Звезда княгини Ольги
Дочери Руси
Любовь Сушко

© Любовь Сушко, 2024

ISBN 978-5-4493-0936-5

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Любовь Сушко

Звезда княгини Ольги

Пролог

Летописцы говорят, что была на земле русской княгиня в старину глубокую.

Прекрасная, своенравная, строптивая княгиня. Не многие мужья, богатыри да князья славянские могли с ней сравниться и в мудрости и в мужестве.

Вот и в памяти людской осталась она на века вечные.

А было все это так давно, что теперь и разобрать, и узреть те времена трудно.

Но она жила, воевала, любила и ненавидела в те давние времена. То ли жена, то ли воин отважный.

Говорят, с самого начала она готова была ринуться в сражение, и так сложилась ее судьба, что пришлось ей воевать снова и снова.

Она не просто стала княгиней на Руси, она оставалась ею даже после гибели мужа, после того, когда сын ее Святослав занял великий киевский стол.

Какого роду и племени была она, откуда явилась в этот мир, нам не суждено этого узнать и понять, вероятно. Даже имя ее настоящее сокрыто от нас, а Ольгой она назвалась, надеясь защиту и силу князя Олега получить после ухода его в мир иной. Да и вообще была она им тогда очарована, покорена, вот и стала так называться

А после страшной смерти своего мужа, князя Игоря, стала она Великой княгиней, не позволив править чужому князю в Киеве.

Наверное, проще простого было уйти в тень, отдав власть мужу чужому, но не поступила так Ольга – она властвовала, покоряла, побеждала от первых до последних минут своей земной жизни.

Тогда, узнав ее силу и власть, отходили и пасовали мужи, будь то воины или волхвы.

Вот и гордый Византийский император должен был с нею считаться, помня л жестоких набегах Олега, имя которого она носила и прикрывалась им лучше, чем иные щитами.

Немало находилось тех, кто говорил, что Дьявол или бес вел ее в том мире, кто-то помнил о том, что сначала она вместе с Олегом смеялась, а потом все-таки свой взор обратила к Христу, и служила ему верой и правдой.

И те, кто твердит, что никогда она ему не служила, тоже правы оказались.

Но ведь понятно, что ни Бог, ни Дьявол не станут помогать тому, кто сам ничего делать не собирается, человеку пустому и бесцветному, а везет тому, кто сам везет. А милы им самые сильные, чистые и светлые души людские.

Тогда она обратила взор свой к Христу, не понимая еще, что там рабство беспросветное и тьма вечная.

Будь Ольга с самого начала христианкой, разве прожила бы она такую яркую и яростную жизнь? Да никогда, волю сломила религия, заставила ее склонить колени и подчиниться. А бог, следящий за каждым шагом, никогда бы уже не допустил того, чтобы она оставалась смелой и независимой.

Но она пришла к нему, с ним и оставалась до конца, то ли испугавшись своего прошлого, то ли пеклась о грядущем, желая искупить свою вину за загубленные прежде души.

Но разве способен человек знать наверняка, где благо, а где зло, когда он поступает правильно, а когда заблуждается?

Но она с ужасом смотрела на сына Рюрика Игоря, ставшего ее мужем, и потом почувствовала, что и в Святославе столько темного и страшного, что ей придется молиться за его душу.

А сын смеялась над богом ее и внезапной покорностью и никак не мог понять почему и как она стала такой вдруг.

Но можно понять и князя Святослава, знавшего с детства совсем другую матушку, ту, какой он гордился когда-то.

Какое это было испытание, видеть ее смиренной и молящейся чужому богу, который для вечного воина был странным и чужим всегда.

Он ничего не мог понять и принять, когда взирал на чужие лица, нарисованные на кусках дерева.

Она умна, даже мудра, тогда почто она такой сделалась. Как она могла поверить, что бродяга-проповедник, казненный среди разбойников, и есть тот самый бог, который спасет этот мир? Но кроме всего прочего он еще осуждает воинов и сражения, а это уж никуда не годится.

Чем тогда должен заниматься муж, любой рожденный мужчиной в этом мире? Невыносимо было смотреть вечному воину на такие перемены. Но почему безоговорочно принявшая рабство, она оставалась непоколебима, словно не могла на этот раз ошибиться. Он пытался с ней говорить о том, но она молчала, поджав губы. Они больше не говорили ни о чем.

Наверное, она видела тот рай, который ей был обещан там. Но ведь в этом случае она никогда больше не увидит Олега, она не встретиться с ним в вечности.

Она выбрала покой, но за него придется платить страшную цену и ей, и всем, кто решит пойти за своей княгиней

Нет, судьба не подвластна всем нам, она необъяснима и порой совсем непонятна. Остается только дивиться тому, что творится с нами. И иногда до самого ее финала мы так и не находим объяснения тому, что творится вокруг.

Но хаос и порядок снова и снова сходились в судьбе человека, и вытекали один из другого.

Грозная и могущественная княгиня, преклоняя ноги перед неведомым богом, замученным и снова воскресшим останется в памяти и вернется к нам, она снова и снова будет возвращаться назад.

А за этим стояло отторжение в душе сына, и крещение, которое затеет ее внук князь Владимир.

И вот уже тысячу лет будет длиться то, чему начало было положено в ее суровое и такое нам всем непонятное время.

А мы сегодня переносимся к началу ставных дел княгини Ольги.

Это наше прошлое, но будущее ли это наше? Вот в чем вопрос.

У этой истории есть еще один главный герой, действующее лицо, которое остается с нами до сих пор. У него разные лики и разные имена, его не хотят замечать и признавать многие, кто-то боится даже имя его произносить, потому что суеверия живы и нынче в наших душах. На него мы с легкостью списываем все свои грехи и промахи, просчеты и неудачи. А он спокойно и весело прощает нам все это, потому что спорить бесполезно.

