Она уже не плакала, только иногда издавала звуки, похожие на стон отчаяния. И чувствовала себя беззащитной во враждебном мире. Ведь рядом не было привычных звуков, привычных ярких игрушек, мягких и теплых рук мамы, и только высоко в небе летала черная птица, которую она боялась. И тишины боялась. Она еще раз горько вздохнула и обреченно закрыла глаза. И вдруг услышала хриплый мужской голос.

– Тихо! Слышите? – на некоторое время воцарилась тишина.

– Я ничего не слышу, только птицы щебечут, – ответил другой голос.

Она заволновалась и, собрав все оставшиеся силенки, попыталась закричать. Я здесь, мне страшно, я хочу к маме…

– Михалыч, тут ребенок! Давай веревку быстрей, он на честном слове висит! Пару раз пошевелится и вниз полетит!

– Сергей, только осторожно! Постарайся с боку подобраться, чтобы сверху ничего не попало.

Казалось, она все поняла и затихла, чтобы не сделать тех пару движений, от которых может полететь вниз. Вскоре она почувствовала, что ее держат сильные руки и успокоилась. Даже задремала. Вот ее куда-то несут, куда-то везут, потом опять несут. Наконец ее положили на что-то твердое и начали разворачивать. Она открыла глаза и увидела их – светловолосого, голубоглазого мужчину и ярко-рыжую, зеленоглазую, с ямочками на щеках женщину.

– Лида, смотри, он улыбается нам, – удивился Сергей. – Сколько же ты там провисел, бедняга? Хорошо хоть погода теплая стоит, и дождя не было.

– Не он, а она, – улыбнулась Лида. – Это девочка. Совсем еще малышка, ей не больше полугода. И у нее глазки голубенькие, почти как у тебя. Как она оказалась в обрыве над рекой? Каким чудом в реку не упала?

– Она была надежно привязана к ветке, – задумчиво проговорил Сергей. – Одно из двух: или хотели, чтобы выжила, или наоборот…

– А вы нашли то, что искали? – спросила Лидия. – Вы же туда по вызову выехали.

– Нет, но ребята еще работают. Хотя… может, нас и вызвали, чтобы мы ее нашли? Тогда к чему было выдумывать мины времен второй мировой войны? Сказали бы сразу – ребенок в опасности.

– Значит, не могли сказать, или не хотели. И чья же ты, малышка? Даже записочки нет никакой. Как же нам тебя называть? – Лида взяла девочку на руки, удобно устроилась на диване и принялась кормить из бутылочки. – А взгляд осмысленный, как будто понимает, о чем мы говорим.

– Как назвать, как назвать, – пробурчал Михалыч. – А чего тут думать? Кто ее нашел? Серега! Вот и пусть носит его фамилию – Богатырева. А имя в святцах посмотрите, что там на 16 сентября падает? Она сегодня, можно считать, второй раз родилась.

Василиса медленно шла по проселочной дороге, которая петляла среди высоких стройных сосен. В лесу было тихо и немного страшно. Девочка то замедляла шаг, то ускоряла. Иногда останавливалась и прислушивалась. Но упорно двигалась вперед, в деревню Богатырёво, о которой узнала в краеведческом музее, куда ходила с классом на экскурсию. На одной из стен висела старая карта, нарисованная от руки. Она бы на нее и внимания не обратила, если бы не увидела надпись: Богатырёво.

Уже несколько лет Василиса Богатырева жила в детском доме. Её нашли в лесу, недалеко от большого города. Девочка была уверена, что родители ее потеряли. Такое бывает, что люди в лесу теряются. Василиса верила, что мама и папа обязательно ее найдут, или она сама их найдет, когда вырастет. Маленькая Василиса несколько раз убегала из детского дома и бродила по улицам, заходила в магазины и внимательно вглядывалась в лица прохожих, надеясь найти родителей. Она не помнила их лиц, но была уверена, что как только встретит, обязательно узнает. Ее ловили, возвращали в детский дом, а в прошлом году их детский дом перевели в небольшой районный городок, далеко от того места, где ее нашли.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.