Необычный день обычного почтальона

После введенных Западом санкций в отношении России, уровень безработицы вырос до неимоверных размеров. Заводы, предприятия и коммерческие фирмы попали под сокращение. Безработные граждане буквально штурмовали «Центры занятости», биржи труда, пытаясь найти хоть какую-то работу. Двадцатишестилетний Конасов Федор Михайлович благодаря кризису оказался в их числе. До всемирного переполоха он работал в компании «Аякс Риэлт», занимающейся продажей недвижимости. Но и эту сферу бизнеса не обошло падение рубля. Конасова сократили. Он помотался пару недель по всевозможным ярмаркам вакансий, биржам труда, но ничего не нашел. Обзвонив всех знакомых и друзей, попросил, если подвернется любая работа сразу позвонить ему и стал ждать. Прошла неделя. Ни одного звонка. Всю неделю он сидел в своей комнате, с закрытыми ставнями и убивал время за компьютером. Прошла вторая неделя, но ни друзья, ни агенты с «Центра занятости» не обрадовали его. И тут случайно он нашел в пыльном шкафу газету «Работа для всех». Несколько страниц слиплись и пахли речной водой.

– Наверное, отец разделывал на ней рыбу, – подумал про себя парень и продолжил листать.

Серые глаза наткнулись на заголовок: «Требуются почтальоны. Оплата ежедневная. Телефон: 89184346511».

Быстрые пальцы мгновенно выудили из кармана спортивных трико мобильник и набрали указанный номер. После двух гудков в трубке раздался мужской голос:

– Алло, я слушаю!

– Здравствуйте, я по поводу работы, почтальоном! – сказал Федор и придвинул к себе тетрадный листок с ручкой.

– Подъезжайте завтра к восьми утра по адресу: Ставропольская, шестьдесят, второй этаж. До свидания!

На душе у парня потеплело, две недели безделья чуть не свели его с ума. Он прошел в кладовку и достал из шкафа объемную спортивную сумку красного цвета, с белой надписью «West». Мать купила ему эту сумку два года назад, но она так и не пригодилась.

– Зато сейчас сумка будет как раз кстати! – обрадовался Федор и сложил в ее нутро завернутые в целлофан бутерброды и термос с душистым зеленым чаем.

Закутавшись до подбородка теплым одеялом, он представлял себе завтрашний рабочий день в новой должности. Беспощадный ветер свистел в трубах и пел далекую песню уходящей зимы. Он прикрыл глаза и попал в нежные объятия Морфея…

Глава 1

Командировка в станицу

До назначенного места он добрался на трамвае. Город только просыпался, немногочисленные автомобили размеренно катили по широкой улице. Людей в трамвае было немного. Его всегда удивляли старушки, оккупирующие трамваи в такую рань.

– Куда они все намылились??? Что в их огромных неподъемных сумках??? Может трупы непослушных внуков и внучек??? – фантазировал молодой человек, выходя на остановке.

Перейдя через дорогу, он свернул во двор и, поднявшись по металлической винтовой лестнице до второго этажа, дернул дверь с надписью «Офис 204».

В приемной на стульях сидело с десяток человек. Несколько молодых парней, и одна девушка с торчащими кривыми зубами.

– Дурнушка! На такой ответственной работе ей должны быть рады! – подумал Федор и встал возле входа.

Парень с выбритым затылком и панковским гребнем что-то показывал своему товарищу в телефоне. Ядовито-зеленый телефон выглядел так же эксцентрично, как и его владелец. Несколько парней напоминали студентов, подрабатывающих в свободное от учебы время. В кабинете директора сидели двое мужчин в черных брюках и белых рубашках. На вид им было лет по тридцать. Один из них вышел в приемную и торжественным голосом сказал:

– Здравствуйте все, кого знаю, кого не знаю. В ходе работы познакомимся! Меня зовут Николай, я представляю компанию «Курьер Плюс», мы занимаемся распространением рекламной продукции по ящикам города. Ваша задача… – двадцать минут проводил инструктаж Николай, но Федор уже не слушал его.

– По ходу сетевой маркетинг, мать их! Надо идти домой, – расстроено подумал Федор, но остался дослушать, что расскажет менеджер.

– Оплата ежедневная, стоимость одной газеты – сорок копеек в городе, и рубль двадцать в командировках. Кстати, ребята, сегодня вас отвезут в станицу Северскую.

– А сколько возможно зарабатывать в день? – спросил Федор, чтобы понять стоит ли оставаться или пора уматывать из этой мутной организации.

Николай повернулся к нему и ответил:

– Ну, есть ребята и по две тысячи за день зарабатывают, все от вас зависит! Можно ничего не заработать, а можно нормально получать!

Федор понял, что чуть не потерял хорошую работу, и укорил себя за спешку в мыслях. Он всегда отличался быстротой принятия решений, и часто допускал ошибки из-за своего нервоза.

– Поспешишь – людей насмешишь! – поймал себя на мысли Конасов и взял со стола две кипы газет, перемотанных бечевкой.

Новоиспеченные почтальоны раскладывали в свои сумки стопки газет и получали от Николая карту с маршрутами передвижений. Федор закрыл сумку, которая заметно потяжелела, сунул туда карту местности и вслед за остальными, вышел к ожидающему их водителю, Михаилу. Водитель был низеньким пареньком, лет тридцати пяти.

– Шесть человек – ко мне, остальные – к Виталику, – сказал Михаил и сел за руль желтой «Газели».

Все расселись по местам, некрасивая девушка села рядом с Федором. Он повернулся к окну и начал наблюдать за дорогой. Быстро, без пробок они переехали Яблоновский мост. Справа и слева стояли невысокие дома, неказистые киоски и магазинчики. Здесь начиналась республика Адыгея. Местные жители – адыги, славились своим воинственным характером и бесстрашием. Федор вспомнил одноклассника – Эдика Гуттэ, чемпиона Европы по вольной борьбе, который никого не боялся и верховодил в школе. Он всегда мечтал быть похожим на него, но не хватало силы духа. Да и лень было посещать тренировки.

