НАСЛАЖДЕНИЕ

Это делают все: и люди, и звери, и птицы. Но каждый делает это по-своему.

Пролетая над землей, под самыми облаками, они хорошо видели, как на безупречно-чистой, лососево-розовой простыне, на мягкой, уютной, красиво расстеленной и приятно благоухающей постели, в одном безумно дорогом и шикарном гостиничном номере с большими, роскошными белыми лилиями по всем четырём углам, на самом верхнем этаже с потрясающим видом на огромную ослепительно голубую лагуну обнимались молодые люди.

Уже в другой раз и в другом месте, низко пролетая над незнакомым городом, они отчетливо видели, как на заднем, широком, но страшно скрипучем сидении старого автомобиля с мускулисто-серебристым, летящим вперед оленем на белоснежном капоте, прямо в центре столицы, прямо перед памятником какому-то вождю, во второй полосе, средь бела дня целовались двое.

Приземлившись на землю после длинного перелёта, они все же заметили, как на старом бабушкином, красно-зеленом покрывале в клетку, в самом укромном и самом отдаленном уголке городского парка, прямо на газоне, между высокими кустарниками колючих роз и душистой сирени, в глухую полночь, когда все нормальные люди спят и видят цветные сны, примостилась влюбленная парочка.

Утром, следующего дня, пролетая над большой деревней, они видели, как из сеновала, что на крыше большого сельского дома, вызывающе торчали чьи-то ноги. Четыре голые ноги, две мужские и две женские! Голые ноги торчали прямо на улицу, ведущую к сельсовету, на котором развивался флаг молодой страны. Одна пара ног была бледная, вторая темно-шоколадного цвета. Но ни падавшие по утреннему небу метеориты, ни спешившие на работу товарищи рабочие в серых комбинезонах, и служащие в кожаных кепках не обращали на эти странные утренние ноги никакого внимания. А они все видели.

Где-то в одной отдаленной галактике, на одной небольшой, но давно обжитой планете, на окраине маленького невзрачного городка, рядом с которым течет тихая речка, впадающая в красивый, старинный, живописный пруд, в старом трёх этажном кирпичном доме, в небольшой двушке с не застекленным балконом жила одна семейная пара, муж и жена.

Жила эта пара на третьем этаже с видом на заросший дворик с бельевыми веревками, ржавым турником, небольшим палисадником с ромашками, кирпичным мусоросборником и высокой, метра четыре, кучей щебенки возле подъезда. Рядом с их домом, ютился продуктовый магазинчик. Недалеко в соседнем строении была галантерея. Рядом, по соседству с ней, на углу квартала пристроилась и вкусно пахнущая сдобой кулинария. Имеется в этом городе также и парк, с тремя оставшимися еще целыми лавочками и тремя детскими покореженными каруселями.

Местной достопримечательностью этого города была высокая, черная, заводская, вечно дымящаяся труба. Что выпускал этот завод, никто не знал. Никто не видел, что бы в заводские ворота кто-то входил, и кто-то выходил. Но труба всегда дымила гадким дымом. А поверх заводского бетонного забора была натянута колючая проволока. Только изредка, по ночам, в полнолуние был слышан вой собаки. Есть в этом городке и свой роддом.

Если пройтись дальше по этой же улице, обходя открытые люки и огромные зеленые, вонючие лужи, то через три обшарпанные пятиэтажки и старую, заросшую крапивой канаву стоит детский садик с песочницей. За садиком одиноко, как-то по-сиротски белеет двух этажная школа с треснутыми окнами, чуть дальше на пустыре железные гаражи в три ряда, за ними местная больница и морг.

В трех километрах от больницы, находился живописный полузабытый пруд. Этот пруд можно перейти по мостику. Старый бревенчатый мостик повидал на своем веку многое: на нем и в любви активно признавались при Луне, и рыбу ловили при хорошей погоде, и пейзажи рисовали начинающие художники, и принимали важные решения: быть или не быть.

За этим старинным прудом, через лесопосадку находится маленькая церквушка и городское кладбище, огороженное невысоким деревянным забором с дырками. За кладбищем же лежат старые, ржавые железнодорожные рельсы, проходившие через весь городок и ведущие прямо в большой стометровый в глубину, природный каньон. Самого поезда, который ездил когда-то по этим рельсам никто из местных старожилов яко бы не помнит. Что или кого он возил, люди тоже не говорят. Если стать на край этого каньона, то вдалеке, у самого горизонта можно рассмотреть монгольские юрты. Здорово! Что еще людям нужно на этой планете? Иногда, раз в году приезжал сюда бродячий цирк, на зимовку.

Варфоломей – так звали мужа, работал почтальоном. Он был не высокого роста, слегка сутулый, носил очки и бороду. Всегда носил черную шляпу с полями и простой черный костюм на чистую, белую рубашку. Он любил улыбаться всем встречным, показывая свои красивые, ровные и целые зубы. Жена называла его Вахруша. Этот добродушный Вахруша ежедневно, с самого раннего утра молчаливо развозил на старенькой, скрипучей тележке почту по домам и квартирам. Он аккуратно и бережно вкладывал газеты, журналы, письма, телеграммы и поздравительные открытки в чужие почтовые ящики, был весьма старательным и любил свою работу. Почтальоном он работал больше десяти лет.

Любопытному и любознательному Вахруше очень нравилось читать чужие поздравительные открытки. Это была его слабость, страсть, хобби и второе в жизни увлечение. Каждая новая открытка была словно пещера с сокровищами, словно найденный клад, словно глоток такого долгожданного воздуха. Каждая такая открытка вселяла в него надежду на то, что не все еще потеряно и не все так плохо в его не простой жизни. Некоторые открытки он перечитывал по несколько раз, выискивая изюминку и то самое главное ключевое слово. В такие моменты он испытывал настоящее удовольствие, трепет и предвкушение чего-то приятного, праздничного и вкусного. Часто ему везло. Книг в их доме практически не было, а вот чужие открытки ему почитать было очень интересно, а иногда и очень полезно. Можно было узнать много интересного и весьма любопытного. Например, у кого из горожан намечается торжество и случайно напросится или просто молча постучаться в гости, что бы там просто нормально поесть. Дома его так не кормили.

А дни рождения, юбилеи, крестины, свадьбы, похороны и другие семейные торжества случались у жителей этого городка часто.

Трудолюбивый и старательный, он никогда не голодал. Городок был не большой и Варфоломея многие знали, как воспитанного, интеллигентного, примерного и образованного человека. Его часто впускали в дом и усаживали за праздничный стол, часто возле или напротив самого юбиляра.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.