И т. д.
Неснятое
Дмитрий Семакин

© Дмитрий Семакин, 2024

ISBN 978-5-4493-3661-3

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

АМАЗОНИЯ, или Караул №8

Моим однокурсницам

«Недавно гостила в чудесной стране

Там плещутся рифы в янтарной волне

В тенистых садах там застыли века

И цвета фламинго плывут облака

В холмах изумрудных сверкает река

Как сказка прекрасна, как сон глубока

И хочется ей до блестящей луны

Достать золотистою пеной волны

•••

Меня ты поймешь

Лучше страны не найдешь…»

Песня

***

Действующие лица:

СЕРЖАНТ Клеонидика Хвец – командир отделения, начальник караула; второго года службы

Ефрейтор Гризабелла ЛАМПИТО – караульный фельдшер; почти дембель

Ефрейтор Мадлена ШВЫДТКЕ – караульный повар; почти дембель

Рядовая СУН Ю – новобранка

Рядовая Марта ШОНИЛОРД – караульный писарь; второго года службы

Рядовая Лисистрата Силлабап (СИСИ) – первого года службы

Рядовая Виктория ЦИГЕРМАН – первого года службы

ПЕРВЫЕ СУТКИ

УТРО

EXT. ПЛАЦ

Раннее утро. Заасфальтированный плац (он же – взлетно-посадочная полоса) на продуваемом всеми ветрами островке в холодном море. Неподалеку – гигантская надпись, сбитая из огромных чугунных букв: «КАРАУЛ №8». Буквы осели и покосились, а цифра 8 и вовсе упала на бок.

На плацу в различных позах лежат пятеро девушек в военной форме. С первого взгляда может показаться, что их тела разбросаны чудовищным взрывом. Но это не так – они просто отдыхают на своих вещмешках, расположившись, как располагаются очень уставшие люди. Глаза их закрыты.

Вдруг одна из девушек, по прозвищу Сиси, совсем еще ребенок, резко поднимает голову, к чему-то прислушиваясь.

СИСИ

Атас!..

В мгновение ока все пятеро одним неуловимым движением вскакивают и выстраиваются в две шеренги. И тут же, спустя буквально долю секунды, как всегда бесшумно и внезапно, на плацу появляется их командир – начальник караула сержант Клеонидика Хвец. Она, как и остальные, молода и красива, но всегда строга и угрюма. В руке у нее – бутылка мутного стекла, вся в морских водорослях.

СИСИ

(что есть мочи)

Караул, смирно!!!

Девушки вытягиваются в струнку. Одно место в первой шеренге, прямо по центру, подозрительно пустует и зияет, как выбитый зуб. Сержант видит это, и они видят, что она видит.

СЕРЖАНТ

Вольно.

Девушки расслабляют одну коленку.

СЕРЖАНТ

(продолжает)

Где Цигерман?

Строй тихо стонет. С плохо скрываемой ненавистью из второй шеренги голос подает высокая и полная ефрейтор Швыдтке.

ШВЫДТКЕ

Лика, я схожу, поищу?

СЕРЖАНТ

Отставить. Подождем.

Девушки опять стонут сквозь зубы. Сержант неторопливо прохаживается перед строем.

СЕРЖАНТ (продолжает)

(негромко)

Цигерман. Ци-гер-ман.

(Обращаясь к строю)

Три-четыре, все вместе…

ВСЕ

(хором)

Ци! Гер! Ман! Ци!!! Гер!!! Ман!!!

Со стороны моря со всех ног мчится рядовая Цигерман. Каска набекрень, гимнастерка не по размеру, под глазом – фингал. В кулачке сжимает блеклый и невзрачный букетик. Собирая цветы, так увлеклась, что, как обычно, прозевала построение.

На ходу не вписалась в строй, кого-то нечаянно толкнула, кому-то тяжеленным сапогом случайно отдавила ногу. Пометавшись, встала по стойке «смирно», и сразу же получила три коротких и глухих удара от второй шеренги.

СЕРЖАНТ

Отставить. Заправиться.

Все приводят себя в порядок.

СЕРЖАНТ (продолжает)

Отделение, равняйсь! Отставить… Равняйсь! Отставить… Смирно! Перекличка личного состава. Рядовая Сун Ю!

СУН Ю

Я!

СЕРЖАНТ

Рядовая Шонилорд!

ШОНИЛОРД

Я…

СЕРЖАНТ

Ефрейтор Лампито.

ЛАМПИТО

Здесь.

СЕРЖАНТ

Рядовая Си… Ли… Сли-зи…

(сбивается)

СИСИ

(подсказывает)

Лисистрата Силлабап.

СЕРЖАНТ

Язык сломаешь… В общем – Сиси!

СИСИ

Я!

СЕРЖАНТ

Рядовая Цигерман!

ЦИГЕРМАН

(едва слышно)

Я…

СЕРЖАНТ

Что? Не слышу.

ШВЫДТКЕ

(тыкает Цигерман кулаком в бок)

Громче, ты, тормоз!..

ШОНИЛОРД

Оборзела!..

СЕРЖАНТ

Разговоры… Рядовая Цигерман!

ЦИГЕРМАН

(орет)

Я!!!

ШВЫДТКЕ

(удовлетворенно)

Вот так…

СЕРЖАНТ

Отставить разговоры, я сказала. Ефрейтор Швыдтке!

ШВЫДТКЕ

Да тут я, тут.

СЕРЖАНТ

Не поняла. Ефрейтор Швыдтке!

ШВЫДТКЕ

Лика, ты чего?

СЕРЖАНТ

Я вам не «Лика». Отвечать по уставу. Еще раз – ефрейтор Швыдтке!

ШВЫДТКЕ

(недоуменно)

Ну, я…

СЕРЖАНТ

Не «ну, я», а просто «я».

ШВЫДТКЕ

Я! Я! Я!

Пауза.

СЕРЖАНТ

Ефрейтор Швыдтке, выйти из строя.

Швыдтке выполняет. Сержант подходит к ней вплотную. Строй замирает.

СЕРЖАНТ

(глядя Швыдтке в глаза)

Уже лучше. Только не надо орать. И «якать» три раза не надо. Одного раза вполне достаточно. Ясно?

ШВЫДТКЕ

Угу. То есть… Это… Так точно.

СЕРЖАНТ

Посмотрим. Ефрейтор Швыдтке…

ШВЫДТКЕ

Я.

СЕРЖАНТ

Встать в строй.

Швыдтке, пожав плечами, не по уставу разворачивается и делает шаг.

СЕРЖАНТ

(кричит)

Отставить! Назад!

Швыдтке испуганно возвращается.

СЕРЖАНТ

(зверея)

Ты что, солдат, нюх потеряла?! Попробуем еще раз. Ефрейтор Швыдтке!

ШВЫДТКЕ

Я.

СЕРЖАНТ

Встать в строй!

ШВЫДТКЕ

Есть.

(выполняет все точно, как положено)

Пауза.

ЛАМПИТО

Что случилось, Лика?

ШОНИЛОРД

«Аист» скоро?

Вместо ответа Сержант достает из матовой бутылки свернутый в трубочку папирус.

СЕРЖАНТ

Отделение, смирно! Рядовая Цигерман, выйти из строя. Кру-гом!

(подает Цигерман бумагу)

Читайте, рядовая Цигерман. Вслух читайте.

