Александр Темной

Записки сумасшедшего охранника

Эта история произошла со мной, когда я был студентом и заочно учился в Юридической Академии на юриста. Пока я был студентом, мне не везло с поиском работы. Я бы хотел работать юрисконсультом, юристом в юридическом отделе какой-нибудь организации, но в большинстве юридических фирм и организаций, в которые мне довелось обращаться, отказывали в приёме на работу, мотивируя это тем, что им нужны были специалисты с законченным образованием, а не студенты. Так как в то время я был уже женат, и у нас была дочь Катя, которую нужно было кормить и одевать, мне приходилось работать простым охранником. За период с 2000 по 2003 годы я сменил столько частных охранных предприятий, столько служб безопасности различных фирм, что в моей трудовой книжке в данный момент нет свободного места. По моей трудовой книжке запросто можно писать мою автобиографию, но я пока не буду этого делать, потому что вряд ли сейчас кому-нибудь будет интересно читать её.

Распрощавшись со службой безопасности общества с ограниченной ответственностью «Прима», которое не имело никакого отношения к сигаретам с аналогичным названием, я начал искать новую работу. Меня всё в «Приме» устраивало: я охранял офис, а офис «Примы» располагался недалеко от моего дома, можно было дойти пешком, и на работу я никогда не опаздывал. Хороший, дружный коллектив, с некоторыми бывшими работниками «Примы» я и по сей день дружу. В общем, это была работа, как говорится, «не бей лежачего». Всё было хорошо, кроме зарплаты. Денег, что мне платили в «Приме» едва хватало на то, чтобы заплатить за учёбу в университете и расплатиться с теми, у кого я брал в долг, чтобы дотянуть до получки.

В начале декабря 2001 года я купил в киоске газету «Ярмарка вакансий», пришёл домой, вооружился шариковой ручкой, блокнотом, поставил телефонный аппарат на письменный стол, и стал внимательно изучать объявления.

Я пропускал объявления, типа: «Работа, не «Гербалайф», «Требуются грузчики», «Требуются маляры». Когда я изучил почти весь раздел с объявлениями от работодателей, на глаза мне попалось объявление: « В частное охранное предприятие требуется охранник, 22-40 лет, офис в центре города, доставка до объектов на служебном транспорте, зарплата высокая». Судя по номеру телефона, их офис должен был располагаться где-то в нашем районе. Я позвонил по указанному в объявлении номеру телефона, девушка с сексуальным голосом записала меня на собеседование с директором охранного предприятия, которое должно было состояться в 15:00, продиктовала адрес офиса.

Записав информацию в записную книжку, я посмотрел на настенные часы, висящие в комнате. У меня в запасе было ещё сорок минут, я, не торопясь, начал собираться. Частное охранное предприятие называлось «Дружина – Е». Вы спросите, почему «Е»? Да потому, что это екатеринбургский филиал московской «Дружины». Выяснилось, что их офис находится в пяти минутах ходьбы от офиса «Примы», то есть совсем недалеко.

Офис «Дружины» располагался на первом этаже двухэтажного здания, которое когда-то было детским садом. Я подошёл к массивной металлической двери с круглым глазком, в нерешительности протянул руку и нажал на кнопку домофона.

– К кому вы? – Я услышал искажённый динамиками грубый голос и сразу представил здорового мужика, похожего на Халка Хогана, который может убить одним только взглядом.

– Я в «Дружину», на собеседование, – ответил я, глядя в глазок. Я знал, что в дверном глазке находится миниатюрная камера, которая сейчас транслирует моё изображение на монитор, установленный в комнате охраны.

Услышав знакомое «пи-пи-пи», я взялся за дверную ручку и потянул на себя дверь. Дверь открылась на удивление легко, и я вошёл внутрь.

В следующую секунду я оказался в небольшом коридоре, который упирался в лестничную клетку. Стены коридора были украшены пластиковыми панелями, на полу лежал линолеум, на потолке горели лампы дневного освещения. Всё было скромно и со вкусом, в то время как в офисе «Примы» был сделан евроремонт. Здесь всё было просто, даже проще, чем я ожидал. Черная железная входная дверь явно не гармонировала с обшарпанным линолеумом и серыми пластиковыми панелями.

