Лилия над глубиной вод
Ирина Батый

© Ирина Батый, 2018

ISBN 978-5-4493-1907-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

БАТЫЙ ИРИНА ЛИЛИЯ НАД ГЛУБИНОЙ ВОД

© 2018 – Батый Ирина Михайловна

В тексте сохранены авторские орфография и пунктуация

О книге. Вниманию читателей предлагается сборник оригинальных лирических стихотворений нижегородской поэтессы Батый Ирины. Все произведения, собранные автором в этой книге, ранее были опубликованы неоднократно в 2005—2017 гг. в общероссийской газете «Женские откровения. Письма. Истории. Взгляды» с тиражом 17000 экз., издаваемой в г. Владимир, а также в других газетах, журналах, сборниках России. Стихотворения о любви не имеют ограничений по возрасту, они будут понятны, интересны даже милым девочкам, которые, возможно, захотят записать их в девичий альбом.

ГЛАВА 1
Цветы и любовь

НЕЗАБУДКИ

ХРИЗАНТЕМЫ

ГЕРАНЬ

СИРЕНЕВЫЙ ДУРМАН

ЛИПОВЫЙ ЦВЕТ

АСТРЫ

МАЛЬВА

МИЛЫЕ ПЕТУНИИ ПОЛЮБИТЬСЯ ТЩАТСЯ

ПОХОЛОДАЛО, ТО ЧЕРЁМУХИ ЦВЕТУТ

РОЗА

Незабудки цветом синим-синим
светят будто бы издалека —
мне напоминают о мужчине
в прошлой жизни, в давние века…
Что-то о любви меж нами знают,
и печален глаз их, милых, взгляд.
Им в ответ плечами пожимаю,
не пойму – о чём цветы молят?
Не припомнить, скрыто новой жизнью.
Чувства прежние – в туманной мгле.
Но, возможно, быль та стала песнью,
что звучит как дождик на стекле…
Нежного французского шансона
слышится мелодия в кафе.
Песне вторит дождик полусонно.
Путаются мысли в голове.
Но сумбур не от аперитива
иль бокала красного вина.
Мысли омрачает перспектива —
век беспамятность мне суждена!
Незабудки цветом синим-синим
светят будто бы издалека —
мне напоминают о мужчине
в прошлой жизни, в давние века…

На фото, что долго хранится
меж явью и небытиём,
бледнеют знакомые лица,
то мы, молодые, вдвоём.
Исчезнет, сотрётся с страницы,
повянет на фото букет.
Засохший, он где-то пылится,
забыт по прошествии лет.
Такой изначально унылый —
осенний букет хризантем,
как снег поседелый и стылый.
Он памятен мне только тем,
что горьким своим ароматом
букет хризантем предвещал:
расстанемся мы безвозвратно.
А счастия – не обещал.

К моей любви без всякой жалости
и вечером, и в утреннюю рань
твоё окно закрыто жалюзи.
К стеклу прижалась красная герань.
Когда бы Ты в распахнутом окне
с нечаянною радостью в глазах
во всей красе могла явиться мне…
Но нет Тебя, и взгляд мой на цветах.
Устанет осенью герань цвести,
озябнет и, ладони листьев сжав,
свой потеряет вид. Над ней плести
возьмутся пауки ажурный шарф.
За жалюзи не видно в том окне:
бесчувственна поблекшая герань.
О, это равнодушие и мне
меж новым и ушедшим чертит грань.
Укрыв лицо за маской чудака,
не нахожу любви, а только боль.
Мир обесценился до пустяка.
Всего хорошего! Уйти позволь…

Уходит Весна из России не разом,
по северным землям скитаясь печально.
Здесь только в июне сиреневым газом
наполнится сад, как в сосуде хрустальном.
Любви аромат над землёю струится,
дурманит, тревожит суровые души.
Кто жить по-весеннему, вновь не боится,
Любовной горячкой покой свой нарушит.
От моря потянет легчайшим туманом.
И северный ветер повеет остудой.
Цветы опадут, оказавшись обманом,
волшебной Весны мимолетной причудой.
Останется в сердце неясное чувство.
И, взглядом склоняясь к садовой сирени,
припомним цветенья весеннее буйство
и глупость о счастье напрасных молений.