ЦИГЕРМАН

(читает)

«Совершенно секретно. Срочно. В караул номер восемь. В результате преступной халатности сержанта Хвец и, как следствие, частичного морального и дисциплинарного разложения во вверенном ей воинском коллективе, произошло Чрезвычайное Происшествие. Одна из древнейших святынь Великой Амазонии, ее живая легенда, Стремадор, боевой конь царицы Пенфесилеи, погиб в бурных водах Эвксинского понта. Вместе с ним в морскую бездну низвергнута величайшая амазонская реликвия, бесценный символ воинской доблести предков – Золотой Шлем Меланиппы…»

(перестает читать, низко опускает голову)

СЕРЖАНТ

Дальше!

ЦИГЕРМАН

(продолжает читать)

«…Золотой Шлем Меланиппы. Приказываю. Первое: признать выполнение караульного задания неудовлетворительным. Второе: отправку личного состава на Большую Землю отменить и продлить несение службы в Карауле №8 еще на тридцать один день. И третье: провести детальное расследование случившегося, наказать непосредственных виновников и в месячный срок устранить последствия ЧП. О выполнении доложить».

Пауза.

ШВЫДТКЕ

(выходя из оцепенения)

Что?!.

ЛАМПИТО

Только не это…

ШОНИЛОРД

Еще месяц на этом проклятом острове?!.

СИСИ

Мама…

ШВЫДТКЕ

(выходя из строя)

Они что там, в генштабе, офонарели?! Мне через неделю на дембель!.. Это мой последний караул был!.. А теперь я, «бабушка», должна из-за какой-то убогой «внучки» еще месяц тут гнить?! Цигерман, сволочь, это ж ты его утопила…

ЦИГЕРМАН

(робко)

Это не я!

ШВЫДТКЕ

Убью!

(в бешенстве идет на Цигерман)

Строй распадается, готовя место для расправы.

СЕРЖАНТ

Стоять! Швыдтке, стоять! Никому не двигаться!

(выхватывает из-за пояса пистолет и стреляет в воздух)

Швыдтке останавливается.

СЕРЖАНТ

(продолжает)

Бунтовать вздумали?! Расслабились, гады? «Внучки» -«бабушки», «дочки-матери»… Ничего, я вас научу любить жизнь. Вы у меня еще увидите небо в алмазах. Упор лежа!

ЛАМПИТО

Погоди, Лика…

СЕРЖАНТ

Молчать! Упор лежа, я сказала! Все, быстро! Швыдтке, оглохла? Упор лежа!

Все повинуются.

СЕРЖАНТ

(продолжает)

Принять!

Все принимают «упор лежа».

СЕРЖАНТ (продолжает)

Делай раз!

Девушки «падают».

СЕРЖАНТ (продолжает)

Делай два!

Девушки отжимаются.

СЕРЖАНТ (продолжает)

Делай раз! Делай два! Делай раз! Делай два!..

Под четкие и отрывистые команды девушки выполняют «упражнение» до полного изнеможения…

Наконец Сержант сжалилась. Ее подопечные, задыхаясь и обливаясь потом, не в силах подняться, ничком лежат на плацу.

ШВЫДТКЕ

(хрипит)

Погоди, Цигерман. Никуда ты не денешься…

СЕРЖАНТ

А сейчас – слушай мою команду. Отделение, равняйсь. Смирно. Вольно.

Все команды выполняются обессиленными девушками лежа.

СЕРЖАНТ

(продолжает)

Грузовой аэроплан «Аист-747» не прилетит. Мы заступаем на боевое дежурство еще на месяц. Задача простая – поднять шлем. Найти и поднять. Коня уже не вернешь, вода ему пухом. А шлем – вытащить! Во что бы то ни стало. Если хотим домой вернуться и под трибунал не попасть – надо этот золотой «горшок» проклятый из-под воды достать.

ЛАМПИТО

Как?

СЕРЖАНТ

Пока не знаю. Думайте!

ШОНИЛОРД

Пускай Цигерман в воду и лезет. Сама утопила – сама пусть и ныряет.

ЦИГЕРМАН

Это не я.

СЕРЖАНТ

Кончай базары. Становись!

Девушки с трудом поднимаются и встают в строй.

СЕРЖАНТ

(продолжает)

В соответствии с инструкцией. По распорядку первого караульного дня. Всему личному составу – пройти гигиеническую санобработку. Нале-во! В баню – шагом… Марш! Песню. Запе. Вай!

Строй двигается с места. Идут, чеканя шаг. И запевают – бравую строевую песню о самой прекрасной стране на Земле.

Вдруг откуда-то с небес раздается странный звук – то ли гул, то ли вой. Так ревут пикирующие бомбардировщики. Все семеро поднимают головы. Песня смолкает. Колонна замирает.

СУН Ю

(жадно вглядываясь в низкие тучи)

«Аист»?..

ШОНИЛОРД

Девки, «Аист»!

Но гул постепенно удаляется: похоже, что невидимый самолет пролетел мимо. Наступает тишина.

В этот момент самая зоркая из всех, Лампито, показывает пальцем куда-то в воздух.

ЛАМПИТО

Смотрите!

Все, застыв, наблюдают, как с легким шелестом на плац мучительно медленно опускается маленький парашютик с привязанным рюкзаком. Не отрывая от него глаз, девушки невольно съеживаются и приседают, словно ожидая взрыва.

СЕРЖАНТ

(негромко)

Ложись.

СИСИ

(негромко)

Мама!..

Все мгновенно падают на асфальт, закрыв головы руками.

Наконец рюкзак с мягким стуком приземляется. Девушки буквально вжимаются в плац. Пауза.

Постепенно все поднимают головы и, глядя на посылку, прислушиваются: не раздается ли оттуда тиканье часового механизма. Тишина.

СЕРЖАНТ

(шепотом)

Шонилорд.

ШОНИЛОРД

(тоже шепотом)

Я.

СЕРЖАНТ

Вперед.

ШОНИЛОРД

Я? Почему я? Чуть что, сразу – «Шонилорд»… Пускай вон Цигерман…

СЕРЖАНТ

(перебивает)

Тихо!

Сержант поворачивает голову к Лампито. Они встречаются глазами. Лампито, внимательно посмотрев на рюкзак, кивает. И начинает осторожно подниматься.

Но тут ее останавливает чья-то рука. Это Сун Ю, быстро вскочив и опередив Лампито, пружинисто стартует на полусогнутых ногах и короткими перебежками устремляется к посылке.

СЕРЖАНТ

(громким шепотом)

Ю! Стой!..

Все смотрят, как Сун Ю приближается к рюкзаку. Когда она крайне осторожно прикасается к застежке, девушки зажмуриваются.

Раздается свист. Открыв глаза, девушки видят, как Сун Ю рукой подзывает их к себе.

Первой подбегает Сержант, за ней все остальные.

Сержант достает из рюкзака и разворачивает… водолазный скафандр. Лампито срывает прикрепленную записку и читает.

ЛАМПИТО

«Семь футов под килем».

(облегченно смеется)

ШВЫДТКЕ

(смачно сплевывает)

Тьфу ты, зараза!..

FADE OUT

ДЕНЬ

FADE IN:

INT. БАНЯ.

Помывочное отделение караульного «санпропускника», то бишь баня. Нечто среднее между древнеримскими «термами» и современной захолустной сауной. По центру – огромный чан, подогреваемый снизу углем и дровами. На стенах – факела. Есть и небольшой бассейн. Повсюду развешаны диковинные эвкалиптовые и лавровые веники, полочки уставлены всякими горшочками и кувшинчиками с разными мазями и благовониями. Выщербленные мраморные ступени используются как скамьи.

Девушки уже разделись и стоят, построившись. Все, кроме Сержанта – она одета.

СЕРЖАНТ

Равняйсь. Смирно. Вольно. Приступить к водным процедурам. На все про все – четверть часа, не больше. Легкого пара. Разойдись!

