Остальные следуют за мной, – распорядился капитан.

Предварительный анализ показал, что воздух в шлюзовой камере звездолёта пригоден для дыхания, хотя содержание кислорода в нём несколько понижено. Температура на борту звездолёта не превышала двадцати семи градусов по Цельсию.

– Обойдёмся без скафандров, – рассудил Стюарт.

Четверо Охотников проникли на чужой корабль, миновали машинное отделение, грузовой отсек, склад ракетного топлива и очутились в жилом секторе. Тусклый мигающий свет люминесцентных ламп освещал бесконечный коридор, по обеим сторонам которого расположились бесчисленные каюты колонистов. Мёртвая тишина царила на корабле, и от тишины той веяло чем-то зловещим, таящимся.

– Готов поклясться, этот космический катафалк битком набит свежими трупами, – мрачно заметил Флойд. Он чувствовал какую-то неловкость, когда приходилось встречаться взглядом с глазами своих товарищей.

Резкий визгливый смех внезапно раздался справа и распорол тишину. Стюарт толкнул дверь ногой.

Худая женщина средних лет, с измождённым лицом, длинными распущенными волосами, скрючившись в кресле, билась в судорожном хохоте, переходящем порой в истерические рыдания. Халат на плече был разодран, до крови разодрано было и само плечо, по впалым щекам струился пот. У ног её, в кровавой луже, ещё дымящейся, плавал мужчина с перерезанным горлом – тут же валялся окровавленный кухонный нож. Звук шагов заставил женщину резко вскинуть голову, мутный взгляд устремился на Охотников. Нет, она не видела их, перед ней была лишь пустота, а в глазах её застыла нечеловеческая боль. Это были глаза безумной.

Женщина вдруг зарычала и, подобно дикой кошке, ринулась на вошедших. Стюарт едва успел захлопнуть дверь. До ушей Охотников донеслись глухие удары, сотрясшие тонкую пластиковую перегородку, и жуткий вой несчастной, заставивший суровые сердца мужчин похолодеть.

Крис Стюарт толкнул дверь напротив.

Три трупа болтались на ремнях, спускавшихся с потолка и неумело закреплённых за вентиляционную решётку, – мужчина, женщина и ребёнок. Их лица уже успели посинеть, языки вывалились и распухли.

С лицом, словно вылепленным из воска, капитан шагнул дальше по коридору. Он уже знал, что его ждёт за другими дверьми. Кровь, безумие и смерть…

В следующей каюте огромный негр жадно пожирал сырое мясо. Свежая кровь текла по лоснящемуся лицу, грязном бороде, рукам и обрывкам одежды. Он сидел прямо на полу, а рядом, в двух шагах от него, на смятой постели, возвышалась груда окровавленной плоти. Груда, смутно напоминающая обезображенное человеческое тело…

Стюарт оставил каннибала за его кровавым пиршеством. С трудом подавил приступ тошноты и резко повернулся к Флойду. Глаза его горели, словно у той безумной.

– Ты всё ещё жаждешь вернуться на Землю? – с холодной яростью прошипел он.

Флойд стоял с расширенными от ужаса глазами и молчал.

Тяжёлая рука Коротышки Марка легла на плечо капитана.

– Оставь, командир. Парень всё понял.

– Хотелось бы надеяться, – буркнул Стюарт и устало зашагал по коридору.

Повсюду было одно и то же: изуродованные трупы женщин, детей, стариков, взрослых мужчин, безудержный истерический хохот, отчаянные вопли и причитания тех, кто ещё не был лишён жизни, но уже лишился рассудка, глухие одиночные выстрелы и сухой треск автоматных очередей, предсмертные хрипы бьющихся в агонии безумцев, тошнотворный запах человеческой плоти – и кровь, кровь, кровь… потоки крови… И ни одного человеческого слова, ни единого осмысленного взгляда.

– Мрак побывал здесь не более трёх часов назад, – глухо произнёс Крис Стюарт, поднимаясь по крутой винтовой лестнице на очередной уровень жилого сектора. – Но он не убил их, а лишь лишил рассудка.

– Почему, чёрт побери, он не покончил с ними разом, – нахмурился Джералд Волк, – а заставил страдать и уничтожать друг друга?

Капитан метнул в него быстрый пронизывающий взгляд.

– Этот вопрос мучает меня с самого нашего появления здесь.

Миновав бесконечную сеть коридоров жилого сектора, Охотники оказались в обширной оранжерее. И здесь царил тот же погром: срубленные под корень фруктовые деревья, выкорчеванные кустарники, варварски вытоптанные грядки с овощными культурами. Гидропонная установка бездействовала. И десятки тел: мёртвые, окровавленные, со страшными ранами – и ещё живые, скулящие, воющие от ужаса, захлёбывающиеся в хохоте и собственной крови. Кровь была повсюду, уже загустевшая, она хлюпала под ногами – красно-бурая, липкая, вязкая…

Хриплое дыхание обожгло затылок Флойда, что-то тяжёлое обрушилось ему на спину, подмяло под себя, повергло на скользкий от крови пол. Безумец – а это был он – яростно ревел, навалившись на ирландца, руки его, костлявые, дрожащие, липкие, неудержимо тянулись к горлу жертвы. Перекошенное лицо его было в нескольких дюймах от глаз Флойда, грубые пальцы скользили уже по кадыку. Ещё секунда, другая…

Тень Коротышки Марка нависла над безумцем. Сильные руки рывком оторвали его от Охотника и отшвырнули к противоположной стене. Но безумец всё ещё не сдавался: уже в следующий момент он был на ногах, в руках его блеснул топор. Свирепо скаля окровавленную пасть, он ринулся вперёд, топор взметнулся над его головой, но… Тонкий лазерный луч рассёк тело несчастного пополам, и он рухнул в двух шагах от всё ещё не пришедшего в себя Флойда. Конвульсивно дёрнувшись, безумец издал горлом хлюпающий звук – и замер.

Джералд Волк убрал пистолет в кобуру. Марк помог Флойду подняться. Тот молча пожал боксёру руку и слабо улыбнулся.

– Спасибо, Марк. – Затем повернулся к Джералду. – Прости, старик, я сболтнул сегодня лишнее.

– Забыто, Флойд, – похлопал друга по плечу Джералд, – я тоже был не прав.

– Довольно, – сухо оборвал их Крис Стюарт, – выяснением отношений займётесь на борту «Скитальца». А сейчас следуйте за мной – нам нужно пробраться в отсек управления.

Задача, поставленная капитаном, оказалась не из лёгких. Незнакомые с расположением отсеков и секторов звездолёта, Охотники вынуждены были идти наугад. Более часа плутали они по многочисленным переходам, спускались с этажа на этаж, поднимались по винтовым лестницам, снова спускались, и снова поднимались, минуя груды изуродованных тел, перешагивая через трупы женщин и детей, уворачиваясь от пуль затаившихся в укрытиях убийц. Медленно, слишком медленно продвигались они к своей цели. Несколько раз выходил на связь Герцог, встревоженный долгим отсутствием группы, но капитан на все его вопросы отвечал односложно, кратко, не вдаваясь в подробности. Они шли молча, словно автоматы, не глядя друг на друга, крепко стиснув зубы. Казалось, ничто уже не сможет тронуть загрубевшие сердца суровых космолётчиков, но то, что они увидели в бассейне, едва не лишило рассудка их самих.

Бассейн был небольшим, тридцати метров в длину и двадцати в ширину. Тусклый, вздрагивающий свет лился со стен и потолка, освещая страшную картину, разверзшуюся у их ног. Вода в бассейне замерзла, превратившись в единый ледяной монолит. Лёд был красным от крови, десятки обнажённых тел, вмерзшие в него и заполнявшие весь объём прозрачной ледяной глыбы, застыли в самых невообразимых позах. Сквозь толщу льда взирали на Охотников мёртвые, широко раскрытые глаза, словно молящие о пощаде, взывающие к мщению; руки, ноги, внутренности, волосы – всё сплелось, смешалось в единый жуткий клубок. Обезумевшие убийцы-изуверы, прежде чем столкнуть в бассейн очередную жертву, стаскивали с неё всю одежду; целая гора её, смерзшаяся, пропитанная кровью, возвышалась теперь у самого края бассейна. Ледяным холодом и адом, воспетым Данте, веяло от этого неподвижного месива мёртвых человеческих тел – тел, ещё несколько часов назад живших обычной жизнью космических переселенцев, жизнью безрадостной, однообразной, на многие годы лишённой солнечного света и земного тепла, голубого неба и зелёной травы, замкнутой в стальной коробке космического корабля – и всё же питаемой неиссякаемой надеждой на будущее. Будущее, которому не суждено теперь сбыться. Даже в самых страшных своих грёзах не смели помыслить они об ожидаемой их жуткой участи.

