Наталия Гапанович
Ненавижу космос

В 2050 году Земля вступила в межгалактический альянс как равноправный партнёр.

Полёты на другие планеты не редкость, но пока ещё недоступны широкой общественности.

ЧАСТЬ I

Глава 1

Ранним солнечным утром на университетской площади собрались неугомонные студенты. Они стояли с громоздкими рюкзаками и туго набитыми чемоданами, готовые отбыть в любую минуту. С беспокойством поглядывали на пустое возвышение, ожидая решения комиссии, надеясь, что их имена назовут.

Никто не знал, по каким критериям отберут пятнадцать счастливчиков. Они будут учиться по программе студенческого обмена в лучших университетах галактического альянса.

Приглашения получили шестьдесят претендентов из разных уголков Земли. Каждый из стоящих здесь жаждал услышать своё имя. Что тут делаю я – не пойму.

Десять лет назад, когда первые инопланетяне сошли на Землю с мирной миссией, наш мир буквально сошёл с ума: по телевизору только о них и говорили, в книгах о них писали; во всех университетах стали востребованы специальности, связанные с космосом, а остальные оказались в меньшинстве и вдруг стали непопулярными.

«Ау! Очнитесь! Нам ведь придётся жить здесь – на Земле!»– хотелось мне кричать обезумевшему миру.

Мой одинокий голос заглушила космическая пропаганда по всем возможным источникам информации. От мысли, что скоро можно будет летать на другие планеты так же просто, как на самолёте в другую страну, мир был в эйфории.

Протестуя против космической политики, я поступила на факультет, ничем не связанный с космосом – медицинский. Своё будущее связывала только с Землёй, поэтому не смотрела телевизор, не читала ничего, связанного с другими планетами; не знала о них ровным счётом ничего.

Закона подлости никто не отменял, и он проявился во всей красе. В один прекрасный день открыла почту, а там меж разных писем – официальное письмо с межгалактическим адресом, помеченное красным и подписанное электронной подписью. Как полагается, ввела свой идентификационный номер и открыла приглашение. Прочла. Приличных слов не нашлось.

Почему выбрали меня? Об этом мечтает почти каждый студент Земли. Почему из огромного числа желающих выбрали ту, которая больше всего на свете этого не хотела?

Перечитав сообщение несколько раз, с облегчением вздохнула: пока что я только претендентка. Может, пронесёт.

Счастливчиков выберут только через три дня. К письму прилагались билеты и было указано, что в назначенную дату я должна прибыть по указанному адресу, с вещами, готовая к немедленной отправке.

И вот я прибыла на место назначения, стою на площади среди нетерпеливых студентов, с громоздким рюкзаком на моих хрупких плечах – и с надеждой, что меня не выберут. Была бы возможность отдать своё приглашение другому – отдала бы без раздумий …. Однако условия конкурса это не предусматривают.

Всё стихло. На мгновение даже птицы перестали щебетать. Наступила звенящая тишина. Только непослушный ветерок бродил среди напрягшихся студентов, развевая их волосы, не соглашаясь с неожиданной паузой.

На возвышение поднялись трое мужчин в чёрных костюмах. Напряжение нарастало, все взгляды были устремлены на комиссию.

– Поздравляю всех собравшихся, – начал один из них. – Все земляне надеются, что это поможет нам влиться, как полноправному партнёру, сделать огромный шаг в межгалактический…

И бла-бла-бла, ну как всегда, дифирамбы альянсу и инопланетянам. И чего им дома не сиделось? Какого чёрта припёрлись к нам? Места им, что ли, мало в своих галактиках?

Над площадью, как огромная туча, повисла летающая тарелка, заслоняя голубое небо над нашими головами.

– А теперь долгожданное решение комиссии альянса. Вот пятнадцать счастливчиков…

Народ на площади ощутимо напрягся, все озирались по сторонам. Сверху один за другим стали опускаться лучи: едва такой луч освещал счастливчика, тот мгновенно исчезал.

Стою в тени и тихо молюсь: только не меня! Прошу, только не меня!

Боязливо озираюсь на спускающиеся лучи – то слева, то справа, спереди, сзади, – вздрагивая каждый раз, как луч опускался неподалеку, не зная, могу ли вздохнуть с облегчением. Нервы натянуты как струны, до предела, не расслабиться ни на секунду.

Меня ослепляет луч.

Нет! Только не это!

Съёжилась от ужаса, как будто это меня спасёт. Растеряно осмотрелась по сторонам, поймала несколько завистливых взглядов. Краем глаза заметила, что рядом стоящий парень тоже освещён и смотрит на меня с надеждой, не понимая, кого же из нас выбрали. Как за соломинку схватилась за последний шанс, что это парень выбран, пугливо отпрыгнула в тень. Попыталась убежать от луча, но он как будто прилип ко мне, как банный лист к… ну, и так понятно.

По телу пробежал холодок осознания – подтвердились мои самые страшные опасения.

Мне конец! Как я буду среди них жить? Ведь я ничегошеньки о них не знаю.

Луч втянул меня наверх.