Сделав шаг вперёд, я услышал голос слева: «Молодой человек! Подойдите к окошку, пожалуйста».

Посмотрев направо, я увидел щуплого прыщавого юношу с короткой спортивной стрижкой. На нём была одета тёмно-синяя форма, у меня тоже такая была, когда я работал в «Приме». С левой стороны форменной куртки, прямо над сердцем, был приколот большой значок с надписью «Дружина – Е». Я узнал его голос. Это он со мной общался по «домофону», только его внешний вид никак не соответствовал его голосу.

– Ваш паспорт можно посмотреть? – пробасил охранник.

– Конечно, – я потянул паспорт в окошко в стене, над которым была табличка с надписью « Охрана». Рядом с окошком была дверь. Я сразу догадался, что это дверь ведёт в комнату охраны.

Выписав мне временный пропуск, охранник куда-то позвонил по телефону.

– Сейчас к вам спустятся! – сказал охранник, протягивая мне бумажку с каракулями, на которой сверху было большими буквами напечатано «Пропуск посетителя». – На выходе сдайте его мне, ладно?

– Ладно! – ответил я.

Наверху раздался громкий шум, после чего вниз спустился седой мужчина, лет пятидесяти, одетый в мятый тёмно-коричневый костюм и зелёную рубашку.

– Сергей Евгеньевич, директор охранного предприятия «Дружина – Е», – мужчина в тёмно-коричневом костюме протянул мне руку.

– Александр Валерьевич, можно просто Александр, – ответил я, ответив на рукопожатие. Когда я пожал Сергею Евгеньевичу руку, он поморщился. Ещё бы. Пока я работал в «Приме», я целый год бесплатно ходил в фитнесс-клуб «Аполлон», который мы же охраняли. За год я набрал десять килограммов мышечной массы. На мне даже одежда иногда рвалась, когда я делал резкие движения. Рука у директора «Дружины» была вялая и влажная, да и внешний вид у него был так себе: вид усталого, измученного пожилого человека, которому самое время сидеть на пенсии и нянчить внуков, а он вместо этого охранным предприятием руководит.

– Пойдём в мой кабинет, поговорим, – сказал Сергей Евгеньевич, и мы поднялись на второй этаж.

Коридор второго этажа нисколько не отличался от первого: те же пластиковые панели, тот же потрепанный линолеум. Кабинет директора «Дружины» поразил меня своей скромностью. Кроме таблички на двери с надписью «Директор ООО ЧОП Дружина», ничто не выдавало в этом помещении директорский кабинет.

Кабинет был небольшим, где-то три метра в ширину и три метра в длину. Стены были покрашены тёмно-зелёной, местами облупившейся, краской. Побелка на потолке была в жёлтых разводах, из чего я сделал вывод, что крыша иногда протекает.

В кабинете стоял видавший виды письменный стол, почти всю крышку которого занимал старый монитор, с защитным экраном, и такая же старая клавиатура, на которой стёрлись почти все буквы. На полу, под столом, стоял такой же старый системный блок компьютера. За столом, у окна стоял квадратный сейф, покрашенный белой краской. На подоконнике стоял цветок в горшке, добрая половина листьев которого пожелтела. У стола директора стояла табуретка, а на сейфе стояли телевизор «LG» и видеомагнитофон той же марки. В общем, кабинет Сергея Евгеньевича произвёл на меня странное впечатление. Он был больше похож на склад, чем на кабинет директора.

«Как он в таких условиях работает?» – с ужасом подумал я, глядя на Сергея Евгеньевича.

Как будто прочитав мои мысли, директор произнес:

– Скоро у нас будет модернизация офисной техники. Сейчас новых охранников набираем.

Сергей Евгеньевич предложил мне присесть, указав рукой на табуретку. Когда я садился, табуретка скрипнула, но не рассыпалась, как я ожидал.

