Между прошлым и будущим
Сборник рассказов
Сергей Ходосевич

© Сергей Ходосевич, 2023

ISBN 978-5-4493-2210-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

На Рапануи

Запись 1. 15 октября 1701 г. Раннее утро, Солнце только поднимается из за горизонта.

Полный штиль. Сегодня последний день пребывания в порту. Живописную шхеру между двух огромных скал на южной оконечности острова Рапануи, хоть и весьма трудно называть словом -порт, но это единственное безопасное убежище, где можно было залатать пробоину и пополнить запасы еды и выпивки, не опасаясь лишних глаз.

Думается, мы снимемся с якоря, под покровом ночи. Надо только дождаться лоцмана Диего, что ищет новобранцев среди островитян. Ну ими, конечно же займется квартмайстер. А мне капитану фрегата» Морена» надо наметить четкий план действий после отплытия. Конечно же я не собираюсь прощать Сильверу его дерзкое нападение на ему подобных. Он хоть и знатный корсар, но кажется, тронулся умом.

Никто и никогда не смел отбирать у меня добычу, которая далась в руки с таким трудом и большой потерей людей из команды… Впрочем сейчас не об этом. Сейчас о моем плане: как только Арктур в ночном небе появится над скалами, будет дана команда к отплытию. Старый волк Диего поведет судно к берегам Патагонии. Именно там нас ждет слава и улыбнется» веселый Роджер». В Черной бухте у самого берега мы подадим сигнал бедствия. На помощь нам поспешит военный корвет, с множеством пушек, с огромными запасами пороха, которого совсем нет у нас на борту. «И якорь им в глотку! – как только они приступят к нашему спасению мои матросы возьмут это судно на абордаж и захватят без единого выстрела. Оставив свою старушку» Морену», названную в честь богини смерти, на произвол судьбы, совершив несколько маневров на корвете, лично я подниму полотнище пиратского братства и прикажу взять курс к мысу Каар, где делит свою добычу с избранными Сильвер. Бой будет нелегким, но я верю в своих парней и фортуну. Мы не возьмем лишнего, только заберем свое, что храбро было добыто у берегов Новой Голландии. Боже ж ты мой, сколько сундуков золота было на той каравелле под флагом королевской Англии.

Солнце, которое находилось в зените, заволакивают темные тучи. Ветер норд- ост. Волны несильные, но настойчиво раскачивают нашу посудину.

«Тысяча чертей!» Диего привел двух новобранцев. Не слова не понимают по-испански, очень высокого роста, а их носы настолько приплюснуты, что я даже подумал, не размял ли им их Диего своим кулачищем, встречи с которым опасаются многие в команде. Ну не знаю, будет ли с них какой толк! Хотя, парни крепкие! Ручища, как две моих. Каналья, умеет этот лоцман примечать в людях силу.

Кок Рамирес, хоть и потерял глаз в бою, но готовит весьма вкусно… Еще бы, когда то он подавал свои деликатесы к столу испанской королевы. Подавал, подавал и решил ее отравить!!! Конечно же, за огромные деньги! Угодил на каторгу, где и приглянулся мне, приговоренному к смертной казни за убийство своего господина…

Впрочем, я опять не о главном. Планы с выходом в море могут нарушаться. Волны все выше и выше. О, дева Мария! Какая несправедливость! Промедление смерти подобно! Не желаю, чтобы чем то, что принадлежит мне, владел этот безногий дьявол и выскочка Сильвер. А что если в Черной бухте не окажется военного корвета? Голыми руками с берега нам не просто навести будет панику в лагере врага. Сильвер, вооруженный до зубов, поджарит живьем нас еще на воде. Не хочется думать про поражение и неудачи.

Очень вкусно пахнет с камбуза! А этот, черт Диего кроме новобранцев притащил на судно пяток девочек. Они хоть и страшненькие, но весьма точёные фигурками. Рому достаточно! До ночи есть время… Почему бы не повеселиться! Не беда, что они не понимают языка! Главное, что устроены они так, как и испанские женщины, а значит трудностей по применению не возникнет.

Волны выше палубы фрегата. Ветер усилился раз в десять. Посудину качает из стороны в сторону. Стоять на палубе просто невозможно.

Одна из обезьянок, местных гостей, увидела на мне золотой кулон с изображением испанской королевы и что то лопочет и куда-то меня тянет. Единственный человек, что может ее понять – Диего, мертвецки пьян и беспробудно спит. Я распорядился матросам, чтобы они вышвырнули девиц с корабля. Но эта не уходит, стоит на коленях и продолжает говорить! Карамба! Почему мне не дано знать языки всех живущих на Земле, а также языки птиц и зверей. Что же ей надо!

