Острые грани любви
Ирина Насонова

© Ирина Насонова, 2025

ISBN 978-5-4493-2299-9

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Громкий сигнал встречной машины, яркий свет фар. Надо же, я только сейчас поняла, что уже несколько километров никого не видела на этой дороге.

Еду, сильно превышаю. Дождь поливает так, что дворники едва справляются. Машину шатает из стороны в сторону – то ли от ветра, то ли от моего вождения. Меня уже не раз занесло. Я даже расцарапала бок о какое-то ограждение и, кажется, разбила или потеряла бампер. Впрочем, мне всё равно, машина не моя.

Страшно. Я никогда не ездила с такой скоростью, но не сбавляю её. Страх – это единственное, что помогает заглушить душевную боль. Я по-прежнему не знаю, куда еду, просто давлю на газ. Хорошо ещё, что больше не плачу, видимость и без того почти нулевая.

Надо остановиться, взять себя в руки и определиться наконец с направлением. Я за рулем уже очень давно, даже не знаю сколько, совершенно потеряла счёт времени. Болит голова, мышцы затекли.

Останавливаюсь. Темно. Дождь, словно специально, льёт ещё сильнее. Где я? Очень далеко уехать я не могла. Эта машина жрёт слишком много, а я ещё не заправлялась. Смотрю на приборную панель: бензин почти на нуле. Чёрт! Надо искать заправку и место для ночлега.

Таращусь, протирая глаза в поисках каких-либо ориентиров. До жути пустая дорога. Слева, кажется, поле. Справа глухой лес. Ни знаков, ни указателей, надо ехать дальше.

Мчусь. Сто тридцать, сто пятьдесят, сто восемьдесят. Зачем я вообще смотрю на скорость? Нет, стоп! Что это было? Резко давлю на тормоз и так же резко сдаю назад. Рядом с едва заметной дорожкой в лес стоит ржавый трактор. Тот самый!

Падаю головой на руль и начинаю смеяться. Мне вовсе не смешно, я чувствую резь в глазах и потоки слёз. Не знаю, чего больше в моих эмоциях, радости или горя. Ведь это тот самый поворот, та самая дорога, с которой всё началось!

Решение приходит сразу. Оно до безумия простое и в то же время дикое. Со всей силы жму на педаль и разворачиваю машину к лесу.

Хруст, скрип. Эта пафосная крошка стоимостью, наверное, как вся деревня, в которую я направляюсь, не предназначена для ухабов и кочек. Она чиркает дном, словно протестуя против такого обращения. Мне даже кажется, что вот-вот сработают подушки безопасности. Плевать!

Даже если она заглохнет или завязнет в грязи, я не отступлю! Я пойду пешком, поползу, буду отбиваться от диких зверей, если тут такие водятся. Потому что теперь у меня есть куда идти. Я ещё не знаю, что скажу и как меня примут, но это мой шанс, моё спасение! Здесь меня никто не станет искать, а значит, и не причинит больше боли.

Глава 1
Четыре месяца назад

Стою у входа в кафе, волнуюсь. Май в этом году тёплый, непривычно мягкий для Питера. Я люблю такую весну. Можно уже смело переходить на лёгкую одежду, что меня безумно радует. В моём гардеробе много красивых вещей, которые давно пора «выгулять».

Смотрю на своё отражение в витрине и не могу скрыть довольной улыбки. Сейчас приедет Анька и тут же, как обычно, накинется на меня с возгласами о моём цветущем внешнем виде. Жду не дождусь этой нашей бесконечной игры в «кто лучше выглядит».

Поправляю свои, не побоюсь этого слова, шикарные, ниже плеч, белокурые локоны, на завивку которых потратила не один час. Жаль только не успела сходить к парикмахеру перед её отпуском и подкрасить свои не особо светлые, русые корни. Вообще-то их почти не заметно, и можно сослаться на то, что сейчас это модно. Но Аня наверняка заострит на этом внимание, размахивая передо мной каштаново-рыжей гривой и делая акцент на естественность. И, конечно же, она не забудет свой главный козырь – загар! Что ж, в этом мне её никогда не догнать. Мало того, что ей, в отличие от меня, бледнокожей, досталась смуглость её отца, так она ещё и живет в солнечной Калифорнии. Впрочем, у меня тоже есть неоспоримое преимущество – рост! Мои метр восемьдесят против её метра шестьдесят пять никакими каблукам и не уравнять, на что я, пожалуй, и сделаю, как обычно, ставку. Не зря же вчера прикупила туфли стоимостью в среднюю зарплату рядового гражданина нашего города.

Ну вот, наконец-то приехала. Не люблю ждать! Мне кажется, человек, который ждёт, выглядит жалко. Именно поэтому стою на улице. В кафе одинокая дама, особенно такая молодая, как я, – верх убогости. Ну серьёзно, неужели сложно приехать вовремя? Не на свидание же с мужчиной идёт. Никогда бы не позволила себе унижаться таким ожиданием, если бы это была не Анька.

Выскакивает из машины и несётся ко мне. Смешная! Ей рожать только в сентябре, а она уже похожа на откормленную гусыню, но всё равно очень милую. Вот смотрю на неё и в очередной раз поражаюсь. Удивительно, как мы непохожи! Мы настолько разные, что мне, наверное, никогда к этому не привыкнуть. С самого детства мы с пеной у рта доказывали окружающим своё родство и даже обманывали, что у нас общие не только мама, но и папа, однако нам никто не верил. Хотя понять это нетрудно. От нашей мамы мы унаследовали лишь тягу к красивым мужчинам, а вот внешностью обе пошли в своих отцов. Крепкая, спортивная темноглазая Анька была копией второго мужа мамы. А вот мой отец, за которого мама вышла замуж через три года после рождения первой дочери, наградил меня роскошной модельной фигурой, большими серо-зелёными глазами с длинными ресницами, чувственными губами и красивой фамилией. Хоть за что-то ему можно сказать спасибо. Ну да бог с ним!

Улыбаюсь во весь рот. Безумно рада видеть Аню! Как же трудно жить так далеко от дорогих сердцу людей! Мы встречаемся всего один-два раза в году, навещая друг друга. Но даже это скоро изменится. Когда появится ребёнок, Аня с мамой, которая тоже живёт в Америке, перестанут приезжать, а для меня каждый визит – это настоящий подвиг. Несмотря на все тренинги и наставления, я до сих пор панически боюсь летать на самолёте, а по-другому до них не добраться. Эх! Ладно, потом погрущу по этому поводу.

– Ты развелась? С ума сошла? Быстро рассказывай, что случилось!

Вот тебе и встреча! Ни объятий, ни поцелуев, только недовольно поджатые губы и яростно сверкающий взгляд. А ведь мы не виделись с Нового года.

– Как ты узнала?

Обречённо вздыхаю и пытаюсь спрятать глаза, разворачиваясь в сторону кафе. Честно говоря, посвящать родню в этот раздел моей семейной жизни я не собиралась ещё очень долго. Лёшка никогда никому не нравился, ни моим друзьям, ни особенно маме с Анькой. За те пять лет, что мы были женаты, они даже ни разу его с днём рождения не поздравили. На праздники я тоже всегда летала к ним одна, бросая бедного любимого мужа, как я считала, в одиночестве.

– Какая разница, как узнала! Твоя подружка Маруська тебя по незнанию сдала. Ты вообще обалдела – такое скрывать? Мама теперь истерит через день, а у меня от этого ребёнок сильнее толкается.

Анька нервно выхватывает из рук официантки меню, а я пытаюсь зацепиться за безопасную тему и начинаю засыпать её вопросами про будущую племянницу.

– Кира! Ты мне зубы-то не заговаривай! Догадываюсь, что всей правды я от тебя, как обычно, не услышу, но хотя бы выдай более-менее правдоподобную версию. Маме я потом информацию отфильтрую. Там и без того крыша едет. Сама понимаешь, четыре брака благотворно на мозг повлиять не могут. Наш нежный цветочек уже винит себя во всём и планирует тебя к себе перевезти, ведь «это я недоглядела, пример плохой всю жизнь подавала» и так далее. Так что, если мы не хотим, чтобы она извела меня и Тома, который из всех её мужей, да простит меня папа, мне нравится больше всех, нужно дать ей «правильную» историю, чтобы успокоить.

И хотя никакой нотки юмора в свои слова Аня не вкладывала, она так смешно и правдоподобно пародировала маму, что я не удержалась от смеха.

– Не понимаю, почему она переживает? Уж кто-кто, а я от всех этих её браков только в выигрыше осталась. Три квартиры в центре мегаполиса, не считая моей, образование за счёт твоего родителя и ежегодный новогодний вполне увесистый денежный бонус от моего папочки.

– Погоди! – протянула Аня, зло сверкая глазами. – А что с имуществом? Я надеюсь этот твой, слава богу, бывший муж не осмелился претендовать на что-то? Ты ведь не из-за этого в бабушкину квартиру переехала?

Она так раздувала от возмущения щёки, что я совсем бы не удивилась, если бы у неё из ноздрей и ушей пар пошёл со свистом, как у кипящего чайника.

– Поверь, он и так неплохо устроился, – фыркаю я, откидываясь на стуле. – Ладно, только пообещай без нравоучений и победных «мы же тебя предупреждали»…

Анька тут же отбросила в сторону меню и чуть не перекинулась через стол, снова меня насмешив. Наверное, я действительно слишком много держу в себе, раз они с мамой так реагируют на любое моё откровение.

– Помнишь, я тебе рассказывала и даже показывала, как Лёша машину разбил? Вот тогда-то я и заподозрила неладное. Не буду вдаваться в позорные подробности и то, что меня вообще побудило в нём усомниться, но копнув поглубже, я с удивлением поняла, что мой славный муж меня, можно сказать, обворовывает. Оказалось, что мою квартиру на Ваське¹ он сдаёт не своему обнищавшему университетскому товарищу за квартплату, а вполне успешной семье за вполне приличные деньги. Я ведь сдачей-то никогда сама не занималась, а когда стала проверять, то суммы, которые Лёша озвучивал с аренды остальных двух квартир, от реальных тоже отличались. Ну а потом я узнала ещё несколько занимательных фактов. С машиной, которую он купил на наши общие деньги и «разбил», якобы не успев оформить КАСКО, ничего не случилось. Это была хитрая многоходовочка, чтобы подарить её своей обожаемой любовнице, которой нужно было с комфортом возить их сына. И ведь не поленился на свалку сгонять, чтобы фото автохлама сделать. Правду говорят, чем невероятнее ложь, тем быстрее в неё поверят. Вот я и глотала выдумки одну за одной, не давясь. Не знаю точно, когда всё это у них с его дамой сердца началось, но, по моим подсчётам, не меньше четырёх лет назад. Их ребёнку уже два. Ну а под конец они так расслабились, что даже прятаться перестали. Думаю, Лёше просто на меня было уже очень сильно плевать. Отец этой мадам верховодит каким-то провинциальным городком, и мой благоверный решил обосноваться там. А что, и любовь, и положение, и материальная обеспеченность. Ну и классика жанра: возвращается как-то жена из командировки… Я после новогодних праздников от тебя как раз прилетела, уставшая и нервная от самолёта, сама знаешь. Аня, мы в квартире на Фонтанке жили, там сто пятьдесят квадратных метров. У них было столько времени одеться и придумать себе оправдание! Он же знал, когда я приеду, и они меня прекрасно слышали. Видимо, решили вот так заявить о себе. Ты, говорит, Кира, прости, но я люблю другую. Вот так и закончился наш пятилетний брак. Поорала тогда немного и больше с Лёшей ни разу не разговаривала. Переехала в квартиру бабушки, она мне всегда больше всех нравилась. Казанский собор под боком, вид на канал Грибоедова. Она самая маленькая из моих квартир, но и самая уютная. Я же никогда одна не жила, а в большой страшно и одиноко было, слышалось всякое. Ну и финансово это намного удобнее. Как-то так.