Директор долго рассказывал мне про «Дружину», про охраняемые объекты. Когда он сказал мне про зарплату, я тут же сказал:

– Я согласен!

– Ну, тогда пиши заявление о приёме на работу.

И я стал писать.

Мы договорились с Сергеем Евгеньевичем, что я выйду на работу завтра, пятого декабря, неделю поработаю в офисе с девяти утра до шести вечера, а потом я буду охранять базу сутки через двое. Меня это вполне устраивало.

В тот вечер я пришёл домой в хорошем настроении, моя жена, Валентина, очень радовалась и говорила:

– Ну, наконец-то! Я-то думала, что ты в своей «Приме» до пенсии за копейки работать будешь!

Вечером мы с Валентиной отметили мою новую работу бутылкой «Кагора». Кстати, это редкостная гадость, от которой у меня была изжога.

На следующий день, ровно в половине девятого утра, я был в офисе «Дружины-Е». Пять здоровых, угрюмых мужиков сидели на стульях в коридоре у входной двери и что-то шумно обсуждали. Увидев меня, они замолчали.

Я поздоровался со всеми, заглянул в окошко с надписью «Охрана». В комнате охраны сидел тот же щуплый паренёк, который был вчера. Он сидел на офисном стуле с роликами, положив ноги на стол. Увидев меня, он встрепенулся, убрал ноги со стола, принял серьёзный вид.

– Это ты, что ли, новый охранник? – громким голосом спросил он меня.

– Да, я пришёл, – ответил я, оглядывая комнату охраны. – Что мне сейчас делать?

Штаб охраны, если так можно сказать, представлял собой небольшое помещение, примерно такое же, как кабинет директора. У окошка стоял такой же стол, на котором стоял монитор. У стены стоял большой шкаф для одежды, а за спиной охранника я увидел большой кожаный диван, который явно не вписывался в интерьер.

– Входи! – Я услышал щелчок открываемого замка, после которого дверь открылась.

Войдя внутрь, я огляделся.

– Ты не стой, раздевайся и проходи, – охранник сделал приглашающий жест рукой.

Я повесил в шкаф свою дублёнку, сел на диван.

– Не на диван, сюда садись. На диване буду сидеть я и вводить тебя в курс дела! – пробасил охранник.

Я сел за стол, поёрзал на кожаном кресле на роликах. Мягкое, удобное, оно мне понравилось.

–Тебе удобно? – улыбаясь, спросил охранник.

– Вполне! – ответил я, разглядывая рацию, лежащую на столе.

– Тогда начнём!..

Так начался мой первый рабочий день в «Дружине». Ничего необычного.

Громкоголосого охранника звали Павел Чесноков. Он оказался весьма словоохотливым, дал мне прочитать должностные инструкции, пока я их читал, он рассказывал мне о том, что он работает в «Дружине» два года, о том, что платят хорошо и вовремя, об особенностях работы в «Дружине», про руководителей. Выяснилось, что у Сергея Евгеньевича есть заместитель, которого зовут Валерий Викторович. Валерия Викторовича никогда не бывает в офисе, так как он постоянно заключает договора, утрясает конфликты с конкурентами и с должниками.

– Если увидишь в камеру двухметрового лысого бугая, который кулаками долбит в дверь, значит, это Валерий Викторович в офис пришёл. Можешь даже не спрашивать, кто он и к кому. Если протормозишь, и он на тебя разозлится, считай, что ты покойник, – шёпотом сообщил мне Павел.

–Здорово, мужики! О, я смотрю Александр на работу вышел. Паша, открой дверь! – В маленьком окошке я увидел улыбающееся лицо Сергея Евгеньевича. Сегодня он выглядел не таким измученным, как вчера.

–Здравствуйте, Сергей Евгеньевич! – сказали мы хором. Павел открыл замок, и Сергей Евгеньевич вошёл в комнату охраны.

– Поздравляю с первым рабочим днём. Надеюсь, тебе у нас понравится, – сказал директор, пожимая мне руку. Сегодня его рукопожатие не показалось мне вялым. – Ну что у вас тут? Всё нормально?