А высота волн увеличивается на глазах. Одна такая более тридцати футов накренило судно до предела и швырнула на скалы. Если бы мы были не на якоря, суденышко разбило бы в щепки. А небо! Оно просто страшное! Абсолютно черные с отливом лягушачей кожи, в котором летают огненные стрелы огромных молний, что хотят пронзить воды до самого дна. Гром, как глас разъяренного дикого зверя, темно-зеленые воды океана, с примесью фиолета и отблеском огня небесного заставляют сжаться и почувствовать себя мелким ничтожеством перед Создателем мира.

Страшно! Страшнее не бывает! Но не для вожака стаи отважных корсаров. Оставляю судно на видящего сны лоцмана и иду с этой сумасшедшей, пока не полил ливень.

Думаю, дело идет к ночи. Ветер немного стих, но волны не ослабевают. Сильный дождь, общую картину разбушевавшейся стихии сделал еще более ужасающей.

Еще недавно темно- зеленые тучи стали черно-красными. Матросы видели, как огненная стрела молнии угодила в вершину скалы. И оттуда в пучину полетели камни, светившиеся, как угольки на кострище, что с шипением пошли ко дну. Наша старушка» Морена» прекрасно держится. Если не считать обрушения одной мачты, то можно сказать судно цело. Хочется жрать, но кок вряд ли что приготовил в таких условиях.

К черту Сильвера! К черту порох и военный корвет! Забуду про месть!

Я сказочно богат!!! Эта бестия, у которой листочками прикрыты, ее прелести долго вела меня через заброшенное селение с какими то лачугами, построенных из веток деревьев к возвышению, что в полутора милях отсюда. Каменные изваяния, что я увидел не могли не впечатлить меня. Интересно, кто и когда их создал. И что это! Божества идолопоклонников или галерея неведомых мне героев, мало похожих на земных людей.

Под одним из них туземка мне указала на узкий земляной лаз и указав рукой направление моего движения осталась под дождем возле изваяния. Долго блуждая внутри по подземным коридорам, освещая путь факелом я наткнулся на семь громаднейших сундуков до верха набитыми старинными золотыми монетами с изображением какого неизвестного мне божества. Я ликовал от счастья! Ведь золота здесь втрое больше того, что отнял силой Сильвер. Проблемой до сих пор для меня является, как вытащить сундуки наружу. В узкий лаз не один из них, разумеется не пройдет, другого выхода из хранилища я не нашел.

Выйдя наружу очень хотелось щедро отблагодарить девушку для чего я и вынес с десяток тяжелых монет, но ее нигде не было. Сгибаясь в три погибели от сильного ветра и дождя, я быстрым шагом направился к кораблю. Первым делом я разбудил Диего и показал ему сокровища и поведал о своем путешествии к изваянию в камне. Мы договорились о том, что как только стихнет стихия, поднимем команду и пойдем к этому месту. «Раз кто то его туда положил, то мы не дурнее, и две тысячи чертей, найдем способ извлечь его оттуда» – обрадовал меня лоцман и я, поющий от счастья, удалился в свою каюту.

По прежнему норд-ост. Но совсем не пугающий, да и волны чуть более трех футов. В небе уже не сверкали молнии и зловеще не рычал гром. Дождь слегка моросит и черные тучи, словно добреют приобретая приятный оттенок темно- серого. Но звезд на таком небе не увидеть.

Но и не надо. Без надобности! Пусть Сильвер чахнет над моим золотом, а я возьму другое. Парочке новобранцев и еще двум здоровым матросам я поручил вернуть на место упавшую мачту. Все остальные были подняты по команде, чтобы идти к заветному месту. Собрались все, кроме Диего. Грешным делом я подумал, что он снова надрался и сам спустился в его каюту.

Диего сидел за столом, его глаза смотрели на меня в упор, лицо позеленело и возле открытого рта виднелась пена. Признаков жизни мой навигатор не подавал, а все оставленные мной монеты валялись на полу.

Закрыв каюту, я вернулся к команде, которой велел следовать за мной. Моим решением было не сообщать им о кончине Диего и я подумал, пусть мертвый, но он должен увидеть это… Золото! Столько я сам никогда не видел в своей жизни!

Раннее утро следующего дня. 17 октября 1701 года. Только- только всходит солнце. До полного штиля еще далеко. Ветер норд- вест. Голубой океан единое целое с бесконечным таким же голубым небом.

Пенные волны разбиваются о борт фрегата. Мы снялись с якоря и движемся к берегам Патагонии. Только, что по морскому обычаю попрощались с Диего. Наши трюмы полны золота! Вытащить сундуки нам так и не удалось и поэтому выносили его из тайника на порезанной парусине… Там ничего не осталось. Работали без отдыха и ночь, и день, и вечер, и следующую ночь и сразу относили на фрегат. При виде этих сокровищ двое моих новобранцев, что-то бормоча и махая руками сбежали с корабля. Ну и «якорь им в глотку!» Я богат! И больше ничего не хочу знать!