Стюарт приблизился к стене с вмонтированным в неё блоком управления температурой воды в бассейне. Рычажок регулятора был выведен в крайнее нижнее положение и зафиксирован на отметке «минус сорок». Капитан скрипнул зубами. Убийца обладал изощрённым умом садиста-изувера, умом, тронутым безумием. Умом, ослеплённым Мраком…

Неясный, чуть слышный шорох донёсся до слуха Охотников из дальнего угла помещения.

– Там кто-то есть! – шепнул Джералд.

Все пятеро мгновенно обнажили оружие и осторожно двинулись на звук.

На холодном полу, прижавшись к стене, скорчившись от страха и холода, сидела девочка лет пяти. Тоненькое платьице, облегавшее её крошечную фигурку, было разодрано и обильно смочено кровью. Девочка судорожно всхлипывала, большие глаза её безучастно смотрели на людей. Марк, спрятав оружие, склонился над ней и бережно взял на руки. Бедняжка затрепетала, стараясь вырваться из рук великана, цепкие её пальчики впились в его запястье. Но, встретившись с ним взглядом, внезапно прижалась к нему всем своим маленьким тельцем, тоненькие ручки обвили его шею. Её била крупная дрожь, на боку зияла рваная рана.

– Бедняжка, – прошептал Марк, ласково поглаживая склонившуюся к его груди маленькую смуглую головку. Девочка что-то залопотала, зажмурила глазки и ещё крепче прижалась к доброму своему спасителю. – Она совсем замёрзла.

Он беспомощно оглянулся на своих товарищей.

– Идём отсюда, – сказал Крис Стюарт, не выдержав взгляда экс-боксёра. – Здесь не место для нормального человека.

Они вышли в коридор и снова двинулись в путь – прочь от этой ледяной преисподней. Девочка, согревшись на груди у Коротышки Марка, понемногу успокоилась и притихла, но боль от раны в боку то и дело искажала её худенькое личико гримасами страдания и страха, по хрупкому тельцу пробегали судороги, стоны вырывались из детской груди.

Минуты шли за минутами, а нескончаемым корабельным лабиринтам, казалось, не будет конца. Но Крис Стюарт уверенно шёл вперёд.

Джералд слегка коснулся плеча Коротышки Марка.

– Марк…

– Тише! – грозно сдвинул брови великан. – Разве ты не видишь – она уснула…

Уже несколько минут девочка неподвижно, собравшись в маленький комочек, лежала на руках Марка.

– Она умерла, Марк, – чуть слышно проговорил Джералд.

Марк замер, словно наткнувшись на невидимую стену. Осторожно, боясь потревожить сон девочки, оторвал смуглую головку от своей груди. Безмятежное личико ребёнка тронула чуть заметная улыбка. Счастливая, застывшая улыбка…

Глухой хрип вырвался из недр могучего тела великана, лицо его прорезали глубокие морщины. Двинув плечом одну из дверей, он вошёл внутрь помещения. Каюта была пуста, зловещая печать смерти и безумия не коснулась её. Бережно положил он драгоценную свою ношу на аккуратно застеленную постель.

– Спи спокойно, малышка, – беззвучно прошептали его губы. В мутных глазах гиганта застыли слёзы. Затем он резко повернулся к Крису Стюарту.

– Командир… – слова застряли в его горле.

– Не надо, Марк, – тихо произнёс Стюарт, крепко сжимая руку другу.

– Она никогда не видела солнца, – чуть слышно прошептал Джералд.

В конце концов они добрались таки до отсека управления. Новая преграда встала на их пути. Массивная дверь, ведущая в рубку, оказалась надёжно заперта.

– Всем отойти назад, – распорядился Крис Стюарт и вынул пистолет.

Лазерный луч ударил в металлическую дверь. Расплавленный металл огненной струйкой потёк на пластиковый пол. Бесконечной чередой медленно потянулись минуты. Наконец, срезав дверные петли, Стюарт отскочил назад. Дверь с грохотом рухнула в коридор, обдав пятерых Охотников жаром и волной раскалённого воздуха. На месте двери зиял проход в святая святых любого космического корабля – в рубку управления.

Быстрый оценивающий взгляд, брошенный капитаном на приборные панели и обзорный экран, убедил его, что все системы корабля исправны и функционируют в режиме стабильного пилотирования. Вздох облегчения вырвался из его груди. Слава Богу, эти безумцы не успели причинить вред звездолёту.

Экипаж транспорта состоял из семи человек. Все они были тут же, в рубке, каждый в своём кресле. И все они были безнадёжно мертвы.

– Они перестреляли друг друга, – угрюмо заметил Флойд.

Крис Стюарт покачал головой.

– Каждый из них стрелял себе в сердце. Эти люди вовремя поняли, что только так они смогут избежать ещё худшей катастрофы. Но прежде они заблокировали вход в рубку.

– Поистине, единственная достойная смерть на этом корабле безумцев и убийц, – задумчиво произнёс Джералд.

В руках у Стюарта оказался бортовой журнал.

– Мексиканский транспорт «Возрождённый Теночтитлан» – прочитал он.

– Стартовал с космодрома Акапулько с двумя тысячами человек на борту. Это произошло, – он запнулся, выискивая в тексте нужную информацию, – это произошло пятьдесят лет назад.

– Пятьдесят лет! – ужаснулся Флойд. – Да никто из нас ещё не родился, когда этот звездолёт уже бороздил просторы Галактики! Проклятье! И такой бесславный конец…

Стюарт захлопнул журнал. Необходимо было действовать, и немедленно – они и так уже задержались на этом корабле мертвецов сверх всякой меры. Может быть, оставшихся в живых ещё можно спасти.

– Джералд, разберись с управлением, рассчитай курс и разверни звездолёт в направлении ближайшей обитаемой планеты Обозримого Космоса. Флойд, свяжись с Герцогом и предупреди его о готовящемся маневре. Включи сигнал бедствия. Надеюсь, – устало добавил он, – этим несчастным успеют оказать помощь.

Обратный путь они проделали намного быстрее, и уже через полчаса они ступили на борт «Скитальца». Пока Джералд производил расстыковку с мексиканским транспортом, Флойд вводил Герцога в курс событий, происшедших за последние часы на борту «Теночтитлана».

Мрак неподвижно висел в пространстве, поджидая своих преследователей. Казалось, всем своим видом он вопрошал: «Ну, каково я поработал, ребята?» Но лишь только двигатели «Скитальца» набрали обороты, как он сорвался с места и ринулся в просторы Глубокого Космоса. Резкий голос Криса Стюарта прозвучал в тишине рубки управления:

– Мы не закончили дискуссию, господа. Есть ли у кого-нибудь желание продолжить её?

Герцог отрицательно покачал головой. Флойд хрустнул суставами пальцев и тихо произнёс:

– Беру свои слова обратно, капитан.

– Попробовал бы ты их не взять, парень! – прорычал Марк. Погибшая девочка стояла у него перед глазами, словно призрак.

– Слишком уж дорогой ценой достигнуто согласие. С этой минуты любое неповиновение моим приказам будет беспощадно караться, – жёстко произнёс капитан. Слова его падали тяжело, подобно ударам молота. – Мы пересекаем границы Обозримого Космоса. В сложившейся ситуации я требую от вас соблюдения самой строжайшей дисциплины. – Он поднялся с кресла. – Все свободны. Я останусь на вахте.