На бульваре нынче липы зацвели.
И кружатся роем пчёлы и шмели.
Ты пройдёшь, вдыхая липы аромат,
и взгрустнёшь о милом, как бы невпопад.
Отчего у липы нежное цветенье
вызывает в сердце девушки томленье?
Их наряд богатый – золотой, печальный —
красотой похож так на убор венчальный.
И томится сердце о любви надеждой,
Но обманут липы – также как и прежде.
На бульваре нынче липы зацвели.
И кружатся роем пчёлы и шмели.

Цветов роскошных отошла пора
в причудливых садах, в тенистых парках.
И нынче у торговцев на-гора
букетики цветов совсем не ярких.
Вам отдадут за небольшую мзду
охапкой целой, схваченной бечёвкой,
душистую, лучистую Звезду,
её давно так нарекли с издёвкой.
Созвездие вы держите в руках,
и чудится – прохлада подступает…
Извне, из космоса, издалека
наш мир с погодой тёплой разлучает.
И только подтверждает правоту
стремительная краткость Бабья лета —
Вселенной доброй быть невмоготу,
о чём предупреждает нас букетом!

– У Мальвы на исходе лета,
смотри, раскрыт бутон последний!
– О, это верная примета:
то рвётся осень в сад соседний…
– Куст Мальвы был иным в июле,
ряды бутонов целя в небо.
В цветах кружил пчелиный улей,
жужжа протяжно и свирепо.
Казалось, суждены полёты
и Мальве, чтоб взметнуться в небо.
Увы, сады да огороды
ей доля, а мечты – нелепы.
Катились звёзды в сад соседний
ночами, полными истомы.
Цвет опадал, и вот – последний
бутон у Мальвы возле дома.
О, в эти дни уж на исходе
не только солнечное лето,
и настроение народа
мечтательностью не согрето.
А в окнах осень всё приметней.
И на вопросы – нет ответа…
– Смотри, раскрыт бутон последний
у Мальвы на исходе лета!

В каменной одежде Питера персона.
Днём, взамен горящего в ночи неона
на проспекте Невском – яркие вазоны.
О, для украшенья есть всегда резоны.
Звёздочки цветные венчиков Петуньи
распахнулись в вазах словно рты болтуний.
Что, благоухая, запахом дурманят
и, слегка кивая, манят, манят, манят.
В вазе-будуаре цветики толпятся.
Людям с тротуара полюбиться тщатся.
Крики их беззвучны, выпрыгнуть – бессильны.
Стоя неподвижно, лишь глядят умильно.
Сонных горожан встречают каждым утром,
что бегут куда-то, тем не менье, шустро.
Съёжившись в дожди, в жару раскрывшись томно,
милые Петуньи – светлые на тёмном.
В каменной одежде Питера персона.
Выглядит богато он, определённо.
И как украшение его наряда,
видно, неспроста, Петунии, вы взяты.

Белое чудо – черёмухи дым —
так упоительно воздух пьянит.
Если вдохнуть его, то молодым
сделает тут же, в юнца превратит.
Всюду, пока есть цветение, жар
распространяет ее аромат.
И забывает вдохнувший, что стар.
Мнит, что весною он молод, богат.
Чарам обманным короткий их срок
власть над людьми безраздельно даёт.
Но опадают цветы вдоль дорог,
и охлажденье во всем настаёт..