Я оказалась в светлом помещении, среди излучающих непомерное счастья студентов. Вот только их радости я не разделяла, скорее наоборот – мне хотелось кричать от безнадёги.

– Прошу внимания! – раздался голос неизвестно откуда, – следуйте за указателями, они приведут вас в жилой сектор. Разойдитесь по каютам, покидать их запрещается до специального сообщения.

Студенты расстроено зароптали.

А на что они рассчитывали, а? Что вокруг них будут прыгать инопланетяне? Пф-ф… наивные.

Засунула руки в карманы джинс, ожидая, пока ропщущая толпа продвинется. По бокам засветились указательные стрелки, и мы гуськом пошли вглубь серого коридора. Дошли до жилого корпуса со множеством дверей по бокам. Каждый выбрал себе каюту, поднёс запястье к сканеру замка. Он считал чип, который вживляют всем жителям Земли при рождении.

Дверь отъехала в сторону. Ну что ж, пока неплохо. Везде серо-синие цвета, откидная кровать, столик, стул. Не большой, но вместительный стенной шкаф. Головизор, надеюсь, подключен к межгалактической сети. За незаметной дверью – ванная комната.

Сбросила с плеч тяжёлый рюкзак, сняла джинсовую куртку и всё спрятала в шкаф. Легла на кровать и уставилась невидящим взглядом в потолок, пытаясь собраться с мыслями.

По дороге сюда я лелеяла надежду, что меня не выберут, что вернусь домой и продолжу своё жалкое существование: пройду практику, найду работу, но самое главное – буду на Земле. В привычной и родной обстановке, в окружении знакомых людей. Людей, а не невесть кого. А теперь… Что меня ждёт впереди?

Лечу с инопланетянами, на неизвестную планету; вернуться смогу не раньше, чем через два года, когда завершу обучение там. Интересно, там – это где? Мне ведь даже не сообщили, куда везут, какие там условия, какие инопланетяне? Я ведь о них ничего не знаю. И знать вообще-то не желаю, но теперь придется узнать – иначе я там пропаду.

Да наверняка пропаду. Я не особо общительная, не зарегистрирована в социальных сетях. У меня нет сотни друзей, как у большинства пользователей сети. Есть парочка реальных, зато надёжных.

Как я там проживу два года без своей лучшей подруги Дианы, без наших вечерних посиделок? Мы вместе выросли, вместе играли в одну и ту же виртуальную игру, слажено проходили уровень за уровнем. Когда я сделала роковую ошибку, она единственная меня поддержала и помогла это пережить.

А кто мне поможет на другой планете? Никто. Могу рассчитывать только на себя, на свои силы и знания. А знаний, особенно об инопланетных наших братьях, мне остро не хватает. Так что хватит нюни распускать, надо браться за дело.

Включила головизор. Передо мной повисла голограмма, подключение к сети было активно. Так, надо поискать информацию об инопланетянах, мне же с ними жить два долгих года. Господи за что?

Я даже не знаю, на какую планету лечу, почитала бы о ней. А теперь придётся обо всех. Ввела в поисковое окно «жители галактического альянса».

Чтоб их куда!.. Откуда их так много?

По телевизору постоянно говорили о жителях других планет, но я честно пропускала всё мимо ушей. Ведь я не планировала иметь с ними никаких дел. А тут на тебе! Приглашение. Как гром среди ясного неба. Разрушил все мои планы на будущее. Хотя какое будущее, когда я сама себя приговорила к пожизненному наказанию? Диана меня за это отчитывала, но я твёрдо решила, что должна понести заслуженную кару.

И вот жизнь в очередной раз сделала кульбит, а мне подстраивайся. Как сориентироваться среди множества рас? Хорошо хоть у всех есть общие черты: две руки, две ноги, одна голова; нет неясных форм жизни. Конечно, они отличаются ростом, количеством пальцев, цветом кожи. Тут было бы, чем заняться нашим расистам. Цвета кожи всех оттенков радуги; между прочим, белокожих меньше всего.

Внимание привлекла надпись «особенности общения различных рас».

Вот это да. Оказывается, и такие есть? Ну-ка, посмотрим.

«Каждая раса имеет свою специфику общения, поэтому обратите особое внимания на различия, чтобы не попасть в неудобное положение и не обидеть своим неведением гостя с другой планеты».

Открываю приложение, а там длиннющий список.

«Не прикасаться».

«Не подавать руки».

«Не смотреть в глаза…»

– Просим пристегнуть ремни безопасности, готовимся к гиперпрыжку, – сообщил безжизненный женский голос, прервавший моё знакомство с расами.

Рядом с кроватью зажглась стрелка, указывающая на откидное сиденье, которое я не заметила раньше.

Отключила головизор и сделала как велено. Я ведь не знаю, что такое гиперпрыжок и почему надо пристегнуться; лучше перестраховаться, чем потом сожалеть.

Свет притух. Неожиданно меня вжало в сиденье, уши заложило. От неприятных ощущений зажмурила глаза и вскоре почувствовала, что из носа капает. Спустя какое-то время тот же голос сообщил, что можно отстегнуться. Фух! Вздохнула с облегчением. Надеюсь, такие прыжки будут нечасто.

