Глава 1

Мать и дочь

Она была не управляемым ребёнком.

Какая-то дура посоветовала её матери – когда дочь начнёт капризничать и упрямиться, стараясь настоять на чём-то своём, нужно крепко прижать её к себе и держать так до тех пор, пока она не смирится. Но, этот метод не помогал – ребёнок отчаянно сопротивлялся, лицо девочки становилось бордовым от напряжения, и она не переставая орала.

– Вся в своего папашу ненормального! – говорила мать, отпуская ребёнка. И чем старше становилась дочь, тем чаще повторяла она эти слова.

– Не я себе отца выбирала! – возражала дочь на упрёки.

Если верить матери, отец её был чудовищем.

– Топил меня, душил, нос грозился сломать! – рассказывала мать, – Приду утром на работу вся избитая, а вечером он приходит меня встречать – белокурые кудри, голубые глаза, обворожительная улыбка, ямочки на щеках, в руках ромашки… Ну прямо, как Иванушка Царевич из сказки! Все только ахали и не могли поверить – неужели, он и есть то самое чудовище, которое издевалось надо мной? Да я сама не верила, на него глядя!

– И я не верю! – парировала дочь, – Наверное, ты сама его и провоцировала на это…

– Да его и провоцировать не надо было! Он сам с полуслова заводился!

– Ни то, что два твоих следующих мужа, да? Папаша добрый, только когда напивается, агрессивным становится, – “Папашей” они между собой называли второго мужа матери и отца двух её сыновей, – и ты с ним будто специально начинала в этот момент отношения выяснять! Даже пятилетний ребёнок понимает, что пьяного мужика лучше не трогать – можно по роже схлопотать, а ты будто на это и нарывалась!

– Да, меня это тоже всегда удивляло – ты ещё вроде такая маленькая была, а уже такая сообразительная! Встревала между нами, начинала что-то рассказывать, вопросы какие-то задавать – отвлекать нас от ссоры…

– Жалела тебя – дуру!

– Ты как с матерью разговариваешь?!

– Да я вообще с тобой не разговариваю – это ты ко мне всё время с разговорами пристаёшь! – огрызалась дочь и, демонстративно отвернувшись от матери, брала в руки книгу и начинала читать, изображая на лице крайнюю степень сосредоточенности.

Мать ещё какое-то время сидела рядом, борясь с противоречивыми желаниями – ещё немного поболтать или удалиться из детской, с достоинством ответив: ”Да нужна ты мне!” В зависимости от того, какое желание было сильнее, она выбирала первый или второй вариант.

С двенадцати лет дочь стала главной поверенной всех тайн своей матери. Знала всё о её мужьях и любовниках – за исключением самых интимных подробностей, а также всё о личной жизни маминых ближайших подруг. Она была не по годам смышленым ребёнком и часто поражала точностью психологических характеристик, которые давала тем или иным людям. Например, о третьем муже своей матери она сразу сказала:

– Никакой. Ни рыба, ни мясо. На поступок не способен. И молчит всё время не потому что умный, а потому что ему нечего сказать.

– Откуда у тебя эта способность, так хорошо разбираться в людях? – удивлялась мать, – У тебя ведь ещё никакого жизненного опыта нет!

– Книжки читать надо! Там, между прочим, о людях пишут… – отвечала дочь.

И, тем не менее, она всё ещё была ребёнком, и потому не могла понять, отчего, у её матери слово расходится с делом. Почему после ссоры с новым мужем, когда они обе приходили к выводу, что он ничтожество и его нужно гнать к чёрту, на следующий день после этого разговора мать возвращалась домой вместе с мужем. На её лице была сытая, довольная улыбка, а на упрёк растерянной дочери: ”Ты же собиралась порвать с ним?” Она отвечала раздражённо: ”Не лезь ни в своё дело!”

Вскоре дочь начала чувствовать, что мать использует её в качестве слива для своих отрицательных эмоций.

– Почему мы всегда говорим только о тебе? Я, между прочим, тоже живой человек и у меня тоже есть проблемы!

– Да какие у тебя могут быть проблемы? Двойки в школе, что ли? – отвечала мать насмешливо, – Вот если бы я тебя за них лупила, тогда это была бы проблема, а так…

– Ты даже мой дневник никогда не проверяешь…

– Ну, так и радовалась бы!

– Пока с папашей жила – проверяла, а с новым мужем начала жить – совсем на дочь наплевала!

– Ты через несколько лет вырастешь, замуж выйдешь и тоже на меня плюнешь – будешь ради своего мужа жить, а со мной мой муж останется.

– Нашла чему радоваться! И не собираюсь я ни ради какого мужа жить – не такая дура как некоторые… Я ради себя жить буду!

– Это что ж ты у меня замуж не собираешься, что ли?

– А зачем? Чтобы потом разводиться каждый раз?

– А дети как же?

– Что “дети как же”? Ни как же! Зачем они мне? Тебе же они не нужны, хоть ты нас троих и нарожала! Мы для тебя всего лишь обуза – лишние расходы!

– Так дети, они ведь не спрашивают – рождаться им или нет…

– У умных женщин спрашивают.

– И когда это ты у меня так поумнеть то успела? Ты может, уже с мальчиками встречаешься? Ты мне смотри! Тебе рано ещё! Я тебе башку оторву, если что!

– Лучше себе оторви, если что… Или ты и от этого мужа рожать собираешься?

– Ой, нет – боже упаси! Ни от этого, ни от какого другого мне вас больше не надо…

– Вот видишь!

– Но с другой стороны, если ты замуж не собираешься, детей рожать не собираешься то, как же ты дальше то жить будешь?

– Я кинозвездой собираюсь стать.

– Кем?! Не смеши меня! Какая из тебя кинозвезда?

– И почему это из меня плохая кинозвезда?

– Ты думаешь, это так легко – захотела стать кинозвездой и стала? Это, милая моя, не то же самое, что захотеть стать официанткой или продавцом в магазине!

– Вот поэтому, я и не хочу становиться ни официанткой, ни продавцом – как живут официантки-продавцы, я уже знаю – на твоём примере наблюдаю. Я хочу себе другую жизнь – не обыкновенную! Поэтому я стану кинозвездой. Голливудской.