Он появляется рядом с нами, как появлялся с ними когда-то, а ведь надо чем-то заниматься в его бессмертии, чтобы от скуки не помереть.

Но нельзя о нем забыть, потому что без него мало что бы оставалось в этом мире, а жизнь была бы серой и незначительной, скучной и просто пресной, как еда без соли.

Но вместе с ним мы живем и копошимся, совершаем и исправляем свои ошибки, раскаиваемся в грехах, чтобы совершать новые грехи, это и есть реальность.

А еще он хранит все, что было когда-то в своей памяти и нам всего этого не забыть никогда, мы пишем своим книги, после того, когда слышим его истории.

И наши души обращены в прошлое, потому что мы пытаемся узнать и понять, как и что было в те времена.

И только его стараниями и радениями, мы видим лик княгини Ольги из той старины глубокой к нам обращенный.

Только Мефи может рассказать, что было тогда, и какой она была, даже для наглядности во сне ее показать.

Вот он нарисовался снова, садится в кресло, покачивая копытами, закинув одну ногу на другую, и взирает на меня насмешливо и самоуверенно.

Ему не надо заглядывать в мои рукописи, он прекрасно умеет читать мысли и знает, что там написано.

Он снова вмешивается и поправляет меня, если я окажусь не права, особенно сердится он, если я, как и многие кому-то иному приписываю его дела и заслуги,

Так и пишу жития князей, а вернее саги о них.

Конечно, не стоит ему так уж доверять. Ведь что-то он может позабыть или нарочно перепутать. Хотя сам же потом исправит то, что было не так.

Одно только можно сказать наверняка, иногда трудно поверить таким его рассказам, но почему бы и не поверить, ведь доказательств обратного тоже не было.

Сегодня мы с ним начинаем новую сагу или сказ, это как вам будет угодно. Мы попробуем вместе вспомнить и рассказать о княгине Ольге.

Он наморщил лоб, припомнив то время, и решил перенести меня туда, а почему бы и нет.

И вот я вижу уже поминальные костры – хоронят князя Олега, викинга Одда, совсем юным, прибывшим на наши земли вместе с князем Рюриком, которого позвал домой старый Гостомысл, готовый отправиться к своим предкам в мир иной.

Ковши круговые, запенясь, шипят

На тризне плачевной Олега,

Князь Игорь и Ольга на холме сидят,

Дружина пирует у брега.

– Твой гений неплохо все это передать сумел, но меня там не было, он сам как-то туда проник, – говорит мне Мефи, – наверное, на то и гений.

Я готовлюсь слушать его рассказ, запомнить и рассказать вам все, что мне самой будет ведомо.

Но он вздыхает тяжело и как-то обреченно. Мне хочется узнать, что же случилось. Я даже забываю, что он читает мои мысли, и совсем не нужно произносить вслух какие – то слова.

– Не люблю я эту Ольгу и не понимаю, на кой бес она тебе сдалась, -признается он, – может сразу к Святославу перейдем? Там поинтереснее все будет.

Но я знаю, что он просто капризничает, ломается и набивает цену. Его надо хорошо попросить, желательно три раза, чтобы он согласился со мной.

Хорошо, что я уже научилась с ним управляться.

– Ладно, давай начинать, – соглашается Мефи, но ты убедишься, что это будет только напрасно потраченное время, его у тебя и так немного, а у меня вечность впереди.

В этом он прав, у него впереди целая вечность, но почему-то я не завидую ему, каждый из нас счастлив по-своему.

– Ну что же, тризна, – произнес он торжественно, чувствовался какой-то подвох.

Финал соединился с началом.

– Тризна, – повторила я, словно эхо.

Так с его помощью я и начала вспоминать о небережитом.

Часть 1 Убиенные души

Глава 1 Тризна

Где-то далеко послышался звон – полночь. Бес не прибыл во время, и свита дрожала в ожидании гнева Князя Тьмы. Но тот оставался спокоен, хотя надо было разобраться с тем, кто так нагло нарушает законы. Он в последнее время много себе позволяет.

К концу приема, когда все уже отчитались о том, что было сделано, он все-таки явился к трону повелителя. Казался тихим, но не из-за того, что испытывал вину за опоздание.

Когда все повернулись к нему, он только буркнул:

– Змей нынче моего Олега укусил, а я опоздал.

– Он сам этого хотел, – спокойно отвечал князь, не обращая внимания на его дерзость.

– А может ты этого хотел, ты же знаешь, как я его любил, души в нем не чаял.

– Это ты меня попрекаешь? – поинтересовался князь, все еще не замечая, как тот себя ведет нагло.

– Он мог бы еще пожить и повевать, я для него Ольгу украл, а не для безголового пацана, – стал ныть тот. Кажется, расстроен он был в первый раз за десятки веков верного служения князю тьмы.

Князь молчал, тогда бес прибавил

– Ты уж не серчай сильно, но змея твоего я Олеговы мечом на десяток кусков порубал..

– Хорошо, что предупредил, – усмехнулся тот, – а не ты ли недавно доказывал с пеной у рта, что свою возлюбленную Европу не променяешь ни на одно место в мире, и уж тем более на славянские земли. Отчего это твои пристрастия так быстро поменялись?

Конечно, все он прекрасно знал, почему да отчего, только хотел немного развлечься. Когда-то бес измывался над его неравнодушием к Рюрику. Но вот уже тот отыгрывается на его трепетном отношении к Олегу. Да что греха таить, бес к нему привязался. Олег искал смерти, Князь ему ее подарил, и вполне приличную ту которая останется потом во всех мифах и сказаниях.

