Осколки мёртвого мира
Олеся Зарксова

© Олеся Зарксова, 2023

ISBN 978-5-4493-2325-5

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава 1. Всё начинается с Петли

Сатура

Огненный лепесток плавно опускается на страницу. Остановившись и оглядев серую пустынную улицу, я поднимаю взгляд на собравшиеся облака. Совсем недавно их не было: свет рассеянно скользил по сиреневым травинкам и улочкам, стояла мёртвая тишина, разгоняемая эхом наших шагов. Сейчас же вдалеке слышится гром.

– Что это, господин? – тихо спрашивает Нори.

Светлая и тёмная макушки одновременно наклоняются к книге с разных сторон, разглядывая нечто, сорвавшееся со стремительно темнеющего неба.

– Это магия или природное явление? Не могу определить, хозяин, – беспомощно подытоживает Цуми, отстраняясь и заглядывая мне в глаза.

Я вздыхаю, смотря на испорченную страницу. Не особо-то её и жаль. Я нашёл книгу, когда разбирал обвалившуюся лестницу в занятом мною здесь доме. И читаю её в свободное время, прогуливаясь по городу. В пункте сбора магов или дома оставаться выше моих сил. Сожалею я о том, что сегодня это было не лучшей идеей.

Порыв тёплого ветра сдувает пепел и проносит мимо нас несколько горящих лепестков, взъерошивает волосы и забирается под одежду. Поднятые пыль и песок кружат над развалинами.

– Я чую демона.

– А я ангела!

Парочка хвостокрылых с ожиданием устремляют лица вверх. Прикрыв половину лица книгой, я с пренебрежением их рассматриваю.

Все представители их расы низкого роста и у каждого из нижней части спины растут маленькие крылья и хвост, так же они имеют не сильные, но необычные магические способности.

У Нори светло-зелёные волосы и такие же глаза. Ушки, крылышки и хвостик покрывают белые пёрышки. Из одежды светло-зелёная туника и сандалии. Выглядит он безобидно. Цуми его противоположность: темноволосая и темноглазая, выглядит хищницей и характер дерзкий. Ушки закрывают чёрные наросты, длинный хвост и крылья наполовину выглядывают из-под куртки, а ладошки с длинными когтями из рукавов.

Сложно поверить, что они брат и сестра. И напротив, легко представить, как эта раса умудрилась подвергнуться почти полному уничтожению и проиграть в войне за сбор божественных часов. Все поселения были разрушены, словно их посчитали слишком слабыми для дальнейших сражений, а то и вовсе помехой. Самих хвостокрылых не перебили только потому, что эльфы впустили их в свои леса и даже выделили часть земель для спокойного существования. Многие расы пытались выжить, объединившись, но немногим такая тактика помогла.

– Вы, как хотите, а я пойду отсюда…

Обогнув парочку, я шагаю вверх по украшенной трещинами дороге. Под серыми облаками она ещё более уныла, чем обычно, когда на развалины проливается солнечный свет, а небо играет различными красками.

Ахэйр не такой уж старый город, как выглядит. Просто десять лет назад он полыхал в холодном пламени скверны и после этого в нём даже дышать было тяжело. Лишь два года спустя скверна рассеялась и в него начали стекаться бездомные маги. Помимо печального факта из истории, над ним часто пролетают ангелы и демоны. Из-за их противостояния не осталось ни одного целого здания. Тем не менее, мы, маги, продолжаем здесь жить. Больше нам негде искать пристанище. Мы понимаем свою ущербность, по сравнению с другими расами, однако не боимся, а скорее недолюбливаем их.

Да уж, в столь печальном и тоскливом городе, где только заблудшие души, мне самое место… Здесь я всегда помню о совершённых грехах.

Большинство магов приходит сюда случайно, берёт задание и больше не возвращается. Никто не засиживается на месте и не желает иметь привязанностей. Редко они собираются в «Дырявом листе», но отнюдь не дружественной компанией. А вместе с ними и оборотни, которые, судя по всему, просто следят за нами. По мне, так они и задания придумывают, чтобы просто занять нас чем-то полезным.

– Снова убегаешь, господин?

– Давай хотя бы посмотрим, хозяин!

Два голоса вместе с нарастающим громом призывают обернуться. Надоедливые создания. Я оборачиваюсь и замираю. Рядом со щекой проносится вспыхнувший уголёк и с громким стуком падает за спиной. Сердце пропускает удар и взволнованно бьётся, разбуженная кровь шумит в ушах, дыхание срывается на хриплое, серая улица плывёт перед глазами.

Этот трепет в груди… Ожидание боли, отчаяния и близости смерти… Мерещащийся аромат крови и зловоние скверны…

Чувствуя, что задыхаюсь, дрожащей рукой цепляюсь за ворот рубашки и опускаюсь на колени. Фамильяры подбегают ко мне и что-то кричат. Я не слышу. Память уносит меня на десять лет назад, где я и познал впервые эти чувства. В те дни, когда я наслаждался, дышал, жил ими и заставлял других разделять их со мной.

Вот… почему я не хотел…

– Н-нори, Цуми…

Едва произнеся имена, я запираю фамильяров в сосуды. И всё равно они продолжают шептать в темноте сознания, связанные со мной контрактом и жизнью. Небо сотрясают столкнувшиеся взрывы. Огненные лепестки и град из пылающих углей, сплетаясь друг с другом, летят на порушенные здания, поджигают траву, стучат по камням и покрывают их гарью. Собравшись, я медленно поднимаюсь и бреду прочь.

Подобные явления происходят настолько часто, что уже несложно понять, чьих это рук дело. Огненный ангел Шаки и огненный демон Шэрид. Они одна из самых частых парочек, любящих повоевать над населёнными местами. Вернее, ангелы чаще провоцируют демонов и заманивают их к городам, чтобы ослабить. Они единственная раса, которая не понимает нашей ущербности перед остальными и того, что в отличии от хвостокрылых, магов защищать никто не станет.

Шаки и Шэрид… Значит, и он тоже здесь…

Желание спрятаться и порыв отыскать друга, скорее всего тоже прилетевшего в Ахэйр, противоречат друг другу недолго. Отмахиваясь от горящих лепестков чёрными полами мантии, я пытаюсь понять, в какую часть города меня занесло и как в этой суматохе найти другие, белые лепестки.

Я ненавижу войну. Уже сто лет все расы, кроме магов, неустанно воюют за право обладать осколками божественных часов. Что касается нас, по решению Совета мы не имеем право на участие в войне. Вот только тем, кто её начал – ангелам, всё равно. Они нападают на всех под ряд, разрушают города и поселения, даже те в которых никто не живёт. За сто лет они уничтожили несколько рас, по слухам, над некоторыми издевались с особой жестокостью. Сейчас они ведут себя более-менее спокойно, всего лишь поддерживая пламя войны. Словно боятся переусердствовать. Если бы не нашлись те, кто осмелился им противостоять, всё было бы уничтожено. И демоны одна из таких рас.

Но хоть у них, как и у ангелов, есть крылья, что помогает сражаться в воздухе, хрупкие тела демонов состоят из лепестков и костей, а магия, которой они научились, природная. Против скверны ангелов её недостаточно. Не счесть сколько демонов было разорвано на лепестки, а вот ангела не удалось убить ни одного. И поэтому все демоны ходят парами.

Если сейчас сражается Шэрид, то его партнёр и мой друг, Шидо, должен быть близко. Благо ангелы настолько сильны, что сеют разрушения по одиночке.

Гарь смешивается с пылью и затрудняет дыхание, а в полумраке все развалины похожи. Прикрыв лицо рукавом, стараясь разглядеть что-то вокруг, я внезапно слышу знакомый голос. Правда, поздно. Что-то врезается в спину и опрокидывает меня на каменную дорожку. Я не успеваю испугаться, что в меня попадает градом, как ощущаю ледяное прикосновение и слышу противное «мяу-у».

– Сатура!

Крик Миори становится ближе. Обречённо выдохнув и подняв голову, я хмуро смотрю на подбегающую ко мне девушку. Она опускается передо мной на колени и протягивает раскрытую ладонь, не обращая внимание на длинные голубые пряди, ложащиеся на землю.

– П-прости, Сатура! Каю меня никогда не слушается! Давай руку.

Всё прямо как два года назад… когда я впервые встретил её.

Если вспомнить, именно из-за неё я и остался жить в Ахэйре. Восемь лет скитаний и сожалений подошли к концу, когда она сказала, что я могу остаться. Затеряться, среди таких же изгоев, как я сам. Перестать быть кем-то, не помогать, не защищать, не воевать, не забирать, не терять, не чувствовать. Стать очередным призраком серого города. Для меня тогда эта была завидная участь. Однако к самой девушке симпатии я не испытываю, напротив.

– Просто убери её от меня.

Когда какое-нибудь существо умирает, маг может использовать на нём ритуал воскрешения. Тогда к душе существа прирастает дух и оно становится фамильяром – оружием магов. Они имеют две формы: активную, то есть облик до смерти, и пассивную – предмет, на котором крепится контракт. У меня это две книги, а у Миори браслет. И сейчас девушка безуспешно приказывает Каю спрятаться в сосуд, а я уже не чувствую спины от холода, испускаемого ледяной кошкой.

– Цуми…

Едва произношу имя хвостокрылой, которая с удовольствием разобралась бы с помехой, как кошка взвизгивает и сама прячется в браслет. Я перекатываюсь в сторону, ощутив жар. Шквал углей обрушивается сверху. Подскочив и поймав девушку за руку, я бегу подальше от вспышек пламени, окрашивающих облака и улицы в рыжий цвет. В памяти всплывают силуэты горящих домов, слышится эхо криков и взрывов, чувствуется кисловатый аромат, кружащий голову.

– С-сатура! – девушка вырывает меня из плена прошлого, призывая взглянуть на себя, и на бегу говорит: – Прости, что так не вовремя… Я искала тебя, чтобы… чтобы позвать с собой на задание. Слышала, ты уже давно по улицам от безделья шастаешь… В Ахэйр ведь редко приносят… Так что я хотела пойти в Ледяной город…

– Только не говори, что снова хочешь попробовать задание, связанное с духами!

Я раздражённо смотрю на девушку и она отводит глаза цвета дневного неба.

Миори, помнится, всего шестнадцать. Невысокая, бледная, холодная и весьма эмоциональная для ледяного мага. Она какое-то странное живое исключение, пытающееся быть со всеми дружелюбным. Обычно между нами и оборотнями пролегает тень недоверия. Оборотни с магами не ладят. Маги вообще ни с кем не ладят. Но Миори не страшится взять инициативу на себя, даже если в ответ ничего не получит. Она часто разнимает драки между магами и оборотнями, из-за чего её по большей части и недолюбливают. Так и вышло, что я единственный, кто проводит с ней время. У неё есть глупая цель – справиться с заданием, на котором можно столкнуться с духами. Обычно маги такие игнорируют из-за сложности их выполнения, но не она.

Миори останавливается тяжело дыша. Я оглядываюсь. Сражение заканчивается или отдаляется. Чернота медленно рассеивается, облака сереют, тишина занимает положенное ей место.

Ахэйр, если подумать, самый заброшенный из всех городов магов. Только данное обстоятельство не мешает ангелам частенько перебирать здесь пыль пожарами, ураганами, землетрясениями, штормами и прочими магическими явлениями.

Наверное, здесь и правда какая-то особая аура…

Отдышавшись и глубоко вдохнув, я смотрю на девушку. Успокоившись, она приглаживает растрёпанные пряди.

– Пошли, провожу тебя до «Дырявого листа».

Хотел бы я расстаться с ней прямо сейчас и отправиться на поиски демона, да только сожаления потом не дадут покоя. Ненавижу в себе эту черту.

– А задание? – забыв про усталость, Миори обжигает меня внимательным взглядом. – Ты не хочешь, потому что оно связано с духами? Так слухи правдивы и ты берёшь только те задания, которые имеют отношение к осколкам? Это ведь задания для других рас, нам нельзя их выполнять!

Закатив глаза, с иронией смотрю на девушку.

– Ой, и что мне за это будет? Можно подумать, у Совета есть время на никчёмного мага, который, по их мнению, просто сдохнет, взяв такое задание. К тому же задания с духами тоже не для магов.

Я всегда беру несложные задания. Сам не знаю, почему маги обсуждают меня и считают нарушителем закона. С тех пор как пришёл в Ахэйр, меня одолели скука и безразличие, я едва нахожу силы что-то делать. Единственное, чем я выделяюсь среди магов, это одиночество, вот только его недостаточно, чтобы заработать славу безумца, воюющего против ангелов и остальных рас. Хотя когда-то именно это я и намеревался сделать…

Потянув девушку вперёд, где предположительно располагается пункт сбора и самое оживлённое место, спешу пояснить:

– У меня есть одно дело. Как закончу с ним, можно и сходить на задание, раз так хочешь. Надеюсь, награда за него стоящая.

В ответ Миори протягивает мне листовку, и я без особого интереса вникаю в суть, после чего отдаю обратно. Мы в молчании добираемся до «Дырявого листа». Всё, кто в нём был во время вторжения ангела и демона, сейчас стоят на улице и пялятся в облака, что-то обсуждая – оборотни между собой, маги между собой. Некоторые пытаются рассеять дым и убрать остатки сражения. Подняв руку на прощанье, пока никто из них меня не заметил, я направляюсь в сторону разрушенной площади, где нередко встречаюсь с Шидо.

– Я буду ждать тебя, Сатура! – кричит мне вслед Миори.

Я полностью сосредотачиваюсь на поиске белых лепестков или хотя бы сладкого аромата. Однако ветер лишь гоняет дым и пыль, одни развалившиеся дома сменяют другие, а признаков присутствия демона не ощущается. Приближаясь к площади, я чувствую нарастающее беспокойство. И оно оправдывается в полной мере, когда среди растрескавшихся плит и углей я вижу белое пятно.

– Шидо!

Большие и неудобные крылья шевелятся, роняя обгоревшие лепестки. Подобрав один, чувствую влагу на пальцах. Кровь. Она пахнет как цветочный сок, и от этого лишь сильнее чувствуется горечь.

Они словно неживые, но чувствуют ту же боль, что и мы…

Я помогаю демону развернуться и сесть. Он весь в неуклюжих повязках, и из-под них выскальзывают влажные лепестки. Руки, лоб, шея и даже спина. Тихоня-демон, с волосами цвета малины, всё время ранит себя, защищая попавших под обстрел животных или тех, кого ранят ангелы.

– Шидо… ты как?

– С-сатура… могу я попросить тебя… в знак старой дружбы?

Парень весь дрожит, терпя боль. Ему не так уж сильно досталось, всего лишь крылья опалены, и всё же ему больно из-за других ран. Я молчу, не зная, что ответить. Это должно быть страшно, когда твоя плоть распадается на куски. Я даже не знаю, умеют ли они залечивать свои раны или повреждения остаются навсегда. Но его слова причиняют мне не меньшую боль. Каждый раз слыша о войне за осколки, я чувствую невидимые пальцы на своей шее.

– К-конечно… – с трудом произношу.

Словно кто-то и правда душит меня, хоть и не понимаю с какой целью.

– Феи… на их землях мы с Шэридом нашли Петлю, но Шаки помешал нам. Пока мы отвлекаем его, забери осколок. Мне жаль просить тебя, но до Цветочного холма мы не успеем… Поблизости нет никого, кто мог бы…

Так Шидо намеренно привёл Шаки сюда, чтобы встретиться со мной?

Всего на мгновенье меня охватывает злость. Я бы выплеснул её на кого-то из Совета, но на тихоню-демона не смею. Вместо этого сглатываю и заталкиваю обратно поднимающуюся из глубин души темноту.

– Где… где именно?

– Радужные поля, город Струн… Прости, Сатура. Ваш город снова…

– Ничего страшного, и так развалины, – быстро отвечаю, прикусывая губу и напряжённо думая. – Значит, феи. Они вроде бы уже проиграли ангелам и потому не собирают осколки, верно? Они не пустят меня на свои земли. Они даже не захотели ни с кем объединяться…

– Мы не сможем долго отвлекать ангела, Сатура… Мне правда жаль… но они… они снова всё разрушат…

Чёрно-малиновые глаза демона с мольбой всматриваются в мои, отвратительно тёмные и фиолетовые, цвета скверны.

– А как же ты?

– Я ударился крылом при падении. Скоро оправлюсь, – парень позволяет себе неуверенную улыбку. – Если не хочешь оставить осколок себе, отдай его Кураю. Он часто охотится у вас.

Чего? Лидер оборотней охотится у нас?..

– Разве вам самим осколок не нужен?

Демон мотает головой и садится самостоятельно, рассматривая повреждённое крыло.

– Осколки нужны, чтобы защититься… Либо ангелы соберут их и получат ещё больше силы, либо мы… Иди, я волнуюсь за Шэрида…

Я помогаю демону встать, хотя он с трудом держится на ногах. Мне жаль смотреть на него. Шидо – добрая часть меня, что я пытаюсь подавить в себе.

– Обещаю, осколок будет нашим.

Шидо улыбается на прощанье и медленными шажками пересекает площадь. Я же остаюсь на месте, тоскливо разглядывая лепестки и остывающие угли.

– Петля…

Прошептав слово, имеющее огромное значение, я зарываюсь пальцами в волосы.

Без хозяина осколок разрушает местность в округе и оставляет чёрные провалы в земле, а при нём даёт силу, да только в обмен разрушает тело и отнимает время. Чего и стоило ожидать от оружия бога, явно непредназначенного слабым существам. Многие пытаются отыскать осколок, но умирают от его силы или же от когтей ангелов. Последние, как никто иной, желают часы бога и ради них не страшатся пойти против всего мира. Ими движет самое сильное желание. А чем оно сильнее, тем больше силы осколок даёт обладателю. Именно поэтому чаще всего осколки принимают сильных хозяев, таких как члены Совета, то есть правители рас, и тех, кто часто сражается с ангелами.

– Что я творю?.. Зачем?..

Один раз я уже был втянут в Петлю. Она в один миг уничтожила всё, что было мне дорого: мой город, мой дом, моих родителей…

«Господин в смятении», – осторожно шепчет голосок в голове.

«Разве это не обычное его состояние?» – злорадно смеётся второй.

Странно, что импульсивная Цуми обычно отвечает второй. Наверное, потому что они брат и сестра. Чтобы не путать их во время боя, я прошу обращаться ко мне по-разному. Вот только болтают они почти всё время.

– Просто, чтобы уточнить. Вы ведь хвостокрылые? Ваш осколок и право участвовать в войне украли, и вы перешли под защиту эльфов как одна из слабейших рас.

«Мы более не хвостокрылые. Став фамильярами, по твоей милости, господин, мы стали наполовину духами».

– И как же вы связаны с духами?

«Когда наше тело обращается в предмет, дух попадает к древу. Если ты умрёшь, а сосуд разрушится, мы застрянем здесь и постепенно исчезнем. Многие из нас остаются здесь, не в силе что-либо сделать. Вот почему мы защищаем господина, а не потому, что хотим».

Я ощущаю к себе волну ненависти. Довольно неприятное чувство. Словно тебя обволакивает холод, ожидая момента, когда ты потеряешь бдительность. Ощущение длится всего мгновение и, скорее всего, исходит от Цуми.

«Мы – фамильяры, стали маленькой расой, о которой маги ничего не знают. И мы не рассказываем о своих секретах. Просто ты можешь нам помочь. Тебе стоит забрать осколок. Ты хочешь забрать его…»

Раньше я не стремился разговаривать с фамильярами. Не хотел привязываться. Они всего лишь оружие, что может сломаться, если не сегодня, то завтра. Поэтому не ожидаю, что они начнут уговаривать и искушать меня. Хотя на меня их речи не очень-то и влияют.

– И чем я особенный?.. Полно магов, любящих вас больше, чем я, – говорю и понимаю, что это не так. Большинство магов лишь использует фамильяров как бездушное оружие. Я знаю лишь одно исключение. – Миори, она помогла бы с удовольствием. А я вечно сожалею обо всём, боюсь поступить неправильно, подавляю всё хорошее в себе, моя магия ужасна, у меня даже нет желания…

Слышится протяжный вздох Цуми. Я почти не ощущаю её в такой форме, только слышу и редко чувствую эмоции. Похоже, она и правда где-то не в нашем мире. И она понимает мои чувства лучше, чем я сам или её брат.

«Сейчас ты единственный маг, способный увидеть древо, хозяин».

Поднеся руку к груди, я усмехаюсь.

Так вот в чём дело… Проклятье. Я уже столько раз возненавидел это…

– Хотите, чтобы я участвовал в войне за часы? Да что со всеми вами! Полагаться на оружие, чтобы изменить мир? А не из-за этих ли часов произошло падение звёзд сто лет назад? Не из-за них ли сейчас все страдают? Ничему вас жизнь не научила! Да вы хоть знаете, на что способен самый крошечный осколок?! А что значит обладание одним из них? Хотите свалить эту ношу на того, кто вас…

Резко замолчав, прикусываю губу.

Да что я в самом деле? Не знаю, какие знания они получают от древа, своими глазами они видели только то, что видел я после встречи с ними. Да и всё равно уже обещал… Но до земель фей довольно долго идти, примерно четыре дня. Я должен попасть туда немедля, если хочу помочь Шидо оправдать свою жертву и предотвратить очередную победу ангелов.

Использовать… тебя… спустя десять лет…

Сжав пальцы на осколке, висящем на шее, я сам не могу понять, почему столько лет храню его. Он и подаренная мне от Совета мантия – единственное, что осталось от тех дней, когда я был самим собой. И именно поэтому мне следовало разорвать эту связь ещё тогда, когда первые собиратели, одним из которых я стал то ли по счастливой случайности, то ли по невезучести, пошли каждый своей дорогой. Все они стали правителями своих рас, повели слабых вперёд, дали им надежду и будущее. А я просто никчёмный маг, у которого ничего нет. Всё, что у меня было, отняли божественные часы, поэтому мне не оставалось иного, кроме как встать на путь разрушения. Нужно же было что-то делать с той силой, что мне дал осколок. И с теми чувствами, что до сих пор как гнойная рана.

Так глупо цепляться за прошлое… но всё равно я…

«Иди, господин».

«Доверься нам, хозяин».

Осколок вспыхивает, затмевая всё вокруг золотым сиянием. Мысленно зашипев на себя, подношу руки к лицу. Даже когда свет истощается, а я открываю глаза, они болят от многообразия красок. В нос забивается пыльца и запахи цветов. Резкая смена местности не лучшим образом влияет на моё состояние. Я разминаю пальцами занывшие виски и чувствую ком в горле.

Поверить не могу, он перемотал моё время сам по себе… Неужели я и правда так хотел вернуться? Вернуться к тем дням… а не бежать… от чего же? Почему? Мне вовсе не завидно и не печально, что я сейчас не с Советом, я просто… не знаю, что теперь делать…

Немного свыкнувшись, я рассматриваю порушенные колонны и потрескавшиеся каменные дорожки из светлого камня, похожего на золотисто-коричневый песок, что переливается голубым. Деревья и кусты шелестят лиловыми листочками, из-под камней выбивается на свет высохшая розовая трава. Небо над городом жёлто-зелёное. Это даже хуже, чем Ахэйр. Хотя оно не должно быть таким разрушенным.

«Хозяин! Враг!»

Отпрыгнув в сторону, я прячусь за постепенно рассыпающейся колонной и осторожно выглядываю из укрытия. Над местом, где я стоял, замирает фея. Ну, полагаю, что фея. О них мне доводилось только слышать.

Существо с тёмно-зелёными волосами обмотано чёрной тканью и во всём его облике ярко сверкают лишь жёлтые глаза. Чёрно-жёлтые. За спиной крылья огромной бабочки. И точно по такому же, только маленькому крылышку на лбу. Руки от локтей чёрные и переходят в острые когти. Жуть.

Подумать, что теперь делать, мешает звон, принимающий форму слов:

«Я предупреждала тебя, маг. Ты не послушал меня и не покинул наши земли, более того, осквернил их и причинил вред мирным жителям. Ты не уйдёшь отсюда живым».

Фея поднимает руку, и пыльца с крыльев формируется в сферу.

Телепатическая связь, как у фамильяра? Я думал, феи и духи только живут вместе, а оказываются, ещё и умеют общаться. Хотя, постойте-ка… Никому я не вредил и никакого предупреждения не слышал!

Увернувшись от сферы, я внимательно наблюдаю за падением колонны. Тёмно-зелёный туман расползается и капает на камни. Перебежав за другое укрытие, я отцепляю с пояса книгу Преступлений. Иногда приходится записывать заклинания на поле боя, поэтому я делаю это заранее, а потом называю короткие команды. Но их ещё нужно вспомнить.

«Может, поговоришь с ней, господин?»

– Поговорить? Нет. Бесполезно. Феи не различают магов в лицо. Наверное.

«Ты нарушишь нейтралитет ваших отношений», – берётся поучать меня помощник.

– На войне кто-то всегда… умирает. Цуми. Кинжал!

На книге появляется два кинжала, и я слышу усмешку Цуми над ухом.

«Выпусти меня, хозяин, и я убью твоего врага…»

Невидимые руки обнимают за шею и маленькие клыки прикусывают ухо. Схватив оба кинжала, я выскакиваю на площадь и бросаю их в фею. От одного она отклоняется, второй вонзается в руку. Враг не издаёт ни звука, словно неживой.

– Цуми…

«Хозяин, убей, не бойся!»

Вместо того, чтобы послушаться, я мешкаю. Фея пытается вынуть кинжал из кровоточащей раны. И от того, что она не может закричать, меня пронизывает страх. Её лицо не выражает ни единой эмоции. И у неё нет голоса, чтобы выразить боль. Она живое существо и должна её чувствовать, но создаётся впечатление, что нет. Лезвие разбрызгивает капли, выскальзывая из руки. Фея поднимает голову и молча смотрит на меня. Тошнота подступает к горлу.

Я поступаю неправильно?.. Буду ли сожалеть об этом? Зачем я…

Взглянув на дрожащие ладони, не могу пошевелиться. Кажется, словно по ним расползается и прожигает кожу алая жидкость, ища путь к душе, чтобы вызвать в ней чувство вины. Фея ничего плохого мне не сделала. Нет. Раньше меня не останавливала чья-то невиновность. Я просто чудовище. Такое же, как ангелы.

«Господин!»

«Хозяин!»

Зажмурившись, я мечусь между выбором. Закон или Преступление. Фамильяр, которого я использую чаще, становится сильнее и, следовательно, может сильнее влиять на мои поступки. Поэтому маги предпочитают не иметь больше одного помощника. Мне же пришлось взять обоих.

– Нори!

Я выкрикиваю имя фамильяра, но все команды вылетают из головы.

Не хочу возвращаться к прошлому!

«Всё хорошо, господин».

Я неуверенно поднимаю голову. Фею обнимает свет и извинительно вылечивает рану. Воспользовавшись её заминкой, я юркаю в сторону и со всех ног бегу прочь, надрывая лёгкие и сердце, лишь бы заглушить другую боль. Ту, что разъедает душу, очень похожую на скверну. Не думал, что за два года, проведённых в Ахэйре, стал таким жалким.

«Господин, сосредоточься».

Нори направляет меня, прочищая мысли. Не могу выразить своей благодарности за это, потому молча прислушиваюсь и облегчённо выдыхаю. Где-то здесь находится маг, разозливший фей, наверное, у Петли. Пройти мимо неё невозможно. Она сама втягивает всё живое поблизости, изменяет, искажает и уродует. Сложно сказать, что хуже – Петля или место сосредоточения скверны. Я блуждал и там, и там, но всё равно не могу дать ответ.

Цуми не произносит ни слова. Я расстёгиваю верхние пуговицы рубашки. Такое чувство, словно хвостокрылая пыталась мной завладеть. Фамильяры часто так делают, но от своей ребятни я подобной наглости не ждал. Поднявшись по ступенькам, сквозь которые прорывается розовая трава, чувствую странный запах. И, побежав мимо заросших в цветах строений, отливающих голубизной и золотом, чуть не спотыкаюсь о раздробленные камни и мусор. Я пробегаю ступеньки, крошащиеся под сапогами, и едва не срываюсь в пропасть. Передо мной раскидывается пустота до самого горизонта, заполняемая песком. Растерянно замерев, я опускаюсь на колени.

Такова сила Петли. Время в ней замыкается и пожирает мир. Старое делает новым, а новое разрушает. Живое делает мёртвым, а мёртвое частично живым. Но итог всегда одинаковый – пустота.

Что-то неприятно обрывается внутри.

Я всё-таки не справился. Моё обещание…

– Нори… Цуми…

Я призываю хвостокрылых, молча смотря в их глаза и чего-то ожидая. Не знаю, что они видят на моём лице. Виновато переглянувшись, они строят готовые расплакаться мордашки перед тем, как заговорить.

– Только что появился новый маг, обладающий осколком… и у него неизвестный древу фамильяр.

Глава 2. Одна кровь, разные пути

Тиа

Маги слабые и глупые. Имея силу, сражаются друг с другом и разрушают мир. Имея потенциал, не развивают его и тратят понапрасну. Маги создают границы своих возможностей и презирают тех, кто до них не дотягивается. Так они пытаются доказать силу. Если появляется кто-то, преодолевающий их предел, его начинают ненавидеть и пытаются контролировать. Есть ли у слабости предел? У магии предела нет. Но ни на что не способные маги пытаются подчинить и ограничить её для себя.

– Я не такой, как они…

Взобравшись по лестнице, ведущей к полю, прищуриваюсь. Ветер приглаживает сиреневую траву в направлении города, словно хочет вернуть меня назад. Порыв проходит, и я спокойно ступаю на траву. Но свалившаяся на плечо мохнатая тварь принуждает остановиться.

«Проклятый маг! Как ты посмел бросить меня в пропасти?! Там было так темно и страшно, мне начало казаться, что я снова оказался во тьме. Вспыхнул свет, я услышал голоса и подумал, что умер!»

– И что дальше?

«Потом меня засыпало песком и мысль о смерти не казалась такой уж навязчивой. Я выбрался. Ветер закружил меня, я потерялся и увидел тебя на холме. Вот! Всё из-за тебя, никчёмный маг! Я твоя сила и опора, а ты меня… ты меня…»

– Закончил?

Пока мышь пищит и гневно топчется на плече, медленно наступает окончание дня и загораются первые звёзды. Я недовольно смотрю на помощника. Хочется взять и выбросить его, только это бессмысленно: крылатое создание развопится ещё сильнее, когда догонит.

«Ты только посмотри, что ты сделал с городом!»

Оглянувшись, с безразличием смотрю на проделанную дыру в земле. Её величина составляет примерно половину самого города, хотя, где он начинается и где заканчивается понять непросто. Из-за Петли он выглядит так, словно заброшен более ста лет, на самом деле же ему столько не довелось просуществовать. Просто время в Петле сплелось в рваную паутину. Прорехи в ней уже не заделать, как и пятно, резко контрастирующее с разноцветными полями и садами за ним.

Такова сила… бога?

Вынув цепочку с маленькой золотой стрелкой, я смотрю на неё в свете почти скрывшегося солнца. Оно словно желает сжечь весь этот бессмысленный мир. Но часть артефакта не представляет из себя что-то необычное, от неё лишь исходит сила, заставляющая подрагивать пальцы.

– Тебя тоже осквернила чужая слабость. Скоро я подарю тебе свободу.

«С кем ты разговариваешь?»

Проигнорировав фамильяра, я вешаю осколок на шею, чтобы применить при удобном случае. Он скрывается за чёрным воротником плаща, опущенном до плеч.

«Эй… может выпустишь меня? Я сегодня проделал хорошую работу и достал для тебя кусочек божественного артефакта. Разве я не помог тебе? Может, в благодарность ты угостишь меня своей кровью, а, маг?»

