Таня и тигр

Сначала у самолёта отвалилось одно крыло. Самолёт обиженно завалился на бок, немножко побарахтался, но это ему не помогло. Разваливаясь в воздухе, самолёт падал в океан. Хвост планировал, пытаясь догнать обломки.

В хвосте мирно спала девочка Таня. Надо сказать, она трусила лететь так далеко, в дружественную Камбоджу. И не предполагала, насколько далеко залетит.

Внизу, в водах Индийского океана ждали её приветливые акулы. Ядовитые морские змеи грациозно кивали головками: упадёт, так и быть, укусим. А строгая, но справедливая медуза крестовик скромно добавляла: но не раньше, чем я её потрогаю щупальцами. Я так давно не трогала щупальцами туристов из Санкт-Петербурга.

С кораллового острова, с его песчаного пляжа, глядел задумчиво турист-одиночка.

– Сколько сейчас в августе метеоритов. И какой большой. И, кажется, прямо мне на голову падает. ПЛЮХ!!!

Где-то над океаном взвился столб воды. Хвост упал, так и не догнав остальные, более счастливые обломки. Они упали в других, наверняка более интересных местах. В мире ведь столько интересного. Поэтому, надо обязательно путешествовать. Обязательно летать самолётами. Интересно, успела ли проснуться Таня? Ведь под водой тоже много интересного.

И Таня проснулась. Чихнула. Воздуха явно не хватало. Почему-то темно. Хотя сверху в иллюминатор пробивается слабый свет. Самолёт упал на отмель. Тёмная масса воды у самых Таниных ног успокоилась.

– Никуда от нас не денешься. – Подумал краб, проползая мимо. – Я первым тебя съем. Ну, может быть с кем и поделюсь. Вон ты какая, большая и вкусная. На всех хватит.

Таня заплакала. Таня поняла, что она уже приехала. Что встречи со школьниками Камбоджи не будет. Не будет весёлого лагеря на берегу залива.

– Меконг тебе, дуре, захотелось посмотреть. Мало тебе Невы было. У нас-то там хоть корюшка водится. А тут?!

В тёмной воде булькало и плескалось что-то страшное. Воздуха оставалось только на два глотка. И тогда Таня совершила подвиг. Она разом заглотнула в себя оба эти глотка и нырнула в воду. Пару раз она ударилась обо что-то твёрдое, поцарапалась. Но, наконец, выбралась и увидела поверхность моря над головой. Уже задыхаясь, она вынырнула. Глаза щипало от солёной воды. И она не сразу увидела необъятный простор океана.

Одна! Посреди океана! Никого рядом! Таня пошла было ко дну, но повернула голову и увидела сзади песчаный берег, зелёные пальмы. Недалеко! Я доплыву.

Таня прекрасно плавала. Добрая Валя Матвиенко не успела построить для Тани плавательный бассейн, и Таня плавала, где придётся. Нужда научит. Хорошо, что не было волн. Платье мешало, она стянула его через голову. Берег приближался слишком медленно. Что-то холодное тронуло её сзади. Осьминог!!! Таня поплыла очень быстро. Потом ещё быстрее. Потом так быстро, что задохнулась. Осьминог отстал. Может быть, это был не осьминог. Может быть, это была акула. На мелководье акулы тоже нападают. Откусывают ноги, руки, а потом всё остальное. Голодная и опытная акула Таню бы непременно съела. Но не судьба.

Шлёпая босыми ногами в тёплой воде, Таня выбралась на берег. Какая жарища! Всю географию Таня проспала и теперь даже не знала, в какую часть Индийского океана шлёпнулась. Её сверстники и сверстницы из группы питерских школьников наверняка это знали и сейчас рассказывали любознательным осьминогам и каракатицам.

Мелкий белый песочек обжигал ноги. Солнце пекло как горчичник. Мучимая жаждой, Таня добралась до пальм. Вот они, кокосовые орехи. Там, наверху, а Таня тут, внизу. И если бы её не спасло что-то такое непонятное, то Таня сейчас бы умерла от жажды и огорчения. Но орех сорвался с дерева и раскололся у её ног. Это что-то такое, кокосовый краб, хотел закусить, но явно не ожидал встретить Таню.

– Ну, конечно, ты большая. – Плакал он, глядя, как Таня пожирает куски ореха. – Я трудился, стебелёк перекусывал. Сожрала. Ничего не оставила. Дуракам счастье.

Пальмовая роща давала тень. Необитаемый остров заманивал: Заходи Таня. Ознакомься с моими достопримечательностями. Поглубже, поглубже заходи. Подальше от берега. На берегу ещё искать могут. А в глубине острова тебя никто не найдёт.