Они проехали поселок Афипский и помчали в сторону станицы Северской. Слева, в поле показалась нефтеперерабатывающая станция. Толстая черная труба, как гигантский червь торчала из земли и тянулась в сторону нефтяных вышек. В салоне орал на всю хриплый голос шансонье, вырывающийся из колонок, машину несколько раз подбросило на ямах. Через десять минут они повернули в станицу Северскую. Низкие допотопные домишки из самана контрастировали рядом с шикарными кирпичными особняками. Михаил остановил около магазина и скомандовал выгружаться. Шесть почтальонов забрали свои сумки и, выбравшись на асфальт, разбрелись по заданным районам. Конасову достались секторы – 6691, 6692, 6693 и 6694. После прохождения каждого сектора он должен был посылать сообщение на номер Николая, с количеством ящиков, в которые он сунет газеты. Он побрел по улице Ленина, раскладывая газеты в каждый ящик на своем пути. Пройдя квартал, он достал пачку «Винстона» и закурил. Сумка оказалась не такой уж и легкой, как ему показалось вначале. Он проклинал свою работу, но двигался дальше. По широкой магистрали пролетали грузовики, улица была оживленной. Изредка он замечал велосипедистов.

– Да.… Ну и колхоз… – удрученно подумал Федор и свернул с улицы Ленина на улицу Нефтяников.

Эта улочка была узкой и пустынной. Огромные лужи заставляли его идти по обочине, практически у калиток частных деревянных домов. Практически из-за каждого забора доносился собачий лай. Тявкали писклявым голоском маленькие дворняги за ветхими покосившимися заборами. В домах посолидней, мощно лаяли волкодавы, немецкие овчарки и ротвейлеры. Пройдя всего четыре забора, он заляпал светло – синие брюки грязью и намочил туфли, которые уже доживали свой век.

– Твою мать!!! Идиотская работа!!! Одни убытки!!! – негодовал рассерженный парень.

Вокруг было очень тихо. В пределах видимости не было никого. Он присел на сумку и закурил. Месяц назад, развалившись в кожаном кресле и обзванивая потенциальных покупателей недвижимости, он и подумать, не мог, что совсем скоро будет таскаться по сельским грязным дорогам с тяжеленной сумкой. Воздух здесь был заметно свежее, чем в городе. Он сделал несколько глубоких вдохов и прикрыл глаза…

Ему снилась Диана…

Ее покатые бедра и мягкие теплые ягодицы, слева на кровати. Длинные черные волосы рассыпались на его груди. Все мирские мысли отошли на второй план. Он провел напряженной ладонью между двух стройных ножек. Женское тело отзывалось каждому прикосновению…

Поток сладких мыслей прервал приглушенный хлопок, в одном из дворов. Он резко открыл глаза и встал. Догоревший окурок больно обжег пальцы. Он выбросил его и пошел дальше. Станица будто вымерла, на улицах не было ни души. Он наслаждался одиночеством и неспешно избавлялся от газет. В голове появлялись интересные мысли, которые раньше почему-то не приходили на ум.

– Наверное, воздух насытил мозг кислородом, вот и пробивает на думы! – удовлетворенно подумал Федор и, поскользнувшись на грязи, плюхнулся у обочины.

Правая туфля напоминала подорвавшийся на мине танк. Пальцы в несвежем носке торчали через дыру. Он от души выматерился и решил помыть обувь, чтобы не начерпать грязи. Достав из сумки карту, он отметил пройденные дома, отправил Николаю смс, и отыскал на карте небольшой водоем в двух кварталах от себя. Мимо проехал серый «УАЗ», Федор встал и пошел в сторону водоема. По дороге ему встретилась стая бродячих и не очень дружелюбных псов, пришлось отгонять их камнями.

– Работенка зашибись! – иронично усмехнулся Конасов и медленно побрел по Первомайской улице.

Глава 2

Случайный свидетель

Возле магазина тасовались несколько зачуханных подростков с удочками. Они посмотрели на него как на пришельца. Он обошел настороженную толпу и вошел в магазин. Живот сводило от голода, он купил рулет и бутылку газированной воды. Присев возле березы на сумку, Федор принялся поглощать рулет, запивая тархуном. Ветер, откуда-то принес запах шашлыка, он сглотнул вязкую слюну, допил воду и бросил пустую пластмассовую бутылку в сумку. Проходя мимо двора заваленного металлоломом, он подумал:

– А неплохо было бы открыть свой пункт приема. Но для этого нужна грузовая машина, территория и весы.

Впереди показался указанный на карте пруд, и Федор поспешил туда. Серый «УАЗ», который уже повстречался ему на пути стоял под древним дубом.

– Наверное, рыбаки, – подумал Федор и подошел к черной глади пруда.

Но удочек он не увидел. Слева послышался шорох, он повернулся и увидел двух мужчин в армейских комбинезонах, которые тащили тяжелый сверток, к воде. Грязный ковер был обмотан веревками, на которых висели гусеницы от комбайна. Его поразила страшная догадка…

Федор попятился назад, но ветка предательски треснула под ногой…

Убийца выпустил из рук сверток, достал из кармана куртки нож и пружинисто начал приближаться к нему. Федор развернулся и со всех ног помчался обратно. Сердце колотилось в груди, как африканский барабан. Пот заливал глаза. Он упал, больно расцарапав ногу, и тут же вскочил. Тяжеленная сумка стучала по спине, но он не замечал ее. Выброс адреналина сделал свое дело. Пробежав квартал, он обернулся. Серый внедорожник мчался в его сторону. Он повернул за угол и перепрыгнул через забор. Он оказался во дворе, заваленном железом и, пригнувшись, прополз под окнами. Но тут сзади послышался шорох…

– Эй, ты, что здесь делаешь? – донесся голос с крыльца.

Он медленно повернулся и ответил первое, что пришло в голову:

– От собак убегал.

На крыльце стоял крупный парень в спортивном костюме. Маленькие мутные глазки, широкая челюсть, массивный подбородок. От одного его взгляда Федору стало не по себе.

– Дружище, помоги мангал оттащить к крыльцу! – попросил мужчина.

Федор поставил сумку на землю, и подошел к мангалу. Из покосившегося домика доносились пьяные крики, мат. Он взял мангал со своей стороны и приподнял. Мужчина с бандитской внешностью поднял мангал, они дотащили его до крыльца и поставили.