Утёрла нос тыльной стороной ладони. Вот чёрт, кровь. Только размазала. Чуть приподняла голову, чтобы не капать на пол, и пошла исследовать ванную комнату.

Красные капли падали на белоснежную раковину. Обмыла лицо, скрутила тампоны из бумажных салфеток и засунула их в нос. Посмотрелась в зеркало – ну и видок у меня. Расчесала пальцами волосы цвета пшеницы, снова глянула на свое отражение – большие выразительные глаза цвета грозового неба, маленький курносый носик с торчащими из него белыми салфетками.

Надеюсь, эта межгалактическая поездка будет единственная. Что-то не хочется всю дорогу сидеть с тампонами в носу.

Уже собиралась снова прилечь на кровать и включить головизор, когда бездушный голос корабля сообщил:

– Внимание, студенты. Собрание на втором уровне, в зале для совещаний, через десять минут. Следуйте за указателями.

Ну наконец-то, получим хоть какую-то информацию. Выходя из каюты, вспомнила, что из носа торчат тампоны. Вот опозорилась бы! Быстренько сбегала в ванную, выбросила тампоны, окинула свое отражение придирчивым взглядом и поспешила в зал, где уже собирались счастливчики.

Белый зал, прямоугольный стол со стульями. Строгие линии, никаких картин и других элементов декора, только чёрное и белое. Во главе стола стоял солидный мужчина лет пятидесяти, с приплюснутым носом и опущенными вниз усами. Интересно, он человек? Присмотрелась к нему повнимательнее. Нет, с такими глазами точно не человек. Зрачки по контуру синие, внутри белые; выглядит странно, если не сказать – дико. Но я, как культурный человек, не пялюсь на него, а сажусь между двумя парнями.

Напротив устроилась привлекательная блондинка. Наши взгляды встретились, мы обменялись приветственными улыбками. Все друг друга рассматривали, оценивали. Я заметила, что парней больше, чем девушек. Все студенты очень разные: от китайцев, индийцев, африканцев до светлокожих скандинавов. Такое впечатление, что с разных уголков Земли собрали тех, у кого ярко выражены характерные национальные черты.

– Хочу поздравить первую группу студентов, – начал инопланетянин. – Меня зовут Тагарт, я буду вашим куратором и доставлю каждого из вас на нужную планету. Вас будут интегрировать по одному на разных планетах.

Все принялись озираться вокруг, ища поддержки. Всё-таки быть одному на чужой планете – стрёмно. Тем более мы там будем первыми землянами.

– Я понимаю ваше беспокойство, но если вы будет вместе со своими, то только с ними и будете общаться. Вам же необходимо интегрироваться в местное общество. Уверяю вас, что данная практика прошла испытание временем.

Ага, легко ему говорить. А если бы сам оказался на чужой планете, совсем один, без поддержки?

– Не волнуйтесь, у вас будут кураторы. Они помогут адаптироваться, при необходимости поддержат и объяснят всё, что будет нужно. Всё остальное зависит от вас самих.

Всё, я пропала!

Всё, что зависит от меня самой? Значит, ничего хорошего. Я ж на ровном месте нахожу проблемы! Ну или они меня, я ведь не виновата, что неприятности ко мне сами липнут.

– Есть и хорошая новость: языкового барьера у вас не будет.

Вот это да!

Все обрадовано переглянулись.

– Во время полёта каждому из вас вживят языковые импланты, лучшие в своём классе. Сможете понимать и говорить на пятнадцати языках галактического альянса. После процедуры понадобится два дня сна, чтобы ваш мозг адаптировался к большому приёму информации. В медкапсуле вы проведёте большую часть полёта.

Вот это да! Столько языков за два дня. Могли бы все знания так закачать, пока летим, и учиться не пришлось бы.

– После этого вы получите неограниченный доступ в комнату отдыха, спортивный зал и столовую, по остальным отсекам корабля просьба не слоняться. Вопросы есть?

– Скажите, сколько времени займёт полёт?

Он уставился на меня, такое ощущение что своими глазищами просканировал.

– Рина Пагуба, – назвал он моё имя. – Шесть суток, восемь гиперпрыжков, – ответил исчерпывающе, как будто прочёл мои мысли – именно гиперпрыжки меня больше всего волновали. Не хочется всё время сидеть с окровавленным лицом.

– Когда здесь кормят?

Спросила и опустила глаза. Как неудобно…Покраснела до кончиков волос.

Стыдно признаться, но я хочу есть. Летела пять часов, пересела на другой самолёт, там дали что-то не очень съедобное. Потом три часа в поезде, всухомятку жевала купленные на вокзале пирожки. Я не миллионерша, мне не по карману заказать в поезде или самолёте что-нибудь, кроме чая. После смерти бабушки, которая меня растила, еле выживаю с сиротского пособия и стипендии. Организаторы этого безобразия приложили к приглашению только билеты, а ведь и питаться чем-то надо. После бесконечных закусок хочется нормального горячего обеда. Надеюсь, здесь такой можно получить.

– После собрания сможете пойти в столовую, – успокоил куратор, всё ещё сканируя меня взглядом.

