Прогулки с другом
Елена Ликанова

© Елена Ликанова, 2022

ISBN 978-5-4493-2224-1

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Прогулки с другом

ВМЕСТО ПРОЛОГА

Однажды, в Новогоднюю ночь, приснился мне короткий, но незабываемый сон. Снились мне два больших надувных телефона, стоящие поодаль друг от друга. На одном было написано «Пролог», а на другом – «Эпилог». И приятный мужской голос за кадром сказал: «Вот пролог, а вот – эпилог, а между ними – всё, что захочешь!» Чем мне нравится жизнь? Тем, что когда ты думаешь, что всё уже закончилось, и ничего нового и интересного не случится, внезапно оказывается, что всё только начинается. Чем мне не нравится жизнь? Тем, что когда ты думаешь, что всё только начинается, оно внезапно может закончиться.

СУПЕРМАРКЕТ

О чём он думал?

Сегодня зашла в супермаркет, и что-то странное сразу в воздухе, как в фильмах иногда бывает – чувствуешь какое-то напряжение, но ещё не понимаешь – что происходит. При входе в супермаркет стоит охранник. Он иногда ещё по залу ходит, посматривает, чтобы всё было в порядке. В этой сети магазинов нет никаких защитных механизмов. Просто можно незаметно взять что-то из товаров и выйти. И вот этот самый интеллигентного вида охранник, зрелый мужчина, вполголоса беседует у входа с девушкой лет пятнадцати. Народу в магазине мало, кассы и администратор далеко. «У тебя в кармане лежит мороженое, – тихо говорит охранник, – ты его не оплатила». «Нет у меня в кармане ничего!» – отпирается девушка. «Есть, вон уголок обёртки торчит». «Я оплатила», – спорит она. «Тогда покажи чек». «Я его сразу выбросила». «Неправда. Отнеси мороженое на место. Я видел своими глазами, что ты его взяла, сунула в карман и вышла мимо кассы как посетитель без покупки. Я не стану поднимать шум. Просто верни товар на место или оплати». «У меня нет денег», – говорит девушка, совсем уже сникнув. Я всё это время делаю вид, что меня нет, что я выбираю ящичек в камере хранения, чтобы положить продукты, купленные в другом магазине. «Давай сюда! – чуть повышает тон охранник, поскольку разговор затягивается, и на них уже начинают обращать внимание, – и выйди из магазина!» Девушка отдаёт мороженое и выходит. Охранник идёт к кассе и оплачивает мороженое. «Что, мороженого захотелось, Серёж?» – смеётся кассирша. «Да, пойду покурю и съем мороженое. Два удовольствия в одном!» – отшучивается охранник, выходит на улицу, догоняет девушку и отдаёт ей мороженое. Возвращается к магазину, закуривает. О чём он думает в эту минуту? – Хорошо или плохо поступил? Будет ли эта девушка снова воровать из-за его поблажки? А, может, – о своей дочке, которой тоже пятнадцать лет? Не знаю.

Дети индиго

Сижу и понимаю – мне очень хочется семечек. Да, вот так сесть, посмотреть сериальчик и семечек погрызть. Сериалов полно, а вот семечек в доме нету. Ну, что – оделась и пошла в супермаркет. Хотя, я знаю, что семечки вредны для голоса, а завтра запись моей песни со звукорежиссёром. Пошла, как водится, через школьный двор. Обгоняют меня девушка – трепетная лань и мальчуган лет восьми. Наверное, сестра и брат. С продлёнки, что ли, забрала брата? Время уже позднее. Идём одной тропой. Я слышу, о чём разговаривают дети. «Ты ведь понимаешь, – журит брата сестра, – что я не могу тебя больше покрывать, и что если у тебя будут одни тройки по всем предметам, то бабушка не купит тебе велосипед?» «Я понимаю, – верещит парнишка, – но я вот сегодня написал контрольную по математике прямо точно на четвёрку. А, может, и на пятёрку! А завтра будет контрольная по русскому языку, и я ещё одну хорошую отметку получу. А бабушке пока, может, не надо говорить про мои тройки? До конца четверти я всё исправлю. Зачем бабушку волновать?» «Ладно, – вздыхает сестричка-тростинка, – только обязательно исправь. А куда это ты так резво направился?» «В супермаркет! – вещает парень, – Надо купить какой-нибудь еды на ужин. Чипсов!» «Чипсов? – смеётся девушка, – Это еда, по-твоему? Да в них один вредный крахмал и химические приправы!» «Ну, мам! – восклицает тут отрок (Мам? Я аж прям поскользнулась. Я думала – ей лет четырнадцать, максимум), – то ты мне говоришь, что в молоке какие-то там опарыши, то в яйцах эти сальмо-, сульманелы! Откуда ты всё это берешь?» «По телевизору показывают!», – отвечает молодая мамочка. «Мам! Ну, ты что, не знаешь, что по телевизору говорят один только БРЕД?!» Так за дружеской беседой, в которой я молчу, внимательно слушая, подходим к супермаркету и заходим вовнутрь. «Ладно, беги за своими чипсами, а я посмотрю, что можно действительно из еды на ужин купить», – говорит девушка. Я иду за семечками, а потом застываю у лотка с мороженым (не ела лет сто, а так хочется! Но завтра запись, я же помню, что нельзя мороженое). Ко мне подруливает всё та же девчонка-мама. И тоже с тоской и вожделением смотрит на вафельные стаканчики, фисташковые и клубничные рожки и ванильные брикетики, м-м-м…«Ма-а-а-ам! – вопит тут подлетевший к девушке сынуля, обнимая огромный пакет чипсов и громадную шоколадищу, – Да купи ты уже себе мороженое, наконец! В нём нет никаких этих вредных опарышей и сальмонов. И ты не потолстеешь! Занятия в хоре у тебя только послезавтра. А бабушке мы не скажем. Зачем её волновать?» Не знаю, чем закончился сей диалог, но я схватила ванильный брикетик с вафлями и дала дёру к кассе. А звукооператору мы ничего не скажем. Так ведь?

И пошли каждый в своё одиночество

Пришла за продуктами. Выбрала, что хотела, подошла к кассе, расплачиваюсь. «Девушка, не хотите ли купить ёлочку? У нас распродажа», – говорит мне кассир и показывает на горшочки с маленькими ёлочками и кипарисами, – а после Нового года сможете высадить её у себя на приусадебном участке». «Участок земли, – отвечаю я бодро, – у меня в собственности только один. Два на два метра. На Кузьминском кладбище. Но туда Новогоднюю ёлочку высаживать как-то не комильфо!» «Вот-вот! – оживился мужчина средних лет, стоящий в очереди в кассу позади меня, – и у меня то же самое. Только на Рогожском!» Кассир притихла в недоумении. Выхожу из магазина, мужчина этот меня догоняет: «Позвольте Вам помочь донести сумки до дома! Мне очень понравился Ваш ответ про кладбище». «А мне, – говорю, – совсем не понравился. Но такой нынче из меня чёрный юмор прёт, не спрашивая моего согласия». «Это всё от одиночества, – мужчина рассуждает, – У меня вот все умерли – родители, жена. Детей нет. Есть кошка и собака, но это не спасает». «У меня примерно то же, – отвечаю, – но мне больше повезло – у меня есть сын. И человекообразный кот». Так мы, весело болтая, догребли до моего подъезда. «Ну, вот мы и пришли», – сообщаю своему спутнику. «Как Вы это тепло сказали! – мечтательно произнес мужчина, – Как будто, мы с Вами вернулись к себе домой после совместного похода в магазин». Но тут же опомнился: «Ну, мне пора, я пойду. Приятно было познакомиться. Надеюсь, ещё увидимся». «Обязательно увидимся, – говорю, – в одном районе живём, как-никак». И пошли мы каждый обратно в своё одиночество.

Шоу в супермаркете или – «Кто это там такой красивый? Уж не я ли?»

Вчера вечером отправилась в супермаркет. Там частенько «даёт представления» местная сумасбродная пожилая женщина. Поёт и пляшет для народа. В этот раз опять она солировала. Голос, кстати, приятный у неё. «Мое недалёкое будущее, – бормочу я вслух, наблюдая шоу и направляясь прицельно к полке с алкоголем, чтобы выбрать бутылочку красного сухого вина. Подхожу к кассе. «Покажите Ваш паспорт!» – говорит женщина-кассир, очень красивая и явно восточных кровей. «Побойтесь Бога, – отвечаю, – какой паспорт? Мне сто лет в обед!» «Это вон той женщине сто лет, – указывает кассир на отыгравшую свой спектакль старушку и требующую теперь у кого-то из мужчин, чтобы он купил ей пачку сигарет, – а про Вас мне ничего не известно! Давайте паспорт!» «Понимаете, я вышла на пять минут из дома за вином, зачем мне паспорт? Замуж посреди ночи выходить не придется скоропалительно, а в полицейском участке меня уже в лицо знают, я в прошлый Новый год у них перед отделением отплясывала. Продайте мне вино, пожалуйста!» «Ладно, сделаем так, – смягчается кассир, – Граждане! У кого есть с собой паспорт? Купите девушке вино!» «У меня есть! – откликается молниеносно старушка, – Вот, держите!» Пока пробиваем покупку, тот мужчина, который уже было пообещал купить бабушке сигарет, позорно спасается бегством. «Давайте, я Вам сигареты оплачу, – говорю я, – Вы меня выручили, я могу выручить Вас!» «Ну, нет, детка! – смеётся женщина, – За меня всю жизнь платили и будут платить только мужчины! А ты меня удивляешь – ты такая красивая, а мыслишь как страшненькая. Это никуда не годится! С этим пора разобраться!» «Ну да, – подумала я, – пока мне сто лет не стукнуло, с этим стоит разобраться!»

И о погоде

С утра было пасмурно, лил дождь. К середине дня слегка развиднелось, показалось солнце. Решила сходить в супермаркет. Не успела отойти от подъезда на пару метров, как подул сильный ветер, пошёл густой снег, поднялся ураган, началась буря… Добежала до супермаркета и скрылась в нём. Смотрю – одна касса не работает. Потому что над ней пробило крышу, и льётся вода. И работники с вёдрами и тазиками бегают. Тем не менее, магазин работает, я сделала покупки, выхожу на улицу, и что же? Солнышко светит, птички поют, на небе – ни облачка. «Наверное, всё в супермаркет перелилось», – подумала.