Часть вторая. Дьявольский мир

Глава десятая. Коварная планета

Мрак мчался по Глубокому Космосу со скоростью, почти равной скорости света. Ещё пять дней пролетели в безумной, напряжённой гонке. На шестой день произошло событие, положившее конец преследованию.

Навстречу «Скитальцу» выплыл красный гигант с единственной планетой на орбите. Мрак, старавшийся держаться вдали от яркого света звёзд, оставался верен себе и в этот раз. Внезапно, когда неведомая планета оказалась на его траверсе, он резко изменил направление и устремился к ней. Скорость его резко упала.

– Командир! – объявил по селектору дежуривший в тот день Марк. – Поднимись в рубку. Кажется, наш приятель выдохся.

Капитан не заставил себя долго ждать. Одного его взгляда на экран было достаточно, чтобы верно оценить обстановку.

– Следуй за ним, – приказал он.

В рубку уже входили встревоженные члены команды.

– Начинаем поворот и торможение, – отдал распоряжение Стюарт. – Экипажу занять свои места.

Двенадцать «же» вдавили Охотников за Мраком в мягкие сидения кресел. Мрак был лишён инерции и потому мог позволить себе резко сменить направление движения на субсветовой скорости, но корабль Охотников, каким бы миниатюрным он не был, обладал всё же достаточной массой, чтобы отважиться на столь крутой вираж. Совершив вокруг планеты один оборот и погасив скорость до расчётной, «Скиталец» снова зашёл в хвост Мраку.

А Мрак тем временем стремительно падал на планету. Вот он вошёл в атмосферу и вплотную приблизился к плотному облачному слою.

– Он пытается скрыться за облаками, – сказал Герцог.

– Скрыться? Ну нет, только не это, – покачал головой Стюарт. – Не затем он затеял весь этот марафон, чтобы под занавес дать дёру. Здесь что-то другое.

Мрак достиг облачного слоя и исчез с обзорного экрана. Стюарт подался вперёд.

– Не упусти его, Марк.

– Будь спокоен, командир.

Бывший боксёр умело вёл космолёт, соблюдая все правила безопасности при входе в атмосферу неизвестной планеты. Экипаж «Скитальца» был подготовлен по принципу полной взаимозаменяемости, и любой из пятёрки мог оказаться в кресле пилота. На этот раз такая честь выпала на долю Коротышки Марка.

– Вошли в атмосферу, – объявил Марк. Корабль затрясло, изображение на экране потеряло чёткость.

– Сбавь скорость, Марк, – приказал Стюарт. – Плотность атмосферы слишком велика.

Вибрация прекратилась. Вскоре облачные массы окутали космолёт плотной непроницаемой завесой.

– До поверхности сорок тысяч футов, – раздался чёткий голос Марка.

«Скиталец» взял плавный вираж. Когда высота полёта достигла пятнадцати тысяч футов, он лёг на курс, параллельный поверхности планеты. Джералд беспокойно заёрзал в своём кресле.

– Не исключено, что облачный слой тянется до самой земли.

– Поживём – увидим, – заметил Герцог.

Облака внезапно раздались, и корабль заскользил под нижней их кромкой, медленно теряя высоту. Ландшафт неведомой планеты отдалённо напоминал земную тундру. Повсюду преобладали серые, холодные тона, сизый туман стелился по земле подобно тысячелапому призрачному чудовищу. Мёртвые, безжизненные скалы кое-где нарушали однообразие обширной каменистой равнины, простирающейся до самого горизонта. А там, у самой линии горизонта, в полупрозрачной дымке жирного тумана, высилась рваная цепь остроконечных гор. Над одной из вершин клубилась чёрная шапка вулканического дыма и пепла. Крохотные озерки, словно горох, рассыпаны были по пустынной равнине, редкие островки чахлой бледно-зелёной растительности являли собой жалкое зрелище. Природа явно обошла этот мир фантазией, поскупилась на краски и цвета, лишила жизнь богатства форм и разнообразия проявлений.

– М-да, – протянул Герцог, – пейзаж, надо признаться, не вселяет оптимизма. Остаётся надеяться, что мы здесь долго не задержимся.

– Вижу Мрак! – крикнул Флойд.

Острое зрение не обмануло ирландца. Далеко на западе, там, где скалы образовывали наиболее плотную группу, зловещим чёрным пятном растёкся по земле ненавистный Мрак.

– Что будем делать, командир?

– Заходи на посадку, Марк, – устало отозвался капитан. – Скоро наступит ночь. Преследовать Мрак в темноте всё равно что гоняться за чёрной кошкой в тёмной комнате, да ещё с закрытыми глазами. Подождём до утра. Никуда он от нас не денется.

Марк повёл машину вниз. Десять минут спустя шасси мягко коснулись земли. Космолёт замер.

Пока производили анализы почвы и атмосферы, сгустились сумерки. На планету надвигалась ночь – тёмная, плотная, зловещая, чужая.

– Словно Мрак окутывает землю, – поёжился Флойд.

– Ты не мог бы выбирать другие сравнения? – огрызнулся Джералд.

Бортовой компьютер выдал наконец информацию о планете. Сила тяжести у поверхности в полтора раза превышала земную; сутки на планете равнялись восемнадцати часам. Состав атмосферы, лишённой каких-либо вредных и ядовитых веществ, позволял обходиться без защитных скафандров – содержание кислорода было достаточно велико, чтобы сделать её пригодной для дыхания. Обнаруженные микроорганизмы не представляли опасности для жизни и здоровья людей. Температура на поверхности равнялась десяти градусам выше нуля по шкале Цельсия.

– Всё не так уж и плохо, – заметил Стюарт, ознакомившись с данными компьютера. – Высадку отложим до утра. Предлагаю всем как следует выспаться, завтра нам предстоит нелёгкий денёк.

Но экипаж не спешил расходиться. Охотниками овладело возбуждение, смутные предчувствия и тревога не располагали ко сну. Грядущий день сулил им неведомое, безошибочная интуиция подсказывала, что преследование Мрака вступило в новую фазу.

– Погоди, Крис, – сказал Джералд, – давай потолкуем. Нам есть о чём поразмыслить. Мрак ведёт себя весьма странно. Какого дьявола его принесло на эту планету?

– Будь я проклят, если хоть что-нибудь понимаю! – воскликнул Флойд. – Во всех его действиях нет ни капли логики.

Крис Стюарт обвёл Охотников медленным взглядом.

– Хорошо, подведём итог, – сказал он. – Прошло уже более двух месяцев со дня нашего старта с Земли, и теперь мы можем сделать кое-какие выводы. Первое. Мы до сих пор не знаем, что представляет собой Мрак и какую преследует цель. Второе. Наше неведение рождает бессилие. Когда мы узнаем о Мраке всё – а это время настанет, клянусь Богом, мы обретём оружием, способное поразить эту заразу. Именно потому мы и будем преследовать Мрак, чтобы найти способ уничтожить его. Третье. Мрак не всесилен, иначе бы он расправился с нами ещё там, на Огненной Земле, или позже, в открытом Космосе. Очевидно, Батальон представляет для него реальную угрозу. В чём эта угроза выражается, мы тоже пока не знаем, но одно могу сказать со всей определённостью: только не в огневой мощи наших кораблей. Далее, о логике, которая якобы отсутствует в действиях Мрака. Нет, Флойд, логика наверняка есть, только она скрыта от наших взоров. Мрак неспроста уводил нас от Земли, неспроста стремился к этой планете. Шестое чувство подсказывает мне, что он завлекает нас в западню. Что ж, нам остаётся только принять брошенный им вызов, иначе мы останемся слепцами до конца дней своих. И последнее соображение. Мраку не нужна наша смерть, мы ему нужны живыми. Зачем? Пока мы этого не знаем. Возможно, здесь, на этой планете, где Мрак, похоже, решил бросить якорь, многое прояснится для нас. Сейчас мы всего лишь пешки в его игре, но не забывайте – и пешка может стать ферзём. Подведём общую черту. Как ни малоутешительны все эти соображения, одно вселяет в меня надежду. Мраку приходится считаться с нами. Мы не новички в космической разведке. Будем же уповать на судьбу, чьими «избранниками» мы стали много лет назад, – ручаюсь, она не подведёт нас и в этот раз.