И Таня пошла.

Всё равно ведь куда-то идти надо. Не сидеть же на берегу. Ждать, когда тебе ещё один орех на голову спустят. Где-то в океане плакали акулы, рыдал осьминог, краб подводный перестал ждать Таню и уже поймал маленькую рыбку. Погибший самолёт конечно уже начали искать. И, конечно же, искали не там, где надо и будут искать ещё очень долго.

Плачут в холодном сыром Петербурге папа и мама, радуются мальчики и девочки. Теперь наша очередь, теперь мы полетим.

А тропический лес всё гуще. А кто тут интересно водится?

Страшный вопль за деревьями. Кого-то, непременно, едят. Когда съедят, поймают Таню и тоже слопают. Спасайся Таня! Тут водятся людоеды. Ещё один вопль. И громкий плач. И Таня сдуру побежала… Куда? Ну чем ты там поможешь. Вот ведь молодежь в Петербурге. Везде сунется. На поляне большой толстый удав обвил кольцами маленького черненького мальчика. Сейчас задушу, думал, а потом съем. Он уже начал заглатывать малыша. Но Таня схватила его за хвост и изо всех сил потянула. Удав рассердился. Ты кто такая, чтоб меня за хвост таскать?! А Таня привязала его за хвост к дереву. Мальчик вырвался и убежал. И спасибо Тане не сказал. И вы на юг поедете, тоже не надейтесь, никто вам спасибо не скажет. Нужны вы нашим удавам. Таня пошла дальше. Она искала бананы. Бананы здесь непременно должны расти. Чтобы Таня подкрепилась и с голоду не умерла. Но где же? Где?! Ни одного банана. А паутина, какая страшная! Кто-то плачет. Тоненьким жалобным голоском. Таня, не наученная горьким опытом, сунулась вперёд. И увидела большого жирного паука. Он полз по паутине к маленькой девочке. Дурочка запуталась в паутину и плакала. Паук высосет из неё кровь. И она будет висеть в паутине, сушеная и некрасивая. Паук непременно ядовитый. Таня об этом догадалась и не сунулась. Она взяла камень, что лежал под ногами, и запустила в паука. Да так удачно. И где только научилась.

Бедный паук. Ему не удалось пообедать. Таня освободила девочку из паутины. Та показала ей язык, укусила и убежала.

Не любят нас здесь, догадалась Таня. Что делать. Надо идти дальше. Джунгли всё гуще. Где-то журчит вода. Наверное, река. Таня вышла на тропинку. А по тропинке шла старушка. Тоже чёрненькая, дряхленькая, с палочкой. А за старушкой крался тигр. Он присел, чтобы прыгнуть и съесть старушку. И Таня мяукнула. Громко так, очень похоже. В джунглях кошек не водится. И тигр смутился и прыгнул в другую сторону. Старушка оглянулась, закричала, увидев Таню и тигра, ничего не поняла, стукнула Таню палкой и убежала.

Такая старенькая, а так быстро бегает, заплакала Таня.

Конечно, ей было обидно. Но её мучения уже кончались. В джунглях забили барабаны. Из-за деревьев выскочили туземцы. С луками и стрелами. Наверняка у них сегодня была охота. И я даже знаю на кого.

Бедная Таня. Её связали, привязали за руки и за ноги к длинной палке. И понесли. В детской книжке она видела такую картинку. Но там дяденьки охотники несли привязанную к палке дикую свинью. Кабана.

Но меня то зачем? – Не догадывалась Таня. На поляне стояли хижины туземцев. На костре в котле весело булькала вода. Женщины собирались варить суп.

Догадались бы меня угостить. – Подумала было Таня. А вождь племени уже подходил к ней, весело улыбаясь и почему-то вынимая из-за пояса острый ножик. Чего это он, не поняла Таня.

Таня!!! Сейчас тебя будет есть. Но сначала сварят из тебя суп. Ох. А ведь ты так не любила суп. Что бы мама сказала?

Снова забили барабаны. Другие охотники принесли из джунглей замечательную добычу. Большую и вкусную ящерицу, игуану. Все о чём-то заговорили. Наверное, решали, кого сначала съесть: вкусную игуану или эту девчонку. Белую, наверняка больную. И невкусную. Нас не только не любят, Таня. Мы Ещё И Невкусные. Как это обидно.

Ели игуану. Пили пальмовое вино. Закусывали бананами. Таня торчала кверх ногами и очень устала. Совершенно пьяный вождь, наконец, решил не есть Таню. Он решил на ней жениться. Вот счастье-то.