Пожимаю плечами и вздыхаю.

– Потому я вам пока и не говорила. До твоих родов откладывала. Там бы и времени прошло много, и заботы о ребёнке вас бы с мамой отвлекли. А вообще, мне и самой-то до сих пор во всё это не верится. Да и как такое сказать? Тем более, что вы все эти годы были правы, утверждая, что Лёша ненадёжный и скользкий тип. Знаешь, как противно и стыдно за свою слепоту и дурость! Мне двадцать пять, а я уже разведена. Причём променяли меня не на писаную красавицу, а на бесформенную каракатицу с грязно-коричневым цветом волос, которая при этом ещё и старше на три года.

Снова вздыхаю и смотрю на сестру. Ну вот! Сейчас расплачется! Так и знала, что не нужно рассказывать. Будут с мамой переживать и названивать по пятнадцать раз на дню. Что ж, сама виновата. Теперь пластинка про переезд в Америку очень долго не заглохнет. Не понимаю, почему они не хотят от меня отстать? Ну не нравится мне там жить, что я могу с этим поделать? Между прочим, теперь можно смело сказать, что именно пребывание в этой стране и толкнуло меня на безрассудный брак с Лёшей. Три года нервных мучений, бегство – и вот, вышла за первого встречного, только бы не возвращаться. Но говорить Ане я этого, конечно, не стану. Надо бы как-то её успокоить, дать понять, что у меня всё хорошо. Кстати! А это идея!

– Ты только не волнуйся и маме скажи, чтобы не переживала. Я уже давно всё это переварила и даже начала кое с кем встречаться. Погоди, покажу его.

Хватаю телефон, натягиваю счастливую улыбку и создаю видимость азарта. Да где же эта чёртова фотография? Вот! Нашла! Уф, как хорошо, что я её не удалила!

– Это Игорь, – гордо протягиваю сестре телефон и продолжаю загадочно улыбаться. Сработало бы! Должно. Игорь на этом снимке выглядит довольно внушительно, совсем не скажешь, что он моложе меня на два года.

– Ему 27! – зачем-то придумываю я. Хотя нет, понятно зачем. Аня прекрасно знает, что я ни за что бы не завела роман с мужчиной, который родился позже моей неотразимой личности. Впрочем, сейчас ни у одного представителя сильного пола на этой планете нет ни единого шанса. После того как Лёша меня бросил, я целый месяц безостановочно рыдала, не вылезала из постели и выходила из комнаты, только чтобы пошвырять посуду о стену столовой, где висели наши семейные фотографии. Потом, стараниями Маруськи, я согласилась сменить обстановку и даже сходила в клуб развеяться. Там мне на какое-то время стало лучше, и в итоге я пила и плясала ещё несколько недель. Ну а выздоравливать я начала только после того, как та же Маруська практически силой заставила меня поехать с ней в Гоа. Не могу сказать, что я там жизнь переосмыслила, но, вернувшись домой, убиваться с горя действительно перестала. Я ритуально сожгла все до единой вещи бывшего мужа, переехала в другую квартиру и даже решила найти работу.

– Это всё, что мне надо о нём знать? – недоверчиво глядя на меня, бурчит Аня, возвращая телефон. – Я надеюсь, он не такой же проходимец, как твой бывший муж, и ты его не в баре подцепила?

– Нет, ты что! Игорь – успешный бизнесмен из хорошей семьи. Мы в аэропорту познакомились. Он нас с Марусей подвезти предложил, когда наше такси нас кинуло. И не волнуйся, с ним спешить я не стану.

Говорю уверенно и весело, потому что обманываю только в одном. Конечно, Игорь – никакой не бизнесмен, а всего лишь молодой безрассудный прожигатель семейного состояния, который летел с нами из Гоа. Но Аньке об этом знать необязательно, тем более что сейчас её волнует только то, чтобы мне никто больше не разбил сердце. Но уж кто-кто, а Игорь этого точно сделать не сможет. Очень высокий, красивый кареглазый брюнет с хорошими манерами и умопомрачительной улыбкой, этот Ромео действительно был способен вскружить любую голову, но только не мою. Не знаю почему, но я не воспринимаю его как мужчину. Маруське он, кстати, категорически не нравится. А вот я против общества Игоря ничего не имею. С ним весело. У него всегда хорошее настроение, а мне сейчас позитив прописан как лекарство. Да и развлекаться он умеет. В любой момент готов втянуться в какие-угодно приключения. А ведь и правда! Улыбаюсь во весь рот и морщу от собственной гениальности носик.

– Если хочешь, я вас познакомлю!

Ох, представляю реакцию Маруси, когда она об этом узнает! Мне так весело, что я хихикаю вслух. Наверное, выгляжу я как счастливая влюблённая дурочка, потому что Аня тоже начинает улыбаться и, судя по всему, верит в моё полное исцеление после болезненного разрыва с мужем.

Глава 2

Фу, неприятно. На душе так противно, словно меня помоями облили. Всё время хочется отряхнуться. Брр! Вздрагиваю, прибавляю скорость и включаю музыку в машине на полную, чтобы заглушить мысли. Пусть меня лучше громкий звук раздражает, чем воспоминания об этой дурацкой встрече. Не понимаю, почему меня всё время тянет испортить себе настроение? Вот поистине, любопытство губит кошку!

Звонит Маруська. Не отвечаю. Если она узнает, что я всё-таки поехала к новой жене Лёши, она со мной на самом деле общаться перестанет, как угрожала, в этом я ей верю. Впрочем, я бы и сама с собой общаться перестала, если бы могла. Что я вообще хотела услышать от этой негодяйки-разлучницы? Извини, что увела у тебя мужа почти сразу после свадьбы, родила ему сына и жду второго ребёнка? Чёрт побери! Ненавижу их!

Сообщение от Маруси: «Возьми трубку, я всё равно уже всё поняла».

Вздыхаю, перезваниваю.

– Ну! И чего эта курица от тебя хотела такого, о чём нельзя было по телефону поговорить?

Маруська явно на меня злится, но не настолько, чтобы побороть любопытство.

– Денег дала, как «компенсацию за причинённые неудобства». Это цитата, если что.

Я нервно усмехаюсь, а Маруська долго молчит. Что ж, я её понимаю, я тоже сначала дар речи потеряла.

– Не поняла! Она что, эм, прощение у тебя выкупила?

– Если бы! Эта грязноволосая кикимора снова опузатилась и, по её словам, чувствует мой негатив.

Копирую тон недавней собеседницы и снова вздрагиваю.

– Короче, я мало что поняла из её далай-ламских речей, потому что была занята подъёмом своей упавшей челюсти. Но судя по всему, они там с Лёшей карму и чакры пооткрывали и теперь вычищают накопившийся мусор. Начали, видать, с меня. Не поверишь, вышла ко мне во всём белом! В дом, правда, не пустила, а хоромы, скажу я тебе, там некислые. Усадила меня в беседке и так ручки сложила, аки ангелочек. Вот реально, как в дурдоме побывала.

– А ты чего?

– Да ничего, молча забрала деньги и ушла. Кстати, знаешь, во сколько они с Лёшей «причинённые неудобства» оценили? Опять же, лучше процитирую: «Мы с Лёшечкой подумали и решили, что с машиной он был неправ. Так что мы её продали, а деньги поделили пополам, она ведь на ваши совместные средства куплена была». Нормально вообще? А остальное, значит, честно всё было? Я даже не знаю, плакать мне или смеяться?

– Ну уж точно не плакать и точно не из-за них! Ты, это, как приедешь – позвони. А лучше сразу ко мне приезжай, я через пару часов дома буду.

Кладу трубку и усмехаюсь. Если уж даже у Маруси слов не нашлось, неудивительно, что я этой Лёшиной психопатке ничего ответить не смогла. Правда, долго Маруська молчать не будет. К тому моменту, как я доеду до города, у моей подружки уже появятся ответы на все вопросы мироздания. Но обсуждать что-либо и перемывать косточки я сегодня не в состоянии. Мне надо так забыться, чтобы утром имя своё не помнить.

Пишу Игорю. Вот мой источник хорошего настроения. После нашей небольшой игры во влюблённую парочку перед моей сестрой мы с ним как-то забавно сблизились. Их с Аней встречу я специально устроила перед самым её отъездом, чтобы у неё не было шансов нас в чём-то заподозрить. И чего я только волновалась? Игорь, отдать ему должное, просто мастер лицемерия. Мы с ним такое портфолио для Аньки нафотографировали, караул, до сих пор смешно. А уж какой Игорь актёр! Прямо по сценарию отработал. Манеры, разговоры, «искреннее» сожаление о том, что ему пора на неожиданную важную встречу, – всё было на высшем уровне. С поцелуями, конечно, переборщил, даже язык мне в рот засунул. Наверное, думал, что я тут же растаю, смешной. Нет, приятны, естественно, его попытки, и целуется хорошо, но у меня ни грамма возбуждения. Зато после этой сцены и Анька, и мама будут спокойны, по крайней мере какое-то время. Ну а так как увидимся мы с ними не скоро, «роман» с Игорем я могу продолжать как угодно долго.

Всё, договорились, ура. Ну до чего парень отзывчивый! Вечером идём в какой-то клуб. Первый раз о таком слышу, но мне всё равно куда, с Игорем везде весело.

***

Довольная, жму сильнее на газ. Нужно успеть марафет навести, а ехать ещё прилично. Мчусь по совершенно пустой трассе, здорово, такой драйв! Мне кажется, моя машина никогда так быстро не ездила. Вот если бы ещё поровнее дорога была. Плевать. Ору вместе с радио популярную песню и трясу головой.

А это что за… Сбавляю скорость, выключаю музыку. Что-то явно не так. Машину резко дёрнуло, и бортовой компьютер принялся сообщать, что у меня неполадки с колесом. Странно. Моей симпатяге «пежо» года нет, она новая совсем и ни разу даже плохо не скрипнула.

