# Добро пожаловать в Ньюпорт

Мария Грин

Ньюпорт-Бич – закрытый клуб миллионеров в Южной Калифорнии. Частная школа. Элита, хранящая свою блестящую репутацию в обществе. Избалованные дети богатых родителей, способные на гадкие и подлые поступки для достижения собственных целей.
Он привык получать все, что хочет, пользуясь и манипулируя людьми. Однако теперь неосторожный поступок может стоить ему места под солнцем.
Она – первая, кто осмеливается бросить ему вызов.
С этого момента они оба втянуты в игру, победителя в которой может и не быть.

# Мария Грин. Добро пожаловать в Ньюпорт

Copyright © Мария Грин, текст, 2016

The author is represented by Wattpad.

В оформлении макета использованы материалы по лицензии @shutterstock.com

© ООО «Издательство АСТ», 2022

## Пролог

Я села в машину и надавила на газ. В ушах все еще звучал наш последний диалог. Он хотел, чтобы я жила без него, поставила точку. Конец.

Мы все разбили. Мне было трудно дышать. Легкие не насыщались кислородом, а в висках стучало. Я сильнее сжала руль.

Мне предстояло приехать в Лос-Анджелес, а значит, у меня оставалось сорок минут, чтобы успокоиться и решить, что делать дальше.

Огромные капли дождя громко барабанили по лобовому стеклу. Мне всегда нравились дождливые дни. Когда ты живешь в городе, где практически круглый год жара, ливень превращается в приятный сюрприз.

Я резко свернула на светофоре и услышала возмущенные сигналы нескольких машин. Еще немного. Я просто должна все исправить.

## Глава 1. Калифорномания

– Элизабет —

Окно с грохотом хлопнуло, и я быстро встала с кровати. Сегодня был ветреный вечер. Довольно необычно для Ньюпорта, в котором жара стоит практически круглый год. Если кто не знает, Ньюпорт – маленький город, расположенный на западе округа Ориндж в штате Калифорния. Население 85 тысяч человек. Многие считают Ньюпорт сказочным уголком. Возможно, отчасти так оно и есть. По некоторым данным, этот маленький город на берегу Тихого океана считается одним из самых богатых городов не только Калифорнии, но и США.

Многие мечтают прикупить здесь домик с бассейном и видом на океан и осесть, чтобы жить роскошной, глянцевой жизнью, потягивать коктейль на шезлонге, а также услышать очередную грязную сплетню. О том, как очередной финансовый управляющий влез в долги и скоро сядет на десяток лет. О том, как молодая жена президента компании спит с его помощником, пока он катается в свои командировки. Как старшеклассник берет больничный, а потом оказывается, что он лечится от кокаиновой зависимости.

Я же никогда не хотела здесь жить. Мои родители переехали в Ньюпорт из Парижа, когда мне было пять. Мой отец, Роберт Суон, все больше расширял свою корпорацию по производству энергосберегающей техники, которая за многие годы стала монополистом на рынке. В Калифорнии он решил открыть несколько казино, которые сразу же принесли неплохой доход. Здесь люди обожают развлечения и готовы платить за это огромные деньги. А моя мама окончательно похоронила свою мечту петь на сцене и стала самым главным хранителем домашнего очага.

Встретив папу во время одной из его деловых поездок во Францию, она едва успела окончить университет и тут же вышла замуж, а через пару лет родилась моя старшая сестра Натали. К слову, у меня две старшие сестры. Натали уже несколько лет живет и работает редактором в Нью-Йорке, в одном из модных журналов. А Карен пару лет назад вышла замуж и сейчас полностью посвятила себя воспитанию двухлетнего Тома.

Я же младший и поздний ребенок в семье, которого до сих пор пытаются контролировать практически во всем.

Собрав волосы в тугой хвост, я спустилась вниз. Торшер на кухне горел приятным темно-оранжевым светом. Очевидно, родители еще не ложились.

– Скоро спать? – Я услышала голос мамы из столовой.

– Да, решила сегодня лечь пораньше.

– Умница, входи в режим.

– А вы с папой?

– Мы через час, может, позже. – Мама кивнула на полный чайник чая. Любят же они с отцом задушевные беседы за полночь за чашкой чая.

– Ну, как хотите. – Я забрала свой стакан с водой и снова поднялась к себе в комнату.

Я прикрыла дверь, на которой зашуршали мои таблички с забавными надписями, вроде напоминалок от моей подруги Кимберли, которые она любит постоянно обновлять. Нужно ложиться и постепенно привыкать снова вставать рано.

Утром меня поднял с кровати звонок Кимберли. Я неохотно потянулась к тумбочке за телефоном. Нельзя подробно не рассказать, кто такая эта чертова Кимберли Фостер, которой вечно бывает и мало, и много одновременно. На самом деле, Кимберли моя лучшая подруга, с которой мы знакомы лет с пяти и живем относительно недалеко друг от друга. Если кто-то думает, что знает такую, как Кимберли, он сильно ошибается, потому что более странного и противоречивого человека встретить очень сложно. Она может придумать ужасно идиотский план, вроде поездки на машине в другой город ради какого-то там интересного магазина с какими-нибудь ароматическими смесями. И уже через несколько часов звонить оттуда. С детства находясь в постоянном движении и состоянии исполнения своих безумных планов, она то и дело заводила новых знакомых, которые то появлялись, то бесследно исчезали. Однако друзей у нее всегда было мало: она особо не подпускала к себе людей, и если завязывала с кем-то дружбу, то навсегда. У нас с ней был как раз такой случай. Не сосчитать, сколько раз мы плакали или смеялись вместе. Многие не понимают довольно саркастичные и прямолинейные шутки Кимберли, но только не я.