Сержант выходит, хлопнув дверью. Девушки врассыпную бросаются к своим нехитрым банным причиндалам.

ШВЫДТКЕ

Сиси!

СИСИ

Ау?

ШВЫДТКЕ

Встань-ка у двери. На шухер.

Все смотрят на Швыдтке. Сиси догадывается и занимает место у входа.

ШВЫДТКЕ (продолжает)

Внеочередное заседание солдатского товарищеского суда объявляю открытым. Подсудимая Цигерман, сейчас мы тебе устроим баньку. Кровавую.

ЛАМПИТО

Швыдтке, прекрати.

ШВЫДТКЕ (Шонилорд)

Ты, Марта, назначаешься «общественным обвинителем».

ШОНИЛОРД

Как это?

ШВЫДТКЕ

Ну, прокурором, в общем. Гневно заклеймишь обвиняемую и потребуешь наказать по всей строгости. Понятно?

ШОНИЛОРД

А-а, здорово.

(хихикает, потирая ладошки)

ШВЫДТКЕ

Вы, Гризабелла Лампито, будете «старшим присяжным заседателем».

ЛАМПИТО

Слушай, отстань. Дай спокойно совершить омовение.

ШВЫДТКЕ

Так ты что, не участвуешь? Не хочешь «внучек» проучить?

ЛАМПИТО

Нет.

(ныряет в бассейн)

ШВЫДТКЕ

Ладно… Разберемся без присяжных.

(в сторону Сиси и Сун Ю)

Все остальные – свидетели и публика. Сидеть и смотреть! Когда понадобится – отвечать на вопросы. Председатель суда, так и быть, – я.

СУН Ю

А кто адвокат?

ШВЫДТКЕ

Обойдется без адвоката. Мала еще – не положено. Приступим. Встать, суд идет.

Все встают.

ШВЫДТКЕ

(продолжает)

Прошу садиться. А ты, Цигерман, постой, постой. Сесть ты всегда успеешь. Ты у меня еще ляжешь! Слово предоставляется прокурору. Давай, Марта.

ШОНИЛОРД

Чего давать? Кому дать?

ШВЫДТКЕ

Ну, напомните собравшимся суть дела. Обрисуйте вкратце состав преступления. Как все произошло, когда, при каких обстоятельствах.

ШОНИЛОРД

Ага! Ну что же… Несколько дней назад, как вы знаете, утонул наш мерин.

ШВЫДТКЕ

Стоп, стоп! Во-первых, он не просто мерин.

(Цигерман)

Он кто, а, подсудимая?

ЦИГЕРМАН

Стремадор, боевой конь царицы Пенфесилеи…

ШОНИЛОРД

А, ну да. Ветеран Троянской войны!

ШВЫДТКЕ

Некогда непревзойденный скакун, через века чудом доживший до наших дней. Между прочим, единственное животное, удостоенное звания Героя Великой Амазонии! Наша история, наша слава, наша гордость. Так?

(Шонилорд)

Дальше. Посмелее, ваша честь, поактивней.

ШОНИЛОРД

Так вот. Рядовая Цигерман была приставлена следить и ухаживать за ним. И она не углядела! В один прекрасный день Стремадор якобы случайно упал с моста в море. А на башке у него как раз был этот золотой «горшок»…

ШВЫДТКЕ

Шлем Меланиппы…

ШОНИЛОРД

Да. Бесценный головной убор легендарной полководицы. Ну и все! Несчастное парнокопытное кулем плюхнулось в холодную воду, и тяжелый «горшок» мигом утянул хилую тушку на дно, задними копытами вверх.

ШВЫДТКЕ

Хорошо, Марта, молодец.

ШОНИЛОРД

Во всем виновата только она – подсудимая Цигерман! Это из-за нее погиб великий Стремадор, из-за нее утоп шлем, это из-за нее мы с вами вынуждены торчать здесь еще целый месяц. Вечный позор, и пусть сама прыгает в воду, пока «горшок» не достанет!

ШВЫДТКЕ

Всё?

ШОНИЛОРД

Все! А чего еще?

ШВЫДТКЕ

Какие еще будут предложения по способу наказания?

ШОНИЛОРД

Ну… Может, кормить раз в день, чтоб служба медом не казалась?

ШВЫДТКЕ

М-да… Кисловато. Ни ума, ни фантазии. Надо такое придумать, чтобы она этот урок на всю оставшуюся жизнь запомнила! И чтоб другим впредь неповадно было! Вы, ваша честь, пока подумайте. А мы тем временем проведем опрос свидетелей. Сиси, иди сюда. Подними правую руку. Выше. Ниже. Вот так.

Сиси выполняет.

ШВЫДТКЕ (продолжает)

Повторяй за мной. «Я, солдат срочной службы, рядовая Сиси…»

СИСИ

Я, солдат срочной службы, рядовая Сиси…

ШВЫДТКЕ

«…во благо своей Великой Родины…»

СИСИ.

…во благо своей Великой Родины…

ШВЫДТКЕ

«…и перед лицом своих боевых товарищей…»

СИСИ

…и перед лицом своих боевых товарищей…

ШВЫДТКЕ

«…торжественно клянусь: говорить правду, одну только правду и ничего, кроме правды»

СИСИ

…торжественно клянусь… правдой… ничего не говорить… правдва… только кроме одной… прадвы…

(запуталась)

ШВЫДТКЕ

Ну, приблизительно. Свидетель, что вы можете рассказать высокому суду по существу дела?

СИСИ

Я?

FLASHBACK

Деревянный пирс над бухтой, неподалеку невысокий маяк. Замедленная съемка.

Пасмурно. По шаткому пирсу, выдающемуся далеко в море, фигурка девушки (Цигерман) в военной форме ведет прихрамывающего дряхлого коня. На голове животного – поблескивающий желтым металлом старинный шлем. Море неспокойно, ветер развевает гриву коня и волосы девушки.

СИСИ

(голос за кадром)

В то утро я по приказу командира чинила фонарь на маяке.

Фигуры животного и Цигерман останавливаются на краю пирса.

СИСИ

(голос за кадром)

Сижу, значит, наверху, заливаю керосин в лампу…

Внезапно доски пирса обрушиваются вниз, и Цигерман вместе с конем проваливаются в холодную воду.

СИСИ

(голос за кадром)

…вдруг слышу – бульк! То есть нет – бултых!!

Сиси (на маяке) оборачивается и смотрит вниз.

СИСИ

(голос за кадром)

Вернее, сначала треск был, а потом уже – хлюп!

Подводная съемка с нижней точки. Два тела – человека и животного – падают и погружаются под воду. Цигерман инстинктивно молотит руками и ногами, конь в неестественной позе – головой вниз – медленно опускается все глубже и глубже.

СИСИ

(голос за кадром)

Вот так: хрусть – и хабях!

Сиси открывает рот.

ШВЫДТКЕ

(голос за кадром)

Так. Ну-ну. И что же дальше?

Бурлящая вода на поверхности.

СИСИ

(голос за кадром)

Смотрю, а внизу кто-то в воде барахтается.

Подводная съемка. Цигерман изо всех сил пытается выплыть. Конь, вяло дергая ногами, неуклонно идет ко дну.

СИСИ

(голос за кадром)

И, главное, молчит, будто воды в рот набрала, захлебывается совсем.

Цигерман выныривает на поверхность и судорожно хватает ртом воздух.

СИСИ (голос за кадром)

Пригляделась, а это Вика. То есть – рядовая Цигерман.

Цигерман явно не умеет плавать: молотит руками по воде и периодически окунается с головой.

