Мир глазами собак
Полная версия

Виталина Малыхина Ведущий автор

Екатерина Пискунова Автор

Анна Веселкова Автор

Виктория Алпеева Автор

Екатерина Писукова Автор

Екатерина Швец Автор

Журавлева Татьяна Автор

Валерия Миргородская Автор

Светлана Апухтина Автор

Михаил Забегальский Автор

Лариса Реперчук Автор

Ольга Ускова Фото для иллюстрации

Оксана Тучак Фото для иллюстрации

Ольга Кошаева Фото для иллюстрации

Ульяна Оленченко Фото для иллюстрации

Екатерина Вальковская Фото для иллюстрации

Маргарита Фролова Фото для иллюстрации

Мария Бурвикова Фото для иллюстрации

Оксана Киданова Фото для иллюстрации

Любовь Корочева Фото для иллюстрации

Мария Печагина Фото для иллюстрации

Екатерина Пискунова Фото для иллюстраций

Александра Малышева Фото для иллюстрации

Виктория Алпеева Фото для иллюстрации

Екатерина Писукова Фото для иллюстрации

Наталья Бондаренко Фото для иллюстрации

Татьяна Журавлева Фото для иллюстрации

Валерия Миргородская Фото для иллюстраций

Михаил Забегальский Фото для иллюстраций

Дмитрий Рогожкин Фото для иллюстрации

Екатерина Писукова Обработка фотографий

Ольга Ускова Информация для рассказа

Оксана Тучак Информация для рассказа

Ольга Кошаева Информация для рассказа

Ульяна Оленченко Информация для рассказа

Екатерина Вальковская Информация для рассказа

Маргарита Фролова Информация для рассказа

Мария Бурвикова Информация для рассказа

Оксана Киданова Информация для рассказа

Мария Печагина Информация для рассказа

Виталина Малыхина Редактор

Диана Уманская Корректор

Виталина Малыхина Составитель сборника

Екатерина Писукова Фотография обложки

Виталина Малыхина Автор идеи проекта "Мир глазами собак"

ISBN 978-5-4493-1379-9

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

ПРЕДИСЛОВИЕ

Дорогой читатель!

Перед Вами не просто сборник рассказов, перед Вами – проект «Мир глазами собак». Эта книга – результат взаимодействия, творчества и вдохновения людей, любящих собак. Результат любви к своим питомцам владельцев прекрасных северных пород: аляскинский маламут и сибирская хаски. Это попытка людей взглянуть на мир глазами своих младших братьев, хотя бы в фантазиях представить, как воспринимают нас, хозяев, наши любимцы.

Все истории в сборнике реальны. Вы познакомитесь поближе с собаками и членами их «стаи». Если у вас нет питомцев, сможете попробовать понять, каково это быть хозяином и другом собаки. Если есть – задать себе вопросы: «А что обо мне думает моя собака? Как она видит меня?»

Авторами рассказов стали несколько человек с разным жизненным опытом, стилем изложения и видением мира. В книге Вы встретите истории, как весёлые и лёгкие, так и те, которые заставят серьёзно задуматься…

Итак, добро пожаловать в «Мир глазами собак»!

Часть 1. МАЛАМУТСКИЕ ИСТОРИИ
Автор: Виталина Малыхина

САМЫЙ ЛУЧШИЙ ПОДАРОК. ИСТОРИЯ АЛЬМЫ
Информация для рассказа предоставлена хозяйкой Альмы Ольгой Усковой.

АЛЬМА. Фото Ольги Усковой.

Я стала подарком для Моей Оли. Когда мне было три месяца, к нам приехали люди с чужим запахом, забрали меня и повезли куда—то в железной коробке на колесах. Было страшно расставаться с мамой—собакой, ехать с незнакомцами в неизвестном направлении, но когда мы остановились и открыли дверь, я увидела Её – Мою Олю. Вернее, тогда она ещё не была Моей. Надо мной склонилась женщина с короткой шерстью и добрыми глазами. Почувствовав её радость, даже восторг, поняла, что причиной этих чувств стала я.

В моей новой стае вожаком была Моя Оля, ещё я познакомилась и полюбила её мужа, детёныша и их дворового пса, они тоже со временем стали для меня родными – моими. Мой Дима, Моя Света, Мой Тима – так я их называла теперь. А они дали мне имя Альма, наша Альма. Началась моя новая жизнь.

Для меня был сделан вольер, но, по сути, в распоряжении был весь двор, я могла бегать, играть, копать, лежать, охотиться, есть ягодку. «М—м, ирга и малина такие вкусные!» Моя Оля поступила мудро, она не ругала меня за проказы, например, рытьё ям, а просто огородила ту территорию, которую нельзя было трогать.

Кроме прогулок в Моем дворе, мы ходили и по нашему коттеджному поселку, тогда я шла на поводке. А когда гуляли в полях, мне давали свободу. Было комфортно жить с Моей стаей, но, как всякий ребенок, я была не против приключений.

Однажды, ещё щенком, месяца в четыре, гуляя по территории, я нашла дыру под забором. Наверное, её вырыл бродячий пёс, которого накануне прогнал Тима, пролезла в дыру и оказалась за периметром Моего двора. «Ух, ты! – подумала я. – Смогу погулять одна, как большая». И пустилась в путь, куда глаза глядят. Сначала было весело: столько новых запахов, интересных предметов, людей. Но потом я поняла, что потерялась. «Где Мой двор? Где Моя стая? Где Моя Оля?» – плакала я. Увидев толпу двуногих, побежала к ним, в надежде, что мне помогут. Люди садились в большую коробку на колесах, я хотела с ними, но меня не пустили. Я ходила – бродила ещё долго, уже отчаялась вернуться домой. И тут подошли человеческие детёныши. Они гладили и ласкали меня, даже угостили чем—то вкусным, приглашали поиграть, но я так устала, что просто лежала пластом под деревом. Не сразу я заметила Мою Олю, но мой нос почувствовал родной запах, хвост завилял от счастья. Было видно, что Моя Оля тоже волновалась. Не знаю, как она разыскала меня, ведь у нее не было такого чуткого нюха; видимо, нашлись другие способы – на то она и вожак, чтоб оберегать свою стаю. Главное, что мы снова были вместе. От усталости болели лапы, и я не могла сама идти, Моя Оля несла меня на руках до самого дома.

