Эффект Ховрина
Рашид Алиев

Алексею Ховрину и Марине Сусловой

посвящается

© Рашид Алиев, 2018

ISBN 978-5-4493-4647-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Пролог

Алексей Ховрин никогда не соглашался на авантюры, но деньги всегда имели для него большое значение. Поэтому, когда приятель по имени Сергей Демидов, предложил поучаствовать в одном деле за хорошее вознаграждение, Алексей согласился. Единственная проблема заключалась в том, что Сергей отказался раскрыть подробности предстоящего мероприятия. Но, услышав сумму вознаграждения, Алексея уже не волновала суть дела, в которое он ввязывается. Он, конечно, понимал, что такие фантастические деньги не заплатят за просто так, но он сделает все, что от него требуется.

Хотя сомнения посещали его. А вдруг ему просто не заплатят? Сейчас такое сплошь и рядом…

Но попробовать стоит. Кто не рискует, тот не пьет…

Лишь бы не убили за такие деньги…

Алексей стоял в вестибюле своего офиса и смотрел в окно. По тротуару шли прохожие. От скуки он рассматривал некоторых из них. Особенно девушек… Вот и сейчас он приметил проходящую мимо здания привлекательную особу. Было в ней что-то магическое. Алексей даже не сразу понял, что. Лишь когда девушка села на скамейку, расположенную напротив двери в компанию, где он работал, Алексей четко осознал, что так пленило его.

Ее глаза. Они были цвета морской волны. Голубые, выразительные глазки на миловидном личике высокой брюнетки. Она даже сидела по-царски: с прямой спиной, открыто глядя в глаза Алексею.

Почувствовав на себе ее взгляд, Ховрин смутился.

Что это с ним? Неужели стесняется? Влюбился, что ли?

Он неотрывно смотрел на нее, а она на него. Улыбка озарила ее красивое лицо, и Алексей понял, что пришло время действовать. Либо отвернуться, потому что пристальный взгляд со стороны начинал действовать на нервы. Либо же…

Алексей улыбнулся, представив второй вариант.

Вот он выходит к этой улыбчивой красотке, и между ними завязывается разговор. Он узнает ее имя…

СТОП.

Ховрину безумно захотелось узнать, как зовут эту девушку. Он сделал шаг к двери, чтобы выйти. Понимал, что сейчас – единственный шанс с ней познакомиться. Если он не выйдет, и она уйдет, Алексей будет сожалеть об этом.

Предательское волнение ворвалось в его безмятежную душу. Что-то даже воздуха перестало хватать…

А она все это время глаз не отводит…

Алексей задержался прямо возле двери, уже понимая, что духу на знакомство с ней все меньше и меньше. Он стоял прямо перед дверью, глядя в безумно красивые глаза цвета морской волны. Нужно было всего-то распахнуть дверь и выйти. И все случилось бы само собой.

Но, увы, как назло, именно в этот момент зазвонил сотовый телефон.

– Где тебя черти носят, Ховрин?! – заорал в трубку начальник. – Быстро ко мне в кабинет! Бегом!

Вот и все.

В последний раз оглянувшись на понравившуюся девушку, Алексей поплелся в кабинет начальника. Выслушивая претензии, он все еще думал о девушке, которая, возможно, еще сидит на скамейке.

А, может, ушла.

– Ховрин, ты все понял? – раздраженно произнес шеф.

– Да. Понял.

– Что ты понял?

– Что терпеть ваши необоснованные претензии мне надоело, и я увольняюсь! – с этими словами Алексей вышел из кабинета, хлопнув дверью.

Такое вольное поведение он едва ли мог себе позволить еще вчера, но уже сегодня, после предложения Сергея, не мог оставаться в этой шарашкиной конторке, где не ценят и даже толком не платят.

К тому же… может, эта девушка еще там?..

Но, уже подходя к двери, Алексей увидел пустую скамейку. Ушла.

Он же вышел на улицу, с тоской оглядываясь по сторонам.

Алексей увидел ее удаляющийся силуэт. Она была совсем недалеко, и еще можно было догнать ее.

«Господи, Леха, да что с тобой? Неужели ты готов бежать за незнакомой девушкой? – взбунтовался внутренний голос – Единственное, чего ты добьешься – напугаешь ее».

– Черт бы вас всех подрал! – в сердцах воскликнул Алексей, осознав, что смысла догонять эту красавицу действительно нет. Не факт, что она вообще захочет с ним разговаривать.

«Но она так смотрела…»

Вновь зазвонил телефон. На этот раз Алексей понадобился Сергею.

– Ты готов? – спросил Демидов, даже не здороваясь.

– Что, прямо сейчас?! – изумился Ховрин.

– Ну а когда? – усмехнулись в трубке. – Мы уже здесь. Обернись.

Алексей посмотрел на дорогу и увидел «Лексус» черного цвета, из которого выглядывал Сергей.

– Прыгай, – произнес Демидов.

Ховрина охватили сомнения. Надо ли ему это? На какое дело его толкают? Что вообще происходит?

– Прекрати колебаться! Поехали! – в приказном тоне сказал Сергей, махнув рукой из машины. – Иди сюда! Не на преступление идешь, не бойся!

Алексей вздрогнул. По-дурацки как-то все получается. Но, что поделать, раз уже согласился, отказываться поздно.

«Никогда ничего не поздно» – услужливо подсказал внутренний голос, но Алексей уже пошел к машине, минуя ту самую скамейку, на которой еще пятнадцать минут назад сидела девушка его мечты. Он с тоской оглянулся на эту скамейку и сел в машину.

Сергей сидел впереди, рядом с водителем. А около Алексея оказалась девушка восточной национальности лет 25 – 30-ти. Она с любопытством смотрела на него. Ее темные глаза прекрасно сочетались со смуглой кожей и черными волосами.

– Знакомься, – начал Сергей без предисловий. – Это Томирис, твоя напарница.

– Какая еще напарница? —недоуменно переспросил Алексей. – Мы что, банк грабить едем?

Его последняя фраза вызвала приступ смеха у всех присутствующих. Он один не смеялся, совершенно сбитый с толку.

– А ты юморист, – весело отозвался Сергей. – Умеешь настроение поднять.

– Ничего смешного в этом не вижу, – насупился Алексей. – Может, мне, наконец, кто-нибудь объяснит, за что сейчас платят полмиллиона баксов?