А если взять парней, то с ними у Кимб, тем более, всегда был короткий разговор, и, хотя множество парней, заглядевшись в аквамариновые глаза Кимберли, были готовы ходить за ней хвостом, она отшивает их направо и налево. Да, отец Кимберли известный в Америке хирург, а мать – врач-психотерапевт, и сама Кимб очень часто любит шутить, что ее проблемы с головой мама совсем не замечает, как и то, что Кимберли любит черные вещи и все страшное и пугающее. Я же с детства обожаю слушать байки из врачебной практики, которые травят ее родители на кухне за чашкой капучино.

– Элизабет, ты за учебниками-то поедешь? Лучше заранее! Мы простоим в пробке на выезде из Ньюпорта полчаса! – Да, голос у подруги звучал бодро даже в десять утра.

Конечно, мы могли бы заехать в книжный магазин на западе Бальбоа и все необходимое купить там, но Кимберли параллельно хотела еще встретиться с кем-то из своих знакомых ребят в Лос-Анджелесе. Поэтому нам предстояла сорокаминутная дорога до Голливуда. На самом деле, жители Ньюпорта и так очень много времени проводят в Лос-Анджелесе. У кого-то там бизнес или работа, кто-то катается на съемки или на концерт любимой группы, а кто-то хочет больше разнообразия, чем может дать уютный пляжный Ньюпорт-Бич.

Купив все необходимое для школы, мы поехали в кино на новую комедию. В пути Мишель, моя вторая лучшая подруга, включала попсовые песенки по радио.

До начала учебного года оставалось несколько дней. В прошлом году мы с девчонками как оголтелые, бегали по книжному в надежде купить хоть что-то, оставшееся перед началом года, и жалели, что раньше об этом не позаботились. Весь день тогда я ходила с огромной бутылкой воды, потому что мы с подругами перед этим хорошо повеселились на вечеринке, посвященной Red Hot Chili Peppers.

Я тогда впервые попробовала текилу, перепутав ее с мартини, и случайно залпом выпила целую стопку. Признаюсь, подобные вылазки для меня весьма редки. Я никогда не напивалась, даже близко не подбиралась к такому состоянию. В отличие от той же Кимберли, которая однажды уснула на руках у какого-то парня, когда он пытался ее поцеловать, а потом ее и вовсе вырвало ему на коленки, или Мишель, которая вечно гордится тем, что не пьянеет.

Стоит сказать пару слов о Мишель Робертс. Мы начали общаться классе в шестом, когда Мишель перевелась из другой школы. Маленькая, пухленькая, с русыми косичками, она всегда вызывала у меня умиление. Однажды она угостила меня в обед домашним печеньем и спросила разрешения сесть рядом на истории, а потом через несколько месяцев пригласила меня и Кимберли к себе на день рождения. С тех пор наш дуэт превратился в трио, пусть и не сразу. Особенно мне приходилось лавировать, когда скромная и домашняя Мишель становилась объектом непрекращающегося сарказма отвязной Кимберли, но со временем и это прошло. Мишель и так периодически достается от матери, которая безумно любит ее и воспитывает одна, но иногда пытается чересчур контролировать. Отсюда у подруги много страхов, неуверенность в себе и желание скорее повзрослеть, чтобы самой принимать решения.

* * *

Первый учебный день наступил гораздо быстрее, чем казалось. Разлепив глаза, я сползла с кровати и направилась в ванную. Мама наверняка еще спала.

– Доброе утро, Лиз! – Отец расплылся в улыбке, заметив меня в дверях кухни.

Он всегда встает раньше всех. Папа вообще – пример для подражания. И мама всегда любит шутить, что при таком отце нам с сестрами сложно будет удачно выйти замуж.

– Привет, пап. – Я зевнула и села за стол, потерев сонные, все еще слипающиеся глаза.

– Готова к началу своего последнего года в школе?

Я ухмыльнулась.

– Нет. Дайте мне еще недельку.

– Не говори глупостей. У тебя все получится. Скоро войдешь в ритм. – Папа пододвинул ко мне тарелку с тостами, смазанными маслом и апельсиновым джемом.

– Я и говорю, неделька нужна. – Потянувшись к своей чашке, я параллельно схватила один из тостов, втягивая носом сладко-цитрусовый аромат. Отец их делает просто потрясающе вкусными. – Спасибо!

– Что там со списками на грант? – Его тон резко стал серьезнее.

– Уверена, что я одна из главных претендентов, – кивнула я.

– Ты ведь нас не подведешь, я уверен.

– Да, вы с мамой можете во мне не сомневаться.

Успешные студенты из выпускного класса имеют право подать на грант, который в этом году предоставляет Принстонский университет.

Наша частная школа сотрудничает с Принстоном, поэтому устраивает отдельный набор внутри школы, а заявки на включение подаются заранее. Я подала заявку еще в конце прошлого года и была очень рада, когда ее одобрили и меня включили в списки претендентов. Правда, есть одно «но» – грант для школы всего один. И, следовательно, победитель будет всего один. А успешных студентов в нашей школе достаточно. Мне придется приложить достаточно усилий, чтобы стать победителем.

Папа довольно заулыбался.

– Что ж, еще один повод тобой гордиться.

