# Деревня Драконов

Дарья Аркадьевна Донцова

Семья мопсов и их друзья никогда не ссорились. И вдруг! Однажды вечером Куки неожиданно обиделась на Зефирку, а та рассердилась на других сестер. Плохо закончился день в Мопсхаусе. А наутро Куки и Зефирка обнаружили, что все их родственники и друзья, кроме щеночка Демочки, исчезли. Куда они подевались? Когда сестрички узнали ответ на свой вопрос, им стало страшно: Мулю, Черчиля, Феню и остальных унесли злые драконы. Теперь надо отправляться в Деревню Драконов вызволять всех из беды. Множество приключений придется пережить и мопсам, и драконам, прежде чем они поймут: нельзя быть эгоистичным, жадным, злопамятным, думать только о себе и о своих удовольствиях. Надо любить тех, кто рядом, всегда помнить: семья – самое ценное, что у нас есть. А в мире зла можно зажечь огонек добра, который согреет своим теплом все вокруг…

## Глава 1. Разговор за ужином

– На грядке любви, добра и умения прощать всегда вырастают прекрасные плоды счастья. А если тебе вместо красивого платья подарили старую книжку, надо непременно обрадоваться и сказать: «Спасибо!» Нельзя впускать в сердце злость, потому что она приносит горе.

Куки посмотрела на Черчиля, который произнес эту фразу, и обиженно протянула:

– Почему?

– Что «почему», дорогая? – поинтересовалась Муля, ставя на стол большой чайник с какао.


– Аманда обманщица, – заныла Куки, – она сказала: «Ты такая хорошая мопсишка, умница. Если поможешь привести в порядок мебель в моей гостиной, я подарю тебе на день рождения платье. Выбери сама любое, вот журнал с образцами».

Куки шмыгнула носом.

– Я две недели буфеты Аманды оттирала! Они все в завитушках! Хозяйка из спальни кричала: «Ватной палочкой пыль из загогулин выковыривай!»

– Ужас! – ахнула Жози. – Куки, ты, наверное, устала!

– Все когти сбила, – пожаловалась рассказчица.

– Так вот где ты по вечерам пропадала! – догадалась Зефирка. – А я все голову ломала: почему Куки ко мне не пристает. Дорогая, все знают, что Аманде верить нельзя. Она лентяйка! И врунья!

– Зефирка! – возмутилась Феня. – Что ты говоришь?

– Правду, – ответила лучшая портниха Прекрасной Долины, – правду, только правду, ничего, кроме правды, и ни капли лжи!

Феня округлила глаза.

– Детям нельзя объяснять истинное положение вещей.

– Нам надо лгать? – тут же влезла в беседу Мафи. – Фенюша, ты же постоянно твердишь: «Врать нехорошо!»

Хранительница библиотеки и архивист Прекрасной Долины постучала лапкой по столу.

– Мафи! Сообщать неполную информацию не означает лгать. В щенках необходимо культивировать уважение к старшим.

– Ой! Это больно, – поежилась Мафи.

– Почему? – изумилась Фенечка. – Смысл сказанного мной таков: малыши должны видеть только хорошие стороны родителей, знать, что они трудолюбивые, честно работают, воспитанны, не совершают глупостей. У всех есть недостатки, однако до поры до времени их лучше прятать от юного поколения. Неокрепшая детская душа…

– Аманда нам не родственница, – возразила Мафи, – ты сейчас сказала: культивировать! На соседней улице живет кошка Ириска, в мире людей она бережет Инну, Тимошу и их папу, семью из города Барнаул. У Ириски есть культиватор, она им землю рыхлит, когда грядки делает. Наверное, щенятам больно, когда по ним таким агрегатом ездят! Он тяжелый, с лезвиями! Со мной этого не надо делать.


Феня кашлянула.

– Мафичка! Глагол «культивировать» имеет несколько значений, в том числе: выращивать, создавать, воспитывать. Я сказала «культивировать уважение к старшим», то есть воспитывать чувство восхищения своими родственниками. Культиватор тут ни при чем. Понимаешь?

– Ну… – протянула Мафи, – выбирай, пожалуйста, слова попроще!

– Зачем его воспитывать? – пропищала Жозефина.

– Щенка? Взрослые научат его хорошему, – включилась в разговор Капитолина, – а самой тебе в голову ерунда прилетит. Помнишь, как вы с Лючией решили прыгнуть в речку с самого высокого дерева? Нехорошо получилось, воды было мало. Очень сильно тогда Лючия ушиблась, да и ты тоже.