Мы в пяти милях от своего временного пристанища. Идем на всех парусах! Но лучше бы нам оставаться было на якоре. Сейчас, когда я грозный капитан, отважный корсар и навигатор в одном лице и казалось бы все лучшее только впереди мои воины и храбрые корсары мрут один за одним, как мухи. Сам испытываю легкое головокружение, жжет во рту и трудно дышать. На фрегате, что только начал путь к счастью зреет бунт. Неужели, это все из-за чёртова золота, что было подарено мне судьбой.

Солнце в зените прямо над головой. Океан ласков и спокоен. Ветер затихает. Ход очень медленный.

За короткий промежуток времени из 148 членов экипажа от силы осталось человек тридцать. Ругаются по- черному, но им не до бунта, еле держатся на ногах. Мое состояние не лучше.

Слева по борту фрегат с символикой, как и у нас. Нутром чую, что это Сильвер. Возможно это наше спасение!

Только, что другой мой помощник Андреас рассказал мне, что слышал от Сильвера истории о золоте, пропитанном ядом и парами какого-то малоизвестного вещества, которые инки спрятали на Рапануи, чтобы уберечь от надругательства могильник со священным алтарем своего вождя, что произведено на стыке миров живых и мертвых. Говорят, каждый, кто прикоснется к сокровищам, погибнет… Что с нами сейчас и происходит. Путь к алтарю закроется и тайны великого народа майя исчезнут навсегда, как и открытый проход в другой мир, что мог бы спасти человечество от многих глупостей.

Наверно бредни! Но ведь с нами это происходит. Я только написал эти строчки и еще десять человек команды отдали концы.

Скоро ночь. Ярко светит Арктур.

Я и пятеро, оставшихся в живых моих людей на судне спасителя «Быстрая смерть» Это четырехпалубный фрегат сильно изувеченный, что также подвергся нападению Сильвера. Нет, он все-таки достоин моей мести. Экипажа около сотни, капитан Леонсио погиб, судном командует его помощник тоже Серхио, как и я. Завтра приму командование и пойдем в логово Сильвера. Думаю название» смерть» очень откровенное. Пусть тоже будет» Мореной», от которой на сию минуту в живых остались только я и кок.

А пока: огромная луна, звездное небо! Небольшие волны, отражающие золотой завораживающий блеск светила ночи. Тишина! И в этой тишине залпы из двенадцати орудий почти в упор по моей доброй старушке…

Прощай, «Морена!» Здравствуй новая богиня! Двум смертям не бывать! Теперь кажется мои планы не поменяются! Пороха в пороховницах достаточно. Сильвер! Мы идем к тебе! Ты ответишь за все! А надо ли? – говорит мой внутренний голос, неужели нам мало океана, неужели только в этом чертовом золоте и пролитой за него крови счастье?

И тут что то произошло в моей голове и я загорелся идеей разгадать тайну алтаря вождя майя и поведать миру нечто такое, о чем живущие люди и не догадываются и хоть еще здесь не капитан, но уже чувствующий себя им, как и на той» Морене», ушедшей ко дну с золотом, что сгубило почти всю команду, забравшись на мостик прокричал: Курс к шхерам Рапануи!

И пусть не так быстро, как хотелось бы, но фрегат повернулся и двинулся к берегам, тайны которых манили меня. Я чувствовал, что болезнь почти прошла, мой ум светел и главное, я понял, что не хочу больше грабить и убивать.

P.s Отложив судовой журнал, я вышел на верхнюю палубу, дыша свежестью океана, пытаясь сосчитать многочисленные звезды, но перед глазами стояла та, кто направил меня к сокровищнице, девушка-загадка, без которой мне никогда не разгадать тайн под исполинами.

Из глубины вод справа по борту выпрыгнула парочка дельфинов, что резвилась при свете яркой огромной луны, которые, как и фрегат следовали к таинственному острову, в ночной тиши громко своими звуками, выражая одобрение решению капитана бесстрашных корсаров, уставших наводить страх в округе и разбираться в разборках между собой.

Без пяти минут капитан новой Морены, кучерявый испанский красавец, которому в своей жизни довелось перенести многое, не может не радоваться тому, что богиня смерти пощадила его и полностью был готов к новым испытаниям, на прекрасном острове с исполинами, куда звало его сердце и желание прикоснуться к чему-то ему непонятному, тому, что возможно принесет ему славу, которой он был одержим.

Запись 2 судового журнала: Новая» Морена» в какой то полу миле от загадочного острова. Солнце уже встало и издевательски зависло за одной из остроконечных скал, когда то облюбованных мною для бухты. Только представьте: Голубое небо, небольшая солнечная дымка и скала, подобие церковной свечи, которая полыхает лучами рассвета, указывая нам дорогу к приключениям..