– Я об этом же. Спасибо за завтрак, пап! – Я встала из-за стола.

– Кимберли заедет за тобой?

– Ага.

Папа не очень любил, когда я брала одну из его машин, чтобы доехать до школы, а так как мой «Форд» уже месяц ждал очереди на ремонт, мне приходилось ездить с Кимберли. Роберт Суон, увы, непреклонен, и по его указу новую машину я получу, только когда закончу школу. А пока либо красный «Форд» 2002 года, либо школьный автобус.

Я быстро переоделась и вышла на улицу, чтобы дождаться Кимберли. Хорошо, если она не опоздает в наш первый учебный день.

– Готовы снова видеть прекрасные лица наших одноклассников? – Кимб притормозила напротив моего дома, открыла окно и выплюнула жвачку.

– Мне без разницы. – Я равнодушно пожала плечами.

В салоне пахло жвачкой с приторным ароматом корицы, которую так любит Кимберли.

– Я сегодня снова подрабатываю таксистом! – Подруга засмеялась, кивнув нам с Мишель.

– В следующий раз поеду на своей машине. – Мишель скривилась и отвернулась к окну.

Я мельком посмотрела в зеркало дальнего вида. Кажется, мои волосы, которые недавно приобрели темно-каштановый оттенок, прекрасно смотрелись при дневном свете и отлично сочетались с моими каре-зелеными глазами. Кимб была права, когда уговорила меня перекраситься на пару тонов темнее.

Подъехав к школьной стоянке, мы успели вовремя припарковаться, пока не разобрали все хорошие места. Честно сказать, я не в восторге от нашей школы, и я по ней не скучала. Впрочем, мне осталось видеть этих людей недолго, а после поступления в университет начнется другая жизнь.

Я окинула взглядом стоянку, изредка останавливаясь на ком-то.

Вот там Ханна Джейн. Маленькая рыжая девочка в широком безразмерном джемпере, вечно обвешенная фенечками, которые она, кажется, не снимает даже когда принимает душ. Я всегда думала, что родители Ханны занимаются изготовлением каких-то специй, потому что только это могло объяснить, почему от нее все время пахнет различной зеленью или травами.

А там Дилан Норрис, невысокий коренастый блондин с зализанными гелем волосами из параллельного класса, который явно хочет похвастаться новой машиной, подаренной родителями. Недалеко от него крутится Синтия Джонс, школьная журналистка, тощая, визгливая брюнетка, которая всегда отличалась абсолютным отсутствием такта и круглыми очками, как у Гарри Поттера.

Буквально за десять минут до звонка на стоянку заехал черный «Порше Панамера Турбо S». Он занял центральное место, которое, как правило, всегда оставалось свободным. Я слегка раздраженно вздохнула. Да уж, сказать, что Дрю Рэммер представляет собой идеал и сладкую мечту всех школьниц – это не сказать ничего. Захлопнув дверцу машины, он не спеша направился к зданию школы, по пути окидывая взглядом прохожих.

Я пыталась подавить легкое недовольство при виде него. Этот высокий кареглазый брюнет отличался чересчур завышенной самооценкой и наглым нравом. Квотербек, любимчик большинства преподавателей, он пользовался множеством привилегий. У него безмерно богатые родители, что позволяло ему устраивать грандиозные вечеринки в нескольких домах. В нашей школе учится много детей состоятельных родителей. Но есть «общее большинство», как принято считать: те, кто исправно ходит в школу, параллельно выбирая университет где-нибудь на юге Аляски, чтобы не тратить лишние деньги на пафос. А есть «сливки общества», вроде Дрю, чьи блеск и глянец бросаются в глаза.

Я отлично помню, как впервые увидела его в восьмом классе, когда он перевелся в нашу школу и буквально за несколько месяцев стал центром вселенной, сосредоточив вокруг себя всю школьную тусовку.

Он медленно брел к своей компании – таким же заносчивым популярити, являющимся его свитой. Например, Джаред Уиммбер, загорелый блондин из класса Дрю. Он прислонился спиной к лестничным перилам и щелкал ключами от BMW. Заносчивый задира, который очень любит кому-нибудь испортить жизнь. Или смазливый качок Майкл Белл, предпочитающий дружить только со сливками общества и за счет этого повышать свою успеваемость. Лучший же друг Дрю – Рэй Хендерсон. Симпатичный, любящий внимание, самоуверенный и заботящийся о своей репутации.

Когда-то мы с ним были неплохими… нельзя сказать, что друзьями, но приятелями точно. Однако сейчас он лишь тень из моего прошлого.

По Дрю, кстати, Мишель сохла уже который год, боясь с ним даже заговорить.

Надо признать, Дрю и правда был красивый. С такой внешностью он отлично бы украсил обложку модного журнала: густые темные волосы, слегка спадающие на лоб, накачанная фигура и широкие мускулистые плечи, которые можно легко разглядеть под футболками или рубашками. Однако при всей своей привлекательности он, естественно, любил только себя, и под этой шикарной внешностью скрывался самовлюбленный, эгоистичный, подлый и отвратительный тип.

Я не раз слышала гадкие и мерзкие слухи о его очередном мимолетном увлечении какой-нибудь девчонкой, а потом о еще более стремительном окончании их непродолжительных отношений. Да, с Дрю лучше не связываться, если не хочется проблем, которые обязательно свалятся на твою голову. Хорошо, что мы учились в параллельных классах.

Окинув их ослепительную компанию быстрым взглядом, я направилась к лестнице с Мишель и Кимберли.