Если долго сидеть на берегу реки, то, рано или поздно, мимо проплывет труп твоего врага

Подходя к супермаркету, ещё издали заприметила пожилую женщину, стоящую в нерешительности у стеклянных дверей и с тоской и растерянностью глядящую на улицу. (Тоску и растерянность рассмотрела уже подойдя вплотную к дверям, что подтвердило мою догадку – женщина не знает, как выйти!) Открываю дверь и вижу, как лицо женщины начинает излучать счастье. «Так вот что надо было сделать – просто толкнуть дверь! – восклицает спасённая, – А я тут уже битый час стою! Жду, когда дверь сама откроется!» «Ну, вот и дождались!» – смеясь, отвечаю я. Вывод напрашивается сам собой – трудитесь ли вы усердно или ожидаете терпеливо, та дверь, которой суждено открыться, обязательно для вас откроется.

Шкафчик номер пять

А ещё в нашем супермаркете есть многострадальный шкафчик для складывания всяких вещей. Под номером пять. Его каждый день пытаются взломать по нескольку раз. Почему? Потому что супермаркет носит название «Пятёрочка», и у него на одной стороне бирки для ключей от шкафчиков находится номер ячейки, а на другой – эмблема магазина с огромной цифрой пять посередине. Не далее как сегодня, мне удалось отговорить одного пенсионера от взлома шкафчика номер пять, ведь на самом деле у него был ключ от шкафчика номер девять. Интересно, вы когда кладете вещи в камеру хранения, то смотрите на номер ячейки? Моя мама очень любила нумерологию, она выбирала только определённые номера. Может, потому и не взламывала никогда шкафчик с номером пять?

Шоу маст гоу он

Захожу, беру корзинку, уныло бреду вдоль стеллажей с товарами… (уныло, потому что болею неотвязным бронхитом уже недели три. И понимаю, что ещё мне болеть и болеть. А на носу день рождения). И тут я вижу потрясающую картину. Идёт старушка с очень страшненькой всклокоченной мелкой собачушкой. И собачка эта останавливается аккурат напротив какого-то определённого стеллажа с определённым продуктом и встает на задние лапки, делая стойку. После чего хозяйка перебирает продукты на этой полке и спрашивает, беря каждый: «Это?» Когда она угадывает, собачка тихонько тявкает. Старушка берет то, что подсказала ей собачка, и они идут дальше. Вот некоторые со списком в магазин ходят, чтобы не забыть, что хотели купить, а тут пожалуйста вам – живая напоминалка. Настроение моё резко улучшилось, знамо дело. Где ещё такое увидишь? Только в нашем супермаркете:) P. S. А по воскресеньям в том же супермаркете местная алкоголичка Фира дает концерты. «Песни и пляски. Народное творчество во всей своей безумной красе». И вообще этот магазин полон сюрпризов.

Любите нас такими, какие мы есть

Сегодня зашла в супермаркет за продуктами. Народу не так, чтобы много. Иду между стеллажами, думаю о чём-то своём, поглядываю на полки, вытаскиваю машинально то, за чем шла… Впереди маячат коричневая кожаная куртка и тёмные очки. Парень с корзинкой. Обгоняю его, случайно смотрю в лицо и невольно опускаю глаза от того, что вижу – лицо у парня всё в жутких рубцах от ожогов. Смотреть больно. Парень видит мою реакцию, тушуется и сворачивает в проём между стеллажами. Мне так стыдно становится. Ну, да, с человеком случилось несчастье, но разве он после этого стал хуже, чем был, изменился, как личность? Плутаю между стеллажей и вдруг в каком-то очередном закутке опять оказываюсь с этим парнем рядом. Хочу сказать что-то утешительное или ободряющее, но всё кажется пошлым и ранящим. «Ой, а Вы случайно не Коля? – выпаливаю вдруг, – Я, просто, тут неподалёку жила раньше, у моей соседки сын был, похожий на Вас», – и прямо в лицо парню смотрю, не отводя взгляд. Он вдруг так лучезарно заулыбался! «Нет, – говорит, – я не Коля, Вы обознались», – а сам весь сияет, даже солнечные очки не спасают! Я чуть не расплакалась. Но сдержалась. «Извините, – говорю, – удачного Вам дня». Представляю, какой это ад, когда все, глядя на тебя, отводят глаза и стараются убежать поскорее. И я надеюсь, что у этого парня есть близкие люди, которые любят его таким, какой он есть.

И где она его только откопала?

«Нет, ну ты представляешь, – говорит одна женщина среднего возраста другой такой же, – бабка, соседка моя по даче, сто лет в обед, замуж вышла этим летом! А тут бьёшься, следишь за собой, наряжаешься, красишься… А она вот так вот в сто лет взяла и вышла! Это как – справедливо, по-твоему?» «Ничё се! – цокает языком подруга, – а как же это она так? Ну, вышла-то. За кого? Как с ним познакомилась?» «Да кто же знает? Копалась всю жизнь в огороде, копалась…» «И… откопала?» «Тьфу на тебя, Наташка!»

Ребята! Давайте жить дружно!

Вышла в супермаркет на ночь глядя. Прихожу, а работники зала и кассиры все умотанные и злые такие, хоть плачь. Смотреть на это сил нету. Купила мешок конфет. Оплачиваю на кассе. Кассир говорит злобно: «Все, за этой девушкой никому не занимать!» Я оплатила конфеты и говорю: «Девушка, я хочу поздравить коллектив вашего магазина с наступающим Новым годом. Это вам!» Вот мелочь, кажется, а как разулыбалась дева. Ребята, давайте друг друга радовать!

ДЯДЯ САША

Каша в моей голове

Познакомилась я давеча с пожилым человеком, на поверку оказавшимся инженером, всю жизнь проработавшим на заводе и сочинившим множество каких-то мудрёных машин. Прогуливаемся с ним, и я восторженно рассказываю: «Вот есть человек такой умный, МГУ закончил! Вот есть человек такой высоко духовный, в монастыре жил!» «Ты прости, – говорит Александр Андреевич, – но у тебя каша в голове. Интеллект не измеряется количеством полученных знаний, а духовность – количеством лет пребывания в монастыре».

Знакомство с Александром Андреевичем

«Если Вы так будете обращаться со своим молодым человеком, он на Вас никогда не женится! – слышу я голос у себя за спиной в тот момент, когда тыркаю Афанасия, чтобы он не считал ворон, а картошку в пакет складывал. Дело происходит в маленьком овощном магазинчике. «Этот молодой человек – мой сын», – оборачиваюсь, смеясь. Передо мной невысокого роста пожилой человек с седыми волосами и бородкой клинышком. Взгляд пронзительно-колкий, глаза как льдинки. Одет мужчина весьма экстравагантно – длинное…, н-нет, – слишком длинное чёрное пальто, которое практически достаёт до земли, шапочка, торчащая вверх колпачком и в довершение всего – мокасины! Да, да, мокасины. Только… тёплые, зимние. Размера сорок седьмого, не меньше. На дворе прохладная осень. «Что нужно этому дедушке?» – жестами спрашивает мой сын. Сын у меня слабо слышащий. «А что, Ваш сын глухонемой?» – продолжает со мной диалог мужчина. «Нет такого понятия – глухонемой, – поясняю слегка раздражённо, – есть глухие и слабо слышащие. А говорить они все умеют! Афанасий, поздоровайся с дядей!» С сыном я общаюсь жестами. Закончила курсы в своё время. «Здравствуйте», – произносит не очень уверенно, но вполне сносно, Афоня. «Афанасий? А помните, в том фильме…» «Помню, – сержусь я ещё больше, – каждый встречный-поперечный, как услышит, что моего сына зовут Афанасий, сразу цитирует эту фразу: «Афоня! Ты мне рубль должен! И Вы туда же!» «Ладно-ладно, – примирительно машет руками мужчина, – извините. Значит, сына зовут Афанасий. А Вас как?» «Лена». «Очень приятно. А я – Александр Андреевич. Будем знакомы. Кстати, по поводу картошки. Она тут двух видов. Если будете брать, чтобы пожарить, то покупайте курскую, а если варить – саратовскую. Она более рассыпчатая получается». «Спасибо, – говорю, – Вы, я вижу, много всего знаете». «Так давно живу. Работал инженером, открыл множество сталеплавильных заводов по всей России. И даже за границей. Имею запатентованные изобретения, правительственные награды… Был женат. Дважды. Двое детей. То есть, было двое… Теперь только младший сын остался. Старший погиб. Но обо всём этом как-нибудь потом поговорим, когда снова встретимся». «А почему Вы так уверены, что мы ещё встретимся?» «Обладаю даром предвидения!» «Ясно, псих какой-то очередной, – подумала, – вот имею я талант притягивать разных ненормальных!» «Да я пошутил, – рассмеялся Александр Андреевич, видимо, заметив на моём лице отражение этих мыслей, – мне кажется, я Вас видел как-то выходящей из подъезда сорок девятого дома». «Ну да, это могло быть, – киваю, – я живу в сорок девятом». «Вот видите, как всё просто! А я – в пятьдесят первом. По соседству с Вами, получается. Так что наши шансы никогда больше не встретиться практически равны нулю. Ну, ладно, пойду я дальше по своим делам. До свидания! Не напутайте с картошкой. Для жарки – курская!»

Прогулки с Александром Андреевичем. Часть первая

Вчера вечером захотелось прогуляться. Звоню Александру Андреевичу, моему знакомому, в прошлом – инженеру, ныне – нищему безработному. «Ладно, если ты так хочешь, то пойдем погуляем, но с какой-нибудь целью», – говорит мне Александр Андреевич. «И с какой же целью мы пойдем гулять?» – спрашиваю я. «Ну, ты куда хочешь пойти?» «В парк Кусково, куда же еще?» «Тогда – за грибами. Одевайся теплее, к ночи будет прохладно», – возвещает мой друг. Итак, наш улов – пять сыроежек и два (не помню названия) гриба, которые, как сообщил Александр Андреевич, можно только солить, а также – прекрасный букет луговых цветов и множество фотографий детских рисунков на асфальте:))) Вечер удался:))) P. S. «А что делать с грибами будем?» – спрашиваю я, когда мы уже подходим к дому. «Ну, сходим завтра снова в парк и скормим их белкам».