– Прежде всего, за молчание, – отрезал Демидов. – Деньги уже переведены на твой счет, так что отказаться ты не можешь. Сейчас мы приедем на место, там все и узнаешь. А пока охладитесь, ребята, – Сергей выдал Томирис и Алексею небольшие жестяные баночки с чем-то холодным.

– Что это? – спросила Томирис. Голос у нее оказался звучным, приятным. Ей бы на сцене петь, а не участвовать во всяких сомнительных авантюрах.

– Попейте, жарко, – молвил Сергей.

Алексей с опаской повертел банку в руке, но никаких надписей не увидел.

– Не убьет, не бойся, – усмехнулся Сергей и открыл себе точно такую же емкость. Отхлебнул.

После увиденного Алексей расслабился. Тоже открыл баночку и начал жадно пить. В горле пересохло, и нужно было срочно утолить эту нестерпимую жажду.

– Э-э, полегче, – удивился Сергей. – Иначе вырубишься мгновенно.

– Что?.. – растерялся Алексей и вдруг почувствовал, что перед глазами все поплыло. Затем наступила темнота, поглотив все вокруг.

«Отравили, сволочи», – это была последняя мысль, посетившая Алексея.

***

– Прости, – услышал он голос Томирис.

Он открыл глаза и обнаружил себя в маленькой комнатке. Он лежал на кровати, а над ним склонилась новая знакомая.

– Я ничего не понимаю, – простонал Алексей, схватившись за голову. – Что за хрень происходит?

– Сергей просил ничего не говорить до самого начала, – молвила Томирис. Она встала и начала прохаживаться по комнате взад-вперед. – Мне жаль. Надеюсь, для тебя все пройдет не так болезненно, как для меня в свое время.

– Что ты имеешь в виду? – насторожился Ховрин, чувствуя, что дело пахнет жареным. – На что я подписался?

Услышать ответ ему было не суждено. Вошел Сергей и проводил их в другую комнату, чем-то напоминавшую палату. Правда, комната была намного больше предыдущей, с двумя койками и с какими-то аппаратами возле коек похожими на медицинские приспособления. Алексей ничуть в этом не разбирался, поэтому с опаской смотрел на эти постели.

– Ты первый, – сказал Сергей и указал на ближайшую койку.

– Нет, – вдруг заявил Алексей.

Брови Сергея удивленно взлетели.

– Не лягу, пока не объяснишь, что вы собираетесь делать, – он был настроен решительно, и Сергей это понял.

– Вы с Томирис – участники эксперимента, – коротко пояснил он.

– Какого эксперимента? – настаивал Ховрин, даже не сдвинувшись с места. Он был готов уйти.

Сергей улыбнулся и мягко сказал:

– Безопасного. Ложись и расслабься. Все остальное мы сделаем сами. А ты лучше подумай о том, как распорядишься своим гонораром…

Алексей понял, что деваться некуда. Во всяком случае, он участвует не в преступлении, а всего лишь в каком-то эксперименте.

– Только органы не трогай, – буркнул Ховрин и двинулся к койке. Но внезапно его схватили за плечо, резко развернули и схватили за грудки.

– Мне надоело твое недоверие! – сквозь зубы процедил Сергей. – Если я пригласил тебя поучаствовать, я ручаюсь за твою безопасность! Еще раз услышу…

– Пусти, – предостерегающе молвил Алексей.

Сергей выпустил приятеля.

– Если так не уверен во мне, уходи, – едва слышно молвил Сергей, отвернувшись. – Мне не нужен человек, который мне не доверяет. Этот эксперимент чрезвычайно важен для науки, для человечества в целом. Ты представить себе не можешь, как тебе повезло!

– Так хотя бы объясни, в чем суть, – попросил Алексей, уже располагаясь удобнее на кушетке.

– Суть создашь ты, – молвил Сергей.

Больше он не сказал ничего. Началась подготовка к проведению эксперимента. Вошли еще несколько человек. Все они были в белых халатах. На его тело устанавливали какие-то датчики, проверяли пульс. Когда все оказалось в норме, ему одели солнцезащитные очки.

– Это еще зачем? – недоуменно спросил Алексей.

– Что б глаза не прожег, – шутливо отозвалась девушка-лаборант. Она больше всех волновалась за его самочувствие и еще несколько раз проверяла все показатели, прежде чем нацепить ему на глаза очки.

– Сейчас вы мне сделаете операцию? – попытался угадать Ховрин.

– Есть ли в твоей жизни что-то, что ты очень хочешь изменить? – вдруг спросила эта девушка.

Алексей вспомнил ситуацию с незнакомкой, случившуюся накануне, и ответил:

– Конечно, есть.

Это были его последние слова…

***

На Томирис тоже одели очки. В отличие от Ховрина, она прекрасно знала, что ее ждет. Правда, предыдущий опыт был не слишком удачным, но повторить его она все-таки согласилась.

Вздохнув, она приготовилась к началу эксперимента.

Когда-то Томирис самая первая испытала на себе влияние этого изобретения. Правда, в то время вместо очков был ободок, да и прийти в себя после эксперимента было непросто. Она до сих пор содрогалась от мысли, что все может повториться. Ее не ввели тогда в курс дела, как и Алексея сейчас. Знание сути эксперимента изменит саму суть эксперимента. Об этом было известно. Главное, чтобы Алексей не испытал эффект, названный в ее честь – эффект Томирис.

Иначе снова все повторится.

Но, закрывая глаза, Томи надеялась на лучшее.

Ведь мужской мозг отличается от женского.

И она надеялась, что попадет без препятствий в тот мир, который создаст подсознание Алексея Ховрина…

Глава 1

Томирис зажмурилась от яркого света, а потом поняла, что в глаза светит солнце. Она огляделась. Вдохнула полной грудью, и у нее закружилась голова. Воздух был горным, чистым, хотя, судя по всему, Томирис находилась в каком-то солнечном городе. Улица ничем не отличалась от реальной. Те же дома, машины, проезжающие по дороге, люди, куда-то спешащие…

Даже не верится, что все вокруг – ненастоящее.

– Эй, люди! – радостно воскликнула она.

Прохожие начали оглядываться на нее, но вместо недоумения на их лицах сияла приветливая улыбка. Казалось, люди здесь счастливы. Этому не было прямого подтверждения. Просто было такое чувство.