– Судьба благоволит лишь к тем, кто умеет за себя постоять, – заметил Герцог.

– Мы сумеем постоять за себя, – твёрдо сказал капитан. – Даю слово Криса Стюарта. Мрак ещё пожалеет, что связался с нами!

– Иначе и быть не может, – отозвался Джералд Волк.

Стюарт поднялся о кресла.

– А теперь спать. Это приказ. Нам нужны свежие силы и ясные головы.

К утру заметно похолодало. Столбик термометра опустился до плюс трёх. Туман, окутавший равнину, стал гуще, плотнее.

– При такой видимости мы рискуем сломать себе шею, – покачал головой Флойд.

– Подождём, – решил Крис Стюарт.

К десяти часам зарядил дождь и в течение получаса лил как из ведра. Заметно потеплело. Дождь прекратился так же внезапно, как и начался. Налетевший следом ветер частично разметал густые облака, обнажив кое-где неприветливое белесое небо. Сонное красное солнце роняло порой скупой луч на безжизненный и чуждый людям ландшафт, пробиваясь сквозь многомильные облачные массы – но слишком кратки, слишком нерешительны и ленивы были эти попытки согреть землю.

К полудню температура подскочила до двадцати пяти. Ветер стих, предварительно высушив равнину и разогнав остатки утреннего тумана. Путь для высадки был открыт.

Бросили жребий. Произвести первую разведку выпало на долю Коротышки Марка и Флойда О’Дарра. В их распоряжение был выделен небольшой двухместный вездеход.

– Не ввязывайтесь ни в какие сомнительные предприятия, – напутствовал разведчиков капитан Стюарт. – Ваша задача – произвести разведку, и ничего более. Я надеюсь на вас, ребята.

Вездеход был оснащён всем необходимым для недельного путешествия по незнакомой планете: запасом продовольствия, лазерным оружием, походными аптечками, защитными скафандрами, тёплой одеждой и мощной радиостанцией для связи с космолётом. Кроме того, каждый разведчик имел индивидуальную рацию.

Марк и Флойд заняли места в тесной кабине, и вездеход плавно опустился на грунт. Взревел двигатель, неуклюжая машина тронулась в путь. До скалистой гряды, где вчера был замечен Мрак, насчитывалось не более пятнадцати миль по каменистой равнине, испещрённой глубокими трещинами и участками застывшей вулканической лавы. Планета вовсе не была безжизненной пустыней, как это могло показаться на первый взгляд, но жизнь её в основном таилась не на поверхности, а внутри, в недрах земли, прорываясь порой вовне в виде мощных фонтанов кипящей воды или струй едкого жёлтого дыма. Там, в глубине, творилась какая-то адская работа, частые толчки, сопровождаемые глухим подземным гулом, ощущались даже сквозь толстый стальной корпус вездехода. Впрочем, жизнь планеты не исчерпывалась только вулканической деятельностью – то тут, то там изредка попадались островки скудной бледной травы, похожей скорее на плесень на каменистом лике планеты, чем на полноправную и жизнелюбивую представительницу инопланетной флоры.

Но прошло уже полчаса, космолёт давно уже скрылся за острыми изгибами серо-бурых скал, и разведчики столкнулись не только с более высокоорганизованной флорой, но и с представителями местной фауны.

Редкие группы чахлых низкорослых деревьев с жёлтыми листьями выплыли слева от вездехода, когда тот перевалил через небольшой песчаный холм. На опушке этого убогого леса паслось несколько лохматых животных, отдалённо напоминающих земных бурых медведей. Они имели свирепый, устрашающий вид и передвигались на задних конечностях, но были, по всей видимости, травоядными, поскольку питались исключительно жёсткой листвой с деревьев. Пережёвывая свою нехитрую пищу с поистине коровьей флегматичностью, животные отреагировали на вторжение в их края грозной стальной машины полнейшим равнодушием, словно подобные зрелища были для них не впервой и представляли собой самое обыденное явление.

– Любопытные твари, – пробормотал Флойд. – Здесь наверняка нет хищников, иначе эти безобидные зверушки давно бы бросились наутёк. Им неведом страх перед опасностью.

– Ну, не скажи, – возразил Марк, уверенно ведя вездеход вдоль опушки леса. – Видишь то озеро? Эти безобидные зверушки, как ты их окрестил, обходят его стороной, причём стараются держаться от него как можно дальше. Думаю, это неспроста.

– Озеро? – Флойд завертел головой. – Да, теперь вижу.

Действительно, животные обходили озеро по широкой дуге, если оно вдруг оказывалось на их пути к новым, ещё нетронутым участкам пастбища. Когда вездеход приблизился к озеру, разведчики с удивлением обнаружили, что берега его совершенно лишены растительности: ни чахлая трава, сплошным ковром устилающая окрестности озера, ни одинокие уродливые деревца, ни стелющийся по земле кустарник с толстыми, похожими на когти орла, кривыми колючками – ничто не произрастало в непосредственной близости от воды. И это было тем более странно, что обычно всё живое тянется к воде как к источнику своего существования, без которого жизнь просто невозможна.

Заинтригованные, они покинули вездеход и ступили на голый бесплодный берег. Озеро раскинулось у их ног.

Это была не вода. Густая желеобразная масса тёмно-бурого цвета заполняла весь природный резервуар. Масса вздрагивала, хлюпала, колыхалась, вздымалась редкими беспорядочными волнами, проваливалась, скручивалась в воронки, жалобно стонала. От неё несло отвратительной гнилью и тошнотворным запахом разлагающейся плоти. В воздухе витало какое-то ненасытное слепое желание, жаждущее крови, подавляющее волю, мутившее разум. Флойд невольно схватился за руку Коротышки Марка.

– Эта гадость пострашнее любого хищника, – пробормотал он сквозь спазм в горле. – Пойдём отсюда.

– Погоди.

Отыскав взглядом ближайшее деревце, Марк шагнул к нему, отломал верхушку и вернулся к озеру.

– Отойди подальше, – предостерёг он Флойда. – Эта зараза на всё способна.

Затем сунул один конец обломанного сука в озеро. Вязкая жидкость внезапно дёрнулась, всколыхнулась и судорожно поползла по ветке вверх, к руке человека, обволакивая сук жадной вздрагивающей массой. Марк с отвращением отшвырнул сук на середину озера. Желеобразная масса всхлипнула и тут же поглотила свою добычу.

– Протоплазма, – мрачно произнёс гигант. – Прародительница всего живого. Жрёт любую белковую органику без разбору. Пойдём, Флойд, а то у меня появилось вдруг необоримое желание искупаться в этой луже.

– И… и у меня, – прошептал Флойд, судорожно глотнув. Лицо его побелело от страха. – Оно притягивает нас, Марк…

Марк, набычившись и крепко стиснув зубы, решительно двинулся прочь от жуткого озера. Флойд, с искажённым от ужаса лицом, уцепился за локоть боксёра. Ноги его словно налились свинцом, с великим трудом отрывал он их от земли. Но вот озеро потеряло над ними свою власть, зов протоплазмы перестал терзать их мозг – тиски смерти разжались, упустив свою жертву.

Коротышка Марк вздохнул и в бессилии прислонился спиной к стальному борту вездехода. Флойд едва не повис у него на руке.

– Ещё немного, и оно бы пообедало нами, – содрогнувшись от отвращения, произнёс бывший боксёр. – Брр… Заманчивая перспектива, не правда ли, старина? – Он неожиданно улыбнулся.

Флойд слабо улыбнулся в ответ.

– Да уж куда заманчивей…

Связавшись со «Скитальцем», Флойд сообщил капитану о происшествии у протоплазменного озера.

– Держитесь подальше от этих озёр, – предостерёг их Стюарт. – Судя по виденному нами с воздуха, их здесь до черта и больше. И не забывайте, что главная ваша цель – Мрак.