Прогулки с Александром Андреевичем. Часть вторая

«Ну что, пойдём белок грибами кормить?» – звоню сегодня с утра Александру Андреевичу. «Нет, Ленка, сегодня не пойдём. Вот ты спала, а я с утра пораньше отнёс в пункт приёма металла печатную машинку и получил триста рублей, купил рыбу и картошку. Уху варить буду. Рыбу я уже почистил, приходи в гости через часок-другой, я тебя буду поражать своим владением кулинарным искусством». Ого, да я получила доступ в святая святых – жилище Александра Андреевича! А живёт он, по его рассказам, в комнате в коммунальной квартире, в доме, соседнем с моим. Я пока Афанасию обед приготовила, ещё какие-то дела сделала… Есть не стала ничего, чтобы аппетит перед ухой не перебивать. Прихожу к Александру Андреевичу. Он сразу с порога мне говорит: «Ты только не пугайся и в обморок не падай. Хотя… упасть тебе некуда будет. И открывает дверь в свою комнату. Мда-а-а-а, упасть там не то, что мне, а и яблоку негде. У одной стены – кровать, у других – шкафы, забитые книгами и коробками (с радио деталями, как пояснил Александр Андреевич). Посередине комнаты – стол, тоже заваленный какими-то вещами. Ну, и на полу тоже – коробки какие-то, швейные машинки, магнитофоны древние, доски, инструменты, в общем – красота неописуемая! На свободном пятачке пола у стола стоит табурет, на который взгромождается Александр Андреевич, а меня сажает на кровать, сам же …начинает чистить картошку. Делает он это медленно и вдумчиво, потому что он её не чистит, а скребёт, чтобы ни миллиметра ценного продукта не пропало. «Может, я Вам помогу картошку чистить?» – спрашиваю я. «Э-э-э, нет, – отвечает Александр Андреевич, – уху мужчина должен варить сам. От начала и до конца». Примерно минут через сорок… мой желудок издаёт предательское урчание. Александр Андреевич в отчаянии бросает ножик на стол и говорит: «Знаешь что, Лен, я не умею торопиться, у меня ритм жизни такой, размеренный. Так что уха будет у меня готова только поздно вечером, ты тогда с кастрюлькой приходи, я тебе налью на пробу. А сейчас пойдем в кафе, я тебя комплексным обедом накормлю, потому что ты очень голодная, судя по всему, а мои оставшиеся двести рублей, всё равно, мне погоды не сделают. Я завтра ещё какую-нибудь железяку отнесу и на металл сдам». И мы пошли в кафе. Обед, кстати, вкусный был.

Прогулки с Александром Андреевичем. Часть третья

Десять часов вечера. Звонок телефона. Александр Андреевич. «Лен! Ну, что, я суп доварил. Сейчас будем ужинать». Напомню, что варить его он начал в одиннадцать утра. «Александр Андреевич! – говорю я замученным голосом, – у меня знакомый погиб сегодня, я наглоталась успокоительных, в ванной потом ещё отмокала, нет у меня сил никуда идти!» «А тебе и не надо идти. Мы сами сейчас придем. С супом». И пришли. Сидим. Едим суп. «Всё-таки, жизнь полна какого-то трагикомического абсурда, – думаю я, с удовольствием поедая принесённую Александром Андреевичем уху, – сижу посреди ночи с малознакомым дедом и ем приготовленный им суп. Бред какой-то!» Но мне несомненно легчает. «Надо же, как моя жизнь налаживаться стала, – говорю, – Вы меня сегодня и обедом, и ужином покормили!» «Ну, ты губу-то не раскатывай! – аж поперхнулся Александр Андреевич, – каждый день я тебе таких праздников не обещаю!» «А хотите я Вам помогу в комнате завалы разобрать?» – спрашиваю я, преисполненная благодарности за проявленную ко мне отеческую заботу. «Ни в коем случае! – заволновался от моего благородного порыва Александр Андреевич, – Тебе и терпения-то не хватит!» «Почему Вы так думаете? – говорю, – я после прежних хозяев на даче столько выбросила всякого хлама!» «Вот-вот! Так вы, женщины, и разбираете вещи – схватила и понесла на помойку. У меня же всё совсем по-другому. Возьму я, к примеру, в руки редуктор, сяду с ним и буду три часа думать, нужен он мне или нет? Разве, у тебя хватит терпения ждать, пока я приму решение? Ты ешь суп-то, ешь! Вкусно?» «Вкусно». Вкушаем пищу дальше. «Александр Андреевич, – вдруг спрашиваю я, – а Вы верующий?» «Крещёный. И в роду у меня много было священников… А так, чтобы воцерковлённый – это нет… Но если ты, Ленка, замуж выходить надумаешь за хорошего человека и будешь венчаться с ним, то я вполне могу тебя к алтарю вместо отца повести. Если ты об этом».

Аромат счастливой молодости

«Лен! – звонит Александр Андреевич, – у тебя сумки на колесах нет ли случайно? Хочу железяки кое-какие отвезти в пункт приёма металлолома». И ведь как знал. У меня от мамы этих тележек осталось штук пять. Одну, самую новую, рука не поднялась выкинуть, лежит на антресолях. «Заходите, – говорю, – забирайте, отдам с радостью. Заодно поможете мне тут в одном деле разобраться». «Ну, что там за дело у тебя, рассказывай», – вопрошает с порога Александр Андреевич. «Да вот купила духи и не могу понять – нравятся они мне или нет. Понюхайте – Вас не раздражает этот аромат? Он приятный?» Александр Андреевич сосредоточенно принюхивается к моему запястью, на которое я брызнула духи. «Ты знаешь, нет, не раздражает. Даже нравится очень. Что-то в нём есть такое родное, знакомое. Понять только не могу – что?» «Ну, ладно, – говорю, – главное, что не вызывает отторжения». Простились мы, ушел Александр Андреевич. Звонит через минуту по телефону: «Лен! Я вспомнил, что мне твои духи напомнили. Канифоль!!! Я же радио техникой занимался всю жизнь. Такой родной запах! Прямо в годы моей счастливой молодости меня вернул!».

Рыбки-прилипалы

«Вот вы женщины, ведь, по сути своей кто?» – разглагольствует Александр Андреевич, сидя на лавочке рядом со мной. «Кто же?» – настораживаюсь я. «Вы все по сути – рыбки-прилипалы. Выбрала себе мужика – и прилипла!» «А, может, оно и неплохо, что мы так устроены? Ведь сказано же: «Да прилепится жена к мужу», – стараюсь я свернуть в позитивное русло. Но у Александра Андреевича обострение гастрита на почве второго развода, так что мои слова остаются не услышанными. «Понимаете, – неловко утешаю его я, – это ведь не только у людей всё так устроено. Вон, посмотрите, как берёза ясень прихватила, аж вросла в него. А, может, он и не против, а?»

То ли овощ, то ли фрукт этот твой орех

В местный магазинчик завезли авокадо, продают по дешевке. «Александр Андреич! – звоню я своему другу, инженеру в отставке, – Вы авокадо едите? Купить Вам?» «Ну…, – мнётся Александр Андреевич, – помню что-то такое, вкус какой-то… ммм, кисловатый, кажется…» «Ясно, я Вам занесу на пробу одну штучку, если понравится – ещё куплю». Я авокадо очень люблю. Подсадила меня на сей экзотический фрукт сестра, когда я у неё во Франции гостила много лет назад. И могу я есть его тоннами. Но я помню, как одна бабуся в магазине ругалась. Мол, что за штука такая? На вкус мыло-мылом. Обман честного покупателя! Так что, это на любителя. Принесла я авокадо Александру Андреевичу, он поблагодарил, хитренько заулыбался и вручил мне пакет, в котором была тщательно упакованная в газеты кастрюлька. «Это чтобы супчик не остыл. Попробуй. Предыдущий рыбный был, а это – овощной. С цветной капустой». На том и расстались. Вечером я супчик поела – м-м-мм! Объедение. Звоню Александру Андреевичу, спрашиваю: «Ну, что? Как авокадо? Пробовали?» «Да, – отвечает он, – вкусный орех твой, я его от кожуры и мякоти очистил, на тёрке измельчил и в салат добавил – на каштан похоже по вкусу». Я так с телефонной трубкой возле уха и замерла. То есть, он косточку от авокадо съел! А в ней, насколько я помню, синильной кислоты огромное количество! «Дядь Саш! – говорю я дрожащим голосом, – ты только не волнуйся. Если тебе вдруг станет нехорошо, ты вызывай скорую и мне звони сразу, а я сейчас почитаю в интернете, что нам с Вами грозит». И бросилась читать википедию. «Косточка авокадо содержит токсины, синильную кислоту…, но для жизни не опасна. Если вы съели её, у вас случится сильное расстройство желудка. И возможна аллергия. Советуем принять супрастин». «Дядь Саш, отбой, – звоню снова Александру Андреевичу, – ты предупреди соседей по квартире, чтобы туалет сегодня надолго не занимали!».

Когда умирают слоны

«А ты знаешь, Ленка, когда умирают слоны?» – спрашивает Александр Андреевич, когда мы совершаем очередной привал на скамеечке на детской площадке по пути домой из Ашана, куда отправились за сухарями по тридцать рублей за мешок. «Нет», – отвечаю. «Когда у них стираются все зубы. Они тогда уходят в джунгли, прячутся от всех, ложатся и умирают». «Это Вы сейчас к чему сказали?» – недоумеваю я. «Да зуб болит что-то», – признается Дядя Саша. «А слоны, они сколько лет живут?» – спрашиваю. «В среднем – восемьдесят лет, как люди». «Люди так долго не живут», – сомневаюсь я. «Нет, люди, как раз так и живут. В Италии, во Франции, в Англии…» «В России-то не живут столько, – говорю, – кто же мы тогда?» «Не слоны, это точно, – констатирует Александр Андреевич, – но, видимо, и не люди…».