Останавливаюсь. Выхожу из машины. Класс! Только этого не хватало! Переднее колесо спущено, наверное, на что-то наехала. И что теперь? Насколько я помню, у меня полноценная запаска, надо просто поменять резину. Что ж, в теории мысль прекрасная, а на практике я понятия не имею, как это делать.

Кое-как достала запасное колесо и докатила к прохудившемуся. Колесо стоит, я стою, ничего не происходит. Наверное, нужен домкрат и какой-нибудь инструмент, чтобы открутить болты? Перерыла весь багажник, нашла только отвёртку, или как там эта закорючка называется. Может, я не то ищу? Смотрю в интернете, как выглядит домкрат и как заменить колесо. Связь – караул, плохая! Бесит! Жду загрузку, начинаю сильно психовать. Наконец-то!

Хм, судя по инструкции, всё не так сложно. Одна проблема – домкрата у меня нет! Ну что, остается ждать, когда кто-нибудь поедет мимо, и попросить помощи. Ненавижу ждать!

Пытаюсь скоротать время в интернете, но всё загружается настолько медленно, что через пять минут убираю телефон в карман, чтобы не разбить. Моим нервам всегда становится легче, если что-нибудь разбить, так что от греха подальше.

Полчаса! Прошло уже долгих полчаса, как я тут кукую, и ни-че-го, вернее ни-ко-го! А вдруг я куда-то не туда заехала, и тут никто никогда не ездит? Я вообще по этой ли дороге к предателям ехала?

Уже поздно. Не вырви глаз, конечно, солнце ещё не село, но до белых ночей далеко. Хотя в такой глуши, без искусственного освещения, даже они мне никак не помогли бы.

Достаю газовый баллончик и электрошокер, кладу на капот. Понятия не имею, сработают они против диких зверей или людей, я ими ещё ни разу не пользовалась. Садиться в машину не решаюсь, вдруг кто поедет, надо быть начеку.

Ещё полчаса. Начинаю паниковать. Я устала и замёрзла, а от напряжения режет в глазах. В голову лезут разные дикие мысли, отчего становится трудно дышать. Так, надо успокоиться! Хожу взад-вперёд вдоль машины. Может, плюнуть и поехать без колеса? А если не доеду? Ковыряюсь в карте. Ждать, судя по всему, бесполезно! Надо либо вызывать помощь на дороге, либо ехать до ближайшего города. Вот только я понятия не имею, сможет ли машина в таком состоянии вообще ехать. Попробовать завернуть в местную деревню? Кажется, я недавно проезжала какой-то указатель. Вот и на карте населённый пункт имеется. Пойти пешком? Ага, через лес? Впрочем, по лесной дороге без колеса я тоже вряд ли далеко продвинусь. Да и не факт, что в деревне мне помогут, если она вообще обитаема.

Надо менять самой. Вызывать дорожную помощь и торчать в этой дыре ещё несколько часов, пока они доберутся, у меня нет никакого желания. Должен же тут кто-нибудь ездить! Я же в европейской части России, здесь полно людей! Ладно, начну, а там, глядишь и появится кто. Ведь столько жду уже, что просто не может не появиться.

Так, как там в инструкции было написано? Нужно машину приподнять. Домкрата у меня нет, значит приподнять не могу, но опереть на какое-нибудь бревно вполне можно. Хожу вдоль дороги, чтобы не дай бог не пропустить проезжающий транспорт. Чёрт, на удивление чистая дорога. Набрала каких-то камней, подложила баклажку от омывающей жидкости и подушки из салона, получилось вроде крепко. Ха! Маникюру моему, конечно, хана, но зато ум и находчивость на высшем уровне. Очень собой горжусь. Не нужен мне никто, я и сама всё умею!

С трудом откручиваю от колеса крепёжные болты и, чтобы не затерялись в пыли обочины, кладу на капот. Надеюсь, до ближайшего шиномонтажа доеду, а там пусть чинят и проверяют. Деньги, если что, на ремонт есть, а то и на новую машину.

– Спасибо тебе, Лёшечка! – выхожу на дорогу и кричу в сторону, откуда приехала. Ну вот зачем я опять вспомнила об этих предателях? Чувствую нарастающее раздражение. Эта противная парочка точно на меня порчу навела. А может, они специально всё подстроили? Пока его курица мне зубы заговаривала, Лёша колесо спустил и инструменты для замены вытащил? Хотя зачем им это? Мы уже официально разведены, избавляться от меня нет смысла. Может, они и правда со своей кармой там свихнулись?

Бум!

Это ещё что?! Поворачиваюсь – и не могу поверить. Мой «домкрат» разлетелся в стороны, колёса валяются, а машина некрасиво накренилась. Как теперь её поднять? И где мои болты?

Кидаюсь к обочине и начинаю искать. Нахожу в траве только один, видимо остальные скатились в канаву. До тошноты противно копаться руками в грязной луже. Чувствую мерзкую жижу под ногтями. Нет, не могу! Выдергиваю руки и истерично отряхиваю. Лезу в бардачок в поисках салфеток.

Нет! Нет, нет, нет! Пока копалась в машине, мимо пронёсся какой-то грузовик. Выскакиваю на дорогу и, размахивая руками, кричу, чтобы остановился, но он меня не слышит и, наверное, уже не видит. Ну почему мне так не везёт?!

Стою посреди дороги и реву. Обидно, страшно, несправедливо! Ненавижу всех. Безумно хочется что-нибудь сломать. Хватаю с обочины камни и начинаю швырять в сторону уехавшего грузовика.

– Сволочь! Чтоб у тебя тоже колесо пробило, а лучше все четыре.

– Молодая, чего так кричишь-то?

Резко разворачиваюсь на голос и ору от испуга. Рядом со мной стоит какой-то дед, причём так близко, что рукой дотянуться можно. Грязный, страшный и взгляд пугающий. Бросаюсь к машине, хватаю баллончик с шокером. Слава богу, они лежали в дырке для дворников между стеклом и капотом и не свалились вместе с болтами. Угрожающе выставляю руки, готовая применить своё оружие.

Дед мне что-то говорит, показывает на моё колесо, но я понимаю через слово. То ли акцент такой, то ли я реально в параллельную вселенную заехала.

– А-а-а, – машет на меня рукой, на удивление ловко перепрыгивает через канаву и удаляется в лес.

– Стойте!

Бросаюсь за ним, но останавливаюсь. Мне в моей обуви по этому болоту никогда не пройти. Да и кто знает, какая живность там водится. Дед оборачивается и что-то бормочет.

– Да не понимаю я тебя, – ору на него так, что аж горло болит, а он снова машет на меня рукой и уходит.

Ну за что мне всё это? Жалко себя невозможно. Реву в голос и лезу в бардачок в поисках карточки техпомощи. Надо было сразу им звонить, а не надеяться на людей. Все люди плохие, хороших не осталось.

***

– Хм, хм. Мне тут дед сказал, что у вас машина сломалась.

Осторожно вылезаю из салона и медленно поворачиваюсь. Рядом со мной стоит великан – ростом, наверное, под два метра и весом с бегемота. Пятнистый камуфляжный костюм, нелепая панамка, а в руках огромная палка. Пячусь назад. Похоже я реально «приехала»! Тело трясётся, воздуха не хватает, и начинает кружиться голова. А может, откупиться сразу? У меня в сумке лежит миллион рублей от продажи нашей с Лёшей машины. Пусть забирает что хочет, только бы не убил.

– Так чего случилось-то?

Кидает палку на землю и обходит вокруг моей машины. Кое-как, запинаясь, объясняю ситуацию и на всякий случай отхожу подальше. Великан спрашивает про домкрат и болты, отвечаю: нету. Смотрит на меня с таким изумлением, словно я инопланетянка, а потом начинает кому-то звонить. Слышу, смеётся в трубку и просит кого-то подъехать, но я не особо прислушиваюсь. Звоню Маруське, чтобы сказать, где нахожусь и что чувствую себя в опасности, на всякий случай. Не отвечает.

– Щас всё починим, не волнуйтесь! – заявляет великан и усмехается. Судя по всему, он считает меня полной идиоткой, которая не в состоянии даже колесо поменять. Вообще-то это неприятно. Стою всё так же в сторонке, обижаюсь. А у Бегемота, наоборот, настроение отличное. Он явно доволен собой и начинает рассказывать какую-то муть про колючую проволоку, разбросанную по округе, которую они ищут, чтобы никто не поранился. Спрашивает меня, откуда я и чем занимаюсь. Вру, что замужем за полицейским и еду из гостей от его брата, тоже полицейского. Пусть думает, что у меня со всех сторон тылы прикрыты.

– Полицейские – это хорошо, я бы вот тоже с удовольствием правосудие свершил над негодяем, что нам тут проволоку разбросал.

Начинает что-то бухтеть, а я осмеливаюсь подойти ближе. Я ужасно замёрзла, и мне очень хочется взять из салона плед. Наряжаясь на встречу с новой женой бывшего мужа, я никак не предполагала, что проведу столько времени на улице. Мои тонкие чёрные обтягивающие брюки греют не сильнее капроновых колготок. Белоснежное кашемировое пальто с рукавом в три четверти тоже не справляется с вечерней прохладой. Тем более что и накинуто оно на полупрозрачную блузку. Хорошо ещё, что к этому наряду очень шли высокие ботинки, хотя бы ноги остались в относительном тепле.

Двигаюсь к машине плавно и осторожно, без резких движений. Не понимаю, чего боюсь. Мужик настроен вполне дружелюбно, кажется. Да только кто знает, что у него на уме. Он же деревенщина, наверняка пьёт как боров, так что о больших умственных способностях говорить не приходится.

– Ой, вы извините, не представился. Меня Николай зовут, а это вот Вова едет, мой брат.

– Кира, – отвечаю машинально и тут же жалею, что назвала настоящее имя. Да и ладно. Смотрю в сторону подъезжающего «патриота». Хм, ничего себе у них в деревне машины. Хотя, если подумать, что я вообще знаю про деревни? Я никогда ни в одной из них не бывала, только мимо проезжала.

Вова – некрасивый краснолицый дядька, такой же большой, как его брат. Странно скалится в мою сторону, и они с Бегемотом сразу же принимаются за моё колесо.

Вытаскиваю плед из салона и обматываюсь как можно плотнее. Скорее бы всё закончилось, и я смогла включить печку, чтобы согреться.

Мужчины что-то обсуждают за работой, попутно объясняя мне свои действия. Вот серьёзно, неужели они думают, что я понимаю в устройстве колеса? Для меня это как белый шум с несколькими знакомыми словами.

Их акцент режет уши, но этих двоих я хотя бы понимаю, в отличие от того деда. Странно, живём на одной территории, язык общий, а слова разные.

Не выдерживаю, спрашиваю про старика, вернее про его речевые навыки. Смеются. Задорно и так заразительно, что поневоле начинаю улыбаться в ответ. Говорят, что это их дед, который за пределы деревни выезжал за жизнь от силы пару раз. А говор – это своего рода наследие. У них есть ещё несколько старожилов, так они словно на другом языке общаются.