– Голливудской?! Придумаешь тоже! Ребёнок ты ещё – сама не понимаешь, что говоришь. Голливуд – это же другая планета!

Позднее они ещё не раз возвращались к этому разговору, и каждый раз мать старалась отговорить дочь от её затеи, внушая, что мечта её невозможная. А дочь, выслушав её, отвечала дерзко и самоуверенно (потому что чувствовала, что именно этот тон и злит больше всего её мать): ”А я всё-таки стану кинозвездой! Вот увидишь! Я стану самой знаменитой женщиной в мире и заработаю кучу денег! А тебе ничего ни дам. Пусть на тебя твой муж любимый зарабатывает! Вот тогда ты пожалеешь, что так со мной обращалась! Наплачешься ещё!”

Но сильнее, чем все материнские доводы о нереальности её заветной мечты, её кольнули слова первого отчима, когда она призналась ему, что хочет стать актрисой.

– Не лучшую ты себе профессию выбрала. Переступать через себя постоянно придётся. С мужиками разными спать, чтобы работу получить… В театральное училище поступить – это ведь пол дела! Актрис то много! И большинству из них предстоит состариться, так и не став знаменитыми. Режиссёры то мужики в основном, и роли большие они только своим жёнам, да любовницам дают.

– А талант как же? А внешность? Ведь это главное!

– Главное, да не самое! Талантливых и красивых, не так мало, как тебе кажется. Тут ещё и удача нужна, и решимость, чтобы своего добиться.

– Решимость у меня есть.

Вскоре стало очевидным, что и внешностью девочку бог не обидел.

Несмотря на характер – дочь выросла холодной, своенравной и дерзкой, её манера держать себя и походка привлекали внимание вызывающей женственностью. Пока, правда, привлекали внимание в основном других женщин, которые с удивлением спрашивали – каким образом она научилась так двигаться, так улыбаться, так смотреть… А мать на полном серьёзе просила дочь и её научить ходить, чувственно покачивая бёдрами из стороны в сторону.

– Ты что, мать, с ума сошла? Как я в детстве научилась ходить, так и хожу, ничего специально не делаю, – отвечала на это дочь искренне удивлённая.

Внешностью девочка пошла в родителей, которые были похожи, как брат и сестра – у обоих были светлые волосы, голубые глаза, ямочки на щеках и курносый нос…

– Я всё боялась, что у тебя нос длинный вырастет, – говорила мать дочери, – У отца твоего нос не большой, а вот у сестёр его длиннющий, я и боялась, что ты у меня подурнеешь с возрастом, если в них пойдёшь…

– Боялась или надеялась?

– Ну, ты меня совсем за монстра какого-то принимаешь? Я же мать твоя! Конечно, я мечтала о том, чтобы ты у меня красавицей выросла! Зачем мне надо, чтобы ты дурнушкой была? Ведь тебя тогда замуж никто не возьмёт!

– Опять ты за своё? Не волнуйся – скоро освобожу тебя.

– Да как же ты меня освободишь то, если ты с мальчиками не встречаешься? Хотя пора уже! Дома всё время сидишь с книжками своими… Хоть бы на дискотеку сходила с подружкой какой-нибудь… Я в твои годы каждый день на танцы бегала, влюблялась, а ты у меня как не от мира сего! Такое впечатление, что тебе и, правда, никто не нужен…

Как и все люди её поколения, мать свято верила, что главное предназначение женщины – выйти замуж. То, что три её брака не принесли ей счастья, не казалось ей уважительной причиной, чтобы не стремиться к четвёртому замужеству.

Первый муж – отец её дочери, красавец и неврастеник, бил её. Второй, за которого она вышла без любви и без расчёта, а исключительно из страха, что с ребёнком на руках её замуж больше никто не возьмёт, её очень любил, но изменял при каждой возможности. Справедливости ради надо заметить, что это было самое продолжительное и удачное её замужество, на память о котором ей остались два красивых и избалованных сына.

В третий раз она выходила замуж по очень страстной любви за мужчину, который был на семь лет её моложе. Разница в возрасте стала для тридцати трёх летней ещё очень красивой и молодой женщины постоянным поводом для комплексов и ревности. И главным объектом вызывающим ревность, стала превращающаяся в симпатичную девушку дочь…

Но, беда пришла, как водится, от туда, от куда не ждали – муж (до женитьбы убеждённый трезвенник) вдруг резко и стремительно начал спиваться. Дети женщины, на которой он женился, его сразу же возненавидели. Сыновья за то, что он стал счастливым соперником их отца, а дочь за то, что из-за него она сама превратилась в потенциальную соперницу для своей матери. Не умный и слабохарактерный третий муж, даже не попытавшись изменить ситуацию, сразу же полез в бутылку… А спустя три года после развода второй муж, не найдя счастья в личной жизни, полез в петлю. Теперь дети ненавидели и мать тоже.

В общем, обстановка в этой среднестатистической семье, проживающей в двух комнатной “хрущовке” в городе под названием Грязи, была крайне сложной – редкий день обходился без ругани, скандалов и драк.

И тем не менее, мать искренне не понимала, почему её дочь не хочет замуж – хотя бы ради того, чтобы покинуть ту не благополучную семью, в которой она сейчас живёт… Именно это когда-то стало причиной, по которой она сама в первый раз вышла замуж.

Однако на этот раз дочь послушалась материнского совета и стала бывать на танцах, хотя ей было не по себе от окружавшей её там толпы пьяных, незнакомых людей, от изучающих, нахальных мужских взглядов, от сигаретного дыма и громкой музыки. “Надо, – говорила она себе, – Терпи”.

Вскоре, она познакомилась с двадцатилетним парнем – короткий ёжик тёмных волос, резкие черты лица, кожаная куртка. Всегда при деньгах и на машине. Чем он занимается, он ей не говорил, а она специально не спрашивала. Он снял небольшую квартиру, где они стали вместе жить. Купил ей золотые серёжки и колечко с голубыми топазами, несколько новых юбочек, кофточек и туфелек.

Мать радовалась за дочь и сердилась на мужа:

– Мальчишка какой-то Юльку нашу уже и одел, и обул, а ты мне за столько лет ничего кроме обручального кольца не купил!