– Дрю —

– Рэммер, как выходные? – Джаред помахал мне рукой около входа в школу, и я направился туда, ощущая на себе сразу несколько взглядов.

Как это привычно. Не то чтобы меня это как-то напрягало, нет. Просто сегодня я не в лучшем настроении. Обычно же быть мной – это каждый день находиться под прицелом любопытных зевак.

– Отлично. Как и все до них.

– А меня предки таскали на Гавайи. Только вчера прилетел. Два часа перелет, но я просто вымотался! – Майкл закатил глаза. – Как будто им жары в Ньюпорте не хватает!

– Радуйся, чувак! Тебя повезли греть задницу на пляже! Девочки хоть были красивые там? – Джаред засмеялся.

Вот так всегда. Вечно одна и та же болтовня. Я практически не вслушиваюсь в их слова. Шутки Джареда походили одна на другую. Одни и те же темы.

Мои летние каникулы были не самыми удачными по всем параметрам. По правде сказать, лучше бы я уехал куда-нибудь на Гавайи, лишь бы не слушать этот пустой дурацкий треп. Впрочем, это все проходящее. Скоро все забудется. И будет так же, как было до этого. Ньюпорт – слишком маленький город. Слухи тут расходятся очень быстро.

Большой минус.

– Дрю, а ты где пропадал весь июль? – Джар перестал подкалывать Майкла и снова повернулся ко мне.

– Был занят, – отмахнулся я.

– Ну, мне мама говорила, что у тебя были проблемы. Я так, краем уха…

– То есть ты собираешь сплетни, как твоя мамочка? – Я холодно улыбнулся.

Джареду стоило бы заткнуться.

– Эй, я же не имел в виду ничего дурного! Я просто так. Дела так дела.

У Джареда явные проблемы с осознанием того, что можно говорить, а что – нет. Всегда приятно ставить его на место.

– На самом деле, Дрю, – Рэй быстро подхватил тему, – ты месяц сам не свой был.

– Ничего не было, Рэй. Пустые сплетни. Пусть сплетнями и остаются.

В другой раз я бы и не обратил внимания на подобные разговоры. Люди любят вдоволь потрепаться. А в Ньюпорте просто обожают грязные сплетни. Им только дай пищу для обсуждения. Но сейчас мне хотелось, чтобы про произошедшее поскорее забыли. Чем меньше знали мои друзья, тем лучше. Так было всегда. Лишняя информация только вредит. Ее недостаток всегда выгоднее. Особенно в случае с такими людьми, как мой глуповатый дружок Джаред, который совершенно не умеет держать язык за зубами и говорит все, что придет в его недалекую голову.

Неужели в этом чертовом городе больше обсудить нечего? Все так и хотят покопаться в чужом белье. Эта история сама по себе не самая приятная. Но главный ее минус заключался в том, что она могла плохо отразиться на моей школьной репутации. Надеюсь, скоро какая-нибудь очередная блондинка упадет в обморок от новой диеты. Будет отличная тема для догадок. А мне перестанут задавать дурацкие вопросы.

Прозвенел звонок, и я вместе со всеми направился в класс тригонометрии.

– Дрю, тебя после этого урока просили зайти в учительскую. – Преподаватель тригонометрии обратилась ко мне, едва я переступил порог класса.

– Что-то случилось?

– По поводу списков на грант. Ты же подавал заявление в конце того года?

– А, да, точно.

На несколько дней я совершенно позабыл об этом.

В конце прошлого года я заполнил заявление. Просто так. Этот грант – не то, о чем я мечтал с самого детства, и он мне не особо нужен. Мой отчим в состоянии оплатить мне любой университет.

Так было. До этого лета. После летнего скандала он, кажется, до сих пор на меня злится. Мой отчим – вообще не подарок. Мы никогда не были друзьями, а последний месяц я только и делаю, что выслушиваю его нотации о том, как я ужасен. Своевременно для того, кто никогда не являлся тебе отцом и особо не принимал участия в твоем воспитании. Я бы пропустил всего его слова мимо ушей, как делал с самого детства. Но сейчас Джордж заявил, что не собирается оплачивать мне учебу, и если я хочу учиться в университете Лиги плюща, то вполне могу воспользоваться грантом, предоставляемым школой.

Чертов упертый Джордж. Я ощутил резкий прилив раздражения. Засунул бы он себе свои принципы куда подальше. Он мне не отец, чтобы вести себя подобным образом. И мы никогда не были близки. Даже наоборот. Черт. Да все совершают ошибки. Джордж вполне мог бы закрыть глаза на мою. Но нет же! Отчим всеми силами пытается преподать, как ему кажется, ценный урок. Что ж, отлично. Время у меня еще есть.

– Просили зайти? – Я заглянул в учительскую и вопросительно посмотрел на женщину из администрации.

– Да, Дрю, здравствуй! – Она лучезарно мне улыбнулась. – Я хотела тебя обрадовать. Ты и еще трое – главные претенденты на грант в Принстон в этом году!

– Хорошие новости.

– Да, у вас отличная репутация, прекрасные баллы, хорошая статистика посещаемости, а также огромное количество заслуг перед школой.

– А кто еще в списке?

– Мы вывесим имена на днях, но ты можешь посмотреть. – Она протянула мне листок.

Я быстро пробежался глазами по тексту.

Уолтер Моррис. Вроде бы это очкастый ботаник из параллельного класса. Он вечно ходит в одном и том же свитере и никак не избавится от подростковых прыщей. Посмешище.