Возятся недолго. Вова, закончив работу, кивает и запрыгивает к себе в машину, а Бегемот Николай подходит ко мне. Наверное, сейчас будет просить на бутылку. Впрочем, есть за что! Спрашиваю, сколько должна за работу, а он смотрит на меня так странно, с сожалением, что ли?

– Да вы подождите. Тут дело такое… Болтов-то у вас не полный комплект. Мы переставили с других колёс, но… Ехать, конечно, можно, только до Санкт-Петербурга далеко, а по пути в такое время уже никакой шиномонтаж не найдёте. Давайте к нам в деревню заедем? У нас делец один есть, гараж у него получше самого крутого автосалона. Он правда рукастый мужик, захочет – ракету соберёт. Посмотрит вашу машинку, проверит, всё починит добротно. А вы пока отдохнёте. Жена у меня блинов сегодня напекла, пальчики оближешь. Приютим, обогреем. У нас и банька натоплена, попаритесь, наберётесь сил, вам не помешает.

Чешет шею и наклоняется, словно сказать стыдно.

– Понимаете, боязно нам за вас. Бледная вы какая-то. А вдруг что в пути приключится. Грех такой на себе потом нести. Вы хотите в баньку?

– Хочу!

Отвечаю не раздумывая и шмыгаю носом. Ну всё, сейчас разревусь. Я на самом деле ужасно устала и замёрзла. А ещё мне безумно стыдно за то, как я думала об этих людях раньше. Да в городе ко мне никогда бы никто так добр не был!

***

Еду за «патриотом». Поворачиваем в лес на едва заметную дорогу. Она так резко ныряет в деревья, что, если бы не старый ржавый трактор, я бы никогда на этот въезд внимания не обратила. Наверное, для этого и стоит – местный ориентир. Дорога – жуть. Так, глядишь, все колёса оставлю в этом лесу. Однако мысль о блинах и бане быстро вытесняет все остальные.

Звонит Маруська. Отвечать не хочу. Пишу, что всё в порядке и дома буду завтра. Написать Игорю? Нет, обойдётся. Да и не сильно-то он расстроится, если со мной время не проведёт.

Едем недолго. Вот уже показался просвет между деревьев. Выезжаем на открытое пространство. Ого! Останавливаюсь и удивлённо выхожу из машины. Вот тебе и деревня! Мы стоим на небольшой возвышенности и вид просто ошеломляющий. Хорошо асфальтированная дорога, начинающаяся почти сразу после выезда из леса, стелется гибкой волной, как длинная, широкая змея, и уходит куда-то в бесконечность. Вдоль неё в мягком закатном свете виднеются стройные дома. Много домов. Я даже не знала, что деревни бывают такие большие. Почти у всех одинаковые тёмно-серые крыши. У двух домов даже есть ветряки. Слева ровной гладью расположилось небольшое зеркальное озеро. Вдалеке в вечерней дымке скрывается лес. А чуть правее торчат невысокие трубы какого-то производства.

Стою, не могу оторвать взгляд от этого зрелища. Пробую сфотографировать, не получается. Тут нужна панорамная профессиональная съёмка, да и то передать всё величие и красоту пейзажа вряд ли у кого получится.

Мои Бегемоты из своей машины не вышли, сидят, терпеливо ждут. Видимо, я не первая, кто обалдел от увиденного.

Сажусь обратно, моргаю фарами, давая понять, что можно ехать.

Спускаемся в деревню. До чего же странное место. Хорошо странное. Чисто и уютно. Словно это и не Россия. Честно говоря, я приятно удивлена. Я всегда думала, что деревня – это грязь, вечно пьяные мужчины в нелепых кепках и груды полуразвалившейся техники повсюду. Фу, а я оказывается высокомерная городская фифа, считающая себя лучше других только потому, что родилась и живу в мегаполисе. Надо бы поразмышлять над этим, как-то это неправильно.

Подъезжаем к гаражу. Эм, да тут действительно не то чтобы починить машину – новую собрать можно. Настоящий ангар со всякими деталями, техникой, ямой и подъёмной платформой.

Оставляю свою «пежуху» на милость молчаливого худощавого мужика неопределённого возраста. Странный он. Ни здравствуйте, ни какого другого слова. Посмотрел на меня исподлобья, перебросил взгляд на мою машину, усмехнулся. Понятия не имею, что это значит, но так как мои Бегемоты с ним очень приветливы, не беру его реакцию в голову.

Мужчины что-то обсудили, посмеялись, судя по всему, надо мной и распрощались.

Сажусь в «патриот». В машине чисто, но накурено – хоть топор вешай. За рулём теперь Николай. Куда делся его брат, я не знаю, но он мне всё равно нравился меньше.

Доезжаем до конца деревни, сворачиваем с главной дороги и едем до тупика. Там всего два дома. Заезжаем во двор того, что слева. Мда, не тухло у нас деревня живёт, оказывается! Огромный участок с большим облицованным под кирпич и камень домом. Современные окна, неприлично ровные грядки и посадки. Ни тебе перекошенных сараев, ни ветхих заборов. Аккуратный большой огород, ухоженные каменные тропинки, какие-то строения, выкрашенные каждое в свой цвет. Теплицы и совсем недешёвое удовольствие – ветрогенератор. Высоченный забор с одной стороны, наверное, потому, что дом стоит на краю деревни. И как бы условное ограждение в виде плетёной сетки, отделяющее огород от дороги. Правда, я перелезать через такой забор точно бы не решилась, потому что вдоль него, вернее почти в нём, растёт что-то жутко колючее. И это не говоря о пушистых, но не менее кусачих хвойных кустах, высаженных по периметру.

Пока разглядывала территорию, Бегемот загнал машину в гараж и пошёл к дому. Семеню за ним, но он показывает жестом, чтобы не торопилась. Та-а-ак, похоже, не его это дом. Начинаю пятиться к воротам. Вот во что я опять ввязалась? Вообще-то, имея в сумке миллион рублей, надо бы инстинкт самосохранения включить. Конечно, никто об этих деньгах не знает, но мне становится не по себе. Снова хочется дать в нос Лёше и плюнуть в его очищенную карму.

Слышу сзади шаги. Поворачиваюсь. В мою сторону идёт высокая, почти с мой рост, миловидная стройная женщина. Возраст определить не могу. У меня всегда с этим проблемы были. Может, лет сорок? Одета хорошо, только обувь резиновая и не очень чистая. Улыбается. Странно, почему тут все улыбаются? Надеюсь, это не какая-нибудь деревня сектантов?

Подходит, спрашивает про Колю. Наверное, это и есть его жена. Указываю на дом, в котором тот скрылся, и снова начинаю пятиться к воротам. Что-то мне всё это не нравится! От осознания того, в каком положении я оказалась – без машины, далеко от дома, среди странно гостеприимных и совершенно чужих людей, меня начинает мутить. Конечно, это можно объяснить тем, что я сегодня вообще ничего не ела, потому что не могу, когда нервничаю. Но мне кажется, сейчас дело в другом. Начинаю некрасиво откашливаться. Противно. Было бы проще, если бы я могла облегчить желудок, но он у меня пустой. От всего этого, видимо, обостряется обоняние, и я начинаю остро реагировать на запахи. Натопленная баня, вонь от домашних животных, даже цветущие деревья вызывают тошноту. Наверное, выгляжу я не лучшим образом, потому что женщина хватает меня за руку и испуганно пытается заглянуть в глаза. Она выводит меня с участка и через пару минут мы уже заходим в другой дом, тот, что в правой части тупика. Почти такие же строения и грядки, та же облицовка дома, заборы. Эти огороды словно зеркальная копия друг друга, только ветряк один на двоих.

В доме пахнет блинами и супом. Робко сажусь на предложенный стул и прошу у Люды, как она представилась, стакан воды. Желудок от запахов еды начинает новый раунд, теперь уже настойчиво требуя пищи. Люда почему-то хихикает и вместо воды даёт мне большую стопку с зеленоватой жидкостью. Пахнет, как тухлые овощи, но на вкус сладкая. Не знаю, почему я её выпила. Я вообще не понимаю, что со мной происходит и с какой стати я доверяю незнакомцам. Это так странно, что я практически заставляю себя насторожиться. Ну нельзя в современном мире людям доверять! Никто ничего просто так не делает, и эта, с виду искренняя, забота о какой-то совершенно чужой девушке ненормальна! Точно секта гипнотизёров! Внушили мне, что я хочу сюда ехать, я о подобных историях слышала, и ничем хорошим они не заканчивались. Ох, похоже, я попала по полной! Надо бы отсюда выбираться, но я не то чтобы не могу – не хочу! Это пугает меня ещё сильнее. Видимо, голод и чистый воздух так повлияли на мой задымленный городскими выхлопами мозг, что там произошли какие-то неподвластные вычислениям изменения.

Выпиваю ещё несколько стопок. Хорошо! Наваристый суп, блины, крепкий сладкий чай. В голове словно стоит густой туман, но не от опьянения. Я почти уверена, что зелёная жидкость была без алкоголя. Впервые за долгое время мне так спокойно, что я начинаю улыбаться. Вот так искренне и без причины. Не знаю, что было в этой настойке, наркотик или лекарство, но зато теперь понятно, отчего тут все такие счастливые.

Бегемот забежал меня проведать и умчался в баню. А мы с Людой сидим, болтаем, как старые подруги. Она рассказывает про дочь, которую только что выдала замуж, про младшего брата, которого тоже мечтает женить, и про другую родню из Питера. Спрашиваю, почему при наличии близких родственников не переезжает в большой город? Смеётся и отмахивается. Впрочем, я её, как ни странно, понимаю. Здесь так хорошо, что даже мне уезжать не хочется. А потом я и сама не замечаю, как начинаю рассказывать Люде про свою жизнь. Не про то, что все знают, а про личное и сокровенное. Про бывшего мужа и свои страдания. Про Аньку с мамой и свои страхи. До сих пор я никогда не задумывалась, почему так осторожничаю в подачи информации для них, а теперь, делясь своими мыслями, всё понимаю. Мне страшно, что, если у мамы снова не получится с браком, она этого не переживёт, потому как только притворяется сильной. Аньку я вообще трогать боюсь, ведь она наконец-то забеременела после стольких лет лечения и попыток. Я не хочу их волновать, вот и создаю видимость своего счастья. Причём я настолько преуспела в этом вранье, что и саму себя убедила, хотя на самом деле никогда по-настоящему в этом состоянии не пребывала и уж тем более давно ничего не чувствовала к мужу.