Интересно, какой он расы? Такое ощущение, что он читает мои мысли… Интересно такие возможности есть у инопланетян? Ну почему я ими совершенно не интересовалась? Теперь я перед ним словно открытая книга.

Как только нас отпустили, мы все, следуя указателям, направились прямиком в столовую. Парни по пути громко переговаривались, знакомились и делились впечатлениями.

Что можно сказать об увиденном помещении, громко именуемым столовой? Она меня разочаровала. Я надеялась, повара будут готовить на армию голодных студентов, а здесь просто-напросто аппараты питания, очень напоминающие наши земные закусочные. Да-а, ничего хорошего это не предвещает. Столько громких слов, что они летают в космос; а питаются-то жалким подобием еды из аппаратов.

Ну что? Делать-то нечего, выбирать не приходится. Встали в очередь. Выбираешь блюдо, его моментально разогревают, берёшь одноразовые приборы и достаёшь красиво упакованное горячее блюдо. Всё настолько просто, даже сказала бы – примитивно. Совершенно не то, что рассчитываешь увидеть на космическом корабле. Предполагалось, что они намного дальше шагнули в развитии, чем мы, ведь они-то давно бороздят просторы космоса.

Набрала себе полный поднос еды, огляделась, ища, куда бы присесть. Несколько компаний парней сидели у столиков, громко комментируя свои блюда, а в уголке устроились девушки. Вот туда-то я и направилась.

– Можно присоединиться?

Они дружно кивнули, некоторые уже ели.

– И как? – я указала взглядом на открытое блюдо.

– Значительно лучше, чем выглядит, но что здесь такое – не пойму. Но вкусно, – ответила худенькая девушка. – Меня зовут Лирена.

– Я Чау Ли, – представилась китаянка. А может, японка, не различаю я их.

– Я Каума, – это чернокожая девушка с дредами, связанными в хвост красным ярким платком.

– Ну а я, как вы уже слышали, Рина, – я улыбнулась своим новым приятельницам. Открыла своё блюдо – от него исходил умопомрачительный аромат. Попробовала. М-м-м… зря я ворчала, вкус как в лучшем ресторане, пусть я в такие сроду не ходила. Или я после всех сомнительных перекусов так реагирую на горячее блюдо?

– Девушки, на кого учитесь? – спросила Чау Ли.

– Я на инженера, – удивила нас Лирена. Я даже жевать перестала, разглядывая эту хрупкую Дюймовочку. Инженерия ей ну никак не идёт. Ей бы балериной быть.

– Я программист, – ответила Каума.

Потому и с дредами, один раз заплёл и о волосах больше вспоминать не надо. По-моему, их даже не моют, чтоб причёска не распалась. Практично, ничего не скажешь.

– Я изучаю медицину. А ты? – повернулась к Чау Ли.

– Историю.

– Вы что-нибудь знаете о расах и планетах, куда мы направляемся?

Все перестали жевать и уставились на меня.

Упс!

– Кто ж не знает? Об этом последние десять лет только и говорят. Надо быть глухим и слепым, чтоб не знать! – ляпнула Лирена.

О, это как раз обо мне. Я не глухая и не слепая, вот только всё как-то прошло мимо меня, подобную информацию я обычно пропускала мимо ушей. Кто ж мог предположить, что она мне понадобится? Да я даже в самом жутком кошмаре не могла представить, что полечу учиться на другую планету.

Сразу видно – девушки подготовились, им ничуть не страшно. А мне надо бы поспешить в свою каюту и погрузиться в изучение информации о других расах и планетах, иначе пропаду.

Интересно могли бы меня отослать за некомпетентность? С удовольствием этим воспользовалась бы.

– Кто-нибудь из вас думал над возможностью остаться? – подняла вопрос Каума.

Я аж закашлялась от такого поворота событий.

Какой «остаться»?! Я лететь не хочу, о чём речь-то?

– Если мне понравится, я останусь, – ответила первой Дюймовочка.

– Я не собираюсь возвращаться, – заявила Каума.

– Я точно останусь – если не на той планете, где буду учиться, то на другой. Меня на Земле никто и ничто не держит, – пояснила Чау Ли.

Все повернулись ко мне.

Я даже смутилась, но затем прочистила горло и ответила:

– Я обязательно вернусь.

Разумеется, тут же посыпались вопросы:

– Почему?

– У тебя парень?

– Не отпускает семья?

– О том, чтобы остаться, не может быть и речи. Я и лететь-то не хотела, – отрезала строго, подняла на девушек взгляд и ища поддержки – а её ни в одном глазу.

Они только переглянулись и больше ничего не сказали. Хорошо хоть пальцем у виска не покрутили.

Вот и познакомились!

На меня больше не обращали внимания. Если честно, я не расстроилась и обратила своё внимание на парней, которые группами расселись за соседними столиками. Среди них здесь настоящее разнообразие, не только по национальным чертам, но и по телосложению: высокие, низкие, хлюпики или гора мышц, толстые, худые.

Инопланетяне выбрали студентов, имеющих доминирующие черты. С определённым набором ДНК.