И еще одно, пожалуй, самое важное ощущение Томирис испытала именно здесь, причем сразу, как только сюда попала – чувства умиротворения и покоя. Как ей не хватало этих чувств в реальности! Она всю жизнь стремилась к ним, но обрести их так и не удалось. Лишь здесь они посетили ее, причем без всяких усилий с ее стороны. Будто чистейший воздух был пропитан спокойствием и умиротворением.

Неподалеку от нее стоял Алексей. Он был в той же одежде, но выражение лица, взгляд кардинально отличались. Он сиял от счастья.

– Мы в Раю? – задал он вопрос, взглянув на свою спутницу.

– Что бы это ни было, все это создал ты, – воскликнула Томирис.

Алексей с удивлением огляделся по сторонам.

– Я?! – изумленно молвил он. – Но как?

– Это – мир твоих грез, – пояснила Томирис. Она была осведомлена об эксперименте в разы лучше, чем Алексей. – А я здесь – всего лишь гость. Хоть ты меня и не приглашал, – Томирис хихикнула.

Алексей потрясенно оглядывался по сторонам, все еще не веря своим счастливым глазам.

– Это я создал? Все, что мы видим сейчас – создал я?

Томирис молча кивнула и подошла к нему.

– Ты гений, – призналась она. – Все так реально. До мельчайших подробностей. И это ощущение… счастья… оно царит в воздухе. Как тебе удалось?

– Понятия не имею, – смутился Алексей. – А если снять очки, все исчезнет? – с сожалением спросил он.

Томирис усмехнулась.

– Ты их снять не сможешь. Это будут делать те, кто остался по ту сторону бытия.

– То есть – в реальности? – уточнил Ховрин.

Томирис кивнула.

Она прислушалась к своим ощущениям, еще раз убеждаясь, что здесь положительные эмоции ощущаются острее. У нее было такое чувство, будто она не стоит на тротуаре, а парит в воздухе. Странное ощущение, не соответствующее действительности… Никогда в жизни ей еще так не хотелось жить! Не просто существовать, а жить, наслаждаться жизнью. И что-то ей подсказывало, что в мире Ховрина это возможно. Данный мир создан для этого.

Все здесь ощущалось на подсознательном уровне, и подтверждений искать не хотелось.

Солнце светило ярко, согревало, но не пекло. Будто существовал баланс. Здесь ни холодно, ни жарко. Просто… тепло. Здешнее светило согревало не только тело, но каким-то чудесным образом затрагивало и душу.

Такой гармонии Томирис прежде не знала.

Она с благодарностью смотрела на Алексея и с сожалением думала о том, что в любой момент может вернуться туда, куда возвращаться уже не хотелось…

В этом мире не существовало ни болезней, ни смерти, ни преступлений. Она не знала это наверняка. Лишь что-то подсказывало ей об этом.

Видимо, Алексей чувствовал то же самое.

– Я создал Рай, – самодовольно подытожил он и весело засмеялся. Он был счастлив. Как и Томирис.

Томирис вгляделась в плитки тротуара и не поверила своим глазам. Чтобы проверить свою догадку, она села на корточки и провела тыльной стороной ладони непосредственно по тому месту, где только что стояла.

– Леша, – потрясенно вырвалось у нее.

– Что не так? – тут же отозвался он, но ни капли волнения в его голосе не присутствовало.

– Здесь нет пыли.

Алексей тоже опустился на корточки рядом с Томирис и вгляделся в поверхность тротуара. Прохожие обходили их стороной, и никому из этих людей даже в голову не пришло возмутиться.

В этом мире не существовало ни пыли, ни грязи. Естественно, и болезням неоткуда было взяться. Вечное солнце светило на радость людям, и никто не знал, что такое дождь, снег и все остальные причуды матушки природы.

Томирис взглянула на часы. Половина четвертого.

15.33.33, если точнее.

Томи взглянула на часы еще раз и вдруг до нее дошло.

Часы остановились. Секундная стрелка не двигалась.

– Леша, у тебя есть часы? – поинтересовалась она.

– Только на сотке. А сотка… сейчас гляну, – он порылся в кармане джинс и извлек оттуда свой старенький Самсунг A3. Около минуты он хмуро глядел на экран своего смартфона, а потом сокрушенно заключил:

– У меня телефон даже здесь глючит. Время 15.33.33. Секунды зависли. Все.

Казалось, Ховрин расстроен, но это было лишь первое впечатление. На самом деле Алексей понимал, что время в таком месте, как это, не имеет никакого значения. Даже лучше, что оно остановлено. Оставаться молодым во время пребывания в мире грез не помешает.

Вечная половина четвертого… Что ж, так тому и быть.

– Похоже, мой мир не совершенен, – усмехнулся его создатель. – Интересно знать, какие еще недочеты здесь есть, – задумчиво молвил он.

– Недочеты? – удивилась Томирис. – Ты, правда, думаешь, что в идеальном мире время имеет значение? Ты посмотри, какой день, какая чудесная погода! Не глубокая ночь на дворе, а солнечный день! Посмотри, какие красивые облака! Да ни один художник на свете не смог бы нарисовать такие! А ты – смог!

Алексей поднял голову к небу и посмотрел на неспешно плывущие облака. Они были молочного цвета, прозрачные, и, загораживая солнце, создавали удивительный эффект.

– И правда, красиво, – улыбнулся он.

Все-таки Алексею еще не верилось, что создатель всего вокруг именно он. Быть может, Сергей заранее разработал модель этого мира и просто поместил Алексея сюда вместе с Томирис. Все может быть.

Но он не знал того, что знала Томи.

Очки – лишь способ войти в то состояние сознания, где все мечты (или страхи), обретают физическую форму. В том и прелесть этой технологии, что мозг создает мир сам, а не просто погружается в уже готовый…

– Ладно, пошли, прогуляемся, – предложил Ховрин. Ему было интересно исследовать мир, в котором они находились.

Они с Томирис шли по улицам, смотрели на здания, и понимали, что, в общем-то, фантазия у Алексея не такая уж безграничная. Это был обычный город, очень похожий на тот, где они жили в реальности. Даже некоторые улицы точь-в-точь как в реальности.

Но Томирис до сих пор не могла поверить, что все – лишь мираж. Они встретили на улицах города очень много людей, и каждый из них, выходит, не существует.