СИСИ

(голос за кадром)

Я сперва не поняла: что это она там делает, под мостиком? С ума, что ль, сошла? А потом вижу – тонет.

Сиси дико кричит…

INT. БАНЯ.

СИСИ

Ну я как закричу. Даже ведерко с горюче-смазочными материалами на себя опрокинула.

ШОНИЛОРД

Идиотка. Мы ведь подумали, что у тебя там наверху что-то случилось.

СИСИ

Прибежали все, стали меня от фонаря оттаскивать.

FLASНBACK

У пирса. Замедленная съемка.

Сиси уже спустилась с маяка, вся мокрая от керосина. К ней со стороны казармы бегут все остальные. Обступают ее, пытаясь понять, что случилось.

СИСИ

(голос за кадром)

А я говорю: «Да вы не меня, вы вон ее спасайте».

Сиси, обтекая, машет рукой в сторону пирса. Девушки поворачивают головы к морю.

СИСИ

(голос за кадром)

Ну, тут все и увидели, что Вика тонет. То есть рядовая Цигерман.

Девушки бегут на пирс. Впереди всех – Сун Ю.

СИСИ

(голос за кадром)

И Сун Ю сразу в воду и прыгнула – вы ж сами все видели…

Не раздумывая, Сун Ю прыгает с пирса в воду.

Подводная съемка. Тело коня исчезает в темной глубине…

INT. БАНЯ.

ШВЫДТКЕ

Стоп. Значит, ты не видела, как Стремадор в воду рухнул?

СИСИ

Нет, не видела. Но слышала. Я ж уже тысячу раз про это

рассказывала…

ШВЫДТКЕ

Помолчи. Ты подтверждаешь, что подсудимая палец о палец

не ударила, чтобы спасти утопающего?

СИСИ

Да как же она могла спасти утопающего, если она сама была..?

ШВЫДТКЕ

(улыбается)

Спасение утопающих коней – дело рук утопающих людей! Древний закон амазонок гласит: если ваш конь тонет – помогите ему. Не бросайте верного друга в беде.

СИСИ

Куда?

ШВЫДТКЕ

Не «куда?», а «где?»!

ШОНИЛОРД

Где?

ШВЫДТКЕ

«Где-где»… В воде! То есть – в беде! Настоящая амазонка коня не то, что из воды вытащит – на скаку остановит! А если надо – то и в горящую юрту войдет! Суду все ясно. Больше вопросов к свидетелю не имею.

ШОНИЛОРД

Следующая!

ШВЫДТКЕ

Свидетель Сун Ю. Клянитесь говорить правду, одну только правду и ничего, кроме правды.

Сун Ю сидит, не шелохнувшись.

ШВЫДТКЕ

(обращаясь к Сун Ю)

В чем дело, свидетель?

ШОНИЛОРД

(Сун Ю)

Ты что, «внучка», отказываешься от дачи показаний?

СУН Ю

Во-первых, Шонилорд, я тебе не «внучка». А ты мне не бабушка. Хотя бы потому, что я тебя старше. Не намного, но старше. И мне, честно говоря, наплевать, что ты на год раньше меня призывалась. Тебе еще до «бабушки»… А во-вторых, ни от какой дачи я не отказываюсь, но клясться не буду. И, если вы уж так хотите, расскажу вам. Только не «правду», какую вы ждете, а как все было на самом деле.

Шонилорд с Швыдтке словно потеряли дар речи. Из бассейна показалась голова Лампито.

ШОНИЛОРД

Что… Ты… Молокососка… Без году неделя в армии… Да я тебя…

СУН Ю

Успокойся. Сядь и слушай.

ШОНИЛОРД

Так. Я прошу занести в протокол: оскорбление прокурора! Неуважение к суду!

(обращаясь к Швыдтке)

Лена, да что же это делается? Салаги дембелей ни во что не ставят!..

ШВЫДТКЕ

(к Шонилорд)

Погоди, Марта.

(Пристально смотрит на Сун Ю)

Как все было на самом деле, говоришь? Ну, рискни…

СУН Ю

Когда я вытаскивала Вику, в воде плавали обломки досок. И все их видели.

(обращаясь к Швыдтке)

Ты, ефрейтор, сама потом осмотрела дыру на мостике. Трухлявое дерево просто не выдержало тяжести и проломилось. Цигерман здесь ни при чем.

ШОНИЛОРД

Триста лет стояло и вдруг рухнуло?

СУН Ю

Вот именно потому и рухнуло, что триста лет! Снизу – морская вода и соль, сверху – зной и ветер. Я вообще удивляюсь, как вся крепость не рассыпается от ветхости.

ШВЫДТКЕ

Что ты хочешь этим сказать?..

СУН Ю

А то, что Караул №8 на ладан дышит и не сегодня-завтра провалится к богине Фене! Я «на гражданке» на стройке работала – знаю. Туда ему и дорога…

ШВЫДТКЕ

Что ты сказала? Повтори…

ШОНИЛОРД

Да за такие слова тебя расстрелять мало! Караул №8 – секретный спецобъект Вооруженных Сил Амазонии, имеющий исключительное военно-политическое и стратегическое значение. Ты на кого бочку катишь? На Родину бочку катишь?

СУН Ю

Я говорю то, что вижу. Какое «исключительное значение», вы что, смеетесь? Что и от кого мы здесь охраняем? Заброшенную крепость? Груду военного хлама?

ШОНИЛОРД

(захлебываясь от возмущения)

Караул №8 – последний форпост на самых дальних рубежах Великой империи!

ШВЫДТКЕ

Здесь собраны бесценные экспонаты ратного могущества амазонок. Уникальная коллекция старинного оружия! Бриллиантовый пояс Ипполиты! Нетленные мощи императрицы Антиопы! Субмарина «Титания»! Стремадор! Шлем!

СУН Ю

Да кому нужны все эти мумии и побрякушки?..

ШОНИЛОРД

Ты вообще соображаешь, что говоришь?!.

ШВЫДТКЕ

Тихо!

Швыдтке медленно подходит вплотную к Сун Ю.

ШВЫДТКЕ

(продолжает)

Сдается мне, свидетельница, что вы с подсудимой заодно.

ШОНИЛОРД

Точно!

ШВЫДТКЕ

Сдается мне, что здесь пахнет заговором. Ты, Сун Ю, случайно не засланная?

ШОНИЛОРД

Вражеский агент… Шпионка!..

Из бассейна раздается здоровый смех Лампито.

ШВЫДТКЕ

Ладно, Сун Ю. Дойдет и до тебя очередь.

ШОНИЛОРД

У нас еще целый месяц впереди.

ШВЫДТКЕ

Заседание продолжается.

(обращаясь к Цигерман)

Подсудимая, вам предоставляется последнее слово. У вас ровно шестьдесят секунд. Время пошло.

Все смотрят на Цигерман.

ЦИГЕРМАН

(тихо)

Девчонки. Я не виновата. Клянусь мамой. Здесь какая-то ошибка. Мост не мог рухнуть ни с того ни с сего. Вы же знаете, я Стрёму каждое утро там выгуливала… Я любила Стрёму. Я его очень любила. Он был добрый. У него глаза слезились. Я его из соски кормила. Не казните меня, пожалуйста. Я тоже, как и вы, домой хочу. Мне домой очень, очень надо. Хотите, я нырну и не вынырну, пока шлем не найду…

(голос ее дрожит)

ШВЫДТКЕ

Ишь ты чего захотела… Хитренькая! Бульк – и концы в воду? А нам тут без тебя расхлебывать? Нет уж!..

(обращаясь к Шонилорд)

Какие будут предложения, прокурор?