Однажды ночью мальчишка не вернулся домой. Двое незнакомых парней долго звонили в дверь – дочь сидела, притаившись, дрожа от страха, чувствуя, что случилось что-то страшное. Как только рассвело, она собрала свои вещи, достала деньги, которые её любовник начал копить на квартиру и свадьбу – три тысячи долларов, и вернулась к матери.

Через несколько дней к ней пришли его родители – они сообщили, что он был найден забитым на смерть. Потребовали вернуть его деньги и подарки. Она ответила, что никаких денег у неё нет, а требовать назад дарёное, они не имеют права.

В тот же день она купила билет на поезд до Москвы. Не слушая мать, не умолкая, твердившую об ужасах, которые ждут её в столице (ограбят, изнасилуют, убьют, продадут в рабство, сделают проституткой), она села в поезд. В купе больше никого не было. Она заперла дверь, помахала рукой матери, смотревшей на неё глазами ребёнка, которого бросают, и только когда поезд разогнался, набирая скорость, а за окном стало совсем темно, она позволила себе горько и от души оплакать свою первую любовь.

Глава 2

Ромео

– Миш, подожди меня в кафе…

– Не, эта не для тебя, – ответил Миша, сразу же догадавшись, что его приятель нацелился на аппетитную блондинку лет двадцати, которая только что вышла из подземного перехода и направилась в сторону Старого Арбата.

– Тебя никто не спрашивает – подожди в кафе, я сказал, – он и сам чувствовал что, вряд ли эта девушка согласится с ним познакомиться. Она казалась красивой и надменной – шла, высоко подняв голову и ни на кого не глядя, походка независимая и деловая, но одновременно очень сексуальная. Он с минуту шёл за ней как завороженный, глядя на её ягодицы, потом ускорил шаг, нагнал её и, будто прыгнув в холодную воду с разбегу, спросил:

– Девушка, можно с вами познакомиться?

Она остановилась и посмотрела на него. Не спеша, перевела взгляд с лица вниз на обувь. “Чего она на меня так уставилась?” – подумал он, пожалев в этот момент, что одет в какое-то старьё. Хотя она, в конце концов, ответила: ”Да”, позднее, вернувшись домой, он снял и выкинул в мусорное ведро всё, что на нём в тот день было надето.

– Меня зовут Роман, – представился он.

– Ромео значит, – её голос был тихим и насмешливым, – А меня зовут Юлия…

– Юлия. Очень приятно. Ты работаешь где-то здесь?

– Нет, – ответила она. Он немного подождал, надеясь, что она объяснит, что её привело на Арбат, но, почувствовав, что она не собирается этого делать, продолжил:

– Может, посидим в каком-нибудь кафе, выпьем… чаю и поговорим?

– Я сейчас не могу.

– Тогда позволь Джульетта, узнать номер твоего телефона?

– Лучше оставь мне свой.

Он достал визитную карточку и протянул ей.

– Позвонишь мне завтра?

– Почему именно завтра? А если мне захочется позвонить тебе только послезавтра?

– Ну, позвони, когда захочется, – и, испугавшись, что его слова могут показаться ей двусмысленными, быстро добавил, – Будем дружить.

– Дружить? – переспросила она, усмехнувшись, – Ладно, до следующей встречи, пока!

– Пока, – ответил он, продолжая стоять, глядя ей в след.

– Ну что – согласилась познакомиться? – спросил Миша, когда он сел рядом с ним за столик.

– А то! – ответил Роман, самодовольно улыбаясь.

– Ну, ты красавец! А номер телефона оставила?

– Нет, но мой взяла…

– Не позвонит.

– Не каркай! Классная девчонка, но с характером – придётся повозиться.

Большинство девушек, с которыми он имел дело, привлекала его самоуверенная и развязная манера держать себя, но перед этой придётся прыгать на задних лапках, чтобы понравиться, понял он.

На следующий день она не позвонила. В тот день ему исполнилось 23 года. Вечером в однокомнатной квартире, которую он снимал на пару с другом Мишей, собрались гости, его старые приятели с новыми – всегда новыми, подругами.

– Я вчера познакомился с такой красивой девушкой! – хвастался он, – С такой красивой!

Когда сквозь шум музыки и пьяных голосов раздавался телефонный звонок, он первым, сорвавшись с места, подбегал к телефону и, отвечая на очередные поздравления, старался разговаривать весело и небрежно, чтобы скрыть разочарование оттого, что позвонила не она.

Позднее, ночью, когда гости разошлись, а он пьяный завалился спать, его ближайшие друзья Миша и Анар решили заказать проститутку по телефону. Проблема была в том, что денег у них хватало только на одну жрицу любви, а вкусы у парней были разные.

– Пришлите опытную – лет тридцати, – говорил Анар.

– Ты что охренел? На фига нам старуха? – кричал Миша, отнимая у Анара трубку, – Молоденькую пришлите, молоденькую! Чтоб не старше двадцати была! Да подожди ты – блондинку или брюнетку будем?

– Блондинку, конечно!

– Мне что-то брюнетку хочется…

– Да пошёл ты в жопу! Я блондинку хочу, лет тридцати!

– Пошли оба в жопу! – закричал хозяин квартиры, отнимая у друзей телефон, – Я спать, блин, хочу, а вы тут торг устроили! Посмотрите на себя! Какие к чёрту блондинки, брюнетки – вы на ногах еле стоите!

– Не, Ром, ты не прав – я ещё хоть куда, ик, могу, – возразил Анар.

– Только не вздумай мне тут икать – пойди выпей воды и спать!

– Ты что злой то такой, как с цепи сорвался? – спросил Миша, – Из-за того, что эта девка не позвонила, что ли?

В ответ именинник смачно выругался.

– Ну, ладно, ладно, – ответил Миша примирительно, после чего его вырвало.