–Всё в норме, – улыбаясь, ответил Павел. – Вот обучаю тут новенького.

– Саня, ты изучи тут всё, ознакомься с коллективом, с инструкциями, а через неделю поедешь на объект, на базу. Здесь будешь работать с девяти утра до шести вечера, на базе сутки работаешь, а двое суток потом отдыхаешь. Неплохо для студента, а?– Сергей Евгеньевич посмотрел мне в глаза.

– Неплохо, – согласился я, и директор вышел в коридор.

– Так это тебя на базу отправят? – с хитрой улыбкой спросил Павел.

– Да, а что, там сложно работать?

– Работать-то там несложно, но там какое-то странное место… Мужики, которые там работают, постоянно бухают. Раньше работал у нас Васька Моторин, нормальный такой чувак был, не пил, не курил, занимался спортом. Здоровый был, как бык, как наш Валерий Викторович. Однажды его утром, после пересменки, с базы в офис привозят, а он так странно на Сергея Евгеньевича смотрит, дело прямо здесь было, в комнате охраны, и на полном серьёзе говорит: « Сергей Евгеньевич, я не хочу больше на базу ездить. Можно, я напишу заявление об увольнении?» Дирик наш начал спрашивать его, что случилось, почему, а Васька ничего не говорит, только твердит ему: «Хочу уволиться, нужно уволиться!» Потом Евгенич утащил Васю в свой кабинет, они долго там о чём– то говорили. О чём рассказывал ему Вася, я не знаю, но даже здесь было слышно, что говорят они на повышенных тонах, орут друг на друга, понимаешь?..

Я кивнул.

– … Сергей Евгеньевич уговорил Ваську отработать ещё одно дежурство, чтобы человека ему на замену найти, а сам в тот же день отправил на базу Валерия Викторовича. Викторович весь день на базе тусовался, но ничего подозрительного не нашёл. Приехав с базы, Валерий ругался матом, говорил, что Васька с ума сошел.

Через два дня Васька заступил на дежурство, отработал день, всё вроде бы нормально, а рано утром, когда пошёл обходить территорию, куда-то пропал. Его напарник, Димка Фомин, обошёл всю территорию, осмотрел все углы, но даже следов Васьки не обнаружил. Снег ночью и утром шёл. На базе у нас есть две собаки, кавказские овчарки Марта и Марк. Дима их нашёл спящими прямо на дороге, между складами. Они, конечно, любят поспать, но они спят в будках, но чтобы на дороге…. Сергей Евгеньевич считает, что собак кто-то усыпил, может даже сам Васька. Кстати, ты будешь проходить тест на совместимость с собаками.

– Что ещё за тест? – удивился я.

– Если в первый день твоей работы на базе они тебя не сожрут, значит, ты будешь работать долго и, как говорится, счастливо, в противном случае…

– А что, были случаи?

– Конечно, были! Тебе потом о них мужики с базы расскажут.

– А что про Васю?

– Васю? – Павел вопросительно поднял бровь – А… Васька… Не нашли его ни на следующий день, ни потом. По телеку недавно Васино фото показывали. Его разыскивают родственники, милиция. И те, и другие неоднократно к нам в офис приходили. Про Васю спрашивали… Достали, уроды. Они что, думают, что мы здесь Моторина прячем? – Павел рассмеялся звонким смехом.

– Так, значит, я буду вместо Васи работать? – спокойным голосом спросил я, хотя где-то в глубине души у меня зародилось чувство тревоги.