Интересно, какие доминирующие черты у меня? Среднего роста, не худая, но и толстой не назовёшь, русые волосы… В общем, среднестатистическая русская девушка.

Я ела, углубившись в свои размышления, пока вдруг тарелка не опустела. Подняла голову и обнаружила, что напротив меня осталась только Каума, уплетающая вторую порцию. Не я одна тут с хорошим аппетитом.

– Я удивилась, что ты не хотела лететь, – сказала Каума. – Не думала, что такие люди вообще существуют.

– Ну что ж, посмотри на вымирающий вид, – ответила я с сарказмом и удалилась.

Может, по-детски поступила, но бесит, что все пляшут под одну дудку. Бросить всё ради сомнительной возможности учиться на другой планете! Ведь ещё вопрос, где лучше.

Вошла в каюту, легла на кровать и закрыла глаза.

Господи, ну почему никто не верит, что можно не хотеть лететь на другую планету? Неужели так тяжело понять: всё, чего я хочу, это быть на Земле, на своей родной планете, в кругу знакомых людей. Мне неинтересны космос, инопланетяне и другие планеты.

Мой отдых прервало сообщение:

– Рина Пагуба, просим явиться в медотсек. Следуйте за указателями.

Раз просят, надо идти. Вышла из каюты, озираясь, пошла по высвечивающимся указателям. Коридоры слабо освещены, назвала бы это дежурным освещением, но когда я приближалась, свет становился ярче. Так по серому коридору дошла до медотсека. Поднесла запястье к сканеру, и дверь отъехала.

– Здравствуй, Рина, заходи.

Бледнолицый врач с пероксидного цвета волосами сидел у стола. Первый раз такого вижу – в смысле, не на картинке. Выглядит так, будто он напудрился белой пудрой. Если правильно помню, так выглядят жители Кватора.

– Здравствуй…

А как общаться с кваторцами, на них смотреть-то можно? А руку протянуть? Чё делать то?

Решила осмотреться. Пусть он думает, как со мной общаться, и ломает голову, что можно, а что нет.

Небольшая комната без оборудования. А где головизоры, где медкакпсулы? Как он собирается вживлять мне микрочип? Операционной не видно. Вопросительно посмотрела на него, забыв про все правила… Ну, если быть точной, то я их просто-напросто и не знала.

– Меня зовут Эрей, я вживлю тебе микрочип и присмотрю, чтобы всё прошло как надо. Идем, положу тебя в медкапсулу, – врач поднялся с места и повёл меня в только что открывшуюся дверь сбоку. – Вас много, за время полета надо успеть всем всё внедрить.

Вошли в просторное помещение, из-под потолка он спустил медкапсулу. Мы её называем стеклянным гробом, помните сказку о спящей красавице? Она как раз в таком спала. А чем этот отличается? Кроме обтекаемой формы, ну и, конечно, предназначения. Зная, как мне везёт, было бы хорошо, чтобы предназначение не изменилось….

– Что такое? – спросил врач, заметив мой выразительный взгляд.

– Ничего, – я глубоко вдохнула, ложась в гро…капсулу.

– Волнуешься?

– Да, не доверяю инопланетянам.

Он хмыкнул.

– Тебе придётся привыкнуть, на другой планете инопланетянкой будешь ты, – и, улыбаясь, закрыл крышку…капсулы. – Не переживай, я за тобой присмотрю.

Включились вентиляторы, на крышке отобразились данные моего организма, большую часть я понимала. Увидев мою заинтересованность Эрей спросил:

– Все значения понимаешь?

Указала пальцем на те данные, которые не знала.

– Это показатели мозговой деятельности. Можешь не волноваться, всё у тебя хорошо. А это, – он указал на числа в уголке, – показывает, как сильно ты волнуешься.

Меня накрыла волна смущения. Лежу красная как бурак, от головы до кончиков пальцев ног.

Показатели сильно подскочили.

Ладно уж, признаюсь, не люблю… Нет. Ненавижу, когда меня колют или делают какие-либо инвазии в моё хрупкое тело. Что моё – не троньте! Странно так думать, когда сама без пяти минут врач, ну, то есть медсестра, осталось только практику пройти. Надеюсь, они знают об изменениях в моей специализации. Не хочу объяснять причины таких перемен ещё и им. И оправдываться, почему, почти окончив интернатуру как хирург, вдруг всё бросила и перешла в медсёстры.

Волнение потихоньку отошло, и данные вернулись в норму. Врач начал процедуру.

– Сейчас почувствуешь давление в области Атлантного позвонка.

Интересно, это где? Начала вспоминать анатомию человеческого скелета и вспомнила, как на первом курсе мы логически вывели, где находится первый позвонок – тот который держит череп, как Атлант Землю.

– Вот и всё, – прервал мои мысли Эрей, проверяя показатели.

Меня залила волна облегчения. Хоть сама врач, не люблю всяких медицинских вмешательств. Самое главное, я не почувствовала дискомфорта, не говоря уже о боли.

– Сладких снов, – улыбнулся врач. Я почувствовала запах газа изофлурана, вдохнула несколько раз, и глаза сами закрылись.