– Ты зайди, накати водочки! Как звать тебя? – спросил амбал.

– Федя! – представился Конасов и пожал огромную ладонь.

Пить не входило в его планы, но нервное напряжение требовало выхода. Да и отказывать страшному хозяину дома он не решился. Он поднялся по ступенькам и вошел в маленькую комнатку. Справа у стены были навалены на щелястый пол инструменты: кирки, лопаты, бур. Возле комода стоял черный пакет, обмотанный скотчем. Слева у окна стоял круглый столик. За столом сидел мужчина в серых брюках и домашних тапках. Черные волосы с проседью падали на морщинистый лоб. На ключицах его красовались две восьмиконечные звезды. Взгляд его был страшен. Он будто рентгеном просвечивал душу.

– Кто ты, пассажир? – дерзко спросил уголовник.

– Федя, – подошел к нему Конасов и протянул ладонь.

– Я тебе, что, краба давал??? – удивился бандит.

– Нет, – осипшим от волнения голосом пролепетал Федор и отошел назад.

– Тогда какого хера ты мне свою культяпку протягиваешь??? – вызверился бандит.

Сзади хлопнула входная дверь, в комнату вошел амбал и начал успокаивать уголовника.

– Лебедь, да успокойся! Это нормальный парень, он мне мангал помог перетащить. Пусть выпьет!

Лебедь напоследок прожег Федора взглядом и смягчился:

– Ладно, выпей, пацан! Я просто всегда чувствую за людьми нехорошее. Надеюсь, я ошибся насчет тебя!

Амбал подал Федору стакан водки, Конасов опрокинул горячую жидкость в горло и даже не почувствовал ее вкуса. На столе лежал пучок зеленого лука и два помидора. Федор закусил, и сказал:

– Ладно, спасибо, мужики! Мне идти надо!

Две пары злых глаз прожгли его насквозь. Амбал, который с самого начала показался ему нормальным парнем резко изменился в лице.

– Ты базар – то фильтруй! Мужиков здесь нет! За такое и перо в горло можно получить! – рыкнул на него амбал и угрожающе надвинулся.

Федор даже не представлял, к кому во двор он залез…

Братья Лебедевы занимались похищением людей. Главным в их группе был Юра Лебедь, который в девяносто девятом отбывал наказание за вымогательство. Его брат Алексей с двумя подельниками – Калмыком и Васькой Мутным, хватали на улице бизнесмена и сажали в тачку. Держали пленников в этом доме. Как только получали выкуп за пленного, его убивали, заматывали в тряпку и сбрасывали в пруд, предварительно нагрузив железом, чтобы не всплыл. Благо, что железа в этом дворе хватало с избытком. Кровавый бизнес приносил отличный доход. Если бы Федор знал, чем обернется ему эта командировка, он бы не задумываясь, ушел еще тогда, на инструктаже. Он отступил назад и обессилено сел возле стены. В кармане у амбала заиграл телефон, он достал его и поднес к уху.

– Говори! – сказал амбал и внимательно посмотрел на Федора.

– Сейчас выйду! – кинул в трубку амбал и показал пальцем на Федора.

– С этого глаз не спускать! Калмык приехал, пойду встречу.

Амбал скрылся на улице. Лебедь вальяжно встал со стула, подошел к стене и взял топор. У Конасова внутри все похолодело от ужаса. Он понял, что живым его не отпустят…

– Не дергайся, петушок! А то руку отрублю! – пригрозил ему душегуб и улыбнулся.

И тут он заметил на гладкой поверхности комода маленький черный револьвер. На рукоятке было выбито слово «Taurus», что в переводе означало – овен. Он не был полиглотом, но он был овном по гороскопу, и слово это знал. С улицы донесся визг тормозов, чуть позже топот ног на крыльце. Он понимал, что жить ему осталось совсем недолго. Времени у него лишь на последний рывок. Дверь открылась, и на пороге появился мужчина, который гнался за ним на пруду. Внутри все оборвалось…

Глава 3

Молниеносное решение

Калмык встал в дверном проходе и недобро улыбнулся.

– Это он! – мертвым голосом сказал Калмык, прищурив и без того узкие глаза и достал из кармана нож.

Атмосфера в комнате сгустилась. Повисло напряженное молчание, как на похоронах. Времени на раздумья больше не было…

Федор прыгнул к шкафу, схватил пистолет и развернул ствол в сторону Калмыка, который шел к нему.

Бум… Калмык с ошалевшим лицом остановился и плюхнулся вниз лицом на пол.

Бум… вторая пуля свалила амбала в дверном проходе, он зажал брызгающую кровью рану и закричал.

Бум… амбал замолчал.

Федор развернул ствол на Лебедя, который выронил от страха топор и побелел как меловая стена.

Бум… из груди брызнула кровь на стену, тощие ноги разъехались в разные стороны. Резиновый ботинок приземлился на стол. По столу покатилась перевернутая бутылка водки. Запахло спиртом.

Долговязый Васька Мутный сунул руку в карман, но тут же две тяжелые пули превратили его внутренности в кровавый фарш. В ушах звенело, как после контузии. Он обессилено выронил пистолет и присел у стены. На этот раз его молниеносная реакция спасла ему жизнь.

Глава 4

Грязная работа для почтальона

Через минуту Федор пришел в себя и резко встал. Нужно было заметать следы, избавляться от трупов. Раньше ему не приходилось этого делать, поэтому он нервно метнулся к окну и посмотрел сквозь пыльное стекло. В соседнем дворе отчаянно лаял лохматый пес, дергая цепь. Через дорогу открылась калитка, из дворика вышел дед в телогрейке, с мундштуком в пожелтевших от никотина зубах. Федор испуганно присел и отполз в угол.

– Выстрелы, должно быть, услышали! Нужно что-то делать!!! – затравленно подумал Конасов и осмотрелся. Он достал из своей сумки стопку газет, начал рвать бумагу и рассыпать по полу.

– В машине есть бензин! – смекнул Федор и, накинув на голову капюшон, осторожно приоткрыл дверь.