Смерть от укуса змеи была почти безболезненной и немного загадочной. Так что же еще требует от него это исчадие ада, которому, что бы ни сделал, все будет плохо.

Сам он относился к Олегу почти равнодушно. Потому что тот был вторым, а не первым, потому что настоящим князем он не был, а так, скорее заместителем, пока подрастал сын Рюрика. Да и внешне он был слишком красив для князя. Хотя лучшей замены внезапно умершему Рюрику и не найти, но Князь вовсе так не считал.

Но ему все время приходилось следить за Олегом, теперь они с бесом поменялись местами. Его интересовало все, связанное с землями славян, и князь Рюрик, которого он вел от начала до конца, был его любимцем. Да, дерзким, порой несносным, ведь его викинги воспитывали с рождения, да и другого такого в свите его все одно не было.

Со Змеем пакость небольшая вышла, но как же в их мире без промашек. Но Олег и сам по себе уже сходил с дистанции, больше от него нечего было ждать. А за Игоря можно не бояться, потому что с ним рядом навсегда останется княгиня Ольга. Она не позволит ему развалить все, что они охраняли с таким рвением.

Хотя печальная участь несчастного княжеского сына и состоит в том, что жил он сначала за спиной грозного отца, а потом и еще более грозного дяди своего.

Конечно, жаль его немного, но ничего у него не получится. Ольга, именно она станет той княгиней, о которой можно было только мечтать.

Князь решил не появляться больше на земле, он и без того там потрудился больше, чем требуется, а вот настал час для Мефи, он справится со всем, что там творится. Под его присмотром Рюриково княжество развалить Игорь не успеет. А вот Ольга, помня об Олеге, сохранит его и умножит. Это о ней потом будут слагать песни и легенды.

А на славянских землях в то время происходили большие перемены. Утром была назначена тризна по Олегу. И хотя уход его в Киев восприняли не так бурно и яростно, как уход Рюрика в Новгород, но соперником первого князя он был достойным, это признавали и враги его и друзья.

Глава 2 На тризне печальной Олега

Как шумно было в княжеских покоях в те дни, казалось, что весь свет брел сюда, чтобы приблизиться к телу усопшего князя. Живой он вызывал трепет и страх, и любовь и ненависть, а мертвый, сожаление и почтение.

Уже в первый день после его ухода появились легенды одна невероятнее другой. Он, наверное, слышал какие-то сказания. Конечно, если он вообще мог что-то еще слышать.

Но кажется, ему было все равно, что бы там не происходило, он был холоден и безучастен. Они к мертвому не приближались, просто хотели убедиться в том, что он точно мертв.

А потом наступила тишина и пустота, покой, как-то неожиданно свалившийся на него. Как только вынесли его тело к костру, все переменилось.

Ольга бродила по пустой гридне, не понимала, что ей делать и как быть дальше, хотя кто был для нее старый князь. Почему она должна по нему убиваться. Хорошо. Что не отправили вместе с ним к предкам, как было в старые времена.

Его и тайно и явно ненавидел и боялся ее муж, теперь страхи его пропали вместе с известием о смерти князя Олега, стол был свободен, он наконец дождался своего часа. Законный наследник, сын Рюрика, не мог и голоса подать, пока был жив его дядюшка, и правил этим миром единолично, хотя и был только опекуном его и наместником. И она должна была вместе с мужем радоваться его уходу, но в душе оставалась пустота и печаль, и ожидание беды, большой беды, которой теперь, когда нет широкой Олеговой спины, не избежать.

Она помнила первые мгновения их встречи, седовласый красавец взирал на юную деву, и она поняла, что находится в его власти. Усмешка снисходительного превосходства, вот что словно хлыстом ее удалила. И насколько понятен ей был муж, настолько таинственным и непонятным казался он. Уже при жизни и не только для юной девицы, непонятно откуда взявшийся, он был настоящим героем, человеком из другого мира. А сейчас это чувство только усилилось, полонило ее душу. Сначала она хотела оставаться равнодушной, но надолго ли хватит неискушенной девичьей души, когда такой викинг, такой князь рядом.

Она боялась только того, что Игорь узнает о ее чувствах и прогонит ее, не задумываясь.

Но он был равнодушен, и заботило его только собственное место при Олеге, а если он что-то и знал, то словом не обмолвился, словно ничего не было и быть не могло.

Теперь, когда Олега больше не было, он совсем забыл про Ольгу, и думал только о мире, доставшемся ему в наследство. Она могла делать что угодно, его вечно не было во дворце, и она даже пару слов сказать ему не могла.

Когда она увидела Олега впервые, она поняла, что полностью находится в его власти. Он мог с ней делать, что ему вздумается, такова была его невероятная сила и власть над ней

Ум, красота, сила, обаяние – это все было у старика, и не было этого всего у ее юного мужа, да и откуда ему было взяться, человек рождается с этими качествами, их нельзя получить потом.

Игорь ждал момента, когда Олега не станет, и вот тогда, но она понимала, сколько бы лет ему не исполнилось, таким он никогда не станет. И тогда и случилось то, что случилось. Это была ночь на Купалу, когда она оказалась в его объятиях, кажется, даже он сам не знал, как это получилось, а Ольга ни о чем не думала и бежать от объятий старого князя не собиралась.

Хлебнувший медовухи Игорь забыл о ней и тоже был с кем-то и где-то.

В эту ночь, когда миром начинал править молодой и прекрасный бог, все было возможно, все дозволено.

И потом ей мечталось стать его женой, но он словно забыл обо всем, и женой ее делать не собирался, хотя мог бы. Он даже не узнал о ребенке, которого она носила под сердцем, о своем ребенке.