Больше я не убегала. Да и во дворе мне хватало развлечений. У меня были игрушки, особенно мне нравились мягкие – прямо как настоящая дичь; было здорово отгрызать им пластиковые глазки. Ещё у меня был мячик – такой маленький, что можно было спрятать его в лапе, между подушечек. Когда мячик кидали, он высоко скакал, а я его ловила. Но веселее всего было охотиться на мышей и птиц. На нашу территорию часто забегали и устраивали норы мыши—полевки, я разрывала их жилища и ловила серых крошек. Гонялась и за воробьями, сороками. Но после того как однажды я всё—таки поймала и съела воробья, у меня сильно разболелся живот, и мне назначили болезненные уколы. Оказалось, что перья птиц совсем не полезные. Обычно после таких азартных погонь наш двор походил на поле боя, а Моя Оля была недовольна беспорядком. Мишенью для меня были и насекомые, хотя на них охота редко удавалась: жучки—паучки шустро прятались в траве, приходилось рыть лапами землю, сложно было отыскать беглецов. А самой большой добычей, могла стать лошадь, я тихо подкралась к ней по—пластунски и уже собиралась прыгнуть, как меня заметили, и охота сорвалась.

В доме инстинкт влек меня к аквариуму, в котором жила лягушка. Это была лягушка Моей Оли, и её нельзя было ловить и есть. «Вот, как тут сдержать себя, когда она так близко, пахнет и квакает?» Но дом был не моей территорией, тут я чувствовала себя гостьей и поэтому слушалась даже детёныша Свету. Моя Света была со мной очень ласкова: гладила, играла, обнимала. Мы были с ней подружками. В доме я подчинялась ей, на улице она слушалась меня.

Иногда она пропадала со двора, и я опасалась, что она потеряется, как когда—то потерялась я. Вот и решила узнать, куда Мою Свету увозят каждый день, легла перед дверью машины (так, оказывается, называется коробка на колесах), чтобы меня взяли с собой. Моя Оля поняла мое желание – умная, не зря же, наш вожак, постелила подстилку, и я поехала с ними. А по дороге Моя Оля рассказала мне, куда отвозит детёныша. Я узнала много новых слов: «школа», «образование», «обучение» – в общем, на дрессировку Мою Свету возят. Ну, что же, полезная вещь, меня тоже командам обучали, тут главное – замотивировать.

Когда—то я стала подарком для Моей Оли, но на самом деле подарком судьбы было то, что мы встретились… И живём теперь вместе такой большой стаей.

«Я – ЛУЧШЕ САМОЕДА». ИСТОРИЯ ИРБИСА
Информация для рассказа предоставлена хозяйкой Ирбиса Оксаной Тучак.

ИРБИС. Фото Оксаны Тучак.

Только представьте: а ведь на моем месте мог оказаться какой—то самоед! Как подумаю об этом, аж в жар бросает – ведь моя мама Оксана сначала хотела завести самоеда. К моему счастью, во время поиска ей и папе Мише попалась фотография представителя моей породы, а именно, аляскинского маламута. И их сердца были покорены: конечно, ведь мы гораздо симпатичнее самоедов (да, простит меня моя подружка—соседка).

Потом в результате долгих и тщательных поисков они нашли меня, назвали Ирбисом и сделали членом своей маленькой стаи. За что я их безмерно люблю и готов целовать 24 часа в сутки, особенно маленькую Веронику.

Я слышал, что они кота планируют завести, вот не решил ещё, что в этом случае делать: ревновать и обижаться или радоваться ещё одному другу, которого можно облизать с головы до ног. Ладно, увижу кота, тогда решу…

Ну, одними целовашками сыт не будешь, а поесть я люблю. В еде я не привередлив, то есть люблю всё: и мясо, и фрукты, и овощи, даже кожура от картошки может быть вкусной, если я проголодался. Нет, только не подумайте, что мама Оксана кормит меня чем попало, но иногда так хочется чего—нибудь вредного… А у вас так не бывает? За мою неразборчивость меня в шутку называют «компостной ямой», а я не против – люблю юмор. Мягкие игрушки, кстати, тоже можно использовать не только для игры, синтепон имеет очень даже приятный вкус.

А вообще, чтоб получить еду, нужно просто немного актерского мастерства: я могу состроить такую мордочку, что даже соседские бабушки лезут в карман за угощениями, ещё и Веронике перепадает.

Меня обожают не только старушки, у юного поколения я тоже в любимчиках. Когда мы провожаем или встречаем Веронику из школы, вокруг меня собирается аншлаг. Дети стараются погладить, потрепать за ушки, обнять, мне нравится их внимание; ну, а если они становятся слишком назойливыми, то можно спрятаться у ног мамы Оксаны, она – мой лучший телохранитель.

Нет, я не трус, но не кусать же малышню. А вот с собаками я готов вступить в бой. Например, на нашей собачьей площадке есть ворчун—овчар. Лежит в стороне грызет свою палку и ещё успевает на других собак рычать. Я этого не терплю, нет у него прав на меня ворчать! Но когда мы сцепились, моя мама Оксана очень расстроилась, испугалась, что я покалечу этого старика, теперь одним приходится гулять… Зато чаще стали в парк ходить.

На выходных летом мы всей стаей купаемся в красивом лесном пруду. В лесу я бегу на своих четырёх лапах, папа Миша едет на велике, мама Оксана и Вероника – на самокатах. Народу возле озера мало, можно купаться в свое удовольствие, никому не мешая. Я очень люблю плавать. А видели бы вы, как красиво я отряхиваюсь!

Гуляем мы много и весело. Однажды смешной случай на прогулке был, когда меня взрослый парень испугался. Шли, значит, мы с мамой Оксаной, тут видим, что впереди человек идёт, нарядный такой, но главное, что за ним много—много мячей по воздуху летят. Как так? Я с мячиками играл, и когда их подкидывают, они всё равно падают, если их вовремя зубами не схватить, а тут летают. Захотел я Веронике такой чудо—мяч подарить, и побежал за юношей, чтоб попросить у него один. А он странный: как увидел меня, наутёк пустился вместе с мячами. Я бежал за ним, бежал, тут слышу, мама Оксана меня зовёт. Ну, думаю, ладно, подожду, вместе быстрее его поймаем. Но она следом не побежала, подошла, меня на поводок прицепила и долго хохотала, и прохожие вокруг тоже смеялись, а я улыбался…

Моя мама активно занимается моим собачьим образованием, мы проходили обучение с инструктором, и теперь я знаю много команд. Помимо обычных «сидеть», «лежать», «ждать», я могу сделать кувырок, знаю команду «тач» (это когда нужно предмет лапой тронуть), «аут» – дерево обойти. Но вот команду «место» не люблю, особенно, когда мне её скажут, а сами есть идут. Ну как тут усидеть? Вот тихонько, чтоб не заметили, сползаю с лежанки и так же осторожно двигаюсь в направлении кухни.

