Прорыв в реальность
Фантастика
Наталия Говорухина

© Наталия Говорухина, 2018

ISBN 978-5-4493-4082-5

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Беспилотник замедлил скорость. Он облетел склон горы в поисках места для посадки. Наконец показалась расчищенная от кустарников и деревьев площадка, и аппарат стал снижаться. Радостное волнение охватило меня, ведь я скоро встречусь с отцом. Прошло около шести месяцев, как он начал работать над новым проектом. Отец был его руководителем, и сам выбрал довольно удаленное от города место для размещения лаборатории. Когда я его спрашивала, зачем так далеко, папа отшучивался: захотелось пожить на природе. Я ему не верила. Но допытываться не стала. Если нельзя говорить о работе, значит нельзя. Я знаю правила.

Зима была на исходе. Пробуждение природы чувствовалось во всем: маленькая зеленая травка виднелась местами, ручейки от таявшего снега весело бежали по склону горы, а самое главное – воздух. Вдыхая его, я каждый раз словно делала глоток живительной воды после долгой жажды. Ощущение того, что не только я радуюсь приближению весны, но и маленькое существо внутри меня, растущее с каждым днем, дарило мне необыкновенное чувство счастья. Мы вместе вдыхали ароматы леса, наслаждались окружающим миром. Это было так ново и необычно, я словно заново училась жить. Город с его одноцветными зданиями и установленным раз и навсегда климатом не мог подарить таких чувств, и все разнообразие световых инсталляций не компенсировало отсутствие праздника пробуждения жизни.

Я с удовольствием впитывала окружающую картину и даже специально решила пройти к зданию лаборатории лесом, чтобы в полной мере насладиться природой и еще раз немного подумать. Мою голову занимали размышления о ребенке, которого я ждала. Мне очень хотелось его сохранить. Но мы с Себастьяном не получили разрешения на его рождение. Я знала, что в таких ситуациях Совет города редко идет навстречу родителям. Наш номер в очереди на появление ребенка был далеко за сотню. Это означало, что мы могли позволить себе родить его только через пару лет в лучшем случае – один из способов борьбы с перенаселенностью, ничего не поделаешь. Очередники получали разрешение только со случайной гибелью какого-нибудь горожанина. А от старости люди почти не умирали. В общей человеческой массе для целей общества это казалось рациональным и таким необходимым, но когда коснулось лично меня, я мириться с таким порядком вещей не захотела. Мне нужен был совет отца: как сделать так, чтобы родить ребенка сейчас, вне очереди.

Я старалась двигаться осторожно, чтобы не поскользнуться на влажных камнях. Это так заняло мое внимание, что я не сразу почувствовала наблюдателя за своей спиной. Но отчетливое ощущение, что кто-то сопровождает меня, заставило оглянуться. На меня смотрели два желтых холодных и расчетливых глаза. От неожиданности я не сразу поняла, какому существу принадлежит этот вгоняющий в ужас взгляд. Прежде чем я осознала, что стою перед волком, в моей голове лавиной неслись мысли: «Как можно было так безответственно поступить и приехать сюда одной, да еще и не предупредив никого? Что делать, оказавшись в такой ситуации? Почему он так внимательно за мной наблюдает?» И тут еще одно понимание прострелило мой мозг. Волк же хищник, а я – его жертва на сегодня, я и мой неродившийся ребенок. Такого ужаса я никогда еще не испытывала в своей жизни, оцепенение охватило все тело. По спине побежала струйка пота, но руки и ноги стали ледяными, их покрывали мурашки, словно стоял трескучий мороз. Волк начал приседать на задние лапы, и снова мысль пронзила мой мозг: «Готовится к прыжку». И тут я поняла, что должна остановить зверя любой ценой, я должна защитить своего малыша. Но что можно было сделать в такой ситуации? Так необходимый мне сейчас нейтрализатор я оставила по рассеянности в беспилотнике. Городской человек не привык сталкиваться с опасностью. Именно поэтому до сих пор происходили случайные смерти. Современные люди воспринимали тело лишь как сосуд и заботились о нем только по необходимости. Мой сосуд сейчас мог разбиться, правда, при этом его осколки открыли бы дорогу для прихода в мир нового человека, стоящего в списке очередников. И тогда я сделала то, что считала наиболее возможным в этой ситуации, я запела. Сначала тихонько, но по мере того, как волк начал выпрямлять задние лапы, мой голос звучал все громче и увереннее. Теперь я своим пением гипнотизировала это дикое существо. И неожиданно для себя открыла простую истину: показывая умение, недоступное другому, вызываешь у него уважение или даже преклонение. Мой звенящий на весь лес голос переместил меня для волка из роли жертвы в хищника или даже высшее существо. Я почувствовала себя лесным духом, к которому прислушивается все живое. Мы словно слились в единое целое и творили вместе нечто неуловимое, но такое понятное – мы создавали жизнь.