– А ты, я смотрю, догадливый. Конечно ты. Меня туда хотели отправить, но я отказался. Один раз я там был, подменял одного чувачка, он сейчас в нашем «ЧОПе» не работает. Что-то мне там не понравилось. Днём ещё как-то нормально, но ночью… Собаки воют, электричество ни с того ни с сего отключается, по рации слышны чьи-то голоса, чужие голоса, на непонятном языке. Пошёл ночью с собаками на обход территории. Обхожу холодильники, где мясо хранят, собаки вдруг ощетинились, зарычали и как рванут оттуда. Территорию мы на ночь закрываем, поэтому собаки не на поводке, а так рядом бегут. На поводке их просто не удержишь, они ведь здоровые такие! Я посмотрел в ту сторону, куда собаки смотрели, прежде чем рвануть, увидел какие-то тени, испугался. На плече карабин «Сайга» висит, я его с предохранителя снимаю, иду между складами, мне страшно. Я отчётливо слышал шаги впереди. Кричу: «Стой, кто идёт?», а шаги ускоряются. Пытаюсь по рации связаться с Витькой Васильевым, с напарником, а рация не работает. Фонарик тоже почему-то не работал. В какой-то момент я запутался ногами в проволоке. Откуда там она взялась? Падая, разбил себе нос, весь бушлат залил своей кровью. Голова стала болеть так, будто вот-вот лопнет. В общем, не нашёл я никого, хотя я чувствовал, что кто-то на территории есть. Их много, они следят за мной… Наконец-то я дошёл до проходной. Прикинь, собаки спят в будках в своём вольере. Витька Васильев сидит за столом, смотрит в монитор. Я посмотрел на часы. Оказалось, что меня два часа не было. Витька мне потом рассказал, что я два часа просто бродил по территории. Он меня видел на мониторе. Камеры – то по всей территории базы стоят. Связаться со мной он не мог, рация не работает. Я тут же проверил рацию, она заработала, и фонарь включился. Ты прикинь, вот чудеса, да? Но голова ещё сильнее разболелась. Я упал на кушетку в комнате охраны и спал до шести утра. Потом меня Витька с трудом разбудил… Утром я взял видеокассету, на которой было записано наше с Витей дежурство, и поехал в офис. В кабинете Сергея Евгеньевича мы с ним просмотрели запись с двенадцати часов ночи и до двух часов утра. В течении двух часов я, как заведённый заяц из рекламы батареек бодро хожу по территории с «Сайгой» на плече. Даже виден тот момент, когда собаки дёру дали. Как бы я ни пытался увеличить изображение, нигде не видна кровь на бушлате. А я ведь домой его отвозил, чтобы выстирать. Он весь спереди был заляпан кровью. А голова утром у меня уже не болела. Ужасная была боль, думал, что сдохну.

– Это не шутка, Паша? – спросил я, думая про себя, а не отказаться ли мне от этой работы, пока не поздно.

– Нет, можешь у мужиков с базы спросить. Они по утрам здесь сидят, машину ждут, – Павел указал рукой на расставленные в коридоре стулья. – Надеюсь, ты не считаешь меня сумасшедшим?

Я не знал, что ему ответить. С одной стороны, мне это казалось шуткой, но с другой стороны, Павел говорил это с серьёзным лицом. Самое интересное, что я видел вечернем выпуске «Новостей» фотографию Василия Моторина с описанием его примет. Я знал, что он разыскивается, но не думал тогда, что буду работать там, где когда-то работал он, что меня примут на работу вместо него. Жизнь странная штука, не правда ли? В любом случае, сразу отказываться от работы в моём положении было глупо. Мне нужно было кормить семью, а где мне ещё предложат такие деньги, какие обещали платить в «Дружине»?

– Конечно, нет. В жизни сякое бывает, – ответил я, глядя в пол. – Иногда со мной тоже многое чего необъяснимого случается, особенно на студенческих вечеринках.

–Я не пью спиртное! – ответил Павел, глядя ему в глаза, я понял, что он говорит правду. – После службы в армии у меня нелады с давлением. Даже от небольшого количества алкоголя могу крякнуть. Именно поэтому я так испугался там, на базе. Когда разболелась голова, я думал, что это конец. Я переговорил с Сергеем Евгеньевичем, и он пообещал, что больше я на базу не поеду.

– Зачем ты мне всё это рассказал? – спросил я, глядя в монитор. Видеокамеры были установлены по углам здания, а также в коридорах и в некоторых кабинетах. Разглядывать снующих туда-сюда людей было интересно.