Ветра совсем нет и идти приходится на веслах. Но что это? Тысяча чертей!!! Кажется нас тут ждут и хотят встретить! В расщелине между двух скал, нашим прекрасным портом, кто то из экипажа разглядел более сотни раскрашенных в красный цвет, весьма чудных остроносых деревянных лодок, которые походили издалека на величественных птиц, розового цвета, что любят стоять на одной ноге и охотиться за рыбкой. Это весьма забавное зрелище очень не понравилось Леонсио, но в конце концов, на корабле уже правит не он. Выдерживая его испепеляющий взгляд, я отдаю приказ следовать к скалам. Ну какой угрозой для вооруженного фрегата могут быть несколько бревен, с выдолбленными каменными топорами дырками для сиденья и люди, вооруженные луками на этих деревяшках? Но еще не забыв, про золото, что отправило к прародителям всех членов моего экипажа, приказываю готовить орудия по правому борту к бою и подойти в плотную к собравшимся посмотреть на наше возвращение.

Предупредительный выстрел из восьми дюймовой пушки привел в ярость местное население. В следующую же секунду в обшивку нашего фрегата вонзилось одна за другой около сотни стрел

Их не успокоил и залп из двенадцати орудий, ядра которых обратили в щепки с десяток их судёнышек и несколько их храбрых воинов, на которых не было одежды, пошли на корм рыбам. Пусть меньшее количество, но теперь огненных стрел подпалили часть обшивки и приспущенные паруса.

Но отступать никто из членов моего нового экипажа не собирался. Кто то приступил к тушению огня, а кто то заряжал орудия, чтобы быстрее покончить с назойливыми, как мухи, обитателями-воинами, решивших устроить нам засаду. Беспрерывный огонь., щепки от бревен на воде, окровавленные тела воинов острова и паника, среди желавших оступить к спасительному берегу- зрелище не для слабонервных. Но канальи, даже признав нашу грозную силу и отступая, освобожая нам проход в бухту, они продолжали пускать свои стрелы. Давно я не видел такого упорства! В каждом из этих голозадых жил великий дух, не позволявший сдаваться противнику и заставляющий бороться до конца. В тот самый момент, когда был брошен якорь и я руководил высадкой на берег, одна из их стрел, выпущенная с довольно большого расстояния, вонзилась в грудь, стоявшей на верхней палубе Леонсио. Он умер мгновенно… Мощное тело его со всего размаха рухнуло с высоту в океанскую воду и бедняга не издал не единого крика.

Солнце в зените. Полный штиль. Думается, что сейчас немногим более полудня. Сильно жарко.

Высадка на берег временно прекращена. Среди экипажа конечно же нет трусов, но этот странный остров, который известен только мне и Сильверу и которого нет на других картах, видится им не тайной, к разгадке, которой я стремлюсь, а реальной угрозой, где можно сгинуть по одному, ничем не поживившись. Нет, это не бунт, но мои корсары требуют от меня объяснений.

На камбузе пахнет жареной рыбой, а мне нечего им сказать… Солнце! Палящее солнце плавит мои мозги и я не могу найти нужных слов, чтобы успокоить команду, которая требует немедленно сняться с якоря и идти к берегам Патагонии. Набрав воздуха в себя и уже готовый сказать фразу, что им нужен новый капитан, если они мне не доверяют, краешком глаза на берегу вдруг увидел ту самую девушку, в окружении пяти лучников, что показала мне путь к золоту, что унесло жизни моей команды.

Вот оно объяснение! – сияя улыбкой воскликнул я приказал спускать шлюпку на воду! Покрикивая на матросов и одновременно умаляя их подналечь на веслах я спешил к разгадке тайны, что не давала мне покоя.

А она не так уж и страшна! Сложена так просто великолепна! Негодующе осмотрев семь моих спутников, приблизившись ко мне, больно стукнула в грудь своим кулачком и что то грозно залепетала. Не понимая не слова, но догадываясь, что это тысяча проклятий в мой адрес я и мои спутники подчинились жестам, оберегавших ее лучников, последовали за ними. Желтолицая незнакомка шла первой не переставая ругаться. Ее грозные ангелы- хранители то и дело хором повторяли то ли какое то заклятие, то ли боевой клич.

Шли мы не очень долго и вскоре оказались у подножия одного из каменных исполинов. У меня и моих спутников было ощущение, что земля сейчас разорвется под ногами и мы полетим в бездну или тот самый проход между этим и другим миром мертвых. Небольшие и большие камни сыпались на нас сверху, а из груди каменного человека слышался треск. Из его головы сыпались нам под ноги искры и валил сизый дым, как из камина. Некогда в своей жизни я не видел ничего подобного. Кроме всего прочего, тысяча чертей, стоять возле изваяния было невыносимо жарко. Кое у кого из моих спутников начинали плавятся подошвы сапог.