Вдруг волк начал колебаться: он то смотрел в сторону, то оглядывался назад. Его явно что-то беспокоило. Я осторожно осмотрелась вокруг и увидела Дингу – огромную собаку отца. Она узнала меня, подошла, встала рядом и, оскалив зубы, начала рычать на волка. Перестав петь, я стала копировать поведение Динги – открыла рот, выставила зубы и пыталась издать что-то похожее на рык, зачем-то еще подняла перед собой руки с расставленными пальцами и показала красные наманикюренные ногти. Теперь два хищника демонстрировали другому свою силу. Наша с Дингой бравада подействовала, и волк, решив не связываться со столь воинственной стаей, развернулся и убежал в лес. Я с облегчением выдохнула, упала на колени и благодарно обняла собаку за шею. Она радостно завиляла хвостом и лизнула меня по щеке. Переведя дух, мы вместе направились в лабораторию.

Отец, как обычно, был занят исследованиями. Узнав о моем приезде, он сразу поднялся ко мне.

– Арсения! Ты одна приехала? – удивился он. – Где твой ухажер?

Отец недолюбливал Себастьяна и каждый раз демонстрировал это.

– Он не ухажер. Он мой парень. Почему ты его так не любишь?

– Не хватало еще, чтобы я его любил! Это ты люби своего ухажера, а для меня главное, чтобы он был достоин тебя. Я пока этого не вижу. Ну так почему одна, неужели разбежались? – в зеленых глазах отца заблестели лучики надежды.

Я подумала, что пора бы ему смириться с наличием другого мужчины в моей жизни, а вслух сказала:

– Мне нужно с тобой поговорить, это очень важно для меня.

Отец как-то сразу весь напрягся и даже вжал голову в плечи:

– Когда твоя мама мне говорила подобные слова, ничего хорошего это не предвещало. Последний раз она так сказала при нашем расставании. Что-то случилось?

– Давай не здесь. Пойдем к тебе, – сказала я.

Мне не хотелось, чтобы кто-то стал свидетелем разговора. Сотрудники лаборатории, хоть их было и немного, постоянно курсировали мимо нас. Возникло ощущение, что за нами наблюдают.

Отец погладил бороду, оглянулся вокруг, а потом предложил:

– Раз такое дело, может лучше прогуляемся по новой аллее? Ты видела, какой нам парк разбили?

– Нет, я лесом шла от парковочной площадки, хотела воздухом подышать, – мне пришлось сознаться в своей не единственной на сегодняшний день шалости.

– Тогда вперед, пойдем покажу парк, – обрадовался отец.

«Что же у них тут происходит? Папа не хочет разговаривать даже в своем жилом блоке, подозревая о важности моего сообщения. Странно все как-то», – подумала я.

Мы вышли из здания и направились к центральной аллее парка. Динга, до этого смирно сидевшая рядом, начала радостно носиться вокруг. Она нарезала круги, каждый раз замедляя бег возле нас и заглядывая в глаза отцу. Словно проверяла, все ли в порядке, доволен ли хозяин. Все-таки необыкновенная преданность у этого животного.