– Будь там осторожен, – тихо ответил Павел и замолчал.

На какое-то время в комнате охраны воцарилась тишина. Я понял, что Паша выговорился, и больше у него не было желания продолжать говорить на эту тему. Я тоже особо не настаивал, больше мы эту тему не поднимали.

В течение последующих нескольких дней я изучил все особенности работы в «Дружине». Павел мне рассказал и показал абсолютно всё. Я знал в лицо почти всех работников охранного предприятия, познакомился с Валерием Викторовичем.

Во-первых, Викторович удивил меня своими размерами. Я никогда раньше не встречал таких высоких и физически сильных людей, мне кажется, Арнольд Шварценеггер рядом с Валерием Викторович казался бы ребёнком. Во-вторых, Викторович был подвержен частым сменам настроений. Он мог утром зайти, посмотреть пристально на меня и прорычать сквозь зубы: «Ты чего, мля, спишь на посту, что ли?». Через полчаса он мог зайти в комнату охраны, выпить с нами чаю и рассказать какой-нибудь пошлый анекдот. Смеялся он при этом так громко, что стёкла в окне дребезжали, и казалось, что сейчас побелка с потолка начнёт осыпаться. Даже когда Валерий Викторович улыбался, глаза его оставались серьёзными. Хотя за неделю работы в офисе я видел его всего два раза, мне он показался опасным, а его заразительный смех был фальшивым, как накладные ногти моей жены.

Также я выяснил, что на втором этаже офиса располагается организация со странным названием ЗАО «Сигма». Чем они занимались, никто из охранников не знал. Они с утра приходили в офис, закрывались в кабинете и уходили только вечером. У них в кабинете был туалет и даже во время обеденного перерыва никто из их кабинета не выходил. Камер в кабинете «Сигмы» установлено не было, а окна всегда были закрыты жалюзями.

Работники «Сигмы» вели себя странно. Они ни с кем не здоровались утром, не прощались вечером. Предъявив с утра пропуск, они быстро убегали в свой кабинет и закрывались там.

Но это меня совсем не беспокоило. Меня больше всего тогда интересовала база, которую мне предстоит охранять. Однажды утром, подловив удачный момент, когда Павел пошёл на второй этаж в кабинет к директору, я подошёл к охранникам с базы, которые ждали, когда за ними приедет машина.

– Здорово, мужики! – сказал я, пожимая им руки. – Что у вас на базе нового?

– А тебе зачем? – спросил меня Николай Чистяков, который был старшим смены.

– С четверга я там работать буду. Вот решил у вас спросить, как вы там трудитесь, – честно ответил я.

– Приедешь и узнаешь! – ответил второй охранник. Позже я узнал, что его зовут Олег Лужбин, он когда-то работал в милиции. Не знаю почему, но в глазах Олега я увидел жалость. Тогда я решил, что мне это показалось.

Я только открыл рот, чтобы спросить у них, правду ли мне рассказал Павел, снаружи послышался скрип тормозов и шуршание автомобильных шин по снегу.

– Машина подъехала, – вполголоса сказал Николай, охранники встали и вышли из офиса. Я успел заметить, что они похожи на алкоголиков – под глазами у обоих мешки, от Олега пахло перегаром.

«Странные ребята, – подумал я, глядя на монитор, – какие-то они необщительные».

А ещё мне показалось, что они что-то скрывают. Их движения были медлительными и вялыми. Глядя на них, я вспомнил фильмы про зомби. Тем временем, «зомби» сели в «Волгу» и уехали.

Неделя в офисе пролетела быстро и незаметно. Я узнал всё о специфике работы и уже не чувствовал себя новичком.

В четверг, тринадцатого декабря я пришёл в офис, но не стал заходить в комнату охраны, а сел на один из стульев в коридоре и стал ждать. Пришли ещё семь крепких охранников, которым нужно было ехать на другие объекты. Одним из них был Дима Фомин – человек, с которым мне предстояло в ближайшее время охранять базу. Внешне он был чем-то похож на меня. Он был светловолосый, голубоглазый. Судя по его телосложению, тоже ходил в тренажёрный зал. Только, в отличие от меня, он был подозрительно молчалив и слегка заторможен.