Не выдержав болтовни и сжав хрупкое тельце, я вытягиваю руку. И, понаблюдав за судорогами никчёмного существа, произношу:

– Акае. Вернись.

Разжав пальцы и уронив потрёпанную летучую мышь, перешагиваю через неё и направляюсь прочь с земли фей. Здесь делать больше нечего, и что с ними станет, меня не касается. С другой стороны дыры их столица, с другой – земли магов. Ни в одно из мест идти не хочется, но выбора нет.

– Чтобы тебе худший кошмар приснился, маг!

Превратившийся в вампира фамильяр злобно топает вслед за мной. На секунду обернувшись, бросаю на него предупреждающий взгляд. Передёрнувшись, он умолкает, приглаживает чёрные волосы и прячет красные глаза. Они раздражают сильнее всего.

Цвет глаз у нас одинаковый и на его фоне я кажусь таким же кровопийцей. Может, оно и к лучшему, что меня не принимают за мага. Не очень-то хочется иметь нечто общее с никчёмными слабаками, только и умеющими измерять свою силу. Лучше быть монстром. Только не пьющим кровь, а скорее, наоборот…

– Эмм, Тиа?..

Акае испуганно пятится, старательно натягивая улыбку. Поняв, что переборщил, отворачиваюсь. Во мне тлеет ненависть и презрение, но я не должен позволять другим видеть свои чувства. Нахмурившись, просто шагаю дальше, сминая никем не тронутые траву и цветы.

– А что по поводу крови?.. Я ужасно голоден… сил идти нет.

– Кровь не получишь.

– Как всегда! Ну почему ты такой злой и вечно недовольный?! – обречённо выдохнув, вампир потягивается. – Как же давно ты не позволял мне использовать это тело… Я уже забыл, каково ходить по земле. Спаси-ибо, милостивый ты маг! Эй, а подождать?..

Оставив надоедливую мышь позади, я шагаю в направлении ближайшего от территории фей города. Очередной пункт сбора охотников, Фиренит. Граница земель фей, русалок и магов. Одно из пересечений самых слабых рас. Основывая земли рядом, они лишь хотят избежать полного уничтожения.

Феи, русалки, хвостокрылые, маги. Четыре стороны выбывает из игры в бога. Их мечты и желания ничего не стоят. Из опасных противников остаются только ангелы, приведшие мир к полуразрушенному состоянию. Их сила в неизмеримой ненависти, как и моя. Чья же ненависть восторжествует над миром?

– Выглядишь опечаленным, Тиа. Ты не рад приобретению?

Оглянувшись, сталкиваюсь со взглядом вампира. Шагая рядом со сцепленными за головой руками, он выглядит безобидным. Только хищный взгляд не позволяет обмануться невинным обликом. Лишь на мгновение ослабив бдительность, я обзаведусь парой дыр в шее.

– Я выгляжу опечаленным?

– Да. Впервые тебя таким вижу. Горестен путь к трону, да?.. Если таков твой путь, мне придётся превзойти всех фамильяров, существующих на данный момент. Иначе ты избавишься от меня, и я снова окажусь во тьме. Думаю, это не будет так уж трудно.

Хищный оскал преображает черноволосого в убийцу.

– Не оказаться во тьме, всё, чего ты желаешь? Не думаешь, что выбранный тобой путь рано или поздно окрасит мир в ненавистный тебе цвет?

– Мне нужно просто окрасить его в алый, – храбрится вампир. – Если у меня не получится и мир станет чёрным, я убью тебя, Тиа. Таково моё обещание.

«Таково моё обещание».

В голове маячит воспоминание: снежная ночь и протянутая рука в чёрной перчатке.

– Не используй мои слова.

Фамильяр наконец-то замолкает. Не ожидая окончания нашего разговора, наступает ночь. Звёзды украшают небо и освещают траву серебристым цветом, словно покрывая инеем. Сегодня ночь особенно светлая.

– Красиво… – заворожено произносит Акае.

Я с раздражением смотрю на мальчишку. Его внимание целиком и полностью занимает небо. В ответ на печаль, он раскрывает новую сторону своего характера. Или же его так пленят звёзды, что он раскрывает истинные чувства. В любом случае, его улыбка не принадлежит злобному вампиру. Лишь существу, способному наделить своё сердце мечтами. Вздрогнув, сжимаю пальцы в волосах.

Только не эти… воспоминания.

– Я ненавижу звёзды!

– Почему? Ох… да ладно, Тиа…

Резко развернувшись и увидев понимание в глазах вампира, я в растерянных чувствах толкаю его на траву и нависаю сверху. Страх, одиночество, ненависть, презрение к самому себе, былые желания: всё переплетается под искрящим небом. Сжав пальцы на бледной шее, слышу лёгкий звон. Цепь выскальзывает на свободу, застывая между нами, как несокрушимое препятствие. Я убираю руку и заглядываю в алые глаза.

– Видел?..

– А-ага. Сам не знаю, как получилось. Маленьким ты был совсем другим… ой.

Испуганно сжавшись, Акае ждёт моего ответа. Понимая, что поздно что-либо делать, я оставляю его в покое. В конце концов, физически ему не навредить. Поднявшись, я продолжаю идти через поле. Трава мягко шуршит о сапоги.

– Не волнуйся, Тиа, – улыбается любитель крови. – Воспоминания о тебе были хорошей наградой за проделанную работу. Похоже, благодаря твоей новой игрушке я смог заглянуть в прошлое. Потрясающе. Звёзды ли хранили в себе память о тебе? Если ты однажды забудешь эту ночь, я сохраню её в своей памяти, хорошо?

Поджав губы, стараюсь смотреть только под ноги. Всплывшее воспоминание застало врасплох. Я потерял контроль, хоть и думал, что кроме ненависти больше ничего испытывать не способен. Если так продолжится, я не смогу победить ангелов. Ради неба они отказались от всего, отвернулись от собственной сути. Но я не пойду их путём. Мой путь не приведёт к поражению.

В тишине мы проходим большую часть пути. Фиренит должен находиться у спуска с поля, и оно уже незаметно начинает клониться вниз.

– Оно?

Фамильяр указывает на постройки, виднеющиеся внизу. Порушенные здания пусты, вокруг разбросаны обломки и камни. Если вглядеться за горизонт, там дома кажутся приличными.

– Фиренит. Здесь был процветающий город, пока ангелы не уничтожили его. И он стал одним из пунктов наблюдения стражей границ. Если их сторожевая башня здесь, мы не встретим монстров.

– Ого. Я так понимаю, мы переждём ночь здесь?

Вместо ответа спускаюсь с холма.

Звёзды сегодня, и правда, яркие. Того гляди, сорвутся вниз и утопят землю в крови, как сто лет назад. Был ли прежний мир столь же отвратительным? Что ангелы пытаются вернуть? Что можно защитить, всё разрушив? Слепая погоня за часами разрушила их сущность и исказила навсегда. До звёзд… им более не дотянуться.

– А существует ли ваш бог, вообще, а?

Похоже, последние слова я произнёс вслух. Обернувшись, смотрю на тушку птицы в руках вампира. Исчез и появился, словно так и нужно.

– Артефакт существует, и он наделён невероятной мощью. Остальное меня не волнует. Разве что… не пожелает ли бог вернуть эту силу.

Развернувшись, я спускаюсь к городу. Разрушенные стены и разбросанный мусор не выглядят зловещими. Скорее, печальными. Я выбираю дом без крыши с неровными высокими стенами. Забравшись в него через окно и осмотревшись, сбрасываю пыльное покрывало со скамьи. Вампир отбрасывает ногой стол и расчищает центр комнаты, чтобы вскоре вывалить сухих веток и разжечь костёр. Когда тот разгорается, становится тепло.

– Ты проголодался, Тиа? Я пожарю тебе мясца. Будешь?

– А сам собираешься?

– Трупом? Не-е. На такое только маги способны.

Разлёгшись на скамье и положив руки под голову, я смотрю на звёзды. Даже малое количество магии приносит усталость, поэтому и приходится полагаться на фамильяра.

Проклятые маги…

Засыпать рядом с кровопийцей я не собираюсь, потому переворачиваюсь на бок и смотрю на полыхающий костёр. Он вот-вот должен перейти на сброшенное мной покрывало. Вскоре появляется помощник и насаживает мясо на очищенные ветки.

– Чего? – улыбается парень, покосившись на меня. – Ты так внимательно смотришь. Как-то мне не по себе.

– Оцениваю, пригодишься ли ты ещё или нет.

– Ха-а?! Заведёшь ещё фамильяра? Не позволю! Высосу все твои силы без остатка!

– Давай, иди сюда и попробуй, – зло сужаю глаза. – Я не потерплю угроз в свою сторону, Акае. Сейчас я не могу использовать магию, но в скором времени это изменится, и тебе лучше быть тише, чем обычно.

– Да-да… понял. И сегодня не будешь спать? Ты чудовище.

– Разве не ты? Посплю, когда поблизости не будет монстра с острыми клыками.

– Ха-а? – недоверчиво прищурившись, Акае переворачивает веточки. – Да ты себя так угробишь. А что со мной будет, не подумал? Я, конечно, не говорю, что не воспользовался бы шансом…

Мечтательно улыбнувшись, кровопийца вдруг заявляет:

– Ну почему так, а, Тиа?! Над нами такие прекрасные звёзды, а мы всё мечтаем о чём-то невозможном…

Молча приняв треснувшую глиняную тарелку с жаренной птицей и положив на край скамьи, подпираю щеку рукой. Мысли о дальнейших планах под бормотание куска шерсти и клыков складываются плохо, приходится их отложить. И чтобы не заострять внимание на отсутствии вкуса, прислушиваюсь к фамильяру. От разговора с ним начинает клонить в сон, но я старательно отгоняю его. В какой-то момент вампир исчезает, чтобы принести воды из заброшенного колодца, и я едва ли замечаю его отсутствие. Перед глазами темнеет.

Сколько я не спал? Три… нет, четыре ночи. Всё ради того, чтобы заполучить хотя бы один осколок.

– Слушай, я отлучусь ненадолго?

Я вопросительно приподнимаю бровь. Отведя взгляд, Акае по привычке прикрывает лицо волосами, но хитрость в глазах ему не утаить.

– Хочу кое-что проверить. Нечто более интересное, чем твои страдания. На тебя я ещё успею насмотреться, а вот на это…

Вздохнув, черноволосый снова погружается в грёзы.

– На что?

– Мм? А, ну даже не знаю. Я говорил, что слышал голоса и видел необычный свет, когда ты меня бросил? Хочу ещё раз попробовать переместиться туда. Вдруг, так я смогу помочь тебе с поиском часов? Надеюсь, ты не бросишь меня тут утром и не уйдёшь, как обычно это делаешь. Теперь, когда ты один из собирателей, ангел будет охотиться на тебя.

Проигнорировав слова фамильяра, я показываю цепочку.

– Если звякнет, засветится или поведёт себя странно, сразу же меня разбуди.

– Понял. С удовольствием… Кошмаров тебе, маг, – усмехается парень.

Закрыв глаза, я роняю голову на предплечье. И, благодаря недавнему пожеланию, вижу событие из прошлого, которое считаю худшим кошмаром в своей жизни.

Звездопад.

***
Сатура

Услышав переполошившиеся голоса, я переворачиваюсь на другой бок. Рассвет пробивается сквозь листву, но ещё не особо беспокоит. Тёплая мантия спасает от утреннего холода. Иными словами, только надоедливые голоса мешают отдохнуть от бренного тела.

– Я же просил со мной не разговаривать…

«Господин!»

«Хозяин, проснись!»

Замахнувшись, чтобы отогнать фамильяров, поздно вспоминаю, что спрятал их в книгах, и срываюсь с дерева. Отмахнувшись от листьев, злобно сжимаю руки. Им повезло, что я не поранился и ничего не порвал.

– Мелкие пакостники, что вам спокойно не сидится?

«Это важно, господин!»

«Потом поспишь, хозяин».

Резко выдохнув, успокаиваюсь.

– Нашли мага?

«Нет…»

– Тогда на кой меня беспокоить? Я воспользовался стрелкой часов и мне пришлось сражаться с феей, а до Ахэйра ещё идти и идти. Разве не ясно, что я расстроен?

«Ты совсем как ребёнок, хозяин».

– Молчала бы.

Я не посчитал безопасным соваться на ночь глядя в чужую местность и переночевал на дереве. Теперь, хочется или нет, придётся посетить местный пункт сбора. Если повезёт, наткнусь на мага или возьму задание, хоть и сомневаюсь, что найду что-то стоящее. Я с недоверием разглядываю городскую стену и ворота неподалёку.

«Фамильяр того мага…» – начинает говорить Нори, но замолкает, ожидая моего одобрения.

– Мм?

Приведя себя в порядок, я слушаю помощников и плетусь к городу.

«Неизвестный фамильяр пытался приблизиться к древу».

«Но, собрав силы, мы оттолкнули его!»

«Возможно, он вернётся».

– Почему ты решил, что он вернётся, Нори? И почему вы не пустили его к древу, может, он хочет поболтать с духами?

Задумчиво оглядев раскрытые ворота и сторожевые башни, никого не замечаю и вхожу. Каменные дома чередуются с деревянными строениями. Широкие улицы и дороги из мощённого камня пусты. Тем не менее, город не выглядит опустошённым: неподалёку от ворот виднеются остатки костра и посиделок. Кое-где разложено оружие. Похоже на лагерь охотников.

«Потому что древо его не принимает! Я чувствую исходящую от него жажду крови – он опасен, хозяин!»

«Владельцу такого фамильяра нельзя позволить узнать о древе».

Ответили в другом порядке? Они и правда обеспокоены. Что же получается… я хороший, а маг плохой? Я больше не хочу встречаться с ним. Кто-то растворил духов и разозлил фей до моего прихода. Должно быть, кто-то очень неприятный.

– Как маг может попасть к вашему древу?

«С помощью осколка».

Заметив какое-то движение, я шагаю быстрее.

– Я так и знал. В любом случае, мне стоит найти мага, так что как можно больше узнайте о нём. У меня на такой случай есть амулет удачи, располагающий окружающих меня существ к дружелюбию.

«В твоём амулете нет магии, господин, как и удачи», – скорбно заявляет Нори.

«Хочешь с магом на пару творить злые дела?» – возмущается Цуми.

– Я пошутил… И с чего вы, вообще, решили…

Услышав звяканье металла и рассекаемый ветер, застываю прямо перед поворотом.

П-проклятье… Что-то я заболтался с ними…

Сглотнув, делаю шаг назад. Торчащее из-за угла лезвие потихоньку скрывается из виду и показывается его обладатель.

Оборотень. Точнее парень, обращающийся в лиса. Рыжие растрёпанные волосы, длинный пушистый хвост с цепью, красные глаза. Над щекой и на руке шрамы, в ухе серьга. Второго уха почему-то нет. Вторая сторона головы спрятана повязкой с милым таким бантиком. Из одежды чёрные с золотыми швами широкие штаны, суженные на лодыжках, и туника без рукавов. На руках и ногах ничего нет, что эффектно подчёркивают чёрные коготки.

Кашлянув, я разглядываю меч. Широкий и длиной до талии, из чёрного с золотыми прожилками металла, используемого только их расой. Рост у нас одинаковый, однако у оборотня куда больше сил для махания такой игрушкой.

– Так вот кто тут с осколком бродит, – разочарованный вздох. – А я-то думал…

– Курай… – последний раз я видел лидера оборотней до прихода в Ахэйр и издалека, тогда с его ухом всё было в порядке. – Не ожидал встретиться с тобой… Снова новое оружие? Когда ты только успеваешь его менять?

– А? Так я постоянно сражаюсь, и оно портится, – удивлённо склонив голову к плечу, парень дёргает ушком. – Узнаю твой запах, да ты же Сатура. Десять ле… давно не виделись! Ты в гости к феям? Задание?

Прошло вовсе не десять лет. Курая и демонов я видел несколько раз с тех пор, а вот они, похоже, мною заинтересованы не были. Лис не узнал меня в лицо, лишь по запаху.

– Наоборот, от них.

Я делаю вид, что ничего не понимаю. Лис тоже.

– Обожаю местных бабочек, никогда похожих не встретишь. А вот монстры разочаровывают.

Думаю, вчера их численность, ровно как и разнообразие, уменьшились вдвое.

– Я ищу одного мага.

– Я пришёл сюда вчера вечером, – делает большие и хитрые глаза лис, – и никого не видел, а нет, лгу. Видел одного вернувшегося с разведки охотника, он в сторожевой башне. Так, что за маг?

Я вздыхаю. Лис ищет приключений. Об этом говорит весело дёргающийся хвост.

Нет… Десять лет прошло. Я зарёкся возвращаться к тем дням…

Порыв тёплого ветра толкает в спину, и я едва удерживаюсь на ногах. Обернувшись, едва удерживаюсь от того, чтобы не дёрнуться. Над крышей одного из домов замирает фигура огненного ангела.

Шаки!..

Заметив, что ему наконец уделили внимание, ангел улыбается. И чёрные отметины у кончиков губ делают улыбку зловещей. Красные волосы развивает ветер, в глазах пляшет пламя, а от чёрных крыльев исходит тусклый свет и чёрный дым, словно они плавятся или вовсе похожи на угли.

– Обладатели осколков? – спрашивает он со склонённой к плечу головой. – Если да, то отдайте их мне и умрите. Я могу снять их и с ваших сгоревших останков, но не хотелось бы случайно пробудить дремлющую силу.

– Проклятье… Если Шаки здесь, значит Шидо и Шэрид…

Не знаю, кто победил в недавнем сражении, но не похоже, что ангел сильно пострадал от атак демона. Только чёрная накидка в прожжённых дырах от огненных лепестков говорит об их недавней встрече.

Хотя… судя по словам Шаки, ангелы тоже опасаются силы часов?..

– О, ты знаешь, как меня зовут? – удивляется красноволосый. – Я не видел тебя раньше. Должно быть, ты силён…

Ангел взмахивает крыльями и мчится ко мне. Поток тёплого воздуха бьёт в лицо.

Почему я не люблю связываться с ангелами, так это потому, что против них магия едва ли не бессильна.

Отклонившись в сторону, я раскрываю Книгу преступлений.

– Цуми! Меч!

Помимо атакующей магии, она способна воплотить большую часть оружия. Выбор ограничивается моими собственными представлениями о нём. Как маг, в ближнем бою я не силен, но для защиты сгодится.

– Что это?..

Подлетевший ангел неуверенно наносит удар когтями по металлу, отчего в стороны разлетаются искры. Резкое движение второй руки и волна удара отбрасывает меня назад, задев кости и вызвав боль.

Что… он словно…

Сквозь полуприкрытые веки, я различаю смазанный силуэт с огромными крыльями, что не спешит приблизиться, а словно выжидает. Становится тяжело дышать.

Его реакция на меч… он боится?..

Выкарабкавшись из-под обломков стены, зло смотрю на своего врага. Сомнение берёт, что он и правда боится. Просто, чувствуя превосходство и манящий аромат крови, не спешит нападать и развлекается. Мне повезло встретиться именно с ним. Он ещё не самый опасный.

– Это всё?.. С такими силами ты надеешься нам противостоять?

Провоцирует меня?

Сейчас я в невыгодном положении. Пока я здесь, настоящий маг с осколком скроется из города. В любом случае, проигрыш. Да ещё и на глазах лидера оборотней позорюсь. После такого Совет точно примет решение забрать у меня осколок.

Выбор… был ли он у меня, вообще, хоть когда-нибудь?

Выхватив вторую книгу, я бегу в сторону от противника.

– Нори! Оковы! Цуми! Меч!

Едва ли смогу нанести магией хоть одну рану. Есть лишь несколько заклинаний способных сделать такое. И не все из тех, что я нашёл, успел изучить. Они требуют время, которого в одиночку не выиграть. Когда ангела сковывают путы из света, я бросаю меч.

– Люди такие слабые! – смеётся Шаки. – В конце концов, мы, ангелы, были созданы богом ради вашей защиты. Вы не наделены силой, способной причинить вред вашему богу. Всё бесполезно! Бог бросил нас, и мы проливаем кровь людей, вот, что справедливо, разве нет?! Пусть смотрит, что он наделал!

Чёрные крылья загораются пламенем и становятся щитом. Оба заклинания растворяются, словно пёрышки. Более не мешкая, красноволосый оказывается рядом и взмахивает когтями. В пламенных переливающихся глазах пляшет безумие и безутешная жажда, на губах играет ухмылка и проглядывают клыки, чёрная подавляющая аура клубится вокруг него и давит на сознание, жар от его тела нагревает воздух, когти вместо пальцев блестят кровавыми жилками. Вот он, ангел, одно из сильнейших существ мира.

– Нори… – сдавленно шепчу.

Нет… не успеваю. Только поставлю под удар… Неужели мне не под силу даже ранить одного из ангелов? Если так, тогда…

«Хозяин!»

Оттолкнувшись от земли, я пытаюсь уклониться назад, но время заканчивается слишком быстро. Всё и правда слишком просто.

Неужели придётся использовать осколок?!

Зажмурившись, чувствую тепло кулона под рубашкой. Он отзывается на сильное желание. Внезапно меня отбрасывает назад, а рядом мелькает смазанная тень. Врезавшись в здание, я охаю от пронзившей тело боли. Руки разжимается сами собой и выпускают книги. С трудом разлепив глаза и стряхнув каменную крошку с волос, смотрю вперёд, где недавно едва не погиб. На моём месте стоит одноухий лис. Его чёрный клинок выдерживает натиск когтей. Но силы определённо не равны.

– Курай?.. Всё-таки решил вмешаться…

Перед глазами всплывает воспоминание. Костёр под ночным небом и длинная тень на каменной глыбе. Юный оборотень взмахивает рукой и улыбается, ушки задорно торчат вверх. Его голос звучит словно наяву:

«Настанет день, когда небеса откроют нам путь в будущее. До того дня мы должны изо всех сил бороться, кто бы не встал на пути – ведь кровь у нас у всех одинаковая. Все считают, что это война за часы, но воевать мы будет лишь за право жить в собственном мире».

– Курай… – из горла вырывается хрип, но поднимаюсь, держась за стену. – Я тебя так сильно ненавижу… Твоя решительность и самоотверженность, порой наивная глупость и недостижимая мечта… Прошло так много времени, а ты ничуть… не изменился… Если только я стал таким мерзким…

Когти и металл выжигают искры, летящие под ноги.

– Нори! Отражение!

Перед рыжеволосым появляется прозрачный щит. Нанесённый удар приходится на самого ангела и он отшатывается на пару шагов.

– Спасибо! – взмахивает рукой лис. – Ты в порядке? Сильно я тебя?

– А я думал, ты будешь наслаждаться зрелищем.

– Разве я мог так поступить? – лис оскорблённо фыркает. – Я просто хотел посмотреть, как маг сражается с ангелом. Наверное, ты единственный, кто осмеливается на подобное. Потому ты и…

Не желая ничего слышать, поднимаю руку.

– Я бы и один справился. Просто это первый раз…

– Да-да… По-прежнему стараешься справиться со всеми трудностями сам. Раньше наблюдать за этим было весело, но не сейчас. Ты рискуешь жизнью, Сатура. Ангелы утратили гордость, поэтому против них она неуместна. Я помогу тебе. Ведь я такой же…

Вынув из-за ворота туники короткую цепь, красноглазый показывает мне четыре блестящих золотом осколка.

– Ах вы, животные… – ангел приподнимается, – эти осколки…

– Вот видишь, теперь он будет охотиться за мной, если ты пропустишь его.

Лидер оборотней подмигивает мне и бросается в бой. Вскинув обе руки с книгами, недовольно прикусываю губу.

Когда мы разошлись, я думал, что не хочу иметь с ними ничего общего. Мне не было завидно, не хотелось и сравниться с ними, не было даже ненависти. Разве что разочарование. Я был настолько потерян и не знал, что делать, что позволил скверне и дурным мыслям захватить себя. Я просто отдался ей без остатка, но винил всегда в этом именно их. Потому и избегал. Считал себя недостойным, тенью, решившей заглянуть на праздник огней. Но что бы я не думал, наша связь не исчезнет.

– Курай, продержись немного без меня.

– Что-о? – ужасается лис. – Ты шутишь?!

– Нори, Цуми, готовьтесь.

«Как прикажешь, господин!»

«Да, хозяин!»

Я бормочу заклинание, попутно наблюдая за ловкими движениями лиса.

Они так быстры, что я едва успеваю за ними следить. Прыжок, приседание, отскок, поворот, обманный манёвр, кувырок, стойка на руке, перехват. Все движения разнообразные и предугадать их невозможно. В мастерстве оборотня можно не сомневаться. Ангелу остаётся только махать когтями и яростно разжигая пламя. Лис отгоняет его взмахами хвоста.

«Господин, теряешь контроль, сосредоточься».

Закрыв глаза, я представляю слияние двух книг. Самые мощные заклинания маги используют вместе с фамильярами. Так они усиливают и прибавляют обычным заклинаниям свойства, которые не предугадать. В данном случае я мог бы не прибегать к таким мерам, но ставлю на то, что духам под силу навредить ангелу.

«Кровь у нас у всех одинаковая!»

Сплести различные иероглифы в две строки… Придать форму… И произнести…

– Кошмарный вестник!

Страницы шелестят и из них вылетает по одной стреле, соединяющихся в маленькую птицу, стремительно впивающуюся в тело ангела. Отшатнувшись, Шаки поднимает голову к небу. Пламя его глаз сменяется строками заклинания.

– Что ты сделал, Сатура?..

Лис едва сам не роняет оружие от удивления. Схватив его за руку, я спешу покинуть пределы досягаемости ангела. Вряд ли он последует за нами, когда придёт в себя, а вот ближайшие дома могут пострадать.

Кошмарный вестник… Не думал, что использую его хоть раз. Уверен, Шаки возненавидит меня и будет искать до тех пор, пока не разорвёт в клочья. Если, конечно, у ангела есть воспоминание, что раздирает его изнутри. Мне кажется, должно быть. Ведь иногда я чувствую, что мы похожи. Были раньше. Всё из-за того… что наши дороги пересеклись снова. Петля чем-то напоминает это заклинание.

Выбравшись из города и поднявшись на холм, отпускаю чужую руку. Трава липнет к сапогам и под порывом ветерка тут же склоняется в другую сторону.

– Всё-таки маги опасны… Ты, можно сказать, победил ангела, хоть и не без моей помощи…

– Нет. Я проиграл, Курай. Проиграл самому себе… Скажи, мы ведь сражаемся из-за часов бога, так ведь?

Если бы их не существовало… Если бы в тот день я не наткнулся на Петлю…

Сжав кулон, стискиваю зубы. Если это единственный шанс разорвать прошлое и мой шаг будет означать бегство, даже если поступлю, словно мальчишка, я должен избавиться от этой ноши. С самого начала она была не для меня. Разорвав цепочку, поднимаю руку, чтобы выбросить её и наконец освободиться, но запястье перехватывают.

– Тебя не сломило бы поражение ангелу, Сатура. Что же столь ненавистно отрицаешь? Часы ни в чём не виноваты. Они лишь созданы исполнить желание. Если ты выбросишь их, легче не станет. Во всём виноват я, верно? Потому что ушёл десять лет назад, и остальные последовали моему примеру. Я всё испортил, и понимаю, если ты не хочешь меня видеть. Только оставь осколок, очень тебя прошу. Не сдавайся. Мир… давай защищать его вместе. Не потому, что дали обещание, а потому, что мы все любим его.

Молча опустив руку, с силой сжимаю осколок, не боясь сломать. Мне нечего сказать существу за спиной. Даже не хочу оборачиваться. По сравнению с остальными, я слишком слаб и не достоин находиться среди них. Я лишь презренный маг, не считающийся частью расы и оттого не получивший место в Совете. Маги единственные, кто с самого начала не должен был мечтать о получении часов. Остальные проиграли или сражаются, а мы не имеем права.

Любовь… всё не так. Я ненавижу этот гниющий на глазах мир.

Поняв всё без слов, оборотень уходит. И хоть знаю, что наши пути ещё пересекутся, возникает чувство, что мы можем не увидеться.

***
Зарто

«Свет дождём заливает храм. Белый камень тускнеет под ним, словно от настоящей воды. Став похожим на пепел, он, тем не менее, остаётся твёрд и холоден, как ему и полагается. Ряд колон мрачно возвышается над собравшимися выжившими и отбрасывает тени, отдаляющие нас друг от друга. Я преклоняю колено и остальные склоняются перед лестницей в небо, затянутое падающими звёздами. Их свет столь ярок, что ослепляет и затмевает солнце. Ни одного звука не проникает в парящий храм. Лишь эхо шагов раздаётся спустя недолгое время ожидания и затихает на ступеньках.

– Зарто, Асэртия, Аскарто, Шаки, Сэрата, Тишь, мои Защитники и создания небес, вы выжили, хоть и потеряли пятерых Хранителей и Защитника. Вам было поручено оберегать мир под облаками и живущих в нём. Позволив им украсть и собрать Меч Времени, вы нарушили грань между смертью и жизнью. Теперь звёзды обрушаться на землю и изменят её. Падите вместе с ними и примните наказание.

Голос обрушивается на храм, захлопывая двери в небеса. Колонны начинают осыпаться, а свет истощаться, погружая белый камень в холодный мрак. В неверии подняв голову, вижу лишь белоснежные одеяния и падающие к нашим лицам чистейшего оттенка перья. Всё остальное затапливает яркий свет. Попытавшись произнести что-то, лишь беззвучно шевелю губами. Храм дрожит и распадается, белоснежный силуэт скрывается в небе. Я протягиваю руку, чувствуя, как тяжелеет тело и пригибается к земле.

Падение. Темнота. Истошный крик. Отчаяние. Свобода? Проклятье…»

Тишина рвётся, позволяя свету медленно упасть и скользнуть лучиками по исчерченному потухшими жилками постаменту. Раскрыв глаза, я долго всматриваюсь в светлые лучи. В душе ничего не меняется, она затвердела так же как и крылья. Подняв руку, смотрю на проливающийся свет и искренне начинаю ненавидеть его.

В такие моменты я чувствую себя Им и проклинаю Его сильнее. Это душащее чувство внутри, что ни с кем не разделить, оно, кажется, называется одиночеством. Сев, убираю скользнувшие на лицо и плечи чёрные пряди. Взгляд падает на искусственную модель часов, сливающуюся с золотой вязью узоров на шее и ключицах.

Любовь… Что за чушь?.. Любимы богом…

Проведя ладонью по лицу, резко выдыхаю. Чувство тяжести и падения не покидает измученного скверной тела. Шевельнув тяжёлыми крыльями, я выхожу в коридор. Руины заполняет свет выглянувшего из-за облаков солнца. Лучи медленно и изучающе просачиваются в нашу обитель, выискивая что-то интересное.

– Асэртия! Аскарто!

Никто не отвечает на призыв. Скорее всего, снова любуются местными просторами с навеса. Остальные ангелы покинули руины по своим делам и поручениям. Редко кто задерживается. Ждать ни у кого более нет сил.

Только эти двое… пока каждый страдает в одиночестве, они…

Спешно миновав коридор с колоннами и скользнув взглядом по небу, презрительно фыркаю. Тень, отбрасываемая безобразным телом, выглядит искажённо и уродливо. Под эхо собственных шагов я поднимаюсь по тёмной каменной лестнице и застываю перед входом в зал. Тихие слова едва получается различить, но один из голосов, несомненно принадлежит Асэртии. Выйдя из тёмного коридора в просторный зал, мельком оглядываю беловолосую девушку и останавливаю взгляд на втором ангеле.

– Зарто!

Красноволосый повелитель пламени подходит ко мне и молча ждёт разрешения. Я возвращаюсь в коридор с колоннами.

Аскарто нет? Исчез и оставил сестру…

Я останавливаюсь между колоннами и провожу когтями по выгравированным узорам, не прикладывая усилия и всё же оставляя на них борозды.