Моя одноклассница Алексис Николс. Высокая крашеная брюнетка с маленькой грудью и непропорционально большими ногами. Постоянно то расстается, то сходится со своим парнем-неудачником.

Элизабет Суон. Незнакомое имя. Вполне возможно, что в лицо я ее знаю. Может, мы даже пересекались… Нужно подробнее разузнать, кто она такая.

– Спасибо, мисс Хилл! – Я очаровательно улыбнулся, вернув ей список.

– Элизабет —

Историю искусств я слушала одним ухом. Ужасно хотелось спать, да еще инициативная болтовня Кимберли сбивала с мыслей и мешала сосредоточиться.

Эндрю Рэммер. Эндрю Рэммер также в списке на грант. Хотя кто бы сомневался? Самая заметная фигура нашей школы. Любимчик многих преподавателей, футбольная звезда, самый популярный объект для наивных воздыхательниц и просто на редкость неприятная личность. Собственно, я и не удивилась, когда увидела его имя в списке. Разве что до этого у меня была хотя бы маленькая надежда, что его там не окажется.

Но нет. Видимо, ему настолько хочется потешить свое эго, что он подал заявление вместе с остальными.

– В пятницу вечеринка у Рэя, девчонки. – Кимб наклонилась к нам и, стараясь не палиться, говорила как можно тише. – Лиз, ты как?

– Пас. – Я шикнула на нее. – Кимберли, ты можешь хотя бы сейчас об этом не думать?

– Да брось, Лиз, будет весело. – Мишель пододвинулась к нам. – Мы сто лет никуда не ходили.

– Учебный год начался, Мишель. – Я закатила глаза.

– Мисс Робертс, желаете ответить? – Миссис Хармони строго посмотрела на Мишель.

– Не особенно, если честно. – Мишель покраснела.

– Ну, вы так увлеченно что-то обсуждаете с подругами… Было бы крайне интересно поучаствовать в вашем разговоре.

Мы с Кимб переглянулись, а Мишель неохотно встала.

Оставшуюся часть урока занял небольшой опрос по пройденному материалу. После звонка мы быстро собрались и вышли из класса.

– Почему ты не хочешь пойти? – Кимберли обогнала нас и облокотилась на шкафчик.

– Я не вижу в этом смысла. У Рэя всегда однотипные вечеринки – куча его друзей из разных школ и университетов, которые напиваются и клеятся к таким же пьяным девицам. – Я невольно поморщилась, представив красочную картину.

– Ну-у, я бы поклеилась к одному из трех друзей. – Мишель мечтательно закатила глаза.

– Кто мешает?

Мишель капала слюной на Дрю столько, сколько он учился у нас в школе, но за все это время даже не предпринимала попыток к знакомству. Мы с Кимберли однажды нашли у нее его распечатанную фотографию. Тогда Мишель сослалась на попытки его нарисовать, но мы еще долго ей это припоминали.

– Вот и поклеюсь! – Подруга показала нам язык.

– Ага, ты уже сто лет ходишь за ним по пятам, самой не надоело? Подойди, поболтай с ним. – Кимберли открыла шкафчик, спрятала книги и принялась красить губы блеском, повернувшись к зеркальцу на дверце.

– Говоришь, как будто к нему так легко подойти.

– Легко, дорогая! Но вот последствия будут губительны, – встряла я в разговор.

Сколько можно говорить об этом парне?

– Элизабет, ты слишком плохо о нем думаешь. – Мишель обиженно надула губы. – Сандра говорила, что они с Эндрю спелись бы, если бы она все не испортила.

– Ага, а в перерывах между этими радужными предположениями она ревела из-за него каждый день. – Мой голос стал жестким.

Я отлично помнила, как Сандра неделю бродила по школе с глазами на мокром месте.

– Поверь, Мишель, Дрю – худшее, что может случиться с девушкой.

– Ладно. Моралистка ты наша, – засмеялась Кимберли. – Что там с твоим грантом?

Я скривилась.

– Не поверишь, мы сейчас снова вернемся к обсуждению Дрю Рэммера. Мы с ним и еще два человека – главные претенденты.

– Ого! Хотя кто сомневался? – Мишель вздохнула. – У тебя, наверное, главная цель теперь – обогнать его?

– Уступать ему не хочется больше всего на свете.

– Мы прямо-таки видим эту кровопролитную войну между тобой и Дрю! – Девочки захихикали.

* * *

Сегодня, в холодную и одинокую пятницу, Кимберли все-таки удалось вытащить нас с Мишель на вечеринку к Рэю.

Мы подъехали к его дому, когда там уже было полно народу. Кимберли быстро удалилась искать знакомую девочку из университета, прихватив с собой Мишель. А мне оставалось только осматриваться.

Самые крутые вечеринки устраивают, в основном, либо бывшие выпускники, либо сливки школы, то есть Дрю, либо кто-то из его окружения.

Я оглядела гостиную. Много новых лиц, как обычно. Сэнди Форс, закончившая школу пару лет назад, навязчиво крутилась в неприлично коротком платье вокруг друзей Дрю. Я слышала, что кроме Дрю она спит и с Джаредом, и вроде даже с Майклом. Всегда поражалась, как подобные слухи, – особенно когда это вовсе не слухи, – можно так спокойно переносить. Кажется, Сэнди и не задумывалась, что что-то пошло не так.