ШОНИЛОРД

Высечь ее розгами. Через строй ее пропустить. Оставить без сладкого!

ШВЫДТКЕ

Скучно, девушки. Я тут кое-что получше придумала… Встать!

Кроме Лампито, которая по-прежнему лежит в бассейне, все встают.

ШВЫДТКЕ

(продолжает)

Именем нерушимого амазонского братства и в воспитательно-карательных целях обвиняемая Цигерман приговаривается… Приговаривается…

ШОНИЛОРД

Ну?!.

ШВЫДТКЕ

…к жертвоприношению во имя богини Гесты, покровительницы целомудрия и бездетности.

Пауза.

СИСИ

Мама…

ШВЫДТКЕ

К священному обряду стерилизации приступить немедленно.

СИСИ

Мамочки!..

ШВЫДТКЕ

Сиси, раздувай огонь пожарче! Марта, гаси факела!

ЛАМПИТО

Не вздумай, Швыдтке…

ШВЫДТКЕ

Не встревай, русалка. Плаваешь в своей стихии – вот и плавай дальше. А другим не мешай.

(к Шонилорд)

Там, на полке – анчаров корень, кидай его в котел! Язык змеи, крысиный хвост, помет летучей мыши!..

Швыдтке руководит испуганными девушками, а сама облачается в странный наряд из банных веников: набедренная повязка, венок на голову, на шею – бусы из мочалки.

ШВЫДТКЕ

(продолжает)

Знаете, кем я до армии была? О, это страшная тайна, но вам скажу… Прах саранчи, зола и тлен, и пепел саламандры! Все бросайте, все сгодится!.. Про подпольный храм Луны слыхали? Так вот я его жрица!..

(Химичит над миской)

На полведра скипидара – столовую ложку дегтя, унцию воска, щепотку пыли и пару капель желчи крокодила! И – соль по вкусу. Тщательно перемешать и варить на медленном огне. И готова колдовская мазь!..

Жидкость в миске начинает бурлить.

ШВЫДТКЕ

(продолжает)

О, великая Геста, темная сестра светлой Артемиды! Услышь меня, дай мне хоть каплю своей зловещей силы, и да свершится древний ритуал!

Тишина. Завороженные девушки в страхе наблюдают над всеми манипуляциями Швыдтке. Та, словно в медитативном трансе, начинает свои шаманские камлания над кипящим чаном.

ШВЫДТКЕ

(твердит заклинание)

Пой Геста, Пей Геста, Геста, Геста По!

Геста Хэй, Геста Хоу – Сан На!

Эй, Гей Си, Гей Си – сохрани и спаси,

только чашу эту мимо не неси!

Сун Ю прыскает в кулак.

ЛАМПИТО

(откровенно потешается)

Гой Еси, Гой Еси, укуси Сиси за си…

Лампито и Сиси хохочут.

ШОНИЛОРД

Заткнитесь, вы!

ШВЫДТКЕ

(«проглатывает» смертельную обиду и, приближаясь к Цигерман, продолжает замогильным голосом)

Рыдай и кайся, Цигерман!.. Как великая Геста и как сестра ее, божественная Артемида, дали вечный обет бездетности и целомудрия… Как бессмертная царица Пенфесилея собственноручно вырвала из своего лона проклятый детородный орган… Как сотни и сотни амазонок и по сей день во имя Родины добровольно отказываются от материнства… Как испокон веков все отбросы амазонского воинства насильно стерилизуются… Так и ты, недостойная, сейчас навсегда избавишься от греха. И ни старинным почкованием, ни суперсовременным клонированием ты больше никогда не будешь размножаться и плодить себе подобных!

ЦИГЕРМАН

(вдруг кричит)

Не-е-ет!!!

Девушки в ужасе вздрагивают.

ШВЫДТКЕ

О, невидимая и карающая десница богини, сверши же, наконец, акт возмездия! Вдруг Сун Ю подскакивает к котлу и одним движением опрокидывает его. Бурлящая жидкость оглушительно шипит на огне.

СУН Ю

Хватит! Слышишь, ты, ведьма? Жрица от слова «жри»! Оставь ее в покое.

Обряд прерывается. Швыдтке опускает руки. Цигерман жмется к Сун Ю.

ШВЫДТКЕ

Так. Надоело. «Внучки» совсем распоясались. Поработать не дадут. Терпение мое лопнуло, и чаша переполнилась.

С этими словами Швыдтке неожиданно швыряет свою миску с отваром в Сун Ю. Та чудом уворачивается.

ШВЫДТКЕ

(кричит)

Убью!..

СУН Ю

Руки коротки!..

Швыдтке коброй прыгает на Сун Ю и валит ее на пол.

ШОНИЛОРД

(отскакивая в сторону)

Ох, держите меня, а то плохо будет!

Сун Ю ловким и эффектным движением перебрасывает Швыдтке назад через голову и вскакивает, заняв боевую позицию.

СИСИ

Мама, мамочка!..

Швыдтке быстро поднимается, готовая броситься снова, но, увидев зловещие пассы Сун Ю из арсенала восточных единоборств, нападать не решается.

ЦИГЕРМАН

Девчонки, не надо!..

Тогда Швыдтке начинает кидать в Сун Ю первые попавшие под руку предметы: ковш, тазик, веник. Сун Ю каждый раз ловко уворачивается, иногда отбивая легкие предметы рукой.

ЛАМПИТО

(из бассейна)

Давай, давай!..

В это время Шонилорд заходит сзади Сун Ю и, улучив момент, прыгает ей на спину. Но Сун Ю красивым борцовским приемом перебрасывает Шонилорд через себя, и та летит прямо в бассейн к Лампито.

Воспользовавшись этим, Швыдтке подскакивает к Сун Ю с кочергой. Резко бьет наотмашь, но Сун Ю пригибается и с разворота бьет Швытке пяткой. Швыдтке летит в угол, сметая на своем пути горшки и чаши с благовониями.

Тут дверь неожиданно отворяется, и на пороге возникает Сержант. Первой, как всегда, ее замечает малышка Сиси.

СИСИ

Атас!

Но поздно – кувшин с какой-то жидкостью, пущенный меткой рукой Швыдтке, уже в воздухе, и летит он как раз по направлению к двери, где только что стояла Сун Ю. Смачный хлопок – и глиняная посудина разлетается в куски прямо над головой Сержанта, обдав ее сверху до низу чем-то густым и липким.

Пауза. Немая сцена. Швыдтке и Сун Ю тяжело дышат, Лампито и Шонилорд вылезают из бассейна. Сиси и Цигерман выбираются из укрытий. Сержант, обтекая, молча оглядывает побоище.

СЕРЖАНТ

(тихо)

Отделение, становись.

Девушки быстро выстраиваются в одну шеренгу.

СЕРЖАНТ

(продолжает)

Равняйсь. Смирно. Ефрейтор Швыдтке – наряд вне очереди. На своем участке – в кухне. Рядовая Сун Ю – драить сортир. Остальные – идеальный порядок здесь. Вопросы?

Тишина.

СЕРЖАНТ

(снимая испачканную одежду)

А теперь самое важное. Главной ныряльщицей и ответственной за поиск шлема назначается караульный фельдшер, экс-чемпионка полка по синхронному плаванию – ефрейтор Лампито.

(обращаясь к Лампито)

Уговорила. Завтра с утра приступай. Сейчас отдохни, поешь-поспи. Что хочешь делай, только шлем найди. Я тебе доверяю, Гризабелла. Постарайся.

ЛАМПИТО

Есть постараться.

Сержант разделась.

СЕРЖАНТ

Всё! Р-р-разойдись!..