Ей оставалось только тосковать и горевать, и понимать, что больше никогда ничего не случится. Но у нее была эта восхитительная ночь, больше и не надо, потому что тогда она разрушит все, чего добилась, что смогла получить, внезапно на лесной тропе встретив Игоря, и еще не ведая, кто он такой.

Но ей пришлось быстро смириться с тем, что происходило с ними потом. О наследнике Игорю она сказала в тот день, когда Олег отправился на ловы, и вернулся оттуда уже на плаще княжеском мёртвым.

А если вспомнить то, что рассказывали о женах и девах Олега, то старухи говорили шепотом только об одной – которая погибла при загадочных обстоятельствах, и любил ли он ее при жизни, как знать. А вот после смерти никто не мог ее заменить. Говорят, князь часто уходил на лесное озеро, туда, где она должна была, судя по всему оставаться.

Так ли это было, кто его знает, но не было девиц, которые бы убивались и провожали его в тот путь в вечность.

Вот и она любила его мертвого больше чем живого Игоря, и с этим придется как – то жить

Глава 3 Тризна продолжается

Еще при Олеге, а особенно после его ухода, Ольга оставалась проницательно и невозмутимой. Она была даже мудрой по-своему, если мудрой может быть такая юная девица.

И только однажды при Олеге Ольга чуть не выдала себя и не погубила, когда он о чем – то ее спросил, а она никак не могла понять, что же он от нее хочет. Вот тут она испытала дикую панику, и металась так, что стали оглядываться вельможи, которые так и не поняли, что собственно произошло.

Она немного успокоилась, когда осталась, наконец, одна. И разум стал брать верх над чувствами. Она должна была жить, родить наследника и стать княгиней, больше ничего от нее не требовалось.

Та, которая находилась на дне озера должна была остановить ее, ее судьба будет совсем иной.

Но она верила в то, что могучий Олег будет с ней всегда, что с ним просто ничего не может случиться и не случится. Стремление стать рабыней, пусть и такого властелина ей было чуждо и дико.

Она навсегда запомнила тот закат, когда привезли тело Олега. Она впервые так близко видела мертвеца, и он совсем не было на себя похож.

Торжество Игоря, молчание всех остальных – она запомнила это и почувствовала начало конца, неизбежное и вечное.

Исчезла хрупкая надежда на то, что она станет его княгиней, что он будет защищать ее и ее ребенка всегда, что он воспитает настоящего князя

Пустота заполонила ее душу надолго, она просыпалась и ждала, пока услышит его голос в переходах, его шаги, но ничего больше не слышала.

Но она так долго притворялась, являя свое равнодушие к нему, что теперь больше не могла этого показывать.

И хорошо, что Игорю не было до нее дела, что он упивался властью и обрушившейся на него свободой.

– Без Олега нам будет худо, – говорила она верной служанке своей Малуше, и девица эта только молча кивала. Она знала, что останется при княгине только если будет молчать и соглашаться.

№№№№№№№№

Во время тризны она стояла перед костром спокойная и прямая, можно подумать, что это совсем ее не волновало.

Маска стала ее лицом, она приросла к коже, и стала сутью княгини, только с ней она и могла выжить в этом суровом мире, теперь, когда не было Олега.

Она повторяла это в сотый раз и не могла поверить в то, что так все и есть.

Никто, кроме беса не заметил бурь, теснившихся в ее груди. Многие из собравшихся говорили о ее красоте, гадали о том, откуда она взялась, жалели, потому что в мужья ей достался только Игорь, а значит быть беде.

Ольга сразу же почувствовала отношение к новому князю, и стала думать, как ей все изменить.

Вот уже появился огромный курган рядом с Рюриковым, а они все несли и несли к нему землю, чтобы он стал выше и выше.

Говорили, что вместе с Рюриком хоронили и его жену, будто был у них такой обычай. Олег не позволил бы никого убивать, может быть какая-то служанка, только он уходил в одиночестве, полном одиночестве.

Ольга не собиралась умирать не то, что с Олегом, но и с Игорем, если с ним что-то случится, она позаботится о том, чтобы уцелеть.

Много чего вспомнили потом на Олеговых поминках, которые длились неделю. Кто-то невидимый то выл, то рыл, говорят, на околице за дворцом слышался плач Домовых и не один вечер. Это приводило в трепет даже самые мужественные и отчаянные души.

Говорили, что все волхвы собрались около кургана в одну из ночей, и о чем-то говорили с князем, уверяли, что он пока еще остается с ними. Кто-то посадил там голубые цветы, которые тут же начали цвести. Их потом стали называть незабудками.

Говорили, что цветы заколдованы, потому что никто прежде таких не видел.

Другие уверяли, что это Перун в отместку за то, что слава князя превзошла его собственную, сделал цветы такими.

Среди ночи так грохотал гром, так сверкала молния, что, наверное, не один черт повержен был, да и люди видно погибли.

Потом говорили о том, что в ночной тьме голубые цветы сажала сама Ольга в память об Олеге, именем которого ее и стали называть тогда, а каким было ее настоящее имя, никто уже не помнил.

Именно эта последняя легенда о голубых цветах на Олеговом кургане и осталась, и пережила все остальные.

Игорь сам ее услышал последним и отправился на рассвете взглянуть на эти цветы окаянные.

Они синели среди зеленой травы, и вырвать их он не решился, боялся нарушить покой своего дядюшки, или не хотел, чтобы тот взял, да и вернулся назад внезапно.

Да и бес не позволил бы ему совершить этого, уж если есть эти цветы, то пусть они и остаются там. Самое главное, он не чувствовал, что Олег покинул их, казалось, что оглянешься внезапно, а он стоит за спиной и усмехается.

Говорят, он всегда был связан с духами, смог с ними с самого начала договориться, а самому Игорю это никогда не удавалось. Не потому ли они и мстили ему такими мелкими пакостями, как эти голубые цветы на кургане.