– Зачем уважение воспитывать? – уточнила Жози. – Оно само собой возникает, если старший такой, как, например, Муля. Она никогда не кричит, не дерется, если что спросишь, подробно ответит, кексом угостит. От нее любовь течет, я ее ощущаю. Я Мулечку уважаю без всякого воспитания. Аманда же злюка. Вчера я на улице с ней встретилась, пуделиха вмиг зарычала: «Хорошие мопсята не носят юбки выше коленей». Я вежливо спросила: «Почему? Чем моя одежда плоха? Очень красивая даже. Ее Зефирка сшила!» Аманда зубы оскалила: «Я старше, изволь слушать мои умные речи. Сними юбку немедленно! И больше не носи! Не спорь! Нельзя с теми, кто тебя намного старше, в пререкания вступать». Пришлось снять юбочку.

– На улице? – захихикала Мафи. – Эх, жаль, я не видела.

– Жози! – ахнула Феня. – Как ты могла столь глупо поступить! Раздеться на улице!

– С голой попой не очень прилично при всех бегать, – заметила Марсия.

– Интересно узнать про реакцию Аманды, – задумчиво протянула Капитолина.

– Она меня по затылку треснула лапой, – сообщила Жози, – завопила: «Не смей над старшими издеваться!» Ну вот как ей угодить? Сделала же, как пуделиха велела! Сама сказала: «Сними юбку немедленно!» Я это выполнила и затрещину получила!

– Мама! – возмутилась Куки. – Почему противная Аманда Жози стукнула?

– Детей бить нельзя, – поежилась Мафи, – даже если они тебя до обморока довели!

– Кстати, попа у меня не голая была, – сказала Жози, – в красивых панталончиках, с кружевами!

– Все знают, какая Аманда злая, – вздохнула Зефирка.

– И врунья, – снова вставила свое слово Мафи, – пообещала бобру Харитону за красивый заборчик банку варенья. Харитоша целую неделю доски грыз, изгородь для пуделячьего сада сделал прекрасную. И получил от Аманды… пустую стеклянную банку! Она ему сказала: «Чего ты расстроился? Я предупредила: «Дам тару для варенья». Вот ты и получил ее!» Харитон ей в ответ: «Нет. Речь шла о банке с вареньем». И…

– Даже если Аманду все старшие уважать заставят, я этого делать не стану, – заявила Куки. – А если старшие прикажут разуважать Мулю, то я всех взрослых метлой побью! Тот, кто ругает маму, – мой личный враг!

– И правильно! – воскликнула Марсия.

Феня подпрыгнула на стуле.

– Марсенька! Что ты сейчас сказала? Ты же старше наших щенков! Прекрасно понимаешь, что дети обязаны уважать взрослых. Мафи! Нельзя говорить «для пуделячьего сада»!

– А как можно? – заморгала Мафи.

– Для пуделёвого сада, – выпалила Жози.

– Нет! Для пуделятого сада, – предположила свой вариант Куки.

Феня прикрыла лапкой глаза.

– Нет, нет! Для сада пуделихи. Вот так верно. Учитесь говорить правильно, и не надо критиковать старших.

– Почему? – хором спросили Жози и Куки.

– А если взрослые злые, жадные и глупые? – подхватила Мафи.

– Уважение не кабачок, – заявила Куки, – его нельзя посадить в грядку, поливать и ждать: вот оно вырастет. Уважение заслужить надо! Его получают, когда дарят всем добро и любовь.

– Как Муля! Она самая уважабельная из всех! – воскликнула Мафи.

Фенечка повернулась к креслу, в котором сидел ее муж, Председатель Совета Старейшин Прекрасной Долины, самый умный мопс Черчиль.

– Милый! Необходима твоя помощь. У меня педагогический тупик!


## Глава 2. Обида Куки

– Да, дорогая, – ответил супруг, не отрывая глаз от толстой книги, которую держал в лапах, – ты совершенно права!

Феня растерянно взглянула на Мулю. Та подошла к Черчилю и забрала у него том.

– Что случилось? – удивился самый умный мопс.

Собачки наперебой стали рассказывать про то, как Куки чистила буфеты Аманды и вместо обещанного платья получила от пуделихи книгу.

– Куки, сообщи ее название, – попросил Черчиль.

– Даже читать ее не хочется, – протянула мопсишка и положила на стол старую грязную книгу, которую до этого держала на коленях.

– У нее обложка в пятнах от кетчупа, – сообщила Зефирка и потрогала книгу пуделихи лапкой.

– Заглавие невозможно разобрать? – уточнил мопс. – Присмотрись, вдруг получится.

– «Как воспитать из орангутанга хорошего мужа», – громко прочитала Куки.

Все рассмеялись, но Черчиль сохранил серьезность.

– Дорогая, ты полюбила обезьяну?