С командами для ездового спорта пока напряг. «Право», «лево», «прямо» и «тянуть» я ещё путаю, поэтому наша первая попытка с хозяином прокатиться на велосипеде окончилась для него рваными штанами и разбитыми коленками. Я не специально, честно! С тех пор вперёд велосипеда меня не пускают, только рядом. Зато зимой Веронику на «ватрушке» я возил аккуратно, но там поводок помогал на поворотах. Несмотря на то, что я знаю команды, выполняю беспрекословно я только команды папы Миши. Маму Оксану слушаю, когда есть настроение, а вот если Вероника пытается командовать, то извини, дорогая, не доросла ещё, чтоб мне указывать.

А вообще, моя стая меня очень любит и мною гордится, даже на выставку один раз водили, волновались… А я – нет, я ж в себе уверен, я ж лучше всех… Я же очень хорош, даже в линьке, судья это тоже признал!

Так, что повезло моим, что самоеда не завели. А то бы гавкал, шерсть свою белую сыпал, фу… (О любовь моя, соседочка—самоедочка, про тебя я так совсем не думаю, ты прекрасна!) Я же неотразим от кончиков ушей и до последней буквы в моем имени!

МЫ – ПРЕКРАСНАЯ ПАРА. ИСТОРИЯ ВОЛЬФА И ОНИКИ
Информация для рассказа предоставлена хозяйкой Вольфа и Оники Ульяной Оленченко

ВОЛЬФ И ОНИКА. Фото Ульяны Оленченко.

– Вольфушка, можно, я первая рассказ начну? Уступишь даме? – Оника кокетливо наклонила свою великолепную голову.

– Хорошо, дама, начинай! – буркнул большой маламут и ухмыльнулся.

– Так вот, позвольте представиться: Оника, можно просто Оня. А это Вольф, мой муж, сосед и друг. Мы оба маламуты. – Собака тряхнула головой и посмотрела на пса, он кивнул. Оника продолжила:

– Мама Ульяна взяла нас в свою стаю одновременно, мне тогда было пять месяцев уже, а Вольфику – меньше двух. У нашей стаи большая территория, нам с мужем построили отдельные вольеры во дворе, но любим мы бывать и в логове нашей мамы Ульяны и папы Серёжи.

– Да, у них там лежанки мягкие, спать удобно. – Сказав это, пёс лег и вытянул лапы.

– Дорогой, не перебивай! – Оника посмотрела на Вольфа с укором. Да, ты прав, лежанки у них удобные, и они не против, чтоб мы на них спали. Кормят тоже нас хорошо, помимо сухариков, дают и мясо, рыбку, творожок, овощи… м-м-м, аж слюнки потекли. – Собака облизнулась.

– Да, и в животе заурчало. Только вот со стола есть не дают.

– Ну, а тебя это, можно подумать, останавливает? Нужно только момент подходящий выбрать, чтоб не видели. Ну, вот опять ты меня перебил!

– Оня, не сердись, я не перебил, а дополнил.

– Ну, ладно, рассказываю дальше. Игрушек у нас тоже много. Особенно любим пищащие, самая любимая игрушка – хорёк, правда, он на хорька уже и не похож. А однажды, представьте, я даже за живой лаской охотилась. – Глаза Оники заблестели при этом воспоминании.

– Ага, кто ещё за кем охотился. Мама Ульяна рассказывала, что вы потом сами ели ноги унесли. – Маламут высунул язык и оскалил зубы в улыбке.

– Вольф, ну вот опять ты встреваешь? Я просила? – рыкнула Оня. А потом продолжила: – Гуляем мы много в полях и в лесу. Чтоб быть в форме, занимаемся спортом, таскаем шины, катаем маму Ульяну на лыжах…

– Ага, только она иногда их теряет.

– Точно, хи-хи. А еще смешно, что лыжники нас боятся.

– Дорогу зато уступают.

Оба маламута беззвучно смеялись, губы растянулись в улыбке, клыки блестели.

– А вот дети нас любят! – просмеявшись, продолжила Оника. – На лыжной базе их много, на горке катаются, на санках, лыжах. Но когда нас видят, то бросают свои занятия, бегут к нам гладить, фотографироваться, обниматься. Обожаю детей!

– Ну, не знаю… шумные они слишком! – Ее муж нахмурил брови.

– Щенки тоже шумные, ты же их всё равно любишь?

– Ну, щенки-то родные, хочешь не хочешь, а наша стая!

– Ладно, опять сбил, ты меня с мысли… О чем я? А, о прогулках! Летом мы велик таскаем, катаем наших. Иногда, правда, случается, что они падают. Но мы не виноваты… Правда, Вольф? А ещё летом мы купаемся…

– Ага, заходим в воду по пузо.

– И к нам приезжает друг Норд, мы вместе гуляем…

– Это он к тебе приезжает, и вы вместе гуляете! – Пёс нахмурился.

– Ой, Вольф, не ревнуй! Ты тоже мог бы с нами гулять, гулял же раньше. Только не нужно было с ним драться.

Тут Вольф вскочил:

– А если он меня бесит? Наглый! Самоуверенный!

– Ладно, ладно, Вольфик, тише. Не будем больше о нём!

– А ещё этот сосед бульдогообразный… задира мелкий. – Вольф всё больше распалялся.– Тоже бесит, съел бы его, если бы мама Уля не останавливала.

– Тут, я с тобой согласна, – кивнула Оня. – Меня он тоже раздражает. Но вернёмся к прогулкам. – Её тон снова стал миролюбивым. – Иногда нам хочется приключений, и мы убегаем от наших…

– Это тебе хочется приключений, и ты убегаешь. – Вольф не мог успокоиться. – А я с тобой бегу только для охраны. Ведь всякое может случиться. А потом достается от мамы нам обоим, хотя виновата ты!

– Всё! Опять я виновата! Не буду больше ничего рассказывать… Хочешь – сам продолжай…

– Ну и продолжу, а ты, Оня, дуйся, если нравится. – Спустив пар, Вольф продолжил уже спокойно: – Я про выставки расскажу. Мы с Оникой красивые собаки, и мама Ульяна, конечно, водит нас на конкурсы. Оценки у нас всегда высокие, и титулы уже есть. – Его тон стал хвастливым. И, конечно, такие шикарные собаки, как мы, допущены в разведение, и нам можно иметь щенков. Оника впервые стала мамой в два года. – Его голос стал мягким и он улыбнулся: – Она очень хорошая мать, заботливая. Если щенки голодны, её не остановит даже закрытый холодильник! Я ею горжусь.