Глава 2

– С возвращением, – улыбнулся Эрей, проверяя показатели моего состояния.

– Здравствуй, – ответила скрипящим, заспанным голосом.

– Твои показатели в норме. Можешь вставать и возвращаться в свою каюту, – он открыл медкапсулу, чтобы меня выпустить.

Не делая резких движений, встала. Потянулась, зевнула во весь рот.

– Кстати, пока ты спала, я прижёг лазером перегородку твоего носа, чтобы каждый раз, как меняется давление, не шла кровь.

Я замерла, не окончив потягиваться. Что?! Резко повернулась к нему.

Давно надо было это сделать, но я ведь упоминала, что не люблю никаких вмешательств в своё драгоценное тело? Всё откладывала. Хорошо, что он, ничего не говоря, это сделал, иначе я бы опять нашла себе оправдание. Теперь хоть не истеку кровью во время гиперпрыжков.

– Спасибо.

Он кивнул.

Я вышла из медкорпуса и сразу отправилась в столовую. Пить хотелось просто жуть как.

Столовая была полупустой, около одного столика в углу сидели двое мужчин в военной форме. Не думала, что с нами летят военные. Зачем они здесь нужны, ведь на корабле студенты. А может, это наша охрана?

Подошла к аппарату с напитками, взяла воды. Не отходя, жадно выпила, ладонью протёрла рот. Ещё хочу! Нажала кнопку «сок». В другом аппарате выбрала горячее; пока оно грелось, вернулась к аппарату напитков и взяла чаю. Тем временем в столовой никого не осталось, так что к столику шла в полном одиночестве.

Сытно поев, лениво поковыляла по длинному коридору в свою каюту. Чем заняться, когда вернусь в каюту? Надо бы продолжить знакомство с другими расами. Наверное, недолго осталось лететь, я ведь двое суток проспала. Значит, как минимум сутки в моём распоряжении.

Корабль резко дёрнуло, меня отшвырнуло в стену. Ударилась так, что, казалось, все внутренние органы прилипли к стене. Сжав зубы, громко втянула воздух; хотелось завыть от боли.

Что это было?

Растерянно глянула по сторонам: в длинном коридоре совершенно пусто. Никого, кто бы объяснил бедной напуганной студентке, что происходит. Ударенный бок болел; прижала его рукой и, кряхтя как старуха, поплелась дальше. Свет моргнул и погас. Остановилась как вкопанная.

Что происходит? Это, знаете ли, не смешно. Точнее, даже страшно.

Стою в кромешной темноте, держусь за стенку. Раздался страшный скрежет, как будто раненый зверь взвыл в предсмертной агонии. Кровь застыла в жилах. По позвоночнику пробежал мерзкий холодок. Ледяные тиски страха сжались на дрожащем сердце.

На нас напали? Подбили? Мы падаем?

В голове роятся мысли одна хуже другой. Понимаю одну простую вещь: я где-то в космосе, стою напуганная в тёмном коридоре, совершенно одна, не имею ни малейшего представления о происходящем.

Я не трус, но я боюсь.

Очень боюсь.

И вообще где все? Ведь на корабле были же эти… люди или нелюди, но ведь были! Вокруг темно, хоть в глаз коли. Страх проникает под кожу, не пропуская ни сантиметра, и медленно овладевает телом.

И как заорёт сигнализация! Я подпрыгнула от страха. Включился оранжевый аварийный свет, и бездушный женский голос корабля сообщил:

«Герметизация первого сектора повреждена, срочно покиньте сектор, сектор закрывается. Герметизация четвёртого сектора повреждена, срочно покиньте сектор. Сектор закрывается. Седьмой сектор….»

А в котором секторе я? Может, здесь никого нет, потому что этот-то сектор как раз и покинули? По телу пробежала холодная волна плохого предчувствия и стала комом в горле. Ноги подкосились, их как будто в болото засосало, наотрез отказываются идти. Опёрлась о стену, сердце в груди колотится как бешеное. Воздуха отчаянно не хватает, я задыхаюсь.

Рина успокойся, это просто паника. Дышим! Сколько раз ты успокаивала пациентов, ведь и сама так можешь успокоиться? Ну, вспоминаем о дыхании, выравниваем и дышим. Зажмурилась, чтобы моргающий оранжевый свет не раздражал, и пытаюсь взять себя в руки.

Спокойно, Рина! Думай, что делать, иначе погибнешь – смертью совсем не храбрых.

Дышим и успокаиваемся.

Так, если бы я в спокойной обстановке шла и мне надо было бы пойти в другой сектор, что бы я делала? Искала бы информацию. Ведь где-то должно быть написано, какой это сектор.

Открыла глаза. Аварийные лампочки моргают, раздражая больше, чем орущая сигнализация. Где какое-нибудь обозначение или номер? Где у них план эвакуации? Иду, опираясь о стену, всматриваясь, не написан ли где номер.

Так и думала, что даже в космосе проблем не оберёшься.

И вот, на тебе! Они даже здесь меня нашли.

Стою в коридоре, совершенно растерянная, и не знаю, что мне делать. В какую сторону идти? Который здесь, к чёрту, сектор?