И только местным лучникам и желтолицей богине, длинные волосы, которой были заплетены странным образом, было все нипочём,,хоть и были они босые.

Наконец моя незнакомка что то выкрикнула и указала рукой вдаль, где виднелись какие то лачуги, давая нам понять, что здесь оставаться небезопасно.

Пройдя где то около мили мы остановились в небольшом селении, возле плетёной из растений хижины. Возле входа в нее сидела дряхлая старуха и лежал на земле совсем не старый человек, абсолютно голый и больше походивший на нас- европейцев, но только очень смуглый и с прилизанными по прядам волосами, как у остальных обитателей этого острова.

Знаками мужчина показал, что просит сесть подле него и выдержав паузу заговорил на весьма знакомом мне языке, который я где то слышал, но все равно не понимал значения.

К огромному моему счастья один из членов моей команды был голландец, который очень обрадовался встрече с голым мужчиной и согласился для меня и остальных поведать о чем идет речь.

А умирающий незнакомец говорил следующее: Он внук беглого преступника и пирата Френсиса Черного, капитана одного из фрегата большой эскадры пирата- легенды Эрика Рыжего. Не достигнув южных земель и сдавленные со всех сторон льдами корабли повернули к Огненной Земле. Но корабль деда получил сильные пробоины и не мог пойти с остальными. Медленно фрегат шел ко дну. Приказав своим подданным спасаться на шлюпках капитан стоял на верхней палубе, всматриваясь в даль и ожидая близкой смерти. К тому же начинался шторм и молить небеса о спасении было бесполезно. Но они пощадили его. Высокая волна смыла его за борт вместе с реей мачты за которую он держался. Удерживаясь на плаву он научился многому. Хватать из воды рыбу зубами и жрать ее почти не пережёвывая, искать силы в морских водорослях и многое другое. Но силы были не бесконечны. Более двух десятков дней схваток с акулами, жаркое палящее солнце и одна вода кругом. Еле живым в бессознательном состоянии его прибило к этому острову, где творились настоящие чудеса.

Его выходила одна из местных женщин, с которой потом он разделил свой кров. Потом родился мой отец, который встретил прекрасную Туи, у которых на свет появился в любви и я, ваш покорный слуга.

Некогда прекрасная девушка, покорившая сердце отца перед вами. Отца увезли с собой люди- великаны, когда мне было лет семь.

А воспитывал меня, обучил родному языку и морскому делу мой дед, что прожил сто сорок с небольшим лет.

Великаны, что вели дружбу с более низкими майя прибывали на остров ранее с непонятной периодичностью и добывали здесь из земли» камень дьявола» Это страшный камень! Это видения, адские боли в животе и быстрая смерть… Не менее опасна и» белая змея», это серебрянная кровь земли, что убивает моментально, каждого непосвященного, коснувшегося ее.

Именно» камень дьявола» и» белая змея», а не золото, пропитанное им убило экипаж Морены.

После каждого их визита, а гостили они подолгу иногда по несколько лет на острове становилось одним изваянием больше. В последний раз они проложили тоннель под землей из которого потом ярким пламенем в небо круглый шар, на котором улетели к звездам великаны.

Майи еще не раз приходили сюда на своих кораблях, продолжая строить подземные ходы и добывать» камень дьявола» – камень смерти, который они выкапывали из земли и грузили на суда, обливая себя с ног до головы каучуковой смолой.

Проход же, что они делали так долго – это лабиринт в «царство мертвых» Но во время их последнего посещения произошло страшное землятиесение. Огонь и пепел повсюду, земля уходит из под ног, а из глубины океана вырастают новые скалы… Огонь изо рта исполинов, треск внутри их каменных тел и текущая вниз к селениям» огненная жидкость»

Так было и так будет завтра!

Затем незнакомец умолял взять на корабль Киро- эту самую девушку, с которой все и началось и ее лучников. Он также говорил, что Туи не оставит его, а ему все нутро сьела болезнь от действия» камня дьявола»

Согласившись со внуком пирата я велел спросить у него, про ход к «царству мертвых» и зачем местные люди атаковали наш фрегат.

Это мятежники, что считают согласно предсказаниям майя, что однажды белые люди уничтожат здесь все. «Не бойтесь их! – сказал умирающий мужчина, – до завтрашнего восхода солнца Туи заключила с ними перемирие. На этом острове- эта женщина капитан.

Затем, уже еле выдавливая из себя последние слова он пояснил, что уже на рассвете не будет на этом острове лабиринта, ведущего в царство и никого.. Только каменные идолы и шум океана и что нам надо поспешить убраться отсюда как модно быстрее.