– Ах, Вольф, ты, правда, так считаешь? – Оника заглянула в темно-карие глаза мужа.

– Ну, конечно, милая! Дай, лизну тебя в нос.

– Ты прощён! Дай, я тоже оближу тебя!

Маламуты потерлись мордами, Вольф лизнул Онику в темный нос. И продолжил:

– У нас и сейчас есть шестеро маленьких прекрасных деток, и Оня чудесно справляется с их воспитанием. Ну, и я тоже помогаю.

– Да, мы дружная стая! Все очень любим друг друга.

– Вот на этой счастливой ноте давай и закончим наш рассказ. – Вольф встал. – И пошли уже есть, мама Уля зовёт!

НАША ДРУЖНАЯ СТАЯ. ИСТОРИЯ ШАЛФЕЯ
Информация для рассказа предоставлена хозяйкой Шалфея Ольгой Кошаевой.

ШАЛФЕЙ. Фото Ольги Кошаевой.

Привет! Меня зовут Шалфей – необычное имя для собаки, правда? Его мне мама Оля дала – моя человеческая мама. Ведь я для неё, как ребёнок, особенный. Вот и захотелось ей, чтоб имя у меня было интересное, красивое, не такое, как у всех, а папа Серёжа её поддержал. «Маламут Шалфей» – по—моему, хорошо звучит!

Моей маме—собаке мое новое имя тоже понравилось, а пёс—отец проворчал свое обычное: «пойдет». Мне повезло: я живу недалеко от своих родных родителей – Алтая и Барселоны, мы часто вместе гуляем. А вот других собак я не люблю… Хотя нет, ещё старшую сестричку обожаю – Аляску.

Моя малая стая состоит из двух двуногих и двух четвероногих членов. Главная, конечно, для меня мама Оля. С ней я провожу большую часть времени, папу Серёжу вижу реже, но люблю тоже очень сильно и скучаю, когда он покидает наше логово. Ну, и ещё в нашей стае есть серый котяра Маркиз, он своим именем очень гордится, но моё, бесспорно, лучше.

Маркиза принесли в подарочном пакете, когда я был четырёхмесячным щенком. Мы праздновали день рождения папы Серёжи, и котёнок предназначался ему в подарок. Я тоже сунул свой любопытный нос в пакет, но оттуда раздалось шипение, и высунулась маленькая когтистая лапа. А потом появилось чудо—юдо – мелкое, но агрессивно настроенное. На мою попытку познакомиться котёнок зашипел и даже дал мне по морде. Оценив его храбрость, я отошёл на безопасное расстояние. «Зачем это злющее существо принесли в наш дом?» В знак протеста я сделал лужу, но другие члены стаи меня не поддержали.

Вскоре, несмотря на неудачный опыт знакомства, мы всё же подружились, котёнок оказался вовсе не злым, а довольно милым и игривым. Теперь нам было не скучно вдвоем, когда наши человеческие мама и папа уходили. Мы вместе играли, спали, вылизывали друг друга, пили воду из одной миски. Я даже разрешал ему спать у меня на пузе, а он за это делал мне массаж. И, конечно, кот теперь был под моей защитой. Когда к нам приходили гости и брали Маркиза на руки, я внимательно следил за ними, чтоб не вздумали обижать приятеля.

Человеческих папу и маму я тоже защищал, в том числе и их вещи. Однажды наглый гость надел папины шерстяные носки, так я ворчал и даже хватал его за ноги, пока он не снял чужую вещь.

Летом я жил во дворе, мог везде гулять, только спать заходил на веранду. Папа Сережа сделал мне вольер, но мне по душе свобода перемещений, пусть, если хочет, сам сидит в этой клетке. Ещё больше мне нравилось бегать в лесу за территорией. Недалеко от нас – река, летом мы в ней купались и резвились на берегу. Я не любил заходить глубоко в воду, но за компанию с мамой и папой мог и поплавать. Зимой мы ходили гулять в поля, а осенью – в лес по грибы. Это такие ароматные вкусняшки для людей, они росли прямо под деревьями, и мои человеческие родители их с удовольствием собирали и потом готовили. А я не ел, но искать помогал. За это меня хвалили и давали уже мои любимые лакомства: сыр, яблочки. Ещё мне нравились ягодки и мороженое и, конечно, мясные сухарики. Я знал много команд, за выполнение которых мне давали вкусняшки. В щенячестве со мной занималась мама Оля, я всё схватывал на лету: «сидеть», «лежать», «ждать», «дай лапу», «дай пять» и другие команды. Мне нравилось получать похвалу и угощение. Но ещё больше я хотел играть с папой Серёжей и мамой Олей.

А однажды они пропали. Их не было очень долго, с нами жила бабушка. Мы с Маркизом очень скучали. Потом мама Оля и папа Серёжа вернулись весёлые и загорелые, я был очень рад, но в то же время обижен. Чтоб показать своё недовольство их отлучкой, я весь день не подходил к человеческой маме, пусть почувствует себя виноватой, может, тогда в следующий раз возьмет меня с собой. А вот Маркиз, подлиза, избрал другую тактику – наоборот, ластился, тёрся о ноги и мурлыкал.

Вообще, у кота можно было многому научиться. Недавно, например, я залез на куст сирени, а оттуда на забор – и прыг со двора, прямо, как кот. То—то мама Оля удивилась! А ещё я даже лучше кота чувствую, если у моих родных тяжело на душе. Тогда я подхожу, кладу свою большую голову им на колени и смотрю в глаза. Всем своим видом даю понять, как я их понимаю и поддерживаю. Они начинают гладить меня… Печаль уходит… Появляются спокойствие и вера в то, что у нас всё будет хорошо…

КТО ГЛАВНЫЙ? ИСТОРИЯ ЭМИЛИ И МАЛЫША
Информация для рассказа предоставлена хозяйкой Эмили и Малыша Екатериной Вальковской.

ЭМИЛИ. Фото Екатерины Вальковской.

По документам я – Полярия Жемчужина Аляски, но мама Катя и папа Олег зовут меня Эмили. Я самая первая появилась у них в стае, потом были другие собаки, но они жили у нас временно. Им находили новый дом и новых хозяев, и они покидали наше логово. Поэтому я всегда чувствовала себя главной… ну, после Мамы и Папы, конечно. Когда с нами стала жить стафф Айна, у нас с нею часто происходили стычки; всё же мне удалось доказать ей, что главная в семье – я. Айне пришлось подчиниться и признать моё лидерство. Дальше мы жили мирно, пока она не покинула нашу стаю.