– Милый, Куки рано думать о свадьбе, она еще в школе учится, – остановила супруга Феня.

– Никогда не встречала орангутанга, – призналась Куки, – живьем! На картинке видела. Мне нравится пекинес Трюфель! Он добрый и красивый. Веселый, всегда меня угощает вафлями, которые сам печет.

Феня потерла лапками виски.

– Дорогая! Трюфель счастливо женат на Малышке, болонке. У них прелестные дети. Нельзя мечтать о свадьбе с чужим мужем. Это непорядочно. Тебе надо упорно учиться в школе. О женихе думать будешь потом, когда повзрослеешь.

– И как только Аманде не стыдно обманывать ребенка! – покачал головой Черчиль.

– Ура! – завопила Мафи. – Черчиль на нашей стороне! Предлагаю сбегать к черепахе Зое, набрать у нее в гостиной пыли и насыпать ее на буфеты Аманды.

– Я могу ватной палочкой мусор назад в завитушки запихивать? – спросила лучшая портниха Прекрасной Долины. – Или лучше взять зубочистку?

– Зефирка! – закатила глаза Феня.

– А что? Я только спросила, – стала оправдываться черная мопсиха.

– Ты уже взрослая! – возмутилась Феня. – Давно работаешь! Прекрасный модельер!

– Конечно, – согласилась Зефирка, – поэтому и решила ватной палочкой поорудовать. У меня когти приучены к тонкой работе: вышивка золотыми нитями, бисером. Я так назад грязюку засуну в деревянные кренделя, что никто ее оттуда не выковырнет! Куки, не плачь. Быстренько объясни мне, какое платье ты хочешь, и получишь его завтра утром.

– Ты такое не сошьешь, – грустно ответила Куки.

Глаза Зефирки выкатились из орбит.

– Я? Не сошью? Я? Не сумею сшить по рисунку наряд? Я? Неси картинку! Сострочу что угодно!

– Она у тебя в комнате с утра уже лежит, – сообщила Куки.

Зефирка заморгала и взяла с красивого блюда апельсиновый кекс.

– Ты имеешь в виду комбинезон из розовой парчи, расшитый зелеными камнями?

– Да, – кивнула мопсишка.

– Никогда в жизни не сошью такое, – отрезала лучшая портниха.

– Я же говорила, – жалобно пропищала Куки, – а ты спорила: «Сострочу что угодно». И вот! Не умеешь!

– Еще как умею, – возразила Зефирка, – там дел на пару часов. Но не хочу, чтобы ты походила на сардельку, которую опустили в клей и обваляли в стразах. Одежда должна скрывать недостатки и подчеркивать достоинства! Где вообще ты этот розовый кошмар увидела?

– Кошка Ляля, которая в мире людей бережет Алину со всей семьей, читает модные журналы, – зачастила Мафи, – ей их почтовый жаб притаскивает. Куки с Лялей дружит, постоянно бегает к ней, смотрит картинки!

– Куки, то, что привело тебя в восторг, предназначено не для обычной жизни, – заметила Фенечка, – такой наряд надевают на Новый год. Один раз!

– Никогда не надо ей походить на сардельку в стразах, – отрезала Зефирка, – ни на Новый год, ни на день рождения. Все обхохочутся.

– Почему? – дрожащим голосом осведомилась Куки.

Зефирка быстро запихнула в себя еще один кекс.

– Объясняю. У тебя короткие задние лапы, широкая попа, а часть от шеи до грудки очень тонкая со стройными лапками. По строению тела ты смахиваешь на арбузик, из которого с одной стороны торчат хвост и маленькие лапки, а с другой к нему приделали шланг с конечностями чуть меньше, чем у страуса, плюс голова. В этом случае нужен свободный низ и…


Куки вскочила.

– Я не арбуз! А ты… ты… ты… Мама сказала, что нам надо дверь в гостиную расширять, потому что Зефирка в проеме застревает! Ты обжора! Вот! И…

Куки всхлипнула.

– Муля! Ты произнесла эти слова? – опешила Зефирка. – Ушам своим не верю!

– Дорогая, доктор бурундук Паша давно велел тебе сесть на диету, – заметила хозяйка.

– Кто-то сейчас пять кексов слопал, – наябедничала Мафи.

– Вот вы, сестры, какие! – закричала Зефирка. – Жадные, злые! Не хочу с вами дела иметь! Никогда!

– И я, – подхватила Куки. – Феня вечно замечания делает!

Зефирка вздыбила шерсть.

– Черчиль постоянно на стороне жены! Мама меня сейчас не защитила, – зарыдала Куки.

– Дорогие, что стряслось? – испугалась Муля. – У нас в доме никогда не бывает скандалов. Успокойтесь!