– Ну, что у тебя случилось? – спросил отец, сразу переходя к делу.

Он вообще не любил «тратить время впустую». Это были его коронные слова. Когда ему хотелось закончить неприятный разговор, он использовал именно их. Говорил: «Перестань тратить мое время впустую, просто скажи, что ты от меня хочешь». Тем более удивительно было это слышать от современного человека, имеющего, как правило, огромный ресурс времени для жизни.

– Я беременна, – не тратя лишних слов, ошарашила я отца.

– Ээ, ммм, вы получили разрешение на ребенка? Так быстро?

– Нет, у нас нет разрешения, – ответила я и опустила глаза в пол, как нашкодившее дитя.

– Подожди, ничего не понимаю. Как же вас допустили к искусственному оплодотворению? – отец пытался сложить в голове пазлы, чтобы получить картинку происходящего.

– Папа, ну ты же не ребенок, чтобы я тебе объясняла, как делают детей! – возмутилась я.

– Дорогая, ты тоже не ребенок и знаешь, что случаи естественного зачатия сейчас крайне редко происходят. Совсем разучились детей делать! – с досадой выпалил отец. Наконец, полностью осознав происходящее, радостно добавил, – Передались гены-то. Мы тебя с мамой тоже сами сделали. Поздравляю! Ай да, Себастьян! Молодец! Вот теперь я его уважаю.

Вот это новость! До сегодняшнего дня я не знала эту одновременно маленькую и большую подробность своего рождения. Значит, Совет разрешил родителям меня оставить. Правда, с другой стороны, они могли все и в положенный срок сделать. Нет, невозможно. Так быстро уложиться в отведенное время? При всех трудностях с естественным зачатием у современных людей? Невозможно! Поэтому все поголовно и делают искусственное оплодотворение. В моей душе забрезжили лучики надежды. А отец продолжал радоваться как ребенок. Он потирал руки, глаза светились от счастья. Я давно его таким не видела.

– Ты же знаешь, как только скажу о своей беременности, меня отправят на принудительный аборт. А я хочу оставить малыша. Что теперь делать-то? – спросила я.

– Рожать! Что делать? – отец ненадолго задумался, потом добавил, – Ты никому пока не говорила?

Я отрицательно мотнула головой.

– Только Себастьян знает, и все. Мы решили сначала с тобой посоветоваться.

– Правильно. Пока никому и не говорите. Я сам получу для вас разрешение.

– Но как? Я слышала, это практически невозможно, – мой голос выражал сомнение, но внутренне я была уверена, он сможет. Не знаю, как, но сможет.

– Это теперь не твоя забота. Ты, главное, о ребенке думай, о себе заботься. Н-да…

Отец погрузился в свои размышления. Мне не хотелось его прерывать, но на языке вертелся вопрос. Он мучил меня и вырывался наружу:

– Папа, а как вы с мамой получили разрешение на меня?

Отец встрепенулся и, немного растягивая слова, ответил:

– Моя работа, на корпорацию. Я продался им. На всю жизнь… Н-да…

За этим простым ответом я почувствовала всю трагедию жизни отца. Его работа всегда была предметом спора между родителями. Мама периодически требовала, чтобы он оставил корпорацию. «Ты не должен участвовать в их бесчеловечных опытах», – говорила она. Отец каждый раз отвечал, что не может этого сделать, пока однажды мама не оставила его и не ушла к другому мужчине. Неужели она ничего не знала о договоре отца?

– Ну что, идем я тебя угощу чем-нибудь вкусненьким? – прервал мои размышления папа.

– Давай, – обрадовалась я, перекусить мне сейчас не помешало бы.

Мы направились к зданию жилого корпуса. Нагулявшаяся Динга шла рядом. И тут я вспомнила о своем столкновении с волком. Мне не хотелось говорить отцу об этой опасной встрече, но я знала, что он часто ходит в лес выгуливать собаку. Значит, его следовало предупредить. И я начала издалека:

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.