Но несмотря на внешний крутой нрав, я – душечка- папина подушечка. Обожаю валяться, ласкаться, обниматься, а моя слабость – это пузопочесушки, просто теряю волю… Ловить палку или мяч – тоже ужасно весёлое занятие, но больше всего мне нравится возиться и играть с резиновым бегемотом. Да что там играть – я даже сплю с ним, заботливо закутывая бегемотика в покрывало. Кроме того, у меня есть и живая игрушка – кошка Расти. Она была совсем крошкой, когда появилась у нас, да и сейчас, по сравнению со мной, небольшая, но бегает быстро и на вкус приятная. Нет, только не подумайте, что я её съела. Я просто люблю играть в догонялки, а ещё мне нравится её вылизывать. Не знаю, в восторге ли от этого Расти, но на собачьем языке она не говорит, а кошачий я не понимаю. Зато я знаю много команд и не прочь получить за их выполнение лакомство. Сыр, мясо, печенье из печени – лучший способ привлечь мое внимание. Этим пользуется Мама Катя на фотосесиях. Ведь я же профессиональная модель!

Ой, вспомнила, свой первый опыт, это была благотворительная фотосесия в помощь собачьему приюту. Я тогда ещё совсем молодая была и не понимала, где это я и зачем. Там были и другие собаки и даже огромная лошадь. С собаками мне хотелось играть, а от лошади – сбежать. В общем, на месте не сиделось, да и погода была противная, несъёмочная. Моя шерсть сначала намокла, потом замёрзла, я стала похожа на волчонка в шкуре ежа, а когда это все ещё и растаяло в машине…

Но с тех пор я набралась опыта и теперь позирую профессионально. Мне достаточно десятиминутной прогулки по местности, чтоб настроиться на съёмку. И вот я готова и сидеть, и лежать, и нос лизать, и обниматься… Хотя нет, обниматься – лишнее, а то шерсть ещё испачкают. В холодное время года я просто нарасхват!

А вот летом можно расслабиться: гулять, плавать, играть в своё удовольствие. Особенно хорошо на набережной и на пляже. Раньше у меня было много друзей и подруг – собак, с которыми мы ходили на прогулки, но мне нужно было, чтобы они подчинялись, а это нравилось не всем. Одно время даже приходилось гулять в одиночестве.

Теперь же у меня есть брат-маламут. У него даже имя подходящее – Желанный друг, а дома просто Малыш. Когда этот «малыш» приехал в наше логово, я честно, недоумевала, почему мама Катя и папа Олег, прозвали этого слоняру Малышом, ведь он даже больше меня. Сначала я переживала, что он тоже начнет претендовать на лидерство, но Малыш, сразу признал во мне главную, и тем вызвал мое расположение. Кошке он тоже нравится, ведь этот медведь позволяет Расти спать на его большой голове. А вот команд он совсем не знает, но это не страшно, мы уже занимаемся его обучением. Опытным путем выяснили, что он обожает хрустящие свиные уши, а значит, мотивация для занятий есть.

Позировать я его тоже скоро научу: чем больше маламутов на фото, тем шире у людей улыбки. Теперь главное – чтоб его в нашей стае насовсем оставили, ведь я его уже люблю!

ДЕВЧАЧЬЯ ДРУЖБА. ИСТОРИЯ ЗАРЫ
Информация для рассказа предоставлена хозяйкой Зары Маргаритой Фроловой.

ЗАРА. Фото Маргариты Фроловой.

В моей стае меня зовут Зара, ну а если провинюсь – Зараза! Но я не обижаюсь, знаю же, что обожают они меня, особенно мама Рита. Ещё бы, я же такая чёрно-белая красавица с шикарнейшим хвостом и весёлым, задорным характером. Хотя, Рита по возрасту самая младшая в своей семье, но для меня она – вожак. Ведь именно, она занимается со мной, тренирует, гуляет, кормит, вычёсывает (в том числе хвост). Что бы я без неё делала?

Рита рассказала мне однажды историю моего появления. Она у нас девушка спортивная, биатлоном уже давно занимается, вот и подыскивала себе спортивную собаку. Хаски сначала хотела брать, но, как это обычно бывает, когда увидела маламута, решила: «Да ну её, эту хаски, маламут-то прикольнее!»

Они меня с Ритиной мамой Леной планировали тайком в логово пронести (так-то у них в стае папа Андрей вожак, он и решает, кого в ней оставить). Но папа оказался на месте и «подготовить почву» у них времени не было. Предъявили меня папе. Ну, а я? А я постаралась ему понравиться, сделала свою самую мимимишную моську, и папа сказал: «Оставляйте». Теперь обожает меня, как и все.

А вот младшие члены стаи моему появлению были не очень рады. Кот Сёма ходил и все орал: «Кого вы тут привели? Зачем нам ещё одна собака?», той—терьер Дени гавкал: «Ужас, ужас, она же меня сожрёт, когда вырастет!», а кошка Мася молчала, но лапами била больно… Потом попривыкли они ко мне. Дени просто стал делать вид, что меня нет, Сёма даже позволял себя нюхать, но вот Мася шипеть и бить лапами продолжала.

В общем, не очень сложились мои отношения с четвероногими членами стаи, зато у меня есть четвероногие друзья. Целых четыре хаски живут у нас по соседству, а ещё один хась, Норд, в гости приезжает. Вот с ними интересно: можно и побеситься, и поваляться (Норда я на лопатки уже укладываю) и посоревноваться. Иногда мы на лыжах с мамой Ритой бегаем, так вот хаски я догоняю и обгоняю, хотя занимаюсь ездовым спортом недавно и ещё не очень серьезно. Но в будущем вы увидите нас на пьедестале!

Моя мама Рита – молодец, занимается моим образованием по полной, мы с ней и на занятия по ОКД ходили. Сначала я обалдела от такого количества сородичей. «Как здорово, сколько товарищей для игр!» – подумала я. Но оказалось, что мы не играть пришли, а серьёзным делом заниматься… «Ладно, – решила я, наигравшись, – теперь можно и команды поучить, чтоб вкусняшки получить». И выучила… Особенно лапу давать люблю. Попросит мама Рита, а я ей и одну, и другую, и сразу две вместе. Мама радуется и лакомство мне даёт… М-м-м, палочки «Педигри» такие вкусные, но ещё лучше – сушёное легкое.

А вообще, я всё ем: и рыбу, и мясо, и овощи; я – сторонник здоровой пищи (если палочки не считать). А если творожок дадут… Это мое самое любимое блюдо. Если чую творог, начинаю скакать, выть, всем своим видом демонстрировать нетерпение, чтоб точно дали, сами не съели.