Слёзы подкатывают к глазам. Сейчас позорно разревусь.

Мы все умрём!

Опёрлась спиной о стену и, обессилев, сползла вниз.

Так и знала, что от космоса одни проблемы. Да за что мне всё это?!

Из-за угла выскочили двое мужчин; не останавливаясь, схватили меня под руки и потащили с собой. Ноги как будто налиты свинцом. Мужчины, не сказав ни полслова, быстрым шагом втянули меня в лифт. По ощущениям мы поднимались. Пока были в лифте, пришла в себя. Всё-таки легче, когда в стрессовой ситуации кто-то есть рядом. Быть одной очень страшно. Не на кого опереться. Приходится рассчитывать только на себя. А это для меня не лучший вариант.

Двери лифта отворились, перед глазами предстала полная суматоха, все куда-то бежали, перекрикивались. Я и не знала, что на корабле столько народу. Громче всех говорил корабль, а моргающие аварийные лампочки выводили из себя. Команды выкрикивали одну за другой, я стояла в растерянности и боялась кому-нибудь помешать. Коридор напоминал встревоженный муравейник: все куда-то бежали и что-то несли.

– Рина, помоги мне, – я услышала голос Эрея и заозиралась по сторонам, ища его среди толпы.

Развернулась, а он стоит, согнувшись пополам, и держится за бок. Весь его комбинезон, пропитался кровью.

О Господи! Он ранен.

– Где у вас аптечка и медкапсулы? – кричу, надеясь, что он услышит меня в этой суматохе.

Эрей махнул мне, чтобы подошла ближе, открыл ближайшие двери и почти ввалился туда, теряя равновесие. Это чья-то каюта, на стене висит аптечка. Вытащила из неё останавливающие кровь пластыри, приложила к ране; кровь моментально превратилась в желеобразную массу и перестала сочиться. Но это временная мера, ему нужна медкапсула. Пластыри не дадут потерять много крови, однако ему необходима профессиональная помощь.

– Эрей, тебе срочно нужна медкапсула. Сможешь встать? Я помогу тебе.

– Тот сектор закрыт, – с трудом выговорил он и опустил глаза.

Что?! Этого не может быть! Он бредит, там же все студенты.

Уставилась на него, в душе надеясь, что это неправда. Пожалуйста, скажи, что это не так! Он посмотрел на меня с глубокой тоской во взгляде и опустил глаза.

Нет! Пожалуйста, нет!

В горле встал ком, стало трудно дышать. В носу запершило, и через выступившие слёзы плохо видно.

– Я ведь первая вылезла из медкапсулы?

Он кивнул.

– Ещё кто-нибудь успел?… – голос почему то охрип.

Он помотал головой.

О боже!

Я не заплачу. Нет. Сейчас не время.

Пытаюсь сдержать слёзы. Усилием воли взяла себя в руки. Я должна быть сильной.

– Эрей, здесь ещё есть капсулы? Тебе срочно нужна помощь.

Вместо ответа оглушительно взвыл корабль, как будто выпуская последний крик. И всё задребезжало с такой силой, что с трудом удалось устоять на ногах.

Подняла вопросительный взгляд на доктора. Ответ красноречиво читался в его глазах – это конец!

Помотала головой, отрицая очевидное.

Нет! Я не хочу! Мне ещё не время умирать. У меня вся жизнь впереди.

Зажмурилась. Это сон, просто страшный сон. Сейчас от страха проснусь и всё будет как прежде. Говорят, чтобы проснуться, надо себя ущипнуть.

Ущипнула.

Ай, больно!

Это не сон. Это конец!

Вот и всё!

Сползла по стенке на пол. Положила голову на колени. Остаётся ждать смерти.

Какого чёрта эти грёбаные пришельцы припёрлись к нам? Жила бы спокойно на Земле, горя не знала бы. Из-за того, что кому-то не сидится на своей планете, я умру, так и не успев пожить.

Ненавижу космос! Ненавижу пришельцев! Не-на-ви-жу!

Хотелось плакать и кричать от злости и безысходности. Хотелось выплеснуть на них всё своё отчаяние, всю злость за то, что припёрлись на нашу планету; за то, что выбрали меня; да за всю эту ситуацию. Хотелось зло топнуть ногой и трясти кулаками, вот только это мне не поможет.

Так стало жалко себя. Руки от бессилия опустились, захотелось в уголке свернуться в клубочек, обнять колени руками и разреветься. Всё кончено!

– Рина, Рина, – звал Эрей, перекрикивая шум, – ты можешь спастись!

– Не надо меня утешать, я большая девочка, всё понимаю, – ответила, вытирая рукавом нос.

– Нет. Рина, послушай! – не отставал он. – В конце коридора расположен гараж небольших шаттлов, – он повернул меня за плечи к себе, чтобы смотрела на него. – Садись в тот, который ближе к взлётным воротам, и улетай отсюда.

– Я не умею им управлять!

Зачем давать надежду, чтоб сразу её забрать? По щекам покатились горячие слёзы.