В тот год, когда Роман закончил школу, полный надежд на будущее, его мир рухнул, но не потому, что тем же летом рухнула страна под названием “СССР” – в то лето от сердечного приступа скончался его отец. Человек, который был для него учителем и кумиром, судьбу которого он мечтал повторить. Директор обувной фабрики, живущий в огромном доме с послушной верной женой и двумя детьми – сыном и дочерью. Не высокий и не красавец, он, тем не менее, был любимцем женщин – его любовницами становились первые красавицы города. Дом всегда был полон влиятельных друзей и далеко не бедных родственников. Но, после смерти отца их всех, как ветром сдуло. Затаив обиду, Роман решил покинуть родной край и начать новую жизнь в городе, в который стремились все авантюристы и честолюбцы – в Москве. Море денег, собственный дом, красавицу-жену и сына – вот, что он надеялся урвать у этого города. Но, проведя здесь несколько лет, он так и не сумел сообразить – каким же образом этого добиться?..

Юля позвонила в одиннадцать утра. Роман сразу почувствовал, что звонит она, поэтому молниеносно проснулся, сосредоточился и ответил на звонок спокойно и бодро – будто уже давно встал:

– Алло!

– Привет!

– Здравствуй, Юля.

– Как ты догадался, что это я?

“Как и у большинства красивых девушек, у тебя по телефону голос противный” – подумал он, но ответил:

– Я ждал твоего звонка.

– Это хорошо – мне нравится, когда меня ждут, – и рассмеялась – будто колокольчик зазвенел.

Что-то в сердце у него тревожно кольнуло от этого смеха – предчувствие чего-то…

– Ты русский? – спросила она.

– Да, конечно, – быстро ответил он, – А что?

– Да, нет – ничего… Просто мне показалось…

По-русски он говорил очень правильно – без акцента, кожа у него была светлой, черты лица аккуратные, поэтому, не смотря на чёрные волосы и карие глаза, менты никогда не проверяли у него документов. “Как она догадалась?” – подумал он.

– Ну, так ты собираешься назначить мне свидание или собираешься молчать? – спросила она насмешливо.

– А, ну да, конечно, когда ты сможешь? – произнёс он, лихорадочно соображая, есть ли у него деньги, чтобы пригласить её куда-нибудь.

– Сегодня вечером, – ответила она.

– Куда бы ты хотела пойти?

– Не знаю… Хотелось бы по Москве погулять, какие-нибудь красивые места посмотреть…

– Ты не москвичка? – спросил он.

– Нет, а ты?

– Я москвич, – соврал он. Вспомнив, что у Анара с Мишей должны были остаться деньги, которые он не дал им потратить на проститутку, сразу же почувствовал себя более уверенно, – Так значит, сегодня вечером в восемь часов?

– Нет – лучше в шесть. В восемь уже темнеть начнёт, а мы же с тобой достопримечательности собрались смотреть. Кстати, Красную площадь и Арбат я уже видела…

– А как на счёт Поклонной горы?

– Что это?

– Это очень красивый парк с фонтанами возле моего дома…

“Чёрт! Зря про дом сказал – может заподозрить, что я попытаюсь её в гости затащить” – подумал он.

– Ты с родителями живёшь? – сразу же спросила она.

– Нет, я квартиру снимаю – с другом.

– Самостоятельный значит? Это хорошо. Я буду ждать тебя в шесть часов в метро Медведково в центре зала – это рядом с моим домом.

– А ты командирша, однако! – заметил Роман.

– А тебя в этом что-то не устраивает?

– Нет, что ты! Всю сознательную жизнь мечтал встретить красивую русскую девушку, которая будет мною командовать! – ответил он, смеясь.

– Ну, вот и хорошо, значит – до встречи!

– До встречи, Джульетта!

Глава 3

Джульетта

Девушка шла по Старому Арбату, внимательно глядя по сторонам – где-то здесь должен быть театр имени Вахтангова, а рядом с ним в переулке театральное училище имени Щукина. Она надеялась, что ей не придётся спрашивать дорогу у прохожих – она это очень не любила. Задаёшь вопрос вежливо и даже слегка заискивающе, а тебе в ответ буркают: ”Без понятия!” И спешат куда-то дальше по своим делам. В этом городе никому нет дела до чужих проблем, впрочем, наверное, как и в любом другом. Она вся вымоталась и взмокла, пока отыскала Гиттис, но с Щукинским ей повезло – театр с большими серыми колоннами и золочёной принцессой Турандот было сложно не заметить. Около училища толпились абитуриенты – молоденькие парни и девушки, она почувствовала, что начинает нервничать.

В институт её не впустили – пожилая консьержка объяснила, что абитуриентов вызывают по спискам.

– Что за списки? – спросила она.

– Вон на стене висят, – буркнула чем-то недовольная консьержка, закрывая дверь.

Оглянувшись, Юля увидела около полудюжины листов, в которых разными подчерками и чернилами были вписаны фамилии и имена. Она достала ручку и написала свою фамилию на том листе, который был заполнен наполовину. Прослушивание для неё должно было состояться через пять дней. Это её обрадовало – это означало ещё пять дней надежды.

В Гиттисе она завалила прослушивание сразу же – ей дали прочитать несколько строчек из басни, стихотворения, прозы и сухо поблагодарили. И во МХАТе было то же самое, и во ВГИКе… Абитуриентов запускали по пять-десять человек в аудиторию, в которой обычно сидел один педагог и пара студентов. В первый момент, когда она выходила, чтобы прочесть свои отрывки, она видела, как в глазах педагога – не важно женщина это была или мужчина, появлялся интерес. Её внешность нравилась, производила впечатление – особенно на фоне других абитуриенток, которые обычно были страшненькими и корявенькими, и утешали себя тем, что “в кино ведь разные нужны”. Но, как только она открывала рот, интерес в глазах смотрящего на неё педагога тут же потухал. Что-то она делала не так. Абитуриенты покидали аудиторию, через минуту выходил студент, стараясь ни с кем не встречаться глазами, называл одну – две фамилии, прошедших на следующий отборочный тур, и приглашал очередную группу абитуриентов.

Когда девушка не спеша, шла по Арбату обратно к метро, она вспомнила парнишку, с которым здесь познакомилась. “Ну, наконец-то симпатичный попался!” – подумала она, улыбаясь.

Когда Юля уже была в конце улицы, к ней подбежал мальчишка лет десяти:

– Тётенька, тётенька, вон в той машине сидит дяденька, который хочет с вами поговорить – подойдите к нему, пожалуйста!

– Передай этому дяденьке, что я из тех тётенек, за которыми самому нужно бегать, а не мальчишек посылать, – ответила она и зашла в метро.