– Слушаю тебя, Шаки.

Они по-прежнему чего-то хотят от меня…

– П-помоги мне, Зарто!

Услышав отчаянье и злобу в голосе, оборачиваюсь. Преклонив колено, чернокрылый ангел с силой сжимает руки, не зная на что выплеснуть свои чувства. Я в три шага сокращаю расстояние между нами.

– Не припомню, чтобы разрешал склонять голову. Встань и смотри мне в глаза!

Схватив мальчишку за шею, я поднимаю его на ноги. Сам не узнаю свой голос, не могу пошевелить и пальцами, сжимающимися на чужой шее. Не могу остановить поток ненависти, наполняющий все моё естество. Я внимательно слежу за выражением огненных глаз. И, поняв, что мы достигли согласия, разжимаю пальцы. Зарывшись руками в волосы, Защитник дрожит. Огонь в его глазах наполнен ненавистью.

– Я проиграл… И увидел сон… Тот сон, Зарто. Не могу… Не хочу ждать! Больше не могу выносить это тело, этот мир! Скажи, где следующий осколок? Кого мне убить? Есть ли место, которое нужно разрушить? Я уничтожу любую помеху на нашем пути, просто укажи мне на неё! Я больше ни за что не проиграю!

Обернувшись и взглянув на небо, окрашивающееся в сумерки, чувствую, как тени от колонн сплетаются и замыкают клетку.

– Мне тоже приснился этот сон, Шаки. Он всем нам снится. И он не исчезнет, если просто утопить весь мир в крови. Он исчезнет лишь тогда, когда Меч Времени будет в наших руках.

– Но…

Заткнув ангела взглядом, медленно сжимаю руку. Когти впиваются в изменённую плоть и тёплая кровь капает к стопам.

– От нас отказались. Нам не дали сказать ни слова. Бесполезная половина… Убивай, разрушай, заставляй страдать всех, кто противится. Нельзя позволить часам пропитаться приятными чувствами. Погрузив мир в отчаяние, мы лишим людей надежды и мир будет в наших руках, а потом и небо.

Встряхнув крыльями, Шаки успокаивается. Стоило лишь произнести эти слова.

– Мне не удалось заполучить осколки зверя…

– Одноухий? Я сам им займусь. Видел остальных?

Спрашивать напрямую об Аскарто не считаю нужным. Взглянув в задумчивое лицо Защитника, получаю отрицательный ответ.

Так и знал… Он снова бесследно исчез.

– Ты прав, Шаки. Хватит тянуть время. Пусть нас всего шестеро… Даже сейчас мы можем возродить хаос. Прошло сто лет после Его ухода. Пора напомнить миру о нашем существовании. Мы достаточно выждали. Интересно, – медленно усмехаюсь, – попытайся мы разрушить Его творение, появится ли Он, чтобы помешать?

– Не думаю… – скромно отвечает ангел.

Приблизившись, я приглаживаю красные пряди. Судя по изорванной накидке, проигрыш в сражении не ложь. Сжав руку, я заставляю ангела взглянуть мне в глаза.

– Ты не забыл, Шаки, по чьей вине мы здесь?

Ангел шипит как раскалённые угли, пытаясь вырваться.

– Зарто! Прекрати. Отпусти его.

Разжав пальцы, я отталкиваю мальчишку. За его спиной стоит Асэртия с опущенными чёрными крыльями, вечно молчаливая и холодная. Единственный ангел, ещё не исказивший тело и душу.

– Не подскажешь, где твой брат?

Как и всегда она отводит взгляд. В глазах её отражается закатный свет и больше ничего, ни единого чувства. Ни тогда, когда я рядом. Только для меня она такая.

– Не знаю… – тихий ответ.

Обернув крыло вокруг руки, она пытается защититься от меня. Очень мило наблюдать за её попытками скрыть неприязнь. Птица в объятьях скверны, что не сможет долго сопротивляться душащим объятьям, как и улететь.

– Не знаешь… В последние дни он стал часто исчезать, ни с кем не обмолвившись и словом. Скоро он вернётся и будет делать вид, что ничего не происходит. Ты не знаешь, чем он занимается в тайне от меня? В сборе часов он, похоже, не заинтересован.

– Ты беспокоишься или тебе невыносима мысль, что у кого-то из нас есть секрет от тебя?

– Невыносима мысль? – переспрашиваю, мельком взглянув на сжавшегося неподалёку красноволосого ангела. – Прошло сто лет… И сколько у нас осколков? Три из тридцати! Ни ты, ни твой брат не ищете часы. Хоть нас и четверо, мы сильнее любого существа нижнего мира. Так почему мы всё ещё здесь, Асэртия? Ты знаешь ответ? Хоть я и дал вам смысл, цель, надежду, силу, вы всё ещё ничего не делаете.

Я поворачиваюсь к девушке, а она отводит взгляд.

– Отпусти меня и я поищу Аскарто.

– Разумеется, и вы оба не вернётесь. Или ты не знала? Твой брат возвращается ко мне раз за разом только для того, чтобы увидеть тебя. Неужели вы думали, что я не пойму столь очевидного? – беловолосая молчит и я отхожу на пару шагов, чтобы взглянуть вниз. – Ты единственная осталась прежней. Почти… Твои крылья почернели, но в остальном ты не изменилась. Ты сострадаешь, даришь любовь и молишься за общее благо в то время, когда мы отказались ото всего, чтобы получить силу. Тебе, той, что сохранила свою душу, противны наши осквернённые тела? Ты презираешь нас? Ты прощаешь бога и людей, что пытаются нас уничтожить, как наших братьев и сестёр?

После моих слов на руины обрушивается тишина. Даже шороха не слышно. Как и раньше, когда пришлось остаться здесь, на земле. Никто не знал, как поступить и что сделать. Все отчаялись. И только я повёл их вперёд, дал смысл продолжать существовать, позволил им не зависеть от бога и людей, наделил каждого силой и дал надежду.

И всё равно…

Замахнувшись рукой, я рассекаю колонну надвое. Она покрывается трещинами и срывается вниз по кускам. Когда пыль оседает, я забираюсь на оставшийся кусок и разворачиваю крылья.

– Когда Аскарто вернётся, пусть найдёт меня. Я отправлюсь в мир людей и заполучу несколько осколков. Сейчас собраны большинство из них. Нужно лишь убить обладателей. Смотрите все, как ломаются тела и раскалываются души несчастных созданий, возомнивших себя такими же, как мы. Я покажу вам разницу в наших возможностях. Глупым людям… ни за что нас не превзойти.

– Зарто, куда ты собрался? – девушка тут же начинает беспокоиться.

Обернувшись, растягиваю губы в ухмылке.

– Передай Аскарто, что игра окончена. Каждый раз он останавливал меня и спасал мир от разрушений, но если его рядом нет… я буду разрушать мир по кусочкам, пока Хранитель не вернётся. Я буду убивать и сеять хаос. Крики и вопли отчаяния заглушат пение ветра. Шаки… идёшь один или со мной?

Помявшись, мальчишка приглаживает волосы. Не считая Аскарто, все ангелы стараются держаться от меня подальше.

– Я… Я хочу найти владельца осколка, который заставил меня увидеть тот сон…

Несколько перьев взмывает в небо, а я лечу вниз, проносясь над руинами.

Глава 3. Встреча противоположностей

Тиа

Город небесных камней. Самый ближний к территориям, населённым русалками, ответственными за благосостояние кристаллов.

Мне эти создания неинтересны. Важнее то, что сеть кристаллов, расположенных в большинстве городов и служащих, как защитным барьером, так и предсказателем погоды и времени, находится здесь. Так сказать, сердце. Если уничтожить его, сеть распадётся и станет нестабильной.

Обычно камни с рунами висят кольцом. Здесь расположено несколько. Помимо них, некоторые видны над крышами или дорогами. Они меняются в зависимости от окружающих вещей. Сейчас полыхают разными цветами. И с момента моего появления, некоторые преображаются. Влияет ли на их поведение осколок или мои намерения, разбираться желания нет.

Я мельком пробегаю взглядом по снующим туда-сюда существам. Было бы глупо полагать, что мы не наткнёмся на стражу. Тем более там, где собралось большинство представителей городов.

– Найди подходящий кристалл.

«Чего? Не хочу… Много существ».

– Акае…

«Уже лечу».

Проследив за вампиром, я сворачиваю в узкий проход, едва отыскав тёмное место среди многообразия сверкающих камней и одежд.

Снова… Сколько я не спал? С момента, как покинул Фиренит?

Шум голосов и собственная рука смазываются, глаза пощипывают, веки тяжелеют, в голове тупая ноющая боль. Сердце бьётся так быстро, что бросает в жар.

Тяжело дышать… Пока он не вернётся, немного отдохну.

Присев на ящик в тесной подворотне, я вынимаю стрелку и разглядываю её в свете камней. После её использования что-то должно измениться.

«А-а, его здесь нет… Тиа?!»

Вздрогнув, прикрываю глаза.

– Ещё раз повысишь голос и замолчишь навечно.

«Хм, вот ты где. То есть, я умру?»

Я ничего не отвечаю. А через пару минут слышу хлопки крыльев и на колени падает бумажный пакет.

– Что это?

«О тебе забочусь, маг, будь благодарен. Поешь пока, а я поищу».

Вампир улетает, явно не чувствуя дискомфорта от дневного света. Только и умеет, что жаловаться понапрасну. Однако от него бывает польза и сейчас мне без него будет сложнее добиться своей цели, но если внезапно исчезнет, я не расстроюсь. Стрелка часов во много раз полезнее.

Забота… Если ты о ком-то и заботишься, то лишь о себе. Ведь умру я, умрёшь и ты вместе со мной. Таков наш контракт. А вот мне о тебе заботиться нужды нет.

Головная боль постепенно проходит. Но шум и игра света причиняют боль чувствительным глазам. Проведя рукой по лбу, я прикрываю один волосами. Сейчас день, а в голове видится пейзаж ночи.

Похоже… на фестиваль.

***
Сатура

Для большего успеха я выпускаю фамильяров. Но такое чувство, что они забыли зачем. Слушая их восхищённые вздохи, крепче сжимаю руки в карманах и стараюсь делать вид, что не знаком с ними. Обычно я выпускаю их только в доме, где нет любопытных глаз. Не спорю, вид небесных кристаллов завораживает, вот только сейчас куда важнее найти мага. Хотя нет доказательств, что он находится поблизости. Ставлю на то, что он решил не беспокоить фей лишний раз и направился в родные земли.

– А вы его узнаете?

– Господин, много ли, по-твоему, магов с осколком и странным фамильяром?

Сузив глаза, я стараюсь подавить недовольство. Нас окружает толпа совершенно разных и непохожих друг на друга существ, что заметно усложняет поиск. Не получается сосредоточиться.

Думал, сюда приходят только маги. А тут и эльфы есть. Правда, некоторые расы сюда не сунутся. Феи, духи или кровавые…

Передёрнувшись от воспоминая о последних, чувствую, что Цуми тянет меня за мантию. Пригнувшись, подставляю ухо. И хвостокрылая радостно оповещает, что они с братом проголодались.

– Я не против закусить чем-нибудь живым, – добавляет она напоследок.

– Обойдёшься.

Не знаю особенность ли это или прихоть, что Нори ест только траву, а его сестра одно мясо. Вообще, еда им требуется редко. Куда важнее позволять им питаться магией.

Свернув на другую улицу, я осматриваю прохожих. Так просто найти мага не удастся. Проходя около одной из лавочек, я покупаю ребятам перекусить и в себя быстро запихиваю горячий хлеб. Пока кушает малышня, я размышляю.

Тут только два варианта. Либо пустынное место, либо оживлённое. Может оказаться и простая таверна. Зависит от цели мага. Единственное, по чему могу судить, так это по осколку. Здесь есть те, кто может опознать его.

Взглянув на камни, я вспоминаю о значении тех или иных цветов. Я, бывало, задерживался в городах с магическими камнями. Помню, полыхнули алым, и в город нахлынула стая волков. Если ничего необычного – сливаются с небом. Если работает защитный барьер – светятся голубым. Довольно просто. Сейчас они разноцветные. Даже два золотых есть.

Золотых?..

Опасливо оглядевшись, замечаю всплеск на воде.

Русалки… Слышал от Шидо, что ангелы отняли и их осколок, после чего они выбыли… Непросто сражаться или искать часы, если не можешь покидать воду. Если так, они вполне могли подстроить столь хитрую ловушку. Для того, кто хвостиком следует за оружием бога, я веду себя беспечно. И скрываться магией бесполезно. Камни сразу выдадут.

– Остерегайтесь воды, – тихо предупреждаю. – За нами следят. Осторожно идём по следу золотого камня и не шумим.

– Стой, господин, закрой нас в сосудах.

Удивлённо оглянувшись на сытых хвостокрылых, я возвращаю их в предметы. На входе в город стража обычно просит спрятать фамильяра в сосуд и не выпускать без разрешения, а я об этом забыл. Сдаётся мне, иногда мелочь пользуется великодушием своего хозяина.

Нужно побыстрее убраться отсюда…

Я сливаюсь с толпой и, как мне кажется, незаметно слежу за ориентирами. Местами они не меняются, но передают свой цвет другим и таким образом указывают путь. Вот только его могу видеть не я один.

Надеюсь, маг не заметил…

Внезапно увидев что-то белое, срываюсь на бег.

Может из-за того, что в белое одеваются только кровавые, а у остальных он считается несчастливым. Или что он просто слишком выделяется среди разнообразия чужих одежд и словно подаёт сигнал об опасности.

Стараясь ни с кем не ссориться и не соприкасаться, я поворачиваю за угол. На широкой улице существ немного и белая ткань легко различается впереди. Она скользит медленно и плавно, слегка смазано, говоря о неспешной походке хозяина. Я упускаю её из виду, подняв взгляд и попытавшись найти золотой камень. И вдруг сталкиваюсь с прохожим.

Отойдя на шаг, оглядываю поморщившегося парня. Из-за тёмно-рыжих волос и красного глаза я принимаю его за одноухого лиса. Иллюзия рассеивается, дополненная остальными деталями. Волосы длинноваты, чуть вьются и скрывают один глаз, под другим пролегает тень.

Спутать его с Кураем!..

Я перевожу взгляд с лица на шею, закрытую воротником серой рубашки. Две ленты удерживают сползший с плеч белый плащ, застёгнутый лишь на две-три пуговицы и с подвёрнутым воротником. Чёрные штаны заправлены в короткие сапоги. Маг поднимает руку в чёрной перчатке и отводит волосы с глаза. Плащ расходится, и я слегка в непонимании смотрю на болтающиеся рукава, в которых ничего нет.

– Ты… ещё кто?

Вздрогнув от тихого, слегка шипящего и угрожающего голоса, я встречаюсь с переполненными злостью глазами. Кто угодно почувствует себя жалким под ним. От такого мага точно добра не жди.

А его ли?..

– Маг, – медленно произносит он. – И обладатель второй стрелки. Преследуешь меня, чтобы забрать её?

– Просто решил посмотреть, можно ли оставить её в руках другого мага.

Я отвечаю серьёзно, да только хочется рассмеяться от собственных слов.

– Я покажу тебе.

Рыжеволосый скользит взглядом по толпе и вынимает цепочку.

Что? Он собирается использовать её здесь?!

Я сглатываю страх и тянусь к фамильярам. Кулон на груди шевелится и время вокруг замедляется. Маг медленно заносит руку над головой, и крохотная стрелка начинает светиться. Толпа смазывается. Звуки растягиваются. Я не успеваю сомкнуть пальцы на книге, как меня оглушает звон, а свет обжигает глаза. Упав на колени, зажимаю уши ладонями, вот только едва ли становится легче. Резко темнеет. Стихают звуки. Лишь смешок мага остаётся различим.

Что… он сделал?

Моргнув, медленно начинаю различать очертания и звуки. Поднявшись, оглядываюсь. Красноглазый бесследно исчезает. А вокруг ничего не меняется. Словно не заметив произошедшего, представители различных рас проходят мимо.

Сбежал?.. Применил на мне иллюзию?

«Господин?»

«Хозяин, посмотри вверх!»

Послушавшись, я с минуту ничего не понимаю. Затем, широко раскрыв глаза, подавленно молчу.

Небо окрасилось чёрным и закрылось звёздами, а небесные камни мерцают и сменяют один цвет на другой так быстро, словно праздничные огоньки. Я был уверен, что сейчас день и камни неподвижно излучают один цвет.

«Господин, уходи из города!»

Ещё не совсем осознав случившееся, я проталкиваюсь сквозь толпу и на ходу призываю Цуми, чтобы использовать покров и стать незаметным. В такой толпе всё равно никто не различит следов магии. Всю дорогу до ворот не покидает ощущение, что меня преследуют алые глаза. То ли за мной наблюдает маг, то ли выглядывают из воды русалки, даже мерещится взгляд Курая, хоть этого точно не может быть.

Проклятье!.. Как я мог так легко попасться под заклинание?..

Ещё только заметив ворота, бегу к ним и не останавливаюсь, пока город за моей спиной не тает в ночной темноте. Лишь когда воздуха не хватает, падаю на траву. И, судорожно наполняя им лёгкие, бью кулаком по земле. Боль растекается по телу и постепенно исчезает, а я все не могу отдышаться.

О ангелы…

Проверив, на месте ли кулон, я раздражённо поджимаю губы. Всё равно ничего не изменить.

Отсюда можно попасть сразу в три города. И хоть они находятся на нашей территории, найти его будет невозможно. Мне стоит вернуться домой. Но пока не пойму произошедшее, отчитаться перед демонами не смогу, выполнить обещание тоже. На размышления уйдёт весь путь.

– Нори, Цуми, что произошло? Была использована стрелка или заклинание?

«Нас ослепило и мы вернулись к древу. Пришли в себя в то же время, что и ты».

«Ар-р! Я страшно отомщу этому магу!»

Я смотрю на кулон в поиске подсказки. В нём ничего не изменилось.

Однако он точно зашевелился…

Глубоко вдохнув, я долго всматриваюсь в звёзды, ища ответ хотя бы там.

За один миг прошло полдня. Стрелка вполне на такое способна. Вот только с какой целью он применил её?

«Я покажу тебе».

Покажет… что? Достоин ли обладать осколком? Чувствую себя ничтожеством.

Передёрнувшись от одного только воспоминания о зловещем взгляде, я сажусь и облегчённо выдыхаю. От звона в ушах слегка тошнит и кружится голова.

– Я начинаю понимать, почему вы не хотите просить помощи у него. Не хотел бы столкнуться с его фамильяром, наверняка что-то страшное и сильное.

Потерев лоб, закрываю глаза. Мне отчётливо запомнилась каждая деталь произошедшего, но осознать ничего не получается. Возможно, получится позже, а пока стоит вернуться в Ахэйр. Представив, сколько идти, мысленно вою от бессилия.

Снова использовать осколок?.. Ни за что.

«Господин, так ты решил принять наше приглашение?»

«Выслушай нас».

– Позже. Мне плохо. Можете пока и сами отдохнуть.

Фамильяры сворачиваются в клубочки и тут же начинают сопеть. Мне бы такую способность. Оглядевшись, я замечаю тропу, рядом с которой оказался. Если повезёт, по ней кто-нибудь проедет и подвезёт меня.

Хоть маги и свободны… каждый сам за себя. У нас нет правил, мы не организованы и не считаемся отдельной расой. Мы просто существуем сами по себе и делаем что хотим, зарабатываем помощью другим. Выполняем различные поручения, которые другие выполнять не берутся. У нас нет цели или обязанностей, как и места в Межрасовом Совете Чёрного Стола. Потому никто и не подумывал вести войну за часы. А теперь… я и тот маг… в каком-то смысле нарушили эту свободу.

Закрыв глаза, слегка улыбаюсь.

– Похоже, что я проиграл. Хорошо, я принимаю предложение фамильяров…

«Наконец-то!»

«Ура! Брат, готов открыть врата?»

«Открываю!»

Что?.. Пого…

В непонимании открыв глаза, я не успеваю удивиться, как проваливаюсь в пустоту.

Крик глохнет в кромешной темноте и остаётся неуслышанным. Я тянусь к книгам и не обнаруживаю их на поясе. Заискрившиеся перед глазами крупицы преобразовываются в моих фамильяров и радостно скалятся. В отличии от меня, они спокойно парят в тёмном пространстве. Пытаюсь схватить одного из них, но оба спокойно переворачиваются в воздухе и уходят из-под руки.

– Не бойся, господин. Скоро падение закончится, а ты окажешься у древа, – спокойно объясняет Нори. – Сейчас ты просто спишь.

– У дороги?!

Сделав большие глаза, мальчишка склоняет голову к плечу. Его отталкивает Цуми и хитро улыбается.

– Не волнуйся, хозяин. Мы будем внимательно следить… за твоим беззащитным телом…

– Чтоб вас! Сделали вид, что спите, а как только я согласился, без предупреждения скинули меня сюда! Не думайте, что вам сойдёт такое с рук!

Цуми смеётся и вертится на месте. Нори невозмутимо смотрит в сторону.

Ага, знаю я такое выражение лица. «А я не причём, всё ради спасения пушистого народца!» Малышня за последние несколько дней позволила себе слишком многое. С иной стороны… я же буду первым магом, побывавшим у древа духов?

– Прибыли! – извещает мальчишка.

Не успев среагировать, я мягко опускаюсь на землю. Впрочем, можно ли так назвать чёрное пространство, не уверен. Увидев неясный свет, перевожу взгляд дальше и вижу корни дерева. Длинные и толстые, светящиеся бледно-зелёным. Они переплетаются и расходятся в стороны. Ствол тянется довольно высоко, а кроны нависают над корнями и падают, почти касаясь их. Тонкие листики почти просвечиваются насквозь и держатся на тонких веточках. Свет пульсирует, словно пробегает по древесным венам.

– Нравится, господин?

– Правда, красивое и спокойное место, хозяин?

Я задумчиво смотрю на древо и не решаюсь к нему прикоснуться. Ребята встают по бокам от меня и вглядываются в корни. Спустя немного времени, неизвестно как длящемуся здесь, из-под них начинают вылезать светящиеся пушистики, рогатики и хвостатики. Иными словами, у древа появляется толпа фамильяров, самых различных и нескольких смутно знакомых.

– Надеюсь, вы не все сбежались?

– Нет. Не все хотят помощи от мага, – осведомляет меня Нори. – Однако лишь тебя удалось сюда затянуть, господин. Кто-то пытался просить помощи эльфов и оборотней, вот только ничего не вышло.

– Хм-м.

Чем же мы такие особенные-то?

Я оглядываю образовавшуюся кучку. Впрочем, не такую уж и большую, всего с три десятка малышни и пары крупных. Среди присутствующих есть даже фея.

А ведь маг может сделать фамильяром кого угодно… Неужели и ангела?.. Хотя его ещё нужно попытаться убить. Да и кто рискнёт? Я бы точно не стал.

– Господин?

Вынырнув из странных мыслей, стараюсь выглядеть невозмутимо.

– А? Да, я слушаю. Что такое, Нори?

Брат с сестрой переглядываются и отходят к остальным. Теперь возникает чувство, что я стою перед ними, а не наоборот.

– Для начала, выслушай нашу историю.

– Историю возникновения фамильяров?

Я заинтересованно провожу пальцами по губам. Я не старался узнать о чём-то подобном, просто использовал существующую силу. И вообще, не планировал обзаводиться помощниками. Всё получилось случайно. Просто подслушал разговор охотников о ритуале подчинения и удачно наткнулся на малышню. Я даже не выбирал их, хотя, некоторых продают на рынке или помогают приручить.

– Хорошо, слушаю. Только побыстрее, а то я беспокоюсь о своём теле.

Нори кивает и начинает рассказывать:

– Первым фамильяром стал маг, – удивляет он меня с первых слов. – Это произошло во время ритуала воскрешения. Один маг пытался вылечить другого и, когда не получилось, начал проводить ритуал. Вот только маг был ещё жив и потому, вместо обычного результата получился фамильяр. Маг вдохнул в ещё живое тело частицу духа и, таким образом спас друга, но связал с собой узами хозяина и слуги. Позднее выявились последствия материализации мага в предмет. В поисках ответа приняли помощь других магов и лекарей. Затем эльфов и фей. Более-менее разобравшись, маги повторили опыт с духом и с оборотнем. Так начали появляться фамильяры. Маги придумали условия контракта и изменили ритуал. Совет магов разрешил наше использование и так продолжалось какое-то время.

– Потом маги начали узнавать о Падении грёз и выяснили, что некоторые существа, не являющиеся фамильярами, превращались в предметы. Вот только… они в них и остались. Предметы разрушали, а существа сразу умирали. Вытащить их никак не получалось, как и сделать фамильярами. Даже сейчас таких предметов очень много. И многие из них вы называете артефактами. Были случаи, когда существа после смерти приходили к древу, но надолго не задерживались и исчезали.

– Мы можем разговаривать с духами, заточёнными в предметах, – продолжает за сестру Нори. – Когда возникло древо, мы пригласили их сюда. Но, умирая, они не перерождались в духов, как мы. И поговорить с душами умерших, забредающих сюда, мы не можем, точнее, не слышим их.

Я скрещиваю руки на груди, не понимая, к чему они клонят.

– Вы говорили, что нужна помощь мага со стрелкой, а он не пожелает помогать из-за собственной нужды в фамильярах. Я же в свою очередь не особо в вас нуждаюсь и не привязан к такому источнику силы. Что же вам от меня нужно?

Нори и Цуми переглядываются.

– Во время инцидента с Петлёй, один из таких предметов был поблизости. И сила осколка вернула его в настоящую форму. В единственный за сто лет раз. Мы подумали, если собрать часы, то мы могли бы освободиться. Такова наша просьба. Соберёшь ли ты часы ради духов, фамильяров и запертых в предметах существ?

Опешив, растерянно оглядываюсь.

Они… серьёзно?

– Знаем, что будет трудно. Мы объединимся и дадим тебе любые знания и силу, которую только пожелаешь, – предлагает хвостокрылая. – Тебя поддержим не только мы, и все присутствующие здесь, а может, и кто-то ещё, поверивший в тебя.

Пушистики шепчутся и решительно окружают меня. Заглядывая каждому третьему в глаза, я удивляюсь чувствам, отражающимся в них. Едва ли кто-то поверит мне, если я расскажу об этом месте и о том, что у «оружия» есть чувства.

– Сперва нужно отнять стрелку у другого мага. И любого другого завладевшего ей, иначе беды не миновать, – заканчивает зеленоволосый мальчишка. – Ты согласен?

Если откажусь, все пушистики станут моими врагами…

Словно прочитав мои мысли, Нори улыбается.

– Если откажешься, сделаем вид, что ничего не было. Обо всём забудем. Мы будем искать помощи у других магов. А ты продолжишь бесцельно скитаться по миру в поисках развлечений, господин. Вот только долго ли ты сможешь убегать?

***
Зарто

Пролетая над городом, я чувствую ожившие осколки. И, сняв цепочку, смотрю, как она тянется вниз. Свет усиливается. Опустившись на одну из крыш, я наблюдаю за поведением артефакта. Его сияние освещает улицу. Внезапно земля вздрагивает и становится слышен шелест песка и разрываемой земли.

– Осколок внизу? И так близко к руинам…

На улицы выбегают услышавшие шум жители города. Вернув цепь на место, смотрю в тёмное небо. Пусть и ночь, не видно ни одной звёзды и даже луна прячется от чужого взора. А ведь недавно мне показалось, что небо усеяно мерцающими огоньками. Земля повторно содрогается. Не выдержав, взмахиваю крыльями.

Такое же чувство, как во сне… падение… так и кажется, что крылья подведут…

Пролетая над крышами, вижу трещину, постепенно расползающуюся в стороны и рушащую дома. Я вскидываю руку и использую магию пространства, чтобы расширить трещину, не беспокоясь о столпившихся людях. Вскоре из земли показывается часть руин, точнее, бывшего храма, в котором хранился осколок. Занятно, что лишь эти строения и уцелели во время падения звёзд.

Судя по развалившимся колоннам и отколотым кускам плит, оружия в нём нет.

Усмехнувшись, я наблюдаю, как горожане спешно убегают и кричат. Некоторых придавливают дома или падающие камни. Убивать их веселее, чем защищать.

Где же осколок? Похоже, он ко мне сам не прилетит.

Пыль с землёй скрывают улицы из виду, и я теряю к ним интерес. Руины поднимаются достаточно, пробуждённые откликом других частей часов. Когда они реагируют друг на друга, осколок без хозяина начинает крошить время. Будущее и прошлое меняются местами, а живые и мёртвые телами. То ещё зрелище. Я подлетаю ближе, рассеивая песок и пыль перед собой. Рассмотреть ничего не удаётся, придётся подождать. Отлетев подальше, жду, пока руины не затихнут и не замрут. Становится скучно и я блуждаю взглядом в поисках живых существ. Все разбежались.

Город большой, а жителей мало…

Почувствовав искру магии, оборачиваюсь. До меня долетает огненный шар, и я сжимаю его в пространстве.

Я и забыл, что людей в нынешнем мире нет. Но так даже интереснее. Люди возжелали стать ангелами, а в итоге слились с окружающим миром и стали зверьми или растениями. Самые сильные из них получили магию. Однако после того, что устроили на земле, они не достойны даже слиться с природой. Пусть стараются показать, что совершенный ими грех не был напрасен. Что бы не сделали, им ничего не изменить. Бог их простит, вот только ангелы – нет.

– На ваше счастье, я здесь только ради часов.

Взмахнув крыльями, спускаюсь к руинам и ищу осколок. Этот четвёртый. Много времени поиски не занимают, так как их свет подзывает друг к другу. Прицепив довольно крупную шестерёнку на цепь, я возвращаюсь, поскольку в старых руинах делать нечего.

За сто лет нашлось только три места, в котором можно жить. Но восточные самые большие и защищённые от магии.

Вынырнув из-под навеса с колоннами и вдохнув чистого воздуха, я тут же оказываюсь под ударом. И, вильнув в сторону, вижу старого знакомого.

– Давно не виделись, брат принцессы демонов. Надеюсь, ты заглянул в гости не с пустыми руками? Иначе наша встреча не будет иметь…

Невежливое растение перебивает меня:

– Зарто! Что ты творишь? Сколько жителей погибло из-за твоих действий? И сколько ещё должно погибнуть, чтобы ты успокоился?

В руках демона появляется сжатый в сферу ветер. Я уклоняюсь. Пролетев дальше, сфера разрезает несколько колонн, и они обрушиваются на город. Повернувшись, ищу взглядом осколок, попутно отмечая изменения в теле демона. Как и наши, они со временем искажаются, когда перечат своей природе и поддаются ярости.

Белые волосы развивает ветер, зелёные глаза испепеляют меня и светятся гневом, рога надо лбом почернели. Бело-зелёные крылья разнообразили жёлтые лепестки. Под светло-зелёной накидкой с узорами цветов ничего не увидеть. Раньше он носил осколок с собой, значит, и на сей раз он у него.

– Тебя так интересуют погибшие, брат принцессы демонов?

Резко опустившись вниз, я пролетаю меж домов. Я не собирался убивать, но раз здесь демон, то просто не могу не развлечься его страданиями. Найдя сбежавших, я вскидываю руку и создаю сферу суженного пространства.

– Зарто, не смей!

Демон не заставляет долго себя ждать. Мимо мчится порыв острого ветра и оставляет порез на накидке.

– Что ты творишь, брат принцессы? Обычно ты спокоен. Наверное, случилось что-то ужасное и погибло много невинных. Демоны так рвутся зачищать слабых. Каково же вам существовать в неведении? До Падения грёз демоны были воплощениями человеческих грехов, они мучали души, разрушали города и убивали. Впрочем, и мы раньше защищали людей. Теперь же поменялись с демонами местами.