Вездеход двинулся в путь, держа курс на запад. Именно там, у отрогов скалистой гряды, замечен был смертельный их враг, заставивший их пересечь весь Обозримый Космос и окунуться в неизведанные пространства Космоса Глубокого. Не раз приходилось им огибать озёра с протоплазмой; некоторые из озер поражали воображение Охотников гигантскими скоплениями вязкой тягучей массы, жаждущей белковой плоти, но попадались и совсем крошечные, размером с обычную лужу. Не было только воды на этой угрюмой равнине – прошедший несколько часов назад ливень не оставил никаких следов. Ни ручейка, ни лужи, ни даже капли – земля приняла всю влагу без остатка.

К четырём часам вездеход достиг убежища Мрака.

– Это здесь, – уверенно заявил Флойд. – Я хорошо рассмотрел эти скалы с борта «Скитальца».

– Возможно, только наш приятель явно не расположен к беседе с нами, – отозвался Коротышка Марк, озираясь по сторонам в поисках врага.

– Нужно осмотреть окрестности. Может быть, он прячется где-нибудь среди скал.

– Что ж, давай прогуляемся, – согласился Марк. – Ноги совсем затекли в этой железной колымаге…

Разведчики выбрались из машины и медленно двинулись к скалам. Но не прошли они и дюжины шагов, как мощный подземный толчок едва не сбил их с ног. Земля задрожала, где-то впереди рухнула огромная каменная глыба.

– А вот это мне уже совсем не нравится, – озабоченно произнёс Марк и огляделся. – Как бы нам не найти себе могилу под этими обломками…

– Вот он, – глухо проговорил Флойд, невольно отступая назад. Прямо над ними, там, где острые шипы скал буравили сумеречное небо, подобно чёрной гигантской шапке вырастал Мрак. Медленно обволакивал он скалы, выкатываясь из-за гряды, медленно стекал по отвесным склонам, неотвратимо надвигаясь на людей. Он двигался бесшумно, мягко, по-кошачьи, словно завораживая Охотников плавностью своих движений и изяществом принимаемых форм.

– Назад! – крикнул Марк и потащил Флойда к вездеходу. Новый подземный толчок поверг их на землю. Падая, Флойд ударился головой о выступ скалы. Кровь заструилась из рассечённой брови, заливая лицо и комбинезон. На какое-то мгновение сознание его помутилось, но уже в следующий момент мозг заработал с прежней ясностью.

– Вставай!! – Марк рывком поднял его на непослушные ноги и поволок вниз по склону.

Земля ходила ходуном, высоко в небо выплескивались огненные струи раскалённой лавы, обдавая людей жаром разверзшейся преисподней, широкие трещины зловещей паутиной расползались по равнине, в любой миг готовые поглотить две человеческие фигурки, отчаянно боровшиеся за свою жизнь, – расползались, смыкались, и снова расползались, но уже в другом месте, с иным рисунком паутины.

Флойд отупел от боли и ужаса, инстинктивно продолжая двигаться вперёд. Марк поддерживал его, крепко ухватив за пояс.

Крик отчаяния и ярости вывел Флойда из состояния полузабытья. Марк остановился, лицо его стало пепельно-серым. Прямо перед ними творилось нечто ужасное. Накренившись набок, вездеход медленно проваливался сквозь землю. Рваные края широкой трещины судорожно расползались, затягивая стальную машину в недра взбесившейся планеты. Ещё миг – и он канет в бездонную пропасть, но внезапно трещина словно одумалась: края её начали медленно сходиться. Сквозь грохот и вой обезумевшей стихии до людей донёсся скрежет сплющиваемого металла. Вездеход, стиснутый каменными тисками и наполовину погружённый в земную твердь, отчаянно сопротивлялся неудержимому натиску планеты. Сталь и камень вступили в смертельную схватку, но силы их были изначально неравны: трещина сомкнулась, превратив бронированную машину в груду покорёженного металла.

– Скорее, Флойд! – крикнул Марк. – Нам нужно выбираться из этого ада!..

Он шагнул вперёд, на мгновение выпустив ирландца из крепких рук – и этого мгновения оказалось достаточно, чтобы между ними разверзлась новая трещина. Флойд отпрянул назад, споткнулся и упал на спину. Над головой его, всего лишь в дюйме от лица, просвистел обломок скалы и унёсся в бездну. Флойд видел, как по ту сторону трещины Марк ищет его глазами. Вокруг гиганта рушился мир, но он твёрдо стоял на ногах, посылая проклятия небесам и дьявольской планете.

– Фло-ойд!!. – орал он, перекрывая рёв разбушевавшейся стихии.

Флойд с трудом поднялся на ноги.

– Я здесь… – хотел крикнуть он, но из груди его вырвался лишь хриплый шёпот.

Острая боль пронзила плечо, неведомая сила швырнула его на самый край расползающейся бездны. Сознание медленно покидало его мозг, мягкая тьма обволакивала всё его существо, глаза застилал красный туман.

– Марк, я здесь… – беззвучно прошептали его губы.

Коротышка Марк больше не сыпал проклятиями. Страшная гримаса исказила его лицо, а глаза – глаза были устремлены вверх. Зловещая чёрная тень нависла над равниной. Собрав последние силы, Флойд перевернулся на спину – и закричал. Дико, протяжно, словно взбесившийся зверь…

Гигантский спрут медленно протягивал к нему чёрные смертоносные щупальца.

Крик захлебнулся на полувздохе. Мрак опустился на землю. Небытие надвинулось на Флойда О’Дарра, разум его померк…

– С ними что-то случилось, – нахмурился Крис Стюарт. – Они не выходят на связь вот уже три часа. Боюсь, этот катаклизм застал их врасплох.

– Там творится нечто невообразимое, – мрачно произнёс Джералд. – Планета словно сошла с ума.

– Их надо искать, – решительно заявил Герцог.

– Искать! – Стюарт резко поднялся. – И немедленно! Филипп! Волк! Готовьтесь к старту.

Через пять минут «Скиталец» уже мчался над коварной равниной. Они летели у самой земли, пристально всматриваясь в безжизненный ландшафт.

– Темнеет, – тревожно заметил Джералд. – Скоро наступит ночь, и тогда наши поиски потеряют смысл.

Стюарт бросил на него яростный взгляд, но промолчал.

Когда они достигли места катастрофы, сумерки уже опустились на землю. Равнина обрела прежнюю безмятежность, и лишь дымящиеся островки затвердевшей лавы напоминали о недавно разыгравшейся здесь трагедии. Но следов людей нигде не было видно. Исчез и Мрак.

– Проклятье! – процедил сквозь зубы Крис Стюарт. – Они исчезли.

Ночь наступила внезапно.

– Возвращаемся, – приказал капитан.

– Возвращаемся? – недоумённо вскинул брови Герцог. – Но как же…

– Да, возвращаемся! – резко перебил его капитан. – Корабль должен вернуться на исходную позицию. Если Флойд и Марк живы, они будут искать над на прежнем месте.

Спустя несколько минут «Скиталец» совершил посадку.

– Включи радиомаяк, Джералд, – распорядился Стюарт. – Возможно, они сумеют выйти к «Скитальцу» по пеленгу. Мы же отправимся на поиски своим ходом.

– Прямо сейчас? Не дожидаясь утра? – спросил Джералд.

– Прямо сейчас. Может быть, они нуждаются в экстренной помощи. Если к утру мы не найдём их, вернёмся к кораблю и продолжим поиски с воздуха. Выходим немедленно. Втроём.

Глава одиннадцатая. Флойд

Отупение и боль… страшная боль, разламывающая затылок… чёрный туман перед глазами… ничего, кроме тумана… туман и боль… боль и туман… ртуть во всем теле… тонны ртути… тело растекается по острым камням… боль пульсирует в мозгу… сознание мутится… полная отрешённость… отрешённость, боль и туман… туман обволакивает весь мир… всю Вселенную… И тени… тени… тени…

Тени вырастают словно из-под земли, колышутся, вибрируют, принимают фантастические очертания, расплываются, сливаются, растут, тянутся вверх, утопают во всепоглощающем чёрном тумане… Одна… две… три… смутные контуры человеческих фигур… знакомые… до ужаса знакомые…

Тени… четыре тени… четыре человеческие фигуры… Они обретают стабильность, надвигаются, идут, приближаются всё ближе… ближе… ближе… Смрадный запах гниющего мяса…

Тумана больше нет – туман исчез, растворился… С туманом уходит боль… но не уходит отупение, мозг во власти паралича… отрешённость и мрак… Мрак!..