Следующий день она провела с мужчиной лет пятидесяти пяти – он был начальником бригады, которая должна была делать ремонт в квартире, которую она купила неделю назад. Деньги – тридцать пять тысяч долларов ей дал сорока двухлетний любовник в качестве прощального подарка. Наступил май месяц, и он отправился на юга – за границу, вместе с ещё молодой женой и двумя детьми.

Денег, которые он ей дал, могло хватить на покупку однокомнатной квартиры на окраине Москвы, но тогда уже не на что было бы сделать ремонт и купить мебель, поэтому она приобрела квартиру не в Москве, а в Королёве – небольшом городе всего в получасе езды от метро ВДНХ, квартиры там стоили в два раза дешевле, чем в столице.

Купив квартиру, она сразу же обратилась в компанию занимающуюся ремонтом и поэтому проводила субботний день с пожилым мужчиной, объезжая с ним магазины и, следуя его советам, покупала необходимые для ремонта материалы – побелку, клей, обои, плитку, линолеум, плинтуса и тому подобное. Она не стеснялась ворчать и торговаться, жалуясь на то, как всё дорого и вообще, не слишком ли много он заставляет её покупать – специально, чтобы старый хрыч понял, что, не смотря на молодость, она не дура и облапошить себя, не позволит.

– Я мог бы сделать тебе скидку – не большую, но не за деньги, разумеется… – вдруг сказал старик, облизывая губы и похотливо блестя глазками.

– Чего?! – спросила она возмущённо, – Старухе своей скидки делай не за деньги!

– Ну, как хочешь…

Наверное, он тоже принял её за проститутку, как и все с кем ей приходилось иметь дело, пока она покупала квартиру.

Когда она подавала документы на прописку, толстая тётка, принимавшая у неё бумаги, не удержалась и ехидно поинтересовалась:

– Откуда же взялись такие деньги у двадцати летней девушки?

– У вашего мужа взяла. Хотя нет – у вашего таких отродясь не бывало, – ответила девушка намеренно грубо, и презрительно оглядела ещё не старую, но давно потерявшую форму тётку с ног до головы. Та вспыхнула, хотела сказать в ответ что-нибудь обидное, но не смогла ничего придумать и лишь брезгливо поджала губы, придав лицу высокомерное выражение.

Вечером Юле было тоскливо. Хотелось позвонить бывшему любовнику и наговорить ему разных обидных слов на автоответчик, типа: ”Да, плевать я на тебя хотела! Я вообще с тобой только из-за денег была! Старый козёл! А сейчас у меня уже новый любовник – молодой и красивый! Вот так то!” Но, это была не правда. Точнее, не совсем правда – она была влюблена в своего не молодого любовника, и сейчас её терзали ревность и раненое самолюбие. Хотя то, что он оставил ей деньги на покупку квартиры, было по-своему благородно – теперь ей не нужно было искать нового богатого мужика, и всё равно, она чувствовала, что начинает ненавидеть своего бывшего – ни деньги, ни квартира, не делали менее унизительным тот факт, что её бросили…

Глава 4

Если друг оказался вдруг…

– Миша – гад, всю жизнь мне испортил! Из-за него я влюбился в такую стерву! Поимел бы я тебя в тот вечер и забыл бы на следующий день!

– Не забыл бы. Мы с тобой подходим друг другу – будто на одной волне находимся, а это не часто встречается. Ты захотел бы ещё одну ночь со мной провести, потом ещё одну и, в конце концов, влюбился бы.

– Да, скорее всего… От тебя не легко отказаться.

В первый же вечер она согласилась зайти к нему в гости. Ещё не веря в такую удачу, Роман побежал покупать шампанское. Весь вечер Юля вела себя очень сдержанно, в гости он её приглашал, абсолютно не надеясь, что она согласится, скорее, сработала старая привычка. А она согласилась, потому что чувствовала приближение вчерашней тоски и не хотела оставаться одна…

Дверь в квартиру открылась изнутри. Когда Миша увидел, что его друг вернулся не один, а с красивой блондинкой, с которой у него сегодня было первое свидание, острая зависть сдавила ему горло. Даже не поздоровавшись с ними, он вернулся в комнату, хлопнув дверью. В отличие от своего двадцати трёх летнего друга, который был симпатичным, общительным и нравился девушкам, двадцати пятилетний Миша был не высокого роста, уже начинал лысеть, при этом всё ещё боролся с подростковыми прыщами, которые совсем не украшали его физиономии. Он не нравился девушкам.

Юля вошла в грязную холостяцкую квартиру, уже жалея о том, что согласилась придти. В реакции друга Романа на её появление, ей померещились осуждение и призрение. Ей стало стыдно. Она остановилась в прихожей и попросила Романа отвезти её домой. Он стал уговаривать её, хотя бы на полчасика задержаться – выпить шампанского, но она как упрямый ребёнок стояла, насупившись и, глядя в пол, повторяла: ”Я хочу домой”. И ему ничего не оставалось как, не солоно хлебавши, проводить её в Медведково, где она снимала квартиру, пока в её собственной делали ремонт.

– Знаешь, Миша никогда не нравился девушкам – у него кроме проституток практически никого и не было больше…

– Ничего удивительного – ведь он не только уродлив, у него ещё и характер противный – вредный.

– Но однажды был прикольный случай, – Роман и Юлия беседовали, лёжа в кровати – с момента их первой встречи прошло три месяца, – Я познакомился с девушкой в метро и пригласил к себе.

– Что вот так сразу?

– Ну, да.

– И она согласилась? – спросила Юля удивлённо.

– А почему нет? Ты тоже ко мне в первый же вечер согласилась придти.

– Я тебе уже сто раз объясняла – у меня была депрессия!

– Всё равно, если бы не Миша, я бы тебя уже в первый вечер поимел.

– Ещё неизвестно, кто кого поимел бы! И хочу напомнить тебе, что ты почти два месяца за мной ухаживал, прежде чем получил своё – вот так то!

– Ну, ладно, не будем спорить. Короче, пришёл я с этой девицей домой, а там Миша, как всегда, сидит. Ну, стали пить водку…

– Водку? Фу! Девка, наверное, страшная была?