– Замолчи, ангел! Все твои слова ложь!

Обменявшись сферами, я сокращаю расстояние между нами и заглядываю в зелёные глаза. Демона не могло так разозлить моё появление в тихом городке. Наверняка случилось что-то ещё.

– Правда. Быть может, в нынешнем мире вам такая участь не грозит. Вот только, чём сильнее вы сопротивляетесь, чем яростнее сражаетесь с нами, тем уродливее становятся ваши тела. Рога, клыки, когти. Что будет после?

– Ты предлагаешь просто смотреть, как ангелы рушат мир и убивают существ, даже не участвующих в сборе часов?

– Верно. Потому что мы всё равно изменим нынешний мир. Дорожить им бессмысленно, как и защищать тех, кто был выдернут из будущего и прошлого. Весь мир ненастоящий. Созданная часами иллюзия.

– Пусть так, Зарто. Но мы все сейчас живём в этой иллюзии.

Порыв ветра отбрасывает меня назад, закружив в воздухе.

– Твоя магия такая слабая, демон. Сегодня солнце плохо светило?

Раскинув руки в стороны, я сжимаю пространство по сторонам от демона. Я бы не стал играть с ним при обычных обстоятельствах, но сейчас серьёзно сражаться он не хочет, а сделай это я, неизвестно что сотворит моя магия с осколком. Его ношение делает нас, как защищёнными, так и уязвимыми. И с этим ничего не поделать. Поэтому я и посылал за часами остальных, но кто бы меня понял. Крылья демона мнутся так же легко, как и простые цветы. А он кричит так, словно на самом деле испытывает боль. Странное существо. Брезгливо встряхнув ладони, я наблюдаю за падением беловолосого. И, помедлив, следую за ним. Сейчас пытаться его убить опасно. Никто не знает, действует ли магия на осколки. Разрушься хоть один и конец.

– На сегодня хватит, Сория?

Демона впечатывает в землю и он едва шевелится. Заметив меня, хочет что-то сказать, но лишь беззвучно шевелит губами. Спустившись, я размазываю по земле сладко пахнущие лепестки. А сорвав с Сории накидку и увидев простую цепочку, прихожу в бешенство. Созданная сфера без жалости летит в рождённое из цветка существо.

Всё-таки никакого осколка не было.

***
Сатура

Открыв глаза и увидев всё те же звёзды, я отворачиваюсь от дороги и закутываюсь в мантию. Трава приятно щекочет лицо, и ветер не даёт заскучать в тишине.

Хотел бы я сказать, что произошедшего много для одного дня. Но с каких пор я стал так думать? Меня так изменила встреча с Миори? Или же я сам желал измениться и ждал, пока меня кто-нибудь подтолкнёт?

Вспомнив её протянутую руку, с шумом выдыхаю.

Нет. Она не виновата. Я вёл бродячий образ жизни с момента, как потерял семью и осознал, что у меня есть магия. Осознай я это чуть позже, всё равно ушёл бы из дома, просто не сожалея.

– Как долго… я буду убегать? Я не против бежать, но только если впереди будет что-то. Стремиться к цели. Я считал это глупостью, потому что убегая от себя ничего не видел впереди.

«Настанет день, когда небеса откроют нам путь в будущее. Но до того дня мы должны изо всех сил бороться за свою и чужие жизни. Даже если пред нами предстанет ангел. Кровь у нас у всех одинаковая, так что не важно, кого придётся одолеть. Все считают, что это война за часы, но воевать мы будет лишь за право жить в собственном мире».

Собственный мир… Что я тогда мог ответить? А сейчас?

Сжав пучок травы, я поднимаюсь на ноги. И, смотря на удаляющиеся травинки, думаю, что моя и их жизни не особо отличается.

Шидо завидует тому, что я не боюсь сразиться с ангелом. У меня нет страха лишь по двум причинам. Потому, что я не сражался с ними прежде. И один снежный вечер в разрушенном ангелами городе. Немного уверенности придают слова Курая. Мы разные, но цель у нас одна. Больше ничто не имеет значения.

Взглянув на уходящую вдаль тропу, ступаю на неё и неспешно следую вперёд. И пусть сейчас впереди ничего нет, я знаю, что где-то там Ахэйр. И где-то за его пределами полно врагов и осколков.

– Признаюсь честно, ваша просьба меня не тронула. Десять лет назад, в снежную ночь, я сказал себе, что больше не стану никому помогать. Я делаю очередное исключение для вас и надеюсь… что путь, который меня ждёт, не принесёт мне сожалений.

Прислушавшись к сопению, чувствую, как дёргается уголок губ.

Я испугался не могущества часов, а того с какой лёгкостью они ломают и искажают мою жизнь. Но если продолжу бежать от них, прежним ничего не станет. В надежде однажды решиться следовать за ними, я и оставил кулон. И никогда бы не подумал, что выберу для причины спасение чьих-то жизней. С этого момента все становятся моими врагами. И все те, кто жаждет заполучить часы, и все те, кто оберегает мир.

– Найду ли я во тьме нашего мира… дорогу к небесам?

Погрузившись в воспоминания, я растворяюсь в ночной темноте. Она становится далёкой и незаметной. А минувшие дни окрашиваются новыми цветами и чувствами, с каждым шагом преображаясь и заставляя меня переживать прошлые ошибки.

В моей жизни нет ничего светлого. Нет счастливого воспоминания. Только сожаление. О словах, брошенных случайно; о шагах, отдаляющих меня от нуждающихся в помощи; о действиях, ограждающих меня от окружающих; о семье, которую почти не помню. Особенно хорошо запомнились события десятилетней давности. Я сожалею о встрече с первыми собирателями, с охотницей Миори, с фамильярами, ангелом и зловещим магом. О своём бездействии и лжи.

Однако… меняться не намерен. Последующие события изменят меня сами. Я уже выполняю просьбу Шидо, теперь и фамильяров. Одно исключение за другим… к чему меня приведёт такой путь?

***
Аскарто

Руины встречают тишиной и полумраком. В ночное время прожилки в камнях излучают тусклый от золотисто-коричневого до сине-голубого оттенка свет. Опустившись на проделанное между колоннами отверстие и сложив крылья, припоминаю, что совсем недавно колонна была целой. Забеспокоившись, быстрыми шагами миную коридоры и залы, чтобы оказаться в покоях сестры. Не застав ни её, ни Зарто, поднимаюсь на самое высокое место в руинах. Навес, поддерживаемый колоннами. Стоит мне подняться на него, как в темноте вижу белые волосы. Ветер развивает их и срывает несколько чёрных перьев, закружив в воздухе.

– Сестра.

Девушка, стоящая на самом краю, оборачиваются. Холодные глаза принимают в себя чувства из глубин души, и она бросается ко мне в объятья.

– Где ты был?

Ничего не сумев ответить, просто улыбаюсь. Отстранившись, Асэртия взволнованно отводит взгляд. И, собравшись с духом, смотрит мне в глаза.

– Пока тебя не было… Зарто отправился за часами. И попросил передать, что будет разрушать и убивать, пока ты не найдёшь и не остановишь его. Он был злее обычного и причинил боль Шаки. Мне… неспокойно. Наверное, скверна поглощает его!

Я удивляюсь. Асэртия сильнее нас недолюбливает Зарто. Но её душа остаётся настолько чистой и невинной, что она беспокоится даже о ком-то вроде него. Погладив её по волосам, стараюсь не выдать своих чувств.

– Не переживай. Я найду Зарто и поговорю с ним. Мы заполучим часы и для этого нам нет нужды ссорится с местными. Он должен понять, что они не сильно отличаются от нас и среди них много непричастных. Ведь люди, собравшие часы… давно погибли.

Сестра едва заметно кивает и с интересом рассматривает мои крылья. Она впервые видит, как на них появились серые перья. Даже не знаю, хорошо ли, что парочка посветлела, или нет.

– Брат, прошу, останови его, – меж тем произносит она. – Иначе Зарто навлечёт беду на нас. Никто не желает сражений, мы все устали…

Асэртия… всё-таки не изменилась. Мы были такими раньше. Но не сейчас. Если кто-то и не понимает чего-то, то только она.

– Я не позволю ему убивать напрасно, не переживай. Мы стали сильнее за прошедшее столетие и не видим цену жизни. Лишь благодаря тебе я ещё могу оставаться собой, – я крепко обнимаю девушку, прежде чем отступить. – Ты свет, который нас оберегает. И тебе не нужно меняться. Я рад, что ты беспокоишься даже о тех, кто сошёл с правильного пути, сестра моя. Ведь мы семья.

Когда остаюсь с Зарто, я становлюсь другим. Теряю себя. Весь мир начинает казаться отвратительным местом, а существа в нём жалкими грешными душами. Я становлюсь уродливым демоном, но тебе об этом знать не нужно. Когда я соберу часы, смогу забрать тебя из этого ужасного мира.

– Брат… Скоро ли ты вернёшься?

Сжав губы, сестра становится очаровательной. Сейчас в её глазах нет холода и безразличия, нет маски, надеваемой при других. Возможно, в глубине души она всё-таки понимает разницу между нами и держится в стороне. И это не может не печалить.

– Скоро, сестра. А как вернусь, обещаю провести с тобой целый день.

Глава 4. Ледяной город и непослушный шарф

Юзуки

Вернувшись с задания, я застаю Ахэйр не в лучшем виде. Город и так пострадал десять лет назад из-за одного глупого мага, не умеющего рассчитывать мощность заклинаний, а теперь он ещё и подпалён местами. Лепестки, кружащие по городу, словно залечивают его раны и унимают боль.

– О-о, чувствую запах демонов, – протягивает голос из-за спины, тихий и шипящий, как у змея. – Жаль, они уже ушли. Зато город истекает их кровью.

Поморщившись, мгновенно теряю интерес к местным пейзажам. Змеёныш в любое время может испортить настроение, не важно какая мелочь попадётся на глаза. Я глубоко вдыхаю, прежде чем выйти на просторную улицу. Однако опасения оказываются напрасными. Заведение не тронуто. Открыв деревянную дверь и войдя внутрь, я оказываюсь в другом мире. Из светлого запустелого города попадаю в скромную таверну и присаживаюсь за столик перед стойкой. Как обычно свечей не достаёт. Так задумано, чтобы было невозможно рассмотреть лиц присутствующих. Стойка находится за моей спиной, потому я оборачиваюсь и даю знак хозяину. Он кивает и готовит мне обычную порцию. Переведя взгляд на сгорбившегося за стойкой мага в чёрных простых одеждах, тут же отворачиваюсь.

Он вернулся…

Встретившись с серыми глазами напротив и оценив недобрую ухмылку беловолосого фамильяра, хмурюсь. Подперев подбородок ладонями, юноша закрывает глаза и блаженно улыбается. Что у него на уме остаётся только догадываться.

Хозяин молча ставит поднос на стол и уходит.

Скользнув взглядом на стенд, радуюсь, что додумался ухватить пару листовок из соседнего города. Иначе пришлось бы застрять здесь на неопределённое время.

Такая тишина… Почему в наше время происходит нечто подобное? Все мы маги и можем спокойно общаться. Видимо, так думаю лишь я один.

Обхватив пальцами деревянную кружу, вздрагиваю от раздавшегося в таверне грохота. Все, как один, поворачиваются к стойке. Черноволосый маг, шипя что-то под нос, поднимает книгу с пола. Судя по довольно необычным книгам на его поясе, которых обычно при нём нет, шипит он на своих фамильяров.

Сатура маг лет двадцати, непримечательной внешности. Тёмные волосы с неровными прядями, фиолетового оттенка глаза, простая одежда и две необычные книги на поясе, без сомнения, являющиеся сосудами. Вокруг него так и витает аура отчуждённости. Частый посетитель, тщательно подбирающий себе задания. Слухи сходятся на том, что он способен выполнить самое сложное задание. Появился в «Дырявом листе» примерно два года назад. Часто общается с Миори и был не раз замечен в сомнительных связях с другими расами.

– Не скажешь ему? – любопытничает Шихи, цапнув с тарелки ёршика и целиком его проглотив. – Тогда, может, сам отправишься в Ледяной город?

– Заткнись.

Пожав плечами, беловолосый отворачивается. Отпив чая, припоминаю содержимое листовок, аккуратно свёрнутых в кармане. И вспоминаю об услышанных в деревне слухах.

Дверь в таверну раскрывается и входят двое. Ещё одна любимая местная загадка.

Первый выглядит спокойным и замкнутым: тёмные волосы и золотые глаза. Одет в чёрное с серым. Второй с длинными белыми волосами, одним золотым и вторым серым глазом. Носит тёмно-серый плащ с чёрными узорами. Оба выглядят на двадцать-тридцать лет. Имена неизвестны, как и то, кто чей фамильяр. Ясно лишь то, что маг среди них один и ходят они всегда вместе.

Пройдя к стойке, они занимают места через стул от юноши. Совершенно не стесняясь окружения, беловолосый говорит:

– Заданий снова нет. А всё потому, что магам не доверяют. Большинство существ привыкло обращаться за помощью к себе подобным. Эльфы помогают за скромную плату, при этом защищают три слабые расы. Демоны помогают бескорыстно, но непрерывные войны с ангелами доставляют местным неприятности. На конец, стражи границ расправляются с монстрами. Если думать так, то маги вовсе не нужны. И причина в том, что сдерживаться маги не умеют. Разрушения, которые они оставляют, не стоят платы за оказанные услуги.

– И к чему замечание? – лениво спрашивает Сатура, перелистывая страницу. – Можно найти работу, если захотеть.

– А можно и не хотеть, – парень с жёлтыми глазами бросает на стойку шесть листовок с заданиями. – Недавно в Городе небесных камней что-то произошло и кристаллы перестали работать, многие же учинили серьёзные неприятности жителям. И вот результат.

В «Дырявый лист» скромно заглядывает тишина и, заметив свободное место, устраивается со всем удобством. Спина черноволосого мага напрягается, но он даже не смотрит на листовки, продолжая пялиться в книгу. Как он читает при таком освещении, остаётся загадкой.

– Неинтересно? – спокойно спрашивает разноглазый. – Значит, слухи правдивы, и ты предпочитаешь задания, на которых можно получить артефакт бога?

– Я только вернулся из изнурительного путешествия и не намерен брать задания, – с заминкой отзывается парень. – К тому же, жду кое-кого.

– Вот как, – только и отвечает беловолосый.

– Ходят тревожные слухи, что из Ледяного города периодически раздаётся шум и холод постепенно распространяется, на ночь покрывая соседние деревни и города изморозью. А ещё в тех местах появились странные бестелесные существа. Они воют по ночам и оставляют следы на снегу.

Сатура, наконец, отрывает взгляд от книги и бросает его на золотоглазого.

– Что вам от меня нужно? Последние дни я был на западных землях и ничего не знаю о здешних слухах. И сомневаюсь, что вы решили рассказывать страшилки ради развлечения. Работа ведь у вас есть.

– Да. Ты прав. Работы даже слишком много. Поэтому по дороге мы решили зайти сюда и удостовериться, что та девушка вернулась. Похоже, что нет. Ты ведь часто общаешься с ней, она твоя близкая подруга?

Беловолосый парень улыбается, взяв несколько листовок. И, немного подумав, бросает их на стол позади себя.

– Если кому-то нечем заняться, милости просим.

Я отворачиваюсь и закрываю глаза. Оба парня ведут себя достаточно самоуверенно, и я таких не особо люблю. Но они не сказали ни слова лжи. Моя роль перешла им, поэтому остаётся ждать развития событий.

– Мы не друзья, – всё же отвечает черноволосый. – И не отрицаю, что знаю о её местонахождении. Изначально мы хотели разделить задание, но у меня появились более важные дела. А она не стала ждать моего возвращения и ушла одна, осознавая риск и возможный провал. Что-то ещё?

В его голосе проскальзывает раздражение. Если так продолжится, оно перерастёт обычную недоброжелательность, что не сулит ничего хорошего.

– Значит, не пойдёшь её спасать? Хорошо, что ты веришь в своих друзей. Мы пришли, лишь чтобы предупредить тебя и поделиться работой. Теперь уходим, – произносит темноволосый и встаёт со стула. – Ещё свидимся, Сатура.

Местная загадка покидает заведение, так и не пролив на себя чуточку света. Я бы сказал, наоборот, оросив тьмой и заставив задуматься.

Я выдыхаю и одним глотком осушаю кружку. Змей напротив дырявит меня серыми глазами, словно припирая к стенке острыми лезвиями. Поднявшись, разворачиваюсь и подхожу к черноволосому юноше. Постукивая пальцами по столешнице, он недовольно скашивает взгляд через плечо и молчит. Выудив из кармана листовку, я разворачиваю её на уровне лица мага.

– Ты будешь сожалеть, если не возьмёшь его.

Вздрогнув и поджав губы как ребёнок, Сатура принимает листовку и с хмурым выражением лица просматривает её несколько раз.

– Да знаю я, несложно догадаться… – шепчет он и смотрит на меня. – Не хватает смелости для С, что ли? Или доброе дело сделать потянуло?

Сузив глаза, представляю, как за моей спиной шевелится змей. На его лице наверняка блуждает жуткая улыбка. А впереди юный маг, выглядящий столь же враждебно. Но лишь потому, что не хочет иметь дело с окружающим миром.

Дети такие злобные… Куда мне, взрослому, с ними спорить?

– Мой фамильяр… не подходит для такой работы, – честно отвечаю. – А других магов, как видишь, здесь нет. Тем более, горящих желанием рискнуть спасти девушку, отправившуюся на задание с духами в одиночку.

Сатура кривится. Его вид говорит о нежелании идти куда-то и принятия собственной вины. Это уже поведение не одиночки, а мага с кучей внутренних проблем. Парень явно не привык спасать кого-то или помогать по доброте душевной. Тем не менее, он сдаётся, и причина такого решения остаётся неразглашённой.

– Ладно. Схожу…

– Не делай мне одолжение.

Юноша улыбается, но скорее устало, чем проказливо.

– Достаточно грубо с моей стороны, не так ли, Яшизуки?

Удивлённо раскрыв глаза, слышу смешок фамильяра и беру себя в руки. Не знаю, как он узнал, однако сейчас точно смеётся надо мной.

– Предпочитаю Юзуки, Сатура.

– Понятно. Благодарю за работу, Яшизуки. Всегда мечтал посетить Город цветущих вишен.

Отвернувшись, парень бросает монетку хозяину, затем молча уходит из таверны.

Сатура… Я тебе это припомню!

Сжав кулак, я сдерживаюсь и плачу за обед. Затем выхожу на улицу. Лепестки по-прежнему кружат над улицами. Вот только, после замечания мальчишки, смотреть на них не хочется. Как бы не выглядела кровь, она остаётся кровью.

– Хм, а он тебя знает… Яшизуки, маг, устроивший переполох в Синдзигохаре, самом Городе игр смерти, и спасший его жителей…

Посмотрев вслед уходящему юноше, я взъерошиваю волосы.

Тот инцидент был не моей виной. Просто заклинание вышло из-под контроля и разрушило половину города. И мне ещё повезло, что никто из жителей не погиб, заранее спрятавшись за пределами города от мерзких тварей. Те довольно часто грабят город, вылезая из пещер кровавых, а после моего прихода… Тишина. Многие так думают. А на самом деле…

– О, ты чувствуешь раскаяние?

– Шихи… – начинаю отчитывать фамильяра и не нахожу, что сказать.

– Знаешь, я тут подумал… что стал бы оружием, которое ты желаешь, в сражении с ангелами или кровавыми.

Улыбнувшись по-мальчишески, беловолосый мягко сворачивается вокруг моей шеи серым шарфом. Вот ведь, самовольный змей. Пригладив ткань, задумчиво прислушиваюсь к его словам. Я не люблю опасные ситуации и предпочитаю избегать сражений. Он же отличается от меня. Говорят, что фамильяр всегда совместим с магом и потому он направляет его по верному пути. Что-то вроде того, что это они выбирают нас, а не мы их.

А ведь ты до сих пор не заговаривал о том, чтобы сменить форму…

Я спускаюсь к городу, попутно надевая плащ и вспоминая день нашего знакомства.

Тогда была зима. Снег шёл почти каждый день и не успевал таять, отчего образовалось много сугробов. Крыши домов были белыми, деревья искрились разноцветными льдинками. То была довольно спокойная зима без нашествия монстров и бед. Я был магом такого же возраста, как Сатура. Но у меня не было фамильяра. Кажется, это случилось около десяти лет назад. За два года до встречи со змеем, я лишился своего помощника и решил впредь работать один. Было сложно и всё же я брался за миролюбивые задания. Передать посылку или письмо, сопроводить телегу в деревню, убрать снег с улиц. Выполняя очередное скучное задание с доставкой, я забрёл ночью в заброшенную деревню. Возможно, она была разорена животными или монстрами. Там я и нашёл грязный потрёпанный шарф, лежащий в сугробе. Не задумываясь, я поднял его и надел на шею. Из-за того, что привык жить в бедности, меня всегда тревожили подобные случаи. Не люблю, когда что-то выбрасывают или оставляют. Тогда я впервые услышал голос Шихи.

«Ты вернулся за мной?»

Эта была единственная ночь, когда его голос звучал приглушённо и тоскливо, словно падающий снег.

– ответил я «Да»,  .

– прошептал шарф «Я тебе нужен?»  .

«Ты мне не нужен, но я могу дать тебе имя. Ведь иначе ты исчезнешь».

«И не побрезгуешь? У меня ведь есть имя. Хиби. Ты не мой хозяин».

«Это имя тебе не подходит. Отыне ты – Шихи. Стань моим оружием и защищай меня, в обмен можешь остаться со мной. По условию контракта…»

– перебил голос и надолго замолчал «Шихи… Ладно, но это будет не настоящий контракт. Поэтому не нужно никаких условий»,  .

Вот так мы и стали работать в паре. Обзаведясь помощником, я принял более сложное задание на истребление местного логова пауков. И провалил его. Шихи начал вредничать и ни в какую не принимал другую форму. С одним только шарфом много пауков не убить. С того дня мы ссорились каждый день, никто из нас не желал идти на уступки. И что бы я не делал, на каком волоске от смерти не был, он ни в какую не становился оружием. Изменил форму он спустя неделю, когда проголодался. Мою магию он не принимает, поэтому питаться может лишь обычной пищей. Наши ссоры пошли по новому пути. Шихи наблюдал за мной со стороны и оставлял едкие комментарии, но не помогал и не возвращался в шарф. Даже когда меня однажды спас чужой фамильяр, Шихи не сдвинулся с места. Постепенно я перестал доверять ему. Лишь два года назад я нашёл способ влиять на его поведение, хоть он мне не очень-то нравится.

Да уж… Представляю, что окружающие думают, видя нас вместе.

Два года назад обнаружилось, что Шихи боится воды. Тогда, на очередном задании, он едва не упал в реку. Мне удалось поймать его, ухватив цепью за шею. И когда я вытащил его к берегу, он начал так яростно вырываться, что я невольно заинтересовался таким поведением. С тех пор Шихи и ходит в ошейнике с магической цепью. Обычно она не видна, но когда он начинает капризничать и язвить, а то и нагло подставлять меня, я призываю её. Покорным он не становится, зато более-менее слушается.

Вот только… водить за собой фамильяра на цепи…

Я вздыхаю. Как-то раз Шихи проговорился, что у предыдущего хозяина имел форму оружия. С тех пор я пытаюсь воззвать к его совести. Впервые за десять лет он сам заговорил о смене формы.

Пойти ли мне у него на поводу?

Пока я предаюсь дням минувшим, то успеваю покинуть Ахэйр. Мой путь лежит к городу Маскард, соседнему с Городом цветущих вишен. Задание простое, вызванное с неполадками кристаллов. Но чувствую – придётся помучаться.

***
Сатура

Развалившись в удачно проезжавшей по пути повозке, я продолжаю читать книгу, найденную дома. Скучная история цепляет и заставляет прочесть себя до конца. Зачем кто-то её написал, я надеюсь понять после прочтения. Повозку потряхивает, но, благодаря мягкому мешку за спиной, неудобства не ощущается.

«Недавно в Городе небесных камней что-то произошло и кристаллы в городах перестали работать, многие же учинили серьёзные неприятности жителям. И вот результат».

Отвлёкшись от книги, смотрю на медленно удаляющуюся дорогу и голубое небо, закрытое редкими облаками. В этой местности всё тихо и спокойно. Только лепестки в городе напомнили о Шидо. Хочется верить, что демоны просто заставили обгоревшие деревья зацвести, чтобы скрыть разрушения.

«Ходят тревожные слухи, что из Ледяного города периодически раздаётся шум и холод постепенно распространяется, на ночь покрывая соседние деревни и города изморозью. А ещё в тех местах появились странные бестелесные существа».

Миори…

«Ты будешь сожалеть».

Отвернувшись, я разглядываю стенку повозки. Ехать до нужного места не меньше дня.

Город небесных камней…

«Я покажу тебе».

Стукнув кулаком по дну повозки, я усмехаюсь. Так вот, что сделал маг. Если так, вина за случившееся переходит ко мне.

Он вывел небесные кристаллы из строя с помощью одной части божественного оружия. Я слышал, что кристаллы поглощают магию и потому уничтожить их сложно. Да и, насколько знаю, артефакт влияет на время.

Оглянувшись на скрытого тканью хозяина повозки, поджимаю губы. Тревожные мысли не умещаются в голове и норовят вылезти наружу. Я снова уделяю внимание книге, так как размышлять о чём-то смысла нет.

Вечер подкрадывается незаметно. Звёзды, одна за другой, загораются на сине-фиолетовом небе, холодно поблёскивая. Ветер дует тёплый и даже не приходится укрываться.

Выпустив малышню на свободу, любоваться на ночное небо и охранять меня, я незаметно проваливаюсь в дремоту.

Мне снится снежная ночь, напоминая событие десятилетней давности. Разрушенный ангелом город медленно покрывался белым снегом, открывая взгляду раны, которые ночь старательно пыталась скрыть. Я наблюдал за его буйством со стороны и не спешил вмешиваться, придерживаясь собственных правил. Никому не помогать. Крики и беготня незнакомых существ только позабавили меня. Город опустел в одно мгновение, став тихим и безжизненным. На меня тоже невольно перекинулась его тоска, заставив забыться и потеряться в нём. Я забыл о цели, с которой пришёл. И начал задумываться о том, каким город был до моего прихода. С трепетом разглядывал порушенные башни и расколотые стены, представляя их прежними. Было холодно и я несколько раз подумывал разжечь огонь. Но, видя валяющиеся на дороги вещи, взрывами выброшенные из домов, чувствовал себя чужим. Всё вокруг казалось могилой. Я был наедине с похороненными незнакомыми душами. У меня не было слов на прощанье. Я ощутил вину и сравнил себя с ангелом. Мы не очень-то отличались друг от друга. Внезапно холодную тишину нарушил чей-то плач.

Вздрогнув, раскрываю глаза. Растворяющиеся в сине-розовом небе звёзды кажутся падающими снежными хлопьями, и я вздрагиваю повторно. Воспоминание слишком красочно и ярко вырисовалось в памяти. И я не смог бы забыть изменившую меня ночь при всём желании.

– Господин, тебя одолел тревожный сон?

– Мучают грехи прошлого, хозяин?

Приподнявшись, я по очереди оглядываю зеленоволосого спокойного мальчика и темноволосую улыбающуюся девочку. Вглядевшись в перья на ушках, рога и хвосты, вспоминаю, что они хвостокрылые, а не обычные дети. И, успокоившись, отворачиваюсь.

– Вспомнилось кое-что.

Взглянув на книгу, лежащую рядом, пытаюсь прикинуть сколько осталось. Мы должны проехать ещё две деревни, чтобы попасть в Ледяной город. Ехать ещё целый день, не считая остановки.

Долго…

Сжав кулон на шее, поджимаю губы. Раньше было легче. Десять лет назад меня не терзали сомнения. Я терял куда больше, чем один день. Тогда они ничего не означали, а сейчас даже несколько часов могут решить очень многое. Раз уж я решил гнаться за мечтой всего мира, то должен отбросить сомнения.

И всё же… Воспользуйся я этой силой снова, не стану ли таким же, как десять лет назад?

Обняв колени, желая спрятаться, опускаю на них голову.

Я знаю, как ужасна сила часов. Именно поэтому старался избегать всего, что связанно с ними. Страх ещё не прошёл. И не пройдёт никогда. Десять лет она меняла и искажала мою жизнь. Она затягивает меня в бездну, из которой я чудом выбрался однажды. Даже когда перестал её использовать, ничего не изменилось. Она зовёт меня и просит использовать. Однако, цена слишком велика.

– Нам бы поторопиться. Существа Ледяного города, то есть духи, не будут терпеливо ждать.

– Мне уже не терпится разрезать их на кусочки!

Подняв голову и взглянув на фамильяров, я ощущаю что-то странное. Они не могут читать мои мысли, но всегда верно их угадывают и потому влияют на мои поступки. А может, я отношусь к ним с большей осторожностью, чем требуется. Запечатав ребят в сосуды, сжимаю кулон.

Всего один день… Для других ничего не изменится, а для меня… Для всего вокруг…

Я зажмуриваюсь, стоит лишь заметить бледное свечение.

Пожалуйста… Хоть на этот раз помоги мне!

Сжавшись, я жду неминуемого. И ничего не ощущаю. Приоткрыв один глаз, недоуменно разжимаю пальцы.

Не получилось?..

– Приехали!

Подскочив на месте, я вцепляюсь в мешок за спиной. Сердце стремительно бьётся от пронзившего страха, оглушающе гоняя кровь.

– Эй, ты слышишь, парень?! Задремал, а?

– Д-да… слезаю уже.

Собравшись с мыслями, я спрыгиваю на землю и оглядываюсь. Деревня. Обычная дорога, непримечательные дома по сторонам, сложенные из дерева стены и накрытые соломой крыши. Только начало светлеть и никакого на улице не видно. Передёрнув плечами, ощущаю лёгкий холодок. И, оглянувшись на повозку, шагаю в сторону Ледяного города. Он находится не так уж далеко, в часе ходьбы.

Получилось… У меня получилось…

Мысль бьётся в голове в такт сердцу и принуждает улыбнуться. Бодро зашагав по истоптанной и изъезженной дороге, я вскоре перехожу на бег.

Так… спокойно. Не нужно себя пугать. Ничего плохого случиться не должно.

Предел возможностей двадцатилетнего мага приближается, и я перехожу на шаг. Но путь, своей попыткой унять мысли, сокращаю неплохо. Вскоре начинается спуск, а за ним и сам город. Он вовсе не изо льда, как можно представить по названию. Если и есть в нём какая-то особенность, то множество башен и домов, похожих на маленькие крепости из тёмно-серого камня. Вот только камень покрыт толстым слоем льда. Снега здесь нет, лёд не тает. Единственное, что приходит в голову – заклинание. Как десять лет назад в Ахэйре, так и здесь произошло что-то похожее. Если задуматься, сложные заклинания часто выходят из-под контроля. Или осколки.

– Хорошо бы управиться до наступления темноты. Или же всё начнётся только после захода солнца?

Оглядев улицы с холма, скрещиваю руки на груди. Не видно ни души, хоть я и знаю, что здесь живут какие-то существа. По крайней мере жили раньше.

Ведь кто-то отправил заявку… И отправлял их ранее.

Открыв книгу в чёрно-фиолетовом переплёте, произношу:

– Цуми. Тишина.

Меня накрывает магическая оболочка, и я с осторожностью спускаюсь. Ходить по оледеневшим дорогам небезопасно. Должен признать, сверкающий на солнце лёд выглядит впечатляюще, словно возвышая дома и делая их величественнее. Поправив мантию, я верчу головой по сторонам и прислушиваюсь. Если вспомнить, заданием было собрать лепестки, похожие на чешуйки. Где растёт голубое дерево и почему лепестки не могут сорвать местные, остаётся вопросом. Как и то, почему задание предполагало встречу с духами.