Старичка не было видно. Он вспомнил, что в сумке лежит пустая бутылка газировки и вернулся за ней. На улице заметно стемнело, он крадучись добрался до «УАЗа» и приоткрыл багажник. Внутри валялся моток бечевки, насос и резиновый шланг. Он слил бензин в бутылку и вернулся в страшный дом. Обрызгав пол и стены, Федор закинул на плечо сумку, закурил и бросил горящий кусок газеты на пол. Пламя объяло дом, он развернулся и быстро пошел к выходу. Медленно, не привлекая внимания, он прошел два квартала и побежал что было сил в сторону магазина, на котором его должен был ждать водитель Михаил. По пути Конасов вызвал такси в станицу и облегченно вздохнул, переходя на шаг. Возле магазина он присел ждать такси. В двух кварталах от него в небо поднимался черный дым. Бежевая «девятка» приехала через полчаса, мимо пронеслись две пожарных машины, крича сиренами. Он обессилено упал на кресло и сказал:

– В город…

Эпилог

В черноте безумного сна он видел эту сцену несколько раз. Калмык с ножом в руке, падающий лицом в пол. Крик Амбала, ноги Лебедя, скользящие в разные стороны, Мутный с перекошенным лицом, повалившийся на спину, возле входа…

Он резко открыл глаза и приподнялся на кровати. Тело ломило, будто его переехал грузовик. Простынь была мокрой от холодного липкого пота. Его знобило. Он подумал:

– А может это все мне просто приснилось?

Но тут взгляд упал на красную сумку в потеках грязи…

Не приснилось…

Из соседней комнаты доносился голос из телевизора…

– Вчера вечером в станице Северской сгорел частный дом. На месте происшествия найдены четыре трупа мужчин, личность которых на данный момент устанавливается. Так же на месте пожара был найден пистолет, гильзы от него, и крупная сумма денег, которая пострадала в результате пожара. В обстоятельствах дела придется разобраться полиции…

Федор влетел в комнату и уставился в телевизор. Почерневший кирпич. Лопнувшие стекла, осколками рассыпанные во дворе. Крыша, провалившаяся в дом. Четыре обезображенных скрюченных трупа на дырявом полу. И обугленный целлофановый пакет, обнявший покореженные пламенем стопки банковских купюр…

Нервный смешок невольно вырвался изо рта. Из глаз полились слезы, и он закатился сумасшедшим смехом.

– Поспешишь – людей насмешишь, – еле слышно проговорил Федор и продолжал смеяться.

Рикошет танкиста

Он сидел на офисном стуле, вглядываясь подслеповатыми глазками из-под толстых стекол очков в экран монитора, на котором была битва в Карелии. Противников осталось больше, чем членов его команды почти в два раза. Они все наседали с разных сторон и норовили расстрелять «засветившегося» с горы. Артиллерия тоже не дремала. «FV – 305» уже троих уничтожила с дальних расстояний: два тяжелых танка и противотанковые установки, с интересным названием – «дьявольский кот». Он играл в «танки» уже пять лет, за это время сменилось много аккаунтов, он успел покататься почти на всех танках. Но став профессионалом отобрал только четыре из нескольких десятков единиц техники. Танки и экипаж были «прокачаны» по максимуму, что приносило ему дополнительную радость. На улице было промозгло и холодно, а дома тепло и приятно шумел ноутбук в вечерней полутьме. Этот бой они проиграли. «ИС – 7» разнес его «Е – 100» из-за скалы. Он чертыхнулся и вышел в ангар. Он выбрал мышкой «ИСУ – 152» и вошел в бой. Пушка на «зверобое» – мощная, с одного выстрела уничтожает любой танк до восьмого уровня. Он спрятался за огромным валуном на уровне Мурованка и стал ждать, иногда прихлебывая душистый чай с малиновым вкусом. До десятого уровня он раскачается быстро, это он знал точно.

– Ну и что тогда?! – задавал он себе этот свербящий душу вопрос каждый раз, когда заходил в игру.

Поначалу интересно «качать» танки, покупать для них детали, ремонтные комплекты, снаряды, модули и прочее оборудование. А потом когда танк полностью топовый, приходит мерзкая апатия, заставляющая покупать новые танки и заводить новый аккаунт. Но на этом аккаунте он решил остановиться. У него были лучшие танки с восьмого по десятый уровень: немецкая противотанковая самоходная установка «Е – 100»; «ИСУ – 152», он же «зверобой»; тяжелый танк «Т – 57 Heavy» и немецкий тяжеловес «Е – 75». Два «немца», «америкос» и советский убийца – как он любя называл свой игровой арсенал. Игра заменяла ему реальный мир, превращая его в крутого всем нужного и значимого парня, способного помочь, сбить захват базы или уничтожить половину взвода противника. В обычной жизни он был обычным студентом политехнического института, «ботаником» и никому неинтересным бесцветным Рогожкиным Юркой. Его очки с толстыми стеклами действовали как красная тряпка для быка на его сокурсников. Он был тощий, с блуждающим неуверенным в себе взглядом. На угловатых плечах висел разношенный свитер, на тоненьких кривых ножках были отцовские джинсы, все залатанные и постиранные раз пятьсот. Им не интересовались девушки, друзей у него тоже не было. Зато в игре он всегда занимал верхнюю строчку топа и на экране слева внизу часто появлялись сообщения от членов его команды:

Tankist999, помоги!

Tankist999, поддержи огнем по «ИС – 8»!

В его взводе мечтали оказаться многие опытные асы компьютерной войны, но здесь он ставил свои условия, и диктовал требования. В игре он был царь и Бог. Он решал, кому жить, а кому умирать. В реальности же он был уродливым «ботаником», и никто из однокурсников не знал его голоса. Он боялся, что его слова могут показаться чушью, поэтому предпочитал молчать, забившись на заднюю парту. Но, только оказавшись дома, он преображался. Тощие плечи распрямлялись, взгляд бесцветных неинтересных глаз начинал сиять, как у завороженного. Пальцы становились перстом судьбы.