– Да, нет – нормальная. Не красавица, конечно, как ты, но с водкой сойдёт. Ну вот, сидим, пьём, беседуем, и тут чувствую я, что что-то не так. Девица не столько со мной заигрывает, сколько с Мишей. Я его попросил выйти на кухню, на минуту, а сам говорю девке: “Ты что думаешь, стерва такая, я тебя сюда привёл, чтобы ты друга моего соблазняла?” Она не в сознанке: ”Нет, нет, – говорит, – тебе показалось”. Миша вернулся, сидим дальше – пьём, но чувствую без толку – девица по-прежнему к Мише клеится. Проходит какое-то время и уже она просит Мишу оставить нас на минуту. Миша опять идёт на кухню, а шалава эта говорит мне: ”Извини, ничего не могу с собой поделать – мне твой друг нравится, оставь нас вдвоём, пожалуйста, а я обещаю потом тебя с подругой познакомить – симпатичной”. Знаешь, я просто Мишу пожалел – в кои-то веки его кто-то захотел! Оставил их вдвоём, а сам как Лох Петрович пошёл на кухню – книжку читать.

– Да, сердце женщины – загадка! – сказала Юля, смеясь, – Ну, она хоть не обманула – познакомила с подругой?

– Да – познакомила! При чём, правда, с симпатичной, так что я в накладе не остался!

Их второе свидание было ещё более неудачное, чем первое. Он пришёл пьяным и, думая, что раз она на первом свидании готова была переспать с ним, то и на втором кочевряжиться не станет, сразу же предложил ей пойти с ним в отель (Миша наотрез отказался покинуть апартаменты и переночевать у Анара). Она сказала, что рассчитывала на то, что он пригласит её поужинать. Он пригласил – в Макдоналдс, где продолжал вести себя крайне развязно.

Съев биг-мак с картошкой и выпив клубничный коктейль, Юля попрощалась со своим кавалером, попросив, её не провожать. Но Роман не послушался и всю дорогу до её дома шёл следом за ней, пытаясь рассмешить её и помириться. Она шла, не реагируя на его шутки, делая вид, что она его вообще не знает, только около подъезда, когда парень преградил ей дорогу, раскинув руки, остановилась и снова посмотрела на него. Его лицо в этот момент было по-мальчишески растерянным и беззащитным – он не знал, что ещё предпринять. Внезапно, это растрогало её. Она заставила его ещё раз попросить прощения – он попросил, на этот раз не кривляясь и не куражась. Девушка простила его и поцеловала – лёгким, почти воздушным поцелуем, после чего попрощалась, выразив надежду, что на следующее их свидание он придёт трезвым.

“Ну, хоть поцеловала”, – подумал Роман, вздохнув.

– Что не дала? – спросил Миша, не скрывая злорадства.

– Представляешь? Хочет, чтобы я сначала за ней поухаживал – по ресторанам её поводил, по кинотеатрам… Зараза! – пожаловался Роман другу.

– А ты как хотел?! Привык, что из-за твоей смазливой рожи все сразу ножки раздвигают? Вот – помучайся, как я!

Следующие два месяца Роман и Юля гуляли в центре города, сидели в кафе и куда бы они ни заходили, она всегда оказывалась там самой красивой девушкой из присутствующих. Он замечал, что все мужчины с завистью смотрят на неё, и это льстило ему. Ему было приятно и интересно беседовать с ней – она была не глупа, и в какой-то момент он даже подумал: ”Ну и плевать, что она не спит со мной – мне всё равно с ней хорошо”. И сам удивился этой мысли.

Ремонт в квартире Юлии был сделан и тут Роман ей очень пригодился – одалживая у друзей автомобиль, он помогал ей привозить из магазинов люстры, шкафы, телевизор и тому подобное…

Девушка решила отблагодарить его, пригласив в гости. “Выпьем шампанского, поиграем друг у друга на нервах, пару раз поцелуемся, а потом я его выпровожу”, – думала она. Для неё было неожиданностью, что после того, как он поцеловал её, ей не захотелось его выпроваживать…

Глава 5

Зачем вы юноши стервозных любите?

В Щукинское театральное училище Юлю тоже не приняли.

– У тебя очень хорошие внешние данные, но чувствуется, что ты совершенно не представляешь, что от тебя здесь требуется, – сказал ей студент, который присутствовал на прослушивании абитуриентов, – Ты читала свои отрывки, будто в школе у доски – только без запинки и чуть более выразительно. А тут нужно темперамент показывать, эмоциональность, понимаешь? Но при этом продолжать говорить так, как ты в жизни говоришь – естественно, не утрируя. Тебе стоит походить на какие-нибудь курсы подготовительные…

Но, на подготовительные курсы Юля не пошла – отношения с Романом отнимали почти всё её время, к тому же, ей было не охота почти каждый день ездить в Москву на занятия. Хотя один – два раза в неделю ей всё-таки приходилось выбираться из своей уютной квартирки в суетную и шумную столицу. Уже более года она пыталась сделать карьеру в модельном бизнесе, но пока без особого успеха.

Она обошла более дюжины мелких и крупных модельных агентств. В крупных ей сразу же давали от ворот поворот – рост маленький. До необходимых ста семидесяти пяти сантиметров Юле не хватало сантиметров восьми. Средние агентства критиковали её фотографии, но всё же оставляли себе копии снимков и изредка звонили, приглашая на кастинги. Самые мелкие, только что открывшиеся агентства, встречали её с распростёртыми объятьями – тут же предлагали подписать эксклюзивный контракт, а вот работы предложить не могли.

Директор одного такого агентства – по профессии стилист-парикмахер, уговорил Юлю сменить имидж, сделав другую стрижку. Он отрезал её длинные – по пояс волосы, после чего гламурная, напоминающая куклу Барби блондинка, превратилась в девушку приятной, но заурядной наружности. К ней перестали поступать предложения сняться обнажённой для эротического журнала и поработать стриптизёркой в элитном клубе (она всё равно отказывалась от таких предложений). Зато, ей удалось получить другую работу: для подросткового журнала она позировала в джинсовом костюмчике, для популярной газеты, печатавшей сплетни о знаменитостях и откровенные письма читателей, снималась в простом белом платье на крылечке деревенской избы в обнимку с красивым парнем, изображавшим её мужа. Для видеоклипа молодого оперного певца (спустя год ставшего самым популярным поп-исполнителем страны) играла жену олигарха, в которую влюбился бедный художник. Для телевидения снялась в рекламе обезболивающих таблеток.