Тишина… Словно здесь никого нет. Не присутствует ни запахов, ни ощущений опасности. Одним словом – тишина. Но слухи… Ни с того ни с сего не может появляться столько духов и пугать всех в округе. Раньше их не было. Значит, откуда-то взялись.

Услышав плеск воды, сворачиваю за высокое прямоугольное здание с зубчатой крышей и вижу реку. Она свободно протекает в углублении, разделяя улицу.

Широкая… Не перепрыгнешь.

Последовав за течением, я прихожу к горам на другой стороне города. Вода втекает в пещеру. Заметив что-то блестящее, я бы подумал, что это лёд, но вокруг нет камней, лишь горы и река. Дома остаются шагах в десяти отсюда. Наклонившись, я подбираю что-то совсем рядом с водой.

Чешуйка?

Голубая такая чешуйка с половину ладони, твёрдая, словно кристалл.

О, понял. Это же голубой лист из задания.

Спрятав добычу в карман, призываю фамильяров.

– Нори! Цуми! Кто хочет искупаться?

Переглянувшись, малышня отворачивается. По виду ясно, что никто.

– Тогда отправляйтесь вниз по реке вдвоём. Если не найдёте Миори, то хотя бы осмотритесь и поищите голубые деревья. Увидите духов, возвращайтесь.

Ребята молча прыгают в реку и скрываются в темноте. Не оценив их поведение, я возвращаюсь к наблюдательной прогулке. Так и брожу целый день, не увидев чего-то интересного. Начинает смеркаться, но, даже заглядывая в дома, я не нахожу следов чьего-либо присутствия. У большинства домов нет дверей, простые арки. Внутри обычная каменно-ледяная мебель, ткани, деревянные или глиняные предметы. Где-то в горшках есть замёрзшая еда, кое-где в беспорядке разбросаны вещи. Жители точно покинули дома не по своему желанию после долгих сборов.

– А вот и сумерки. Сейчас всё решится.

Выйдя на улицу, лениво наблюдаю за ползущими тенями и окрашивающимися в пламенные цвета ледяными постройками.

А может, и чуть позже…

Звёзды мерцают на тёмно-фиолетовом небе, дует ветер со стороны гор. Взглянув туда, замечаю ползущий по земле туман.

Я не ошибся. Полог Цуми ещё держится, но сработает ли он против духов? Прошло много времени, а фамильяры до сих пор не вернулись. Насильно их призвать? Нет, подожду.

Не двигаясь, я наблюдаю за туманом. Он проползает мимо и вскоре охватывает улицу целиком, словно пытаясь что-то скрыть. Судя по разговорам, услышанным магом, туман будет тянуться к деревне. Пронзительный вой разбивает тишину на осколки, звонко падающие к моим ногам. В тумане загорается пара огоньков, мигает и исчезает.

Всё-таки духи…

Я направляюсь к погасшим огням. Туман сгущается. Затянув мантию на шее, я растираю замёрзшие щеки в скромной попытке согреться.

Куда же занесло эту льдинку?..

Резкий порыв ветра развеивает туман впереди. Остановившись, я сталкиваюсь со взглядом голубых глаз. Чёрные щёлочки зрачков мигают и на меня с рычанием бросается белоснежный волк, кажущийся сначала духом. Отступив в сторону, я уклоняюсь от клыков, блеснувших в тумане. Животное быстро смекает, что к чему, и отступает. Я прыгаю, отталкиваюсь от стены и оглушаю его ударом сапога. Приземлившись, быстро оглядываюсь и спешу обратно к пещере.

Плохо.

Стоит приблизиться, как приходит понимание. Туман исходит именно из пещеры и замораживает воду. Топнув пару раз для проверки устойчивости, становлюсь на четвереньки и вхожу в пещеру. Другого выбора всё равно нет. Пока не разберусь с происходящим, нападать или вредить местным духам не стоит.

Х-холодно…

Пальцы тут же немеют и я, как могу, заворачиваю их в ткань мантии. Ползти навстречу полупрозрачной завесе приходится минут пять. Когда гора остаётся позади, я облегчённо выпрямляюсь и сую руки в карманы. Голубой свет впереди почти полностью скрывает туман. Идти через него опасно.

– Немного пламени явно лишним не будет.

Хотя собственной магией пользоваться не хочется…

Вдохнув поглубже, я призываю в руки ветер и направляю вперёд, в надежде разогнать туман. Огненная магия слишком сложна, я не рискую ей пользоваться. Я вообще редко сам использую магию, она мне не так уж и нравится. Быстро сойдя на ставший видным берег, слышу рычание со всех сторон.

– Опять…

Отведя ногу назад и укрепив стойку, я зажмуриваюсь и призываю ветер ещё раз, чувствуя на себе неприятное касание стихии. Волки скулят и отпрыгивают назад. Чтобы лишить их воли к сражению, такого мало. Подняв руку, я использую несложное заклинание, чтобы напугать их. Не получается. Чтобы увернуться, приходится спрыгнуть на лёд. Пробую снова и использую заклинание пламени. Завихрившись, оно опаляет берег и ласкает языками парочку лап. Взвизгнув, волки всё же разбегаются, и я развеиваю своё творение. Глубоко вдохнув, начинаю ощущать усталость. Но ещё есть незаконченные дела.

– Где же Миори?.. Может, её ребята нашли?

Ступив на берег и пройдя дальше, погружаю стопы в снег. Удивившись, я разглядываю следы разнообразных лап, на волчьи совсем не похожие. Что-то внутри обеспокоенно шевелится.

Это же не духи…

Услышав плач, я вздрагиваю.

Н-нет… быть не может…

Сглотнув, я оглядываю себя и киваю.

Воспоминание нахлынуло так неожиданно… И даже сейчас…

Плач усиливается. Пытаясь побороть внутренние переживания, я продвигаюсь вперёд. Исчезнувшее голубое сияние ускользает из моего внимания. Снег хрустит под сапогами, а туман сгущается. Призвав ветер в последний раз и, пользуясь этим шансом как следует, смотрю вдаль, на белые бугорки сугробов и тянущуюся из капелек крови дорожку. Стараясь на неё не наступать, сворачиваю вправо. Но увидев два лежащих в крови тела, теряю самообладание и подскакиваю к ним.

Мальчик с растрёпанными зелёными волосами и девочка с чёрными. Оба истекают кровью и едва дышат. У мальчишки находятся силы плакать, не раскрывая глаз. Тело девочки почти всё в крови, даже лицо и шея.

Облизнув губы, трогаю кровь. Холодная. Я лихорадочно пачкаю руку и отхожу назад, чтобы начертить однажды увиденные знаки. Голоса из чужого разговора отчётливо звучат в памяти и подсказывают, что делать.

– Имя тебе Нори, стань моим щитом и оберегай меня, взамен можешь остаться со мной. Имя тебе Цуми, стань моим оружием и рань моих врагов, взамен можешь остаться со мной. По условию контракта я запрещаю вам хранить воспоминания…

Сильный порыв ветра бросает снег мне в лицо. Закрывшись руками, я жду его прекращения. И когда он стихает, остаюсь растерянно стоять на берегу в болезненном холодном одиночестве.

Что?.. Я…

Медленно переведя взгляд на ладони, резко выдыхаю.

Воспоминание?

Снова услышав плач, принадлежащий девушке, вскидываю голову. И, наплевав на голубоватый свет впереди, бегу на звук.

Сомнений быть не может – Миори!

Бежать по снегу нелегко. Я несколько раз падаю, окончательно обвалявшись в снегу и замёрзнув. Однако частое дыхание согревает внутренности и не позволяет холоду взять верх. Передо мной предстаёт вид небольших холмов или сугробов. Вглядываться не считаю нужным. Вскарабкавшись по ним, смотрю вниз. Девушку с голубыми волосами вижу сразу. А вот обступивших её со всех сторон волков, медведей и лисиц, как и витающих над ними полупрозрачных духов, уже после. От них льдинку отделяют мои помощники. Вот только без меня бойцы из них не очень хорошие.

– Миори! – кричу я, прыгая с холма. – Где Каю, Миори!?

Словно не слыша меня, девушка продолжает рыдать в снегу.

– Господин! Хозяин! – одновременно оборачиваются фамильяры.

Звери вокруг, только этого и дожидаясь, бросаются на них. Увязнув ногой в сугробе, я падаю. Перед глазами проносятся брызги крови. Широко раскрыв глаза, я изо всех сил кричу, выплёскиваю боль и страх, пережитые около десяти лет назад. Но от этого не ставшие менее болезненными.

– Нет… Нет! Нет!

Поднявшись и сбросив мешающуюся мантию, я оттираю снег с лица и вглядываюсь в белошёрстную толпу. Знакомое мяуканье слышится совсем рядом. Промчавшись по ряду существ, Каю заслоняет моих фамильяров ледяным щитом. Выдохнув, я встречаюсь с ней взглядом.

– Господин! Хозяин? – снова невпопад выкрикивает малышня.

Подняв руку, чтобы их успокоить, замечаю исчезновение кошки. Пока звери царапают преграду, другие заходят сзади и нацеливаются на Миори. Подняв руку, я мешкаю, не зная какое использовать заклинание и стоит ли им вредить.

– Господин, выбери меня!

– Нет, меня, хозяин, меня! Я справлюсь лучше!

Проклятье!

Прикусив губу, я оглядываю голубоватые просторы вокруг и едва замечаю Каю на одном из сугробов, сливающуюся своим окрасом со снегом. Она играет в наблюдателя.

Но… почему?

– Нори! Оковы! Цуми! Цепи!

Я бы использовал заклинание, но могу задеть кого не нужно, да и силы мои на пределе.

Половину северных пушистиков охватывает сеть из света, вторую я разгоняю ударами цепи по снегу, вздымая и разбрасывая его по сторонам. Духи приглушено воют и нападают. Миори кричит, прижимаясь к земле. Духи кусают её и тянут за волосы, рвут одежду. Рука немеет, и я бросаю цепь, побежав по очищенной разрыхлённой дорожке. В шагах двух от Миори, призываю пламя. Нескольких духов задевает, и они решают отступить. Встряхнув девушку за плечи, зову её, и на этот раз она оборачивается. Лицо кровоточит от мелких порезов, размытых слезами.

– С-сатура?..

– Нет, дух Ледяного города!

Я хватаю девушку за руку, но стоит ей подняться, как ноги подкашиваются, и она падает обратно.

– Вот ведь не везёт… придётся их убить.

Надеюсь, никто меня не проклянёт за такую жестокость. Я поднимаю руку над головой и готовлю атакующее заклинание. Внезапно разносится вой со всех сторон. Я призываю смерч. Все свои поблизости, так что никого не заденет. А вот зверюшек раскидает по сторонам и останутся лишь кровавые следы. Усмешка невольно расползается на губах. Сердце, бьющееся до этого просто громко, трепещет в ожидании знакомых ощущений.

– Нет! Сатура, стой!

Вскочив на ноги, девушка роняет меня в снег и падает сверху. Руку вновь колит боль, а заклинание распадается.

– Что ты делаешь?!

– Остановись! Не надо их убивать, они же ничего плохого не сделали! Они не монстры, а простые животные!

Розовые слёзы льдинки капают мне на рубашку, зажатую в её же пальцах. Рука запутывается в её длинных волосах, и я едва освобождаю её, чтобы приподняться и сесть.

– Не мешай! Иначе первой они съедят тебя! Ты не видишь духов над их головами?

– Хозяин, поторопись!

Мимо проносится чёрная тень и позади раздаётся скулёж. Цуми прикрывает мою открытую спину.

– Почему не используешь Каю? Она может отогнать их, не убивая.

– Она меня не слушается! Совсем! – хнычет Миори. – Что не говорю, даже не приближается ко мне… Сатура! Помоги мне… Мне страшно!

– Помочь, но не убивать?

Я горько усмехаюсь. На ум не приходит совершенно ни одного заклинания или догадки, почему фамильяр игнорирует попавшего в беду хозяина. Это просто невозможно, если только Каю не желает исчезнуть.

– …отец… я не справилась… Мне так страшно! Помоги…

Миори бормочет совсем не связную речь. Заметив движение её кошки, я хмурюсь. Я о девушке совсем ничего не знаю. Я не интересовался, почему она стала магом. То, что она не умеет управлять фамильяром, странно. Как и её одержимость заданиями, на которых встречаются духи. Это не первый случай. Правда, в прошлый раз всё было не так плохо.

– Нори, Цуми! Сдерживайте их как-нибудь!

Схватив девушку за плечи, я хорошенько встряхиваю её.

– Хватит пачкать мне одежду – запасной нет. Лучше расскажи о Каю. Откуда она, вообще, у тебя взялась? Есть специальное заклинание, заставляющее фамильяра подчиниться против воли. Ты не использовала его, и я думал, что лишь из-за доброты душевной. Но ведь сейчас на глупости времени нет! Каю не твой фамильяр?

Всхлипнув и немного успокоившись, Миори отводит взгляд.

– Каю… мой фамильяр.

Из-за рычания и воя вокруг я едва слышу её дрожащий голос.

– Тогда используй заклинание.

– Нет. Магии не осталось. И папа говорил, что с ними так нельзя, это жестоко! Мы и так принуждаем их служить!

Прикусив язык и взвыв от боли, я награждаю Миори пощёчиной.

– Лучше умрёшь здесь?

Вздрогнув и распахнув чистые голубые глаза, сейчас кажущиеся более выразительными, чем в тёмной таверне, она мотает головой.

– Но она меня не слушается!

– Есть причина?

– Хозяин! Их стало больше! У нас не получится их сдерживать!

Оглянувшись, неохотно вздыхаю. Схватив руку Миори, я поднимаю её вверх и использую заклинание подчинения.

– Каю! Обездвижь их!

Запястье девушки, на котором появляется браслет, начинает светиться. Появившаяся цепь тянется к кошке, и та послушно исполняет приказ. Когда звери оказываются приморожены к земле, духи исчезают. Туман рассеивается. Отпустив девушку, я без сил падаю в снег, на котором уже валяются фамильяры. Я с трудом произношу их имена и возвращаю спать в сосуды. Закрыв лицо рукой, искренне желаю послать всех и вся. Вот только, судя по возникшей тишине, моё желание не исполнится. Открыв один глаз, я перевожу его с одной кошечки на другую.

– Самое время рассказать о вашей встрече.

Вздохнув, я сажусь.

А ведь в тумане я видел, как встретил Нори и Цуми. Почему это воспоминание было таким… настоящим?..

Сев перед кошкой, Миори натягивает рукава куртки и тихо говорит:

– Каю была фамильяром моего отца. Но его убили духи, а контракт стал моим. Так случается, если у тебя есть родственники…

– Передача контракта…

Понятно, в целом. Только как уладить всё миром, не знаю. Если их контракт недобровольный, лучше разорвать. Иначе Каю доведёт хозяйку до смерти. Такое случалось, когда маги воскрешали существ, которых сами доводили до смерти, или когда призывали слишком сильных для себя фамильяров.

– Не смотри так на Каю! Я не разорву с ней контракт! – кричит голубоглазая, закрывая от меня кошку. – Отец хотел передать её мне, когда подрасту. Она моя!

– И сегодня она чуть не убила тебя. В следующий раз Каю станет Диким духом.

Встав на ноги, я оттряхиваю снег. От рычания и клацанья зубов разболелась голова.

– Дикий… дух?

– Фамильяр, способствующий несчастьям хозяина, заслуживает смерти. Лучше избавься от неё, пока не стало поздно. Может, она и хорошо служила твоему отцу, но раз не хочет защищать его дочь… Тут либо твоя вина, либо Каю поглощена горем от смерти прошлого хозяина и со временем станет Диким духом, а после принесёт ещё больше несчастий.

Смотря, как глаза девушки наполняются слезами, я понимаю, что друзьями нам точно не быть. Впрочем, я и так собирался исчезнуть из Ахэйра.

– Не пойми неправильно, я не убью Каю. Мне всё равно, если ты не разорвёшь с ней контракт. Я спас тебя лишь потому, что ты попала в беду из-за меня. Я не пошёл с тобой…

…потому что забыл об обещании.

– Да… Мне сказали, что ты ушёл. Но я не обижаюсь. Правда. Я с самого начала хотела прийти сюда одна… Просто, увидев тебя, поняла, как мне страшно… Думала, что стала сильнее. Думала, если справлюсь сама, смогу смириться со смертью отца! И надеялась, Каю примет меня, если всё получится…

Закрыв лицо руками, Миори плачет. Мне не доводилось утешать кого-то, поэтому я просто раздумываю, как бы поскорее уйти. Однако мы так и не решили неприятности с городом и не выполнили задание. В любом случае, надо уходить. Вечно мучать животных нельзя.

– Глупая ты, Миори. Если бы я не пришёл, умерла бы напрасной смертью. А теперь подумай, что стало бы с Каю? Ты бы не смогла отпустить её. А она пережила бы потерю сразу двух хозяев.

Кошка почему-то смотрит на меня.

– Прости… Прости, Сатура… Каю… Я такая слабая… Из меня не получился хороший маг… Я только доставляю вам неприятности…

– Несомненно. А теперь вытирай лицо, пора уходить.

Оглядевшись, я нахожу свою мантию и спешу к ней, чтобы подобрать. С помощью заклинания пламени я высушиваю и встряхиваю её, затем накидываю тёплую ткань на плечи. Правильнее было бы отдать её девушке. Но я и сам замёрз. Ледяному магу тёплый плащ не нужен. Успокоив свою совесть, оборачиваюсь и слегка удивлённо разглядываю кошку, усевшуюся на коленях хозяйки.

Может, у них всё наладится?

«А ты понимаешь чувства фамильяров, господин».

«Хоть и не можешь правильно их выразить, хозяин».

– Спать, – приказываю. – Ты идёшь, Миори? Хватит реветь, а то растаешь, ледяной ты наш маг. И вообще, есть соображения, что случилось в городе?

Успокоившись и собравшись, льдинка поднимает Каю на руки и встаёт сама. Хоть и дрожит немного.

– Н-не знаю… Как пришла в город, то пряталась от них. А потом они загнали меня сюда.

Вспомнив голубой свет, я хватаю девушку за запястье и веду к озеру. Здесь всё равно ничего не выяснить. А вот пропажа духов напрягает.

Надеюсь, со зверушками всё будет в порядке… Живут же в снегах, значит, лапы не отморозят. Перелезая сугроб, я отмечаю исчезновение тумана. И, благодаря его рассеиванию, вижу раскинувшееся перед озером голубое дерево.

Так свет был от него…

Опустив взгляд ниже, я вижу кого-то лежащего под ним. Красные капли вокруг заставляют меня вспомнить видение. Миори вскрикивает. Поднимается ветер, и стая духов несётся на нас, привлечённая шумом. Вскинув руку, я использую небольшой смерч, чтобы разорвать духов на ошмётки. Надоело возиться. Оставив девушку позади, я спускаюсь и замираю над телом. К горлу подступает неприятное ощущение удушья.

– Фея…

Но почему здесь?.. Кровь…

Осматривая бирюзовые крылья бабочки, чёрные рога и руки, запачканное кровью платье из синих листьев и чёрной ткани, замечаю что-то на шее. И, опустившись перед телом, аккуратно вытаскиваю из раны на груди кулон. Стрелка на моей груди звонко подпрыгивает, и я от испуга падаю на спину. В моей руке светится часть часов.

Что?..

«Ещё одна часть, поздравляем, господин!»

– Замолчите! Я ещё не опустился до обирания трупов!

«Ей она в любом случае не пригодится», – замечает Цуми.

Спрятав окровавленный кулон в карман, я с шумом выдыхаю и вожу рукой по снегу.

Тьма-а. Что произошло? Почему у меня такое чувство, что я выполнил особо сложное задание и получил награду? Нет… Голос жадности не стоит слушать.

– Сатура?..

Я резко оборачиваюсь. Миори испуганно отпрыгивает назад.

– А, извини. Всё в порядке. Думаю, те звери и духи здесь из-за неё. Судя по изломанным крыльям и дыре в груди, фею ранили в полёте. Если сожжём тело, духи исчезнут. Я займусь, а ты набивай сумку листьями. Мы ведь пришли за ними?

– Но…

– Впервые видишь мёртвое тело? – я зло сужаю глаза. – Будешь ещё и по этому поводу плакать? Я изрядно устал и хочу есть. Ещё здесь холодно и у меня полно более важных дел. Так что торопись или оставайся одна. Я с себя грех за твою смерть снял и могу уйти прямо сейчас.

– П-прости…

Сцепив руки на груди, Миори вызывает у фамильяра протестующее мяуканье. Я встаю и призываю заклинание пламени.

– Постой. Я не буду спрашивать, что ты забрал, взамен позволь мне сделать это.

Удивлённо взглянув на охотницу, я вздыхаю.

Ледяной маг просится сжечь тело. И что делать?

– Зачем?

– Ну… Фея… У нас одна стихия – лёд. Лучше мне…

Я пожимаю плечами и отхожу к дереву, чтобы наполнить карманы листьями. Пока я занимаюсь обиранием, девушка просит кошку о помощи. Я успеваю увидеть лишь оседающие на снег крохотные блестящие льдинки, а после подхватываю падающую без сил девушку. Тяжело дыша, она называет имя фамильяра и прячет его в пассивную форму, то есть браслет.

– В таком состоянии далеко не уйдёшь.

– Нет… Я пойду. Просто голова закружилась.

– Ясно. Доберёмся до деревни к утру, отдохнём и дождёмся повозки. Мне ещё нужно выполнить одно задание поблизости, а тебе сдать. Идёшь?

Не смотря на свои слова, девушка меня не отпускает. Закрадывается мыслишка, что из-за тёплого плаща, а не от усталости.

– Миори. Я не хочу ночевать здесь. Знаю, тебе плохо. Но поверь, моя смерть будет мучительнее, чем твоя от усталости и холода. Хотя, и твоя спокойной не будет, потому что я до самой последней минуты буду жаловаться тебе.

Миори тут же отталкивает меня. Я же безразлично потягиваюсь и пробую озеро на проходимость. Ещё твёрдое. Как же не хочется ползти.

– Девушки вперёд, – я приглашающе взмахиваю рукой.

Покраснев, она говорит:

– Иди первый. А я минут через десять догоню тебя. Отдохну чуть-чуть.

– Хорошо. А, и вот, забери своё задание.

Пока я вытаскиваю всё из кармана, кроме того, в который тоже зачем-то запихал листья и измазал их в крови, Миори достаёт мешочек. Пока она здесь, нужно будет от крови избавиться, а то бед не оберёмся.

Поверить не могу… Вторая часть часов!

«Ты будешь сожалеть».

Быть может, хотя бы о сегодняшнем дне я не буду сожалеть. Иначе, если сожаление продолжит расти, однажды оно убьёт меня.

Встал ли я наконец на правильный путь?..

Глава 5. Непослушный шарф и Город цветущих вишен

Юзуки

Повозка с торговым товаром останавливается в деревне, неподалёку от Маскарда. И пока зверюшки отдыхают, а кошель их хозяина пополняется, нам предстоит прогулка и осмотр окрестностей. Хоть мы и на землях магов, в деревне полно других существ, к примеру, хвостокрылых. Яркая внешность позволяет им притягивать внимание посреди простых не выделяющихся построек. На роскошные дома эльфов или фей у магов денег не хватит, а вот жадности хоть отбавляй. Да и строить их никто не станет.

Я магов понимаю. Лучше жить в деревянном доме, но иметь кучу мощных заклинаний и прочную защиту. Другим расам о таких мелочах задумываться нет нужды.

Смотря в спину удаляющегося фамильяра, который за мной никогда не ходит и потому хвостом приходится становится мне, я понимаю, что позволяю ему слишком многое. Но, не буду потакать Шихи хотя бы в таких мелочах, он свернётся шарфом прямо на поле боя и не скажет и слова. А мне интересно наблюдать за ним, куда он идёт и на что смотрит. Шихи ничего у меня не просит. Еду ворует с моей тарелки, спит на моей же постели, ходит всегда в одной и той же белой с серыми узорами накидке, серых штанах и ботинках на шнурках. Обычно он язвительный, наглый и безответственный. Часто обижается. Но когда меня нет в его поле зрения, как сейчас, он становится тихим, спокойным и иногда любопытным.

Скучает ли он по прошлому хозяину? Шихи так ничего о нём и не рассказал. Почему тот бросил змея с именем и почему они могут так далеко находится друг от друга? А жив ли он вообще? Если подумать… Он может просто взять и исчезнуть, не сказав ни слова…

Проведя рукой по волосам, окидываю взглядом улицу. И резко останавливаюсь.

Да не может быть… Только не снова…

Оглядевшись по сторонам, я не вижу ничего и никого и близко похожего на своего змеёныша. Даже осматриваю шеи проходящих мимо. Он исчез.

И ведь если Шихи погибнет… я даже не узнаю! Он просто бесследно…

Испугавшись, тут же задумываюсь. Вот так просто он не мог исчезнуть. Если только чтобы посмеяться надо мной. Или это я упустил его из виду. В любом случае, нужно найти его. Пока не натворил ничего и мне не пришлось извиняться перед местными. Даже вспоминать не хочется. Однажды Шихи залез на сломанное колесо, торчащее из воды, и рассказывал страшилки прохожим. А они шарахались и гневно причитали. Причём, оказался виноват я, что заставил себя ждать. В другой раз нарисовал карту и продал случайно встреченному оборотню, заработав себе на знаменитую закуску.

Просто ли это шалости или он иначе не умеет, скрывает ли он за своими поступками ту боль и тоску, с которой заговорил со мной впервые? Не знаю и не уверен, что хочу понять. Мне остаётся только наблюдать и взывать к его совести.

Спустя несколько часов, понимаю, что деревня больше, чем предполагалось. Я даже натыкаюсь на магов с другим заданием: выгнать пауков из пещеры. Оно встречается довольно часто. И ещё одних, очищающих воду в пруду. Тоже нередкое задание. С трепетом вслушиваясь в разговоры, уже теряю надежду найти Шихи до заката. Но, проходя по основной дороге и разглядывая сиреневую траву на обочине, вдруг нахожу свою пропажу, сидящую на краю повозки. Она уже готова к дальнейшему пути, только я опаздываю. Подождав моего приближения, змей усмехается.

– Искал меня?

– Тебя искал.

Вздохнув, я пытаюсь сдержаться. Меня одолевает злость. И потому не замечаю тоскливой улыбки, мелькнувшей на губах беловолосого.

***
Сатура

Раскрыв глаза, с неудовольствием отмечаю приход нового дня. Когда он пришёл, понять сложно. Свет пробивается лучами сквозь плотную занавеску. Учитывая, во сколько мы вернулись, сейчас около полудня. Откинув одеяло, я рассматриваю доски потолка и привыкаю к незнакомым запахам. Рука сама лезет в карман и вынимает шнурок с золотистой полоской металла. Задумчиво повертев её, прихожу к выводу, что это одна из четырёх деталей, идущих по краю.

Ох, ангелы. Мне ведь ещё и собирать их придётся… Если осколок идёт по краю, то целые часы будут примерно с половину ладони. Как-то маловаты они для божественного артефакта. Совсем не внушают трепет, только раздражение.

Осмотрев шнурок, завязанный вокруг осколка, всерьёз задумываюсь, как прицепить его на свою цепочку. Отверстия, как у стрелки, у него нет. Точно, я же забыл про талисман доброжелательности и удачи. Никто и не догадается, что внутри настоящая удача. А вот от шнурка следует избавиться. А то он странный, блестящий. Не дай ангел, заколдованный или проклятый. Потянувшись, взъерошиваю волосы и оттряхиваю одежду, затем встаю и бодрым шагом направляюсь в гостиную.

Повезло, что для нас нашёлся пустующий дом… И что мы на землях магов. В других нас бы не приняли так просто. И где в такую рань носит льдинку?

Зевнув, нахожу на столе оставленный обед. Порции две, поэтому сомнений в отсутствии Миори нет. Но я не гордый, скорее, голодный. Поев в одиночестве и тишине, я с наслаждением потягиваюсь. Сквозь открытую дверь и занавеску проходят лучи света и тёплый ветерок. В уютной комнате полумрак. Я лениво рассматриваю вещи хозяев: книги, плед, цветы, картины, самодельные игрушки. Даже рисунок на стене.

Наверное, здесь жила семья с ребёнком…

– Семья…

На краткий миг перед глазами встаёт картина родного дома. Но уже после смерти родителей, те тусклые и холодные дни ожидания и иллюзий. Раньше я тоже ел один и сидел днями в тёмной комнате, ожидая их возвращения. Может быть, ждал бы и по сей день, если бы меня не посетила крохотная мысль использовать часы. Маленький ничего не знающий ребёнок не мог понять, что стрелка не может вернуть мир на несколько дней назад, не может вернуть мёртвых к жизни.

Резко встряхнув головой, смотрю на комнату с враждебностью. Вся её безмятежность становится тяжёлой и сложной картиной. Внезапно по глазам бьёт свет, и я морщусь. Все дурные мысли тут же меня покидают, словно испугавшись.

– Сатура, ты проснулся?

– Миори…

Не найдя, что сказать, разглядываю девушку. Ей пришлось купить в деревне другую одежду. Но я не ожидал, что она найдёт чёрное платье до колен с длинными рукавами и белой вышивкой. Ещё и волосы подвязала в два хвостика, спускающиеся до локтей. Я бы не узнал её, если бы она зашла молча.

– Что, не нравится? – обиженно тянет льдинка.

– Мне всё равно. Лучше скажи, что там с твоим заданием.

– Я получила награду. В деревне ждал заказчик и сказал, что теперь жители вернуться в Ледяной город. Рассказывать о случившемся я не стала.

– И правильно. Ведь ничего не случилось, так, Миори? Ничего.

Девушка обиженно молчит. Но долго её выдержка не длится.

– Ты выполняешь какое-то опасное задание другой расы? Поэтому ничего не можешь рассказать? Или ты подобрал ценный амулет, о котором ничего не знаешь?

Взглянув на льдинку исподлобья, я молча изумляюсь.

По моим действиям сразу было видно, что я очень даже осознаю, какой предмет беру в руки. И помнится, она обещала подавить любопытство.

Подперев щеку рукой, спокойно отвечаю:

– Сия тайна… должна оставаться тайной, Миори.

– Хватит повторять моё имя! Ты сам ходячая тайна, Сатура!

– Ха-а?

Подавив рвущийся наружу сарказм, прикрываю глаза. Если не могу удержаться от колкости, лучше промолчу. Мне придётся постараться больше не оставлять сожалений. Не говорить лишнего, не поступать необдуманно. Не рисковать.

Наверное, я обзавёлся ещё одним врагом… Юзуки. Слышал я о его деяниях. Да и та странная пара мне не нравится. Я более известен, чем казалось. Пора заканчивать игры, не дети малые. Но так просто разрушить стену, которую я два года выстраивал…

– Дам тебе половину награды, если скажешь, о чём сейчас думаешь!

Вздрогнув, удивлённо приподнимаю брови. Я не против сказать.

Но что она сделает, узнав, что спасти её меня попросил фамильяр неизвестного мага? Точно не будет в восторге. Хотя, было бы правильнее сыграть роль плохого мальчика до конца и принять её предложение. Ведь из-за Юзуки у меня в кармане только книга, лист с заданием и приобретённая часть часов. Я отдал последние монеты за место в повозке.

– Скажу просто так. Я думал о возможных врагах и что, скорее всего, больше не вернусь в Ахэйр. У меня есть важные дела. К примеру, найти одного… мага и задать ему много вопросов. И потом отправиться в другие места.

– Что…

Подняв руку и перебив собеседницу, усмехаюсь.