На продолговатое лицо падал мертвенный свет экрана. За окном шумел дождь, справа шипела печка, нагревая воздух в комнате. За четыре минуты он уничтожил два «ИС», и три пт – сау, две из них – низкопрофильные «Е 25», которые в игре называют «блохой», за свою невидимость и маневренность. Его взвод победил. Он просмотрел результат команды, и не ожидал увидеть другой счет. Он как всегда был на первом месте. На некрасивом лице заиграла самодовольная улыбка. Но тут его сервер прервал свое соединение, и его выбросило на главную страницу. Он ввел заново код и нажал на клавишу мыши. До боли знакомые надписи: «Синхронизация оборудования и снаряжения» и «вход в игру» так и не появлялись, и вдруг выскочила неприятная запись – «код введен неправильно». Он попробовал несколько раз ввести его заново, но все тщетно. Тогда он допил остатки чая, и вошел на сайт игры, чтобы восстановить доступ к странице через номер своего телефона. Но ничего не произошло, если не считать сообщения – «номер введен не правильно»…

– Твою мать!!! – в ярости заорал на всю квартиру «танкист» и по его спине побежали мурашки запоздалого страха.

В воспаленном мозгу мелькали жуткие картины злодейства неизвестных скотов, которые украли его аккаунт. Он пытался себя успокоить, но выходило плохо. Снова и снова он вводил злополучный номер и получал тот же ответ. Дьявольская ярость разрывала его изнутри, и он только приглушенно рычал, со злостью стуча по клавишам. Ближе к полуночи он в бессильной злобе уснул на столе. Надежда испарилась вместе со смыслом его серой и скучной жизни, заполняемой только виртуальным миром, где он имел высокий статус и признание. По щекам текли слезы, он не мог поверить в то, что какие-то ублюдки узнали его номер и воспользовались им.

Но кто это может быть??? Как они узнали мой телефон???

Загадки сдавили голову стальным обручем, он устал гадать, но тут его память зацепилась за момент в магазине, когда он клал деньги на счет, после пары по инженерным чертежам. Сзади тогда стоял однокурсник – Саня Волошенко, который тоже играл в «танки», но не имел такого ангара и такой премиумной техники.

– Он записал телефон, пока tankist999 не видел, а что потом?! – лихорадочно размышлял очкарик, с силой потирая виски.

И тут мозаика обрела еще один пазл, завершающий полную картину событий…

– Потом, Саня попросил позвонить, получил на сайте предложение сменить пароль через номер мобильного телефона и поменять привязку. Вот и все!!! – подумал разъяренный очкарик и стукнул по клавиатуре.

Аааааа… крик раненного зверя разнесся по квартире.

Глава 1

Новая пушка

Волошенко сидел в центре аудитории с двумя дружками – Васькой и Тарасом. Они обсуждали заполняющих зал девчонок, рассматривая их аппетитные прелести, скрытые одеждой и громко смеялись над сгорбленной фигурой Рогожкина, который сегодня был еще меньше в размерах, чем обычно. Казалось, груз целой Вселенной лег на его угловатые плечи и придавил к парте.

– Юрец! Что ты такой груженный, а? – издевательски спросил Волошенко, подмигивая своим товарищам, которые были уже в курсе всего.

Очкарик повернулся, и взгляд его близоруких глаз был страшен. Волошенко стало не по себе, он никогда не видел его таким разъяренным. Но он сделал вид, что ничего не произошло, и снова спросил:

– Ну, что ты молчишь, красавица? Ответь своему хозяину! – приказал в шутливой форме белобрысый Волошенко и расправил складки на белой рубашке. Он был франтом, и одевался исключительно в элитном магазине «Дизель». Его отец занимался продажей ленточных пил и аксессуаров для резки по металлу и семья Волошенко, переехавшая из Киева пятнадцать лет назад ни в чем себе не отказывала. Отец Рогожкина же ушел от них с матерью, когда маленькому Юрке было три годика. А через две недели соседка Светка Рябухина, с пятнадцатой квартиры, рассказала, что видела, как его окоченевший труп грузят в черный пластиковый мешок сотрудники похоронного бюро. Его лицо было синим, как у замерзшей рыбы в морозильной камере и от трупа исходил густой запах спиртного. Врачи сказали, что он умер от переохлаждения. Юрка не видел этого, но отчетливо представлял себе такую картину. Уж Светка то могла достоверно описать любое происшествие! С тех пор прошло много лет, но Юра думал, что если бы отец был жив, то все могло случиться совершенно по-другому! Он никогда не стал бы «зубрилой», и отец отвел бы его на секцию карате или тхеквондо, и тогда уличные хулиганы не приставали бы к нему все десять лет учебы в школе. И никто бы не осмелился забирать его вещи, тем более таким наглым образом. Они могли бы ходить вместе на рыбалку или еще куда–нибудь. Но все стало, как стало. Ничего уже нельзя было исправить. Рядом с ним не было мужчины, который мог бы сделать из него настоящего мужика, научить всем премудростям жизни. Защитить, в конце концов. Мать была меланхоличной женщиной средних лет, такая же неинтересная и бледная, как и ее сын. С восьми утра и до шести вечера она преподавала в начальной школе фортепиано, а вечером уставшая приходила домой и смотрела до ночи дешевые бразильские сериалы. Ей совершенно не было дела до своего сына, да и он не испытывал особой нужды в ее ласке. Главное чтобы она не мешала ему играть, и иногда оставляла в холодильнике немного поесть. Она стучала по клавишам фортепиано, а он по клавиатуре ноутбука. Но они были совершенно чужими друг другу людьми, и жили в одной квартире, будто в параллельных вселенных. Только игра наполняла его жизнь хоть каким-то смыслом. И вот вчера этот белобрысый выродок украл у него самое святое! Растоптал его своими начищенными туфлями!!!

Говнюк!!! Падла!!! Мразь!!!

Ярость самого Сатаны поднималась из желудка к груди. Казалось, глаза сейчас лопнут от перенапряжения. Рогожкин сжал ручку с такой силой, что костяшки пальцев побелели.

– Ну что ты вылупился, мудила??? Учи уроки, соска! – дерзко выкрикнул «мажор» и два его дегенеративных товарища заржали во всю глотку.