Мои глаза остановились на самом Дрю. Высокий брюнет в темно-зеленой рубашке, оттеняющей его яркие глаза. В отличие от Джареда, который слыл знатным любителем пьяных драк почти на каждом мероприятии, Дрю всегда занимал себя более достойными вещами. Я никогда не видела его вдребезги пьяным или обкуренным. Хотя что теперь? Это все равно не делало его лучше в моих глазах.

Не обращая внимания на толпу, из которой, я уверена, он лично знал человек тридцать, Дрю разговаривал с Эмметом Лоэном, изредка оглядывая зал и с кем-то здороваясь.

Наверное, не стоило приходить. В любом случае, всегда можно уехать, а пока что стоит хотя бы попытаться найти несколько причин, чтобы остаться.

Дом Рэя примечателен множеством комнат, большинство из которых не закрываются. Об этом мне рассказала Кимберли. Однажды она решила закрыться с Дином Макдональдом, и им пришлось двигать письменный стол…

Кимберли вообще любит экстрим и эксперименты. Она единственная из нас троих уже лишилась девственности, и, хотя Кимберли уверяла нас, что секс через четыре месяца так называемых отношений с Ронни Томасом в десятом классе был по любви, я знала, что она жалела о случившемся.

Мы редко обсуждали эту тему, а если и обсуждали, то Кимберли находила сто причин, каждый раз новых, чтобы оправдать свой поступок.

Я же четко для себя решила, что не буду заниматься сексом, пока действительно не влюблюсь. К тому же перед глазами стоял пример двух старших сестер – Натали последние годы не встречалась ни с кем дольше нескольких месяцев, а Карен вышла замуж в двадцать, пусть и по любви, но с очень большой спешкой.

– Дрю —

– Вот она. – Рэй толкнул меня плечом, глядя вперед.

– Кто? – Я осмотрел гостиную.

– Элизабет Суон. Помнишь, ты спрашивал? Мисс «театральный талант» и просто хорошая девочка.

– Хорошая девочка, значит? – Я перевел на нее взгляд.

Да, выглядела она как хорошая, примерная девочка. Прямые темно-каштановые волосы по плечи, невысокая, худенькая, в вязаной синей кофточке, коротенькой джинсовой юбке и балетках. Явно не завсегдатай вечеринок. Ни к кому почти не подходила. Я ни разу не видел ее в школе. Хотя, может, и видел, но не запомнил. Не в моем вкусе. Впрочем, возможно, на первый взгляд? С ней определенно стоило познакомиться.

Я направился в сторону бара, где стояла Элизабет.

– Привет, – бросил я и улыбнулся.

– Привет. – Она непонимающе посмотрела на меня своими янтарно-зелеными глазами, и я заметил, как она вздрогнула, словно между нами прошел электрический разряд.

Симпатичная. Тоненький носик, аккуратные пухленькие губки, накрашенные блеском, гладкая кожа. Она выглядит мило. Именно. Невинно и мило.

– Ты здесь впервые? – Вполне можно было задавать стандартные вопросы, чтобы завязать разговор. Кажется, она скромная, даже слишком.

– Нет, просто редко хожу на подобные мероприятия.

– Почему же?

– Потому что есть другие вещи, не такие бесполезные. – Ее лицо снова приняло невозмутимый вид, а губки расплылись в некотором подобии улыбки. Да, она точно не настроена любезничать.

– Не все вечеринки такие уж ужасные. – Я все так же дружелюбно улыбался в ответ. – Дрю Рэммер.

– Я знаю, кто ты. – Она вздохнула, словно наш разговор ее напрягал.

– И откуда?

– Покажи мне того, кто тебя не знает.

– Да? – Я изобразил некоторое удивление. Хотя она ведь права. – Как тебя зовут?

– Элизабет.

– Очень приятно, Элизабет. – Я снова ей улыбнулся, но на ее лице не мелькнуло даже намека на ответную улыбку.

– Взаимно. Извини, я пойду к друзьям.

Она направилась к лестнице, оставив меня в нелепом одиночестве.

– Рэй, так ты знаком с ней? – Я вернулся к другу, все еще пытаясь понять, что это было.

– Да, а что?

– Она всегда такая дружелюбная? – Мельком посмотрел в сторону лестницы.

– Она тебя отшила что ли? – Рэй ухмыльнулся, глядя на меня.

– По-моему, она льда объелась.

Я попытался вспомнить, где мог раньше с ней пересекаться, но даже не знал, из какого она класса, пока Рэй не сказал, что она учится с нами. Странно. Она, конечно, симпатичная, но какая-то пресная и даже слегка агрессивная.

Значит, вот она – еще один претендент на школьный грант. Скромная пай-девочка с чересчур завышенной самооценкой.

– Да брось, просто она независимая, как и все эти неадекватные феминистки.

– Это мы еще посмотрим.

– Элизабет —

– Кимберли, я хочу домой! – Я смотрела, как подруга мило беседовала с парнем в широкой футболке с логотипом The Rolling Stones.

Недавно Кимберли пообещала себе не строить отношений с парнями хотя бы какое-то время и, скорее всего, не планировала давать парню телефон, поэтому я не стеснялась отрывать ее от разговора.

Перед глазами до сих пор стояло лицо Дрю Рэммера. Не то чтобы я его никогда не видела, просто не встречалась с ним взглядом. У этого парня очень выразительные темно-карие глаза, пронизывающий насквозь взгляд. Высокие скулы и наглая ухмылка. Да, он определенно красив.