Туи закрыла глаза, издавшему последнее дыхание и дала нам корзину с древесным углем, объяснив, что на корабле он спасет нас от болезни» камня дьявола», если принимать его перед и после еды и помазала нам вслед рукой.

Темнеет. На небе показался Арктур. Слабый зюйд – вест, совсем небольшие волны могучего океана. Огромная луна в небе и ее свет, серебрящий бездонные воды океана.

Наш фрегат словно игрушку подкинуло вверх и тут же опустило. Это повторилось несколько раз, пока громадная волна подхватила нас и на пол мили не утащила в открытый океан. И тут же все успокоилось. Рапануи осветились ярким огнем и с его стороны потянуло запахом гари. Клубы огненной пыли спрятали остров, на котором началось что то страшное.

Глотая кусок древесного угля я думал о двух вещах сразу: Об обещании усопшему никогда и ни при каких обстоятельствах не наносить это место на своих картах и молчать об услышанном. А второе это как объяснить корсарам появление женщины на корабле, что сулит нам всем бедой.

Раннее утро следующего дня. Небо затянуто тучами, что не предвещает нам ничего хорошего. Океан кипит и вздымается. Усилившийся ветер кидает нас из стороны в сторону. По левому борту нас атакует французский корвет.

Пушки к бою! Вот она примета! Сработала! Но не могу же я дав обещание хранить ей жизнь выкинуть сейчас ее за борт. Тем более, что командовать матросами у Киро выходит лучше! Ха! Вот каналья! Как она разобралась с моим светловолосым голландцем, ухватив его за чуб пенками сопроводила к пушке. Да, видимо женщины на Рапануи действительно стоят больше самых сильных и отважных мужчин. Но наш соперник не обитатели острова на легких лодках, да и направление ветра играет злую шутку против нас. Военный корвет более маневренный и люди на нем видимо привыкшие к ближнему бою. Одно мгновение и они взяли нас на абардаж.

Но мне кажется, что наши гости не столь агрессивны и склонны к переговорам.

Мне представляют по всей военной форме их капитана Антуана Лойе, что не называет это вторжение захватом, якорь ему в глотку! Его судно перегружено и он просит забрать у них часть его груза, для чего следовать с ним строго на север. За это нам обещают щедрое вознаграждение. Как хорошо, что в моей команде есть люди, владеющие языками. Иначе как бы я понял этого военного…

Но хоть и несильный, но все же шторм. Еле удерживая судно на плаву мы идем по указанному нам маршруту. чтобы перегрузить себе часть

какого то особенного строительного камня, не дожидаясь когда ветер уймется. Я снова богат и пора с моим гостем капитаном Лойе отметить сделку. Ром рекой! Громадные волны и песни искателей счастья.

      В. океане даже грому,
       Мы нальем немного
                           рома
И плеснем царю морскому
Рому! Рому! Рому!
Брату каждому морскому
 И слепому,
       и хромому!
Для веселья- рому! Рому!
Чтоб не страшны были волны!
Чарки с крепким пойлом полны!
Чтоб морским бы волком стать,
Ром, как я умей хлестать!

Правда вижу, что наши бурные возлияния не очень нравятся Киро, в которую я кажется влюбился… Но на этом месте я вынужден прервать свою запись. Тысяча чертей, ром и писанина в судовом журнале не совместимы. Ровные строчки становятся похожими на штормовые волны и куда то, якорь им в глотку, убегают мысли. И в голове только веселье! И ничего больше! Прости, Киро! Но как когда то я слышал у себя на родине:" Corsario no sabe suerte sin un Ron fuerte» И это истинная правда!

Судовой журнал. Запись третья.

Без указаний погоды, большинства дат и направления ветра

Кто же знал, что между второй и этой записью пройдет столько лет… Но впрочем обо всем по порядку.:

Погода менялась у нас на глазах. Шторм очень быстро утихал и яркое солнце ближе к вечеру, выбралось из плена туч и стало просто обжигать своими лучами. Мы все еще отмечали сделку с французским капитаном, как в каюту, видимо вошла Киро. Лицо Лойе перекосилось в яростной злобе и он опрокинув в себя чарку с ромом бешено прокричал:

За борт это животное!

Я намекнул через переводчика, что военный капитан находиться на моем судне и здесь я решаю, кто мой друг, а кто враг. На что француз взбесился еще больше и отвесил мне пощечину. Я схватился за нож и уже был готов вонзить его в живот гостя, но его обученные люди оказались проворнее. Наставив оружие на моих матросов они связали меня подручными средствами и выволокли на палубу. Сначала очень долго они избивали меня ногами, а потом обессиленного посадили на якорную цепь. Киро они так же жестоко избили, а потом подвесили за ноги на марсе носовой мачты. Вся команда была загнана в трюм, а мужчинам Рапануи вспороли животы нашими же ножами и их тела выбросили за борт.