Остриё раскалённого кинжала пронзает мозг, миллионами огненных шипов буравит тело… И снова тьма… тьма и небытие…

Губы с жадностью ловили живительную влагу. С водой в тело возвращалась жизнь, а с жизнью – способность мыслить. Вода изливалась откуда-то сверху, неся с собой привкус гари и вулканического пепла.

Он пошевелил рукой. Резкая боль пронзила всё тело, в голове застучали тысячи железных молотков. Флойд застонал.

Веки были тяжёлыми, непослушными, словно налитыми свинцом. Преодолев непомерную тяжесть, он приоткрыл их. И вдруг отчётливая мысль молнией сверкнула в его сознании: он всё ещё жив! Сверкнула – и тотчас же погасла. Он снова потерял сознание.

Кто-то настойчиво тряс его за плечо.

– Флойд О’Дарр! – услышал он резкий голос у самого своего лица. – Ты слышишь меня?

Голос бесцеремонно вонзался в его мозг, требуя немедленного ответа. И снова тошнотворный запах разлагающейся плоти…

Флойд открыл глаза. Прямо над ним висели серые, набухшие влагой облака. Его трясло от холода, мокрый комбинезон неприятно облегал тело.

Над ним склонилась голова Криса Стюарта. Флойд сделал слабую попытку улыбнуться.

– Крис… – чуть слышно прошептал он; судорога боли исказила его лицо. – Ты нашёл нас…

– Нашёл, – сухо отозвался Стюарт. – Ты можешь идти?

– Я постараюсь…

Он попытался сесть, застонал и в бессилии упал на камни.

– Нет…

– Ты должен встать, – потребовал Стюарт.

Флойд сделал нечеловеческое усилие и, превозмогая боль, сел. Правая рука бездействовала, плечевой сустав неимоверно распух, рана над бровью кровоточила, голова раскалывалась от боли, перед глазами всё плыло и разбегалось разноцветными кругами.

– Пить, – шепнул он.

– Воды нет, – отрезал Стюарт. – Вставай! Нам нужно срочно возвращаться на корабль.

– Да-да, я сейчас… я постараюсь…

Мутным взглядом Флойд обвёл безжизненную равнину. Кругом одни камни, сгустки застывшей лавы, лужи с протоплазмой. Так вот откуда этот смрад… Смутные воспоминания нестройной чередой стали всплывать в его сознании. Вездеход… скалистая гряда… Мрак… вздыбившаяся земля… Коротышка Марк…

– А где Марк? – внезапно спросил он, с тревогой озираясь.

– Я здесь.

Словно изваяние, Марк неподвижно сидел спиной к нему на гладком валуне.

– С тобой всё в порядке, Марк?

– Со мной всё в порядке, Флойд О'Дарр, – бесстрастно ответил великан и поднялся – Ты идёшь или нет?

– Иду…

Тут он заметил и остальных Охотников за Мраком. Герцог и Джералд Волк стояли в двадцати шагах от него и ждали. Они ждали его. Ждали, что он поднимется и сможет двинуться в путь.

Шатаясь, он встал на ноги. Нет, он не сможет ступить ни шагу. Левой, здоровой рукой пошарил по карманам. Рация исчезла, пистолета тоже не было, зато походная аптечка оказалась на месте. Вот что ему может помочь!

Он достал шприц и, морщась от боли, впрыснул себе изрядную дозу антибиотика и обезболивающего стимулятора. Наркотик тут же возымел действие: боль отступила, сознание прояснилось, сердце заколотилось с удвоенной силой, разгоняя застывшую кровь по ноющим жилам. Силы вновь вернулись к нему. Надолго ли?

– Я готов, – окрепшим голосом произнёс он. Четверо Охотников не сговариваясь тронулись в путь. Флойд поплёлся за ними. Он не разбирал дороги, всецело положившись на своих товарищей. Они шли впереди, изредка оглядываясь и торопя его резкими окриками.

Что-то в их отношении к нему изменилось, тень отчуждения легла между ними. Может быть, они считали меня виновным в гибели вездехода, думал Флойд, борясь с дрожью в непослушных ногах и превозмогая тошноту от лошадиной дозы стимулятора. Или они злятся на меня за то, что я невольно стал причиной их задержки? Вопросы вертелись у него на языке, но он остерегался задавать их, боясь вызвать у Охотников ещё большее раздражение.

Через час ему потребовалась новая порция стимулятора, так как боль вернулась и силы снова стали покидать его измождённое тело. Пока он возился с аптечкой, четверо Охотников ждали, бросая на него нетерпеливые взгляды.

Теперь они шли вдоль опушки леса, но Флойд не мог сказать, был ли это тот лес, что они видели с Марком, или другой. Дважды они проходили мимо групп пасущихся травоядных медведей. На этот раз животные в страхе разбегались при их появлении.

День клонился к вечеру. Заметно похолодало, и хотя комбинезон Флойда к тому времени успел высохнуть, холод стал пробирать его до самых костей. Ещё несколько раз он вынужден был воспользоваться своей аптечкой, понимая, что если так будет продолжаться и дальше, то к прибытию на корабль он превратится в заядлого наркомана. Но его измученный организм не мог обходиться без стимулятора, особенно теперь, когда собственных сил у него уже не осталось.

Они шли медленно, огибая озера с вонючей протоплазмой, пересекая трещины и разломы в грунте, петляя среди скал, карабкаясь через огромные потоки затвердевшей лавы. Но главной причиной задержки в пути был Флойд – несмотря на стимуляторы, силы его были на последнем пределе. Ко всему прочему его страшно мучили жажда и голод.

Ночь по обыкновению опустилась внезапно.

– Остановимся здесь, – сказал Крис Стюарт. – Утром пойдём дальше. Я отправляюсь на охоту. Может, удастся подстрелить одну из этих безмозглых тварей.

На всех пятерых был всего один лазерный пистолет, и этот пистолет всё время находился у Стюарта. Уходя на охоту, он взял его с собой.

Как только весть о привале коснулась ушей Флойда, ноги его подкосились, и он в бессилии упал на жёсткую траву. Они остановились в виду чахлого леска, в котором, по всей видимости, и находили себе убежище на ночь травоядные медведеподобные существа.

Аптечка была пуста. Последнюю порцию лекарства он израсходовал за два часа до темноты, и теперь всё тело его ломило и трясло, словно с похмелья. Но той боли, что мучила его в начале этого кошмарного перехода, уже не было. Впрочем, физические страдания отошли сейчас на второй план – в мозгу гвоздём сидела неотвязная мысль, внезапно вспыхнувшая и не дававшая теперь покоя.

Обрывки воспоминаний сплелись в единую нить. Он вспомнил всё, начиная от их совместного с Марком обследования протоплазменного озера, едва не затянувшего их в своё ненасытное нутро, и кончая потерей сознания, там, у скалистой гряды, когда, начался этот ад… Словно наяву, видел он опустившийся на него Мрак, всем существом своим ощутил холодные щупальца чёрного спрута. Облако Мрака накрыло его, он в этом нисколько не сомневался – так почему же тогда он остался жив? Почему не лишился рассудка, как те несчастные на мексиканском транспорте? Почему Мрак пощадил его? Да и пощадил ли? Умеет ли вообще Мрак щадить?..

Появление Криса Стюарта прервало поток его мыслей. Капитан волок за собой огромную лохматую тушу. Бросив добычу к ногам Охотников, он достал нож и ловко вспорол брюхо убитому животному. Было слишком темно, чтобы Флойд мог что-нибудь разглядеть, да и глаза его застилала болезненная пелена, но по звукам, исходившим от туши, он понял: Охотники с жадностью набросились на добычу и теперь пожирали мясо прямо сырым. Его передёрнуло и замутило, он не решался приблизиться к кровавому пиршеству.

– Флойд О’Дарр, ты ждёшь особого приглашения? – донёсся до него из темноты голос Криса Стюарта.

– Но, Крис… Неужели у нас нет огня?

– У нас нет огня, – резко отозвался капитан. – Ешь, если хочешь выжить. Иначе ты не протянешь и до утра. Бери, ну!