И как только я это озвучила, меня словно прорвало. Я вдруг стала рассказывать этой незнакомке о том, о чём никогда не говорила с самыми близкими, даже с сестрой и Маруськой, которую знаю с песочницы. Повествуя Люде о непростых отношениях между членами моей семьи, я словно распутываю большой крепкий узел. Впервые в жизни я говорю так, как есть, без страха кого-то обидеть. О том, что меня вырастил и воспитал отец Ани, хотя не только не был мне родным, но и уже не состоял в браке с мамой. О том, как злилась на него и сестру, потому что чувствовала себя никому не нужной, ведь мой родной отец вспоминал о моём существовании раз в году, посылая деньги сначала маме, а когда я выросла – мне. О своих квартирах, доставшихся мне в наследство от отцов и бабушек. И о пугающей скуке в связи с отсутствием постоянного занятия. Ну а закончила я почему-то Игорем. В ходе рассказа для меня стало открытием, как много времени мы с ним, оказывается, проводим вместе. Честно говоря, я и сама не поняла, как вышла на разговор о нём, но, объясняя наши отношения, вдруг осознала, что побаиваюсь его. Не то чтобы он был для меня чем-то опасен в физическом плане, но над ним словно какая-то аура нехорошая. Делюсь этим с Людой, шучу, что, наверное, заразилась кармической ерундой от жены бывшего, но она почему-то шутку не поддерживает. Неужели я одна в этот бред не верю?

Пока болтали, пришёл Бегемот Коля. Весёлый, красный, и тут же принялся отправлять меня париться. Никогда не бывала в русской бане, только в саунах. Принимаю предложение с азартом. Вообще-то я давно согрелась, но мне ужасно любопытно, вокруг чего такой ажиотаж всегда все разводят. Собираюсь в нетерпении, слушаю наставления Люды и огорчаюсь, что она не составит мне компанию, мол, была уже, а всего нужно в меру.

Она идёт меня проводить и показать, что где лежит и как чем пользоваться. Заходим во двор, куда меня изначально привёз Бегемот, и тут я резко останавливаюсь, потому что реально теряю способность двигаться. Рядом с баней стоит удивительное существо мужского пола. Высоченный. То ли Маугли, то ли Тарзан, то ли Тор. Из-за густой бороды и тёмных лохматых волос не могу понять, молодой это человек или взрослый мужчина. Из одежды только небольшое полотенце, прикрывающее бёдра. Что же до фигуры… Тут мне пришлось несколько раз даже тряхнуть головой и проморгаться. Длинные стройные ноги; сильные, накачанные руки; подтянутый плоский живот. Он такой идеальный, словно его отрисовали для мультяшного персонажа. Почему-то в голову сразу лезет фильм «Кто подставил кролика Роджера». Нет, ну серьезно, будь он актёром, однозначно получил бы там одну из «нечеловеческих» ролей, потому что совершенно не вписывается в окружающую обстановку. Единственный минус, для мультика конечно, – это очень густой волосяной покров на его теле. Не то чтобы прямо как в рубашку из шерсти одет, но растительности у него куда больше, чем у всех моих знакомых мужчин.

Издаю нервный смешок и поворачиваюсь к Люде.

– Это что за йети? – спрашиваю полушёпотом, а потом начинаю смеяться и не могу остановиться. Вообще-то я не понимаю, что меня так рассмешило, может, организм так со стрессом справляется? Пытаюсь объяснить, что делаю это не специально, но не могу. Вот смешно, и всё! Люда сначала смотрит недоверчиво, а затем тоже начинает хихикать.

Маугли-Тарзан-Тор-Йети недовольно хмурится и направляется к нам. Но чем он ближе, тем истеричнее становится мой смех. Закрываю лицо руками и сажусь на корточки. От него ещё и пар идёт! Подхрюкивая, доношу эту информацию до Люды, которая тоже начинает хохотать. И ведь понимаю, что ничего такого, человек только что из бани, но, как говорится, смешинка в рот попала.

Подходит, стоит и спокойно смотрит на наш юмористический кружок сверху вниз.

– Когда закончите мыться, зайдите, скажите, я всё сам уберу. Только осторожнее, натоплено хорошо, не пересиживайте. Веник, полотенца и всё необходимое в предбаннике. Если что, я в доме.

Голос неожиданно красивый, слегка хрипловатый, густой. Поднимаюсь и протягиваю Йети руку.

– Спасибо, что разрешили попариться. Меня Кира зовут.

Улыбаюсь во весь рот. Пытаюсь быть приветливой, чтобы загладить свою выходку со смехом. Он безусловно понял, что смеялась я над ним, так что нужно объяснить, что это не совсем так.

– А мне ваше имя ни к чему.

Смотрит на меня в упор и на рукопожатие не отвечает. Взгляд суровый, недовольный. Вообще-то, если отбросить недоразумение в виде бороды, этот грубиян выглядит очень даже ничего. Красивой формы светло-карие глаза с забавными, сильно загнутыми ресницами, прямой нос, вполне себе аппетитные губы. Но вот манеры… Впрочем, сама-то я не лучше: обсмеяла хозяина дома на его же территории.

– Андрей! – осуждающе бросается на мою защиту Люда.

– Да нет, он прав. Простите меня. Я не над вами смеялась. То есть над вами, но не потому, что вы смешной.

Смотрю на его недоверчиво нахмурившиеся брови и начинаю снова смеяться, правда уже над собственными словами. Уж лучше бы промолчала. Теперь объяснять что-либо просто нет смысла.

Йети хмурится ещё больше и уходит, а я разворачиваюсь к Люде и пытаюсь оправдаться.

– А, не переживай и не бери в голову. На самом деле ему всё очень даже к чему. До всего есть дело, просто строит из себя фараона, – отмахивается она, заводя меня в предбанник.

***

Баня – это что-то! Не могу быть уверена, что всё сделала правильно, но чувствую себя изумительно.

Не знаю, как там с чакрами и кармами, но вот за свои поры я в ближайшее время точно спокойна. Смотрюсь в зеркало и откровенно любуюсь. На мой взгляд, я всегда хорошо выгляжу. С косметикой женственно, без неё – нежно и мило, так говорили все мои знакомые мужчины. Да я и сама прекрасно это знаю. Яркая, выразительная внешность, хорошая мягкая кожа…

– Да что б ты понимал в женской красоте! Идиот-деревня-трактор!

Обиженно поджимаю губы, но тут же расправляю обратно и делаю несколько упражнений для мышц лица. Не хватало мне ещё морщины заработать из-за какого-то местного остолопа.

Ужасно неприятно вспоминать пренебрежительный взгляд этого Йети после того, как я закончила банные процедуры и зашла сообщить об этом. Он же сам просил так сделать! А ведь я была максимально приветлива и даже немного с ним кокетничала.

– Ну и сиди на своей печи тридцать три года!

Заканчиваю вечерний туалет и поднимаюсь на второй этаж в отведённую мне комнату. Конечно, не очень удобно, что санузел в доме один, да ещё и совмещённый с ванной. Но зато это не какая-нибудь дыра для справления нужды, а полноценное современное помещение. Я вообще удивлена увиденным. Душевая кабина, водогрей, смесители. В доме новая техника для всех возможных нужд. Если не знать, где я, то от городской квартиры не особо-то отличишь. Пусто только в моей комнате, видимо, её редко используют. Узкая кровать, небольшой шкаф, странной формы табуретка и перетащенный снизу, наверное специально для меня, телевизор.

Ложусь и пытаюсь заснуть. Я чувствую сильную усталость и слабость, но, закрывая глаза, не могу думать ни о чём и ни о ком, кроме грубияна Йети. И почему он не идёт у меня из головы? Конечно, у него шикарная фигура, и мне безумно интересно, что у него там под полотенцем. Но он просто не может мне нравиться! Во-первых, он обычный деревенский парень. Во-вторых, злой и невоспитанный. А в-третьих, он не отреагировал на мою яркую внешность, и это, пожалуй, бесит меня больше всего. Я не должна испытывать к нему влечения, это противно!

Вскакиваю с кровати, одеваюсь и нервно ищу в косметичке помаду. Не знаю, то ли это эффект от бани, то ли от той настойки, которой меня Люда напоила, или реакция на свежий воздух, но пора себе признаться почему я сижу и извожусь подобными мыслями. Сейчас я испытываю к Йети не просто влечение, а грубую животную похоть. Это безумие, но я прямо горю, представляя его руки и губы, изучающие моё тело. Ощущение настолько сильное, что внизу живота всё пульсирует. Дыхание сбито от волнения и возбуждения. Я понимаю, что идти к нему ошибка, нужно остаться здесь и попытаться перегореть, но не хочу прислушиваться к голосу разума.

Спускаюсь на первый этаж и заглядываю на кухню. Бегемота там, слава богу, нет, потому что объяснить ему своё желание «прогуляться» мне было бы не по силам.

– Я кое-что забыла у Андрея, когда после бани заходила, пойду заберу.

Интересно, поймёт меня Люда или придётся сочинять небылицы? Стою жду реакции, волнуюсь до потных ладоней, как будто в старших классах у мамы на дискотеку отпрашиваюсь. Не знаю, почему я так чувствую, но ничего не могу с собой поделать. А если она всё это очень не одобрит? Сбегать в ночи, как преступнице? Неужели я действительно настолько сильно хочу свидания с этим мужчиной? И почему я этого так хочу?

Ура, кажется меня поняли правильно. Люда неторопливо отходит от плиты и провожает меня до дверей.

– Собаку я сегодня отвязывать не стану, она у нас одна на два участка. Запасные ключи в чаше светильника. И не торопись, отдохните, поболтайте, вам обоим полезно будет.

Смотрит на меня и заговорщицки улыбается. Шикарная женщина!

***

Подхожу к дверям Йети, но постучать не решаюсь. Не знаю, чего жду. То, что Люда не стала отговаривать меня от этого визита, придало мне решимости. Ведь это значит, что у её соседа нет никаких обязательств перед кем-либо, иначе она бы об этом сказала. Но даже если бы и были, почему это должно меня волновать? Мне от этого Андрея нужен только секс. Встречаться я с ним точно не собираюсь.

Стучу. Реакции нет. Стучу сильнее, но уже не так в себе уверена. А вдруг он спит? Свет горит только в одной комнате, может быть, просто забыл выключить? Хотя какая разница? Судя по внешности, этот Йети должен пользоваться популярностью у местных девушек. Вполне возможно, что он даже переспал со всей деревней. Вот только крайне сомнительно, что все они были такими же ухоженными и сногсшибательными, как я. Так что, если и разбужу его, не страшно, потому что он радоваться должен моему вниманию к его лохматой персоне.

Открывает дверь. Забавно. Сейчас, когда я поняла, чего от него хочу, он выглядит ещё привлекательнее. На нём та же футболка и шорты, что и после моего постбанного визита, вот только волосы собраны резинкой в хвост. Интересно, с чего он решил, будто подобная свалка на лице и голове выглядит хорошо? Чтобы растительность смотрелась красиво, за ней нужно постоянно ухаживать. Лично я вообще предпочитаю гладковыбритых мужчин, но для разнообразия можно и поэкспериментировать.

– Чего тебе?

Спрашивает небрежно и войти не приглашает. Странно.

– Хочу посидеть, поболтать. Я впервые в деревне, и мне всё интересно. Баня, домашние животные, местные жители…

Кокетливо пожимаю плечом и демонстративно прикусываю нижнюю губу.