Чёрная полоса Фархата

«Лен! – звонит мне взбудораженный Александр Андреевич, – приходи на «четыре лавки» срочно!» Прибегаю. «Лен! Я паспорт нашел!» «Какой такой паспорт?» «Ну какой бывает паспорт? – Документ». " И чей?», – интересуюсь я. «Какого – то не то Фаруха, не то Фархада. Молодой, двадцать четыре года, родился в Ашхабаде, зарегистрирован в Подмосковье. Может, пробьёшь его по интернету?» «Ладно, не вопрос. Небось, где-то в социальных сетях он есть. Напишу, что Вы его паспорт нашли, он с ума сойдёт от радости». «Лен, а у него в паспорте три банковские карточки, ты можешь про…» «Стоп! Александр Андреевич, давайте так – я сейчас вот этого, что Вы про кредитки сказали, не слышала. Я знаю, какие у Вас стеснённые обстоятельства, но… это называется воровство!» «Ладно, – соглашается моменально дядя Саша, – тем более, у него вряд ли там деньги есть, тут в паспорте расписка лежит, он ремонт делал кому-то и напортачил, так ему штраф теперь выплачивать огромный». Зашла я в социальную сеть и сразу обнаружила этого Фархата. И что же я прочла на его странице? «Мир не приносит ни добра, ни зла сам по себе. Он безразличен к человеку. Всё происходящее вокруг нас – всего лишь отражение наших собственных мыслей, чувств, желаний, поступков. Мир – это большое зеркало». Списались-созвонились, завтра встречаемся. Речь у него правильная, общение интеллигентное. Звонит и говорит:" У меня чёрная полоса какая-то! Паспорт потерял, телефон не ловит, на работе штраф выплачивать огромный!» Я говорю (как водится, с высоты своего «столетнего» опыта:): «Чёрная полоса, молодой человек, это когда твои родные люди умирают в одночасье, когда кто-то из близких болен, а ты ничем не можешь помочь, когда ты сам таешь на глазах от неизлечимой болезни, а столько ещё хотел сделать… А твоя так называемая «чёрная полоса» – это просто мелкие неприятности, о которых и думать не стоит!».

Изобретая велосипед

«Алло, Лен, – звонит Александр Андреевич, – ну, мы пойдём собирать маньчжурский орех или как? Сегодня, по слухам, последний тёплый день осени. А то вот помру, а ты так и не узнаешь, где у нас в парке это дерево растёт». «Ну давайте, пойдем, – лениво потягиваюсь, – солнышко светит, погода шепчет, отчего бы не погулять». Приходим в Кусково, идём по главной аллее, и нас то и дело обгоняют велосипедисты. «Ты знаешь, Ленка, – разглагольствует Александр Андреевич. – а ведь я ещё в семьдесят втором году смастерил свой первый складной велосипед. У нас таких тогда не делали. Я взял основу от детского велика, такого, с надувными колёсами, помнишь?» «Не-а, не помню», – мечтательно отвечаю я, глядя в ясное голубое небо. «Так я к нему не просто колёса от Камы приделал, я ещё ему поршневую переднюю тягу смастерил. Для усиления, чтобы в горку ехать легче было. Понимаешь?» «Не очень, – говорю, – а с горки на какой тяге едут?» «С горки удобнее на задней тяге, а в горку – на передней. Как баржа двигается по реке, знаешь?» «Не-а…» «Если вниз по течению, то буксир прикрепляют сзади, а если вверх, то спереди». «Ну и что? – продолжаю я рассеянно ловить солнечные лучи, – а по равнине-то как велосипед едет, на какой тяге?» «Лен, а ты вообще знаешь, как велосипед устроен?» «Ну как – рама, два колеса, педали, мы их крутим, два колеса вертятся…» «Лен…, – опешил дядя Саша, – а ты посмотри внимательно, вон женщина на велосипеде мимо нас едет». Смотрю. И тут я, наконец, выхожу из состояния нирваны: «А-ха-ха-ха-ха-ха-ха! Так мы только заднее колесо крутим, оказывается! Вот это да!» «Лен, а ты что, не знала?» «Да, как-то в голову не приходило, не задумывалась! А-ха-ха-ха-ха! А Вы, значит, мои разглагольствования слушали про квантовую механику и многомерное устройство мира, а то, что я как устроен велосипед не знаю, не подозревали? А-ха-ха-ха-ха!» «Лен! – засмеялся тут и дядя Саша, – так я же теперь никакого морального права умирать не имею. Ты ведь, наверняка, ещё множество таких же элементарных вещей не знаешь? Я же про них тебе просто обязан поведать!»

Книга – лучший подарок

Вечер. Звонок. Александр Андреевич: «Лен! Пойдем погуляем!» Идём. Гуляем. «Вот ты, Лен, чего бы хотела на данный момент жизни?» «Я бы хотела, – говорю, – прочесть что-нибудь философское, при этом ещё и жизненное и чтобы плюс ко всему ещё и научиться чему-то новому». «Ну, ты загнула! Сама-то поняла, что сказала? А я вот пирога с капустой хочу! – смеётся дядя Саша, – Но у меня определённо есть для тебя такая книжка, как ты хочешь», – и достаёт из сумки «Кодекс воровской жизни».

Йес, ит из нот

«Когда мой папа не мог понять, что от него хочет мама, он на вопрос: «Ну, ты понял меня?» отвечал по-английски (с английским юмором):" Йес, ит из нот, мем!» «Алло, Лен! – звонит Александр Андреевич, – выйди к «четырем лавкам», я тебя с прошедшим днем рождения поздравлю, подарочек вручу!» «Ой, а я по магазинам пошла, совершаю круг по району, но я потом подойду, через полчасика». «А ты какой дорогой будешь возвращаться?». «Через рынок, что у кинотеатра, потом по бульварчику и дворами через общагу, а что?» «Да так, ничего, пройди лучше через детскую площадку, которая у бывшего ателье на углу, так быстрее будет. Через полчаса я буду ждать». Иду предложенным маршрутом, задумалась, смотрю под ноги, вдруг резко останавливаюсь. На подходе к детской площадке по пути моего следования надпись «С днем рождения!» Прихожу к «четырем лавкам». Александр Андреевич уже ждёт. Чмок-чмок-чмок – целует в щёки: «Давай свою руку!» Протягиваю, вешает на запястье браслетик. «Вот, с днём рождения! Нравится?» «Да, красивый. Спасибо!» «Тогда теперь ты меня целуй!» «Вот ещё! И вообще – Вы чего такой взбудораженный сегодня?» «По женщинам соскучился!» – признаётся он. «Так я это… не женщина», – выпаливаю вдруг. «А кто же – мужчина, что ли!?», – удивляется дядя Саша. «Ну, нет, я не то хотела сказать. Я не женщина и не мужчина, просто человек. В нашем с Вами контексте». «А-а-а! Ну, в нашем с тобой контексте и я не мужик и не баба, а просто человек! – смеётся Александр Андреевич, – И живем мы с тобой тогда в стране под названием Америка». «Это ещё почему?» «Да потому, что они у себя деление по половому признаку отменили недавно. И теперь они все «оно» «Да ладно, – говорю, – а как же «мен» и «вумен»?» «Нету менов и вуменов больше, Ленка!» «А кто есть?» «Есть некто под название «ит» «Так ведь это же про неодушевленные предметы так говорят». «Они, может, там и неодушевлённые, а мы с тобой человеки, количеством две души. Ты, кстати, моё поздравление на асфальте прочла, душа моя? Всё утро сегодня буквы рисовал, умаялся».

Квантовая механика в действии

Утро. Сидим и смотрим друг на друга – я и упаковка снотворного, упаковка снотворного и я. Звонок телефона. Александр Андреевич: «Лен, хочешь, прогуляемся куда-нибудь?» Тьфу ты! Всё настроение исправил! Не даёт умереть спокойно. Пошли мы в Кусково. Идём и разговариваем на нашу любимую тему – о квантовом строении Вселенной. «Ты понимаешь, что наша реальность, – заканчивает очередную тираду Александр Андреевич – это то, что в нашей голове? Мы её можем сами моделировать!» «Ага, – говорю, – что-то не очень убедительно. Вас вот ваша нынешняя реальность разве устраивает? А Вы её что-то не шибко смогли заново смоделировать». «Ты понимаешь, Ленка, у меня феноменальная память, я в ней храню каждое мгновение своей жизни, и мой „жёсткий диск“ уже забит до отказа информацией о прошлом, в нём нет места для нового. А как его почистить, я не знаю. А вот у тебя должно получиться. Ты молодая, импульсивная, сделала – забыла». «Это что же получается? По вашим словам выходит, что если я сейчас захочу, чтобы в этом парке было полно съедобных грибов, хотя они тут отродясь не водились, а если и водились, то давно исчезли, так они тут и появятся по моему желанию?» «Если очень захочешь, то да! – отвечает Александр Андреевич, – Стой! А вон там, это что виднеется?» «Подосиновик, кажется», – изумленно шёпотом произношу я. Через пять часов мы вышли из парка с большим пакетом грибов.

Кто хочет не стать миллионером

После двухнедельного перерыва звонит Александр Андреевич. «Лен, не хочешь прогуляться со мной до приёмного пункта металла? А то мне одному скучно идти». «Хорошо, – говорю, – кстати, мои соседи выставили в подъезд металлический каркас от гладильной доски, могу Вам его принести. Только я сама не понесу, а Шурика, моего квартиранта, попрошу помочь, заодно он с нами прогуляется, Вы не против?» «Конечно, не против. Приходите к «четырём лавкам». Волочёт Шурик доску, а на лице его написан ужас – во что же он такое ввязался? Приходим, Александр Андреевич уже ждёт нас с тележкой, гружёной металлическим хламом и пакетами с жестяными банками из-под пива и прочих напитков. Шурик посмотрел на всё это с презрением и брезгливо вручил дяде Саше гладильную доску. Тот привязал доску к тележке, и мы пошли потихоньку. «Ты, Саша, не смотри на меня таким взглядом, – говорит Шурику спокойно Александр Андреевич, – ты думаешь – кто перед тобой? Перед тобой человек с двумя высшими образованиями, бывший главный инженер завода, запустивший с десяток производств по всей стране. Так что лучше задумайся и не зарекайся. Вот доживёшь до моих лет – может, в такой же ситуации окажешься!» «Стоп, стоп! – миротворчески встреваю я, – дядя Саша, не надо таких пророчеств. Может, всё будет хорошо, и через пару лет мы все станем миллионерами!» «Ну уж нет! – впервые за время пути улыбнулся тут Шурик, – Не надо такого счастья! Ведь тогда мы не сможем так вот запросто гулять и болтать обо всякой ерунде, а станем боязливо оглядываться и ждать выстрела из-за каждого куста. Кстати, вон банка из-под пива лежит. Давайте я для Вас, дядя Саша, её подниму, добавите её к своему улову».