Иногда я хитрю, чтоб добиться своего, однажды даже притворилась, что мне плохо. Стала делать вид, что ходить не могу… Мама Рита перепугались, открыла вольер, а я – шмыг, быстрее ветра! А потом, набегавшись, легла в огороде под свой любимый куст, тут-то приятнее лежать на травке, на свободе…

Сейчас лето, и стоит жара. Мы с мамой Ритой ходим гулять на речку, играем на берегу в пулер, бегаем, скачем на мелководье. Плавать я ещё не научилась, боюсь… Захожу недалеко в воду, чтоб только лапы в воде, а Рита хитрит тоже, толкает меня на глубину… Но пока страшно… Может, попозже и решусь на заплыв, впереди ещё целое лето…

ПРАВИЛЬНЫЙ ВЫБОР. ИСТОРИЯ РАЛЬФА
Информация для рассказа предоставлена хозяйкой Ральфа Марией Бурвиковой

РАЛЬФ. Фото Марии Бурвиковой.

Я ещё щенок, мне четыре месяца, но уже скоро пять. Мои Люди зовут меня Ральф, а иногда Ральф Младший, потому, что Ральф Старший – мой отец. Я уже три месяца живу в моей новой стае, она у нас небольшая: Мой Мужчина, Моя Женщина и самый маленький – я. Может ещё и поэтому я – Ральф младший? Главный, конечно, Мой Мужчина, это он, кстати, решил завести собаку моей породы – аляскинский маламут, а Моя Женщина и на той-терьера была согласна (но разве это собака?). Я встречаю мелких на прогулке, так они меня, щенка, боятся. И хозяева у них трусливые, сразу кричат: «уберите вашу хаску», а я не хаски! Я просто дружелюбный пёс и со всеми поиграть хочу…

Что-то я сбился, я же рассказываю, как оказался в новой стае. Нас у мамы-собаки было пятеро карапузов: я, два брата и две сестры. Когда приехали Мои Люди, то им белую сестру предлагали взять, но они отказались, мальчика хотели. Все щенки возле них прыгали, скакали, а я – нет, в сторонке стоял и присматривался, подойдут ли они мне для семьи. И тут Мой Мужчина (а тогда ещё просто мужчина) обратил на меня внимание, и я подумал, что они мне подходят… Когда он взял меня на руки, то тоже понял, что я – Его Пёс.

Мы поехали домой… Почти всю дорогу я спал, ночь была, а ехали мы очень долго. Иногда я просыпался и выискивал местечко поудобнее: то на коленках у Моей Женщины примощусь, надоест – к её сумке переползу (у сумки приятные на вкус ручки оказались). Когда мы, наконец, очутились в логове, то я сходил на пелёнку, покушал и пошёл спать под диван. Мне в новом доме сразу понравилось.

День за днём я изучал территорию: комнату, коридор, кухню… Моим любимым местом стал порожек у балконной двери (прохладненько); жаль, что я из него так быстро вырос, теперь только голова помещается…

Сначала, у меня был негулятельный период, поэтому этот период стал погрызушочным. Я сгрыз тапки, веник, провод какой-то. Хозяева игрушки давали, но их грызть не так интересно, потому что можно. А вообще, одиночество я нормально переношу. Когда Мои Люди уходят, я ложусь спать, приходят – просыпаюсь. А между – сны про них смотрю. Мою Женщину всегда при встрече умиляет мой заспанный вид. Ну, я вообще, такой мимимишный!

Я даже думаю певцом стать – внешность привлекательная, петь люблю. Уже есть в репертуаре одна песня. Моим Людям нравится, как я пою, соседям – не очень… Они шума не любят, поэтому я всегда ворчу на пылесос (зверь такой, на слона похож), что слишком громко поет.

Моя Женщина считает: чтоб певцом стать, нужно учиться, вот и учит меня сидеть, давать лапу, лежать и другим командам. Я думаю, что когда есть талант, это лишнее, но, чтобы не огорчать своих, выполняю их просьбы – иногда, по настроению…

А так мы стая дружная, хорошо, что мы друг друга выбрали…

О ЧЕМ РАССКАЖУТ СОБАКИ. ИСТОРИЯ СКАЯ И БОННИ
Информация предоставлена хозяйкой Бонни и Ская Оксаной Кидановой.

БОННИ И СКАЙ. Фото Оксаны Кидановой.

– Ну что, братишка, расскажем нашу историю? – игриво спросила очаровательная маламуточка.

Большой и статный маламут Скай кивнул и вильнул хвостом:

– Бонька, чур, только я начну!

– Ну, давай, но я буду поправлять, если что забудешь, или станешь привирать. – Она легла поудобнее, вытянув передние лапы и, чуть наклонив набок голову, приготовилась слушать.

– Так, вот, оказывается, до нас у мамы Оксаны уже была собака, но она умерла…

– Да, мама очень грустила после её смерти, она и сейчас до сих пор плачет, когда вспоминает свою потерю, – вмешалась Бонни. Она опустила морду и смотрела на свои передние лапы, чтоб Скай не заметил, что слёзы подступили к глазам.

– И вот мама решила взять щенка, – продолжил свой рассказ пёс.– Сначала простого «дворика» хотела, но ей попалось объявление о нашей продаже, и, увидев милые моськи, она влюбилась, и в тот же вечер поехала знакомиться.

– Нам только исполнился месяц, мы ещё не прошли актировку, это было просто знакомство. Но Скай, как всегда, первый подбежал к людям. – В голосе Бонни слышался укор.

– Да, мне понравились шнурки на кроссовках, я был очень любопытным щенком, – стал оправдываться Скай.

– Но из-за этого они выбрали тебя. Я тоже подошла, к ним, но было уже поздно, свой выбор люди сделали. А после актировки они вернулись и забрали Ская в свою стаю.

– Только меня тогда не Скай звали, по документам я был Бат – летучая мышь. Но моим новым родителям захотелось дать мне красивое имя, и я стал Бат Сильвер Скай (Летучая мышь серебряного неба).

– А я вот тоже не просто Боня, а Бонни Грей Сноу, – хвастливо заметила маламуточка.

– Эй, Серый снег, не перебивай, я же рассказываю!

И Бонни смущённо опустила глаза.

– Так вот, мне в новом доме понравилось, тут было, ну, очень много игрушек. И мягкие, и тряпичные, и резиновые, с пищалками и без, на любой вкус.