Сержант прыгает в бассейн, все остальные по приказу разбегаются.

FADE OUT

ВЕЧЕР

FADE IN:

INT. ТУАЛЕТ.

Старый солдатский туалет. Несколько кабинок, расположенных в ряд. Мраморные стены и пол, рукомойник из слоновой кости. Очень чисто, почти стерильно. Полумрак.

Сун Ю ставит на пол ведро и кладет швабру. Вздохнув, подходит к зеркалу над умывальником и внимательно его рассматривает. Наконец находит какое-то пятнышко, аккуратно дышит на стекло и начинает тереть белоснежной тряпочкой.

Вдруг в отражении Сун Ю замечает, что на пороге кто-то стоит. Сун Ю замирает и оборачивается. Фигура делает шаг в полосу света. Это Лампито.

СУН Ю

Как ты меня напугала…

ЛАМПИТО

Ты одна?

СУН Ю

Как видишь. Где все?

ЛАМПИТО

Кто где. Сиси с Цигерман баню моют, Швыдтке ужин готовит.

Сун Ю продолжает чистить зеркало.

ЛАМПИТО

(продолжает)

Не обижайся на меня, Ю.

СУН Ю

Что ты? За что?

ЛАМПИТО

За то, что не заступилась за тебя в бане. Ты же знаешь, я в эти игры не играю.

СУН Ю

Да брось ты. Я вовсе не сержусь. Все правильно.

Лампито медленно проходит вдоль закрытых туалетных кабинок и как бы машинально открывает каждую дверь. Двери, мягко распахнувшись, так же мягко и закрываются.

ЛАМПИТО

Швыдтке скоро успокоится. Ее тоже можно понять. Она ведь сама «чистая». Добровольно стерилизацию прошла… Ее же дома ждут со дня на день. Самая последняя вахта, как никак…

СУН Ю

У тебя тоже последняя вахта. Тебе тоже неделю до «дембеля» оставалось. Тебя тоже дома ждут. Но ты же никого не делаешь козой отпущения. Бедная Цигерман…

ЛАМПИТО

(осматривает предпоследнюю кабинку)

Да. Не повезло ей с самого начала. Тем более что она действительно совсем ни при чем.

СУН Ю

Вечно с ней что-нибудь случается. То в строй опоздает, то марширует не в ногу.

ЛАМПИТО

(перед закрытой дверью последней кабинки разворачивается к Сун Ю)

А помнишь, как она караульных кроликов выпустила? «Травку пожевать»! Целую неделю потом этих кроликов всем отрядом по всему острову ловили…

Смеются.

СУН Ю

Стремадора жалко. Такую жизнь прожить, столько войн без единой царапины – и погибнуть так нелепо, случайно…

ЛАМПИТО

(ногтем указательного пальца соскребает несуществующую пылинку с зеркала)

Что ж… Идея требует жертв.

СУН Ю

В смысле? Какая идея?

ЛАМПИТО

Видишь ли, Ю… Стремадор утонул не совсем случайно. Вернее – совсем не случайно.

СУН Ю

Как это? Что ты имеешь в виду?

Лампито подносит указательный палец к губам, смотрит в сторону входной двери. Бесшумно подходит, быстро выглядывает наружу и, плотно закрыв, поворачивается к Сун Ю..

ЛАМПИТО

Последние десятилетия старик страдал от мигрени. Все время на головную боль жаловался. Ничего не помогало. Кроме одного – когда ему виски медицинским жгутом или венцом из бамбука крепко сдавливали, ему почему-то становилось значительно лучше…

СУН Ю

Да, ты рассказывала, помню.

ЛАМПИТО

Так было до нас. Полтора года назад, в одно из своих первых дежурств, я предложила надевать на его голову этот самый Золотой Шлем. Видимо, благородный металл впитывал ноющую боль его тысячелетних мозгов, и Стремадор, помню, просто расцвел на глазах…

СУН Ю

Я слышала, тебя за это даже как-то наградили.

ЛАМПИТО

Да дело не в этом. А в том, что я тогда и не догадывалась, что Провидение подсказывает мне одну прелюбопытнейшую штуку. Как этот золотой «горшок» потом пригодился…

СУН Ю

То есть? Не поняла.

ЛАМПИТО

(понизив голос и глядя Сун Ю в глаза)

Стремадор утонул совсем не случайно. Это я настояла на том, чтобы шлем не снимали с него никогда – ни во время сна, ни во время прогулок. Это я посоветовала Цигерман почаще выгуливать его над Тихой бухтой – чтобы морским воздухом дышал… Это я тайком подпилила доски на мостике.

СУН Ю

Ты?!

ЛАМПИТО

Я.

СУН Ю

Но… Зачем?!

ЛАМПИТО

Во-первых, нас все-таки оставили еще на целый месяц. Помнишь, мы все гадали, что нам грозит за смерть Стремадора? Гневные письма на малую родину, лишение званий, наград, пайка, трибунал по возвращении, анафема старейшин… Я же втайне рассчитывала, что нас накажут именно так. И нас оставили! А во-вторых, именно я буду нырять в Тихую бухту. Больше-то некому!

Сун Ю ошеломленно хлопает ресницами, ничего не понимая. Лампито достает из-за пазухи помятую старую открытку и показывает ее Сун Ю. На открытке – старинное изображение странного подводного аппарата.

ЛАМПИТО

(продолжает)

«Титания!» Много лет назад на вечную стоянку на дно Тихой бухты торжественно опустили легендарную амазонскую субмарину «Титания». Ты это прекрасно знаешь. Так вот. «Титания» до сих пор в превосходном состоянии и готова к любым рейдам! Моя старшая сестра была в составе спецкомиссии по захоронению, и она видела это своими собственными глазами!..

Сун Ю по-прежнему ничего не понимает и смотрит то на открытку, то в глаза Лампито.

ЛАМПИТО

(почти шепотом)

Ю, дорогая. Это – единственный шанс удрать отсюда. Навсегда.

Лампито на мгновение замирает, словно ей почудился какой-то шорох в углу. Нет, все тихо.

ЛАМПИТО

(продолжает)

Далеко-далеко, по ту сторону моря, есть сказочная страна. Там солнце и счастье. Там живут удивительные и прекрасные существа, с одной стороны чем-то похожие на нас, а с другой – не похожие совсем. Когда-то давным-давно люди были о двух головах, четырех руках и четырех ногах. В груди каждого билось два сердца, и две пары глаз с любовью смотрели на мир, полный гармонии и света. Но однажды боги за что-то прогневались на людей и разорвали каждого на две половинки. И наступил хаос. Двуногие совсем обезумели, запутались. Стали воевать друг с другом, и вскоре одни половинки полностью истребили других. А те, кто уцелел, убежали прочь из Амазонии. Там, за морем, они уже давно не воюют – они научились находить свои потерянные половинки и живут счастливо.

(голос ее срывается)

Я знаю! Моя мама, она историк, ее чуть не арестовали, когда она все это раскопала. Амазония – проклятое место. Ноги надо делать отсюда, ноги!.. И чем быстрее, тем лучше.

Сун Ю во все глаза смотрит на Лампито.

ЛАМПИТО

(продолжает)

План такой. Ныряем каждый день. Будто шлем ищем. А сами приводим «Титанию» в готовность номер один. Проблема в том, что одной там не справиться, да и сама субмарина предназначена только для управления вдвоем. И самое главное. Я хочу бежать с тобой. И только с тобой.

Сун Ю словно потеряла дар речи.