– Ты будешь моей любимой женой, говорил вождь. Восьмой. Восьмёрка это счастливое число у нас в джунглях. Восьмая жена вождя. Я попрошу старших жен, чтобы они тебя первое время не очень били. Не заставляли первое время очень много работать. А когда ты состаришься, не бойся, ты быстро состаришься. Я велю, чтоб тебя не привязывали к дереву, на съедение муравьям. Нет, любимая. Я своими руками отнесу тебя высоко в горы. Таня не говорила по-местному. Но всё, всё понимала. У нас в горах, говорил вождь, замечательный действующий вулкан. Наша национальная гордость. Я сброшу тебя в жерло вулкана.

Свадьбу решили сыграть тут же. Пальмовое вино ещё оставалось. Таню развязали, посадили на землю. Стали петь красивые туземные песни. Плясать красивые местные танцы. Угостили Таню бананом. В джунглях ревел тигр, наверное, тоже хотел на свадьбу.

Лучше бы тигру досталась, думала Таня. Он моложе. У вождя выпали от старости все зубы. Зато он был ужасно толстый и совершенно лысый.

А я-то думала, что они все курчавые. Век живи, век учись. Но умирать не хочется.

Вождь напился пьяным и на Таню не смотрел. Маленький черный мальчик, маленькая чёрная девочка и противная дряхлая старушка с палкой в руке подобрались к Тане.

– Сейчас опять будут бить палкой и кусать. – Догадалась Таня.

Пойдём. – Шепнул ей мальчик.

– Куда? – Шепнула Таня.

– Туда. – Сказала девочка и показала Тане кулак. А старуха замахнулась палкой.

Хорошие люди. – Поняла Таня и пошла, тихонько выбралась из за стола. Хотя не за столом они сидели, а на земле. Хотя непонятно на каком языке туземцы говорили.

Отошли они потихоньку подальше. Тане показали тропинку в джунглях. Беги Таня!

Сзади уже кричал вождь. Он обнаружил пропажу.

Таня побежала. Быстро наступила ночь. А ночь в джунглях, это ужасно. Там все охотятся друг на друга. Все хорошо видят в темноте. Кроме Тани. Она ничего не видела. Она чувствовала, что сейчас её кто-нибудь съест. Может быть крокодил. Возможно, удав. Не исключено, что тигр. Лучше переждать до рассвета вот под этим деревом. Таня присела под толстенным фикусом. Конечно, её могла укусить кобра. Но пока кобра собиралась, Таня немного передохнула. Немного поплакала. Громко плакать нельзя. Услышат.

– Ах, Таня. Как трудно одному в лесу.

– Да уж. – Вздохнула Таня.

– Не с кем поговорить. Никто тебя не любит. Вокруг одни враги.

– И не говори. – Вздохнула Таня.

– И, главное, все такие тупые. Им бы только жрать. А уж музыка у них.

– Да, музыка у них, согласилась Таня. А ты кто такой? В темноте не видно. По голосу мальчик. Ты не из Питера?

– Из Питера.

– А что ты здесь делаешь? Ты, случайно, не с нашего самолета?

– Нет. Я с другого самолёта.

– А как тебя зовут?

– Джек.

– Джек! Давай дружить!

– Давай!

– Ну, где же ты? Выходи!

В темноте летали светляки. Они освещали Таню. А Джека не было видно. Он стоял за деревом и не торопился показаться.

– Джек! Я уже боюсь. Покажись.

– Нет, Таня. Я стесняюсь. Я очень страшный. Обещаешь, что не будешь меня бояться?

– ОБЕЩАЮ!!!

ИИИИИ!!!!

Ну вот. А ведь обещала.

– Ты тигр!

– Да, я тигр.

– А почему ты говоришь?

– Что ж мне, рычать что ли?

Действительно. Но это был тот самый тигр, что днём едва не съел старушку. Он стоял в темноте. Такой полосатый. Усатый и зубастый. И мог, если захочет, проглотить Таню. Разорвать Таню в клочья. И утащить её глубоко, глубоко в джунгли. Чтобы поужинать спокойно и без свидетелей. И всё-таки интересно.

Как же ты, тигр, а говоришь. И не по-английски, по-русски говоришь. Я слышала, один тигр в Стамбуле умеет говорить Аллах Акбар. А наш питерский тигр оказывается, ещё лучше умеет. Я всегда думала, что наши питерские ещё лучше. Но чтобы тигр!