Томи даже прикасалась к прохожим, на что они никак не реагировали. Это было еще одним отличием от реальных людей. Томирис даже стало жутковато, когда она, споткнувшись, схватилась за плечо впереди идущего мужчины, а он даже не обернулся. Как шел вперед, так и шел.

Но, тем не менее, мир Ховрина завораживал именно тем, что нереальное выглядит так реально. Здания, дороги, растения, парки… люди, в конце концов.

Хотя жители этого города и вели себя не совсем адекватно, но все же создавалась иллюзия, что у них и правда существует собственная жизнь. Прогуливаясь по улицам, Алексей и Томи стали невольными слушателями некоторых разговоров между прохожими. Они обсуждали, куда направятся, что будут делать… Так странно слышать подобные разговоры в мире, где время замерло.

Впрочем, жителей ход времени не волновал.

Томирис из любопытства обратилась к прохожей девушке, чтобы узнать, который час. В ответ на вопрос «Сколько времени, не подскажете?» девушка лишь недоуменно посмотрела на Томи и спросила: «Времени? Что вы имеете в виду?»

Оставив Томирис стоять с открытым ртом, девушка пошла дальше. Алексей рассмеялся, глядя на свою спутницу.

– Зачем ты это спросила? – усмехнувшись, молвил Ховрин.

– Убедиться хотела, – озадаченно ответила Томирис.

Она с тоской посмотрела вслед девушке, которая не знала о существовании времени. Какая-то зависть проснулась вдруг в душе Томирис, когда она поняла, как время ограничивает людей. Ведь в мире, где часов не существует, намного больше возможностей… А люди постоянно ограничивают себя. Это дело ты должен сделать до стольки, а на еще одно времени нет вовсе…

– Не расстраивайся, все к лучшему, – Алексей похлопал Томи по плечу. – Посмотри, какая прекрасная погода на улице!

Томи глубоко вдохнула воздух этого странного мира, и былое умиротворение вернулось. Да и покидало ли оно ее? Вряд ли…

Тут было хорошо, и хотелось больше узнать об этом солнечном городе. То, что он очень напоминал обычный мирской городок, уже ясно. Любопытство мучило Томирис, и ей хотелось побывать в каждом здании, поговорить с каждым жителем этого фантастического города.

Ховрин увидел неподалеку скамейку, на которой сидела миловидная девушка. Он резко остановился, побледнел.

– Что с тобой? – не поняла Томирис. – Пошли!

– Не может быть, – потрясенно выдохнул Алексей. – Невозможно… Как она здесь оказалась?

– Знакомая? – поинтересовалась Томи, вглядываясь в девушку неподалеку. Она смотрела прямо на них. Красивая длинноволосая брюнетка с голубыми глазами. Она носила белое одеяние – блузку и джинсы. Томирис вдруг поняла, что в жизни не видела белые джинсы. Возможно, их в реальности не производят, но, скорей всего, Томи просто не столкнулась с ними.

Алексей, забыв обо всем на свете, торопливым шагом направился к этой незнакомке. Та отвернулась и уже смотрела в противоположную сторону.

Томи решила не идти вслед за Ховриным. Лучше взглянуть на ситуацию со стороны.

Алексей приближался к скамейке и чувствовал, что сердце с каждым шагом стучит быстрее. Но в то же время ощущение умиротворения усиливается, и ему даже показалось, что эта незнакомка и есть источник всех этих чувств. Возможно, она распространяет их на расстоянии, питая здешних жителей положительными эмоциями. Бред, конечно, но кто знает?..

При приближении его посетило еще одно чувство, противоположное положительному. Тоска. Только теперь Алексей понял, как сильно жалел, что не познакомился с ней в реальности. Тоска по ней закралась глубоко в душу и теперь, когда она совсем близко, это чувство дало о себе знать.

Алексей и сам толком не понимал, что с ним происходит. Влюбился? Однозначно. Он не верил в любовь с первого взгляда, но, видимо, теперь придется поверить.

Только вот…

Как начать разговор? Что сказать?..

Он остановился напротив девушки и, переборов волнение, спросил первое, что пришло в голову:

– Извините, время не подскажете?

Банальная фраза. И такая бессмысленная в этом мире…

Девушка удивленно подняла взгляд на Алексея.

– Что, простите? – переспросила она, улыбнувшись.

– Время… не подскажете… – повторил Алексей смущенно, в тысячный раз проклиная себя за то, что именно эта фраза пришла ему в голову. Он приготовился к тому, что сейчас эта богиня красоты заявит, что понятия не имеет, о чем идет речь.

– Половина четвертого, – как ни в чем ни бывало, молвила девушка.

Алексей растерялся. Он и не ожидал, что в этом мире есть человек, который в курсе про течение времени.

– Правда, не знаю, что это значит, но так показывают цифры на сотке.

Алексей открыл рот от удивления.

– Молодой человек, что с вами? – забеспокоилась незнакомка.

– Можно присесть? – попросил Алексей. После слов «не знаю, что это значит», он стоять был не в состоянии.

– Садитесь, конечно, – разрешила она.

– С-спасибо, – заикаясь, поблагодарил Ховрин. Он занял место рядом с незнакомкой и вдруг ощутил острое желание знать ее имя.

– А как вас зовут? – поинтересовался он.

– Марина, – непринужденно представилась девушка.

Алексей посмотрел на нее внимательнее. Она оказалась намного красивее, чем издали. Ее глаза неотрывно смотрели на него, и в них застыло беспокойство.

– С вами точно все хорошо? – участливо уточнила она.

– Да-да, нормально все… просто… – Алексей задумался над тем, стоит ли ей говорить про причины его удивления.

– Кстати, вы не представились, – кокетливо улыбнулась Марина, глядя на своего собеседника.

– Я? Леха… Леша… Ну, Алексей, короче… – рассеянно молвил он. Волнение рядом с красивой девушкой давало о себе знать. Ему всегда было трудно делать первый шаг, и вел он себя при этом, как идиот. Видимо, и на этот раз выглядел со стороны не лучшим образом.

Это подтвердил смех Марины и ее фраза:

– Странный вы какой-то, – высказалась она. – Но прикольный.

Алексей усмехнулся. Прикольный. Неужели тут знают разговорный сленг?..