Ах ты, Роза, роза алая!
Что ты рано зацветаешь?
Иль ты, милая, не знаешь,
что тепла ещё так мало?
Расцветёшь, и при морозе
лепестки твои увянут!
Ожидания обманут
вдруг раскрывшуюся Розу.
Ах ты, Роза, роза алая!
Оттого ты торопилась,
что без памяти влюбилась
в Соловья, пичужку малую!
Прилетел он нынче рано.
Розе голову вскружил
и любовь к себе внушил,
нанеся на сердце раны.
Не дождаться Розе лета
в глубине большого сада,
отцветает виновато.
Жаль ей, песня не допета!
В пору общего цветенья
Соловей поёт так сладко,
на былое без оглядки,
позабыв всё, с упоеньем…

ГЛАВА 2
Весна и любовь

НЕУЖЕЛИ ВЕСНА, НЕУЖЕЛИ?

НАМ ВЕСНОЙ ДАЁТСЯ ШАНС

ТАНЦУЮЩИЙ ШАГ ВЕСНЫ

ЭФИР МАЙСКОЙ НОЧИ

ЦВЕТЕНИЕ

В мае сад мой зацветает…

На крапиву опадает

нежных яблонь цвет.

Аромат в саду витает,

только роз там нет.

Нынче здесь произрастает

лебеда, репей.

Запустение пугает

дикостью своей.

Сад старинный угасает,

брошен и забыт.

Только он о том не знает,

он дождём умыт.

Тянет ветви, привечает

первый майский гром.

Влагу павшую вбирает

жаждущим нутром.

В нём пичуга обитает,

радуясь весне.

Слышно, что-то щебетает

ночью в полусне.

Никого не ожидает

старых яблонь сад.

Ствол хозяин не срубает,

он тому и рад.

В мае сад мой зацветает…

НАРЯДНЫЙ, СЛАДКОЗВУЧНЫЙ МАЙ

В ЮНУЮ ПОРУ

ЗАРАЗИВШАЯСЯ КРОВЬ

Промочил парнишке ноги

вдруг растаявший снежок.

Разухабились дороги,

в лужах тонет сапожок.

Треплет у девчонки юбки

бойкий, свежий ветерок.

Солнца луч целует в губки,

да не греет свитерок.

От всего урон здоровью

по прошествию зимы.

Сколько пар по Подмосковью,

где возлюбленный, увы,

простудился ненароком.

Воспаление в груди.

И таким несчастным роком

на свиданье нет пути.

Иль Она вдруг захворает!

От любви Он сам не свой,

жар в груди его пылает,

ровно стал он сам больной.

Ах, весенняя простуда —

вездесущая любовь,

то сезонная причуда,

заразившаяся кровь.

НЕ РАЗБИРАЯ МЕЛОДИЙ…

КУКУШКА

СЧАСТЛИВЫЕ МГНОВЕНИЯ ВЕСНЫ

Говорите, что хотите,
не поверю ни за что.
И со временем не ждите,
будто явным станет то,
что уняли пляс метели,
и покинул нас мороз.
С юга птицы прилетели,
и подснежник вдруг подрос.
Это плачет старый ветер,
вспоминая о весне,
что царила раз на свете
и приснилась в сладком сне.
Только раз, увы, бывает
миру восемнадцать лет.
Всё любовью расцветает
в год такой весне в ответ.
Ярче звёзды в эту пору
и на небе, и в душе.
Поголовно, без разбору
влюблены как будто все.
И волнующие встречи
с замираньем сердца ждут
Каждый день и каждый вечер
розам соловьи поют.
Это было и минуло,
укатилось далеко.
Ветром бы каким не дуло,
не вернуть назад его.
Говорите, что хотите,
не поверю ни за что.
Не тревожьте, замолчите
в комнате моей пустой!

Слушай, друг мой, что грустишь?
Что вздыхаешь глубоко?
Юность, мол, не воротишь?
Нет, вернуть её легко!
Нам весной даётся шанс
шапку с шубой кинуть в шкаф,
петь в избытке чувств романс
и считать, всё в жизни – кайф!
Нам без устали шагать
хочется весенним днём.
По пути стихи слагать,
иль болтать о том, о сём.
Небеса зовут летать,
нам бы крылья за спиной!
Как об этом не мечтать
опьяняющей весной?
Лишь любви покорным быть,
поклоняться ей одной.
Жаждать подвиг совершить,
позабыв сон и покой.
Вместе с звонким ручейком
устремляться за мечтой.
Вместе с лёгким ветерком
наслаждаться высотой.
И цвести, и пламенеть,
яркими быть как тюльпан.
Да, счастливыми быть сметь:
лишь весною шанс нам дан!