Но, такая работа не удовлетворяла её амбиций, поэтому она снова решила сменить имидж – покрасила свои золотистые волосы в платиновый цвет и, отправляясь на очередной кастинг, накручивала их на бигуди, пытаясь повторить знаменитую причёску Мэрилин Монро. Она так же копировала макияж самой знаменитой голливудской кинодивы и её усилия не остались не замеченными – её сфотографировали для рекламы шоколадных конфет в образе Мэрилин. А ещё Юля сильно похудела, и её фигура утратила округлые формы.

– Что за дела?! – возмущался Роман полушутя – полусерьёзно, – Когда я с тобой знакомился, ты такая сексапильная лапочка была… А сейчас что? Кожа да кости! Сначала исчезла грудь, потом попка, если у тебя ещё и ляжки похудеют, я тебя брошу!

Тем не менее, главной причиной, по которой его девушка так резко похудела, был он сам. Отношения Романа и Юлии были исключительно бурными – когда они не занимались любовью, они ругались, часами выясняя отношения. Первый конфликт случился спустя две недели после начала их романа.

– Ты меня сексуально не удовлетворяешь, – заявила Юля, – Я ничего не чувствую во время полового акта – мне немного приятно, но не более того. Чтобы я смогла кончить, меня нужно целовать – там.

– Я не могу, – ответил Роман.

– Тогда проваливай отсюда! А чего ты хотел?! Сексуально ты меня не удовлетворяешь, денег не даешь – на кой чёрт ты мне сдался?!

– С другими девушками у меня не было таких проблем!

– Плевать мне на то, что у тебя не было или было с другими!

– Это унижает моё мужское достоинство!

– Ах, вот оно что! Если оральный секс унизителен, то почему ты прошлой ночью упрашивал меня поцеловать эту твою штуку?

– Ну, это совсем другое дело…

– Это почему же другое?

– Потому что ты женщина.

– Понятно – ты не только закомплексованный кретин, ты ещё и половой шовинист. Всё – моё терпение кончилось. Проваливай отсюда! Катись к чёртовой матери!

Но, он остался…

– Ром, а ты меня любишь? – этот вопрос Юля задала своему любовнику спустя три недели после начала их романа. Он был не из тех, кто объясняется в любви, поэтому вместо ответа крепко поцеловал её в губы.

– Э, нет – так легко ты не отделаешься! Ты должен ответить – ты меня любишь?

Он не заметил насмешки в её голосе, ему было стыдно, когда, уткнувшись лицом в подушку, он ответил: ”Да, я тебя люблю”.

”Сам ещё не знает, что говорит правду, – поняла она, – Раз ломаешь себя, из страха меня потерять, значит, уже любишь, дружок!” И ответила ему мстительно, не скрывая насмешки:

– А я тебя нет!

– Ну, ты и дрянь! – он сел на кровати, глядя на неё почти с восхищением.

– А что делать? Приходится! Вы – мужчины, не цените хорошего к себе отношения, с любящими вас девушками вам скучно!

– Да, это правда. Сколько у меня было нормальных, порядочных девушек, а я, дурак, разок – другой с ними пересплю и бросаю! Вот бог меня и наказал – позволил влюбиться в такую стерву, не уберёг! А знаешь, что про тебя мой друг Эмин сказал?

– Что?

– Он сказал – ничего не хочет делать, да к тому же ревнивая…

– Надо же, как ловко подметил! Какой проницательный! Чтоб я его больше не видела.

– Хорошо. Мне тоже не понравилось, что он так сразу просёк, с кем я связался – другие мои друзья замечают только, какая ты красивая…

– Ну ладно, не горюй ты так! Зато я тебе не изменяю…

Он посмотрел на неё пытливо – не врёт ли? Она показала ему язык в ответ. “Нет, с такой как она, ни в чём нельзя быть уверенным”.

– А ты мне изменяешь? Встречаешься ещё с кем-нибудь?

Он задумался, как лучше ответить на этот вопрос… Решил ответить честно.

– Пока ухаживал за тобой, встречался ещё с одной девчонкой – чисто ради секса. Спустя три дня после того, как мы с тобой в первый раз занялись любовью, я виделся с ней и понял, что больше её не хочу. Она звонила потом несколько раз, Миша, по моей просьбе, сказал ей, что я уехал из Москвы. А ты?

– Что я?

– Встречалась с кем-нибудь?

– Пока ты за мной ухаживал? Да. Ещё нескольким парням позволяла за собой ухаживать, но не ради секса, как ты понимаешь…

– А чего ради? – спросил он, хмурясь.

– Ну, чтобы в кино на халяву сходить, в ресторан, на машине покататься…

– Так я и думал! Ты используешь мужчин.

– А что ещё с вами делать? В рамочку вставлять и пыль стирать?

– Тоже правда… Ну, а сейчас за тобой кто-нибудь ухаживает? – спросил он.

– Нет, только ты, – соврала она.

Оставив Юлю отсыпаться в её новой квартире, Роман отправился на работу – он работал менеджером в строительной компании, хозяином которой был его дальний родственник, его друзья работали там же. Стоя в метро, он заметил симпатичную девушку, которая тоже посмотрела на него заинтересованно. “Познакомиться, что ли? – подумал он, – Да зачем? У меня уже есть любимая…”

Вскоре он признался Юле, что по национальности азербайджанский еврей и в Москву приехал из Гянджи пять лет назад.

– Обычно, все девушки, переспав со мной, сразу понимали, что я не русский, а ты – нет. Меня это удивило.

– А что в этом удивительного? Почему я должна была понять, что ты не русский, потому что ты более темпераментный?

– Нет, потому что у меня член обрезанный.

– Ой! Это как?

Он объяснил.

– Я до тебя всего с двумя мужчинами спала – у них, кажется, там тоже самое было… Я думала – так и надо. А почему ты меня обманул?

– Побоялся, что ты со мной встречаться не станешь, если узнаешь, что я с Кавказа…

– А сейчас значит, уже не боишься?