– И что конкретно ты хочешь узнать про меня?

– Чем больше, тем лучше!

Смотрю ему прямо в глаза, улыбаюсь и подхожу почти вплотную, чтобы он уловил мой аромат.

– Как насчёт обмена опытом?

Специально говорю соблазняющим полушёпотом и поднимаю руку, якобы поправить его волосы.

– В данном конкретном случае – крайне отрицательно.

Перехватывает мою руку, не давая до себя дотронуться, и отодвигает меня обратно на крыльцо.

– Мне неинтересны такие, как ты. На интеллектуалку ты не тянешь, и сыграть партию в шахматы нам вряд ли удастся. А если ты пришла, чтобы просто поразвлечься, прости, не заинтересован тем более. Во-первых, ты меня в этом плане не удивишь. А во-вторых, я брезгливый, ведь кто знает, сколько и какие мужики через твою постель проходили.

– Ты идиот?

Отхожу назад и упираюсь спиной в перила крыльца. Да как он смеет такое говорить? От возмущения и обиды найти достойный ответ не получается. Мне очень хочется тоже его оскорбить, но ещё больше хочется плакать. Позор! Меня отшил какой-то деревенский мужлан! А ведь я всего-то хотела внимания. И самое обидное, что я никогда раньше не приставала к мужчине сама, у меня просто не было в этом нужды. Тем более что этот неотёсанный хам – первый, кому бы я позволила к себе прикоснуться после истории с Лёшей.

Что ж, вот тебе ухоженная и сногсшибательная! Теперь мне ещё и самолюбие восстанавливать придётся. Наверное, вот так у людей и рождаются комплексы. Нужно уходить отсюда, а завтра уехать пораньше, чтобы, не дай бог, ещё раз не встретиться с этим лохматым гадом.

Посылаю в Йети полный ненависти взгляд. Не знаю, как это выглядит со стороны, но очень надеюсь, что сгусток моего негатива испортит ему хорошее настроение, если оно вообще у него бывает.

Гордо подняв голову, разворачиваюсь к лестнице крыльца и ухожу. Меня трясёт от негодования, но показывать свои чувства или, ещё хуже, расплакаться не имею права. Хватит с меня унижений. А может, действительно пуститься во все тяжкие, как когда-то советовала Маруся? Тогда хотя бы слова этого грубияна будут оправданы.

Пока возилась с замком калитки, поцарапала руку. Больно. Не глубоко, но до крови. Надеюсь, моего вскрика не было слышно, а то ещё этот дикарь подумает, что я рыдаю. Мне ужасно хочется повернуться и узнать, ушёл он или стоит и смотрит на моё унизительное отступление. Но делать этого я, конечно, не стану, не дождётся!

Выхожу за ворота и яростно толкаю дверь назад, чтобы грохнуть максимально сильно. Не поддаётся, странно. Поворачиваюсь проверить, что ей мешает, и вздрагиваю, потому что рядом стоит Йети, не давая её закрыть.

Смотрит изучающе и облизывает свои соблазнительные губы. Красивый, зараза.

Сглатываю слюну и пробую выровнять дыхание. Не получается. Не знаю, чем этот человек так на меня завораживает, но хочу его настолько сильно, что не по себе становится. Мне бы уйти, а я стою, как истукан, и жду его действий, пав жертвой своих первобытных желаний.

Йети разглядывает меня долго. Понять, о чём он думает, даже не пробую. Никогда таких странных людей не встречала.

– Чего тебе?

Копирую его недавнюю реплику и отхожу назад.

– Забыл ещё какую-нибудь гадость сказать? Если да, то не стоило утруждать себя лишними шагами. Я хоть и не интеллектуалка, но не настолько тупая, чтобы не понять твоих предыдущих слов.

– Нет. Ты права, я идиот.

Подходит ближе, странно хмурится, а затем громко выдыхает и, схватив меня за руку, тащит обратно к дому. Я не сопротивляюсь. Мне без разницы, почему он передумал, главное, что сделал по-моему.

Как только входим в дом, Йети прижимает меня к двери своими бёдрами и, судя по звукам, закрывается на все замки. Чувствую его возбуждение, и у меня от этого голова кружится. Мне не нравится стоять в коридоре, я хочу, чтобы он поскорее меня раздел и придавил к кровати. Начинаю вертеться, отодвигаться от двери, но он не понимает. Что ж, попробуем по-другому.

Запускаю руку в его шорты и осторожно изучаю их содержимое. Отлично! Мужское достоинство у него что надо!

Йети издает глубокий стон и впивается в мои губы с такой страстью, словно хочет съесть. Поцелуй настолько долгожданный и немыслимо приятный, что отвечаю со всей отдачей. Ощущение полёта! Вкус его губ непривычный, чужой, но мне безумно нравится.

Начинаю блуждать руками по его телу, изучать – всё идеально! От понимания, какой экземпляр мне достался, желание становится почти болезненным. Внизу живота всё жжёт и пульсирует. Снова тянусь рукой к шортам, но Йети её перехватывает и перекладывает себе на плечо. Неужели не понравилось? Пытаюсь повторить, не даёт. Дёргаюсь. Мне уже надоело целоваться. Я узнала всё что нужно и теперь хочу продолжения так сильно, что начинаю психовать.

Йети отрывается от поцелуев и, ловко скинув с себя шорты, медленно снимает с меня одежду. Наконец-то! Мы перебираемся из тёмного коридора в комнату, но там ненамного светлее. Тусклый отблеск торшера делает окружающую атмосферу очень романтичной, отчего мой любовник выглядит ещё красивее. От теней его тело кажется рельефнее, а глаза как будто сияют.

Отбрасывает бюстгальтер куда-то в сторону и хрипло выдыхает. Ха! Снимаю с него футболку и специально делаю несколько плавных движений, чтобы и коснуться его, и дать себя рассмотреть. Я прекрасно знаю как эффектно выгляжу. Грудь у меня действительно красивая. Небольшая, крепкая, круглой правильной формы. Особенно сейчас, когда мои соски превратились в маленькие острые точки, способные от возбуждения резать стекло. Немного откидываю голову назад и выгибаюсь вперёд. Скорее бы уже он насмотрелся и занялся мною более серьёзно! Но торопить его всё же не стоит. Мужчины любят глазами, так что нужно дать ему меня «полюбить», и тогда мне воздастся. По крайней мере, я очень на это надеюсь! От мыслей, что мой дикарь будет со мной делать, сердце колотится как ненормальное. А когда Йети начинает целовать мою грудь, у меня от желания подкашиваются ноги, и я вынуждена держаться за своего сладкого мучителя.

Не отрываясь от поцелуев, раздевает меня полностью и отстраняется, чтобы снова разглядеть.

– Ты безумно, бесподобно красивая!

Дышит часто, голос сиплый, возбуждённый. Аккуратно, едва касаясь, проводит пальцами от живота к шее, а мне кажется, что на этом месте рубцы остаются, настолько кожа стала чувствительной. Да ну когда же он уже меня на лопатки уложит?! Мне жуть как надоела эта прелюдия! У меня больше чем полгода секса не было, а он тут в гляделки играет. Устремляюсь к нему, потому что готова на всё! Отдаться прямо здесь на полу, на столе или подоконнике, мне действительно всё равно, я не могу больше ждать!

Пытаюсь снять с него остатки одежды, а он стоит, перебирая мои волосы, и даже не думает приходить на выручку. Чтобы стянуть с него чёртовы плавки, помогаю себе ногой, на что Йети ухмыляется. Зачем вообще надевать бельё под шорты, если ты один дома? Неужели нарядился, потому что всё-таки ждал моего визита или планировал сам его мне нанести? Очень хочется в это верить, хотя какая уже разница? Судорожно стараюсь сделать всё более-менее красиво, но, судя по очередной улыбке моего деревенщины, выгляжу я в своей спешке нелепо. Плевать. Главное, что я уже почти достигла цели.

Бегло осматриваю обнажённую фигуру Йети и издаю тихий стон. Я его явно недооценила!

Начинаю вертеть головой в поисках кровати, потому что ещё чуть-чуть – и мне уже ничего не будет нужно, я взорвусь изнутри! Умоляюще смотрю на своего мучителя, которой совершенно очевидно издевается и наслаждается моим нетерпением.

– Прекрасная и страстная, – улыбается во весь рот и, взяв меня за руку, ведёт в соседнюю комнату.

Ничего не вижу. Шторы закрыты, из освещения только едва заметная полоска света от приоткрытой двери. Крепко держусь за Йети и улыбаюсь, ведь так даже лучше, ощущения острее.

Укладывает меня на кровать. Холодное бельё приятно остужает разгорячённое тело, и я плавно выгибаюсь от наслаждения и предвкушения. Ну чего этот Йети ещё ждёт? Пытаюсь приподняться на локтях, чтобы уже высказать своё недовольство, но тут же оказываюсь припечатанной обратно к кровати. Резкий захват крепких мужских рук, ослепляющая вспышка блаженства от нашего первого глубоко интимного контакта и… провал.

Не знаю, что со мной случилось, такого раньше никогда не было, но ощущения бесподобные. Мне кажется, что я на какое-то время отключилась, но я не до конца в этом уверена. Пытаюсь разглядеть своего любовника и заодно отдышаться. Почему мы не движемся? Это моё желание или его? Хочу расслабиться и прижаться к Йети сильнее, но не могу. Тело как одна большая сжатая пружина, руки до боли в пальцах сжимают его плечи. Я словно замерла, готовясь к прыжку. Это очень странное, но одновременно и восхитительное чувство пленительных объятий, свободы, предвкушения и чего-то глубокого, необъяснимого.

Единственное, что мне не нравится, – это очередная задержка Йети. Я не понимаю, почему он всё время меня дразнит, неужели подобные паузы доставляют ему удовольствие? Ведь нет никакого смысла продолжать игру в соблазнение. Пусть всего миг, но мы уже любовники! Тем более что я о своём безудержном желании заявила с самого начала. Такими темпами он меня с ума сведёт, а потому надо брать дело в свои руки, вернее бёдра.

Обхватываю Йети ногами за талию и наконец-то попадаю в мощный ураган страсти, в котором нет сомнений и даже партнёр не имеет значения. Сейчас мне важны только мои впечатления, переживания, реакции тела, которые закручивают меня в свой вихрь, даря ощущение невообразимого полёта с полной потерей самоконтроля и чувства времени.

Медленно и с большим недоумением выплываю из своего царства наслаждений. Ну что опять за издевательская пауза?! Надо меняться местами и делать по-моему!

Йети приподнимается на локтях, и я непроизвольно ёжусь. Без него холодно, неуютно, одиноко. Но это ощущение быстро проходит, потому как я понимаю, что он собирается сделать. Не знаю почему, может из-за физической близости, наши мысли стали общими, но его намерения меня немного отрезвляют. Мне безусловно нравятся такие ласки, если они применяются в отношении меня. И Йети вовсе не первый мужчина, пожелавший доставить моей персоне подобные удовольствия. Вообще-то именно с этого и начинался мой сексуальный опыт, но побороть смущение у меня почему-то до сих пор не получалось.