Между рядов прошла главная красавица института – Орлова Юлька. Ее темно – каштановые волосы источали аромат дорогих французских духов, стройные ножки по–модельному ступали на высокий каблук. Казалось ее изящные ступни не отрываются от пола. Она плыла между рядов к своей парте, безразлично смотря только вперед. Ее никто не интересовал, говорили, что ее парень держит ночной клуб возле торгового центра, поэтому смысла мутить с кем-то из однокурсников у нее не было. Санька пытался ухаживать за ней, но она отшила его так быстро, как портной рассекает ножницами швы. Его это очень задело, но он старался не подавать виду. Она села позади веселой троицы и достала последнюю модель «айфона». Прозвенел звонок. Ботаник отвернулся, поиграл желваками и тут у него в глазах потемнело.

– Я ничего не смогу ему сделать, даже если эти два урода будут не с ним! Даже если я докажу, что он украл у меня аккаунт, что я должен буду сказать?! – подумал в смятении очкарик и забрав со стола тетрадь, встал и направился в сторону выхода.

– Девочка, обиделась!!! Посмотрите на нее!!! Она обиделась из-за игрушки!!! – распалял сам себя «мажор», крича вслед Рогожкину обидные тирады.

Теперь не было никаких сомнений, что это именно он украл у него аккаунт. Он с поразительной наглостью в этом признался и даже не боялся ответственности.

Нескладная фигура обернулась. Два глаза увеличенные линзами уродливых очков сверкнули слезами и он просипел:

– Ты пожалеешь об этом, сука!!!

В этот момент в аудиторию вошла дородная Анна Михайловна, преподаватель по высшей математике и изумленно спросила:

– Юра, зачем ты такое говоришь???

– Да пошла ты! – процедил сквозь зубы Рогожкин и выскочил из класса.

Ее бледные глаза расширились от ужаса, и она прислонилась спиной к доске, на которой кто-то особо остроумный написал матерное слово из трех букв во время перемены. На черной ткани платья был мел, и вся аудитория тихо повизгивала от нервного смеха, еле сдерживаясь, чтобы не закричать на весь класс, когда она поворачивалась к доске и писала задание. Пара пролетела так же быстро, как урок в школе. Об инциденте с неинтересным Рогожкиным все моментально забыли. Только он ничего не забыл…

Он поставил игру под названием ЖИЗНЬ на паузу, чтобы немного разобраться с мыслями и придумать, как растоптать этого холеного говнюка, скормить ему его же сердце, залить его кровью всю аудиторию. Сидя на остановке автобуса, он смолил дешевую сигарету и его взгляд был холодным как у рептилии. Он вспомнил, как однажды в первый и последний раз прогулял институт и зашел в магазин для рыбалки и охоты. Там было много интересного…

***

Близорукий взгляд рассматривал блестящие стекла витрин, под которыми на красном сукне лежали пистолеты и револьверы разных размеров и марок. Соблазнительные формы и очертания манили его, как кокаиниста белая «дорожка» на гладкой поверхности стола; как аппетитные коленки Орловой – Саню Солошенко; как маленькая девочка в легком платьице, поджидающего ее у подъезда педофила. В груди росло приятное чувство силы, которая заполняла каждую клеточку его несуразного тела. Его бросило в жар. Он хрустнул пальцами и спросил у продавщицы в белой рубашке с прикрепленным к карману бейджиком с надписью «Ира»:

– Подскажите, на этот револьвер нужно разрешение?

Девушка оглядела покупателя и, улыбнувшись, ответила:

– На все оружие, в том числе и газовое, требуется разрешение! А зачем он вам?

В ее серебристых глазах он прочитал усмешку. Он выглядел бедно в этом растянутом свитере, дурацкие очки висели на крючковатом носу. Он увидел себя со стороны, такого жалкого и беспомощного перед обстоятельствами в которые его загнал этот самоуверенный наглец из института. Он собрал оставшиеся силы и ответил глубоко вздохнув:

– Я охочусь на мелкую птицу! Это мое хобби!

Девушка понимающе кивнула и показала ему вправо:

– В таком случае возьмите себе арбалет, он продается без разрешения. В комплекте шесть стрел, но можете купить еще, если вам не хватит.

Его глаза вновь загорелись огоньком надежды, и он подошел к следующей витрине. На стене висело полтора десятка арбалетов, с пистолетными ручками и блочные. Он сначала попросил показать с рукояткой, но потом передумал и взял большой арбалет «Кайман Хаки». Рукоятка удобно легла в руку, как будто неизвестный мастер изготовил арбалет специально для него. Он прицелился в свое отражение в зеркале и улыбнулся, в первый раз за долгое время. Он даже ростом стал выше, и плечи расправились сами собой. Арбалет стоил двенадцать тысяч, он немного огорчился, но достал несколько купюр, оставшихся от денег, заработанных им летом на автомойке, и протянул девушке – кассиру. Пока она выбивала ему чек, он сунул арбалет в чехол, положил туда пачку стрел и начал считать оставшиеся деньги. В кошельке лежало еще около семи тысяч, и он решил купить премиумные танки: «Lowe» и еще какой – нибудь, возможно даже «блоху». На ней ему еще не доводилось ездить. На радостях он купил еще один комплект стрел: мало ли что может в жизни случиться! Настроение у Рогожкина поднялось, как перед праздником. В воздухе витал аромат счастья и тепла. Казалось, что Новый год начнется в эту ночь, хотя был только конец октября. Расплатившись, он вышел из магазина и пошел в сторону автобусной остановки. По дороге домой Юра купил новую сим – карту, чтобы создать свежий аккаунт. Но и про старый он не забыл. Перед тем как провалиться в глубокий сон, губы заворожено прошептали:

– В бой!!!

Глава 2

В бой

Трое студентов Политехнического института возвращались с занятий домой. Под ногами приятно шуршали желтые опавшие листья, семестр обещал, быть трудным, впрочем, как и всегда. Но парни не волновались. Заботливые родители должны помочь, как это было и раньше. У Звягинцева Тараса мать работала старшим следователем Прикубанского округа. Деньги в семье водились, и первые два курса вечный двоечник Звягинцев вырулил с маминой помощью на «тройки».

– В следующем году на «четверки» выйду! – любил шутить полный рыжеволосый Звягинцев, сверкая кошачьими зелеными глазами.