Он понимал, что это знакомство – лишь тень настоящего, которое могло бы быть в реальности. Возможно, ту девушку даже зовут по-другому. Но все же почему-то стало легче. Вот чего ему так не хватало последние часы. Еще в машине по пути на эксперимент он думал об этой девушке. Думал, едва придя в себя в палате. Даже ложась на кушетку, когда отвечал на последний вопрос, заданный лаборанткой.

Он четко осознал, что не воспринимает всерьез ситуацию знакомства. Ведь мозг каждый раз подсказывал: «все нереально». Как бы хотелось забыть о реальности! Хоть на миг…

Он посмотрел в ту сторону, где осталась Томирис, но никого не увидел.

– Ваша спутница ушла, – с долей сожаления сообщила Марина. – Наверно, ей не понравилось, что вы заговорили со мной.

Алексей усмехнулся.

– Нет-нет, дело не в этом, Ма… – она снова посмотрела на него, и слова застряли у него в горле. Алексей зачарованно смотрел на самую красивую девушку в мире. Во всех мирах. Марина была красивее оригинала, это однозначно. Он смотрел на нее и был счастлив, что время тут стоит на месте. Иначе бы возникло желание остановить его, лишь бы всегда быть на этой скамейке, рядом с Мариной.

Какое счастье, что эта девушка даже не понимает значение фразы «половина четвертого».

Марина вопросительно посмотрела на него. Ее брови взлетели вверх. Она не понимала, что творится с Алексеем, и желала это узнать. Впрочем, она уже догадывалась, что этот нерешительный кареглазый брюнет не просто так спросил про странное слово «время». Вероятно, он еще издали приметил Марину. Та странная фраза была лишь предлогом для знакомства. Впрочем, эту фразу использовали нередко. Те, у которых цифры совпадали, становились парами. К сожалению, у Марины часто цифры ни с кем не совпадали, поэтому те, кто ей нравился, чаще всего проходили мимо. Алексей ей понравился.

– А у вас какие цифры? – вдруг спросила Марина встревоженно.

– Какие цифры? – растерянно переспросил ее странный собеседник.

– Ну… как это вы называете… на букву «В», – Марина чувствовала, что он может и не понять ее.

– «В»? Время, что ли? Да тоже половина четвертого, – махнул рукой Алексей. – А что?

– Да нет, просто спросила, – заулыбалась Марина. – Слушай, давай на «ты»? – предложила она.

– Давно пора, – воскликнул Алексей. – А то сидим, выкаем друг другу! Кстати, пошли, прогуляемся! А то сидеть тут уже надоело.

Марина с радостью согласилась. Она взяла его за руку, поблагодарив судьбу за то, что наконец-то встретила человека, с которым цифры совпали.

Почувствовав тепло ее ладони, Ховрин стал самым счастливым человеком в мире. Он и мечтать не мог, что она первая возьмет его за руку. А решиться на такое самому потребовалось бы очень много времени… Хотя… что такое время в этом мире?.. Набор ничего не значащих цифр?..

Рядом с ней он чувствовал себя совершенно иначе. Он, наконец, понял, что такое счастье. Хотя раньше счастье для него измерялось количеством денежных средств на счете, после встречи с Мариной все изменилось. И хотя они знакомы совсем недолго, но ему казалось, будто он знает ее всю жизнь. А эти глаза… Ах! Просто мечта…

Но все же ему хотелось узнать больше о месте, где жила Марина. Ее мир, видимо, отличался от мира реальности если не кардинально, то очень сильно.

– Слушай, а как называется этот город? – спросил Алексей, понимая, что не узнает ни одной улицы. Все было расположено по-другому. Он был уверен, что в его родном городе все иначе. А город свой он знал довольно неплохо.

– Гештальт, – ответила Марина смущенно.

– Чего? – не понял Ховрин. Он ожидал услышать какое угодно название, только не иностранное.

– Гештальт, – повторила Марина, с недоумением глядя на своего спутника. Она даже руку выпустила.

– Леша, ты откуда? – спросила она с опаской, остановившись. Он тоже остановился.

– Да я нездешний, – отмахнулся Алексей и взял ее за руку. Ему так не хватало тепла ее ладони. За эти несколько минут это стало для него наркотиком. Надо же так влюбиться… – Я приехал издалека. С напарницей, Томирис…

Алексей замолчал и задумался.

– Куда она подевалась? – задумчиво произнес он.

– Может, где-то гуляет, – пожала плечами Марина, и вдруг почувствовала легкий прилив ревности.

А все так хорошо начиналось…

– Нам надо найти ее, – он посмотрел в глаза Марины и понял, что уже ничего не надо. Единственное, чего сейчас хотелось – побыть с ней подольше. Черт с ней, с Томирис! Взрослая девочка, не заблудится…

– Пошли, я покажу тебе свой район, – предложила Марина, догадавшись, что поиски Томирис отменяются.

– А по пути расскажи мне о Гештальте. Что это за город такой? Просто я тут впервые… – робко попросил Ховрин.

– Это самый чудесный город на Земле! – воскликнула Марина, и Алексей был с ней полностью согласен. Едва ли в реальности можно найти место, внушающее такое умиротворение, как Гештальт.

Они шли по тротуару. Проходили мимо кафе, ресторанов, боулинг-центра… Алексей чувствовал, что в этом мире чего-то не хватает. Того главного, что так отличает Гештальт от реальности.

И тут до него начало доходить… Они прошли с Томирис несколько улиц, с Мариной гуляют не меньше… Но ни разу он не встретил ни одной аптеки или стоматологии… Или, хотя бы, полицейского участка…

– Что-то у вас даже ни одной аптеки нет, – заметил Алексей, и тут же поймал на себе удивленный взгляд Марины.

Ох, уж эти глаза цвета морской волны… Они действовали завораживающе, будто магнит. В реальности ни у кого нет таких глаз. Кроме…

– Аптека? Что это такое? – недоуменно спросила Марина, вогнав своего спутника в ступор.

– Ты прикалываешься? – выпалил он, расхохотавшись.– Ну, ты приколистка! Не знаешь, что такое аптека… Брось…

– Не знаю, – серьезный тон Марины давал понять, что она действительно не знает, о чем идет речь.

Алексею стало не по себе. Черт возьми, куда он попал? Он растерянно оглянулся по сторонам этого неполноценного мира. Потом вновь посмотрел на Марину в надежде ей все объяснить.

– Ты не знаешь, что такое аптека? – терпеливо начал Алексей. – Если у тебя головная боль будет, ну или заболеешь ты, потом лекарства понадобятся…

– Заболею? Это как?