Грибы врагу

«Александр Андреевич, – говорю я, – по-моему, грибы в рагу были лишними». «Какому врагу?» – удивился дядя Саша.

Последнее китайское предупреждение

«Лен, ты вот сколько раз за границей бывала?» – задаёт вопрос Александр Андреевич, ведя меня на очередной променад по району на предмет сбора банок. «Довольно много, а что?» «А я, Лен, всего один раз. Но этот раз мог изменить всю мою жизнь. Однако…, всё по порядку. В две тысячи пятом году я и группа моих сотрудников по научно-исследовательскому институту были отправлены в командировку в Китай. Для подписания договора о поставках им на заводы нашего оборудования. В нашу задачу входило протестировать опытную партию оборудования и продемонстрировать китайской стороне, что оборудование качественное и готово к эксплуатации. Я был руководителем нашей делегации. С китайской стороны были представители заводов и ещё какие-то шишки из тогдашнего правительства. Потому что, это был государственный заказ. Ну, и сама понимаешь, – каждый день распланирован. С утра я лекции их инженерам читал, днём мы оборудование тестировали, а после трудов праведных… тестировали их спиртные напитки…, потому что, Лен, каждый божий вечер – приёмы, встречи и фуршеты. А как же без этого? И вот, сидим, значит, мы в первый вечер, наливают нам саке ихнего, а оно, Лен, сорок шесть градусов крепости. И по вкусу – самогон самогоном. Правда, они наливают его в такие крошечные чашечки, что, вроде бы, терпимо. Где-то после третьего тоста меня вдруг представитель китайской стороны спрашивает, мол, правда ли, что русские могут водку стаканами пить и не захмелеть? И что делать, Лен? Никак нельзя ударить лицом в грязь перед китайскими товарищами, я и отвечаю: «Всё чистая правда, несите сюда стакан, я вам сей феномен продемонстрирую». Принесли стакан, налили, я встал, по-гусарски стакан на локоть поставил и выпил. Выпил и чувствую – это саке ихнее у меня обратно просится. Я скорее в туалет побежал… Возвращаюсь трезвый. Из моей делегации уже в живых никого, все под столом валяются или мордами в салате. А я трезвый как стёклышко. И они, китайцы. смотрят на меня восхищённо и опять наливают и наливают. Но тут на моё спасение принесли горячее. Под такую закуску я смог уже довольно много выпить, и у меня там, внутри, всё хорошо улеглось… Прошла неделя… с каждодневными приёмами и фуршетами. Моя делегация совсем уже на ногах не держится, по утрам все похмельные, я же с утреца душ контрастный приму, зарядку сделаю – и давай их в чувство приводить. Так моими усилиями как-то и продержались. Настал день отъезда. Да, забыл сказать, что ко мне на время командировки прицепили «паровозиком» двух девиц – переводчицу и (как бы это сказать) – представительницу китайской службы безопасности, ну вроде нашего КГБ. И вдруг они, эти две девицы, меня в кафе приглашают на серьёзный разговор. Я занервничал – думаю, мало ли, может, кто чего сказал спьяну из наших, обидел чем? За всеми не уследишь. Сейчас выскажут мне претензии, как руководителю группы. Пришёл, сел с ними за столик. А кэгэбэшница мне вдруг и говорит: «Вы, уважаемый Александр Андреевич, не хотите ли у нас остаться?» «В смысле – задержаться? – спрашиваю, – На какой срок?» «Нет, – отвечает она, – насовсем остаться, в качестве главного инженера одного из заводов в Пекине». «Но… у меня ведь жена и сын в Москве!» – только и смог я выдавить из себя от неожиданности. «Жену и сына мы, естественно, тоже к нам приглашаем жить, это не проблема», – последовал ответ. «Эх! – не выдерживаю тут я, прерывая рассказ, – Вот согласились бы Вы тогда, дядя Саша, жили бы сейчас припеваючи в Китае. А к нам ездили консультировать инженеров. Как зарубежный специалист!» «Да понимаешь, Лен, у меня тогда незаконченный проект был с исследовательской группой в нашем институте. Не мог я ребят бросить». «А почему они Вам вдруг такое предложение сделали? Китайцы». «Ну, они сказали, что впервые видят человека, который может выпить столько алкоголя и остаться трезво мыслящим». «Да, вот это трезвомыслие Вас и подвело. Будь Вы авантюристом, сейчас бы прекрасно жили себе в Китае. Там рай для пожилых людей – они социально защищённые, у них хорошие пенсии. А китайская медицина – это же вау!» «Но, Лен, я бы тогда с тобой не познакомился! – отшучивается дядя Саша, – а такая потеря никакими благами цивилизации не восполняется».

Я памятник себе воздвиг

«Лен! – звонит Александр Андреевич, – пойдем со мной в пункт приёма металла, а то скучно одному идти». «Ладно, – говорю, – я уже все свои дела переделала, пойдемте, прогуляемся». Бредём к железнодорожной станции, где пункт приема находится, а по дороге у нас – общежитие завода. «А ты знаешь, Лен, я ведь и на этом заводе тоже работал, еще до НИИСТАЛЬМАШа, – говорит Александр Андреевич, – и мне на этом заводе даже памятник поставили!» «Как это – памятник?» – изумляюсь я. «Ну, вот так. Сконструировал я им подъёмные ворота. Причем, аналога нет нигде в нашей стране. И в других странах тоже. И решили они сваять мой бюст в честь такого события. И возле доски почета поставить. Так и сделали». «Вот бы сейчас этот бюст забрать и на металл сдать, – мечтательно продолжает дядя Саша, – это ж тыщ тридцать выйдет, я на эти деньги мог бы три месяца прожить».

Сватовство Али

Вчера, уже поздновато, часов в девять вечера, выползли на прогулку. Через какое-то время, дядя Саша заметил, что следом за нами увязался какой-то парень. Вернее, за мной… «Лен, по-моему, он на тебя губу раскатал! – сообщил мне злобно Александр Андреевич, – Нет, но каков наглец! Ведь он видит, что ты не одна, а со мной!» Ещё через какое-то время преследователь сократил расстояние и обратился вежливо к дяде Саше с такой речью: «Здравствуйте, уважаемый! Меня зовут Али, мне двадцать шесть лет, я приехал из Таджикистана. Там я закончил Финансовую академию, и теперь у меня в Москве свой небольшой бизнес. У меня достаточно средств, поэтому я имею своё жилье и ни в чём не нуждаюсь. Я не питаю никаких корыстных целей. Я прошу у Вас разрешения встречаться с вашей дочерью. Могу ли я завтра днём пригласить её на прогулку?» И вот тут Александр Андреевич озверел окончательно. И завопил:" Послушай ты! Уважаемый! Ты что – вот так вот решил прямо при мне нагло склеить мою жену? Совсем молодёжь оборзела! Лена! Иди быстро за мной! Дома поговорим!» «Ну и что это было за показательное выступление? – хохочу я, когда мы отходим на более или менее дальнее расстояние от несчастного мальчика, оставшегося стоять в ступоре, – Чего ты набросился на мальчишку? Раскричался… Неужели ты думаешь, что я смогу взять грех на душу и испортить жизнь какому-нибудь молодому мужчине? Или даже не молодому?» «А кто тебя знает? – пробубнил уже примирительно дядя Саша, – А вообще мне понравилось, как он речь толкнул. Практически просил у меня твоей руки. У меня дочек-то нету, только два сына. А приятно, когда к тебе вот так, с уважением!» «Так чего, вернуть претендента? – смеюсь я, – Поставить запись на повтор?» «Не, не надо, – уже совсем благодушно вещает дядя Саша, – он ведь мусульманин. Значит, на тебе жениться в его планы не входит. Соврал он. А я тебя обязан замуж выдать, но только чтобы твёрдо и насовсем. И тогда уже спокойно можно помирать. А этот приятный момент я запечатлел и благостно переварил». «Как змея лягушку», – смеюсь я. И идём мы гулять дальше.

У каждого мужчины должна быть змея

Александр Андреевич поднялся ни свет – ни заря и отправился в парк за грибами. Грибов он не набрал. Зато принёс домой …змею. Посадил её в баночку и любуется. «Зачем Вы змейку-то домой притащили, дядь Саш?» – интересуюсь я. «Да понимаешь, Лен, – отвечает Александр Андреевич, – как-то одиноко мне, всё же. Пусть поживёт у меня недельку. Потом обратно отнесу». «Завели бы кошечку, собачку, канарейку, наконец!» «Да мне это создание как-то привычнее, – отвечает мой друг романтически-напевно, – я, ведь, Лен, три раза был женат».

Не каждой женщине нужна змея

Сегодня Александр Андреевич позвонил мне рано утром и сказал: «Лена! Возьми у меня змею!» Я говорю: «Вы с ума сошли? Я змей боюсь до ужаса, это у нас семейное!» «Понимаешь, мне её нечем кормить! Я когда её поймал, она кого-то проглотила. Я подумал, что мышь, и что она её неделю ещё будет переваривать, и кормить её мне не придется». «И что же?» – настораживаюсь я. «А вот только что змея отрыгнула останки… лягушки». «Фу! Не надо дальше рассказывать!» – завопила я. «Да ты не понимаешь! Её (змею) теперь надо кормить. Но чем (точнее – кем)???» «Знаете что! – возмущаюсь я, – если Вы думаете, что у меня в доме есть кем накормить змею, то Вы глубоко заблуждаетесь! Из самых мелких живых существ в доме есть только кот Карл, но я не позволю вашей змее его съесть! Остальные живности намного крупнее!» «Ну да-а-а, – задумчиво протянул дядя Саша, – тебя ей не проглотить, ты слишком толстая!» – и сразу же бросил трубку, чтобы не выслушивать вослед сей фразе моих злобных инсинуаций и шипения в стиле змеи.