От таких помыслов сердце его готово было разорваться на кусочки.

Он схватил меч и рубанул по цветам, но с ними ничего не произошло, меч отскочил от них, тогда князь в ужасе отшатнулся и чуть на свой меч не напоролся.

Происходило что-то дикое и страшное, необъяснимое.

Игорь отступил и решил больше сюда не приходить. Хорошо, что никто не видел всего этого.

Олег смеялся над ним, так как умел это делать он один. Он навсегда остается победителем, на том и этом свете.

Глава 4 Бесплодие усилий

Игорь чувствовал, что в схватке, в которую втянула его невидимая сила. Он был совсем один. Какие там драконы и люди, когда даже с малюсенькими цветками на кургане он не мог справиться.

Через несколько часов он узнал, что сплетни о его войне с незабудками уже летели по всему Киеву со скоростью молнии, но кто же мог видеть то, что творилось около кургана. После пересудов и насмешек, которые плодились и множились, они возникали снова и приносили Игорю много разочарований.

Он торжественно обещал себе самому больше не поддаваться своим чувствам, и ничего такого не делать, даже если черт будет толкать его на что-то подобное.

Обо всем, что случилось у кургана, тут же рассказали княгине. Она только усмехнулась в ответ. Она не собиралась со служанками обсуждать своего безрассудного мужа, но понимала, что он причинит ей немало хлопот. Представить в подобной ситуации Олега она просто не могла, а ведь тот даже князем по крови не был. Она едва сдержалась, чтобы не сказать ему все, что об этом думает.

Она не садила никаких голубых цветов, но ей очень хотелось, чтобы так было на самом деле. Кто-то угадал ее желание и сделал за нее то, что ей хотелось самой, и даже слух потом пустили, что это была она.

Ольга надеялась, что тот самый тип будет ей и дальше помогать во всем. Пусть потом за все придется расплачиваться, она не боялась этого, но пока она молода и осталась одна, пусть сбывается то, что ей хочется.

Игорь не сказал больше ни слова, меньше всего ему хотелось выглядеть жалким и бессильным в глазах жены.

Ольга ему ни о чем не напоминала. Но тогда оба они поняли одно: мертвый, казалось навсегда ушедший, Олег всю жизнь будет рядом с ними. Только в первый миг им могло показаться, что он простился и ушел навсегда. Но он оставался рядом, и так будет до конца, возможно, он просто останется хранителем рода, будет хранить и тревожить их души.

Уход человека, то, что они не видят его зримо, еще ничего не значит. Тень была с ними, память все время к нему возвращала. Он жил на земле, пока были живы они. Потому Ольга ничего не говорила о цветах. Игорь полагал, что она причастна к происшествию, стал в чем-то ее подозревать. Хотя подозрения эти теперь уже были смешны, но и успокоиться он никак не мог.

Так с нелепости началось его княжение в этом мире, и он снова убедился, что весь мир был настроен против него, ни одна живая душа ему не сочувствовала, никто ни в чем ему не помогал. А если люди стремились, то они хотели только унизить его, показать, что он ни на что не способен.

№№№№№№

Происшествие с голубыми цветами на следующее утро обсуждали в тронном зале Хранителя Тьмы

– Это что за издевательства? – не удержался он

– Я их Олегу вывел. А что нельзя что ли они навсегда останутся. Чтобы не вздумали моего князя забывать, – твердил бес, – я же не знал, что этот безголовый мои цветки рубить станет, вот князька какого вырастили, глаза бы мои на него не смотрели. Я дурацкие его выходки терпеть не намерен, так и знай, хоть он и сын Рюрика, но такую заварушку устрою, что мало не покажется. Ничего, цветки мои синие стоят и ничего он им не сделает.

Мессир усмехнулся, а черт был странно серьезен, казалось, даже не шутил, когда он говорил о незабудках.

– Но зачем слухи распустил, что это дело рук княгини? – поинтересовался он, проявив странную осведомленность во всем, что там творится.

– Чтобы князьку досадить, да и не далек я был от правды, можно сказать, что желание ее исполнял.

Хитрая и коварная искра мелькнула в его меленьких глазах.

– Он сын Рюрика, – напомнил ему еще раз Властелин.

Ничего не ответил бес, только копытом топнул от досады.

На этом прием и завершился.

Глава 5 Тоска зеленая

Свершилось все, о чем мечтала Ольга.. Она стала киевской княгиней. Как долго пришлось ждать этого часа. Он пришел, но радости не принес. Она получила княжеский стол, но победительницей себя не чувствовала. Нет, она стала непроницаема и холодна. И это осталось загадкой для тех, кто был тогда рядом с Ольгой. Многие завидовали ей, хотели поменяться с ней местами, но она не радовалась случившемуся, хотя и сама дивилась таким переменам в душе.

Игорь сидел в гридне гордый и надменный, хотя лик его ничего не выражал, он просто заносился над всеми и не сбирался опускаться на землю.

Она только позднее поняла, как сильно ей не хватает Олега рядом, ведь только с ним она и мечтала подняться на эту высоту. А мужу ее побольше бы ума и рассудительности, но чего не было, того не было.

Она и в спальню как-то теперь входила в ярости. Здесь можно было сбросить маску холода и отстраненности и ненадолго стать собой юной, но страшно уставшей женой нелюбимого мужа, которому суждено было стать великим князем.

– Это тебе не нравится? – услышала она голос рядом.

Не удивилась, не испугалась, только повернула голову в сторону, откуда доносился голос.

Навстречу к ней вышел неприметный тип. Таких Ольга никогда не видела прежде, может быть Домовой. Она словно поджидала невольно кого-то. Но и он вроде бы не удивился, даже симпатию какую-то выразил

– Ты не испугалась? – спросил бес

– А чего мне бояться? Слышала, но думала, что ты будешь иным, рыжим что ли?