– Ну сейчас, когда…

– Ага! Думаешь, уже завоевал меня? А вот и не фига! Вот возьму тебя и брошу теперь!

– Я тебе брошу! – ответил он, с шутливой угрозой в голосе. – Я в школе всегда говорил, что когда вырасту, женюсь только на русской – все наши девчонки из-за этого так злились на меня!.. Если бы ты знала, как я боялся ляпнуть что-нибудь в твоём присутствии по-азербайджански! А по каким признакам ты догадалась, что я могу быть не русским? Помнишь, ты в самый первый раз, когда мы по телефону говорили, спросила меня кто я по национальности?

– Заметила акцент.

– У меня нет акцента.

– Это тебе так кажется, и мне сейчас тоже, потому что я привыкла к твоему голосу и речи, но в первый момент, когда ты подошёл ко мне на улице и заговорил, я обратила внимание на то, что у тебя есть акцент.

– Поэтому ты так долго меня рассматривала, прежде чем ответить?

– Разве я долго тебя рассматривала?

– Целую вечность! Я даже вспотел.

– Тебе показалось, я сразу приняла решение и ответила ”да” – мне всегда нравились брюнеты.

Глава 6

Не все женщины мечтают об этом

В начале сентября Роман уехал на неделю в родной город, чтобы повидаться с матерью и старыми друзьями. Но эта поездка не принесла ему радости – он всё время тосковал по своей девушке. Юля тоже скучала по нему и злилась из-за того, что он не звонит. А он специально не звонил – хотел, вернувшись в Москву, застать её врасплох. Подходя к её двери, он очень боялся, что она окажется не одна. Но, она ждала его. Несколько минут они стояли в прихожей, молча, крепко обнимая друг друга, и удивляясь чувствам, которые в этот момент испытывали…

Он привёз ей в подарок трёхлитровую банку чёрной икры и несколько бутылок её любимого белого сухого вина. Всю следующую неделю они пили это вино, ели столовой ложкой чёрную икру, занимались любовью и разговаривали, разговаривали, разговаривали…

Они были любовниками уже несколько месяцев – Юля наконец-то перестала стесняться своего лица без макияжа, и Роман обнаружил, что без этой краски она не такая уж и красавица. Но, это не разочаровало его, а скорее наоборот. Не накрашенная она казалась трогательной и беззащитной. Он любил утром, поймать её в тот момент, когда она перелезала через него, чтобы пойти в ванную комнату и, схватив за пухлые щёчки, приговаривать, ласково смеясь:

– Ох, кто же это здесь такая страшненькая, страшненькая? Неужели это моя девочка?

Юля молча терпела это. Но, нарисовав лицо и снова превратившись в красавицу, она тут же становилась уверенной в себе, своенравной и капризной. Эти черты её характера, почему-то не проявлялись, пока она была без макияжа…

Вскоре он предложил ей выйти за него замуж. В этот момент они лежали в постели, как обычно после секса, болтая обо всём, что приходило в голову. “Нет”, – ответила Юля серьёзно, и ни секунды не колеблясь. Роман встал, надел брюки и пошёл курить на кухню. Она продолжала лежать, чувствуя по отношению к нему какое-то непонятное отчуждение, граничащее с неприязнью. Уже несколько недель она не встречалась с другими мужчинами, смирившись с тем, что влюбилась в этого… Но, замуж за него она не хотела.

Заставив себя подняться с кровати, Юля накинула халатик и пошла на кухню. Усевшись на колени к Роману, который, не глядя на неё, с мрачным видом продолжал курить, девушка заговорила намеренно легкомысленным тоном:

– Ну, зачем нам с тобой жениться? Сам подумай – люди женятся, когда решают завести детей, а мы с тобой сами ещё дети!

Он скептически посмотрел на неё.

– И потом, как ты сделал мне предложение? Безобразие! Ни кольца с огромным бриллиантом, ни цветов, ни свечей, ни шампанского… Нет! Ни одна уважающая себя женщина не ответила бы согласием на предложение руки и сердца, сделанное как бы походя, в постели, после очередного траха.

– Я люблю тебя и хочу, чтобы ты стала моей, – сказал он с почти напугавшей её неистовостью.

“Но, мне это зачем? Что ты можешь предложить кроме самого себя? Ведь больше у тебя ничего нет!”, – ответила она ему мысленно, не решившись произнести эти слова вслух.

– Надеешься встретить кого-нибудь получше? – спросил Роман.

Ещё минуту назад она и сама не понимала, почему отказывает ему – просто чувствовала, что не хочет за него замуж и всё, но, услышав его слова, сразу же поняла, что он прав. Она влюблена в него, но до её идеала мужчины он не дотягивает. Мужчина, с которым она захотела бы связать свою судьбу, должен быть победителем, а Роман всего лишь амбициозный неудачник, каких много в этом городе.

– Нет, нет – ты не прав, дело не в этом! – сказала она торопливо, – Просто я хочу стать актрисой – ты же знаешь! Мне ни к чему муж и дети. Я честолюбива и хочу посвятить свою жизнь карьере.

– Ты просто не любишь меня – вот и всё, – ответил Роман, потом, спихнув её с колен, стал одеваться, – Нам лучше расстаться.

– Но почему? Мы ведь можем продолжать встречаться, как прежде… Люблю я тебя или нет, какая разница, если я хочу быть с тобой?!

– Ты хочешь, всего лишь хорошо проводить время со мной.

– Ты ещё скажи, что я использую тебя, как сексуальную игрушку! Тебе не кажется, что мы исполняем не свои роли? Обычно женщинам положено хотеть замуж, а мужчинам положено всего лишь хотеть хорошо проводить время!

– Всё – прощай, – сказал он спокойно, открыл дверь и вышел из её квартиры, довольный тем, что повёл себя как настоящий мужчина, продемонстрировав ей, что он человек сильный и гордый. Но, спустившись на несколько лестничных пролётов, Роман остановился оглушённый болью. “Может, она догадается побежать за мной, чтобы вернуть?” – подумал он с надеждой, и боль немного отпустила. Но, прождав две минуты, он понял, что она не собирается за ним бежать, и боль стала острее и горче. Выходя из подъезда, он чуть не плакал.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.