– Конечно, ведь наши человеческие родители занимались зоотоварами, – осмелилась добавить Бонни. А Скай продолжил:

– Но были и опасные. Однажды я взял поиграть игрушку нашей кошки, она об неё когти точила, вот и я решил попробовать. А эта штука, как укусит меня, прямо за палец и не отпускает. Я закричал, мама Оксана прибежала, распереживалась, своему сыну Диме позвонила, чтоб в больницу отвёз.

– Так, конечно, ты, наверное, так скулил, что мама решила, что у тебя перелом. Ты даже сейчас боли боишься. После уколов на ручки просишься.

– Тс-с, Боня, молчи, это-то зачем рассказывать? Рушишь мой имидж. В общем, тогда с лапой обошлось, к врачам мы не поехали, потому, как вскоре, я уже скакал и бегал по всему дому. Но к этой коварной штуке больше не подходил.

– Теперь буду рассказывать я. – Бонни решительно села. – А то все ты, да ты! Между прочим, меня тоже приняли в стаю…

– Я не знаю, сколько прошло времени с тех пор, как забрали Бата (тогда я звала его так). Я продолжала жить с мамой-собакой и другими щенками. К нам приходили ещё люди, смотрели, играли, иногда кого-нибудь из щенков забирали, но меня никто не выбирал. И тут вернулись те, первые, что унесли Бата, и теперь они взяли с собой меня. И как же я обрадовалась, когда увидела братишку снова!

– Да, нам с Бонькой повезло. Мама Оксана не собиралась изначально брать двоих, ей предложила взять ещё одного щенка наша заводчица. И как же здорово, что мама согласилась и принесла в логово именно Боню!

– Наше появление в стае, круто изменило её жизненный уклад. Мама и папа теперь больше гуляют, ведь нам, молодым и активным, необходимо движение. Мы все вместе занимаемся ездовым спортом, летом – гоняем с великами, зимой – таскаем за собой лыжников и нарты!

– А во дворе, где раньше планировали мангал, построили наш вольер, – засмеялся Скай.

– Мы выросли сильными и красивыми собаками, – с гордостью в голосе продолжила Боня. И мама Оксана решила, что стоит принять участие в выставке. Мы готовились, занимались и наводили марафет.

– Ага, и выступили очень успешно. Получили отличные оценки, а я даже стал лучшим кобелем Клуба. Мама очень гордится нами. – Скай встал в стойку, чтоб продемонстрировать свой экстерьер.

Бонни посмотрела на брата и, улыбнувшись, сказала:

– В общем, мы приносим радость и счастье в стаю, делая жизнь наших человеческих родителей более насыщенной и яркой.

Тут уши Ская задвигались, он повернул голову в сторону дома, а потом посмотрел на Бонни:

– Сестрёнка, кажется, нас зовут, поедем куда-то! Может, даже встретимся с собаками-друзьями!

Оба маламута встали и направились к дому, размахивая красивыми пушистыми хвостами. Они побежали к машине, что стояла за воротами. Запрыгнули на заднее сиденье, а когда машина тронулась, высунули в приоткрытое окно свои улыбающиеся морды:

– До встречи! – дружно провыли они.

ЧАСТЬ 2. ОТКРОВЕНИЯ ТОРА
Автор: Виталина Малыхина

АЛЯСКИНСКИЙ МАЛАМУТ, ИЛИ ОТКРОВЕНИЯ ТОРА
Автор: Виталина Малыхина (редакция автора)

ТОР. Фото Любви Корочевой.

АЛЯСКИНСКИЙ МАЛАМУТ, или ОТКРОВЕНИЕ ТОРА-1

Я бежал, опустив нос к самой земле. Несмотря на выпавший снег, я ощущал тысячи запахов: людей – мужчин, женщин и их детёнышей, – птиц, кошек, мышей, крыс.

Я чувствовал аромат замерзших хлебных крошек, которые не успели склевать голуби, запах недавно потухших сигарет, запах остатков продуктов из мусорных баков. Там можно было бы хорошо поживиться, но Мой Человек одернул поводок, и я почувствовал неприятную боль в шее, пришлось пройти мимо. Оглянулся на него в надежде, что кусочек сыра хоть отчасти компенсирует мои моральные страдания, но Мой Человек смотрел в другую сторону, и я двинулся дальше.

Переходя от дерева к дереву, обнюхивал метки моих собратьев. По запаху я мог определить не только, как давно тут прошёл другой пёс, но и его пол, размер, возраст. Некоторые метки мне были хорошо знакомы: вот тут недавно проходил мой друг Кай, а здесь отметился этот задавака Зефир. Я тоже ставил свои метки, пусть знают, что это моя территория.

Мой Человек вёл себя немного странно: то разрешал мне обнюхивать каждый куст, то резко дергал поводок и даже оттаскивал меня от наиболее интересных ароматов, особенно запаха сук. Иногда он подзывал меня, предлагал сесть, лечь или подать лапу, если я соглашался, он давал мне сыр. Бывало, он пытался делать это без угощения, но я не поощрял эту его вредную привычку.

Мне нравилось гулять зимой, все-таки я северный пес, а снег – моя стихия. Зимние прогулки я любил ещё и потому, что после них мне только протирали лапы и не заставляли залезать в белое корыто, по которому неприятно скользили когти.

Зимой хорошо гулять, не жарко, можно залечь в сугроб, засунуть нос в снег и представить, что ты на Аляске, говорят, именно там жили мои предки. К сожалению, Мой Человек в своей шкуре с чужого плеча не мог долго стоять на морозе, ему нужно было двигаться, и я побежал следом.

Иногда во время прогулки мы встречали моих сородичей. Как мне хотелось порезвиться, поиграть в догонялки, побегать наперегонки, повалять друга-соперника, но эти поводки… Зачем они вообще нужны? Чтобы путаться под ногами?

Мой Человек отпускал меня с поводка только в лесу, а в нём мы бывали нечасто, вернее, реже, чем мне хотелось бы. Зато там я ощущал свободу: бегал, где хотел, рыл снег или землю, где мне было надо, пил воду из луж и даже мог найти или поймать себе пропитание.

Мой Человек был недоволен, когда я съедал свою находку, но ведь это моя добыча, хочешь есть – двигайся сам. Пару раз я приносил и ему, чтобы поделиться, но он забирал всё, ещё и ругал меня за это. Теперь у меня правило: нашёл – ешь быстрее, пока не отняли.