Рядом с ним плелся кандидат в мастера спорта по плаванию – Васька Сахаров, он же Сахар. Его семья торговала шубами и дубленками на «Вишняках», проблем с деньгами у них тоже не было никогда. Его жизнь была такой же сладкой, как и его прозвище. Ночные клубы; девушки модельной внешности, поглощающие «Абсент» со скоростью соковыжималки; грандиозные перспективы на будущее. Троица принадлежала к высшим слоям общества и на обычную серую массу, именуемую людьми, не обращала никакого внимания. Они смеялись, обнажая голливудские улыбки, и совсем не заметили нескладную фигуру в черном балахоне, бесшумно крадущуюся в двадцати метрах позади. «Мажоры» перебежали через трамвайные рельсы и попрощались. Сахар пошел один, он жил возле Чистяковской рощи, а Волошенко и Звягинцев двинулись в противоположную сторону. Они были соседями по подъезду. Сахаров расправил свои могучие плечи, натянувшие дорогую шелковую рубашку фиолетового цвета, и поднес к уху телефон. На улице стало рано темнеть, листья бесшумно падали в грязные лужи, танцуя в полете. Василий улыбнулся и сказал в трубку:

– Егор Константинович, извините, я сегодня не смогу прийти, мне много задали в институте. Можно завтра со второй группой прийти? – спросил пловец у тренера.

– Хорошо, только запишись заранее, – гаркнул в трубку тренер и Василий сунул телефон в карман.

Насчет учебы, он, конечно, соврал, ему было просто лень идти в бассейн. Тем более час назад, он договорился встретиться с Ленкой. Квартиру он снял заранее, купил презервативы, дорогой французский коньяк и предвкушал море секса этой ночью. Он был настолько поглощен мыслями о торчащих возбужденных сосках своей подруги, что не услышал свист острой стрелы, рассекающей воздух. Сахар почувствовал резкую боль в правой ноге и закричал от неожиданности.

– Гусеница сбита! Движение невозможно! – сказал металлическим голосом стрелок, заряжая вторую стрелу.

Пловец опустил глаза и закричал еще громче. Из его колена торчало острое копье, ее кончик был темно – багровым, по ноге потекло что-то липкое и теплое. Его синие глаза расширились от ужаса. Он упал рядом с лужей и пополз, доставая на ходу телефон. Но тут топот ног приблизился к нему сзади и стрелок поставил ему ногу на спину, как трофейному оленю на охоте. Он в дикой панике поднял глаза и потерял дар речи. На него смотрел уродец с его группы, фамилию которого он даже не запомнил.

– Ты что творишь, сука!!! – заорал на стрелка пловец, тон его голоса был угрожающим.

Он был на все сто процентов уверен, что трусливый, не способный постоять за себя очкарик испугается и убежит.

– Ну, мы ему завтра устроим с пацанами!!! Он падла, из унитаза пить будет!!! – подумал, усмехаясь, Сахар, пытаясь подняться.

Но ботаник и не думал убегать. В его глазах плясали огоньки безумия, а губы кривились в усмешке победителя. Сахарову стало не по себе, он закричал на очкарика еще громче:

– Тебе что жить надоело, сука?!

– Нет, это вам ребятки надоело! Но я устраню эту проблему! – улыбаясь, ответил стрелок и, прицелившись, спустил курок.

Мощная, жесткая тетива выбросила стрелу, стальной наконечник прошил череп пловца насквозь и вылез из затылка, поросшего черными волосами. Сахаров с изумленным видом прохрипел и упал на бок. Жилистая рука с дорогими золотыми часами «Тиссот» на запястье утонула в луже. Стрелок металлическим голосом произнес:

– Танк уничтожен!

Арбалетчик опасливо осмотрелся по сторонам, но улицы были пустынны. Лишь невдалеке, в каком – то из дворов выла собака, почуяв покойника. Он спрятал арбалет в чехол от гитары, к которой мать с детства пыталась привить ему любовь, и которую он так и не освоил. Очкарик попытался вырвать из черепа стрелу, но она крепко засела в голове пловца. Из коленной чашечки ему также не удалось достать «снаряд». Он выматерился и быстро побрел прочь, сквозь проходной переулок на трамвайную остановку. Дым сигареты приятно расслабил, когда он курил, сидя на лавочке. Жалости к убитому он не испытывал. Только желание поскорее оказаться дома и сесть за компьютер…

***

– Прикинь вчера, кто-то убил Ваську, недалеко от дома!!!

– Сахара нашли ночью со стрелой в башке!!!

– Братан, Сахара вчера с лука застрелили!!!

Институт гудел ошеломляющей новостью об убитом студенте третьего курса Сахарове Василии. Когда вечно потный подлиза Шкуркин рассказал Волошенко об убитом товарище, «мажор» обескуражено присел на подоконник и выпустил из легких весь воздух.

Да не, это бред!!! Быть такого не может!!! – подумал Волошенко и засмеялся.

Но когда увидел в коридоре рыдающую мать друга, его сердце екнуло, в глазах потемнело. Он подошел к Варваре Борисовне, и просипел каким – то не своим голосом:

– Что случилось? Где Васек???

Она подняла на него свои красные от слез глаза и зарыдала в истерике на весь этаж. Студенты испуганно поворачивались в сторону плачущей мамаши и подходили с вопросами.

– Все, разошлись все, быстро!!! – скомандовал верховод Волошенко, отгоняя зевак от плачущей женщины.

– Варвара Борисовна, это правда? – спросил перепуганный Волошенко.

– Да, он позвонил тренеру, а потом… Его нашли во втором часу ночи, в луже, возле института.… Какие – то выродки прострелили ему колено и голову… – закричала женщина, и хмурый отец Сахара забрал ее под руку и повел вниз по лестнице.

Мир перевернулся, перед глазами мелькали картинки вчерашнего дня, он попытался вспомнить видели ли они что-нибудь подозрительное, но ничего не приходило на ум. Ему захотелось спать. Он просто не мог в это поверить. Весь институт стоял на ушах. Печальная новость облетела кабинеты «Политеха» за несколько минут, и все выходящие с занятий с интересом рассматривали его, как будто это он убил своего друга. Ему стало не по себе, как будто невидимый стрелок наблюдал за ним в прицел. Он быстро пошел в сторону выхода. На лестнице он наткнулся на Звягинцева, который был бледен как поганка, и все время облизывал пересохшие губы.