– Как выполним моё задание, я верну тебя в Ахэйр и соберу вещи. Прости, но это конец. Ты помогла мне два года назад. Я ценю тот день, хоть и есть о чём сожалеть. Но твоей вины нет. Я уважаю людей, помогающих другим. Однако сам таким не являюсь.

Поднявшись и потянувшись, передаю девушке листовку. И, выйдя на улицу, щурюсь от солнца. Шум голосов и шагов оживляет её и наполняет душу спокойствием, придаёт желание заняться чем-то обыденным и забыть о невозможном.

Но я дал обещание… И придётся выполнить его.

Проверив фамильяров, всё ещё мирно спящих, направляюсь к рынку.

Если так пойдёт, опущусь до сбора трав и их продажи… Или начну делать что-то своими руками… Нужно ещё найти повозку и купить еды. Хватит ли?.. У меня осталось пять лепестков, а об их особенностях я так и не узнал…

Услышав что-то, я останавливаюсь посреди улицы. Тонкая и хрупкая мелодия. Она исходит не из вне, а изнутри. Кажется, она снилась мне сегодня. Мелодия и голос феи.

Не важно.

Закрыв глаза на минуту, иду дальше. Получив пять монеток за лепестки, я сильно удивляюсь. И, оценив реакцию, смело представляю лес с грибами и себя с мешком. Такова жизнь магов. Монет нужно много, но ангела с два заработаешь. А вот с повозкой оказывается сложнее. Не то чтобы они не ходят, просто сейчас нет ни одной. Странный розово-алый туман, выходящий за пределы Города цветущих вишен, пугает мирных существ. Посоветовавшись с льдинкой, мы решаем идти пешком. Благо тут всего два дня пути.

Почему в заказе о тумане ни слова? Пусть это С, можно было и уточнить. И что опять за шутки? Очередные духи на мою голову? Или беды из-за кристаллов? Насколько я знаю, они там есть. Ох, если бы всё было так просто…

– Сатура, а что ты читаешь? И удобно ли тебе на ходу? Дорога неровная.

– Да?.. Ну, будет кочка или ямка, скажешь.

***
Юзуки

Город, к которому приближается повозка, первым замечает Шихи. Большую часть пути он пытался разговорить хозяина и потому отлично видел её. Мы прощаемся со злым возничим у самых ворот, и я смотрю на солнце, чтобы определить время.

– Около полудня, – довольно усмехается сероглазый.

– Начинаешь приносить пользу, – хвалю его.

Когда звуки колёс по неровной дороге стихают, на город опускается тишина. Дома стоят ровно. Осмотревшись, мы не видим ничего необычного. Как и обычного. Ни одного прохожего, ни единого голоса. Даже небо кажется каким-то тёмным, отбрасывающим огромную тень на просторные улицы. Взглянув на зависшие в воздухе прозрачные кристаллы, я вспоминаю разговор в таверне. Одни только кристаллы не могли так сильно изменить город, в котором полно магов.

Да и просить незнакомцев о помощи, когда под рукой есть свои силы, тоже необычно… Возможно, потому что здесь нет их места сбора.

Раздавшийся неподалёку грохот привлекает наше внимание. Увидев взвившийся столб дыма, я спешу к нему, по пути призывая цепь, чтобы фамильяр никуда не подевался, что было бы неудивительно. Он и не на такое способен.

– Эй, бежать с этой штукой неудобно! Я и сам пойду!

– Не любишь, когда тебя ограничивают? Ты ведь и сам с собой так поступаешь.

– Что?! Ты всё это время и без меня справлялся. Для того, кто меня просто пожалел, ты требуешь слишком многого. Я оружие, а не разделочный нож! Я затуплюсь, если тыкать мною во всех под ряд…

Удивлённо обернувшись, приостанавливаюсь. Смутившийся парень отворачивается, словно коря себя за лишние слова. Я знаю, что ошейник не делает его счастливее, но не догадывался, что настолько. Поразмыслить над его словами мне не даёт приближающийся шум. Я тяну змея в переулок и наблюдаю за улицей из укрытия. Что-то врезается в один из домов, поднимая пыль. С грохотом откинув кусочки развалившейся стены, на дорогу выходит девушка с тёмными крыльями, лишь местами покрытыми перьями. Светло-серые длинные волосы сливаются с цветом кожи на руках.

– Ангел… – делится предвкушающей улыбкой Шихи.

Ангел?..

Условно они сильнейшие и самые жестокие существа. Судя по тому, что вижу я, ангел проигрывает кому-то в битве. Увидев свою цель, она мчится вперёд. Я осторожно выглядываю из-за угла, поцарапавшись о камень, и рассматриваю ещё одну девушку.

Белые короткие волосы, глаза скрыты за белой маской без прорезей для глаз, вместо крыльев только голые кости. Полы белого безрукавного плаща расписаны красными узорами, похожими на кровь. В тонкой белой руке зажат хлыст, соединённый из позвонков. Когда он соприкасается с землёй, слышится перестукивание костей.

– Кровавый… – улыбка Шихи становится безумной.

Я крепче сжимаю цепь. Сам я впервые вижу представителей сильнейших рас, но для него этот раз, по-видимому, не первый. Не заметив ненависти или гнева в серых глазах и убедившись, что он никуда не рвётся, возвращаю внимание бою. Увернувшись от хлыста, ангел подкрадывается ближе и цепляет когтями плащ противника. Взмахнув крыльями и поднявшись в воздух, беловолосая направляет поток воздуха и сносит край крыши, рядом с которой находится наш пункт наблюдения. Потянув змея в проход, едва успеваю избежать участи быть погребённым под тяжёлыми обломками. Некстати вспоминаются недавние слова:

«Знаешь, я тут подумал… Что стал бы оружием, которое ты желаешь, в сражении с ангелом или кровавым».

Раз они сильнейшие мира сего, я думал, у меня кровь застынет от ужаса, который мог предстать перед глазами. На деле бой не вызывает у меня впечатления. И Шихи выглядит немного разочарованным. Просто ли это желание сразиться с кем-то сильным или личная неприязнь, мне не узнать.

Звуки сражения продолжают звучать, пока я ищу выход из западни. Когда нам удаётся выбраться через склад на соседнюю улицу, Шихи тянет меня назад.

– Ты считаешь, что справишься с ними? – задаю вопрос, натягивая цепь.

Парень хочет ответить, но, изворачиваясь и шипя, словно пойманный в удавку змей, только отводит взгляд и тихо произносит:

– В умелых руках я бы…

Стена за его спиной рушится. Я с силой дёргаю цепь на себя, ловя растерянного фамильяра. Конец хлыста тянется к нам и не достаёт пару шагов. Сомнений в том, что нас заметили, не остаётся.

– Извини, я не любитель сражений.

– И ты не прогонишь их из города? – всё ещё пытается убедить меня змей.

– Они и сами уйдут, когда получат желаемое. Наверное, здесь был осколок артефакта, который они не поделили. К тому же, мы в Маскарде. Одном из самых больших городов магов. Если бы маги захотели им помешать, сделали бы что-нибудь. Но потому мы и не участвуем в поисках часов, так как сил наших для сражения с другими расами не хватит. Война нас не касается.

Поморщившись, Шихи сдаётся и бежит за мной.

– Не слабость не позволяет вам воевать. Вы слабы, потому что отказываетесь от сражения, в котором даже не пробовали участвовать…

Не обратив внимание на бормотание сероглазого, я прислушиваюсь. В скором времени все звуки стихают, хоть уходим мы не так уж и далеко.

– Ты маг или нет? – возмущается фамильяр.

– Я использую магию для помощи слабым, а не для развлечения.

Взглянув на недовольного змея, пытаюсь придумать, как его утихомирить. Иначе он будет только мешать выполнять задание.

Желанная встреча так сильно на него повлияла? Радостным он не выглядит, скорее, непривычно расстроенным.

– Слабые так и останутся слабыми, если им постоянно помогать и защищать, – ещё сильнее хмурится он. – Я могу помочь тебе исполнить желание. Но ведь у тебя его нет. Нет воли сражаться. Тогда зачем я тебе? Защищать тебя от мелких монстров я не буду.

Желание?..

– Оружие создано убивать. Но оно может быть применено и для защиты. Шихи ты не оружие, ты фамильяр. Ты помощник мага, а не его меч. Магу не нужен меч, ведь его оружие магия. Фамильяр усиливает и поддерживает мага, защищает его. Он становится оружием, лишь когда маг не может использовать магию.

Вздрогнув, Шихи прикусывает губу и отворачивается.

– Убивать монстров я не буду.

– Монстров? Каких ещё монстров, Шихи? Мы здесь не для этого.

Он сам не свой… Я сказал что-то, что задело его чувства?

– Запах, – забыв об обиде, парень поворачивает голову на восток. – Сладкий и горький. Я чувствую жажду крови. А ещё магов неподалёку.

Связанно ли это с появлением тех двоих?..

– Для шарфа у тебя невероятный нюх.

Кинув на меня острый взгляд, парень уходит прочь. Цепь я отпускать не решаюсь, потому приходится идти следом. И, смотря под ноги, не могу выкинуть из головы пронизывающие насквозь глаза. Холодный дикий взгляд, словно на тебя смотрит змея, а в следующий миг прокусывает шею. Яд растекается по крови, а ты всё не можешь сбросить оцепенение.

Кто же он… такой?

Следуя за сомнительным помощником, что приводит меня к высокому зданию с колоннами, я оглядываюсь. Кое-где видны заметные следы разрушений. Бой коснулся и этого места. Поэтому-то на улицах никого не видно. Войдя в здание, мельком оцениваю настроение беловолосого. Опустив голову, он совсем не интересуется окружающими вещами. И, пока не услышит нечто интересное, вряд ли её поднимет. Мысленно кивнув себе, поворачиваюсь к холлу и тут же вижу нескольких магов. Заметив меня, они перестают разговаривать.

– Добрый день, – проявляю учтивость. – Я приехал в Маскард по заявке, но вижу, сейчас у вас есть дела поважнее. Ангел и кровавый покинули город. Только, кажется, к нам движется что-то ещё.

– Ты, случаем, стражей границ не видел? Для них тут полно работы. Или, может, желаешь сам вызваться? Сейчас городу не помешает пара лишних заклинаний. Хотя, лучше бы уже исправили небесные камни…

Стражи границ… Монстры, значит…

– Думаю у них везде полно работы, – машет ладонью второй маг. – Было и стало ещё больше в последнее время.

– Из-за кристаллов? – спрашиваю, чтобы поддержать разговор. – Слышал, они перестали работать. Может, на русалок напали? Если так, восстановят камни нескоро.

– А я слышал, что у эльфов проблем не возникло, – жалуется второй. – У них самые защищённые земли. Что до нас, то вряд ли дело в камнях. Ведь нашествие происходит к вечеру и это странно. Да ещё и туман какой-то над городом возникает.

– Пока мы пытались выяснить о нём, прилетели два монстра и начали крушить всё вокруг!

Нашествие монстров… Да откуда им взяться? Кругом города и деревни магов. На наших землях монстрам прятаться негде.

– Запах… усиливается, – вскидывает голову Шихи. – Пахнет кровью и цветами. Яркий, нет, бледный… Пусти меня, свернусь шарфом, пока он не пройдёт. Если не сделаешь, как говорю, я сверну тебе шею.

В доказательство своей серьёзности змей поднимает руки. Вздохнув и поняв, что пользы от него всё равно не будет, я отзываю цепь. Тут же шею обхватывает мягкая ткань.

– Хе-х, бывает, – сочувственно качает головой маг.

– Мой, вообще, истерику закатывает, если призываю его в ночное время, – кивает второй. – Но не об этом. Что твой сейчас сказал? Запах? Я ничего не чувствую.

Переглянувшись, мы выходим на улицу и оглядываемся по сторонам. Становится всё темнее, но в воздухе нет никаких странных запахов. Возможно, их ощущают только животные.

Кровь и цветы… Яркий и бледный… Восток и вечер…

Взглянув на в ту сторону, вижу лишь тёмные тучи.

На востоке Город цветущих вишен, куда отправился Сатура. Справится ли? Обычно сведения таких заданий заранее не оглашаются. Цветы… Не может быть… Выходит, пока он не закончит своё задание, мне не закончить своего?

– Приближаются! – надрывается голос сверху. – Всем свободным магам, страже и мечникам занять позиции! Южные ворота открыты!

– Пошли, поможешь, маг по заказу, – хлопает меня по плечу первый. – Если город не спасём, награда достанется зверюгам. А поможешь, и тебя наградим!

Возражать и искать отговорки не вижу смысла. Ведь оправдываться нечем. Да, я не люблю сражения, но владею боевой магией. А её изучение уже ответственность.

«Я чувствую жажду крови».

Наверное, звери чувствуют запах крови и идут сюда. Но откуда столь сильный для них и неощутимый для нас запах? Неужели, и правда, придётся ждать помощи от того нахального юноши?..

***
Сатура

Лепестки с шумом гуляют по городу и обманывают его жителей, заставляя думать, что идёт дождь. Их нежный цвет ласкает душу, а шуршание умиротворяет. Наблюдая за падением лепестков вишен, можно ощутить прилив вдохновения. Розовые деревья видны на каждой улице. Их так много, что сверху наверняка похоже на то, что город тонет в розовом облаке. Большом таком и пушистом. Множество лепестков с шумом проносятся над головой.

Попав в сей очаровательный омут, любой остановится и подумает, что попал в сказку или мир грёз и волшебства.

Но стоит наступить ночи, как они меняются, словно лунные оборотни. Лепестки обагряются кровью и их вид навивает страх, а то и безумие. Багровый цвет сводит с ума и заставляет потаённые желания освободиться. Вишня начинает таять и темнеть. По округе разносится капающий звук. Поднявшийся ветер срывает красные цветы, рвёт и мечет их в небе. А от дерева начинает исходить багровый туман, сладкий и пьянящий, отвращающий и пугающий. Он застилает все улицы, словно окуная их в грех, и, кажется, вот-вот прольётся дождь из крови.

Оказавшись в пленительной клетке алых цветов, как и в Ледяном городе, я начинаю видеть в лепестках осколки прошлого.

Маленький деревянный дом без двери.

Потухший костёр в окружении высоких камней.

Пылающий в огне город.

Город, покрытый леденящим одиночеством.

Запах соли и железа настойчиво окутывает со всех сторон, словно взывая к душе и показывая, какой она является на самом деле. Красные лепестки пытаются обнажить ту боль, что спрятана за сомнениями, тоской, встречами и мыслями. Шёпот дождя напоминает о содеянном и призывает отдаться чувствам, утонуть в них и дать себе волю.

Перед глазами пролегает тень, а губы растягиваются в ухмылке против воли. Меня затягивает в ворох лепестков. Мысли уносит ветер и сердце мчится вслед за ними. А всё, что остаётся у меня, тело, воспоминания и обнажённые чувства. Я смеюсь и пытаюсь сосредоточиться на ладонях, чтобы отогнать ненавистные воспоминания. Вижу знакомые лица, но не слышу слов. Их заглушает рёв ветра. Ощутив укол боли в груди, истошно кричу, словно желая освободиться от чего-то. Но прошлое не исчезнет. Я это знаю, как никто другой. Оно будет преследовать меня как собственная тень. И со временем станет больше.

Мелодичный звон приводит в чувство. Резко распахнув веки, по-прежнему вижу багровый занавес. Но он становится тихим и далёким, словно передумал принимать меня в свои объятия. С шумом выдохнув, сморю на кровавую линию, пересекающую ладонь. И она растекается, словно рождая новый цветок. Передёрнувшись, я отряхиваю ладонь.

– Сатура!

Девушка с длинными голубыми волосами бросается мне на шею. Опешив, я ещё не могу прийти в себя окончательно и разобраться в происходящем. Помнится, лишь, что мы прибыли в Город цветущих вишен. Улицы были залиты мягким светом, шуршали лепестки вишни.

– Сатура… Ты пришёл в себя? Как ты?

– Немного не понимаю, что происходит…

Вглядываясь в красные лепестки, я ощущаю страх. Хочется убежать. И, если бы не помеха в лице девушки, наверное, не сдержался бы.

– Когда вишня покраснела, ты засмеялся и ранил себя, а потом закричал… Я очень испугалась и звала тебя… но…

Мм-м, да… Что-то такое…

Отстранив голубоглазую от себя, опускаю взгляд. Книги на месте.

– Нори, Цуми, вы как там?

«Всё хорошо, господин».

«Всё в порядке, хозяин».

Взглянув на обеспокоенную льдинку и её браслет, провожу рукой по лицу.

Что это было?.. Почему только я почувствовал это?

– Не выпускай… фамильяра, – с трудом произношу. – С городом что-то не так… Я просто не могу спокойно находиться здесь. Кажется, словно на меня капает кровь, её запах… Красный туман… В нём что-то есть. Вокруг нас…

– О чём ты? Я вижу красные лепестки, но больше ничего не чувствую.

Скосив взгляд в честные голубые глаза, я осматриваю дома и улицы вокруг. Всё повязло в непроглядной алой ночи. Ощутив чьё-то приближение, я оборачиваюсь. И вижу выходящие из тумана лапы, оставляющие борозды от когтей.

– Они пришли на запах… Быстро! Наверх!

Отдав приказ, я хватаю Миори за руку и бегу к первому попавшемуся дому. Хотя, доверять своим глазам сейчас нельзя. Если бы только можно было разобраться в происходящем.

– Живее! Или огромного волка с алой шерстью позади ты тоже не видишь? – не скрываю язвительности. – Уж его-то сложно не заметить.

– Я вижу! – обиженно злится Миори. – Но почему мы убегаем?

Уже забравшись на крышу, я в непонимании смотрю на девушку. Не то чтобы она спрашивала очевидное или задала глупый вопрос. Просто ответить мне нечего.

– Тогда я предоставлю их тебе?

– Мне убить их?!

Я усмехаюсь и тут же беру себя в руки. Несколько зверей с красной или бурой шерстью подходят к дому, на крыше которого мы остановились. Некоторые начинают рвать глотки друг другу.

Эта шерсть… Кровь…

Взглянув на затянутое алыми облаками небо, я различаю небесные кристаллы. Они, похоже, отключены.

– Я ничего не вижу из-за тумана. Уверен, что его испускают деревья. Заклинание или, быть может, яд? Нет, это чувство…

Неужели то же самое, что и в Ледяном городе?

– А, точно, Сатура! У тебя на шее что-то светилось, когда ты закричал.

Дёрнув рукой и сжав кулон, я вспоминаю слова, услышанные в деревне.

Из-за алого тумана никто не приближается к городу… И задание, что я получил…

Взглянув на голубые вспышки заклинаний, задумываюсь. Скорее всего, такое с городом происходит лишь в ночное время. Ведь мы прибыли сюда к закату и видели нормальные вишнёвые деревья. Так же как в Ледяном городе. Но такого похожего случая быть не может. Либо здесь осколок, либо причина в ином. Хоть в голове и вертится что-то знакомое, ухватить мысль никак не получается. Что-то с силой толкает меня вперёд, и я едва удерживаюсь на крыше.

– Сатура!!

Ощутив боль и нечто живое на спине, я вскидываю руку и призываю бурю. То же заклинание, что и в Ледяном городе разорвало духов. Подняв вторую руку, призываю пламя. Два заклинания вертятся и сливаются в одно, расплёскивая вокруг кровь и запах палёной шерсти. Я слышу крик Миори, но не останавливаюсь, пока заклинание не сходит на нет само. Ноги подкашиваются, и я падаю на колени. Левую лопатку обжигает болью, да и из ладони кровь капает. Лицо и открытые участки тела горят от лёгких ожогов.

Ну я же не новичок в магии!

Мысленно взвыв, понимаю, что сорвался. Или нет. Не смог контролировать жажду крови. Мне захотелось убить одержимых зверей. Если бы пришло в голову использовать что-то более мощное, я бы не только себя, но и Миори убил.

Всё потому, что после встречи с фамильярами я перестал использовать магию. Она по-прежнему рождает хаос. Ведь я намеренно изучал магию ради разрушений и массовых убийств. И всегда сражался один. Даже глаза не хочется открывать… Теперь улица пропитана настоящим запахом крови.

Приоткрыв глаза, осматриваю девушку. Она не выглядит раненой, наверное, успела заслониться. Поморщившись, стараюсь шевелиться как можно меньше.

– Миори… не охладишь меня немного?

– Сатура! Что ты наделал?!

Хотел бы я знать… Нет. Не хочу.

Закрыв глаза, тут же чувствую спасительную прохладу.

– Позже… объясню. Спасибо.

Боль становится терпимой. Не скажу, что я часто получаю ранения. Сейчас мной движет несколько иное и отвлекает от собственных ощущений. Поднявшись, тут же отворачиваюсь. И вижу скачущую по крышам тень. Рука поднимается сама собой и с неё слетает заклинание.

– Сатура!

Моё заклинание сталкивается с другим. Первая пришедшая в голову мысль пугает, но, почувствовав руку девушки на плече, вижу приближающийся к нам силуэт мага.

– Я рефлекторно… – произношу без раскаяния.

– Хм. Рефлексы у тебя… – протягивает прыгнувший на нашу крышу парень, – …не особо мирные. Убивать магов нехорошо, знаешь ли. Если задуматься, маги, вообще, не убивали себе подобных. Никогда.

– А-а, извините его. С ним что-то странное происходит, – вмешивается льдинка. – Он едва не сжёг себя своим же заклинанием! И всё это…

Ощутив себя фамильяром, за которого извиняется хозяин, я оглядываюсь.

А туман немного рассеялся… Из-за меня.

Заметив мой взгляд, маг в капюшоне протягивает руку.

– Вы ведь прибыли по заданию? Я провожу вас в башню коменданта, и я, собственно, его помощник-маг. Городской маг, иными словами. Прошу за мной. Помощь нужна, парень?

– О нет, – протягиваю с усмешкой. – А то ещё рефлексы проснутся и сверну тебе шею.

– Сатура, не груби заказчику, – упрекает Миори. – Если тяжело идти, я помогу.

– Сам справлюсь!.. – перехожу на шипение.

Обращаются со мной как с новичком, а то и хуже, как с ребёнком. Ни телом, ни ростом на свой возраст я не тяну, конечно. Но мне с виду можно дать хотя бы восемнадцать. Миори и то меня младше… А-а! Почему меня беспокоит такая чушь?

Глубоко вдохнув и успокоившись, следую за провожатым. Вокруг него мерцает защитный барьер. Скорее всего, от тумана. Стоит войти в его омут, как мысли плавно ускользают, а веки тяжелеют. Я пытаюсь сопротивляться, но сверху что-то нависает и не позволяет сделать ни шагу прочь. Подняв руку, призываю заклинание в попытке освободиться. Помимо резкой боли и темноты, ничего не добиваюсь. Плавая в темноте, начинаю постепенно спускаться ко дну. Рядом мелькают вспышки воспоминаний. Не сдерживаясь, я бросаю в них слабые заклинания, барахтаясь в тяжёлом красном мареве, словно ребёнок, не желающий принимать правду. Вскоре силы покидают тело, и я позволяю тьме поглотить себя. Но не остаюсь в ней один. Тишину нарушает хрупкий звук мелодии.

Какой… спокойный звук… Словно слёзы разбиваются о прутья клетки…

Звук стихает, и я приоткрываю глаза. Тусклый свет пробивается через занавески на окнах, едва освещая комнату. Оглядев несколько предметов, никак с собой не связанных, наконец, осознаю своё положение. Сев на скамье, которая послужила постелью, рассматриваю бинты на своём теле. Обе руки, шея, спина. Потрогав лицо, чувствую только лёгкую повязку и тут же раздражённо срываю её.

«Господин?»

«Очнулся».

Увидев свои книги на столе, тянусь к ним и вижу сложенную рядом одежду. Моей прошлой нигде не видно. Если припомнить вчерашнее, она, должно быть, заляпана кровью. Натянув почти то же самое: чёрные штаны, рубашку и сапоги, взъерошиваю волосы. Чувствую себя на удивление хорошо. Обвязав шнурок вокруг талии, я спешу покинуть комнату и осознать своё местонахождение.

– Как я здесь оказался?

Видимо, до сего страдая от скуки, фамильяры оживляются и принимаются в подробностях рассказывать мои приключения. Так я бы не назвал то, что сделал. Но наблюдать, как говориться, всегда веселее.

– Выходит, я напал на своих спутников, а потом потерял сознание?

«Не переживай, господин!»

«О твоих ранах позаботились мы! Выгнали противных магов и спрятали твои осколки в себе на всякий случай».

– Разве вы можете вернуться без разрешения?

Я хмурюсь и проверяю пропажу кулона.

«Если посчитаем, что господин в опасности, до минования угрозы для его жизни».

– Ох… Такое ведь происходит впервые?

«Несомненно, ты стараешься беречь себя».

– Мне показалось или я услышал недовольство в твоём голосе, Нори? Если я не буду себя беречь, то сидеть вам у древа вечно. Пока не найдётся ещё один бесцельно слоняющийся по миру несчастливый, но везучий маг.

«Несчастливый и везучий хозяин, ха-ха».

Цуми смеётся. Я тоже улыбаюсь, только совсем не весело, а наоборот. С такой вот зловещей улыбкой я спускаюсь в просторную гостиную. На диванах напротив друг друга расположились Миори и светловолосый парень.

– Что-то это не похоже на башню коменданта, – ядовито замечаю.

– Мы в соседнем, то есть моём доме, – разводит руками маг. – Присаживайся и перекуси с нами. Как твои раны? Твои фамильяры достаточно хорошо позаботились о тебе?

– Не любезничай со мной. К делу. Наше задание в том, чтобы убрать алый туман, наползающий на город по ночам? – я сажусь рядом с девушкой, и она наливает мне чай, хоть никто и не просил. – Думаю, он исходит от деревьев и привлекает животных в округе. Чуя запах крови, нет… Из-за тумана они впадают в безумие…

Запутавшись в своих размышлениях, подношу руку к губам. Перебинтованные пальцы только отвлекают.

– Да. Задание, в самом деле, выяснить причину происходящего, – кивает маг. – И в зависимости от ваших действий, награда изменится. Наши маги уже преподнесли несколько предложений, но, обсудив их, мы пришли к выводу, что такое не годится.

– Ага. Знаю. «Давайте срубим деревья» – было первым в списке. Что известно?

– Сатура… поешь немного? – льдинка протягивает мне чай. – Сейчас день, спешить особо некуда.

Кивнув, принимаю чашку, но голода не чувствую.

– Известно только то, что деревья темнеют при наступлении темноты. Затем приходят животные и нападают на жителей, некоторые убивают друг друга. Они бродят по городу и уходят под утро. Некоторых находили под деревьями.

Откинувшись на спинку дивана, я смотрю в чашку. О произошедшем вчера оба не проронили ни слова. Фамильяры не могли мне солгать.

Так почему они молчат? Где грозные обвинения?

– Из сказанного выше… Я не услышал о тумане. Расскажи всё. Шум, запах, вид города и неба. Больше сведений. Как давно всё началось? Случалось ли до этого что-то странное?

– А-ха-ха, я смотрю ты серьёзнее, чем выглядишь, – шутливо поднимает ладони светловолосый. – Ни о каком тумане или шуме мы не знаем. А началось не так давно, с момента исчезновения небесных кристаллов. В первую ночь, ярко светила луна. Но ничего не случилось. На следующий день весь город был в красных лепестках, и на вторую ночь всё стало таким как есть.

– Небесные кристаллы ни при чём, – возражаю в первую очередь. – Они только защищают город от вторжения существ, не являющихся разумными. Значит, никто из магов города не видел туман и не сходил с ума?

Почему же… лишь я? Воспоминания…

– Нет.

– Понятно. Хочу осмотреть город до темноты. Миори, можешь оставаться здесь, я сам разберусь. Всё-таки задание тебя не касается.

Поставив нетронутый чай на стол, я выхожу на улицу. Беспокойство внутри разрастается, и я не могу спокойно сидеть на месте.

– Как думаете, это осколок? Мне так не кажется. А, ладно. Нори! Цуми!

Призвав малышню, я направляюсь бродить по улицам. И, наблюдая за бледно-розовыми лепестками, понимаю, что им сейчас не время цвести. Но раз город назван в их честь, значит, так положено.

– Без сомнения, неизвестно на что способны часы. Однако подобного поведения за ними замечено не было, господин.

– Да, знаю. Может быть всё, что угодно. Сгнившее дерево, что-то отравляющее воду, последствие заклинания, особенность местности… Проверим всё, что сможем.

Так как вишни повсюду, я осматриваю каждую встречную. Проходящие по улицам горожане с подозрением поглядывают на меня.

– Почему-то вчера я сразу отринул идею с духами.

Сегодня делюсь с фамильярами малейшими беспокоящими меня вещами.

– Потому что они не реагируют на запах крови? – предлагает хвостокрылая.

– Возможно… я запутался. Совсем не знаю, что делать…

– Соберись, хозяин!

Подпрыгнув, Цуми пытается укусить меня за ухо. Но из-за роста не достаёт.

Собраться…

– Река, – говорит мальчишка, – красная.

Вскинув голову, я подхожу к краю неширокой реки или, скорее, канавы. Она имеет красный цвет, хоть и по-прежнему является прозрачной. Прежде чем я собираюсь её подчерпнуть и останавливаю себя из-за бинтов, за меня это делает Цуми. Расплескав воду, она усмехается.

– Не похоже на кровь, но мне нравится.

Красная вода… Точно… Вот, что меня беспокоило.

Как-то я интересовался историей и читал о Падении грёз. Нет, лгу. Каждый в нашем мире должно быть читал о нём. Там говорится, что после того, как звёзды сорвались на землю и образовался новый мир, вода в нём была красной. Зелень приняла сине-фиолетовый оттенок, рыба стала красной, розовой и фиолетовой. И около половины столетия вода так и оставалась красной. Даже сейчас есть местности, где она имеет такой, зелёный или жёлтый цвета. Разумеется, природа в них отличается.

Впрочем, почему меня это беспокоило?.. Не повлияла же на деревья простая вода.

– На вкус обычная, – кивает Нори.

Отвернувшись, смотрю в небо. Облака над городом светло-розовые.

– Полагаю, где-то здесь должно быть самое старое и большое дерево. Нужно попробовать поискать его. Или спросить у местных.

– Господин…

Повернувшись к малышне и увидев, что они протягивают мне кулон, я забираю и вешаю его на шею.

– Почему бы хозяину не использовать стрелку часов и не выяснить правду?

– Потому что хозяин не хочет ей пользоваться, – отвечаю я. – А ещё потому, что ему эта мысль в голову не пришла. Должен быть способ не использовать её.

– Но так ты закончишь быстрее и отправишься на поиски остальных частей!

Ребята протестуют, и я не могу им возразить. В прошлый раз ничего плохого не произошло. Да и в дальнейшем мне без её использования не обойтись. И всё-таки я обещал.

Хватит уговаривать себя! Закончу до темноты и хорошо!

– Следите, чтобы меня не беспокоили.

Сев под вишней, я закрываю глаза и обращаюсь к силе часов.

Даже одна стрелка владеет невероятной силой. Я и сам знаю это. И после встречи с магом только убедился. Она может не только менять время, она способна перебросить в будущее или прошлое, показать его, вырвать кусочек и перенести. Воссоздать или уничтожить. Я считал, что она может оживить мёртвого. Мне сказали, что это не так, и я не стал пробовать. Раньше я только разрушал. Сейчас же нужно увидеть то, что произошло здесь около семи-шести дней назад.

Не зная, что делать, просто доверяюсь артефакту. Открывшаяся правда заставляет меня зашипеть от злости.

– Господин?

Открыв глаза, я враждебно смотрю на воду. Она, как ни в чём не бывало, продолжает течь по своему пути.

– Это дух. Дух в дереве. В одном из них… довольно большом, – произношу и встаю одновременно. – Но мы ни к чему не придём, попытавшись заговорить с ним. Мы наткнулись на Дикий дух. Я уничтожу его.