Да, я такой, вздохнул тигр. Мне это нравится. Я работал в цирке, у укротителя Куклачёва – Сиамского. И незаметно научился. Укротителю не говорил, чтобы его не огорчать. А сам, иногда, по ночам, когда не спалось. Медведь, в соседней клетке, тоже научился. Мы летели на гастроли одним самолётом. Медведь, я, дрессировщика не взяли. Он опоздал, полетел другим самолётом. И вот над океаном такое безобразие. Разбились все, один я спасся и теперь вот странствую в джунглях. КАК СКУЧНО, ТАНЯ! Ни тебе поговорить, ни узнать, как ЗЕНИТ сыграл.

– Зато, здесь можно встретить тигрицу. – Сказала Таня.

– Они такие дикие. Только рычат и кусаются. Интеллигентному тигру с ними скучно. Нет, пора домой, в Петербург.

– Сядем на ближайший самолёт. – Съехидствовала Таня. И полетим. Я полечу в бизнес классе, ты в багажном отделении.

– Не стыдно? – Спросил тигр.

– Стыдно, согласилась Таня. А что делать? Кстати, зачем ты крался за старушкой? Может ты всё-таки тигр людоед? Спросила и самой стало страшно. А ВДРУГ И ПРАВДА? А ВДРУГ ДЖЕК ПРИТВОРЯЕТСЯ?

– Дура ты Таня. Я играл, я шутил. Мне скучно в джунглях.

– Тоже мне, Евгений Онегин с хвостом. Лишний тигр в джунглях.

Таня здорово рисковала. Если бы Джек не был таким добрым, таким воспитанным. Проще говоря, если бы он не был ПИТЕРСКИМ ТИГРОМ, а был бы каким – нибудь московским там львом или скажем киевским леопардом. ТО ТАНЯ БЫЛА БЫ СЪЕДЕНА. Я бы сам её съел. Не груби мужчинам. Мы народ хрупкий, нервный. Случае чего, зарычим и разорвём в клочья. Но Джек, но Джек простил Таню. ОНА ЕМУ ОЧЕНЬ ПОНРАВИЛАСЬ.

– Подождём до рассвета, Таня. А там поищем дороги к берегу моря. Может быть, мы встретим какой-нибудь корабль. Тебя они возьмут, возможно. Меня застрелят и сдерут шкуру. Но для тебя я готов на всё! – Не надо, тигр! Не говори таких слов! Ты занесён в Красную книгу. Тебя не посмеют тронуть. Я скажу им на своём почти отличном английском языке. РУКИ ПРОЧЬ ОТ МОЕГО ТИГРА, hands off!!! Мы уедем вместе в Петербург и там всё скажем твоему укротителю. Он нас поймёт. Мы будем счастливы тигр!!!

Джунгли никогда не слышали таких речей. Заслушались кобры и передумали кусать Таню. Удав своими тупыми мозгами всё-таки понял, есть на свете настоящая любовь, надо будет и мне помягче со своей удавицей. Быстро наступил тропический рассвет. И хорошо, что быстро. Ведь любовь тигра и ученицы 9-го А класса школы с углублённым изучением английского языка обречена, никто их не поймёт.

Они пошли по утреннему лесу. Тигр хотел было поймать антилопу, но передумал. Не хотелось выглядеть перед Таней слишком кровожадным. Потерплю.

В джунглях гудели барабаны. Вождь туземцев не оставлял своих планов. Или женюсь на ней, или, на худой конец, съем. Чтоб не бегала. Такую честь ей оказал, а она в бега ударилась. Но Таня с тигром ушли уже далеко. Море звало их. Там акулы, дельфины и осьминоги. Там летают чайки над морской волной. Там можно встретить пиратов.

Таня возлагала на возможную встречу большие надежды. Захвачу вместе с тигром пиратский корабль и стану грабить корабли в водах Индийского океана. Мало вам не покажется. Мы еще поживём с тигром, мы ещё повоюем. А цирк и 10-й класс оставим на потом. Когда-нибудь, в старости, я так и быть пойду в школу, все равно делать нечего. А сейчас…

А как же друзья и одноклассники Тани? Сейчас, самое время рассказать, что происходит на дне океана. На дне Индийского океана совсем не глубоко, всего 4 километра. Не то, что в Тихом, там целых 11. И куда столько? Устанешь, пока до дна доплывёшь. А Танины друзья и одноклассники, наверняка, очень интересно проводят время. Жаль, что не скажут. Я всё-таки загляну на дно. Ау. Скажите хоть буль-буль. Ничего не скажут. И темно там, на дне, ничего не видать. Может, их там и нет?

Это большая трагедия, говорил президент по телевидению. То, что самолёт разбился, трагедия. И то, что школьники утопли, трагедия. Но это ещё не беда. Беда что мы так и не знаем, чего это самолёты бьются. Но мы это обязательно выясним. ТАНЯ ПОГИБЛА НЕ ЗРЯ! Мы узнаем, почему самолёт грохнулся. И ПРИМЕМ МЕРЫ!!!