Алексей сглотнул.

– Хочешь сказать, ты никогда не болела? Плохо себя не чувствовала?

Марина покачала головой, с любопытством поглядывая на свою возможную вторую половинку. Что-то слишком много странных слов слышится от него… Он, вообще, знает, где находится?..

– Ну а преступления? Кражи, убийства… тоже не случаются? – настороженно спросил Ховрин.

– Случатся, если ты объяснишь, что это такое и как все это устроить, – рассмеялась Марина.

– Ага, сейчас, – смутился Алексей. – Значит, говоришь, никто не болеет, никто закон не нарушает, – самодовольно уточнил он. – Это хорошо. Очень хорошо.

Марина с недоумением смотрела на него. Наверно, он не только с другого города, но и с другой планеты. Планета странных.

– Ладно, не обращай внимания, – воскликнул Алексей. – Пошли, перекусим. Проголодалась, наверно, – он с удивлением обнаружил, что сам вовсе не голоден.

– У нас еда – это развлечение, – пояснила Марина, глядя на своего странного собеседника, как на невоспитанного невежду. – Мы раз в неделю ходим по таким заведениям.

– А питаетесь чем? – осторожно спросил Алексей, поняв, что попал в очень глупое положение.

Может, Томирис не права, и не он создатель этого мира? Что за творец такой, который не знаком с собственным творением?.. Видимо, технологии Сергея работают каким-то неведомым образом. Создает человек целый мир и не знает его правил. Прекрасно…

– Солнце дает нам все необходимое, – последовал ответ.

– То есть – солнечная энергия для вас – источник питания? – поразился Ховрин.

Да, этот мир еще более удивителен, чем он предполагал. Здесь нет ни больниц, ни аптек, ни полиции. Кафе и рестораны тут в основном служат развлечением, как боулинг или кинотеатр.

А у жизни здесь свои законы, которые только предстоит изучить…

Но эти законы уже нравятся Алексею. Это место очень похоже на Рай. Особенно, если рядом – любимая девушка…

– Далеко до района, где ты живешь? – спросил Алексей.

– Вовсе нет, – ответила Марина и, взяв его за руку, завела в какой-то дворик между домами. Перед ними открылась большая детская площадка, на которой были установлены несколько беседок. В одну из них Марина и усадила своего спутника.

Ховрин огляделся. Перед ним был дворик, ничем не отличающийся от реального. Дома вокруг, скамейки возле дверей в подъезд, палисадники, огороженные изгородью. Что ж, вполне стандартный дворик. Единственное отличие заключалось в том, что вся территория, казалось, блестела от ярких лучей солнечного света. Солнечные блики играли везде, начиная от крыш домов и заканчивая тротуаром. В реальной жизни вряд ли возможно подобное освещение. Но оно выглядело завораживающе.

– Что с тобой? – удивилась Марина, внимательно глядя на Алексея. – Ты так смотришь на все, будто никогда не видел ничего подобного, – заметила она.

– Это правда, – кивнул Ховрин. – Еще никогда в жизни я не встречался с такой красотой. В нашем мире все иначе.

Марина насторожилась.

– Что ты сказал? – тут же задала она вопрос. – В каком еще вашем мире?

– А… я… просто… – он понял, что оговорился. Не был уверен, что этой девушке неземной красоты стоит знать о мире, в котором жил он.

– Расскажи, мне интересно, – попросила Марина, и, глядя в ее глаза, Алексей засомневался еще больше. Стоит ли этому совершенному созданию знать, что есть мир, в котором существуют болезни, убийства, время, в конце концов… Ему казалось, что своим рассказом он осквернит этот дивный мир. Лучше забыть о том месте, из которого он родом. Пусть Гештальт будет настоящим, а реальность остается в прошлом. Хотя бы на время…

– Придет время, я расскажу, – пообещал Ховрин.

– Время? Что оно означает?

Ховрин задумался. Как бы ей объяснить правильно… И возможно ли объяснить то, что в этом мире даже не существует…

– Время – это… – он задумался, потом продолжил: – Так мы измеряем жизнь. Есть прошлое, настоящее, будущее – и мы измеряем его с помощью времени. Единицами измерения. Секундами, минутами, часами, затем идут сутки, недели, месяцы, годы, столетия… Это – единицы измерения времени. Время играет очень важную роль в нашем мире.

– Я не совсем понимаю, но… вы ограничиваете себя, – задумчиво молвила Марина, глядя в одну точку. – У нас этим не занимаются. Здесь есть просто солнце и непонятные цифры, которые определяют нашу судьбу.

– Каким образом? – недоуменно поинтересовался Алексей, впившись взглядом в лицо собеседницы. Он видел ее в профиль, и даже в профиль она была безумно красива. Такие идеальные очертания может создать только компьютер. Скорей всего, Алексей находился в компьютерной вселенной, иначе откуда все эти совершенства?..

– Если цифры совпадают, то у нас считается, что парень и девушка подходят друг другу.

– А если нет? – задал вопрос Алексей, и в нем проснулось беспокойство. Но, вдохнув воздух, он вновь обрел покой и умиротворение.

– Значит, не судьба! – развела руками Марина. – Но у нас цифры сошлись. У обоих – половина четвертого.

Алексей задумался.

– То есть, ты хочешь сказать, что есть люди, у которых часы показывают другое время? – поразился он.

Марина кивнула.

– Так, получается, сейчас не половина четвертого? – с сомнением спросил гость из другого мира.

– Цифры в твоем понимании здесь значения не имеют. Тут просто светит солнце, и никто не задумывается о времени. Зачем измерять вечность…

– Хм, интересно, – Алексей встал со скамейки и прошелся по беседке. – А как вы живете без часов? И у вас всегда такая погода?

– Погода? – переспросила Марина, и тут он понял, что она не задумывалась о таких вещах, как погода и время.

– Ну, я имею в виду, солнце светит. Никогда нет туч, грозы, дождя, снега, в конце концов…

– Я даже не знаю, о чем ты, – усмехнулась Марина. – Разве тебе не нравится солнце?

Алексей почувствовал, что нужно присесть. Эта девушка не знает о погодных явлениях… Господи, что может быть общего с ней? Ведь она не понимает вещей, к которым так привык Алексей. О чем с ней говорить?..