Мне не ведомо сколько прошло времени, но очнулся я на верхней палубе. Я был крепко связан канатами. Какие то шумные птицы кружили высоко в небе. Судя по всему судно стояло на якоре в каком полинезийском порту, так как полным ходом шла погрузка.

Первое, что бросилось мне в глаза- странный, до этого не знакомый мне флаг на моей «Морене». Я силился повернуть голову в сторону мачты, на которой была подвешена Киро, но у меня ничего не получалось. Я был слишком слаб.

Вскоре явились двое военных, которые приволокли меня по всей палубе, потом поставили на ноги и развязав веревки и взвалив на себя понесли к капитанскому мостику.

Там рядом с сияющим улыбкой Лойе стоял высокий офицер, который обратился ко мне на родном мне языке: Капитан одобряет вашу смелость и не имеет ничего против того, что вы вступились за женщину, хоть и черную. Можете спросить любого из команды и они вам ответят, что Лойе безжалостен к людям с другим цветом кожи. Ирокезы зовут его» своей смертью», беспощадным, но справедливым… Он больше не гневается на вас, но вы покушались на его жизнь и по законам нашей страны будете преданы суду. Из вашей команды никто не пострадал, но всем им придется остаться на берегу. Ваша же

обезьянка, хоть и достойна наказания, слишком хорошо разбирается в камне, чтобы умирать. И хоть мы и не знаем о чем она лопочет, но точно выявила внутренние трещины в булыжнике. Сейчас она в трюме и пойдет в Детройт с нами. Милый, вы, мой! Вас ждет тюрьма в самом прекрасном городе! Городе- призраке!

После разговора Лойе самолично похлопал меня по плечу и звпер в одной из свободных кают. Тридцать два дня путешествия по океану я тешил себя одной мыслью, что Киро жива и строил различные планы побега вместе с ней.

На берегу в Детройте, еще до начала разгрузки меня сдали на берег военным и те отвезли меня в тюрьму, набитую ирокезами. Несколько дней я ожидал суда, теряя интерес ко всему. Но каждой ночью мне снилась она… Киро!

Суд приговорил меня к пятнадцати годам и меня вскоре перевезли в другую тюрьму

Закованными в кандалы нас приводили на работы по обтесыванию и шлифовке того самого камня для строительства серого города, в котором выпал снег и постоянно висели серые облака, которые скрывали и делали невидимым этот зловещий город

В один из морозных дней во время восстания заключенных мне и моему другу ирокезу удалось бежать

В городе- призраке нам пришлось самим стать тихими невидимыми

призраками, прячась в подвалах, скрываться ото всех и от всего. На четвертый день такого существования нам удалось напасть на рабочих и при помощи их инструмента освободиться от кандалов. Сгибаясь от. холода и изнемогая от голода, держа курс подальше от города мечты Лойе где то дней через двадцать мы набрели на огромнейший водопад. Его высота и величие поразила меня. Никогда. не в жизни я не видел ничего похожего. Именно там мы и примкнули к отряду краснокожих и с той минуты стал воевать против своих братьев- европейцев, что строя рай на этой чудесной земле, не желая находить места на этой самой земле тем, кто на ней родился, только потому, что они были

не похожи на них и имели другой цвет кожи. Будучи бесжалостным в схватках я пират и убийца, отстаивал их права и не щадил их, но не моего врага.

Еще лет через пять, спасаясь бегством от мести французов и англичан, когда от многочисленного отряда оставались единицы воинов, захватив небольшое военное суденышко темной ночью мы двинулись к берегам Мексики.

И тут я увидел ее в открытых водах окена. Не смотря на флаг я узнал бы ее из тысячи фрегатов. Моя» Морена»!. Не смотря, что нас на борту захваченного нами судна было семнадцать человек, я немедленно решил, что если суждено умереть, то умрем красиво.

Сблизившись с «Мореной», я приказал залпом дать несколько выстрелов из всех орудий по правому борту и итди на абардаж. Силы были неравные. Но каждый из моих краснокожих воинов – один, стоил их десятка. Выбрасывая за борт «бледнолицых» одного за другим, остальным, что делают дить велено было перебираться на наше судно. Ребята оказались сговорчивыми, или просто очень хотели жить.

Новые воины» Морены» полностью владели ситуацией и хоть не были обучены морскому делу, справились со всем и вскоре я взял нужный курс… Тысяча чертей! Мой судовой журнал словно ждал меня, желая чтобы я вписал туда пережитое за время разлуки с судном.

Больше я не расставался с ним и всюду носил его с собой. Даже примкнув в Мексике к повстанцам, чтобы бороться с ними за свободу.