– Меня обозвали толстухой! – взвизгнула Зефирка. – Не хочу тебя больше видеть!

– Зефирушка, – покачала головой Мульяна, – я просто советовалась с Феней о том, как тебе умерить аппетит.

Феня повернулась к Куки.

– Мы ни слова не сказали про дверь. Решили, что мама больше не станет печь кексы, чтобы Зефирку в соблазн не вводить. Потому что она видит вкусное и мигом теряет силу воли.

– Не хочу ничего больше слышать и видеть, – затопала Куки.

– Убедительно прошу всех взять себя в лапы и прекратить словесную перепалку, – произнес Черчиль.

Куки не дала самому умному мопсу договорить, закричала:

– Хочу, чтобы все исчезли. Все надоели. Черчиль с Капитолиной у меня поперек горла встали! А Зефирка… Пусть у нее с хвоста вся шерсть вылезет! И бока в два раза жирнее станут.

– Чем это пахнет? – вдруг спросила Жози.

– Тухлой рыбой, – поморщилась Мафи.

– Нет, – мигом возразила Куки, – в комнате стоит аромат шоколадных конфет.

– Да ты что, – заспорила Мафи, – мой нос чует отвратительную вонь испорченной селедки!

У Куки вся шерсть встала дыбом.

– Не смей со мной спорить! Еще словечко поперек вымолвишь… и… и… провалишься в колодец.

– Куки, – ахнула Марсия, – и как только тебе такое в голову пришло! Немедленно извинись перед Мафушей. Иначе не избежать беды! Есть закон возвращения злых слов, он…

– А тебя пусть на самое высокое дерево закинет, и сиди там, – гавкнула Куки, почувствовала, как у нее заледенело все тело, а уши, наоборот, стали горячими, и убежала.


## Глава 3. Большая беда пришла

На следующее утро Куки проснулась от голода и вспомнила, что вчера вечером унеслась в свою спальню, так и не поужинав. В душе вновь поднялась горькая обида на Зефирку. Как она могла обозвать младшую сестру арбузом на маленьких лапках?

Решив никогда в жизни не разговаривать с Зефиркой, Куки, забыв умыться и почистить зубы, прямо в пижамке поспешила в столовую. Уже на пороге комнаты она подумала, что Муля сейчас велит ей идти в душ, привести себя в порядок и лишь потом разрешит сесть за стол. Куки секунду колебалась, может, пойти умыться, надеть платье… Но тут она вспомнила, что вместо розового комбинезона в стразах получила от Аманды растрепанную книгу с обложкой в пятнах от кетчупа, страшно разозлилась, влетела в столовую и крикнула:

– Не хочу идти в ванную…

Остаток фразы застрял в горле. В комнате было пусто. На столе стояла немытая после вчерашнего ужина посуда.

Очень удивившись, Куки заглянула на кухню. Но там даже не пахло мамиными кексами и какао. Муля не стояла у плиты, а ее красивый, всегда отглаженный голубой фартук с оборочками валялся скомканным на полу.

Куки развернулась и понеслась в спальню к маме. Кровать была застелена, Мульяна отсутствовала.

Мопсишка растерялась, но потом сообразила: Муля уехала на рынок за продуктами, и обрадовалась. Можно не умываться. Хотя сейчас ей замечание сделает Феня. Кстати, где она?


Куки посмотрела на часы: стрелки показывали девять утра – и опешила. В это время все в Мопсхаусе давно на лапах. Почему сегодня иначе? Может, члены семьи случайно выпили сонный чай, который белка Матильда делает для тех, кто заболел? В шкафу стоит банка с этой заваркой, на всякий случай. У Куки забурчало в животе, она решила обежать все спальни и найти кого-нибудь из старших, чтобы ей приготовили завтрак.

Спустя пятнадцать минут Куки вошла в спальню Зефирки и растерялась. Дома никого не было, все постели оказались заправлены. Только у Зефирки были смяты подушка и одеяло, а покрывало валялось на полу. Велосипед Мули, на котором она ездила за продуктами, мирно стоял у крыльца. Куки находилась в доме одна.

Растерянность длилась недолго, на смену ей пришла радость. Непонятно, конечно, где все, но возможность ходить по дому в пижаме, с неумытой мордочкой очень обрадовала Куки. До сих пор она никогда не оставалась без присмотра. И мопсишку раздражало, когда к ней в комнату постоянно вбегали то Жози, то Мафи. Не нравились Куки и замечания Фени. А сейчас – свобода!

Куки ринулась в кладовку и сделала то, что ей всегда запрещали: слопала варенье из двух банок. Потом она легла в гостиной на диван, и тут кто-то постучал в дверь.