Он с досадой взглянул на нее, и понял, что, как бы там ни было, он хочет быть с ней всегда. Неважно, в каком мире они будут находиться. Лишь бы быть вместе. А этот мир— самый подходящийдля счастья…

– О чем задумался? – Марина с любопытством взглянула на него.

– Да так, – стеснительно ответил Алексей, смущенно заулыбавшись. – Не обращай внимания.

Сказать о своих чувствах напрямую не хватило духу.

– А чем ты занимаешься? – попытался перевести тему Алексей.

– Живу, – пожала плечами Марина. – Гуляю, общаюсь… да много чего…

– А ты разве не работаешь?

Марина привыкла к странным вопросам собеседника, на которые всегда нет ответа.

– Нет.

– Учишься?

– Опять ты пристал со странными словами! – рассмеялась смущенная девушка. – Не учусь, не работаю. У нас таких понятий нет. Все занимаются только тем, в чем их призвание.

– Ну а в чем же твое призвание? – заинтересовался Алексей, подавшись к ней.

– Созидание. Я люблю творить.

– Продемонстрируй, – попросил он.

– Видишь эту беседку? – молвила Марина, оглядев квадратное строение, в котором они сидели. Все доски были будто новые, краска тоже не поблекла на солнце, и Алексей готов был поспорить, что беседка была отстроена недавно.

Но вдруг все стало менять форму. Квадратная крыша на глазах превращалась в нечто другое, играя в бликах солнечного света и по форме напоминающее сердце. Скамейки тоже меняли форму, но, удивительно, никакого дискомфорта при этом Ховрин не испытал. Он восторженно наблюдал за тем, как квадратная беседка неторопливо перевоплощается, обретая форму сердца. Беседка даже цвет поменяла, перекрасившись в красное сердечко.

– Мать вашу, – потрясенно выразился Алексей, не веря своим глазам. Он провел рукой по свежей краске, которая не оставляла на ладони никаких следов. – Фантастика! Это потрясающе, Маринка! Как тебе удается?

Она лишь скромно улыбнулась, оглядев свое творение.

– Это состояние души. Не знаю, как объяснить… Мне хочется творить. Всегда и везде. Многое из того, что ты видел до встречи со мной, создано моими руками.

Честно признаться, никаких впечатляющих строений Алексей не встречал. Все стандартно. Быть может, они с Томирис не там проходили…

Эх, Томирис, Томирис… Где же ты…

Марина взяла Алексея за руку и вывела из беседки. И вновь его посетило ощущение, что ее прикосновение – самое чудесное, что может быть в обоих мирах. Так не хотелось, чтобы она отпускала его руку. Он сжал ее пальцы, и море эндорфинов – гормонов счастья – накрыло его с ног до головы. Тепло ее руки будто поползло по всему его телу, пропитывая счастьем всю сущность Алексея.

Он влюбленно посмотрел на Марину, и ему вдруг захотелось поцеловать ее, на что он, конечно, не решился.

Он смотрел на нее завороженно, слушал ее голос, и ему казалось, будто нет ничего прекраснее, чем звук ее голоса. Она всегда говорила неторопливо, будто обдумывая каждое свое слово.

Марина вывела его на площадку, на которой не было ничего, кроме зеленой травы. Она выпустила его руку, хотя он и держал ее крепко, и со смехом повалилась в траву. Она лежала, раскинув руки. Алексей рухнул рядом. У него было такое чувство, будто он лежит на мягкой постели, а не в траве. Земля тут оказалась совсем не твердой, даже наоборот. Алексей погрузился в нее, будто прыгнул на батут. Раскинул руки, как Марина, и смотрел на сверкающее в небе солнце, и на проплывающие облака удивительной красоты. Томирис была права: ни один художник на свете не способен нарисовать такую красотищу. Даже компьютер не справится.

Он посмотрел на Марину.

Быть может, она и есть истинный создатель этого прелестного мирка, который он не понимает, но одновременно так восхищен им? Возможно ли, что не Алексей Ховрин создал Гештальт и эту райскую девушку потрясающей красоты, которая сейчас смотрит на него и нежно улыбается?

– Я люблю тебя, – вырвалось у него.

Он и сам не понял, как умудрился сказать это так скоро. В его мире с этими словами не торопятся. Но здесь, в Гештальте, время мертво, но все остальное живее некуда.

Она улыбнулась самой ослепительной улыбкой на свете, и Алексей понял, что сейчас самое время.

Робость куда-то улетучилась, уступив место решимости.

Он притянул ее к себе, и их губы слились в поцелуе.

Алексей и не думал, что поцелуй может быть таким сладким. Он закрыл глаза, чувствуя губы самой красивой девушки во вселенной. Он нежно целовал ее, желая, чтобы этот миг не заканчивался. Никогда не думал, что может быть настолько чувствительным. Видимо, это приходит тогда, когда встречаешь настоящую любовь.

– Марина, солнышко, – лепетал он, обнимая ее.

Она прижалась к нему, и они вместе смотрели на небо.

– Расскажи мне о своем мире, – попросила она. – Пожалуйста.

– Я скажу одно: твой мир намного лучше моего, – ответил он. – В любом случае, лишь потому, что здесь живешь ты. Без тебя этот мир померкнет, солнце потускнеет, спрячется за тучами, и польется вечный дождь, оплакивая твое отсутствие.

– Ты умеешь говорить красиво, – заметила Марина. – Хоть я ничего и не поняла из того, что ты сказал, – она посмеялась над своим невежеством.

– И не надо. Я хочу, чтобы ты видела только солнце. Мой мир не для тебя.

Марина вдруг отстранилась. Поднялась с травы, отошла. Алексей тоже встал. И она обернулась, такая красивая в лучах солнца.

– Но ведь ты рано или поздно вернешься туда? – обиженно спросила Марина, пронзив его взглядом, требующим незамедлительного ответа.

– Придется, – признался Алексей, но он понимал, что делать очень не хочется.

– Останься, – взмолилась она, глядя на него глазами цвета морской волны, в которых застыла печаль.

– Не от меня зависит, – пожал плечами Ховрин, вспомнив слова Томирис.

Кстати, где Томирис?

Этот вопрос приходил в голову все чаще и чаще. Где она сейчас? Все ли с ней хорошо?..

Но глупо за нее волноваться в мире, где нет преступности.