«Ещё один зомби!» – подумал я тогда, глядя на Диму.

К крыльцу подъехала «Волга», мы сели в машину. Всю дорогу в машине была тишина. Мы не общались, а магнитолы не было. Ехать было недалеко, база находилась в черте города, но я молил Бога, чтобы мы быстрее приехали. Мне надоело слушать шум двигателя и собственное сопение.

Автомобиль подъехал к железным воротам и посигналил. Через несколько секунд ворота со скрипом стали открываться.

«Слава Богу, приехали!» – подумал я с облегчением.

Первое, что я увидел, когда мы вышли из машины, было обшарпанное двухэтажное здание, над входной дверью которого была табличка «Офис», выполненная тем же художником, что и таблички в офисе «Дружины».

Сразу за входной дверью я увидел небольшое окошко, с надписью «Охрана».

«Здесь потрудился тот же дизайнер», – промелькнула мысль в моей голове, от которой мне стало смешно.

В комнате охраны, кроме нас, находились ещё два охранника, с предыдущей смены – Алексей Хрущёв и Сергей Кораблёв. Не успел я поставить на пол свою спортивную сумку, Хрущёв, который в их смене был старшим, даже не посмотрев в мою сторону, скомандовал:

– Иди, обходи территорию, мы тут без тебя справимся. Возьми рацию, если что – сообщай!

Я не стал с ним спорить, взял в руку рацию, и вышел из комнаты охраны. Не знаю почему, но у меня сложилось впечатление, что им нужно что-то между собой обсудить, чтобы я не слышал.

Обход территории я начал с офисного здания. Ничего интересного я там не увидел. На первом этаже вдоль длинного коридора шли двери, на которых были таблички с надписью «Хозчасть», «Столовая», «Раздевалка» и так далее. Второй этаж выглядел примерно также, но на дверях были таблички типа: «Директор», «Бухгалтерия», «Отдел кадров», из чего я сделал вывод, что на втором этаже сидят управленцы.

Выйдя из офиса, я свернул направо. Минут пять я шёл между гаражными боксами и стоящими перед ними грузовиками. Дальше шли склады. Почти вся территория базы представляла собой большое скопище складов. Там были и добротные кирпичные склады, и металлические контейнеры. В самом дальнем конце территории был пустырь, посередине которого стояла старая водонапорная башня. Проходя мимо пустыря, я испытал какое-то странное, беспричинное чувство тревоги. Мне казалось, что в водонапорной башне кто-то прячется и наблюдает за мной. Водонапорная башня смотрела на меня пустыми глазницами разбитых окон, но сквозь окна я видел какое-то движение внутри, которое началось именно тогда, когда я стоял напротив башни. Постояв немного, я пошёл дальше. За пустырём было нагромождение старой техники. Здесь были и грузовики, и автобусы, и легковые автомобили. В основном, это были ржавые мятые кузова. Я прошёл дальше, увидел пять холодильных камер. Когда я проходил мимо них, мне в нос ударил сильный запах аммиака.

Когда я дошёл до офисного здания, я посмотрел на часы. Оказалось, что на обход территории мне понадобилось пятнадцать минут.

К тому времени «Волга» со сменившимися охранниками уехала, в комнате охраны Дима был один. Он велел мне прочитать инструкции, а потом рассказал об особенностях работы. Оказалось, что работать на базе было даже легче, чем в офисе «Дружины». Нужно было осматривать въезжающие и выезжающие машины, оформлять пропуска посетителям, вечером закрывать и опломбировать склады, а утром открывать их. И всё, ничего сложного. В промежутке между двенадцатью и четырьмя часами дня там вообще было затишье, можно было даже посмотреть телевизор, почитать книги.