Начинаю вертеться и хочу сказать Йети, который уже активно щекочет своей бородой мои ноги, чтобы вернулся обратно. Однако резко себя одёргиваю и откидываю голову. Уж с кем с кем, а с этим мужчиной я могу делать что и как угодно. Наш секс не только не предусматривает обязательств, но и не несёт в себе функции понравиться партнёру. Здесь каждый сам за себя и настроен на максимальное удовлетворение, так зачем отказывать себе в чём-либо? Я никогда больше не увижу этого лохмача, а потому пусть делает всё, что ему вздумается.

Расслабляюсь, блаженно раскидываю руки в стороны, но тут же хватаюсь за простыни и выдаю какой-то немыслимый звук. Мамочки, боже! Так не бывает!

Кажется, я сказала это вслух, потому что Йети остановился и издал победоносный смешок. Что ж, имеет полное право собой гордиться!

Я не понимаю, что он сделал и как умудрился довести меня до подобного состояния, но одно очевидно: если он сейчас же не продолжит, я этого не переживу.

Не знаю, понял ли Йети это сам или я опять произнесла свои мысли вслух, но больше медлить он не стал, снова отправив меня в другую, сладостно-сказочную реальность. Я кручусь, вскрикиваю и вздрагиваю, судорожно хватая ртом воздух. Каждый поцелуй, каждая ласка, каждое движение – все они бесконечно восхитительны, но в то же время страшно мучительны. Я словно борюсь сама с собой, разжигая и тут же гася вспыхнувшее пламя. Это странно и непонятно. Мне не нравится, как эти мысли меня отвлекают. Я до безумия спешу дойти до конца и в то же время не могу согласиться с тем, что эта любовная игра может когда-то закончиться. Я чувствую, как почти проиграла, и не хочу смириться, пытаясь продлить удовольствие.

– Не надо! Пожалуйста! Не так!

В сознании эти слова звучат как крик о помощи, но в действительности это всего лишь слабый умоляющий стон. У меня нет ни сил, ни желания остановить Йети, тем более что я даже не знаю, чего хочу и о чём его прошу.

Пауза. Одновременно желанная и раздражающая. Йети очень осторожно и бесконечно медленно покрывает меня поцелуями. Где-то в уголках сознания я цепляюсь за мысль, что ему хочется совсем другого, а всё это он делает только для меня, прислушивается, потакает. Это заставляет меня упиваться собственным эгоизмом. Сейчас моё тело настолько сильнее разума, что я полностью подчинена его сигналам и не могу, не хочу думать о чём-то ещё, кроме собственного удовольствия.

Наверное, Йети это тоже понимает и больше не намерен быть снисходительным. Его поцелуи резко становятся настойчивыми, иногда даже болезненными, и это ещё больше обостряет моё чувство неудовлетворённости. Я почти ненавижу своего любовника за то, что он меня послушал и не завершил начатое. Хватаю его за волосы и с силой сжимаю пальцы в кулаки. Мне хочется сделать ему больно, наказать за своё ожидание, заставить поторопиться. Наверное, я слишком увлеклась и не рассчитала силы, потому что Йети издал какой-то хриплый стон и придавил меня собой так, что у меня сбилось дыхание. Впрочем, мне плевать на его чувства, главное, что своего я добилась.

Облегчение, блаженство, яркие вспышки удовольствия. Удивительно, но оказывается мы с Йети зря боролись, ведь, похоже, стремились к одному и тому же. Это приводит меня в чувства. Я больше не парю в полубессознательном мире. Теперь всё гораздо реальнее. Йети словно превратился из безликого источника наслаждений в человека, и мне это нравится ничуть не меньше! Я по-прежнему поглощена своими ощущениями, но теперь они словно подпитываются извне. Его плавные ритмичные движения, прикосновения рук, безумно возбуждающее хриплое дыхание – всё это заводит меня сильнее и сильнее. Я больше не боюсь опоздать или перегореть. Я чувствую, как близка к кульминации.

С мягким нажимом провожу руками по спине, талии, бокам Йети, словно рисуя круги и сильнее сгибаю ноги в коленях, чтобы усилить свои ощущения. Его глухие стоны говорят о том, что ему это очень нравится, но вот на его тело мои прикосновения действуют странно. Движения из чувственных и глубоких становятся нервными, неравномерными, а мышцы пульсируют так, словно он себя сдерживает. Неужели ждёт меня?! От этой мысли голова идёт кругом. Такого волшебства со мной ещё не случалось. Это так захватывающе и ново. Мне настолько не терпится прочувствовать подобное на себе, что я начинаю вертеться, задавая тот ритм, от которого мой любовник то и дело отклоняется. Этот странный азарт немного отвлекает. Мне необычно думать о наступлении оргазма в момент его приближения. Но в то же время меня это не особенно тревожит, ведь я понимаю, что его уже ничто не может остановить.

Нарастающая головокружительная пульсация. Густой туман, окутывающий мысли и тело. И мощные взрывы, высвобождающие накопившуюся страсть.

Удивительно и потрясающе. Впервые за всю мою сексуальную жизнь я точно знаю, что чувствую. Хотя изменилось не только это. Нет того медленного и вязкого возвращения сознания на грешную землю, которое мне так нравилось раньше. Кстати, совершенно не понимаю почему. Сразу чётко и ясно чувствовать всю глубину своих эмоций оказалось почти так же восхитительно, как и ощущать их. Это как снова пережить случившееся. А уж посмаковать на самом деле есть что. Помимо всего прочего, мой сегодняшний финал был не только насыщеннее, но и намного длиннее предыдущих. Словно волна за волной, одна интенсивнее другой. Не знаю, с чем это связано. То ли от мастерства моего деревенского друга, то ли от собственного перевозбуждения. Но это и неважно. Главное, что сейчас, в данную минуту, я знаю, что такое счастье. Мне хорошо, действительно хорошо, так что я готова рассмеяться. Мне хочется обнять Йети, расцеловать и сказать спасибо. Не делаю этого только потому, что понимаю, насколько это глупо. Особенно учитывая то, что он до сих пор лежит на мне и так же, как и я, всё ещё пытается отдышаться.

Лежим, дышим, молчим. Мне немного тяжело и ужасно жарко, но я не уверена, что хочу избавиться от своей ноши. Этот дикарь не только доставил мне удовольствие, он меня ещё приятно удивил заботой и во время близости, и особенно сейчас. Меня всегда раздражало, когда мужчины, получив желаемое, сразу откатывались на бок, словно забывая о моём существовании. А вот Йети всё делает правильно: обнимает, иногда легко целует и ждёт, когда мы оба немного остынем.

М-да, вот тебе и деревня! Интересно, это из-за наличия у Йети богатого опыта? Или, может быть, дело в бороде или бане? Впрочем, я не отрицаю никаких вариантов. Он даже вполне мог опрыскать себя какими-нибудь феромонами. Кто их тут в деревне знает, может, ходит в лес к Бабе-яге за волшебным зельем, тем более что пахнет он на самом деле изумительно.

В любом случае этот лохматый парень так поднял планку, что мне теперь трудно будет найти ему достойную замену. А это мысль! Что, если наведываться иногда к этому чудику за одной-двумя порциями секса?

Да нет! Полная чушь! Наверное, гормоны на мозг давят, раз я вообще о таком задумалась. Много чести, тем более что этот мужлан меня за дверь выставил, когда я к нему пришла. И, кстати, а ведь он меня ещё и оскорбил! Да кем он себя возомнил? Божок деревенский!

Резко поворачиваюсь на бок и, помогая себе руками и ногами, скидываю с себя своего, теперь уже неугодного, любовника. Мне здесь больше делать нечего, а потому нужно побыстрее одеться и ни в коем случае больше не встречаться с этим Маугли-Тарзаном-Тором-Йети-Андреем.

Вскакиваю с кровати и начинаю поиск своих вещей. Сообразить, где они могут находиться, получается не сразу, но когда вспоминаю, очень радуюсь, что раздевались мы не в этой комнате. Сейчас, когда эйфория начала отступать, её место всё стремительнее стали занимать злость и обида. Да как он мог отнестись ко мне как к какой-то продажной девке, при этом ещё и тупой назвать? Сам-то небось и школу не закончил. Да он наверняка ничего не умеет, кроме как прыгать из сеновала в сеновал, чтобы потешить своё эго.

– Так и уйдёшь?

Йети вышел вслед за мной из спальни и, спокойно прислонившись к косяку, принялся наблюдать за моими стремительными сборами. Я почти закончила, осталось только найти пальто и забрать телефон. И если первое, скорее всего, собирало в прихожей пыль, то вот насчёт телефона в голове был полный провал. Я совершенно не помню, выносила ли его вообще из дома Люды! А если да? Тогда мне придётся сюда возвращаться. Вот только я не желаю больше иметь дел с этим грубияном Йети. Да и чёрт с ним с телефоном! Если что, попрошу Люду утром забрать.

Бросаю на хозяина дома последний, якобы случайный, взгляд и с трудом сдерживаю вздох. Ну почему все красавчики либо геи, либо мерзавцы? Неужели у природы есть отдельный пунктик относительно привлекательных мужчин? Зачем наделять их выдающейся внешностью, но лишать при этом хороших качеств, так нужных девушкам? Несправедливо!

Вскинув голову, гордо поворачиваюсь к выходу и, подхватив безнадёжно помятое пальто, начинаю возиться с замками двери.

– Могу я хотя бы узнать причину твоего внезапно плохого настроения?

Йети обходит меня справа и раскручивает на пальце брелок с ключами, видимо от верхнего замка.

Чёрт! Вот ведь настырный! Интересно, он специально подстраховался, чтобы я ушла только тогда, когда он этого захочет?

Молча протягиваю руку, требуя отдать ключи, и отвожу взгляд, потому что смотреть на его идеальную фигуру мне очень непросто. Как бы я ни злилась, но этот Аполлон совсем недавно стал победителем в номинации «лучший любовник в моей жизни», и предательское тело всё ещё отчаянно желает выдвинуть его кандидатуру на повторное участие.

– Как знаешь. Жаль, я был бы не против, чтобы ты осталась.

Йети отдал мне ключи и развернулся в сторону комнаты.

– Да брось, разве такая, как я, может тебя чем-то удивить?

Вот дура! Ну кто меня за язык тянул? Всё, красивое гордое отступление, оставляющее недосказанность, я запорола. Теперь вместо того, чтобы метаться в сомнениях и гадать о моей загадочной личности, Йети будет чувствовать себя победителем. Ну что, я просто молодец. Показала свою обиду, и теперь он поимел меня не только физически, но и морально.

– Так ты всё ещё злишься на мои слова? Я же, кажется, извинился.