Перед Флойдом из пустоты возник окровавленный кусок мяса, нанизанный на нож. Флойд заколебался.

– Бери! – настойчиво требовал Крис Стюарт.

В конце концов, Крис прав, решил Флойд, если он сейчас не поест, то утром наверняка не сможет идти – если вообще доживёт до рассвета. Выбора не было.

Дрожащей рукой он снял кусок с ножа.

– Так-то оно лучше, – резюмировал Стюарт. – Ты нам нужен живым, Флойд О'Дарр. Запомни это.

Флойд осторожно коснулся мяса губами. И тут голод сыграл с ним странную шутку. Он и сам не заметил, как вцепился зубами в окровавленный кусок, как челюсти его судорожно заработали, а пустой желудок глухо заурчал, едва только языка коснулась на удивление нежная мякоть мяса. Древний инстинкт первобытных предков и бессознательная страсть к жизни взяли верх над тысячелетними предрассудками многих цивилизаций.

Он с жадностью проглотил свою порцию, чувствуя, как силы вливаются в его истерзанное тело. Перед глазами его замаячил следующий кусок.

– Бери ещё!

Больше Флойд не раздумывал. Насытившись, он ощутил сказочное блаженство, впервые с сегодняшнего утра. Но теперь ему нестерпимо хотелось пить.

Казалось, Крис Стюарт читал его мысли.

– Придвинься поближе, Флойд О’Дарр. Свежая кровь прекрасно утолит твою жажду. Пей!

Рассудок снова попытался взбунтоваться, но неумолимый инстинкт пресёк эту попытку на корню. Будь что будет, решил Флойд, главное теперь – выжить и добраться до «Скитальца».

Он склонился над располосованной тушей и принялся пить густую, тёплую ещё жидкость прямо из полости, образованной внутренними органами животного.

Теперь он был окончательно сыт. А вместе с сытостью пришло и живительное тепло. Согревшись, он не заметил, как глубокий сон сморил его.

Проснулся он, когда совсем уже рассвело. Четверо Охотников молча ждали его, плотной группой стоя поодаль. На траве, в нескольких шагах от Флойда, валялась шкура медведеподобного существа.

«Да они сожрали всё, даже кости!» – вытаращил глаза он.

Крис Стюарт шагнул к нему.

– Вставай. Нам предстоит долгий путь.

– Долгий путь? Неужели мы с Марком так далеко забрались?

– Путь по прямой к кораблю невозможен. Широкая трещина пересекла всю равнину. Придётся сделать большой крюк, чтобы обогнуть её. Вставай!

Флойд поднялся. Сегодня он чувствовал себя значительно лучше. Правда, правая рука всё также висела плетью, тупо ныло распухшее плечо.

Опять этот смрадный запах протоплазмы. Флойда замутило… Может быть, стоит поговорить с Крисом? Мысль о чудесном воскрешении – а иначе, как воскрешением, он назвать своё спасение не мог – не давала покоя, требовала выхода, объяснения, чьих-нибудь внимательных ушей, и лучшего слушателя, чем капитан Стюарт, Флойд себе не представлял.

Кроме того, Крис был их командиром.

– Идём, Флойд О’Дарр.

– Погоди, Крис, – остановил капитала Флойд, – я хочу тебе кое-что сообщить. Ты, похоже, не знаешь, что со мной произошло…

– Марк сообщил мне всё, – сухо ответил Стюарт.

– Боюсь, он сам не знает всего, – возразил Флойд. – Дело в том, что Мрак…

Он осёкся. Лицо Криса Стюарта исказила страшная гримаса.

– Следуй за нами, Флойд О’Дарр, – жёстко приказал он и круто повернулся.

Флойд был поражён поведением капитана. Да и не одного только капитана: за весь минувший день ни Герцог, ни Коротышка Марк, ни даже Джералд Волк, имевший обыкновение подтрунивать над своим рыжеволосым другом едва ли не каждую минуту, не обмолвились с ним ни единым словом. Впервые за истекшие сутки Флойд почувствовал беспокойство и тревогу. Что-то произошло. Но что?..

Времени на раздумья не было. Охотники ушли уже далеко вперёд, и Флойду пришлось нагонять их.

Они шли весь день. Несколько раз вдали показывались группы медведеподобных существ, невозмутимо поедавших жёсткую листву и колючий кустарник. Но лишь только Охотники приближались к ним, как те пускались наутёк, неуклюже переваливаясь с бока на бок. Крис Стюарт больше не охотился.

Успеют ли они засветло добраться до космолёта? Флойд чувствовал, что силы снова покидают его. Ещё одну холодную ночь под открытым небом, без огня и нормальной человеческой пищи, он не вынесет. Его снова мучили голод и жажда.

Группы травоядных стали попадаться чаще. Пастбища в этих местах были богаче, трава сочнее, участки леса гуще. Но Охотники ни разу не углубились в лес, продолжая идти по открытой местности.

Одно из животных приблизилось к людям слишком близко и, казалось, с любопытством разглядывает их. Время для охоты ещё не пришло, и Крис Стюарт оставил его без внимания. Полоса чахлых лесов кончилась, участки травянистой растительности попадались всё реже и реже, и вскоре ботинки Охотников вновь застучали по каменистому грунту. Но, странное дело, то любопытное животное продолжало следовать за ними, словно привлечённое необычным видом неведомых пришельцев. Держалось оно на безопасном расстоянии и всё время оставалось вне досягаемости лазерного оружия.

В тот день они до корабля так и не добрались. Близилась ночь. Расположились на ночлег, Крис Стюарт снова ушёл на охоту. Через час он вернулся ни с чем.

– Эта тварь, что шла за нами весь день, как сквозь землю провалилась, – мрачно заявил он. – А других я здесь не обнаружил. Придётся лечь на пустой желудок.

Такая перспектива Флойда явно не устраивала, но он был бессилен против неумолимых обстоятельств. Заметно похолодало. Устроившись на застывшем лавовом сгустке, он попытался уснуть, но сон не шёл к нему. Да и какой может быть сон, когда холод, голод, жажда и неизвестность словно сговорились угробить его в грядущую ночь!

Он зверски устал за этот день. Рана над бровью воспалилась, плечо распухло ещё больше. Ноги онемели от многочасовой ходьбы и казались чужими. Он лежал без сна уже несколько часов, перебирая в уме события двух минувших суток.

Столько всего произошло за эти два дня! Сколько вопросов, требовавших немедленных ответов, успело накопиться… Но одно сейчас удручало его более всего, удручало и тревожило – странное поведение его товарищей: их ледяное отношение к нему, холод, сквозивший в каждом слове Криса Стюарта, полное равнодушие Герцога, Марка, и Джералда. А ненависть, вспыхнувшая в глазах капитана, когда он заикнулся о Мраке? Мрак… Даже эта загадка сейчас не терзала его так, как внезапное изменение в поведении четверых Охотников.

Неужели эта дьявольская планета виной всему?!

Какое-то смутное движение привлекло его внимание. Он прислушался. Шорохи, чьи-то шаги… Сквозь ночной сумрак он различил движущиеся тени. Пахнуло вонью протоплазмы. Кто-то осторожно приближался к нему. Весь напрягшись, Флойд инстинктивно зажмурил глаза и притворился спящим. Запах гниющей плоти ударил в ноздри с неудержимой силой – и стал ослабевать. Смрадный ветерок прошёлся по его лицу. Он слегка приоткрыл глаза. Огромная тень удалялась прочь. Знакомые очертания медленно таяли во тьме.

Коротышка Марк.

Теперь Флойд совершенно отчётливо уловил его шаги. Шаги затихали. Ещё три силуэта бесшумно метнулись в темноту – и растаяли, словно призраки.

Они бросили его одного и уходят тайком под покровом ночи! Флойд задрожал от переполнявших его чувств. Что всё это значит?! Куда они направляются? Почему уходят тайком, предварительно убедившись, что он спит?