Дикие духи – озлобившиеся души. Вернуть их уже нельзя, как и животных, которых они захватывают. В данном случае, дух отравляет дерево, оно воду, вода и запах зверей. И все они хотят убивать.

– Обуздаем его и поедем домой, – выдвигаю предложение.

– Хорошо! – протягивают ребята.

Потянувшись, я направляюсь к месту из видения, по дороге придумывая, как лучше его убить. Магия и обычное оружие не помогут. Обычно таким занимаются эльфы.

Использую… её. Пока есть возможность.

Прикоснувшись к осколку, вспоминаю слова Курая и Ориса.

Ношение стрелки вовсе не делает меня одиночкой. Я сам предпочитаю быть один. А так часы мне не собрать. Пойду ли я на всё… ради них? Мне и раньше приходилось выбирать между разными вещами. Теперь они станут ещё важнее. Все маги отвернутся от меня, станут врагами. Как и носители осколков. Мне придётся убивать и сражаться за свою жизнь. В погоне за чем-то столь важным, я могу потерять её ценность, как и случилось однажды. Вот почему я перестал просить их о помощи. Часы предали мои мечты и надежды. Теперь они могут воплотить в жизнь чужие. Я могу помочь многим с их помощью. Но что я принесу миру? Страдания или счастье?

– Ради часов мне придётся стать тем ещё монстром…

«Не беспокойся, мы поддержим тебя!»

Я фыркаю. Ещё бы не поддержали, по их воле извожу себя.

Маг… Думает ли он так же? У него должна быть причина, ради которой не жаль бросить вызов всему миру. Ведь встать на путь войны, значит, отказаться от мира.

***
Юзуки

Успех Сатуры помогает нам справиться с заданием и получить награду на следующий день. Не такую уж и большую. Оно как обычно несложное, что даёт беловолосому змею очередной шанс поиздеваться. После окончания задания он возвращается в норму и привычно изнуряет окружающий мир своим существованием.

– Может, лучше прокатимся верхом?

– Стань шарфом и катайся верхом сколько захочешь.

Махнув рукой на фамильяра, я расплачиваюсь за место в повозке. Она проедет мимо нужного нам Ахэйра, но и это неплохо.

– Если ты поедешь в повозке, то мне не достанется никакого удовольствия, – не унимается змей. – Или ты не сможешь на них удержаться? У них огромные выносливые лапы. Но почему-то на вид оставляют желать лучшего. Я бы не стал их есть. Наверное, они годятся только для ношения тяжестей.

Запрыгнув в повозку и осмотрев её ещё раз, я вдруг чувствую веселье. Заскучавший змей даже не смотрит в мою сторону.

– Хочешь прокатиться с ветерком, залезай на полог, – предлагаю. – Мы не будем ехать быстро.

– А если на нас нападут, я первым попаду под удар, да? – язвит парень.

– От тебя всё равно никакой помощи, Шихи. Может, ты будешь полезен, наблюдая за местностью сверху?

– Всяко лучше, чем сидеть рядом с тобой.

Запрыгнув на колесо, беловолосый карабкается на полог. Представив путь без него, я приободряюсь. Но не был бы он противным шарфом, если бы не преподносил очередные неожиданности. Один из прохожих зовёт змея, и тот свешивает голову вниз.

– А-а, я помню тебя, – спокойно отвечает Шихи.

К нашей повозке подходит рыжеволосый одноухий оборотень в чёрной одежде. И, весело улыбнувшись, поднимает голову к собеседнику.

– Благодаря тебе, я нашёл кое-какое сокровище. Путешествие в земли фей стоило того. Не уверен, но кажется, оно там было не одно. Только второе я забрать не успел. Зато встретил старого друга…

– Старый друг? Тоже ищет сокровище?

– Ага. Мы даже сразились с ангелом… Но я ему не уступлю! Я в, общем-то, не ожидал снова с тобой встретиться. Как ты узнал, что часть будет там?

– Угадал… – шипит сероглазый. – Хочешь ещё? Мне ничего не нужно и я не хочу растрачивать свой талант. Ты довольно силён, так что сделаю исключение. Я тоже хочу сразится с ангелом. Он был сильным?

– Ага! – вздохнув, рыжеволосый проводит рукой по волосам. – Без Сатуры бы не справился… даже меч свой сломал. Но, хоть мы и победили, маг не был мне рад. Ничего не поделаешь, он всегда такой. Так интуиция, значит? Я не возражаю против помощи!

Оборотень широко улыбается и обменивается с Шихи набором не совсем понятных мне слов. Что удивляет меня сильнее, так это то, что мой шарф знает о каких-то сокровищах. А я думал, он просто пошутил, чтобы заработать. Да и упоминание одного имени не может не беспокоить. Судя по времени и карте, Сатура был в землях фей, когда отключились кристаллы. Потому в таверне так напрягся.

Наверное, это не моё дело…

– Что за сокровища, Шихи?

– Не твоё дело, маг, – отзываются сверху. – Маг… да? Странно… Маг… Снова…

Похоже, раскрывать свою загадочную жизнь брошенный шарф не намерен.

Глава 6. Одноухий лис и однорогий ангел. Часть 1

Курай

Услышав неестественное шуршание травы, нарушающее моё одиночество, я не отрываюсь от расслабленного наблюдения. Вне городских стен растёт зелёная, с синим оттенком трава. Простирается голубое небо, и пушистые облака безмятежно плывут по нему. Сидя на холмике, откуда раскрывается великолепный вид, я подставляю лицо под порыв тёплого ветра, доносящего запахи цветов.

Вот такой мир мы должны защитить.

– Нашёл меня всё-таки?

– Курай. Прошу, вернись в клан.

Оглянувшись, я рассматриваю черношёрстного оборотня с недобрым взглядом, и мы пытаемся убедить друг друга в молчаливом противостоянии. Я сдаюсь первым и, проведя рукой по траве, понимаю, что чего-то местным лугам не хватает.

Ни одной бабочки…

– Что-то случилось? Непривычно видеть тебя задумчивым. Обычно при виде меня ты всегда говоришь что-то вроде: «Орис, ты страшный, превратись в волка и дай лапу».

– Но ты же никогда меня не слушаешься, – обиженно поджимаю губы. – Я не виноват, что без секиры ты такой высокий и мрачный.

– С секирой лучше? – смеётся волк.

Я тоже улыбаюсь.

– Немного. Опять Межрасовый Совет Чёрного Стола прислал приглашение?

– Да. Ты ведь пойдёшь? Курай? Ты обязан прийти. Тебе придётся пойти.

Я взмахиваю рукой в ответ.

Знаю, что придётся… Но хотел получить хотя бы пять осколков. Из-за кого-то у меня не получилось. Правда, случайная встреча с фамильяром и проданная им карта могла подвернуться кому угодно. Так что не мне жаловаться. И всё же… кто забрал его? На землях фей я не встретил никого подозрительного. Кроме Сатуры.

«Я ищу здесь одного мага».

Хоть он и солгал, это была не совсем ложь. Возможно, он и правда преследовал кого-то, а вместо него наткнулся на ангела. Сатура ли забрал осколок? Или тот, кого он преследовал? В любом случае, маг намеревался взять его себе. Неужели снова занялся поиском часов? Спустя десять лет…

Вспомнив то, что произошло после сражения с ангелом, я падаю духом.

Нет… не думаю, что Сатура хочет собрать часы. Он едва не выбросил осколок. Тогда его взял тот, кого он преследовал. Тоже маг? Но маги с самого начала не показывали желания участвовать в войне. Может, на Совете что-нибудь удастся узнать?

– Хигуро Курай, мой уважаемый лидер, – зовёт братец-волк, напоминая о себе, – ты же не собираешься пропустить собрание?

– У меня есть причина. Я знаю местонахождение ещё одного осколка и намерен заполучить его. Чёрный Стол поймёт меня. Может, я даже успею.

– Самоуверенность тебя погубит. Позволь мне помочь.

– Позволяю.

Поднявшись и потянувшись, я стряхиваю травинки с хвоста и штанов.

– Так что-нибудь случилось? Ведёшь себя необычно тихо.

– Просто встретил старого друга…

Подняв голову и взглянув на медленные облака, задумываюсь над своими словами.

Интересно, а они как думают? Всё-таки я был первым, кто ушёл…

– Случайно не Сатуру? По-моему, он единственный, кого ты мог бы назвать старым другом. Членов Совета ты обычно называешь по именам.

Повернувшись к черноглазому волку, удивлённо дёргаю ухом. Звякает серьга.

– В самом деле? Не думал, что ты знаешь его…

– Познакомился с ним, когда ты в очередной раз сбежал из клана. Знаешь, он всегда о тебе беспокоится. Один раз он спросил меня: «Знаешь, почему яркие огни быстро гаснут? Потому что огоньки поменьше…

– Достаточно. Я всё понял. Если будешь снова меня искать… больше не беспокой его. Сатура не должен быть втянут в войну.

Черношёрстный скрещивает руки и прищуривает глаза. Свет, падающий на его лицо, выставляет парня в мрачном виде.

– То есть вместо того, чтобы вернуться в клан, ты снова собираешься сбежать от меня? Это хочешь сказать?

Широко улыбнувшись, я сбегаю с холма и машу волку рукой.

– Вспомни, почему я лидер? Потому что обладаю осколками. Так что, в первую очередь, обязан их искать! Ну же, догоняй!

Подобравшись, парень опускается на траву и в следующий миг ко мне мчится огромный волк. Стремительно приблизившись, он едва не сбивает меня с ног. Я успеваю запрыгнуть на его спину и сжать пальцами ремешок на шее. Хоть говорит, что не любит катать меня, ремешок всё равно не снимает. Засмеявшись, я протягиваю одну руку вперёд.

– К Сверкающим горам, Орис!

Они не так уж и далеко от Маскарда. Немного беспокоит то, что ещё ближе находится Город Чёрного Стола. Надеюсь, волк не свернёт туда из вредности.

Правда, он не может меня ослушаться…

Потеребив серьгу, я задумываюсь.

Сверкающие горы… Совсем рядом Цветочные холмы демонов. Раз они до сих пор не собрали осколок, значит, не знают о нём. Да я и сам удивляюсь, как его искать. Горы усыпаны драгоценными камнями и прямо-таки сверкают.

Закрыв глаза, я наслаждаюсь дующим в лицо ветром.

День постепенно сменяется вечером. Небо зеленеет, облака становятся жёлтыми и тянутся к горизонту. Затем, когда освобождают небо, оно окрашивается в лиловый и тёмно-синий. Загораются звёзды, поблёскивая как не менее красивые драгоценности. И хоть в первой половине ночи они все белые, ко второй примут различные оттенки.

Да… Странно любоваться звёздами после случившегося сто лет назад. Впрочем, о чём переживать? Мы не знакомы с прежним миром, нас устраивает нынешний. Всё, что нужно – защитить его.

Небо застывает синим занавесом и понемногу темнеет. А впереди виднеются горы, издалека сверкающе различными крупицами драгоценностей. Удивительно, как их ещё не собрали.

Ах, точно… Кажется, сначала было решено собрать всё внутри. Всё-таки такую красоту, даже ради золота, портить не хочется.

– Ночью будет только удобнее искать. Не сворачивай к городу!

Братец-волк послушно мчится к горам. Он, должно быть, устал бежать весь день, но всё равно продолжает исполнять роль помощника. Восхитившись его упорством, обещаю себе найти осколок как можно скорее и отправиться на Совет. Ведь его не так уж часто собирают, а, значит, скажут что-то важное.

Интересно… сколько найдено осколков?..

– Куда дальше, Курай?

Волк останавливается у подножья и поворачивает голову. Воспользовавшись шансом, я слезаю и приседаю пару раз.

– Так, хорошо. Дальше я сам, а ты отдохни. И так проделал большой путь. К слову, я сломал свой меч и на данный момент безоружен. Может, вернёшься в клан?

Я ищу предлог, чтобы побыть один. В последнее время слишком часто так делаю.

В последнее… Нет. Уже десять лет, как я избегаю долгого нахождения с кем-то. А всё из-за побочного эффекта осколков. Да о чём я? Просто… чувствую вину. Ни дня о ней не забывал и старался исполнить обещание. Пусть оно ничего не изменит, надеюсь, что однажды мы снова…

– Курай. Ты не один. Я защищу тебя. Только не прогоняй меня. Я не боюсь столкнуться с опасностью в лице ангела или действия осколка. Ты не должен нести это бремя в одиночестве, просто потому, что являешься лидером клана.

Удивлённо взглянув в чёрные преданные глаза, с улыбкой протягиваю руку.

– Лапу, Орис!

Оскалившись, волк опрокидывает меня на землю. Его челюсть щёлкает рядом с моим ухом, слегка напугав напоминанием о стычке с ангелом, боли и позоре.

– Несносный мальчишка! Если продолжишь вести себя так, клан потеряет доверие, а ты – место лидера! И ещё неизвестно, позволят ли тебе сохранить детали часов!

Рык волка вместе со словами довольно страшен. С опаской протягиваю руки и приглаживаю чёрную шерсть на шее. Не смотря на грозный вид, она довольно мягкая.

– Я знаю. Не беспокойся. Сейчас мы собрали большее количество осколков, чем остальные, поэтому такой исход сомнителен. Возвращайся в клан и подготовь всё для моего появления. Я не исчезну. А вот, если появлюсь в таком виде, будет много шума!

С минуту раздумывая над моими словами, Орис всё же отпрыгивает в сторону и позволяет мне встать. И прежде, чем раствориться в темноте, говорит:

– За тобой стоит весь клан, каждый оборотень на этой земле. Помни.

Оставшись один, я позволяю себе вздохнуть. И с улыбкой поднимаюсь к горам.

Такой заботливый… Орис ревностно защищает меня с первого дня, как стал моей правой лапой. Интересно, почему он так старается, даже после того случая…

– Как же ты ошибаешься, друг мой. Так! Самое время припомнить слова фамильяра.

Погрузившись в воспоминания, я поднимаюсь по проделанной добытчиками камней дорожке. Добывают их маги и хвостокрылые. Каждый приносит пользу и исполняет свою роль. Так было решено Советом Чёрного Стола. В него не входят маги и ангелы, но он имеет огромное влияние, ведь состоит из правителей, обладающих частями божественного артефакта и нескольких простых глав. Весь нынешний мир держится на нём.

Если бы не ангелы, началась ли бы, вообще, война?

Заглядывая под каждый выступ и ямку в горных стенах, я оцениваю расстояние до земель демонов. Горная цепь тянется достаточно далеко, чтобы с ними столкнутся. Даже лепестки с их полей сюда не прилетают. Вытащив цепочку с деталями, оцениваю их реакцию на близость со своей частью. Но, заметив свечение, нерешительно оглядываюсь.

Надеюсь, Орис задержится…

Части светятся ярче. Услышав шум, осторожно поворачиваюсь. Плохи дела. Если не завалит обломками горы, то сорвусь вниз или же буду погребён под песком. Встряхнув головой, прислушиваюсь к окружающим звукам и иду дальше.

Слишком ярко… Ещё заметят.

Спрятав цепочку, ступаю вперёд и обглядываюсь, наблюдая изменения. Словно иллюзия, стены по сторонам от меня колеблются, расползаются, истончаются или вовсе пропадают. Побочное действие осколков в том, что иногда они просыпаются и меняют время окружающих вещей. И если бы поблизости было живое существо, определённо, ничего хорошего бы не случилось. Вспомнив маленького мага со стрелкой, я останавливаюсь. Тропа под ногами опасно изменяется, но я её не замечаю. Всё моё внимание сосредоточенно на мальчишке с пустыми глазами.

«Если бог не может вернуть моих родителей, тогда он мне не нужен».

***
Аскарто

Поднявшись выше и опустившись на зубчатый край башни, я наблюдаю за пожирающим дома пламенем. Оно рвёт их на куски и охватывает всё, словно оголодавший зверь, что заживо поедает живых. Их крики и боль разносит ветер, пытаясь попросить о помощи. На душе спокойно: в происходящем нет ничего необычного. В далёком прошлом приходилось наблюдать и не такое. Когда люди впали в порок и землю заполонили уродливые демоны, приходилось очищать грешные души раз за разом. Видеть искажённые чувства и ощущать их на себе.

Я почти уверен, что Зарто думает о людях как о предателях. Но даже если бы они не собрали часы, однажды… мы сами бы обернулись против них. Я не раз задавался вопросом: зачем нас создали? Почему мы должны страдать ради людей, которые повторяют свои ошибки? Это они портят мир, а мы его защищаем. Так почему наказали именно нас? Наказали… Нет. Мы просто стали ненужными.

– И даже если вернуть часы… найдётся ли место нам на небесах?

С громким возгласом надо мной проносится огненный ангел. Он явно наслаждается учинённым беспорядком и довольно бодро выглядит после встречи с Зарто.

Где ты, Зарто? Я должен тебя остановить.

Спрыгнув с башни, я расправляю крылья и лечу к следующему городу. Поиски затягиваются. Думал, будет легко. Однако, почти в каждом городе творится что-то своеобразное. Как бы не пытался до него дотянуться, его нигде нет. Наверное, потому что ищу я вовсе не того ангела, которым он является сейчас.

Я никогда не понимал его. Он первый, кого создал бог, и оттого загадочнее остальных. С самого начала он был слегка надменным и эгоистичным, сильным и властным. Он скорее был похож на бога. Ни у кого из нас нет столько чувств, сколько у него. Удача ли он или ошибка, не знаю. Мы пытались быть похожими на него, но не могли. Нас создали иначе. Мы были просто Хранителями, а он нашим лидером. Он вёл нас. Если бы не он, мы были бы похожи на марионеток. Он дал каждому из нас что-то особенное, отличающее от других. Научил сражаться, мыслить, чувствовать. Тогда мы не осознавали, насколько он опасен. И как сильно похож на демона.

Встряхнув волосами, оглядываюсь на пылающий город. Огромный костёр посреди ночи пылает так ярко, что невольно затягивает в себя. Ему всё равно, что поглощать, лишь бы больше. Жечь и жечь, чтобы не исчезнуть. И мы, как пламя, пытаемся существовать и притягивать внимание путём жертв.

Теперь мы – истинное зло, а демоны – милосердие. Грешных людей нет на земле и бога тоже. Нынешний мир спокойное и процветающее место. Но ему, наверное, настанет конец, когда Меч Времени окажется в наших руках.

«Собрать часы не наша основная цель», – твердит Зарто.

Кто бы знал, что значат его слова. Никому из нас он не говорит большего, словно не доверяет или опасается, что кто-то пойдёт против него. Есть в нём что-то странное, чего нам не понять. Если бы могли, не пришлось искать его наугад.

Отвернувшись, я направляюсь к следующему городу, гадая над его посланием и тем, где он может быть. Ждёт ли меня. Сомневаюсь, что он ушёл просто так. Ведь обычно он покидал руины только со мной, редко с кем-то ещё. Один он ушёл впервые.

Что он задумал? Переманить меня на свою сторону, склонив к насилию? Или же хочет поохотиться вместе, чтобы поглотить больше скверны? Может, я думаю о нём с неверной стороны и на самом деле у него тоже есть страх потерять себя? Для этого он приглашал меня с собой? Нет. Бессмысленно. Зарто сильно отличается от нас, у него слишком много чувств, которые нам не понять.

***
Курай

Сквозь туманное сознание я слышу топот лап и заставляю глаза открыться. Голова немного болит и перед глазами размытое сияние. Поморгав и привыкнув к свету, осознаю, что он исходит от звёзд и камней, торчащих из горных стен.

– Курай!

Руки с чёрными когтями цепляются за мои плечи. Схватившись за голову, я опускаю взгляд на грудь. Детали часов больше не светятся. Ещё ночь. И Орис вернулся. Значит, прошло несколько часов.

– Вот так артефакт! – невесело смеюсь. – Это было опасно. А ты говоришь «доверься нам». Не хочу быть ответственен за твою смерть. Давно ты тут?

– Опасно?.. – тихо уточняет парень и срывается на рычание: – Взгляни на свою руку! Да ты хоть представляешь, как я испугался?!

Отняв её от головы и поднеся к лицу, вижу заляпанные красной жидкостью пальцы и коготки. Резкий запах бьёт в ноздри. Всё почти, как тогда.

– Вот почему голова болит? Эх, я не помню, что случилось. Помню только, что осколки проснулись и начали крошить время.

– Я только вернулся, – признаётся черношёрстный и отстраняется. – Нашёл тебя без сознания посреди этого… Если бы не украшение на твоей шее, подумал бы, что на тебя снова напал ангел. Дай осмотрю рану.

Всё так плохо?..

Позволив вертеть свою голову в стороны, мельком замечаю куски, вырванные из стен, дыры или, вообще, пустое пространство. Словно на гору упало огромное количество магических снарядов. Поверхность вокруг меня исчезла или разрушилась. Услышав звук разрываемой ткани, чувствую её прикосновение ко лбу и щеке. А после Орис накладывает повязку.

– Пойдёшь на собрание в таком состоянии?

– Что поделать. Найду осколок и пойду.

– Оно вот-вот начнётся. У тебя нет времени. Забудь об осколке. Ты не найдёшь его с такой раной. Голова кружится? Скорее всего, ты ударился при падении.

Да не падал, вроде…

Я резко выдыхаю и пытаюсь улыбнуться сквозь боль.

– Тогда помоги мне. Не найду осколок, он достанется ангелам. Они разрушат гору, чтобы его найти. А тут полно шахт и город внизу. Все они будут уничтожены.

Отойдя, оборотень подбирает что-то с земли и бросает мне. Перед глазами резко темнеет и к ногам падает что-то с лёгким звяканьем. Стянув накидку правителя, я смотрю на посох с подвесным амулетом.

– Иди на собрание, Курай. Как твоя правая лапа, я, Орис, клянусь, что найду осколок вместо тебя и доставлю его в целости и сохранности.

Орис опускается на одно колено. Закрепив накидку на плечах, я сжимаю пальцы на тонком чёрном посохе с золотыми кольцами. И, встав, тяну чёрное ухо братца-волка. Он не шевелится, даже хвост не вздрагивает. Уныло осознав своё положение, я с шумом выдыхаю.

– Хорошо. Поручаю тебе найти его, Орис.

Отойдя на шаг, я касаюсь украшения в ухе, вернее знака правителя, и с его помощью перемещаюсь в Город Чёрного Стола, ко входу в главный зал. Привыкнув к полумраку, раскрываю парную дверь и вхожу. По стенам расставлены свечи, за чёрным круглым столом собрались все представители, кроме меня.

Демоны, кровавые, западный клан оборотней, эльфы, феи, хвостокрылые. Шесть из семи кресел, стоящих друг от друга в трёх шагах.

Молча пройдя к своему месту, я забираюсь в высокое кресло из чёрного камня и ставлю посох у подлокотника. В темноте огромного зала едва можно разглядеть лица присутствующих. Основной опознавательной чертой являются накидки. Знаки на них ярко переливаются своим цветом из-за отражения пламени. Голова всё ещё болит, потому я не стараюсь вглядеться в знакомые лица, а расслабленно прикрываю глаза.

– Начнём собрание Межрасового Совета Чёрного Стола с подсчёта найденных осколков божественного артефакта, – заговоривший первым поднимается и притягивает взгляды. – Принц леса и представитель эльфов, Мирэл Мидо. Ответственный за защиту территорий и слабых рас на западе. Один осколок.

Мельком оглядываю старого знакомого. Он стал величественнее и серьёзнее. Хоть и был самым старшим из нас, обычно лишь наблюдал. Высокий эльф с озёрного оттенка глазами и со светло-зелёными длинными волосами, из которых выглядывают заострённые уши. На нём зелёная с серебряными узорами накидка и маска на половину лица, переходящая в обруч из драгоценных камней и листьев, знак правителя.

Представившись, он садится. И начинают представляться все по кругу.

– Первый и представитель кровавых, Акарана. Три осколка.

Коротко объяснившийся член Совета закутан в красную накидку, перетянутую шнурками с некрупными косточками. Он единственный из нас, не являющийся первым собирателем. Акария, который должен был стать членом Совета, почему-то отказался, словно наше обещание десятилетней давности его не заботит.

– Глава западного клана и представитель ночных оборотней, Отори Кураса. Моя ответственность лежит на охоте за опасными существами. Два осколка.

Белые с чёрными локонами волосы, повязка на глазу, конец которой завязан на перьях, торчащих из волос, чёрные рога чуть ниже, второй глаз тёмно-бирюзовый, два хвоста с перьями, перемотанные лентой. Накидка ночного феникса, тёмно-бирюзовая со светло-жёлтыми узорами. Кураса тоже не была с нами десять лет назад, я встретил её уже главой клана, когда узнал о существовании западного клана и о том, что кто-то из них стал обладателем.

С трудом встав на ноги, придерживая неаккуратную повязку, проговариваю:

– Лидер и представитель клана оборотней, Хигуро Курай. Ответственен за защиту границ и территорий, истребление монстров, разведку и охоту, исполнение заданий и контроль магов. Четыре осколка.

И с облегчением опускаюсь в кресло. После меня никто представляться не спешит. Я в непонимании поднимаю голову и смотрю в соседнее кресло. Вместо Сории в нём сидит другой демон, с явной неохотой оглядывающий присутствующих.

Серые волосы и такого же цвета крылья, глаза поблёскивают более светлым оттенком, только рога и когти на руках имеют чёрный цвет. Никакой накидки на нём нет.

– По просьбе брата принцессы демонов и их представителя, Сории, я, Хаято, ответственный за изгнание ангелов, присутствую сегодня вместо него. В сражении с лидером ангелов он получил серьёзные раны и не может явиться лично. На данный момент у демонов четыре осколка, а у ангелов пять.

Зал застывает. С прошлого собрания результаты сильно меняются и не в лучшую сторону. В прошлый раз на первом месте по сбору оказался я, к тому же как лидер оборотней имею шесть, а то и семь. Однако ангелы успели заполучить два осколка.

– Ах, да, прошу прощенья, – поднимаю руку. – В связи с некоторыми обстоятельствами я знаю местонахождение ещё трёх осколков, два из которых принадлежат существам, чью личность я не могу раскрыть, и один скоро будет в руках моего подчинённого.

– Имеющихся у нас осколков пятнадцать. У врагов семь. Всего найдено двадцать два из тридцати, – поднимается и говорит Принц леса. – Пока превосходство на нашей стороне, но нельзя ослаблять бдительность.

Я невольно улыбаюсь. Мирэл такой серьёзный. Я несказанно рад его видеть и знать, что он не испытывает ко мне ненависти.

– Преимущество не играет роли в сражении за божественный артефакт, – произносит демон. – Оно может измениться в любое время. Прямо сейчас лидер ангелов продолжает учинять разрушения и сеять панику. У нас не хватает сил без Сории, чтобы сдержать его и остальную троицу. Хоть, по нашим сведениям, ангелов шесть, за осколками охотятся только четверо. Мы ещё не знаем какова причина. Даже сила лишь четырёх заставляет напрячься. Если остальные решат их поддержать…

Замолчав, демон передаёт право высказаться другим.

– Касательно трёх осколков, о которых я говорил ранее, – всё же решаю начать сам, чтобы избежать недопонимания. – Вернее двух. Один находится у того, кого некоторые из нас хорошо знают. Он не является нашим врагом, как и союзником. И второй осколок был взят неизвестным из земель фей около недели назад. Есть подозрения… что это был маг.

«Я подтверждаю слова Курая. На наших землях Петля оставила огромную дыру, а немного погодя один маг навредил духам и напал на фею. Он забрал осколок, затем направился в земли русалок, где впоследствии использования осколка были сломаны небесные кристаллы».

Голос феи раздаётся несколько неожиданно. Я с минуту прихожу в себя. Право голоса у меня забирает Принц леса.

– Поступок неизвестного нам мага принёс много вреда. Сейчас города страдают из-за нападок диких зверей и монстров. Маги и оборотни стараются уладить возникшие неприятности путём выполнения заданий. И в связи с произошедшим возникает вопрос, можем ли мы полагаться на магов как раньше?

Сжавшись, понимаю, что попал. Хоть и сказал, что в мои обязанности ходит слежка за магами, я около месяца назад ушёл из клана и не знаю последних сведений, добытых охотниками.

Попробую отвлечь их…

– Сейчас наш знакомый преследует неизвестного мага, – расставляю всё по местам, – и желает забрать у него осколок. Он был в Городе небесных камней вместе с магом и убедился в том, что оставлять ему осколок нельзя. Я предлагаю доверить мага ему и самим разбираться с более существенными вопросами.

– Поддерживаю Курая, – одновременно произносят Мирэл и Акарана. – Ему можно доверить преследование неизвестного мага. Вмешайся мы и маги начнут что-то подозревать, а как слухи расползутся, в стороне они не останутся. Что касается вопроса доверия, пока оставим его.

– Сейчас в приоритете защита городов и усмирение ангелов, – поднимает лапу, молчавший всё это время Хвостокрылый король в чёрной накидке с фиолетовыми узорами. – Жертв нужно избежать. Мирные жители и слабые расы не могут сами себя защитить.

– Появилось множество невиданных и достаточно опасных существ, – громко говорит глава западного клана. – Наша задача разобраться с ними и избежать убийств ценных животных и слабых существ. Наш клан мал и потому не может предложить помощь в чём-то большем.

– Наши и основные земли хвостокрылых хорошо защищены, – закрывает глаза эльф. – Я отправлю несколько отрядов для поддержания защиты и порядка в города. Но чтобы окончательно разобраться с ситуацией, нужна помощь магов в починке небесных кристаллов. Сомнительно, что неизвестный маг повторит попытку их уничтожения, и всё же я оправлю отряд и на их защиту.

Глубоко вдохнув, устало прикрываю глаза.

Всё так сложно… Такова ответственность правителей. Решать подобные вопросы и жертвовать чем-то. Какой эгоизм…

– Главная угроза – ангелы, – неохотно вмешиваюсь. – Они охотятся за каждым обладателем осколка, разрушают и убивают без сожаления. Сражаясь с ними, мы несём потери. Что бы мы не думали о них, нам нечего противопоставить. Именно потому война длится уже сотый год. Никто из нас не бессмертен. А ангелы живы по сей день и нет доказательства, что их можно убить.

– Можно, – отрицает демон. – Мы не раз наносили им раны. Однако, стоит им впитать скверны, как от ран не остаётся и следа, а сами они становятся сильнее. Они сражаются по одиночке, но даже так одолеть их непросто…

– Против ангелов эффективно наше оружие, вот только использовать его можем лишь мы, – звучит голос из-под алого капюшона. – И мы не намерены защищать слабых. Мы и так это сделали – мы были первыми, кто начал противостоять ангелам, пока вы учились сражаться. Мы сразимся с ангелами за осколок, но искать и пытаться их убить не в наших интересах.

Все замолкают, обдумывая позиции друг друга.

Презренная сторона…

– Я разузнаю что-нибудь о магах. Сейчас они не представляют угрозы, но хотелось бы избежать конфликта в будущем. Даже если они не желают участвовать в войне…

«Маги – жестокие существа. Они постоянно пленят духов и используют их в виде оружия. Сие оскорбление для нас. Зачем они существуют? Так ли они нужны нашему миру? У них нет обязанностей. Они всё равно, что животные».

Зачем?..

В зависшей над столом тишине застывает вопрос. Ни у кого из присутствующих нет на него ответа. До сих пор нам не было особого дела до магов. Мы относимся к ним как к чему-то обычному. Только их слишком опасно держать рядом и посвящать в планы.

– Особых неприятностей до сего дня они не приносили, и мы закрывали глаза на их существование, – спокойно произносит Принц леса, сплетя пальцы на столе. – Будем решать их дальнейшую судьбу, когда узнаем больше. Курай, предоставь отчёт как можно быстрее.

– Сделаю.