ЛАМПИТО

Сержанта я уже убедила. Она говорит: «Бери кого хочешь в помощницы, только чтобы шлем был как можно скорее». Я назвала тебя – и только тебя. Как самую выносливую и надежную. Я научу тебя нырять, а ты поможешь мне разобраться с подводными механизмами. Мы тщательно подготовимся – у нас на все про все целый месяц. Уйдем под шумок в последнюю ночь, когда весь отряд, как всегда, перепьется. Плыть под водой самое большее – дня три. Нас, конечно, будут искать. Будет погоня. Но мы неуязвимы – у Амазонии нет подводного флота! Мы как в воду канем! И через трое суток мы уже на том берегу. А там…

СУН Ю

А там?..

ЛАМПИТО

А там нас с тобой встретят эти удивительные существа. Не амазонки, «не-женщины»!

СУН Ю

Не-люди?

ЛАМПИТО

Нет, они люди. Человеки. Только… Как бы тебе это объяснить… Вот в амазонском языке все слова бывают либо женского, либо мужского, либо среднего рода. Ну, например, слово «амазонка» – женского рода, так? «Субмарина», «вода», «тишина»…

СУН Ю

«Радуга»…

ЛАМПИТО

Правильно! Бывают слова среднего рода: «море», «утро», «солнце»…

СУН Ю

«Небо», «добро» и «зло»…

ЛАМПИТО

Молодец! Верно! А бывают слова мужского рода: «унитаз», «кролик», «трибунал»…

СУН Ю

«Стремадор»!

ЛАМПИТО

Да! Кстати, «конь» – это та же «лошадь», только мужского рода! Так вот, там, по ту сторону моря, живут люди мужского рода.

СУН Ю

(обалдело)

Чем же они от нормальных людей отличаются? От женского рода?

ЛАМПИТО

Да я и сама, если честно, пока толком не знаю. В одной из запрещенных книг я видела старинный рисунок такого человека. У него волосы росли на лице, представляешь? Но самое главное – у него не было груди!..

СУН Ю

(ахает)

Как это?

ЛАМПИТО

То есть нет, грудь у него, конечно, была, но совсем не такая, как у нас. Такая широкая, мускулистая.

СУН Ю

Как у Сержанта?

ЛАМПИТО

Да нет, что ты. Лучше. И еще там было что-то нарисовано… Что-то такое, чего у нас точно никогда не бывает. Давно это было, да и картинка была неразборчивая, но это что-то, помню, так сильно на меня подействовало, так врезалось мне в душу…

СУН Ю

Почему? Что это было? Хвост?

ЛАМПИТО

Да, почти… Я, наверное, не смогу объяснить…

(Переходит на шепот)

Помнишь, ты мне рассказывала про свой сон?

СУН Ю

(тоже шепотом)

Да…

Сун Ю закрывает глаза.

FLASHBACK

Затемненное пространство. Чередование крупных и сверхкрупных планов, частично расфокус и замедленная съемка.

Закрытые глаза Сун Ю, искаженные гримасой то ли боли, то ли страсти. Женские руки обхватывают широкую, явно мужскую спину сзади и впиваются в нее ногтями. Полуоткрытый рот Сун Ю с легкой испариной на верхней губе. В отблесках огня – силуэты двух людей, занимающихся любовью. Сун Ю безмолвно кричит, широко открыв рот.

На протяжение всего куска закадровый диалог Лампито и Сун Ю:

ЛАМПИТО

(голос за кадром)

Тебе снилось, будто ты борешься с каким-то чудовищем…

СУН Ю

(голос за кадром)

С гладкой кожей и сильными руками…

ЛАМПИТО

(голос за кадром)

С пьянящим запахом и горячим дыханием…

СУН Ю

(голос за кадром)

Он так как-то сдержанно рычал – у меня до сих пор мурашки по телу…

ЛАМПИТО

(голос за кадром)

Помнишь, ты сказала, что ты была явно слабее, и что он подминал тебя под себя…

СУН Ю

(голос за кадром)

Он словно обволакивал меня чем-то и в то же время будто бы проникал внутрь, до самой глубины…

ЛАМПИТО

(голос за кадром)

И тебе это почему-то было очень приятно…

FADE OUT

INT. ТУАЛЕТ.

СУН Ю

Да. Это было волшебно.

(Открывает глаза)

Так хорошо, что я даже испугалась.

ЛАМПИТО

Вот. Примерно то же испытываю и я. Когда вспоминаю тот рисунок, и особенно – когда представляю того человека рядом…

Сун Ю встряхивает головой, словно пытаясь отогнать наваждение.

ЛАМПИТО

(продолжает)

Нам нечего терять, Ю. Ты сирота, я одинока. Там, на материке, тебя никто не ждет, и я никому не нужна. Тем более что у меня с «горячо любимой родиной» свои, семейные счеты, и тебе, в общем, тоже благодарить ее особо не за что… А там, на том берегу, мы обязательно встретим свои потерянные половинки. А как же иначе?! Решайся…

Пауза.

СУН Ю

Я согласна.

Лампито порывисто обнимает Сун Ю.

ЛАМПИТО

Сегодня же ночью пойдем «на дело» в первый раз. Надо будет незаметно подобрать ключи к продовольственному складу, а потом потихоньку перетаскать на «Титанию» кое-что из провианта.

СУН Ю

Да. Днем этого делать нельзя. Швыдтке никого к запасам не подпускает.

Слышны далекие звонкие удары поварешкой о рельс. Девушки улыбаются.

ЛАМПИТО

О, легка на помине…

СУН Ю

На ужин пора.

ЛАМПИТО

Компот не пей. Я туда отвар сон-травы подмешала… Пошли?

СУН Ю

Подожди.

(берет Лампито за руку)

Мы ведь теперь как сестры?

ЛАМПИТО

(близко подходит к Ю)

Мы не «как» сестры. Мы просто – сестры.

Девушки обнимаются. И – через мгновение – быстро выходят. Звон затихает.

Какое-то время темный туалет безмолвствует, слышно только, как где-то капает вода. Камера движется вдоль кабинок к самой дальней кабинке от выхода. Дверь этой кабинки неожиданно и медленно отворяется. Темно, и мы не видим, кто оттуда выходит.

Раздаются шаги. Чья-то тень пересекает лежащий на полу квадрат света от окна. Затем размытый силуэт неясно отражается в зеркале.

Слышен звук открываемого водопроводного крана: мы видим, как из крана умывальника начинает литься вода. Раздаются странные «плещущиеся» звуки, словно кто-то едва слышно стонет, закрыв лицо руками. Вода закрывается.

С латунного крючка кем-то срывается полотенце. И через пару секунд, скомканное, оно летит в корзину.

Входная дверь медленно отворяется, и неопознанный силуэт выскальзывает прочь.

FADE OUT

НОЧЬ

FADE IN:

INT. КАЗАРМА

Спальное помещение караульной казармы. Унылый солдатский уют. Три пары двухъярусных панцирных коек, и еще одна – сержантская – за перегородкой. В окно светит полная луна.

Только что закончилась вечерняя поверка. Караул стоит в строю в полном составе, перед строем – Сержант.

СЕРЖАНТ

Отделение, равняйсь. Смирно! Еще смирнее! Вольно… Отбой, отделение.

Девушки расходятся по своим местам, раздеваясь на ходу, и не спеша укладываются.

ШВЫДТКЕ

(когда все улеглись, громко, на всю казарму).

Дембель стал на день короче!

ВСЕ

(дружно подхватывают)

Спи, солдат, спокойной ночи!

ШВЫДТКЕ

Эх, мать моя мамочка! Еще месяц…

ШОНИЛОРД

Если чего-нибудь не случится.

ШВЫДТКЕ

Не каркай. Типун тебе на язык. Тьфу-тьфу-тьфу, постучим по дереву.