Незримой тенью скользнул он за ними. Глаза его уже достаточно освоились с темнотой, чтобы видеть крадущиеся впереди четыре фигуры. Флойд припадал к земле, прячась за валунами и лавовыми сгустками. Более всего сейчас он боялся быть обнаруженным, хотя и не отдавал себе отчёта, почему. Разум отказывался воспринимать происходящее.

Четыре фигуры быстро удалялись. Вот они обогнули небольшую скалу и скрылись с глаз. Флойд не пошёл следом, решив взобраться на скалу и проследить за ними с вершины. Если же путь их лежит дальше, он успеет спуститься и нагнать их.

С трудом вскарабкавшись на скользкий камень, он приник к вершине и затаился. Прямо перед ним, у подножия скалы, раскинулся небольшой природный резервуар, до краёв заполненный отвратительной протоплазменной жижей. Протоплазма глухо ворчала и всхлипывала, готовая принять любую белковую пищу. Флойд не сразу различил четыре фигуры, но вот он увидел то, что заставило похолодеть его сердце.

Четыре Охотника лежали на берегу озера, у самого края, и, склонившись над ним, жадно поглощали протоплазму.

Крик ужаса готов был вырваться из его груди, но…

Что-то тяжёлое навалилось на него сзади, лохматая лапа крепко зажала ему рот.

Глава двенадцатая. В каменном мешке

Медведь!..

В двух дюймах от своего лица Флойд отчётливо различил свирепую морду медведеподобного существа.

– Тихо, приятель, – внезапно произнесло существо до ужаса знакомым голосом.

– Марк! – воскликнул Флойд, но лохматая лапа, зажимавшая его рот, приглушила возглас.

– Да, это я, – чуть слышно отозвался «медведь».

– Но… – Флойд таращил глаза в темноту, мысли его путались. – Но как же так, Марк? Ты же там… внизу…

– Если ты будешь так орать, я сверну тебе шею, – с угрозой прошипел Коротышка Марк. – Молчи и слушай меня внимательно, Флойд, времени у нас в обрез.

«Медведь» освободил Флойда от своих объятий, и тот судорожно вздохнул.

– Мы попали в скверную историю, приятель, – скороговоркой шептал Марк. – Там, – он кивнул в сторону протоплазменного озера, – не люди. Вряд ли их вообще можно назвать живыми существами.

– Кто же они? – недоумённо спросил Флойд. Глаза его округлились от страха перед неизвестностью.

– Не знаю, – признался Марк. – Пока не знаю. Но одно могу сказать совершенно точно: нам нужно убираться отсюда, пока эти, – косматая голова снова кивнула вниз, – не вернулись. Здесь неподалёку есть небольшой грот, где мы сможем укрыться. Впрочем, я не уверен, что от них можно спастись столь примитивным способом, но иного выхода у нас нет. Идём, Флойд, дорога каждая минута. Потолкуем потом.

Флойд не заставил себя уговаривать. Осторожно спустившись со скалистого склона, он последовал за Марком. А тот бесшумной тенью скользил в ночной тьме, указывая путь к спасению. Перед ними выросла группа невысоких остроконечных скал.

– Это здесь, – шепнул Марк. – Не отставай.

Тёмные зловещие силуэты скал вздымались в хмурое облачное небо, теснились, жались друг к другу. Неподвижные клочья бледного тумана висели над холодными, покрытыми инеем, камнями. Из-под земли доносился глухой непрекращающийся гул. Марк вскарабкался на одну из скал и помог подняться Флойду.

– Грот прямо под нами, – донёсся до Флойда приглушённый голос Марка. – В случае опасности мы успеем скрыться в нём. А пока понаблюдаем за твоими приятелями.

Холодный пот прошиб Флойда, когда он вспомнил об этих странных существах, принявших облик Охотников за Мраком. Кто они? Посланники ада? А ведь он провёл с ними бок о бок почти двое суток!

– Идут, – шепнул Марк. Флойд услышал его прерывистое дыхание.

До протоплазменного озера было не более пяти минут ходьбы. Место ночной стоянки так называемых «Охотников» располагалось как раз на полпути между озером и группой скал, где нашли себе убежище Коротышка Марк и Флойд О'Дарр. Сквозь ночной сумрак оба друга с трудом различили четыре движущиеся фигуры.

– Ага, они ищут тебя! – со злорадством произнёс бывший боксёр. Он всё ещё оставался в медвежьей шкуре.

Какое-то время чёрные силуэты лже-Охотников рыскали по равнине, ведя безуспешные поиски пропавшего ирландца. Не добившись успеха, они собрались вместе и замерли.

– Совещаются, – догадался Марк. – Проклятье!.. – Голос его задрожал. – Смотри, Флойд!..

Марк ошибся: «Охотники» не совещались. Они стояли неподвижно, тесно прижавшись друг к другу, и ждали. Внезапно контуры их заколебались, подёрнулись рябью, потеряли чёткость и конкретность – словно набежавший ветерок всколыхнул спокойную водную гладь. Но ни ветра, ни водной глади не было. Призрачное видение расплывалось, размывалось в холодном ночном воздухе, принимало какое-то фантастические формы. «Охотников» больше не было. На их месте колыхалась вздрагивающая масса, медленно оседающая на грунт. Внезапно вверх бесшумной тенью взметнулось чёрное густое облако – и замерло над равниной. Прямо под ним подёргивалась мерзкая протоплазма.

– Мрак! – вырвался из груди Флойда приглушённый крик. Смутное воспоминание родилось в его мозгу. Тени… тени… четыре неясные тени, обретающие человеческий облик…

– Теперь всё встало на свои места – глухо произнёс Марк. – Мрак сбросил маску.

Скала содрогнулась от сильного подземного удара. Над равниной пронёсся шорох осыпающихся камней. Это словно послужило сигналом для чёрного облака: Мрак принялся описывать круги над землей, с каждым новым витком увеличивая их радиус.

– Теперь-то он наверняка обнаружит нас, – скрипнул зубами бывший боксёр. – Идём, Флойд, под землёй, возможно, мы сможем укрыться от этой заразы.

Они скатились по склону вниз и оказались перед небольшим отверстием, чёрной дырой зиявшим у подножия скалы.

– Сюда, – скомандовал Коротышка Марк и нырнул в проход. Флойд последовал за ним.

Странное чувство овладело ими, словно липкие пальцы коснулись мозга. Что-то вторглось в сознание, волны неведомой эманации захлестнули его, рождая в душе беспричинную ненависть и страх.

– Скверное место, – услышал Флойд у самого своего уха приглушённый шёпот Марка. – Уж нет ли здесь протоплазмы…

Тонкий луч карманного фонаря прорезал тьму и выхватил очертания неровных каменных стен. Грот был небольшим и не имел второго выхода. К облегчению Охотников, следов протоплазмы здесь не было и в помине. Однако давление на мозг продолжалось, хотя таинственный источник его обнаружить не удавалось.

– Словно сами стены источают эту мерзость, – поёжился Флойд и схватился за голову. – Это невыносимо…

Тяжёлая мохнатая лапа легла на его плечо.

– Терпение, старик. Клянусь, мы не дадим этой чёртовой планете сломить нас!

Земля под ногами загудела, новый подземный толчок потряс каменные своды.

– Лишь бы стены выдержали, – с тревогой произнёс Марк, следя взглядом за движущимся лучом фонаря. – Не дай Бог, если снова начнётся светопреставление. Хотел бы я знать, догадается ли Мрак заглянуть в сей укромный уголок. Если бы…

– Если, если, – устало, с изрядной долей раздражения отозвался Флойд. – Вся наша жизнь зависит от этих «если».

– Не вешай носа, приятель, – подбодрил его боксёр. – Вот увидишь, мы ещё выкарабкаемся отсюда. Слишком много чести для этой планетки, чтобы стать нашей могилой.

Флойд безнадёжно махнул рукой, но в темноте его жест остался незамеченным.

Мощный удар потряс скалу, гранитные своды пещеры заходили ходуном, сверху посыпались камни и песок. Из-под ног Охотников вырвалась струя едкого горячего дыма. Флойд схватился за горло и закашлялся. Сильная рука сорвала его с места и потащила под прикрытие стен. Стен, готовых рухнуть в любую минуту и погрести двух космических скитальцев под тоннами каменных обломков.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.