– Ну, какой уж есть, такой и буду, – разобижено заявил он, – если не нравится, могу и уйти, жди своего рыжего.

Он стал наступать на княгиню, показывая, кто тут хозяин

– Да останься, это я так, мы же еще и не познакомились, как следует, – попросила она, видя, что он может уйти на самом деле, – у меня дурное настроение, я так долго ждала этого, а все получилось не так, как хотелось и мечталось. Может, я просто не гожусь для этого?

Он пожал плечами, хотя ответ давно был готов, но бес не торопился, пусть сама хоть немного подумает, а то все на него только и сваливают. И дело не в том, что ей просто надоело ждать своего часа. Он скажет ей потом отчего все кажется таким неприглядным.

– На небесах все за тебя давно решили, – наконец заговорил он, – ты можешь с этим справиться, иначе бы не было тебя тут. Все из-за другого. Сказать тебе из-за чего? – поинтересовался он.– Да не тот князь с тобой рядом. Если бы Олег был, не было бы тебя счастливей, а Игорь ничтожен и плохо все для него закончится, но там виднее, думают, что ты справишься и с таким князем.

Что-то непонятное было в его речах про небеса. Но как он мог все узнать про Олега? Значит, от него ничего не утаить? Зато, раз он появился, то поможет, в беде ее не оставит, и это согревало душу.

Но все-таки осторожно она спросила:

– А ты станешь помогать мне?

– Тебе, да, – усмехнулся он, – мне Олег завещал с тобой оставаться, – а вот мужу твоему не стану, копытом о копыто не ударю ради него, предупреждаю сразу. Не нравится он мне, хоть ты кол на голове теши, все равно не нравится.

Бес решил, что он больно много говорит, из того о чем можно и промолчать.

Ольга улыбнулась. На что он ответил:

– Но что загадывать, поживем, поглядим.

А потом бес исчез. Ведь он исчезал и появлялся, когда хотел.

Оглянувшись, Ольга заметила, что она осталась одна.

Она понимала, что вряд ли сможет командовать пришельцем, хотя этого очень хотелось княгине. Нет, сразу понятно, что он станет делать то, что ему хочется. Но можно забыть о грустном настоящем и перенестись в прошлое. Летний день, а вернее ночь Купалы, ей тогда всего лишь 16 весен, она бежала босая по мягкой траве, задыхаясь от бега, и рядом прекрасный парень, он ее догоняет, а тот, кто догоняет девицу, тот может в этом году взять в жены. Она помнила его лицо, голубые глаза, светлые волосы, сильный, красивый парень давно в нее влюбленный. Сейчас должна была решиться его судьба, и ее судьба тоже. Но она никогда не видела в мечтаниях его рядом с собой. Нет, юной красавице хотелось совсем другого.

Слепая старуха-колдунья, настоящая Баба Яга гадала ей недавно, раскидывая свои камни и сказала, что другой у нее будет муж, и град их она покинет навсегда.

– Не видать Ждану счастья с тобой, но и тебе его не видать с другим, – пробормотала она, надеясь, что девица ее не слышит. Ольга слышала все. Нет, для нее мало любви, какой бы сильной она не была. Она стремительно убегала, чтобы у него не осталось и надежды.

Но сколько же воды утекло, а она в первый раз его вспомнила и с радостью и с грустью. Он не догнал ее тогда, потому что она этого не хотела, не поддалась, не стала его обманывать. В последний раз он появился, когда она уезжала вместе с Игорем. Он стоял на окраине, сцепив руки перед собой, и смотрел туда на дорогу, по которой двигались их кони в неизвестность. Никого не было больше за городской стеной. Ольга знала, что никогда больше не увидит этого парня. Они расставались навсегда. Потом она узнала, что он быстро женился и был убит во время одного из набегов. Кто-то сказал, что он просто не хотел жить больше, хотя и не знали, почему такое случилось. Могла ли быть у него другая судьба? Как знать, но своей вины Ольга не чувствовала, и постаралась скорее все это позабыть.

Все у нее переменилось, она добилась всего, чего хотела. Так почему же нет на душе никакой радости? Теперь она свободна и вольна жить так, как хочется, Игорь не станет противиться, он вообще забыл о ней, потому она может упиваться властью.. Но слова старухи о том, что она не станет счастливой больно отзывались в ее душе. Мир оказался сложнее и непредсказуемее, чем ей казалось сначала.

Но чаще всего вечерами, да и днем в чистом поле она вспоминала Олега, это была та невероятная радость, которая ей только и осталась в жизни. Порой воспоминания о нем были тягостны, но все равно она не могла его позабыть. И она чувствовала, что дальше будет только хуже и тоска ее станет еще сильнее.

Ольга легла на ложе и вытянулась, ей показалось, что она мертва, просто не осталось силы жить. Кто она, как она попала сюда, зачем она здесь? Как страшно заглянуть в завтрашний день.

№№№№№№№№

А потом вспомнилась история, несколько часов назад рассказанная девицей, служанкой Ольги. Князь рассказал ей сон, приснившийся много лет назад, сон, поразивший никогда ни во что не верившего Олега. Он говорил о страшной смерти, ждущей Игоря. Он погибнет позорно и страшно, потому что не сможет смирить свою жадность.

– Нет, – это только сон, так не может быть, – противилась Ольга.

Но почему она должна думать и заботиться о нем, если он не слушает и не слышит ее. И потом, если не миновать тому, чему быть, так зачем надо было тревожиться о том заранее?

Ольга чувствовала, что это сон сбудется, обязательно сбудется, только пока о том лучше не знать и не думать вовсе..