Каждой женщине нужен мужчина. Но не каждый

Отпустили мы с Александром Андреевичем змею в парк. Она на радостях так рванула, что последние останки съеденной лягушки по пути растеряла. Но я не про это хотела написать. Короче говоря, заселила я из сочувствия (как обычно у меня всё и происходит) к себе на две недели мужика, у которого сын болен астмой. И надо малльчика срочно в больницу положить в Москве. Пришёл мужик, однако, не один, с блондинкой. Представил родственницей. Та ему уборку в комнате сделала, ужин приготовила и… ночевать осталась. Я не ханжа. Ну, есть у мужика в Москве любовница, да и Бог с ней, не мое дело. Но я заглянула в квартиру на минуту проведать своего сына, а мужик тот неуёмный уже тут как тут – давайте, мол, чаю выпьем. Ладно, – чаю, так чаю. И тут началось. Баба его спит, наверное, уже, а мужик тот начал меня за мои хладные ручонки хватать – мол, а что же у Вас на меня реакции женской нету? Я говорю как на духу: «У меня реакция женская есть только на любимого человека, которого пока не случилось в моей жизни. Ну, а Вы тут кто такой вообще?» И тут он меня за грудь – хвать! Я аж дар речи потеряла. Он опять видит – реакции той, что он хочет, нету. А ударить человека по лицу я, интеллигентная женщина, не могу. И вот так мы с ним и застыли в этой позиции. Потом отмерли, и говорю я ему: «Слушайте, если ещё раз такой опропендос себе позволите, то мой друг Александр Андреевич Вам морду раскрасит под хохлому. А насчёт бабы вашей я ничего против не имею – пущай ночует, если Вам так приспичило». И пошёл он спать с бабой той. А я позвонила дядь Саше, чтобы был на стрёме.

Аэлита

Поскольку в скетче, который я сняла для интернета, упоминается мой друг, мастер инженерной мысли, Александр Андреевич, я обязана была показать ему видеозаписи. Пришел дядя Саша весь такой нарядный ко мне на просмотр. Как в Большой театр наряжаются. «Сейчас, дядя Саша, посмеётесь от души», – предвкушаю я. Первая половина просмотра прошла в полной тишине. Александр Андреевич внимательно и вдумчиво смотрел в экран, но никаких эмоциональных реакций не выдавал. Но вот когда дело дошло до создания моего нового образа для предполагаемого похода на телепередачу (ну, где мне «подружки» сделали причёску. Раньше такую называли «взрыв на макаронной фабрике») и где потом я намазала себе нещадно веки и ресницы, Александр Андреевич оживился. «Аэлита!» – произнес он вдруг романтически-подтаявшим голосом. «Что?» – не сразу поняла я. «Ты тут похожа на Аэлиту из одноименного фильма Якова Протазанова. Помнишь такой?» Самое смешное, что помню, даже картинки рисовала в детстве на тему этого кино, но признаваться в этом не стала (столько не живут) Оставшаяся часть просмотра прошла в молчании.

Новые приключения Неуловимых

Картина первая, подарочно-напряжная

Мама Марины (девушки, которую привёл к нам жить по доброте душевной мой сын) прислала нам множество вещей – одежды, одеял, покрывал и прочего прочего… В интернете посмотрела, что посылки уже пришли, но там такой вес, что без Александра Андреевича с тележкой не обойтись. Вызвала дядю Сашу-МЧС. Пришел с двумя тележками, как чувствовал. Скрепил их в одну и повёз весь этот груз, как муравей. На полпути до моего дома сели на лавочку передохнуть. У какого-то чужого подъезда. Сидим, дышим, курим. В смысле – дядя Саша курит. Подходит девушка и спрашивает: «Вы не знаете Катю Д., которая в этом доме живет? Мне она очень нужна!» «А чем Вам эта Катя так насолила?» – спрашиваю я просто так, в шутку. И попала я «пальцем в небо». «Она любовница моего мужа!» – отвечает девушка. Оп-ля! «Мы не из этого дома, – пытается уйти в сторону от разговора дядя Саша, – мы Катю не знаем». «А тогда давайте выпьем пива, я куплю сейчас!» – предлагает новая знакомая. Ну, тут дядь Саша уж не мог устоять.

Картина вторая, ревниво-питейная

«Тогда уж пойдёмте на «четыре лавки», – дядя Саша говорит. И пошли мы на «четыре лавки». По дороге написали смс моему сыну, он все посылки домой затащил, а мы сели, дружно выдохнув, на лавочку.

Картина третья, «ревниво-обременительная»

«Понимаете, – говорит Юля (так девушку зовут), – мой муж мне изменяет!» «Вот удивила, так удивила!» – хмыкнули мы с дядей Сашей. «Вы не понимаете, – продолжает она, – он изменяет мне каждый месяц с новой женщиной!» «Ни фига себе, потенциал у мужика! – восхитились мы, – тут когда одна мозг выносит, не знаешь, что делать, а когда каждый месяц новая… с новыми закидонами… Ну, что сказать? Твой мужик однозначно – экстремал!» И просит она мой телефон – позвонить мужу. Дала я телефон, девушка побуянила немного в трубку и пошла к дяде Саше – ей занадобилось кое-куда. И тут муж ея перезванивает. Я говорю кратко и ёмко: «Значит, так, молодой человек. Во-первых, если Вы уж женились, значит были на то веские причины. Надеюсь, это была любовь. Во-вторых, если разлюбили, надо об этом сообщить супруге. А в – третьих, если Вы просто хотите погулять, а жену не разлюбили, то надо уж как-то посерьёзнее шифроваться! Это я Вам как специалист и человек с опытом говорю! А то вот ваша жена сейчас пойдет и вашей любовнице глазки выцарапает!» «Спасибо, я всё понял, – не стал оправдываться и врать мужик, – сейчас позвоню любовнице, чтобы никому дверь не открывала, а потом сразу метнусь за женой. Какой у вас там адрес? Где она сейчас находится?» «Мда-а-а-а, провели очередной томный вечерок! – подвел итог Александр Андреевич, когда мы впихнули Юлю в машину мужа, – а ведь хотели жить по-человечески, в медитативной гармонии и творческом созерцании!» «Да ладно, – говорю, – зато спасли мир от очередного кровопролития. Это ли не цель? День не потерян!»

Шампанское из огурцов

Обещала я рассказать про трапезу Александра Андреевича, приготовленную мною, после которой он блаженно заснул и не пошел со мной на прогулку. Трапеза состояла из банки малосольных огурцов и банки рагу из курицы с картошкой, перцем и помидорами. Это моя версия. Версия Александра Андреевича после того, как он проснулся, и мы, всё-таки, пошли немного прогуляться, несколько отличается. «Ох, Ленка, какое же вкусное было твое лечо!» «Лечо?» – изумляюсь я. «Ну да, лечо! Ни с чем не сравнимое ощущение! Разве что с шампанским из огурцов!» «С чем???????????????????» «Понимаешь, Лен, – поясняет дядя Саша, – открыл я твое лечо и разогрел, а потом решил себе рассольчику налить из банки с огурцами, что ты мне дала. Снимаю крышку, а оттуда такой пшик, как когда шампанское открываешь. Я насторожился. Думал, там огурцы забродили, выбрасывать придется». «Ну и выбросили бы, – говорю, – у меня раз на раз не приходится. То хорошие, вкусные и хрустящие получаются, а то – жуткая отрава. От настроения зависит, в котором засаливала». «Огурцы, Ленка, и впрямь, выбросить пришлось, они какие-то мягкие получились и квёлые, а вот рассол!!!!!!!!» «Что – рассол?», – всё ещё не понимаю я. «Чистое шампанское Брют! – вещает дядя Саша восхищённо, – я как отпил глоток, так прямо и насладился. У тебя рассол сладковатый получился, и газ там организовался, почему-то, углекислый, как в шампанском. Напиток Богов! Ты, надеюсь, рецептуру сохранила?» «Нет, – говорю, – мне казалось, я всё всегда одинаково кладу. Какая там рецептура в засолке огурцов?» «Ну всё, пропал наш бизнес! – возопил Александр Андреевич, – мы же могли с тобой производить шампанское из огурцов! Это ж какое ноу-хау! Дёшево и сердито!» «Да ладно, – говорю, – Вы ещё мои яблоки мочёные не пробовали! Но это крепкий напиток, Вам с вашей язвой нельзя!»

Мнимый больной. Часть первая

Звонит вчера дядя Саша: «Ой-ой-ой! Ай-ай-ай! Ленка, я умираю!» Я говорю: «А с чего у Вас такие выводы? Какие симптомы болезни? И не вызвать ли врача?» «Нет-нет-нет! Ни в коем случае! Врача не надо! – вопит дядя Саша, – он меня сразу в психушку упечёт, потому что у меня в комнате страшный завал. Да и не пройти врачу к кровати, на которой я лежу, тут тропинки нету». «А Вы как же попадаете на кровать?» – спрашиваю. «А я, Ленка, научился как Человек-паук по стенкам лазить, у меня тут своя техника проникновения в комнату, что врачам нашим покамест недоступно!» «Ладно, – говорю, – что болит-то у Вас? Давление мерили?» «Болит у меня всё, а давление моё на данный момент составляет девяносто на сорок». «И откуда же у Вас взялись такие цифры? У Вас же тонометра нету!» «Тонометр есть, но зарыт в недрах моих комнатных завалов. А давление у меня такое по ощущениям». «Всё, мне это надоело, – говорю, – сейчас мы с тонометром придём и померим Вам давление, и если оно не в норме, вызовем скорую! Точка!» Прихожу, звоню, дверь открывает соседка (там у них коммуналка). Кое-как протискиваюсь в комнату, тайными тропами подхожу к кровати, меряю давление нашему больному… – сто тридцать на восемьдесят! Я говорю: «Дядя Саша! Что Вы мне голову морочите? У Вас давление как у космонавта!» «А чего же тогда мне так плохо?» «Может, Вас покормить, Вы когда ели в последний раз? Вот голова и кружится. Чего Вы хотите?» «Хочу я, Ленка, … пива с воблой!» «Ничего себе! – возмущаюсь, – Вы меня хотите за пивом отправить? Совсем совесть потеряли?» (нет, ну Карлсон такой в чистом виде. Только тот, когда «болел смертельными болезнями», требовал варенья и печенья. И побольше). «Нет, Лен, как можно! Чтобы я даму за пивом посылал? – вскинулся дядя Саша, – Ты просто меня сопроводи до магазина, а то вдруг я по дороге упаду в обморок?» «Ладно, – говорю, – пойдём». И пошли мы за пивом.