Я быстро осеклась. Неважно, как он выглядел. Идеальная внешность не делала его хорошим человеком.

– Тебе так срочно, Лиз? – Кимберли окинула меня полным негодования взглядом. – Ты целый вечер ноешь. Может, уже выпьешь и расслабишься?

– Я не ною, но мне тут скучно. Ну пожалуйста, Кимберли!

– Ладно, возьмите с Мишель мои ключи и езжайте, она тут ходит как неприкаянная. Я вернусь с кем-нибудь из ребят.

Да, если подруга решила повеселиться – она повеселится любой ценой. Кимб протянула мне ключи и снова повернулась к своему знакомому.

– Ты прелесть, спасибо! – Я чмокнула ее в щеку и схватила брелок с ключами.

Найти Мишель не составило труда, она крутилась на танцполе.

– Домой поедешь? – Я покрутила ключами перед ее носом.

– А Кимберли не против?

– Нет, она сама мне их дала. Пойдем.

– Давай их мне, я сегодня на безалкогольной диете.

Мишель села в машину, крутя брелок с ключами в руке.

– Зря я тебя, наверное, выдернула. Извини. – Мне вдруг стало неловко перед ней. Я так рвалась домой, что совершенно наплевала на желания подруги.

– Ничего, у меня у самой дела еще, и ты права, мне было скучно.

– Я этого не говорила.

– По мне и так очевидно. Я видела, с кем ты говорила. – Ее лицо тут же озарила лукавая улыбка.

– И что? Можешь взять у меня автограф. – Я закатила глаза. Сейчас начнется.

– Да ладно тебе. Расскажи. Он сам подошел?

– Да.

– И о чем вы говорили?

– Ни о чем. Что здесь делаешь? Как тебя зовут? Абсолютно стандартные вопросы заурядного бабника.

– Он не заурядный бабник, Лиз!

– Не вижу ничего в нем незаурядного. – Я отвернулась к окну.

Темные пейзажи загородных домов с огнями и освещенная трасса отлично настраивали на сон. Я почувствовала, что начинаю засыпать.

Приехав домой к полуночи, я загнала машину Кимберли подальше в гараж и осторожно поднялась к себе в комнату, чтобы не разбудить никого дома. Переодевшись, я удобно устроилась под одеялом, предвкушая сладкий сон. Как приятно засыпать с мыслью, что завтра будет время выспаться.

## Глава 2. Выскочка

– Элизабет —

Очередной понедельник. Я рылась в школьном шкафчике, пытаясь сложить маленькие вещи в одну кучку. Давно собиралась разобрать этот бардак.

Мне нужно было сходить в учительскую. В пятницу нам пришла рассылка, что сегодня расскажут подробности насчет гранта. Я быстро зашла в кабинет и села за свободный стол. Кажется, я пришла последняя. Остальные уже были здесь. Дрю в том числе. Поймав его пристальный взгляд, я отвернулась. Неприятное знакомство в пятницу снова всплыло в памяти.

– Всем доброго утра и хорошей учебной недели! – Мисс Хилл встала напротив нас, приветливо улыбаясь. – Во-первых, хочу поздравить каждого из вас! Независимо от того, кто окажется победителем, вы уже можете гордиться тем, что вас четверых выбрали для дальнейшей борьбы. И я уверена, что вы проявите себя достойно. Принстон считается одним из лучших университетов не только Америки, но и всего мира! Поэтому учиться там – большая честь для каждого студента. Ваш текущий средний балл за прошлые годы уже посчитан и выведен. Дальше речь пойдет о других ваших успехах. Участие во внешкольных мероприятиях, участие в школьной жизни – все это только в плюс. Так как в Принстоне перед поступлением абитуриента оценивают комплексно, к практической части, конечно же, относится ваш аттестат и рекомендации от преподавателей. А также ближе ко Дню благодарения вы будете писать работу на свободную тему, которую отправите на адрес университета. Так что отнеситесь к этому максимально серьезно! – Мисс Хилл смерила каждого пристальным взглядом. – Имя победителя объявят после рождественских каникул, а остальным будет дано время на подготовку к поступлению. На всякий случай советую подать заявки еще в несколько университетов.

– То есть учитывается буквально все? Оценки, репутация, отзывы и прочее? – Алексис Николс подняла руку.

– Да, Алексис. Все верно.

– Хорошо. Спасибо вам.

– Отлично. Если будут какие-то вопросы, жду у себя в кабинете.

Она направилась к выходу, а Алексис и Уолтер соскочили с мест и побежали в коридор.

Я снова поймала взгляд Дрю на себе. Как по закону подлости, мы остались здесь вдвоем.

– Какая приятная встреча! – Он расплылся в улыбке.

– Да, точно. Приятная в огромных кавычках.

– Расслабься, Суон. Теперь мы с тобой будем часто встречаться.

– Надеюсь, что нет.

– Какая ты грубая, оказывается. А с виду тихоня.

– Ты ничего обо мне не знаешь. – Я выдавила ядовитую ухмылку.

– Мне и не надо ничего о тебе знать. Все и так понятно. – Он подмигнул мне, а я так и вспыхнула от злости. У него что, талант выводить меня из себя? – Кто бы мог подумать, что ты острая на язык.

– Строишь из себя примерного ученика, Дрю? Плохая попытка.

– Куда мне до тебя, такой хорошей.

– Правильно говоришь. Тебе далеко до меня.

– Не представляешь, как я этому рад!