– Рина, возьми себя в руки! – строго велел доктор, перекрикивая дребезжащий корабль. – Всё предельно просто, справился бы даже ребёнок. Я сейчас введу в программу разрешение на вылет. Теперь послушай очень внимательно: откроешь гараж своим чипом, то же самое с шаттлом. Чтобы дверь шаттла закрылась и он полетел, тебе всего-навсего надо нажать кнопку «Старт». Ты умеешь водить автомобиль?

– Умею, – кивнула, вспомнив свой старенький синий Форд.

– Всё как в автомобиле с автоматикой. После вылета сразу нажми оранжевую кнопку аварийного сигнала. В этом секторе много звездолётов, кто-нибудь тебя подберёт. Беги.

– Спасибо тебе, – я обняла этого странного пришельца.

– Беги, у тебя не остаётся времени, – он закашлялся и схватился за бок, из раны полилась густая тёмная кровь. Сразу видно, пробита печень, без медкапсулы ему не помочь.

Еле встала на ноги, так меня трясло. Последний раз взглянула на того, кто спасает мне жизнь. Из последних сил, пачкая головизор своей кровью, он вводил разрешение на полёт. А я стояла в дверях и не решалась шагнуть в неизвестность. Время как будто замедлилось, звуки и тряска пропали. Я стою в сомнениях, остаться или улететь. Что меня там ждёт? Неизвестность. А здесь мне конец, это предельно ясно. Заметив мою нерешительность, Эрей, одними губами произнёс: «Беги!» И закрыл глаза.

Сердце сдавило при мысли о несправедливости жизни, комок в горле мешал вдохнуть. Прощай, Эрей.

Осознание, что надо бежать, вернулось вместе со звуками и тряской. По коридору сновали люди, держась за стенку, пытаясь удержаться на ногах. Влилась в поток передвигающихся по стеночке, направилась в сторону гаража.

Казалось, я так шла целую вечность. Стою, а точнее, трясусь у входа в гараж. Поднесла запястье к сканеру, он не считал мой чип.

Вот чёрт!

Что делать, когда так трясёт?!

Попробовала ещё. И ещё раз.

Чёртов сканер!

Наконец дверь неохотно отъехала в сторону. Я шагнула внутрь.

– Господи помилуй! – выразилась как моя бабушка.

Он что, пошутил? Я представляла шаттлы чем-то вроде наших автомобилей, а здесь космические аппараты размером с самолёт.

Мне конец!

Я что, похожа на космонавта?! Что мне делать в таком гигантском звездолёте?

«Лучше я умру здесь», – мелькнула трусливая мысль, и, глядя на шаттл, я с этим полностью согласна. Я не смогу им управлять. Надежды рухнули, накатила паника. Корабль почти перестал трястись и падал, набирая скорость.

Инстинкт самосохранения пробудился, я категорически не желала здесь погибать. Ноги сами понесли меня к шаттлу.

Ну, это я, конечно, приукрасила.

На четвереньках, еле передвигая руки и ноги, доползла до ближайшего к воротам шаттла.

Открыла его, ввалилась в кабину и, не успев нормально сесть, сразу же ладонью ударила по кнопке «старт». Шаттл вздрогнул и загудел, ворота стали открываться. Я уселась поудобнее в кресло пилота, пристегнула ремень – эта привычка у меня надёжно вбита в голову. По пульту управления как на новогодней ёлке, загорелись лампочки одна за другой.

Ну и бог мне в помощь!

Шаттл рванул вперёд в чёрную бездну, как вырвавшаяся из клетки птица. Я зажмурилась от неожиданности и завизжала. Меня вжало в кресло, все внутренние органы словно прилипли к позвоночнику. Когда стало чуть легче дышать, открыла с опаской один глаз. Я лечу прямо на гигантский астероид.

А-а-а!

От ужаса глаза полезли на лоб.

Инстинктивно схватилась за руль и рванула его вправо, снизив скорость. Астероид остался сбоку, но я попала в сопровождающую его тучу с мелкими камнями, которые как град били по корпусу шаттла. Надеюсь, шаттл крепкий и космические камешки его не пробьют. Когда стук прекратился, вздохнула с облегчением.

Но, как выяснялось, слишком рано.

Всмотрелась в панель управления – на ней бесчисленное количество показателей, лампочек, кнопочек. Что со всем этим делать? Могли бы инструкцию для чайников оставить. Осмотрела панель, но понятнее от этого не стало.

Эрей говорил, чтобы включила аварийный сигнал, что его должны услышать те, кто находится в этом секторе. Надеюсь, здесь кто-нибудь есть, и мой крик о помощи услышат. Нажала на выделяющуюся кнопку.

Повернулась посмотреть на корабль, с которого только что вылетела, и тут его озарила яркая вспышка. Шаттл накренился, взрывная волна подтолкнула его вперёд, лампочки заморгали, запикали. Мне было не до них: осознание, что корабль, который я покинула пару минут назад, взорвался, обрушилось на меня как снежная лавина. Обняла себя руками, уставилась невидящим взором в чёрный, холодный, совершенно равнодушный к моим чувствам космос. На глаза навернулись слёзы, в носу запершило; вытерла его рукавом, как маленькая обиженная девочка.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.