Таня с тигром шли по джунглям. Тигр собирал и дарил Тане цветы-орхидеи. Тигр отгонял от Тани комаров, мух. И один раз даже отогнал от неё муху ЦЕЦЕ. Если бы муха Таню укусила, то Таня заболела бы ужасной сонной болезнью. Сонливость, апатия, можно в школу не ходить. А потом помрёшь, и захочешь пойти в школу, но мертвецов туда не пускают. И папа с мамой будут приносить тебе на могилку цветы, а ты их даже и не понюхаешь. Как приятно пахли орхидеи. На мой так вкус ландыши лучше. Но дарят орхидеи, нюхай орхидеи. А ещё лучше позавтракать.

Где-то орали обезьяны, их жрали удавы. Плакала птичка, попав в паутину уже нам знакомого паука. Все что-нибудь да ели, никто не голодал. Тигр сорвал Тане гроздь бананов.

Что ж, лучше, чем ничего, думала Таня. Хорошо бы сейчас пойти в ресторан. С тигррром!

– Джек. А ты хочешь есть?

– Хочу, Таня. Признался тигр.

– Что же ты стесняешься?! Поймай себе какую-нибудь антилопу. Я не буду глядеть. Я отвернусь.

И Джек моментально поймал себе антилопу. Небольшую, чтобы Таня не стеснялась. Но Таня всё равно обмерла. Джек – хищник. Свирепый и беспощадный хищник. Печально, но факт.

Как хрустели косточки бедной антилопы. Ей было, наверно, очень больно. Она, наверное, была очень вкусная. Жаль, что он питается сырым мясом, а я только жареным. Ресторан отпадает, не пойдём. Невежественная Таня не знала, что некоторые в ресторане и сырым мясом питаются. И ничем мы не хуже тигров.

После завтрака они пошли дальше. И, наверное, далеко бы зашли. До моря оставались сущие пустяки. Но вдруг тигр насторожился. Таня закричала от ужаса. Возле высокого тропического муравейника к дереву привязан скелет человека. Муравьи обглодали его. Череп улыбался таинственной улыбкой. А в зубах мертвец держал какую-то бумажку. Всякий, кто интересуется пиратами, поймёт. И Таня поняла.

– Джек. Попробуй достать эту записку. – Шепнула она.

– Попробую. Не нравится мне этот скелет. Чего он улыбается? Хотел бы я знать, кто его привязал к дереву? Это не местные. Местные не стали бы портить такой вкусный кусок мяса. Сами бы съели. Загадка. Но раз ты хочешь, Таня. Попробую.

Тигр протянул лапу. И случилось необычайное. Скелет лязгнул зубами и попытался укусить тигра.

– Ай!! Скелет лягнул ногой тигра. Тот с визгом отступил.

– Ему есть, что охранять. – Прохрипел он.

– Уйдём, Джек. Ну его. Не связывайся.

– Нет, теперь не уйдём. – Взревел самолюбивый тигр. Возьми палку. Бей его по рукам. А я займусь им вплотную.

Что это значит, Таня не поняла. Она схватила сухую ветку и ткнула её в зубы озверелого покойника. Скелет начал было грызть палку, не выпуская из зубов записку. А Джек подкрался сбоку и ударом лапы сшиб у скелета череп. Череп мячиком покатился по траве, попытался укусить Таню за ногу. Она хлопнула его и раз и два, и не расколется, такой твёрдый, как кокосовый орех. Тигр воевал с безголовым скелетом. Без головы скелет потерял ориентацию и скоро прекратил сопротивление. Записку удалось-таки выбить из зубов чудовища. Тигр лапой отшвырнул череп, Таня подхватила записку.

– Бежим! Они бросились бежать по тропе. Скелет рвался за ними. Но был прочно привязан к дереву. Победа. Но нужна ли нам эта победа? Теперь за нами не только живые туземцы, но и мертвый покойник будут охотиться. Ночью мертвецы особенно опасны. Но дело сделано, прочтём, что там написано.

В записке значилось следующее: Прямо по тропе, в пещере на берегу моря, в час отлива, когда заснут морские змеи. Берегись осьминога.

Таня смутилась. Осьминог! Морские змеи. Но с другой стороны. А вдруг, клад!

– А вдруг, змея укусит? – Сказал Джек. Морская змея, самая страшная в мире. От её яда нет спасения. – А я так больше осьминога боюсь.

Джек не ответил. Тигр решал, хорошее доброе тигриное чувство боролось с естественной осторожностью.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.