– Ты мне просто отвратителен! – С моих губ сорвалось легкое шипение.

– Да брось! Уверен, в глубине души ты меня хочешь. – Дрю усмехнулся.

Да что он о себе возомнил?

– Извини, но я предпочитаю нормальных парней.

– Каких? Как заучка Уолтер Моррис? Да, вы бы идеально подошли друг другу. Парочка задротов.

– Пошел ты, Дрю.

– Как скажешь, хорошая девочка. Еще увидимся. – Он вновь смерил меня насмешливым взглядом и удалился из учительской.

Я облокотилась на стол. Что это вообще сейчас было? Как я умудрилась так с ним сцепиться? То есть, я не выношу Дрю практически с самого первого дня, как он тут появился, но никогда не позволяла себе ничего подобного. Его самодовольный вид отвратителен, и, к сожалению, я не сдержалась. Черт. Нахамить в учительской самому популярному парню в школе… Надеюсь, у меня не будет из-за этого проблем.

Последний урок отменили, и у нас появилась возможность уйти домой пораньше. Решив прогуляться с подругами, я шла, одним ухом слушая рассказ Кимберли про то, как она когда-нибудь решится на операцию по коррекции носа.

Никогда не понимала, с какой стати Кимб об этом думать. Иногда мне кажется, что на подругу влияет работа ее отца. Сколько раз Кимб рассказывала, как на очередном приеме отец знакомил ее с пластическим хирургом, оперирующим голливудских старлеток, делая им четвертый размер груди и огромные плюшки вместо губ? Миллион.

Или же моя любимая легенда про некоего безумно талантливого хирурга, чьи операции по изменению внешности можно было назвать ювелирной работой ровно до тех пор, пока он не женился на какой-то стерве, которая отсудила у него половину состояния. Он спился, оперировать из-за дрожи в руках не смог. Вскоре завязал с врачебной практикой и начал работать в морге на отшибе Лос-Анджелеса, а собственный дом превратил чуть ли не в музей ужасов с различными имплантатами и образцами тканей. Но это всего лишь легенда. Веселая и немного жуткая легенда, которая хорошо звучит под чашку кофе или стакан сидра у костра или перед камином.

Кажется, я отвлеклась. А теперь неприятная перебранка в учительской снова всплыла в памяти. Хорошо, если мы с Дрю будем пересекаться как можно реже.

– Лиз, а ты можешь познакомить меня с Дрю? – Внезапно голос Мишель оторвал меня от рассуждений.

– Что? Мишель, я с ним не знакома.

– Неправда, ты с ним говорила на вечеринке.

– Серьезно? – Я поймала удивленный взгляд Кимб. – Я чего-то не знаю?

– Да он просто подошел. И все. Я с ним не знакома, не общаюсь и не хочу общаться.

– Я бы на твоем месте не торопилась отказываться. – Кимб пожала плечами.

– Я не собираюсь с ним тусоваться или, боже упаси, что-то еще.

Кажется, подруги свихнулись.

– Лиз, никто же не просит прыгать с ним в постель сразу, но пообщаться можно. Он, в конце концов, самый популярный парень в школе! – Кимберли закатила глаза, словно я только что сказала полную чушь.

– И самый беспринципный тип на свете. Избавь меня от этого.

– Лиз, он же лично тебе ничего плохого не сделал. Мало ли что говорят.

– Не бывает дыма без огня, Кимберли. Если про него такое говорят, значит, есть что и похуже. Да и посмотри на него, кроме симпатичной мордашки – ничего. Бездушный, самоуверенный, черствый и наглый бабник.

– Зря ты так.

– Зря? Помнишь, что было с Сандрой?

Что за культ поклонения Эндрю Рэммеру в нашей школе? Скрестив руки на груди, я недовольно взглянула на настырных подруг.

– Что с ней было? Сандра сама говорила, в каком она восторге и какой он классный.

– Ну конечно, а что ей еще говорить? Что ее трахнули и кинули? И да, Мишель, я не желаю тебе подобного счастья. Прости уж.

– Никогда с тобой не соглашусь, Лиз. – Мишель фыркнула и полезла в сумку за телефоном. – Надо позвонить маме, она меня заждалась уже.

– Предлагаю выпить кофе и отвести Мишель домой.

Я тут же порадовалась, что они сменили тему, и дальнейшие диалоги в кафе на пирсе пойдут о чем-нибудь другом.

Сегодня солнечный Ньюпорт радовал прекрасной погодой. Жесткая августовская жара спала, уступив место приятному прохладному ветерку, который разливался по улице и нежно ласкал лицо.

– Дрю —

– Мне кажется, что ты зовешь меня в гости только тогда, когда тебе что-то от меня надо. – Саммер пододвинулась ближе и положила голову мне на плечо. Коснувшись губами ее шеи, я прикрыл глаза. Она до сих пор вся горит.

– Даже не смей так думать. – Я осторожно провел пальцем по ее губам и на секунду призадумался о словах Саммер.

Саммер Мосс. Моя подруга, первоклассная стерва из нашей школы, председатель школьного совета и лидер группы поддержки. Словом, я, но в женском теле. И с роскошной грудью третьего размера.

У нас вообще странные отношения – дружба, которую мы успешно смешиваем с сексом и абсолютным отсутствием обязательств по отношению друг к другу. Саммер популярна. Она знает все про всех, что иногда упрощает для меня добычу необходимой информации. А еще она шикарна в постели, так что этого уже достаточно, чтобы хотеть с ней общаться.