Глава 6 Перед рождением сына

Казалось бы, это был тупик, да что там, дно морское, с которого уже не подняться. Тоска и одиночество взяли в плен юную деву. И как недавно страстно хотела она быть княгиней, сейчас мечтала вернуться в прошлое, веселое и беззаботное время. Как она могла подумать о том, что власть и богатство принесет ей счастье? Да не бывать этому. Но вернуться туда, откуда она пришла, княгиня уже не могла, там ее ждало еще больше разочарований, а это уже выше ее сил. Но должен быть какой-то выход.

Однажды утром, проснувшись, как обычно в унынии, смутно представляя себе даже вечер этого дня, не то, что грядущее, Ольга ощутила в чреве ребенка. Она смутно представляла себе, как это может быть, хотя и была любопытна. Но что еще могло шевелиться и ворочаться в ней? Сначала она очень испугалась, хотя старалась не показать вида, а потом поняла, что это его ребенок, и тогда только обрадовалась, у нее будет наследник. Ребенок заставит ее жить и бороться, потому что с небес за ними будет следить сам Олег, он и предположить не мог, что она подарит ему наследника. О муже Ольга думала в последнюю очередь. Она родит Киевского князя, и станет не только женой, но и матерью князя, что значительно важнее. А что если он будет похож на Олега, а если родится девочка?

Но вот с этими помыслами надо было бороться. Но если это будет так, то бороться придется еще больше и упорнее, и она почувствовала, что готова к таким переменам.

Игорь все-таки узнал о наследнике, только усмехнулся:

– У меня снова появится соперник, но я знаю, как с ним бороться, этому меня Олег научил.

Ольга немного обиделась, когда услышала его слова. Она хотела сказать, что у него не было такой матери, как она, но пока решила молчать. Игорь был вспыльчив и раздражителен, он может причинить вред ребенку, а ей надо думать о нем прежде всего.

Чужой, какой же он чужой, казалось, что со временем станет ближе и роднее, но этого не случилось, если бы не Олег, она бы сбежала от него, точно сбежала, все бросив, но что-то все-таки удержало ее в Киеве, теперь память о светлом князе.

№№№№№№№№№

Мефи сразу почувствовал перемены, как только взглянул на княгиню. Он не ведал, как станет относиться к этому ребенку, но не сомневался в том, что это будет мальчик. Немало забот у него было в разное время с разными детьми, а от других чертей каких только историй не наслушался. Надо было и с этим княжичем что-то такое придумать, чтобы он стал особенным. Может подменить ребенка, пусть он воспитывается в глуши, тогда его век недолго будет, и никогда не станет князем подмененный ребенок. Но ему было жаль Ольгу, она должна чем-то заняться, иначе помрет от скуки, а он не мог все время ее развлекать.

Но никак не мог он решить, что делать с еще не родившимся княжичем, к какому Царю Морскому или лесному его отправить следовало.

Но сколько не мучился бес, он решил оставить его во дворце, и сделать из него настоящего героя, последнего героя, пока еще жив Игорь, пусть полюбуется. То, что он отводил князю немного лет, ни для кого не было секретом.

Впрочем, о том было записано в Книге Судеб, и бес к этому лапу свою не прикладывал, он просто подслушивал и пытал прях, потому что должен был точно знать стоит ли возиться с этим князем.

Выслушав его размышления, Князь Тьмы усмехнулся. Мефи засуетился, потому что не понимал, что бы это значило. Знал ли о чем-то неведомом, или что-то и сам замышлял? Но Князь темнил, как обычно, так ничего и не сказал, вот и поступай, как знаешь.

Нет, надо положиться только на себя, и действовать, как ему вздумается, это его мир и его князь.

№№№№№№

Ольга несколько месяцев была в счастливом забытьи. Игоря все чаще не было дома, он отправлялся за данью, и все ему было мало. Олег никогда бы так не поступал, за него это делали воеводы. Игорь же везде подозревал обман, и все старался делать сам.

Князь сам так долго был на посылках, что не смирился бы с тем, что кто-то решился обмануть и его самого. Олег мог позволить себе беспечность и великодушие, но это было не в его нраве.

Тайком Ольга смеялась над его рвением, понимая, что только в этом он себя и проявит. Она сразу решила, что сына будут по-другому воспитывать, он никогда не станет таким, как отец.

Кикимора и Домовой, все чаще были поблизости, и это считалось дурным знаком. Но они должны были хранить новорожденного и не позволить случиться беде.

Домовой требовал от Кикиморы оставаться рядом с бесом, чтобы он ничего такого сделать не мог. Она сначала противилась, зная, что может быть, но потом согласилась, бесов бояться, так и не жить вовсе, да и что такого он может ей сделать? Да и надо ей было поквитаться с ним за многие прежние его выходки. Так не рожденный еще княжич оказался под двойной защитой. Да и она не так слаба была, как хотела показаться кому-то. Так они и заключили союз

Глава 7 В ожидании перемен

В княжеском дворце наступила пора ожидания. Княжна была измучена его бесконечностью, и не подозревала, что не только незаметные старушки, готовые ей в любую минуту помочь, но и невиданные, неожиданные силы ждут этого часа с огромным нетерпением. Несколько раз пред ней представал незнакомец, ведущий себя тише обычного, но он казался далеким и таинственным. Ольга все время ловила себя на мысли, что при его появлении испытывала страх, словно должно было что-то страшное случиться. Он говорил мало, все больше загадками, а она, не умев разгадать, старалась держаться подальше.

В тот вечер была на диво алая заря. И шар солнца садился за лесом, странные блики ложились на княжеский дворец. Все перемешалось, казалось неестественным и очень красивым.