Легкость в движеньях, танцующий шаг.
Руки летящие, словно бы крылья.
Повод для смеха – ничтожный пустяк.
Взглядов разящих, мужских – эскадрилья.
Стали как будто бы выше дома.
Стали свободней и шире дороги.
Вместо застоя – ручьёв кутерьма,
преодолимы вдруг стали пороги.
И, как всегда в зеленеющий Май,
воздух отравлен всеобщим цветеньем.
Наш городок возомнил, что он – Рай,
пусть ненадолго, всего на мгновенье.
Экая глупость, однако, и вздор!
Не сохранить нам сезонное счастье.
Воздух очиститься, сникнет простор.
Улицам вновь возвратится ненастье.
Город осунется, примет свой вид.
Только не сразу, а так – понемножку.
Людям улыбки сотрет, загрустит.
Жалким сожмётся клубком, будто кошка.

Я выйду на балкон. В эфире майской ночи
Сирени аромат так несказанно чист.
Взгляну я на звезду. Струится прямо в очи
мне взгляд звезды ночной сияюще лучист.
О, этот свет звезды
из глубины небес
летит ко мне!
Наш городок не спит. И шумно у дороги
гуляет под луной романтиков чреда.
И сами их собой несут куда-то ноги,
а путь им указует Полночная звезда.
О, этот свет звезды
из глубины небес
летит ко мне!
Я выйду на балкон. Послышится далёко
под перезвон гитар мне городской романс.
О чём же эта песнь, да о любви жестокой.
О том, что есть в любви один лишь только шанс.
О, этот свет любви
из глубины времён
летит ко мне!
Сочувствует певцам наш городок притихший.
Вздыхает глубоко среди бессонной ночи.
И каждый житель в нём, когда-либо любивший,
припомнит рану ту, что в сердце кровоточит.
О, этот свет любви
из глубины времён
летит ко мне!

Сад без листвы – как бы нагой,
безмолвствует в конце Апреля.
Но день пройдет, один, другой —
и вот – листва, вот – птичьи трели.
Май яблони цветным платком
украсит, сделав сад приметным.
Усевшись на ветвях рядком,
хор птиц споёт мотив заветный.
Нарядом, песней в сад манит
Май нас порою скоротечной.
Пусть время сад не пощадит,
но ныне счастлив он беспечно.
В саду весной полно чудес.
Им удивляться не наскучит.
От смерти к жизни сад воскрес,
омыт он грозовую тучей.
Как хорошо, что жизни круг,
свершая года обороты,
уносит прочь зимы недуг,
даря нам свежие красоты.
Средь них надежда на любовь,
что как весна неотвратима,
совьёт гнездо для чувства вновь
и станет в сердце ощутимей.
О сладкозвучный месяц Май!
Не о любви ль твои все песни?
Призывом трубным оглашай
очнувшийся весь мир окрестный!

Не о любви ли голубки воркуют,
те, что, кружась, облетают наш двор?
В небо взмывая, их пары танцуют,
но о любви ль их, Бог весть, разговор?
Ах, о любви под окном пишет мелом
рыжий мальчишка подружке своей,
чувства шифруя в посланье несмелом.
«Выйди во двор! – ей кричит, – Поскорей!»
Радостно цокают туфелек гвозди
вниз по ступенькам, на встречу спеша.
Дарит влюблённый мальчишечка грозди
белой сирени, с волненьем дыша.
Белые грозди душистой сирени
вспенили воздух пьянящей волной.
Хочется верить любви откровеньям
в юную пору, волшебной весной.