Помимо обычных прогулок, у нас бывали и необычные. Мы так же ходили в лес, но там нас встречало множество людей и собак, большинство из которых я уже знал. Даже знал, к кому из людей можно подойти лишний раз, чтобы угостили вкусненьким, а к кому из собак лучше вообще не приближаться. Я заранее чувствовал, когда мы идём на эти встречи, потому что вместо ошейника мне в этот день надевали специальную шлейку. За неё ко мне цепляли большие санки – люди называют их нартами, – и мы вместе с напарником бежали по лесу, везли эти нарты и человека на них, было весело. Я слышал, что мои предки были ездовыми собаками и возить грузы – у меня в крови. Потом я мог поиграть с другими псами, среди них были похожие на меня, такие же большие и мощные маламуты, белые и пушистые самоеды, бешеные и юркие хаски.

После прогулки мы вернулись домой, уставшие и довольные. Я съел полную миску корма, свернулся клубком у балконной двери, и мне снились сны про то, как я бегу в упряжке по бескрайним просторам Аляски, а впереди лишь снег, лёд и низкое зимнее небо…

ОДИН ДЕНЬ ИЗ ЖИЗНИ СОБАКИ, или ОТКРОВЕНИЕ ТОРА-2

Ну, вот пропиликала эта штука – значит, Мой Человек сейчас проснется. Что за привычка вставать не вместе с солнцем, а по звонку? Ещё же можно спать, да спать?

Полежу немного – здесь, у балкона, прохладно. Нет, Мой Человек пошевелился, пойду поздороваюсь. «Ну, привет! Почему ты в ответ не лижешь мой нос? Может, хоть сегодня пустишь в постель? Нет? Ну и ладно, не очень-то и хотелось».

С гордым видом отхожу к двери, намекаю, что раз встали, то пора бы и в туалет. Но Мой Человек, как всегда, копается. Хорошо ему, а мне вот нельзя «ходить» в доме. «Эй, поторапливайся, потом чай попьёшь!!!» Ну, наконец, начал одеваться. «Так, ты там сыр взять с собой не забудь, или хотя бы сухой корм – у меня уже в животе урчит от голода». Выходим из логова: «Смотри, я хороший мальчик – сам сел у лифта. Давай сыр!»

Наконец, мы на улице. «Быстрее, быстрее, быстрее… ух… сколько же я терпел; вот тебе не понять». Прогулку описывать не буду: как мы гуляем, я уже рассказывал. Скажу только, что утром прогулка короткая, ближайшая территория помечена, возвращаемся домой.

«Так, когда дашь поесть?» Вот опять ждать пока поедят Мой Человек, его жена и их детёныш. Детёныш так долго ковыряется в своей еде, что я чуть ли не умираю от голода. Одно хорошо: крошек нападало много, потом можно подобрать.

И вот, наконец, раздается божественный звук: моя миска наполняется кормом. Она стоит на полу, а я сижу и жду – слюней полный рот, аж капают на кафель, но без этого «можно» не начать, иначе еду забирают.

«Так, я тут пропустил, уже было „можно“? Точно? Можно уже? Ну что ты раздраженно двигаешь миску к моему носу? Да понял я, что можно! Ем…»

Раньше я быстро ел – боялся, что съедят мою долю. Когда был щенком и жил с братьями, то было правило: кто не успел, тот ходит голодным. К счастью, Мой Человек сухари не ест.

Все уходят… Грустно… Вою.. Ой, ругаются! Значит, жена Моего Человека не ушла, я не одинок, можно спать.

Расскажу вкратце, как я живу. У нас в логове несколько комнат, но меня пускают не во все. Мне нельзя ходить к детенышу и в спальню – во всяком случае, когда люди дома.

Есть ещё интересное место под названием «балкон». У меня к нему неоднозначное отношение. С одной стороны, там не жарко и свежий воздух, с другой – если закроют дверь, то назад не зайдешь. Сидишь тогда на балконе, скребешься, лижешь дверь, грызешь порог, пока про тебя не вспомнят. Ещё можно завыть; это даёт быстрый результат, но за это ругают.

А бывает, насыплют мне корм на балкон, я выйду, а они – раз! – и закрыли. И не пускают обратно. Видите ли к ним пришли гости, которые меня боятся. А я при чём? Вот гостей и закрывайте.

Большую часть дня я сплю – правда, меняю места: то у балкона, то у двери, то на холодной кухонной плитке; охлаждаюсь как могу. Я вообще не понимаю, зачем балкон закрывать – ведь летом же открытый стоит. Если мерзнут, то зачем уличные шкуры снимают? А я вот свою снять не могу. Думают только о себе!

Просыпаюсь я только на звук открытия холодильника, с надеждой подхожу, но она оправдывается не всегда. Жена Моего Человека обычно добрая, даёт мне кусочек сыра или овощей, но тоже не за просто так. То ей «сядь», то «ляг», то «лапу дай». Ещё люблю сидеть с нею рядом, когда она готовит: жду – может, даст кусочек, а может, и уронит.

Иногда – о счастье! – она забывает убрать еду со стола. Тут как говорится, «не зевай, а рот шире открывай». Хорошо, что они умных книжек начитались, и если не застукали меня с поличным, то даже и не ругают (типа, я не пойму уже, за что… хи-хи!). Ещё весело, если мусор забыли закрыть: тут и еда, и игрухи. Почему они это все выкидывают? Транжиры!

Вечером приходит Мой Человек! Я встречаю его первым, отталкивая остальных: пусть знает, кто его больше всех любит! Он мне всегда рад, но в нос так и не лижет. Но я верю, что когда-нибудь научится. И мы идём гулять.

ТОР И ДЕТИ, или ОТКРОВЕНИЕ ТОРА 3 (часть 1)

У Моего Человека и его Жены есть два детёныша, один ходит на двух ногах, а иногда ползает на четвереньках, другой ползает на четвереньках, а иногда встаёт на две ноги.

Когда я был щенком, и впервые появился в логове Моего Человека, детёныш был всего один – тот, кто чаще на двух ногах ходит. Она показалась мне забавной. Мы много играли, она весело визжала, убегала от меня, залезала на диван и стулья, когда я пытался поймать её ноги зубами. Вот это было нечестно: туда я пока забраться не мог.

У неё было много игрушек, но со мной делиться она не хотела. Только вот подарила мне свою большую плюшевую собаку. Как она мне нравилась, эта собака! Её можно было таскать за длинные уши, за лапы и за хвост. А потом я прогрыз в ней дырочки и вытащил весь наполнитель, осталась только шкура, но и она со временем пришла в негодность.

Другие свои игрушки детёныш мне не давала. Иногда у меня получалось утащить её зайца или другого плюшевого зверя, если она забывала убрать их в свое логово. Тогда она бегала и ловила меня, пытаясь отобрать мою добычу. Потом, конечно, я возвращал её игрушки, если мне предлагали обмен на вкусняшку.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.