Есть ещё кое-что, беспокоящее меня. Как и сказала фея, маги могут приручать духов или других существ. Одно из таких подсказало мне о местонахождении двух осколков. Не хозяину, а случайному прохожему. Почему? Сам фамильяр, разумеется, не может собрать осколки. Но по какой-то причине знает о том, где они. Откуда?

Представители переговариваются между собой, а я их не слушаю. Мысли сосредоточенны вокруг одного конкретного мага. Если они узнают о том, что мы доверяем ему, поднимется шум.

Послать ему в помощь своего подчинённого?.. Он не глуп. Попросить кого-то из западного клана? Кажется, они не очень-то заинтересованы. С другой стороны, они по-прежнему мои подчинённые. Всё-таки попробую. Если бы в тот раз Сатура был один…

Я чуть улыбаюсь при воспоминании о нашей встрече.

Он больше не один. Парень обзавёлся фамильярами… И похоже, в последнее время вёл себя тихо. Нашёл что-то важное для себя? Пустота из его глаз исчезла, хоть он и отрицает прошлое. Ну, с ним уж точно всё будет хорошо. Одного маленького помощника будет достаточно. А мне стоит прислушаться к словам Ориса.

– Мнение каждого сходится на уничтожении ангелов, – встаёт из-за стола кровавый, нарушив тишину зала перестукиванием костей. – Я предлагаю вам уничтожить их, не ограничиваясь на защиту.

Неожиданная смена мнения кровавого тяжёлыми словами расползается по залу. И даже огоньки свеч вздрагивают, почувствовав перемену.

– Что?.. – тихо переспрашивает Мирэл. – Позволить им убить столько, сколько потребуется? Я против. В первую очередь, наша обязанность защищать!

Я удивлённо смотрю на эльфа. Меня и самого несколько пугают слова Первого. Но я впервые вижу, чтобы он повысил голос. Не обратив на него внимание, Акарана продолжает:

– И одна из их слабостей может быть, как раз в том, что они одиночки. Заманим несколько ангелов в одно место и попробуем уничтожить, используя их привязанность друг к другу. Вот, что сильнее всех отличает нас. Их всего шесть, у каждого из нас за спиной целые города и поселения собратьев. Они бессмертны, в отличии от нас. И потому сильнее дорожат своими жизнями и отношениями. Чем мы, те, кто может и двадцати лет не прожить.

– Согласен! Неплохая идея, – усмехается демон, шелохнув крыльями, отчего несколько лепестков разлетается по залу. – Однако, что им противопоставить? Сория не в состоянии идти в бой. Только я, Шэрид и трое демонов можем открыто сражаться, но наши силы просто уничтожат друг друга. Не говоря о том, что на столь подлое предложение никто из нас не согласится. Мы не монстры, даже если вопрос стоит в освобождении мира от ангелов.

– Пострадает много невинных, – качает головой Хвостокрылый король. – А в случае неудачи ангелы озлобятся и жертв будет ещё больше.

Голос его спокоен, хоть и напряжён. Хорошо, что среди нас одни правители, иначе было бы шумно.

– Зато ваша проблема исчезнет, – пожимает плечами Акарана. – Если не получится, попробуйте ограничить ангела в движении и силе, выбрав узкое и неудобное для полёта место, где поблизости нет живых существ. Есть множество способов победить сильного врага. Единственное условие – риск. Никто ещё не убивал ангела потому, что вы отказываетесь рисковать. Сколько жертв преподнесли вам ангелы за сто лет? Явно больше, чем могло бы, рискни вы дать им отпор.

Обвинение представителя одной из сильнейших рас давит и обнажает сковывающие нас цепи. И в то же время протягивает руку, чтобы их разорвать. Нужно только потянуться в ответ.

«Легко говорить кровавым. Наша магия и оружие бессильны».

Присутствующие скользят взглядами по лицам рядом с собой.

Оборотни, по сути, единственные, кто всерьёз разыскивает часы. Демоны не позволяют сделать это ангелам. Эльфы все силы бросают на защиту и винить их не в чём, ведь их природная магия просто тает перед скверной ангелов. Кровавые ищут осколки по неизвестной причине, которую не собираются раскрывать.

Вспомнив слова Ориса, поднимаю руку. Все сразу неодобрительно прищуриваются и качают головами. Глава западного клана поднимает руку, пусть и не обязана поддерживать меня. Предложивший идею Акарана садится на место.

– Как я и говорил, не в моих интересах участвовать. Но я прослежу за вашими действиями.

– Нужно скрыть наши действия от магов, – произносит Принц леса. – Всё станет слишком сложно, если они прознают и решат вмешаться. Одолей они одного ангела и захотят участвовать в войне.

– Я не возражаю против второй идеи, – поднимает руку демон. – Но окончательное решение за принцессой.

Оставшийся член Совета долго молчит и обдумывает предложение. Вот только, если подумать, его решение ничего особо не изменит.

– Я против, – всё-таки не изменяет себе эльф.

– Значит ли это, что ты отказываешься от участия в войне, Мирэл? – встревоженно приподнимаюсь. – А как же наше обещание?

Лицо старого друга скрывает тень. Выражение его глаз мне не увидеть: я сердцем чувствую, что означает его молчание. Он и раньше не особо горел желанием искать божественный артефакт, хоть и дал с нами обещание защищать мир.

– Да. Хорошо. Я рад, что ты с нами Мирэл. Если бы мы все согласились, то было бы страшно. Я уважаю твоё решение защищать нынешний мир от ангелов, даже если не будешь искать часы. Ты ведь будешь защищать слабых и поддерживать их, пока мы будем сосредоточенны на разрушении? Я рассчитываю на тебя, Принц леса.

Зеленоволосый спокойно кивает. И я несколько озадачено сажусь на место. В сложившийся ситуации оборотни и демоны становятся основной силой. И когда мы разберёмся с ангелами или же они с нами, в игру вступят кровавые.

Сатура… что ты будешь делать?

– С этого момента собрание Межрасового Совета Чёрного Стола разделяется на две половины: военную и защитную, – берёт всё в свои руки Принц леса. – А теперь перейдём к обсуждению стратегии. Времени ожидать Сорию у нас нет. Эльфы укрепят защиту городов в течении последующих нескольких дней. Заглядывать в дальнейшее будущее смысла нет. Мне более нечего сказать.

– Просьба о сотрудничестве и помощи магов в починке небесных кристаллов будет отправлена на днях. Отчёт об их передвижениях будет через неделю, – медленно проговариваю. – Однако я считаю, что бросать все силы на ангелов неразумно.

– Мы займёмся поиском осколков, – слегка усмехается кровавый. – Можете не беспокоиться, что они достанутся ангелам.

Нахмурившись, я перевожу взгляд на скучающего демона.

– Я не имею в виду поиски. Сейчас нет смысла грызть друг другу глотки. Я имею в виду доверие. Мы не можем его игнорировать. И потому я отстраняю западный клан от дальнейшего сотрудничества. Ответственность за ангелов берёт основной клан. Кураса, я предоставляю тебе право командовать всеми оборотнями, не участвующими в плане. Они должны охранять границы и исполнять свои обязанности.

– Я прослежу, – тихо отвечает глава.

– И какое место выбрать? Кого из ангелов попытаемся убить?

– Демоны знают о них больше остальных, вам и выбирать.

– Есть ангелы, что ходят парой, – задумывается Хаято. – Их лидер Зарто и Аскарто. Как раз сейчас оба ангела находятся на общих землях. По нашим наблюдениям, Зарто самый жестокий из них. А Аскарто по какой-то причине всегда останавливает лидера от разрушений, которые он мог бы учинить в одиночку. Сейчас они порознь, но не думаю, что надолго. Так же есть один ангел, что никогда не покидает руины. Один из оставшихся всегда действует только по ночам в холодных землях. Огненный демон Шаки выбирает более слабых одиночных обладателей осколков. В противоречие, последний ангел нападает на города и селения.

– Попробуем начать с лидера, – киваю, нервно шевельнув хвостом. – Выбор места и стратегии предоставляю тебе, Акарана. Позднее мы втроём встретимся и обсудим детали. Возражения?

– Последний вопрос, – просит существо в капюшоне. – Рискнёте ли вы двое использовать осколки против ангелов?

Коснувшись повязки, я поджимаю губы.

– Да.

– Ангелы не используют силу часов, мы тоже не будем, – ответ демона.

– На сим объявляю собрание Межрасового Совета Чёрного Стола закрытым.

Каждый правитель, не вставая с места, исчезает один за другим. И вскоре в зале тухнут свечи, предоставляя место мраку. Едва видимой тенью в нём остаётся только одно существо. Одноухий оборотень, которому предстоит столкнуться со своими страхами.

Глава 6. Одноухий лис и однорогий ангел. Часть 2

Аскарто

Медленно наступает рассвет.

Отвернувшись от расползающихся красок, я опускаю взгляд на некогда красивый и процветающий город. Я не раз был в нём ранее, наблюдая за движением жизни. Ничего в нём не напоминало о городах людей: он был приятным. Ночью же частично превратился в развалины. Рассматривая лежащие на земле светло-бежевые башни, обвалившиеся крыши и разбросанные камни в свете восходящего солнца, я вспоминаю минувшие дни.

Наблюдение. Вот задача Хранителей. Защитой занимались Защитники. Нас было поровну. Шесть одних и шесть других. Я был наблюдателем. Единственный выживший Хранитель. Наверное, поэтому каждый раз останавливаю Зарто. У меня меньше чувств, чем у остальных. И я оцениваю их действия, а не стараюсь понять.

– День сменяет ночь, крылатая луна возносится во тьме. Ночь сменяет день, сияет взор небесный вдалеке. Грех, потерпи и возродись в ночи. При свете лик свой к небу подними. С рассвета бог тебя возлюбит, с заката наказаньем разбудит. Любовь сменяет ненависть, а ненависть любовь. Молись, танцуй под ангельскую песнь, и смейся с демоном, не ведая тревог.

Я поднимаю взгляд на висящий в небе камень. Ещё недавно он служил частью защитного барьера, окружавшего город и не дававшего скверне проникнуть внутрь.

– Эй, тебе одиноко?.. Ты сломан. Ты можешь только смотреть, как гибнет то, что ты призван защищать. Я тебя понимаю. Мы так похожи. Но я не знаю, чего ты хочешь. Ты существуешь, чтобы наблюдать и защищать. Под тобой обломки того, что ты оберегал. В тебе больше нет надобности. Но почему-то… тебя не сломали…

Опустив крылья на плечи и взглянув на их тоскливый и пасмурный цвет, я отрываю одно перо и отпускаю его пролететь над останками города. Конечно, он большой и разрушения не расползлись далеко, но всё же эта часть была чьим-то домом.

Преследовать Зарто днём бессмысленно. Он ненавидит свет и, скорее всего, скрылся в ближайших руинах. Когда солнце окончательно взойдёт, мне просто нужно будет найти его там. Наверное, он будет спать.

– День сменяет ночь… – я, раз за разом, произношу услышанные однажды стихи, не осознавая, чем они мне приглянулись.

Люди пожелали стать ангелами. Почему, никто из нас не знает. Почему не богом, потому что он один? Ему вечно приходится томиться в одиночестве. Не потому ли он создал Меч Времени? В нём заключено существо, более могущественное чем мы, но менее сильное, чем бог. Должны ли мы ему завидовать или ненавидеть?

– Любовь сменяет ненависть…

Воспоминания всплывают одно за другим, порождённые пейзажем города, в котором наверняка было куда больше воспоминаний. И все они бесследно исчезли.

– …а ненависть любовь…

Добро, что мы дарили людям, обернулось злобой. Быть может, мы сделали что-то неправильно? Поэтому последними словами бог наказал нас. Обернётся ли добром та злоба, что мы выплёскиваем на этот мир? Наверное, нет. Людская злоба становилась только сильнее и никогда не обращалась чем-то хорошим. Наоборот, она их уничтожила.

– Исчезнем ли мы или мир исчезнет вместо нас? Мои братья Хранители, надеюсь, ваш сон прекрасен и спокоен. Я рад, что пред вами не предстал этот мир, что вы не видите отчаяния, поглощающего Защитников. Я буду наблюдать за судьбой этого мира вместо вас. Взамен… позвольте и мне увидеть хоть один прекрасный сон, а не навеянный скверной кошмар…

***
Курай

Сверкающие горы охватывает радужное пламя. Драгоценности искрятся на солнце, и образовавшаяся в них дыра более не выглядит столь заметной. У подножья просыпается жизнь. Жители города отправляются за добычей камней.

Зевая, я подхожу к горам и вижу пару существ у тропинки. Первым меня замечает волк, прерывая разговор с собеседником. Кивнув, я перевожу взгляд на последнего.

Демон. Тусклые розовые волосы и цвета малины глаза. Почти всё тело перетянуто бинтами, что не мешает лепесткам сыпаться из-под них. На вид довольно юный и безобидный. Особенно если смотреть на раскинувшиеся за спиной белые крылья.

– Хорошо, что ты не опоздал, Курай, – приветствует меня оборотень. – Понимаю, вы обсуждали что-то важное, но почему ты так задержался? Представитель демонов вернулся ещё до рассвета и уже известил всех о предстоящем событии. Даже я успел узнать подробности.

Слегка улыбнувшись, отвожу взгляд.

– Задремал прямо в зале Совета. Что уж поделать, устал лазать по горам.

– Только на поле боя не засыпай, – предостерегает волк. – Я, Орис, как и обещал, нашёл осколок и передаю его лично в руки, лидер…

Я поднимаю руку и смотрю в небо.

– Нет. У меня для тебя будет поручение. Найди кого-нибудь свободного из западного клана и проводи в Ахэйр. Пусть побудет с Сатурой какое-то время и помогает ему. Он должен притворится, что их встреча случайна. Я знаю, что Сатура не захочет помогать кому-то, поэтому на всякий случай дай ему осколок. Если Сатура захочет взять его себе, пусть отдаст.

– Ему твоя затея не понравится, – усмехается Орис. – Я всё сделаю.

– У Сатуры полно интересных знакомых, – улыбается демон. – Я рад, что с ним всё хорошо. С последней нашей встречи он так и не напомнил о себе. Нашёл ли он осколок в землях фей? Мы доверили ему Петлю, и он обещал не дать осколок ангелам…

Удивлённо взглянув на демона, я чешу коготками за ушком.

Погодите-ка, в землях фей? Теперь понятно почему он гоняется за магом, урвавшим осколок. Хоть и не любит помогать, он довольно ответственный. И раз обещал демонам забрать осколок, то сделает его своим.

– Так Сатура отправился к феям по просьбе демонов? Ясно. Я встречал его недавно, он как обычно бодрый и недовольный.

Демон чуть улыбается.

– Как хорошо. Хорошо, что ничего не случилось.

– Курай, я отлучаюсь по твоей просьбе… Будь внимателен, – напоминает о себе братец-волк. – Когда отправишься в клан, веди себя соответственно. Не принуждай подчиняться себе, как обладателю артефакта. Позволь клану подчиниться самому, покажи им, что ты по-прежнему заслуживаешь доверия.

Рассмеявшись, я безмятежно хлопаю Ориса по плечу.

– Кто из нас лидер, а? Не волнуйся. Мы загоним ангелов в ловушку и больше не позволим вести себя как вздумается, – повернувшись к демону, протягиваю раскрытую ладонь. – Надеюсь на вашу поддержку.

– Да, – парень пожимает руку. – Принцесса с неохотой одобрила план и сказала, что участие добровольно. Ранения брата её печалят. Она пожелала нам вернуться не только с победой, но и без серьёзных ран. И ещё, чтобы вы не забывали – все мы живые существа и чувствуем боль. Какими бы ни были у ангелов причины нести страдания в мир, нельзя заставлять страдать их самих.

Эх… Что-то у меня окончательно отпало желание возвращаться домой.

Мои желания и волнения никого не интересуют. Приходится старательно спустить их на самое дно и постараться забыть. Тем не менее, всю дорогу до клана вспоминаю разговор. Я и сам говорил кому-то похожие слова.

– У нас одинаковая кровь… Мы должны победить всех, кто бы пред нами не появился… Это вовсе не война за божественное оружие… а сражение за наш мир?..

Задумчиво бормоча что-то из воспоминаний, я приближаюсь к горам на востоке, где располагается основная территория клана. С гор падает вода, из-за чего на землях прохладно и туманно. Взгляд то и дело цепляется за красные крыши с загнутыми концами, деревянные постройки с раздвижными дверьми, храмы и проходящих мимо оборотней. Все склоняют головы, стоит увидеть своего лидера.

Повезло, что сегодня много тумана наползло…

Облегчённо выдохнув, я направляюсь в личные комнаты. Для того, чтобы предстать перед подчинёнными, необходимо привести себя в порядок. А то запах крови учуяла уже половина клана. Стоит только ступить на порог, как подбегают лисы-слуги. Хотя, лучше помощники. Раздав указания, я покорно позволяю привести себя в подобающий вид. Для начала источник, потом забота о ранах, вкусная еда, тёплая постель в ожидании, подбор одежды и осмотр оружия. Просматривая отчёты о деятельности магов и некоторых происшествий, я начинаю думать, что всё не так плохо. Но когда подготовка заканчивается, кончается и всё хорошее.

– Все ожидают Вашего появления, лидер, – осведомляет помощник.

Кивнув, облачаюсь в чёрную с золотой вышивкой ткань и беру посох. Затем окидываю взглядом своё отражение, расплывающееся на глазах. Я и раньше носил на голове чёрную повязку, чтобы скрывать отсутствие одного уха. Теперь же она недвусмысленно говорит о ещё одном ранении.

Это плохо… Что же мне делать? Без Ориса мне не по себе.

Пригладив волосы на лбу и поправив знак правителя, уделяю внимание глазам.

Я похож не на правителя, а на мученика…

Сглотнув, закрываю их. И, глубоко вдохнув, настраиваюсь окончательно.

Ничто не повлияет на меня.

Длинные тёмные коридоры приводят меня в большой зал, где недавно я попросил собрать всех оборотней, что отправятся со мной в сражение с ангелами. Мне остаётся произнести речь и рассказать о стратегии. Узорчатые стены в виде решётки из сплетённых ветвей не настраивают на благоприятные мысли. Как и горящие по сторонам от меня факелы. Взойдя по ступенькам на своё место, я поворачиваюсь к ожидающим моих слов разношёрстным оборотням, в чьих ушах и хвостах играет пламя. Тишина наполняет зал и давит на меня. Приходится стукнуть посохом о доски, перед тем как заговорить.

– Сегодня ночью в городе Виэл на общих землях, мы, в союзе с демонами, атакуем лидера ангелов Зарто и его подчинённого Аскарто! Настало время обагрить когти и клыки свежей кровью ради спасения мира от второго Падения грёз. Мы должны сражаться за наш мир, за то, что нам дорого, защитить себя и ближних. У каждого из вас есть желания и мечты. Но они ничего не стоят в мире, который может исчезнуть в любое мгновение. А вынужденная жертва окупится долгими годами спокойствия. Мы должны рискнуть, чтобы победить! Я прошу вас пойти за мной! Победа будет принадлежать клану!

Стук посоха заполняет зал с лёгким звоном. Я стараюсь не смотреть кому-то лично в глаза, но при этом не сводить взгляда с собравшихся. Перед глазами вспыхивает неяркое воспоминание, и толпа расплывается. Поджав губы, я стискиваю пальцы на посохе, но ничего не помогает.

«Одноухий лидер – позор для клана! После одного поражения Хигуро приведёт нас к гибели! Потерять ухо в бою и сбежать – худшего позора для лидера нет! Недостойный и неполноценный оборотень! Позор! Одноухий!»

***
Орис

Ёттару – земли западного клана, расположенные между эльфами и феями. Они не особенно отличаются от основных земель, за исключением общего фона. Здесь всё говорит о ночи, поклонению и почтению луне. Синие крыши и деревянные дома, пруд, обложенный камнями, сад с ночными растениями и дорожка из камней в виде полумесяца.

Сжав кулаки, я раздражённо прикусываю губу. Знаю, что он лидер и не ребёнок, но в столь важное время мне бы хотелось стоять рядом и поддерживать его. Однако он поручил мне заботу о старом друге. Я не мог отказать.

– Курай… держись.

– Оборотню из основного клана так страшно на нашей территории?

Раздавшийся голос заставляет меня вздрогнуть и поднять голову. Встретить меня выходит лично глава западного клана. Как и любой его член, она невысокого роста, но выглядит величественно и холодно. Чёрно-белые волосы, перья и хвост сочетаются с накидкой ночного феникса. Порождение ночи. Жуткие длинные рога и раздвоенный хвост не оставляют сомнений в этом.

– Глава западного клана, Отори Кураса, я, правая лапа Хигуро Курая, Орис, здесь по его личной просьбе. Лидер попросил меня найти свободного оборотня из вашего клана и поручить ему кое-какую работу.

Поднеся бледную кисть с чёрными когтями к лицу, девушка шевелит хвостами. И из-за её спины выходит парнишка ростом мне по плечо. Бинт на его волосах скрывает одно ухо, второе проколото серёжкой. Такое сходство с Кураем застаёт меня врасплох. Но помимо этого, между ними ничего общего. Волосы цвета ночного неба приглажены, глаза похожи на две маленькие луны. Одет он в чёрную тунику с длинными рукавами, шорты, сапоги и маску, прикреплённую к поясу.

– Цукиса, – тихо произносит глава. – Пойдёшь?

Мальчишка кивает и смотрит на меня. Ухмыльнувшись и припомнив слова лидера, я представляю лицо Сатуры. Конечно, они оба будут недовольны, ну и ладно.

– Тогда, я забираю его…

– Курай в клане? – заботливо спрашивает глава, шевеля хвостами. – Почему ты не с ним? Ты единственный, кто заступился за него два года назад. Без тебя его появление вызовет недовольство, Орис.

Прижав уши, понуро отвечаю, словно щенок, а не гордый волк:

– Я не мог отказать лидеру… Я беспокоюсь… Надеюсь, всё обойдётся…

– Курай юн и неопытен. Неудивительно, что его не признают. И потеря одного уха здесь не причём. Он слишком амбициозен и ярок, ведёт себя как мальчишка. После поражения все только убедились, что он не подходит на роль лидера. Однако мы свои места и не выбирали. Мы сражаемся с ангелами в одиночку, а они только и умеют, что осуждать. Сегодня они поймут… насколько велика и ужасна сила ангелов. В следующий раз не бросай Курая одного.

Развернувшись, глава растворяется в темноте. Удивлённо и подавленно взглянув на пустую дорожку, я сжимаю кулаки.

– Да. Благодарю за волнение о лидере, Отори Кураса.

Собрание двухлетней давности всплывает в памяти, словно наяву. Гневные крики и протянутые руки, движущаяся толпа, свет огня и помост, на котором стоит Курай. Я никогда не забуду его лицо. Он выжил в сражении с ангелом и вернулся с тяжёлой раной, но встретили его лишь обвинения и позор. Стоя перед подчинёнными, он едва сдерживал слёзы. Не забыть и опущенное дрожащее ухо, поджатые губы, покрасневшее от стыда лицо, окровавленной повязки, сжатые на порванной одежде пальцы.

Тогда ему было около двадцати… Такой молодой оборотень. Его назначали лидером клана всего в тринадцать лет. Сначала он ничуть не переживал и бодро осваивал новую роль, ответственно наблюдал за кланом и искал часы. В его глазах горело пламя. Он сам был живым огнём и символом свободы. Наблюдая за ним, мне казалось, что я снова волчонок, который может всё. И даже после нападения ангела он смеялся, как ни в чём ни бывало. Но то собрание сломило его. Сломило бы волю любого.

Проведя рукой по лицу, я не могу найти себе места. Становится так тревожно, что хочется всё бросить и вернуться. Но не могу. Зная, как он переживал, я не хочу давать ему повода вспоминать.

После того случая, Курай выглядел подавленным и редко выходил из личных комнат. Лишь по-прежнему выполнял свои обязанности. Рана затягивалась долго. Я думал, что он не выдержит и откажется от титула правителя. За два года он ни разу не становился лисом, боясь окружающих взглядов. Боясь самого себя. Я даже не могу представить его боль. Он до сих пор боится это сделать.

– Ты ведь заместитель лидера, правая лапа Хигуро Курая? – подаёт голос парнишка и выжидающе смотрит на меня. – Тогда почему ты так переживаешь? Разве ты не должен лучше других знать, насколько силён наш лидер? Своим беспокойством ты показываешь его слабость.

Раскрыв глаза, я в ином свете смотрю на оборотня. Спокойный и уверенный, рассудительный, он словно противоположность Курая.

– Да. Знаю. В последнее время наш лидер сам не свой. К тому же он был ранен перед самым собранием Чёрного стола. Всё словно повторяется… И это не может не тревожить.

– Он лидер. Так что справится. Лучше расскажи, о чём он меня попросил.

Усмехнувшись, прикрываю глаза.

Не тебя, вообще-то… А ведь наблюдая за их поведением, можно подумать, что ночной клан поддерживает Курая и считает его отличным лидером. Поддерживают, заступаются… подражают.

Не став спрашивать о его внешнем виде, я направляюсь к выходу.

– Для начала скажу вот что: тебе придётся сохранить наш разговор в тайне и подстроить всё так, словно произошла случайность. У Курая есть друг с тех времён, когда он не был лидером. И он тоже втянут в войну за часы. Парень не простой, любит одиночество. Поэтому ты встретишься с ним…

Направившись к городу магов, я по пути рассказываю Цукисе о его задании. Он внимательно и молча слушает. Получается ненадолго отвлечься. Когда рассказ подходит к концу, беспокойство с каждым шагом становится всё сильнее.

Курай… Неужели его никто не поддержал? Нет… Не может быть. Всё ведь хорошо?

Прикусив губу, я поднимаю взгляд на ночное светило с россыпью звёздочек. Ничто не бывает одно, но в мире полно одиночества из-за отличий.

– Почему? – только и спрашивает желтоглазый.

– Почему? Не знаю. Просто для меня Курай тот, за кем я бы хотел следовать. Он яркое пламя жизни. Но, чтобы он горел, ему нужна защита. Я и так по приказу оторвал его от друзей. Он чувствовал себя предателем, бросив их. Я и сам чувствую вину. И всё, что я могу, защищать его…

– Лидер не принимает твою защиту, – фыркает парень. – Ясно всё. Можешь идти к нему. А то я и сам начал волноваться, глядя на твоё лицо. Мне неизвестны внутренние дела основного клана, так что его правой лапе виднее. А в Ахэйре я уже был, дорогу найду, мага по описанию узнаю. И осколок… смогу сберечь. А вот от твоего лица тошно.

Цукиса обжигает меня пристальным взглядом и уходит прочь. Не увидев у него хвоста, задумчиво предполагаю, что выполнил поручение. Я закрываю глаза, чтобы переместиться на земли клана.

Курай… я скоро буду.

Открыв глаза и уставившись на туман, едва сдерживаюсь, чтобы не перейти на бег.

Жаль, что Курай так и не рассказал, кто из ангелов обрёк его на такие мучения…

Сдержанным шагом миновав основные улицы, я захожу в здание, где должно было проходить собрание. Хотя есть риск не застать их. Ведь ночь уже началась и все должны быть в Виэле. Не услышав шума голосов, немного успокаиваюсь. В зале никого нет, судя по запаху, ушли все совсем недавно. По пути в личные комнаты лиса, я застаю нескольких слуг с понурыми лицами. Насторожившись, шагаю быстрее.

Проклятье. Ну почему резиденция такая огромная?!

«Знаешь, почему яркие огни быстро гаснут?»

Вздрогнув, я застываю посреди узкого коридора. Слова Сатуры ложатся на душу тяжёлым грузом. Тогда я не осознал, но сейчас кажется, словно он обвинил меня в недостаточной заботе о Курае.

– Господин Орис вернулся! Господин…

Вскинув голову и злобно уставившись на лисят, я проклинаю мага. Не ему поучать меня. Заметив моё недоброе расположение духа, помощники нервно вытягиваются в струнку.

– Г-господин, Вы пришли навестить лидера?.. – осторожное уточнение.

– Навестить?! – голос почти срывается и переходит в рык, – Где он? Где Курай?!

Он не отправился в Виэл. И этим всё сказано. Он должен был возглавить оборотней, но остался.

Пискнув, лисята разбегаются в стороны и наперебой начинают оправдываться.

– П-понимаете, лидер… Прямо посреди собрания… После вступительных слов… Мы не знаем причины…

Зарычав, я направляюсь прямиком в его личные комнаты. Лисятам приходится бежать за мной, чтобы договорить.

– В общем… Лидер внезапно потерял сознание… И не очнулся до сих пор… На земли клана прилетел демон… И он забрал собранных лидером охотников и воинов…

Больше не слушая слуг, я почти вбегаю в спальню одноухого. Не почувствовав запаха крови, несколько успокаиваюсь. Лис спокойно лежит на постели, рядом на полу стоит несколько свеч. Окно открыто, разгоняя душный воздух. Склонившись над оборотнем, я не вижу ничего страшного. Кажется, что он просто спит.

– Курай… Прости. Меня не было рядом, когда я был нужен тебе на самом деле. Мне так жаль… С такой раной ты выдержал Совет Чёрного Стола, а потом ещё и собрание клана…

Рука лидера дёргается и приподнимается. Тут же и веки дрожат, словно неохотно поднимаясь.

– Ла… – шепчет лис, – …пу, Ори… с-с.

Раздражение вспыхивает подобно пламени, но я заставляю его утихнуть. Резко вдохнув, встаю, чтобы отметить пробуждение лиса негодующим взглядом.

– Лапу? А ты не обнаглел? Я тебе не собака.

– О-о, ты… беспокоился? – Хигуро слабо улыбается. – Где я?

– В своей комнате. Что случилось? Мне сказали, что ты потерял сознание.

Простонав что-то непонятное, Курай тянет руку к кувшину. Пересилив гнев, я помогаю ему сесть и выпить сладкой воды.

– Что-то я часто теряю сознание… Два раза за день, м-м. О луна… мне всего двадцать три года…

– Хватит играть на моём терпении, бездельник, – усмехаюсь, не зная, куда деть агрессию. – Что ты помнишь?

Блуждая взглядом по комнате и наткнувшись на меня, лис протягивает руки и взъерошивает мои волосы.

– Огонь… вода… шум. Ох… наш план. Я должен идти… Оборотни…

– А ну сидеть! Куда в таком состоянии? Ты говорить не можешь! Кур-р-рай!..

***
Аскарто

Как я и предполагал, Зарто прячется от дневного света в руинах. Но застать ангела спящим не удаётся. С заходом солнца он покидает убежище. Я успеваю лишь заприметить его облик, тающий в темноте. Слишком много времени потратил, сидя на разрушенной башне и вспоминая прошлое.

Я часто витаю в облаках и теряюсь во времени. Не думал, что привычка сыграет со мной злую шутку…

Догнать Зарто оказывается так же непросто. Мой полёт слишком медленен, по сравнению с его. Лишь когда он достигает города, окружённого ночными звуками, я успеваю приземлиться рядом с ним.

– Ты не спешил, – иронизирует надменный ангел, мотнув головой. – Нет желания меня останавливать?

– Моё желание? Зарто, ты заманил меня сюда. Так может поведаешь о своём?

Порыв ветра развивает тёмные волосы, и Зарто поворачивается ко мне с усмешкой на губах. Из-за разного цвета глаз сложно понять его настроение. Чёрно-голубой кажется тоскливым, а тёмно-фиолетовый, почти сливающийся с чёрным, насмешливым. Золотые узоры на шее сливаются с моделью часов и знаками на чёрной ткани. Чёрные с золотым рога отросли выше макушки, клыки делают улыбку зловещей, а огромным чёрным крыльям позавидует любой демон из мира людей. Эти искажения совсем не подходят Зарто.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.