И все же, нужно найти ее. Если она все еще в Гештальте…

Последняя мысль испугала Ховрина. Ему не хотелось бы оставаться здесь в одиночестве. Но глядя на Марину, он остался бы с ней где угодно.

И вновь Томирис ушла на второй план.

– Мне бы хотелось увидеть твой дом, – молвил Алексей, вглядываясь в Марину. В лучах солнца она была похожа на Богиню.

– Мы стоим прямо напротив него, – она указала на обычное четырехэтажное строение с несколькими подъездами. – Извини, пустить не могу. Нельзя, – она лукаво улыбнулась.

– Строгий папа, – предположил Ховрин.

– Брат у меня неприветливый, – ответила она хмуро. – Даже меня недолюбливает.

Алексею было странно слышать о плохих отношениях в этом мире. Казалось, здесь все должно быть идеально.

– А сестра у тебя есть? – вдруг спросил он.

– Мне и брата хватает, – усмехнулась Марина. – Так что, прости, впустить не могу. Да и сама я дома редко появляюсь. Мне больше нравится на районе гулять. Мне вообще нравится быть на свежем воздухе. Пошли, пройдемся еще.

Он безропотно согласился. Ему и самому было интересно узнать лучше мир, который он создал собственноручно. Они, держась за руку, гуляли по дворам, сидели в беседках… Повсюду росли деверья, зеленела трава. Странно, но за все время пребывания здесь они не встретили ни одного человека. Будто все спрятались, боясь помешать им.

Алексею в этом мире нравилось все больше и больше. Это солнце, красивая девушка рядом, этот дворик, окруженный многоэтажными домами, в котором Ховрин чувствовал себя будто в райском саду. Атмосфера спокойствия и умиротворения рядом с Мариной чувствовалась предельно. Наверно, все-таки Марина и есть истинный создатель этого Рая. Так безмятежно на душе, когда она рядом. Он слушает, как она говорит про животных, восхищается пением птиц… Он больше не спрашивал Марину об устройстве Гештальта. А она не затрагивала его мир, который казался таким несовершенным в сравнении с ее совершенной вселенной.

Тут было главное – ощущение гармонии.

Но вдруг он увидел, что исчезает: на месте рук уже ничего не было, И Марина смотрела на него ошарашенным взглядом, смутно понимая, что теряет его. Она, прервав разговор, бросилась к нему, но тут же, исчезла, как и все вокруг.

– Я буду ждать тебя! – услышал он в пустоте ее печальный голос и мысленно пообещал, что обязательно вернется.

Глава 2

– Пульс в норме, – услышал он голос лаборантки.

– Мумина, проверь сердцебиение, – это голос Сергея.

– Сволочи, – это было первое, что услышали от него, когда сняли очки.

Томирис склонилась над ним, с пониманием глядя на него. У нее был усталый взгляд.

– Я тоже не хотела возвращаться, – прошептала она. – Но все же, наш дом здесь.

Алексей отвернулся. Он не хотел ни с кем говорить. Было ощущение, будто он предал Марину, оставив ее в том чудесном мире. А Сергей предал его самого, вернув к реальности.

Демидов подошел к кушетке Алексея. Не обращая никакого внимания на обиженного приятеля, он похлопал Томирис по плечу.

– Томи, мы справились. Еще секунда, и он остался бы там навсегда.

Алексей вздрогнул и повернулся к Сергею и Томирис.

– Что ты хочешь этим сказать? – недоуменно спросил он.

– Ты чуть не умер, – пояснил Сергей. – Сердце дало сбой, и мы еле тебя вытащили.

– Лучше б умер, – вздохнул Ховрин, вспоминая о Марине. Остаться с ней навсегда – это, пожалуй, единственное желание, которое сейчас было. Он дождался, пока его освободят от датчиков, и тут же поднялся.

– Ну как там, на краю смерти? – с иронией поинтересовался Сергей.

– Отлично, – отрезал Алексей, потирая затекшие конечности.

Сергей подошел к приятелю и, взяв за плечи, встряхнул:

– Очнись, дружище! Ты побывал в другом мире, но наш все равно лучше.

– Чем же? – скептически поинтересовался испытуемый и заметил недоумение в глазах Демидова.

– Тем, что он – настоящий, – последовал ответ.

После этих слов Сергей вышел. Томирис и Алексея провели в ту же комнату, в которой они очнулись после приезда. Их оставили наедине.

Томирис села на кровать и задумчиво произнесла:

– Ты гений. Мне в свое время не удалось придумать такой мир.

Алексей молчал. При других обстоятельствах он бы обязательно поинтересовался, что значит последняя ее фраза, но сейчас совершенно не было настроения. Он с презрением оглядел комнату и сказал:

– И все-таки, там лучше.

– Я знаю, – с тоской в голосе согласилась Томи. – Я еще ничего не успела им рассказать. Думаю, ты лучше меня обо всем расскажешь. Ведь ты создал тот мир.

– Гештальт, – уточнил Алексей. – Его называют Гештальт.

– Кто тебе такое сказал? Та девушка? – заинтересовалась Томи.

– Да, – вздохнул Алексей.

– Дай Бог, еще увидитесь, – молвила Томирис. – Они сказали, что планировали несколько сеансов. Технология требует обкатки. Тебе хоть повезло, ведь ты изначально узнал, что все вокруг – плод твоего воображения. Мне повезло меньше. Я узнала обо всем только в конце.

– Ясно, – отозвался Ховрин, давая понять, что история Томирис его совершенно не интересует. – А насчет эксперимента? Это правда? Будет еще?

– Будет-будет, если коньки не отбросишь, – нахмурилась Томирис. – Меня вытащили первой, а вот тебя выдернуть оказалось непросто. Хотя никто и не собирался тебя вытаскивать так быстро, но пульс у тебя замедлился, потом совсем пропал. Все перепугались. Думали, умрешь. Но, слава Богу, выкарабкался…

– Я и не хотел возвращаться, – признался Алексей. – Там такой прекрасный мир… Ты же видела… – заворожено говорил он. Его ничуть не пугало, что он мог умереть на кушетке в соседней комнате.

Томирис мечтательно вздохнула.

– Ну да, видела… Хотела бы я показать его своему сыну. Ему бы понравилось.

– У тебя есть сын? – удивился Алексей. Он посмотрел на нее оценивающе. Ему казалось, что она еще не рожала. Да и кольца на пальце он не заметил.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.