Однажды в одной из материковой баталий я подобрал раненого из лагеря неприятеля, лицо которого мне показалось знакомым. Корчась от боли бедняга узнал меня первым прошипев удивленно: Капитан?

Это был тот самый голландец, что переводил слова внука Рыжего на Рапануи.

Удивленный тем, что я на другой стороне, после того, как ему была оказана помощь, он поведал мне многое.

Каналья! Оказывается перед самым отплытием судна, когда на «Морене» Лойе поднял якорь Киро каким то образом удалось выбраться из трюма. На глазах изумленных французов она прыгнула за борт и поплыла к берегу. Французский капитан видимо спешил и не стал отдавать по поводу ее никаких приказов. Команда на берегу особо не выразила радости по поводу ее спасения, считая чернокожую красавицу, причиной всех бед.

Судьба каждого из членов сложилась по разному, большинство ушло матросами на английском торговом судне. Большая часть готовила план захвата какого нибудь судна, чтобы достичь Огненной земли и стать частью банды Сильвера, а некоторые, как он стали служащеми английского военного флота, чьи корабли атаковали порт и стали на материке хозяевами новой жизни. О судьбе Киро ему ничего не известно, знает только что из порта она ушла с двумя полинезийцами.

Встреча с голландцем перевернула мою жизнь, я понял, что не хочу убивать, не хочу грабить, не хочу быть не за белых, не за краснолицых, тысяча чертей мне наплевать, что делят между собой европейцы, рванувшие сюда в Новый свет за счастьем. Я хотел этого счастья, но с Киро и только с ней и отдал бы сейчас все, чтобы она оказалась рядом…

Утром следующего дня раненый голландец позвал меня и сказал, что в Полинезии англичане нашли особый камень, что на Рапануи зовут» белой змеей» Оказывается у этого камня уникальные свойства и на этом можно хорошо заработать и что он передал письмо через английских моряков, что следовали в Европу письмо одному влиятельному знакомому в Голландию. Ответа правда придется ждать не меньше года, но если у него все получится, то я в доле и вскоре стану лоцманом целой эскадры к берегам Рапануи.

И я решил, что искать Киро на материке- это все равно, что искать иголку в стоге сена, тем более голландец не помнил названия того места, в котором видел ее в последний

раз. Я решил закрыть глаза на настоящую человеческую резню, что творилась повсюду в

Новом свете и посвятить себя великим научным открытиям, к которым готовил меня голландец, который, как и я завязал с войной. Выходя в океан с немногочисленной командой на» Морене» я занимался рыбным промыслом, продавая улов людям любого цвета кожи и изредка посещая уютный домик своего компаньона я ждал своего часа.

Ждать пришлось долго. Очень долго!!!

1 Марта 1722 года от рождества Христова. Китобой Серхио Рамос, ваш покорный слуга причалил к берегу и немедленно был извещен своим другом Яном, что корабли капитана и путешественника Якоба Роггевена в порту и ждут своего лоцмана.

Со слезами на глазах я поднимался на красивейшее судно с белоснежными парусами, держа в руках судовой журнал» Морены». Я чувствовал себя причастным к чему то величайшему, но совесть моя сопротивлялась и внутренний голос твердил: Ты обещал, что не будешь наносить Рапануи не на какие карты!

Но я двинул со всего размаха себе в грудь, как бы убивая то, что хотело меня удержать от этого шага и подав руку капитана шагнул к штурвалу.

5 апреля 1722. Земля!!! До боли знакомый пейзаж Рапануи! Первым на удивительную землю сходить Роггевен.

Те же каменные истуканы! Те же скалы! Вот только растительности очень мало и живущие ныне здесь племена совсем не похожи на тех, что жили здесь ранее. Скорее это какие то полинезийцы… Фу! В одном из их котлов варится человеческая голова!!! Они каннибалы! Краешком глаза возле одного из каменных извояний я замечаю нескольких лучников. Среди них… Глазам своим не верю!!! Киро!!! Тысяча чертей! Любовь моя! Я нашел тебя и иду к тебе!

Одна из стрел пролетела у меня над головой. Киро подняла руку и мужчины- лучники опустили свое оружие

Каннибалы вооружившись кто чем, мирно занимавшиеся приготовлением пищи, ринулись в атаку на нежданных белых пришельцев. Но несколько выстрелов из ружей обратили их в бегство и только вождь вытянувшись во весь рост, опираясь на копье, замер созерцая происходящее и дожидаясь непрошенных гостей. К этому времени я был уже почти возле Киро, показывая знаками,: Узнаешь ли ты меня!. Лицо Киро было сурово и к моему удивлению она заговорила со мной по- испански: Это опять, ты, корсар! Никак не угомонишься! Что тебе снова здесь нужно!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.