Йети повернулся ко мне и приподнял брови, словно не понимает моей обиды Ой, ну актёр!

– Назваться идиотом – это не извинение и уж точно не объяснение.

Чего уж теперь строить из себя фифу, можно и поскандалить, раз всё равно уходить с позором.

Йети вздыхает, отводит взгляд и, слегка поджав губы, почёсывает шею. Он явно хочет что-то сказать, но то ли не решается, то ли размышляет, нужно ли ему это.

Так-так-так, мистер волосатое совершенство, и в чём же таком вам трудно признаться?

Ещё один вздох – и уже уверенный, обжигающий взгляд, направленный прямо мне в глаза.

– Ты очень красивая женщина. Я не был готов к твоему визиту. Не знал, есть ли у меня средства защиты, а потому пришлось заставить тебя уйти.

О-бал-деть! Вот это поворот! Он что, отшил меня из-за того, что я слишком головокружительна? Ну нет, теперь я точно не уйду без объяснений. Нужно только постараться по-прежнему выглядеть обиженной. Хотя на самом деле я уже готова пуститься в пляс и даже наброситься на Йети с поцелуями, чтобы отблагодарить за восстановленную самооценку. Да я, похоже, просто бомба, раз мужик так боялся остаться со мной наедине и не наделать глупостей.

– Никогда не думала, что привлекательность – это повод для оскорблений!

– Привлекательность нет, безопасность да.

М-да, ёмко. Многословный парень, ничего не скажешь. А где же долгие и страстные комплименты, прославляющие мою сверхнеотразимость? Ладно, видимо для него и это признание – подвиг. Открываю рот, чтобы замять тему, переведя всё в шутку, но Йети вдруг делает шаг ко мне и смотрит так неуверенно, словно борется с собой. Боже правый, да он боится, что я на самом деле уйду! Хочет меня остановить, но, видимо, гордость мешает.

– Я о тебе думал с того момента, как увидел. Так что, когда ты дала понять свою заинтересованность и попыталась ко мне прикоснуться, держать себя в руках стало крайне непросто. Я не видел смысла начинать, не будучи уверенным, что смогу пойти до конца.

Очень, очень трудно не растянуться в широкой улыбке и не броситься этому симпатяге на шею. Глупенький, милый Йети! Да после такого признания я не только останусь, но и даже покажу тебе пару приёмчиков, которым научилась на тренинге по оральному сексу, куда нас с Маруськой как-то наша общая знакомая затащила в рамках девичника. Чего зря знаниям пропадать, тем более что ты на самом деле заслужил сладкое. Но для этого хорошо бы сначала получить от тебя официальное приглашение вернуться в спальню. Не могу же я вот так «передумать» и начать снова раздеваться, да ещё сама.

– А что, спокойно попросить меня немного подождать, чтобы проверить свои запасы, ты никак не мог? Мы оба знаем, что в итоге боеготовность у тебя была полная. Значит, тебе либо хотелось на меня фыркнуть, либо это была часть ритуала, чтобы наколдовать себе необходимые предметы.

Остроумно, нейтрально, примирительно. Я просто умничка. Йети тут же расслабился и растянулся в такой сногсшибательной кривой улыбке, что у меня дыхание сбилось.

– Спокойно точно не мог, ты застала меня врасплох. У меня был только один вариант – проверить аптечку. Мне повезло.

– Всё это очень романтично, но я никак не пойму, зачем мне оставаться? До конца, как ты выразился, мы уже дошли.

Ну прости меня, милый Йети! Ничего не могу с собой поделать, даже понимая, как рискую. Конечно, я хочу остаться, ужасно хочу, но теперь, когда моя самооценка на вершине славы, мне нужно ещё больше признаний и уговоров.

– Затем, что ты хотела обменяться опытом. Однако пока что свои навыки демонстрировал только я.

Уел! Сдаюсь! Причём с большим удовольствием.

Молча отдаю ему ключи и, бросив пальто обратно на пол, поднимаю руки, давая понять, что принимаю поражение. Мне уже не терпится вновь оказаться в его объятиях, но на этот раз я не хочу тратить время на долгую прелюдию. Быстро скидываю ботинки и принимаюсь за блузку, однако Йети почему-то весело ухмыляется и, взяв меня за руки, кладёт их себе на плечи.

– Я сам. Раздеть тебя два раза за вечер… Мне действительно повезло.

Шепчет мне на ухо, и от хрипловато-соблазнительного голоса у меня ноги становятся словно ватные. А ещё эти его поцелуи и прикосновения… Я чувствую себя такой счастливой, что не могу перестать улыбаться. И особенно мне нравится настрой моего любовника. Йети явно изменил тактику соблазнения. Его действия стали увереннее и жёстче. А когда мы вернулись в спальню, и он, не особо церемонясь, усадил меня сверху, диктуя свои правила, я поняла, насколько сильно ему всё это время хотелось мной управлять и командовать. И хотя в обычной жизни властность мужчин, особенно по отношению к себе, я не очень уважаю, сейчас, имея дело с этим альфа-самцом, я совсем не возражаю. Мне даже нравится ему подчиняться. Тем более что с его мастерством я от этого только выигрываю.

***

Что за раздражающий яркий свет? Натягиваю одеяло повыше, но тут же резко вскакиваю и свешиваю ноги с кровати.

Вот чёрт! Я всё ещё у Йети. Осматриваюсь в поисках часов и ловлю себя на мысли, что вижу эту комнату впервые. Вчера, в темноте, полностью сосредоточенная на себе и своём любовнике, я и не думала интересоваться чем-то другим. Мне не то, чтобы уж очень любопытно, но не обращать внимание на некоторые детали просто невозможно. Уж не знаю, что там в других комнатах, а та, в которой я сейчас нахожусь, больше похожа на офисный кабинет, чем на спальню. Причём довольно дорогой кабинет. Новомодные планшет и ноутбук, принтер, сканер, папки с документами. Неужели всё это нужно в деревне? Хотя почему нет, может, Йети местный администратор. Впрочем, какое мне до этого дело? Ещё не хватало забивать голову подобной ерундой.

Набрав в лёгкие побольше воздуха, сползаю с кровати и, постанывая, начинаю неспешно одеваться. После нашей с Йети деревенской Камасутры у меня болят даже уши. Странно, что я вообще могу ходить. Но оно того безусловно стоило! Пожалуй, именно такой разрядки мне и не хватало, права была Маруська. Безумно страстный любовник сразу после развода мог бы сильно облегчить мои страдания.

Прислушиваюсь к своим ощущениям и понимаю, что ни капельки не жалею о случившемся. Да я чувствую себя, как довольная сытая кошка. Теперь бы ещё на солнышке полежать, и мир снова станет казаться дружелюбным и позитивным. А что? Не рвануть ли мне на море? Наверное, нужно рвануть. Причём туда, где будет полно высоких загорелых красавчиков, мечтающих поразвлечься со сногсшибательной блондинкой. Надо поговорить об этом с Маруськой. Но для начала следует выбраться из деревенской глуши и желательно так, чтобы не встречаться с Йети.

На цыпочках пробираюсь к выходу и особенно тщательно обхожу лестницу. Планировка этого дома мало чем отличается от жилища Люды, а значит, наверху есть ещё две комнаты, в одной из которых, вполне вероятно, может находиться хозяин дома. Вообще-то, я была бы рада, если бы он был сейчас там, потому что это исключило бы нашу возможную встречу на улице. Тихо приоткрываю к счастью незапертую входную дверь, быстро выбегаю во двор и несусь к дому Люды.

Не понимаю, почему так не хочу видеть Йети. Боюсь обнаружить у него при свете дня какой-нибудь изъян? Может быть, ведь мне хочется запомнить и его, и то, что между нами было, так, как есть, – идеальным. Хотя нет, это глупо. Я ведь видела его вчера днём и знаю, что, кроме бороды, придраться-то особо не к чему. Он чёртов мистер совершенство. Чего, кстати, нельзя сказать обо мне. Мятая одежда, растрёпанные волосы и горящее лицо. Не только от смущения и прилива крови после ночных безумств. С непривычки нежная кожа так отреагировала на жёсткую растительность Йети, что теперь мои щёки, шея и некоторые другие участки тела наверняка выглядят, как после глубокого пилинга. Я ещё не смотрелась в зеркало, но по ощущениям у меня там вообще нет верхнего слоя кожи.

Подбегаю к дому Люды и нерешительно замедляю шаг. За участком, рядом с одним из строений, стоит моя машина, и я очень жалею, что у меня нет ключей и сумочки. Было бы здорово запрыгнуть в мою «пежуху» прямо сейчас и умчаться подальше отсюда.

Хотя нет, Бегемот и Люда не заслужили такого обращения. Я и так злоупотребила гостеприимством, уйдя в загул с их соседом. Вот как теперь этим людям в глаза смотреть? Они ведь прекрасно поняли, чем мы с Йети всю ночь занимались, по крайней мере Люда точно.

Ладно, заберу свои вещи, отблагодарю материально и пулей домой. В мой большой, шумный, задымлённый город с грязными улицами и озлобленными людьми. Смешно о таком думать, но всё это деревенское спокойствие, тишина и доброта меня настораживает и пугает. Наверное, дело привычки. Впрочем, телефонами с Людой я, пожалуй, обменяюсь. Не знаю, зачем мне это, скорее всего, я её больше никогда не увижу. Наверное, мне просто хочется, чтобы в моих контактах был добрый и отзывчивый человек, хотя бы как напоминание, что в мире такие существуют. Меня даже совсем не тревожит, что я знаю своих новых друзей меньше суток и на самом деле они с Бегемотом могут оказаться какими-нибудь злостными браконьерами. Мне нравится думать о них хорошо, пусть так и останется.

Влетаю в дом и прислушиваюсь. Кажется, никого нет. Иду в свою комнату, чтобы забрать сумку, и чуть не пускаюсь в пляс. Зря я волновалась – мой телефон всё-таки не покидал здание, и я не забыла его у Йети. Хватаю его, готовая отвечать на множество сообщений, однако их нет, так же как и пропущенных вызовов. Даже как-то обидно. С тех пор как вчера утром я уехала к бывшему мужу, по моему внутреннему хронометру прошло не меньше недели, и то, что обо мне никто не вспоминает, больно бьёт по самолюбию. Кидаю телефон в сумочку, но тут же достаю обратно, так как забыла посмотреть время. Два часа дня?! В этой деревне что, петухов нет? Как я могла так долго спать? Нет, ну понятно, что устала, да и заснули мы с Йети поздно, но два часа дня! Почему никто меня не разбудил? Так, надо срочно ехать домой!

Осторожно открываю шкаф и заглядываю в висящее на его дверце зеркало. А что, всё не так уж и плохо. Выгляжу, конечно, немного помято, но вполне приемлемо. Никаких царапин и красной кожи, только здоровый румянец удовлетворённой женщины. Расчесаться, подкрасить губы – и я снова сказочная принцесса.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Васильевский остров, исторический район Санкт-Петербурга.

Вернуться