– Пойдем, покурим, базар есть! – сказал напряженный Санек, и товарищи спустились к выходу.

На улице срывался мелкий дождик, было противно, дул пронизывающий до костей ветер. Волошенко достал пачку «Парламента» и выудил зубами белый цилиндрик.

– Слышал про Ваську? – спросил выбитый из колеи Александр и внимательно посмотрел на друга.

– Да, его застрелили из лука… – глухо ответил Звягинцев, и устало опустился на лавочку.

– А «менты» что говорят? – спросил Волошенко и вытер испачканный носок туфли пальцем.

– Говорят, что стреляли с близкого расстояния! А больше ничего не знаю, – ответил убитым голосом Тарас и посмотрел на аллею.

Орлова в желтом платьице в горошек с любопытным видом шла прямо к ним.

– Что с Васей? Его правда убили? – удивленно спросила Юлька, вскинув пушистые ресницы.

– Правда!!! – дерзко бросил Волошенко и пошел прочь.

Он еще не забыл то, как она задела его самолюбие. А вот Орлова наоборот будто поменяла свое отношение к нему.

– Да подожди, я тебя поддержать хочу, дурачок! Мне жаль, что так вышло, честно!!! – поклялась расстроенная шатенка и поспешила за гордым парнем.

– А ты, наверное, со своим клубным мальчиком рассталась? – издевательски спросил Волошенко и выпятил нижнюю губу.

– Причем тут это??? – удивилась Орлова, но по ее взгляду Александр понял, что попал в точку.

Кровь прилипла к ее лицу, он усмехнулся и пошел дальше.

– Ну и дурак! – обиделась Юлька и пошла в сторону института.

Звягинцев наблюдал за обоими со стороны, докуривая сигарету и переваривая сегодняшнюю новость, но так и не нашел объяснений столь жестокому и глупому убийству. Мозг не хотел работать, нервы были натянуты как стальные канаты. Он зевнул и пошел в здание.

***

На оставшихся парах Волошенко не появился и Тарас начал волноваться. Его телефон не отвечал, в душу Звягинцева закралась черная тревога. После занятий он поспешил домой и как назло опоздал на трамвай. Очкарика тоже не было сегодня! – тяжело ворочал в голове невеселые мысли Тарас, и тут его прожгла поразительная догадка.

А ведь он имел причину для ЭТОГО!!! Саня украл его «игрушку», и он перед всей группой поклялся, что Волошенко пожалеет об этом!!! Хотя нет.… У Рогожкина кишка тонка для такого.… Или нет?! А хотя причем здесь Васька? Это ведь Саня замутил! – размышлял Звягинцев и совсем не обратил внимания на парня в капюшоне, который раскрывал гитарный чехол в двух десятках метров от него.

Стрелок прицелился и перед тем как спустить курок, увидел, как глаза толстяка расширились от животного парализующего ужаса.

Щелкнул «Кайман», металлическая стрела преодолела двадцать пять метров за секунду и вонзилась жертве в глазное яблоко.

Арррр… давящий на уши крик на низкой вибрирующей ноте заполнил все сознание стрелка, и он впервые понял, что окончательно свихнулся. Но самое страшное, что назад дороги не было. Прямо как в его любимой игре, из-за которой все и началось…

– Приборы наблюдения выведены из строя, радиус связи снижен! – скомандовал Рогожкин, наблюдая, как Звягинцев пытается достать стрелу из глаза и медленно оседает к земле.

Через полминуты толстяк прислонился к стене и сполз на холодный асфальт.

– Танк уничтожен! – прошептал мститель и расстегнул молнию чехла.

Но тут справа послышались голоса, приближающихся к остановке прохожих. Сердце забилось в два раза быстрее, он поперхнулся, и побежал в сторону кустов. Перед глазами мелькали мошки, он как затравленный волк нырнул в кусты и притаился. Крики ужаса и паники доносились от остановки. Случайные прохожие обнаружили труп студента и звали на помощь. Он быстро выскочил с другой стороны улицы и помчался со всех ног. Ему показалось, что его сейчас окружат и непременно схватят. Но никто не бежал за ним. Он прошел быстрым шагом несколько кварталов и сел на остановке троллейбуса.

Прям как «Е – 25» спрятался в кустах!!! – улыбаясь, подумал убийца и прикрыл веки.

Рядом шуршали проезжающие мимо автомобили и троллейбусы, но ему было плевать. Он думал о последнем «танке», который тоже скоро будет уничтожен…

***

Александр проснулся во втором часу ночи от тревожного звонка, разорвавшего ночную тишину его комнаты. Рука вяло пошарила на тумбочке, и палец уверенно нажал кнопку вызова:

– Алло!!! Что случилось??? – спросил сонным голосом Волошенко.

– Саша! Это Юля Орлова! Тараса убили!!! Так же арбалетом застрелили!!! – безжизненным голосом сказала однокурсница.

Он откинулся на подушку и подумал, что это все страшный сон. Что он еще не проснулся, и утром будет смеяться над этой ерундой. Но он уже не спал, сквозняк из форточки обдувал пальцы его ног, торчащие из-под одеяла.

– Нам надо поговорить!!! Я подъеду к тебе! Кажется, я знаю, кто тебя ищет… – страшным приговором прозвучала фраза шатенки в телефонном эфире.

МЕНЯ??? ПРИЧЕМ ЗДЕСЬ Я??? – испуганно подумал Волошенко и спрыгнул с кровати.

– Хорошо, подъезжай!!! Адрес знаешь? – спросил выбитый из колеи Александр, натягивая тренировочные штаны.

– Знаю! Через час буду! – ответила девушка, и звонок растворился в ночной тишине.

Ему показалось, что это недоразумение, такого просто не может быть!!! Он лихорадочно надел майку, носки и вышел в кухню. Зажег плиту, поставил чайник и с силой потер скулы, поросшие черной двухдневной щетиной.