Мнимый больной. Часть вторая

Причина и название «смертельной болезни» Александра Андреевича выяснились довольно быстро, после того, как он, блаженно причмокивая и крякая, сделал первый глоток пива. Название болезни – «воспаление хитрости», а суть такова – «Понимаешь, Ленка! – пояснил „пациент“, – я взялся делать ремонт у одной знакомой дамы, живущей в соседнем доме. Я поменял проводку и поклеил обои, сменил плитку в ванной комнате и положил новый пол, но вот когда дело дошло до потолка…» В общем, дядя Саша не смог в одиночку смонтировать подвесной потолок и уронил и разбил две панели. Поскольку денег на возмещение ущерба у него нет, дядя Саша придумал такую легенду, что он упал со стремянки, будучи гипотоником и схлопотав сильное головокружение. И теперь он лежит дома и лечится. И лечиться ему… до конца света, не меньше. А пива-то хочется. А выйти в магазин страшно – вдруг «лежачего больного» заметит его работодательница. Ну вот он и решил взять меня в сопровождение, чтобы была отмазка – мол, ко врачу меня племянница ведет, ко врачу! «Дядь Саш, а нельзя как-то просто и честно всё объяснить этой женщине?» «Можно, – говорит Александр Андреевич, – но тогда получится, как с тобой!» «Это как?» – спрашиваю. «Она сначала убьет, а потом попытается выслушать!» «Зато тогда я, наконец, смогу выполнить Вашу предсмертную просьбу!» – говорю я. Но об этом в третьей серии.

Похороните меня за плинтусом

Иду из магазина дворами. Проходя мимо «четырёх лавок» замечаю Александра Андреевича, присоединившегося к компании молодых ребят, жарящих шашлыки, и явно ждущего своего несанкционированного кусочка мяса. Молодёжь напрягается, но прогнать дядю Сашу никто не решается. «О! – говорю, – привет! Как Ваше здоровье, Александр Андреевич? Уже всё в порядке, я вижу?» «Ой! – сразу сгибается в три погибели дядя Саша, – так всего крутит, так мне плохо-о-о-о… Ты, Ленка, обещай мне, что когда я умру, напишешь на фасаде дома, в котором я жил, мой портрет!» «Да не вопрос! – отвечаю, – только я так уж напрягаться не стану. У меня где-то на антресолях лежит портрет Рериха. Так ты, дядь Саш, бороду нарасти и носи тюбетейку, я думаю – никто из твоих соседей не отличит. А портрет я тебе хоть завтра принесу – вывешивай заранее. Чтоб уважали!» «А Рерих тот много пользы принес в инженерном деле?» «Вот чего не знаю, о том не скажу! – смеюсь я, – он по другой части был, по художественно-эзотерической!» «Ничего, годится! – дядя Саша констатирует, – я вот тоже человек алкоголически-эзотерический. Значит, с твоим Рерихом точки соприкосновения имеются. Тащи портрет».

Искусственный спутник женщины

Вчера засиделись с ребятами из нашего двора на «четырёх лавках» аж до четырёх часов утра. До первой звезды, так сказать. «О! искусственный спутник Земли!» – возопил радостно дядя Саша, тыча пальцем в утреннюю, едва проснувшуюся, Венеру. Представляю, что она там ему ответила про себя. В связи с чем я решила прозвать Александра Андреича (тс-с-с, но об этом никому ни слова) – искусственный спутник женщины.

Сжигаем негатив

Ходили вчера с дядей Сашей в парк жечь костер, потому что, как он сказал, ему надо «сжечь негатив». «Ленк, а чего ты меня всё время фотографируешь? Будешь в этих своих общественных сетях размещать?» «А Вы против, Александр Андреевич?» «Нет, почему же, я только за. Но я тебя прошу приписать к моей фотографии такой комментарий: «Дорогие одинокие женщины. Вы не там ищете женихов. В нашем парке на каждом шагу можно встретить высоко образованного интеллигентного бомжа, который готов исполнить любой ваш каприз… за ваши деньги» «Сжёг негатив» он, как же.

Урок по квантовой механике

Вышли погулять. «Лен, ты чего такая замороченная?» – спрашивает дядя Саша, не наблюдая моего обычно веселого настроения. «Да вот, Афанасий теперь за компьютером не один сидит, Марина вечно его кресло занимает, а он на табуретке ютится. Эх, вот бы им ещё одно компьютерное кресло купить! Но денег нету». «Да найдём мы кресло!» – дядя Саша меня успокаивает. Бац! Сразу возле соседнего дома находим компьютерное кресло, абсолютно целое, практически новое. Затаскиваем к ребятам, те «танцуют зажигательную джигу», а мы снова выходим на прогулку. «Вот незадача, – говорю, – Марине летом домой к маме ехать, а чемодана у неё нет». «Да будет ей чемодан», – уверяет Александр Андреевич. Бац! Через пару домов находим чемодан. Новый, фирменный, с кодовым замком, на колёсах и с выдвигающейся ручкой. Всё в целости. Заносим в дом, Марина «танцует зажигательную джигу», мы снова выходим на прогулку. «Саш! А тебе-то самому что надо?» «Мне, – задумчиво тянет дядя Саша, – доски нужны, три штуки, и две алюминиевые накладки на дверной проём, потому что я у соседки взялся делать навесной потолок, а у неё всё там посыпалось, теперь и стену, и дверь надо подлатать». Дальше – по сценарию. Мы находим три доски и две накладки из алюминия. Отнёс дядя Саша всё это к себе, идём и молчим. Потому что сегодня целью была просто прогулка. «Александр Андреевич! – не выдерживаю я, – ну если у Вас так хорошо выходит притягивать разные прекрасные вещи из ниоткуда, может, пожелаете мне мужа доброго и любящего, а?» «Ну уж нет! – возмущается дядя Саша, – вот этого не дождёшься!» «Почему? – спрашиваю, – Вы что, не желаете мне счастья?» «Желаю, но если у тебя появится муж, то он скажет обо мне, – а чего, мол, этот старый козёл вокруг тебя крутится? И придётся нам больше не общаться. А я так не хочу!» «Не, ну так и я не хочу», – говорю я. «А по-другому не бывает, Ленка!» Что, прям-таки и не бывает?

Мир тесен и одновременно очень велик

Идём как-то с дядей Сашей дворами, вдруг навстречу – знакомые очертания, из полумрака выплывает моя одноклассница. Давно не виделись, но она мало изменилась. Идёт какая-то задумчиво-просветлённая, меня не замечает. «Свет! Све-е-ет! Стой!» – кричу ей. Остановилась. Я познакомила её с дядей Сашей. «Вот, – говорю, – у меня новый друг появился, гулять по вечерам ходим». «А у меня что-то в этом году друзей резко поубавилось, – вздыхает Светка, – какое-то тотальное «не люблю» в мой адрес». «Да ладно, – говорю, – значит, так надо было. «Вообще, последние два года очень трудные, – гнёт свою линию Светка, – ещё на работе ни дня не проходит, чтобы не столкнуться с какой-нибудь сволочью!» «Вы в полиции работаете?» – деликатно уточняет Александр Андреевич. «Нет, в полиции папа мой работал. До сих пор с бывшими коллегами встречается, а ведь ему уже восемьдесят лет. А я в поликлинике работаю. Физиотерапевтом». «А мне вот как раз повезло, – говорю я, – у меня дня не проходит, чтобы не встретить хорошего человека». «Да ты понимаешь, Лен, они ведь все от меня чуда ждут. Вот приходят все перекошенные и скрюченные и думают, что я сейчас пальцами щелкну, и все их болячки как рукой снимет. Но, граждане дорогие, вы не с того начинаете своё оздоровление. Вы подумайте – может, вы обидели в своей жизни кого-то или ещё какой дурной поступок совершили, вот вас и перекосило. В храм сходите, покайтесь, а потом уже на физиотерапию ко мне приходите. Так сказать, для закрепления эффекта!» «Свет! – говорю изумлённо, – помнится, была у нас встреча одноклассников пару лет назад, ты по-другому мыслила. Да и в храме не бывала, вроде бы, ни разу!» «Понимаешь, на днях дела у меня были с утра, а потом перерыв до начала работы. Думала – куда пойти? Ну и зашла в наш храм в Вешняках. А там так красиво поют, и батюшка мудрую речь толкает. И так меня, Лен, проняло! Я поняла, что всё делаю в жизни не так… И не я одна… Ну ладно, разболталась я тут с вами, вы же на прогулку вышли, а не мои откровения выслушивать. Созвонимся ещё. Пока, не пропадай». И убежала. «А как фамилия этой Светки?» – дядя Саша спрашивает. Я сказала. «Так я её отца знаю, он в волейбол очень любил играть. А я у нас в районе волейбольную площадку строил, там и познакомились». «Да, – говорю, – мир тесен и одновременно очень велик». И пошли мы дальше гулять.

Самогон

Идем, гуляем. «Дядь Саш, – говорю, – я тут варенье сварила из грейпфрутов, что ты принес на днях. Но что-то оно пригарчивает, и, кажется, забродило. Как думаешь, что получилось?» «Самогон». «А ещё я яблоки сделала мочёные, но даже не знаю, честно говоря, что выйдет». «Самогон», – снова ёмко комментирует Александр Андреевич. «А вот ещё я нашла в морозилке какие-то ягоды, давным-давно мамой замороженные, думаю – может, что-то из них получится сварить?» «Самогон». «Так, может, уж тогда его целенаправленно и делать? – говорю, – раз, всё равно, только он и получается?» «А что, это неплохая мысль… Кстати, Ленка, ты вторую скороварку, которую я тебе принес, ещё не продала?» «Нет». «И не продавай. А змеевик я подходящий найду…» Идем дальше, молчим минут пять. «Нет, Ленка, не выйдет ничего с самогоном. Такой запах будет стоять, все соседи сбегутся скандалить. Вари дальше свои варенья и соли соленья.