В тот же вечер, после шести часов, когда все работники разошлись по домам, мне предстояло знакомство с собаками, которые ночью охраняли территорию. Тест на совместимость с собаками проходил так, как мне рассказывал Павел Чесноков: с двумя вёдрами варева (что-то среднее между кашей и супом), перемешанного с мясом и костями, я зашёл в вольер. Я думал, что Дима пойдёт со мной, но он, к моему ужасу, остался снаружи, закрыв за мной дверь вольера. В вольере стояли две большие будки, по углам вольера лежали большие замёрзшие кучи собачьего кала. Сами понимаете, запах там был ужасный.

Из будок послышалось громкое рычание, а потом я увидел две большие лохматые морды. Мне говорили, что собаки на базе большие, но я не думал, что они большие до такой степени. Эти зверюги были просто огромными. Они вышли из будок и, рыча, стали приближаться ко мне. Когда я увидел их клыки, мне стало страшно, я вжался спиной в металлическую дверь вольера и пропищал:

– Дима, открой мне! Пожалуйста…

В ответ на это Дмитрий сказал:

– Поздно. Не забудь, что первой нужно дать еду Марте. Она сейчас слева от тебя. Потом Мартину. Действуй!

Сделав два глубоких вдоха, я изобразил улыбку на лице, сделал шаг вперёд и крикнул:

– Марта, Мартин! Я вам ужин принёс!

Услышав свои имена, собаки перестали рычать и сели у своих будок. Я подошёл к Марте, вылил содержимое ведра в миску, стоящую напротив её будки, потом наполнил миску Мартина. Виляя пушистыми хвостами, собаки стали есть. Я подошёл к двери вольера, подёргал за ручку.

– Дима, открой!

– Ещё не всё! – прокричал из-за двери Дима.

Как бы в подтверждение его слов, собаки, быстро покончив с ужином, и вылизав миски, подошли ко мне. Марта сначала понюхала мои штаны. Я почувствовал, как влажный нос ткнулся мне в колено. Потом Марта стала лизать мою руку. Когда я потрепал её по густой мягкой шерсти, Марта встала на задние лапы и попыталась лизнуть меня в лицо. То же самое сделал Мартин. Если бы я не стоял спиной у двери, я бы упал. Стоя на задних лапах, они были выше меня и, судя по весу, каждая собака весила не меньше восьмидесяти килограммов.

–Теперь всё! – произнес Дмитрий и открыл дверь. – Марта, Марк, гулять!

Услышав слово «гулять», собаки выскочили из вольера, чуть не сбив меня с ног.

Ночью я пару раз прошёлся по территории, подышал свежим морозным воздухом. Собаки, увидев меня, начинали вилять хвостами, прыгать вокруг меня, радостно лаять. Они с удовольствием сопровождали меня во время обхода территории, но, дойдя до пустыря, почему-то поворачивали обратно. Мне их поведение показалось странным, и я поделился своими соображениями с Димой, на что он ответил:

– А что ты по территории ночью шляешься? Забор высокий, две большие собаки, камеры… Зачем ещё ходить куда-то?

Дмитрий никогда не гулял с собаками, из чего я сделал вывод, что он их боится. А может быть, просто собак не любит.

На территории собаки обычно гуляли до шести утра, в шесть утра мы их загнали в вольер и ещё раз накормили. Утром еду для них мы варили сами.

В общем, охранять базу было не трудно, порой, даже интересно. Ночные прогулки по территории с собаками мне нравились, иногда я играл с ними в «догонялки», в «принеси мне палку» и так далее.

Проработав неделю, директора базы, Владимира Николаевича, я видел только один раз. Он заехал на территорию на своём тонированном «Джипе», припарковал его у офиса. Проходя мимо окошка с надписью «Охрана», он ни только не поздоровался с нами, он даже не обратил на нас никакого внимания. Владимир Николаевич проскочил мимо нас и стал подниматься наверх. Меня всегда раздражало такое поведение людей.

«Мы же твоё добро охраняем, а ты, свинья, даже не смотришь в нашу сторону!» – с обидой подумал я, но вида не подал. Как будто, так и должно быть.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.