Зимние рамы раскрыты.
Вымыты стёкла до блеска.
Предосторожность забыта,
рвёт ветерок занавески.
Смотрит девчонка наружу,
вырваться с ветром готова.
Замкнутой в зимнюю стужу,
любо бродяжничество снова.
В это весёлое время
все без вина полупьяны.
Птиц беззаботное племя
кружит под звук фортепьяно.
И, увлекаясь свободой,
девочка – в юбке короткой.
Нынче наряды, что в моде,
носятся ею в охотку.
Жмурясь от яркого света,
дарит прохожим улыбки.
Пусть влюблена без ответа,
ценятся мало ошибки.
Врёт в песне девочкин голос,
что никого, мол, не любит.
Сбил ту мелодию возглас:
– Здравствуй, моя ты голуба!
Не разбирая мелодий,
ритм отбивая чечёткой,
друг её школьный Володя
пляшет и машет красотке.

В скромном наряде из пёстрого ситца
плачет тоскливо на дереве птица:
всё об ушедшей весне вспоминает
и об утраченном горько вздыхает.
Как веселилась она той порою
и наслаждалась своею судьбою!
Платья сносились из скромного ситца,
и от несчастий озлобилась птица.
Если попросишь, она накукует.
Только – пророчит она иль колдует?
Очень скупа на года эта птица.
Нам же так хочется в времени длиться!
Жизнь как весна, не бывает навечно.
Есть все сезоны в судьбе человечьей.
Вслед за весной есть и летняя зрелость.
Осень пророчит зимы омертвелость.
Все бы, Кукушка, тебе веселиться!
Ты без забот, коль птенец народится!
Мир так недаром по кругу устроен,
а чтоб прозябли зимою из зёрен,
а по весне поднялися росточки,
выросли летом колосья из почки.
Ну, а под осень – созрели посевы.
Так повелось от Адама и Евы.
И пожеланье Кукушки – жестоко:
с юности девице быть одинокой
только за тем, чтоб не нянчить младенца.
Нет, от судьбы никуда нам не деться…

Счастливые мгновения весны
так кратки, беглы, словно полусны.
Пройдут младой шумливою толпой
проталины неверною тропой
в погоне за проворным ручейком,
нетерпеливым майским ветерком,
за стайкою стремительных стрижей
и прелестью любовных миражей.

ГЛАВА 3
Слова и любовь

СЛОВА ЛЮБВИ

ГОЛОС В ТРУБКЕ ТЕЛЕФОННОЙ

МАМА, ЖЕНИХ МОЙ НЕ ЕДЕТ

ЛЮБОВЬ КАК ПЕСНЯ

ДЛЯ ЛЮБВИ НАХОДЯТСЯ СЛОВА

Ты не расслышал, я не повторила
слова любви на нашем рандеву.
Скатились на ажурные перила,
упали на широкую Неву
с чугунного моста в темнеющие воды.
Там, в глубине мерцают стаи слов:
влюблённых пар восторженные оды,
признаний о любви большой улов.
Смотрю вослед, куда-то в океаны
их по течению уносит прочь
в неведомые, чуждые нам страны.
Иные – звёзды в небе там, и ночь.
Слова любви, достигнув новый берег
и камни белые, крутой волной
расколются в куски, и о потере
жалеть со временем лишь мне одной.
Ты не расслышал, я не повторила…
Не важно, кто внимание отвлёк.
Вода слова признаний поглотила,
развеял чувства свежий ветерок.

Бестелесный, неизвестный
чей-то голос в телефоне.
До чего звучит прелестно,
чудных сколько в нём гармоний!
Нынче счастье благосклонно
улыбнулось мне с утра…
Кто ты в трубке телефонной?
И к чему твоя игра?
Поступил ты несерьезно,
номер наугад набрав.
Мнишь ты шутку виртуозной,
в ней ты и умён, и прав.
На простой вопрос нелепо
не смогла найти я слов.
Время с силою свирепой
прочь мгновенья унесло.
Разговор пошёл логично
к неизбежному концу —
лишь гудков звон мелодичный
был ответом молодцу.
Вышел песней недопетой
наш нескладный разговор.
Мы расстались. Где ты? Где-то,
где и был ты до сих пор.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.