День сломанных замкОв

Александр Андреевич попросил меня продать два пылесоса, собранных им из запчастей совершенно разных агрегатов, и, как ни странно, находящихся в рабочем состоянии. Мы наметили на сегодня фото сессию этих монстров. И вот с раннего утра всё звоню, звоню – не подходит дядя Саша к телефону. А поскольку накануне вечером он подкинул мне море огурцов и черешни, и я взялась солить соленья и варить варенья, то отлучиться уже не могла, чтобы просто пойти посмотреть – что там и как у Александра Андреевича (хотя он живет в соседнем доме). Вдруг раздался телефонный звонок. «Вы куда же пропали, дядя Саша! Я чуть с ума не сошла!» – воплю в трубку. «Да ты понимаешь, Лен, какой-то день странный. Я назову его «День сломанных замкОв», – и ржёт нагло. «Я, – говорю, – про день сломанных замков ничего не слышала, но Вам точно не поздоровится, если сей же час не поведаете, что там у Вас приключилось!» «Дело было так, – начинает Александр Андреевич, а сам мелко хихикает, – в пять утра пришла соседка. С третьего этажа. Она работает в специальном интернате для детей с особенностями развития. Ездит за город, выходит из дома ни свет – ни заря. И вот у неё замок заклинило. Не может дверь закрыть. А у меня, ты ведь знаешь, в моих закромах есть всё. Я, практически не просыпаясь, нашарил какой-то замок подходящий и быстро его поставил. И опять спать лег. В восемь утра звонит мой друг, который является, между прочим, хозяином кафе. Знаешь, тут, недалеко от моего дома, подвальчик? Помнишь, мы с тобой туда ходили в первые дни знакомства? Ну вот, звонит он в панике. Он задержал зарплату сотрудникам, а они в отместку заперли его кабинет с сейфом, в котором деньги лежат, а ключи забрали с собой. Дверь там крепкая, не сломать. Проснулся я уже теперь окончательно, пошёл, замок предварительно подходящий нашарив в моих закромах. Вскрыл ему дверь и новый замок поставил. Вернулся домой, но спать уже не стал. Кофе выпил, и уже самому интересно – вот сейчас кто-то ещё про сломанный замок позвонит? Сама понимаешь, по логике сюжета, так оно и вышло. У того хозяина кафе мой знакомый, Андрюха, шофёром работает. Он недавно квартиру снял, но…,там надо замок заменить. Это уже, сама понимаешь, было на весь оставшийся день. Потому что сначала поехали смотреть, что за дверь, потом купили новый замок, потом он не подошёл, поехали и поменяли на другой, потом вернулись ко мне за дрелью, которую сразу взять в голову не пришло. Вот сейчас поедем уже, наконец, поставим замок. И всё на сегодня! Надеюсь!» «Зря надеетесь, – говорю, – у моей соседки с четвёртого этажа замок в двери постоянно заедает, больно смотреть, как эта бабуля каждый раз, уходя или возвращаясь, мается с этим замком минут по тридцать. Как раз сегодня она меня спрашивала, нет ли у меня кого-то, кто поменял бы ей замок?»

Вчерашний день Александра Андреевича

Так получилось, что вчера я была сильно занята, и с дядей Сашей не повидалась. Сегодня у него был» день сломанных замков», но совсем на ночь глядя попросил он меня выйти с ним посидеть на «четырёх лавках». Я почувствовала, что будет разговор по душам, взяла себя в руки крепко и пошла. Разговор оказался трудный и больной. «Вчера утром, Лен, когда ты спала «сном праведницы», моя соседка вдруг раскричалась под окном. Это не в её стиле, и я сразу смекнул, что дело – труба!» – начал свой рассказ дядя Саша. А вышло так, что из соседнего подъезда выезжала одна женщина, вызвала газель, но водитель, как вышел ей помочь вещи донести из дома, так и рухнул внезапно с остановкой сердца. Соседка дяди Саши, врач по профессии, выскочила, кричит на ту даму, что вместо того, чтобы вызвать врача, вещи из машины вынимает свои: «Ты с ума сошла? Вызывай скорую! Человеку плохо!» А человеку уже не плохо, ему, скорее всего, уже хорошо. Он синеет и на тот свет лыжи целит. И Александр Андреевич ему искусственное дыхание делает, а другая соседка на лоб влажную ткань кладет, а третья руки растирает. В общем, они его привели к тому состоянию за пятнадцать минут, через которые приехала скорая, что, вроде бы, стал розоветь, а то был синюшный. Тут соседка дяди Саши побежала за уколами, потому что она врач по образованию и долго работала в реанимации. И думала она – сейчас я пациенту вколю адреналин в сердечную мышцу, и всё снова завертится… Но тут приехала скорая помощь. И отодвинули они женщину со шприцем. Понимаю, они поступили правильно, ведь реанимировать человека – задача специально обученных людей. Но пока они фамилию, имя, отчество больного записывали, пациент умер. На руках у дяди Саши, который вот только что ему искусственное дыхание делал и массаж сердца. И видел порозовевшие щеки, и вообще свято верил, что уже спас человека. «Знаешь, Лен, а ведь счёт шёл на секунды!» – и Александр Андреевич заплакал. «Не переживайте так! – сказал вдруг странного вида человек из темноты, – значит, ему судьба была умереть. Вот вам чай – выпейте и перестаньте себя винить!» – и дал нам тот бомж (а то был явно бомж) по пакету эксклюзивного чая «Базилюр». И откланялся вежливо. «Эй! Постойте! – успел только крикнуть ему вослед дядя Саша, – там у рынка бросили два мешка хорошей картошки. Может, Вам надо?» «Ну почему у нас всё так, почему всё так???» – заплакал снова дядя Саша, а я его просто крепко обняла. Потому что у меня нет ответа на его вопрос.

Александр Андреевич озверел

После случая с умиравшим на руках дяди Саши молодым мужчиной, начали происходить в доме номер пятьдесят один странные события. Сначала сегодня из подвала дома дяди Саши выселили целую толпу таджикских дворников, проживавших там нелегально. Но выселили не на улицу, им ЖЭК выделил общежитие. Потом, в тот же день, наконец, прикрыли блат-хату эфиопских проституток, которая в том же доме пятьдесят один находилась. И девушек всех депортировали на их историческую родину. Вместе с сутенёрами и «мамкой». А потом накрыли квартиру с распространителями наркотиков. Сидим на «четырёх лавках», курим. Дядь Саша курит. Вид довольный. «А ты заметила, Лена, как стало легко дышать к вечеру?» – начинает издалека Александр Андреевич. «Так жара спала!» – отвечаю, не понимая пока, к чему он клонит. «Да-а-а, жара спала, и накал страстей улёгся. Ты заметила, что никто не приезжает больше на такси и не привозит девушек с шоколадным цветом кожи? А ещё никто не тащит в подвал всякий мусор, картон, металл и прочие отходы жизнедеятельности человека. А ещё нет толп молодняка у первого подъезда в ожидании… дозы некой загадочной смеси… Кстати, ты знаешь, что это за камешки запёкшиеся, тут, на лавочке, остались? Это очень романтично». «На керамзит похоже, – говорю, – ничего романтичного. Непонятно только, зачем его поджигали!» «Это не керамзит, это наркотик, сделанный из маковой пыльцы. А делается он так. Сотня обнажённых женщин бегает по маковому полю, покрываясь сладким пОтом, а после с них соскребают прилипшую маковую пыльцу и вот в такие шарики скатывают. И привозят к нам. И наших российских ребят на это подсаживают». «А чего это Вы довольный такой сегодня?» – не понимаю я всё ещё. «А я их всех сдал!» «В смысле?» «Понимаешь, Лен, тут ведь никому ничего не надо. Да и мне, по большому счёту, всю жизнь было всё равно. Но вот когда того мужика позавчера я спасал, а скорая воспрепятствовала, я озверел. И пошёл я в полицию сегодня. И всех сдал. Поскольку хозяина квартиры, где жили эфиопские проститутки, я лично знаю, он в соседнем доме живёт, он мой бывший сотрудник по научно-исследовательскому институту, а парня с наркотой я давно отследил, он дальний родственник моего соседа, который в свое время бабла срубил на распространении „гербалайфа“. Ну а про подвал с таджиками кто не знает? Все. Все про всё знают, Лен. И молчат. Но теперь всё, я больше молчать не буду!» «Я Вас понимаю, – говорю, – когда у меня на руках мама умерла, а врачи скорой, свидетели этого, сказали, что они ничего не видели, типа это ещё до их прихода было, и ушли, а потом пришёл полицейский и стал ныть, что его ради мертвой старухи в два часа ночи вынули от жены из тёплой постели, и заставил меня саму рисовать подробный план квартиры и саму звать соседей, чтобы засвидетельствовать кончину матери, я сразу по-другому на мир смотреть стала. И моё прежнее равнодушие ко всем, кроме моих родных, почему-то, исчезло. Но только я много тычков и подзатыльников за своё вмешательство в чужие судьбы уже за два года наполучала. Так что Вы крепко подумайте – а надо ли Вам всё это?» «Да, подумать мне, похоже, уже не дали. Просто кто-то в бок толкает теперь – делай, делай, делай!» «А знаете, – говорю, – может, это ещё и потому, что ваших соседок зовут – Вера, Надя и Люба?» «Никогда не задумывался. А ведь и правда, их именно так и зовут. Вера, Надежда и Любовь! И ещё у меня есть моя подруга Елена Прекрасная!» (типа это он про меня). «Премудрая! – настаиваю, – Премудрая! Ну, и Прекрасная тоже, конечно, не без этого!» – и смущенно опускаю взор, который тут же, без промедления, натыкается на моё расплывчатое тюленье тельце.

Объёмное мышление

«Вот у вас, у женщин, мышление плоское, сконцентрированное на мелких деталях, – вещает мне Александр Андреевич на очередной прогулке, – а я вот вижу человека спереди, а уже знаю, как он выглядит сзади, и даже изнутри. Это называется четырёхмерное видение. Хочешь конфетку?» «А как Вы догадались про конфетку? Я просто взяла другую сумочку и не переложила в неё леденцы, которые постоянно ем, когда езжу в транспорте, чтобы отвлечься от своих страхов». «А вот тебе и первый пример четырёхмерного мышления. Я тебя видел всего несколько раз, а уже знаю о тебе практически всё», – смеётся Александр Андреевич.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.