(обращаясь к Лампито)

Слышь, нимфа, а там глубоко?

ЛАМПИТО

Глубоко. Локтей тридцать-сорок.

ШВЫДТКЕ

А дно какое?

ЛАМПИТО

Откуда я знаю? Завтра увидим…

ШВЫДТКЕ

Слушай, там же эта, как ее… «Титания»! Там же «Титания» где-то рядом покоится!

ЛАМПИТО

(через короткую паузу)

И что?

ШВЫДТКЕ

Вот бы на нее посмотреть… Везет вам, водолазам. Только не вздумайте на ней удрать куда-нибудь.

(смеется)

ЛАМПИТО

Швыдтке, ты дура?

ШВЫДТКЕ

Да шучу я, шучу… Я к тому, чтоб вы там особо не отвлекались. На вас вся надежда.

ЛАМПИТО

Не извольте сомневаться. Сделаем все в лучшем виде. Спи.

ШВЫДТКЕ

Да что-то не спится.

Лампито смотрит на Швыдтке.

ЛАМПИТО

Хочешь, я тебе сказочку расскажу?

ШВЫДТКЕ

О, валяй! У тебя это здорово получается. Только не страшную, ладно?

ЛАМПИТО

Все хотят?

СИСИ, СУН Ю и ШОНИЛОРД

Да! Да!

ШВЫДТКЕ

Все!

ЛАМПИТО

Ну, слушайте. Давным-давно, когда Амазония была еще королевством, страшный шторм выбросил на берег странного человека. Его корабль разбился о рифы, а сам он без сознания лежал на прибрежном песке. У него были длинные волосы, как у амазонки, но он был крупнее и шире в плечах, и лицо его казалось грубым и суровым. Чудом уцелевший на нем камзол был какого-то диковинного покроя, и говорил незнакомец на странном и удивительно приятном воркующем языке. Это был зверь из того дикого племени, что обитает по ту сторону моря! Но в отличие от отвратительных монстров, грязных гориллообразных уродов из учебника истории и мерзейших похотливых тварей из бабушкиных сказок, это была бесконечно галантная, очень образованная, не лишенная привлекательности и чрезвычайно чистоплотная особь. Звали его то ли Голивур, то ли Ханнимед… Решено было не уничтожать его немедленно, как того требовала инструкция, а везти во дворец и показать заморское чудо Ее Величеству. И случилось невероятное. Как только увидела Королева оборванного странника, как взглянула в его ясные глаза, как услышала его уставший голос, так тут же полюбила его всем сердцем. И велела пощадить, и оставить при дворце в качестве живого экспоната в королевскую кунсткамеру… И началась история их фантастической, патологической, преступной любви. Любви красавицы и чудовища! По всей стране ходили немыслимые слухи, один другого интимнее и страшнее. Глухо и злобно ворчала свита. А безумным любовникам на все было наплевать…

ШОНИЛОРД

Боже мой…

ЛАМПИТО

Неизвестно, чем бы все это кончилось, если бы единственная дочь Королевы, юная и прекрасная Принцесса, как и мать, не влюбилась бы в пришельца и совсем потеряла голову. Поссорились мать с дочерью, и взревновала Государыня, и велела изгнать изменницу подальше с глаз долой… Каков же был ее шок, когда наутро она обнаружила, что Принцесса ночью исчезла из дворца, и что вместе с ней бежал и ее возлюбленный. Оказывается, они уже давно тайно любили друг друга, и – тут Королеву хватил удар – Принцесса ждала от него ребенка!..

ЦИГЕРМАН

Ребенка?!

СУН Ю

Как это?..

ЛАМПИТО

Тогда амазонки еще рожали как животные, вот она и забеременела.

ШОНИЛОРД

Ужас какой…

В этот момент раздается приглушенный, но отчетливый стон с одной из верхних коек.

ЛАМПИТО

Тихо…

СИСИ

(подвывает в какой-то лихорадящей прострации)

Мама… Опять… Полная луна… Полная луна!..

Сиси, двигаясь, словно в сомнамбулическом трансе, с вытянутыми вперед руками и невидящим взором, приподнимается над кроватью.

СИСИ

(не своим голосом)

Что-то в горле пересохло…

Сиси кровожадно облизывается. Затем одним эффектным движением спрыгивает со своего второго яруса вниз и, озираясь по-волчьи, направляется прямиком к мирно посапывающей Швыдтке (та уже уснула под воркование Лампито). Остальные девушки испуганно поднимаются со своих мест.

Сиси склоняется над Швыдтке, открывает рот и тянется к шее.

Цигерман и Шонилорд в ужасе орут. Швыдтке просыпается и, увидев над собой нечеловеческие глаза малютки Сиси, тоже начинает вопить.

На крики прибегает Сержант. Она мгновенно оценивает ситуацию и, не раздумывая, пантерой прыгает на спину Сиси. Та начинает быстро вертеться на месте, пытаясь сбросить Сержанта.

Первой из всех остальных приходит в себя Сун Ю. Она тоже прыгает на Сиси – поверх Сержанта. Верчение Сиси чуть замедляется.

Лампито быстро достает из своей тумбочки одноразовый шприц.

Шонилорд кубарем подкатывается под Сиси и сбивает ее с ног. На образовавшуюся «кучу-малу» последней прыгает Швыдтке.

Постепенно Сиси затихает. Лампито колет ей дозу успокаивающего. Девушки встают, настороженно глядя на Сиси, которая сидит на полу.

ШВЫДТКЕ

Сиси, ты чего?

СЕРЖАНТ

(тяжело дыша)

Ты чего, а?

СИСИ

(шмыгая носом)

Девчонки, простите меня. Это ведь не я, это во мне кровь кипит. Вы меня в следующее полнолуние лучше привяжите к койке на всякий случай, а сами – под подушку головку чеснока. И все…

ЛАМПИТО

Все ясно.

СЕРЖАНТ

Ничего не понимаю.

ЛАМПИТО

Вампиризм. Наследственная форма.

СИСИ

Это всей нашей семьи проклятье. Как мы только не лечились! Какую только гадость не глотали!

ЛАМПИТО

Вы что, всеобщую вакцинацию не проходили? Всем амазонкам еще в младенчестве прививки делают.

СИСИ

Да не помогает ни черта! В обычные дни вроде все в порядке, а как полнолуние… Соседи жалуются…

(ревет)

Лампито начинает смеяться, за ней – Сержант и все остальные.

СЕРЖАНТ

Как же тебя в армию забрали?

СИСИ

Я в военкомате ничего не сказала. Стыдно же…

СЕРЖАНТ

Ладно, не реви.

ЛАМПИТО

Подумаешь, ерунда какая!

ШВЫДТКЕ

Мы тебя вылечим, не бойся.

СУН Ю

Давай ложись, укрывайся…

Неожиданно все, кроме Лампито и Сун Ю, начинают активно зевать – это начинает действовать снотворное. Первой прямо на месте сваливается слабенькая Цигерман, за ней – Швыдтке, Сержант, Сиси и Шонилорд. Сун Ю и Лампито тоже на всякий случай сделали вид, что заснули.

В казарме устанавливается мерное сопение.

СУН Ю

(шепотом)

Уснули…

ЛАМПИТО

Я уж боялась, что не подействует. Пошли. До утра никто не проснется.

Лампито и Сун Ю бесшумно одеваются и выходят.

Как только они исчезают, на фоне залитого лунным светом окна поднимается чей-то темный силуэт. Быстро и беззвучно эта «тень» крадучись движется прочь из казармы вслед ушедшей паре…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.