Ольга с утра скверно себя чувствовала, но подошла к окну, в надежде узреть что-то необычное, и поразилась закату. Каким ярким и прекрасным был этот странный мир. Она совсем забыла о том, что время течет стремительно. И что такое человеческая жизнь с бессмертием. Но человек так редко обращает внимание на красоту, на лес, на малиновый шар закатившегося солнца. А ведь так будет и потом, в каком-нибудь далеком веке, когда их не будет на земле. И человек из грядущего узрит и это небо, и это солнце таким, каким она видит его нынче тут. Но это случится, только если она родит ребенка, и у него будут дети, и у детей свои дети. Так должно продолжаться бесконечно, иначе не стоит на это надеяться. Если этого не случится, то все погибнет, потому что на него некому будет смотреть.

Сколько простояла так княгиня около окна – она не могла этого знать. А когда очнулась, то поняла, что настало время ребенку появиться на свет.

Тишина тут же нарушилась, от покоя не осталось и следа, все задвигались, засуетились, несмотря на поздний час. Вспыхнули факелы со всех сторон.

№№№№№

Из своих углов за всем этим наблюдали духи. Они немного пасовали от криков Ольги, и ждали, ждали того часа, когда послышится крик младенца, это совершалось все время, но им казалось, что такое было в первый раз.

Кикиморы могли представить какие чувства, какие страдания она должна была испытывать. Сколько раз это бывало тут, и никогда ничего не повторялось.

Домовой старался следить за происходящим, он не терял бдительности. Для них крик ребенка показался неожиданным, хотя они этого все так долго ждали.

Ребенок оказался на руках у одной их старух, она поднесла его Ольге и положила рядом с ней. А потом она быстро закрыла глаза и провалилась в сон. Мефи внимательно на нее смотрел, ему не хотелось, чтобы духи за ним наблюдали. Но разве они могли ему мешать, нарушить его планы? За эту оплошность и излишнее доверие ему пришлось дорого заплатить.

Глава 8 Сети коварства

Бабка колдовала над новорожденным. А княгиня лежала в забытьи, ничего не видела, не помнила.

Ее лицо было красивым, как прежде, но безжизненным. Мефи на секунду залюбовался ею, он решил, что действовать надо без промедления. Ведьмовское отродье, заранее сюда принесенное, оставалось в корзинке в соседних покоях. Он со всех ног кинулся туда, зная, что подменные дети долго не живут, и скоро княжич скончается.

Но удивительно, как в своем безобразии новорожденные похожи один на другого. Как легко все перепутать, надо торопиться и все сделать как можно скорее, пока одна из бабок не вошла и не заметила странное движение в пустоте, тогда все станет значительно труднее. Тут вошла еще одна и подошла к постели Ольги, оставив малыша без присмотра. Она выхватила сверток и ему невдомек, что там лежал князь, которого Домовой только что поменял местами с упыренышем, понимая прекрасно, зачем появился бес и что он тут собрался делать.

Ничего не подозревая, собственными руками бес возвращал князя на законное место, думая о том, что он делает то, что хотел, на самом деле выходило все наоборот.

Бес успел спрятать корзину за дверь, когда старуха появилась в комнате.

Она словно почуяла неладное. Но увидев малыша в люльке, сразу успокоилась и уселась на место. Мефи вместе с корзинкой и подменышем несся из княжеского дворца, довольный тем, что все так ловко удалось сотворить.

И только потом, когда взглянул на темную и гадкую рожицу, он понял, что все вышло совсем не так, как ему хотелось. Потом вспомнил рожу Домового и понял, что и на него хитрец, с виду совсем безобидный нашелся. Это называется: вор у вора дубинку украл. Этот безобидный с виду добряк незаметно сделал свое дело. Нельзя недооценивать противника. Теперь, когда его коварные планы были разгаданы, нечего было и думать, что он сможет вернуться и что-то поправить. Оставалось только вернуть упыря на место, не возиться же с ним долго и упорно, заняться каким-то другим делом, и поскорее забыть о том, что творилось во дворце князя Игоря этой темной ночью.

Домовой был доволен и спокоен. Он сделал доброе дело, не позволил совершиться злу. Да, перед ним был хитрый, коварный и решительный противник. Далеко не каждый из его собратьев решился бы на такое, а уж выйти победителем, и вовсе не много бы храбрецов нашлось, но у него все получилось. И хотя он не чувствовал себя героем – не с мечом же в руках сражался, но знал, что Мефи не вернется, чтобы открыто ему мстить. Княжич спасен, больше ему ничего не грозит. Хитрец даже не смог прикоснуться к нему.

Кикимора, все знавшая, радовалась еще больше, чем сам Домовой. Хорошего она союзника выбрала. Вот и сама тоже оказалась победительницей.

№№№№№№№

Ольга ничего не подозревала. Она наконец очнулась, с радостью вспомнила о том, что мучения ее завершились рождением сына. Малыш был здоров, вот как кричал, всех разбудил, когда появился на свет.

Но сейчас он успокоился и мирно спал, наверное, даже и не подозревал, как вертелись вокруг него и духи, и люди.

Ольга взглянула на сына и удивилась суровому выражению его лица. Такими не могут быть только что родившиеся младенцы, а он был.

Она надеялась на то, что он не будет похож на своего отца – упрямого и странного, в котором с годами ее все больше все раздражало. А потом она увидела, что Игоря все еще не было, он даже и не ведал о появлении на свет сына, а если знал, так почему же не появился? Она все время была одна, и только служанки могли как-то скрасить ее одиночество.

Глава 9 Колдовство

Игорь появился только через день. Он выглядел устало и был равнодушен ко всему, что творилось тут. Князь отмахивался от тех, кто пытался ему что-то рассказать и едва скрывал досаду. Хорошо, что его не видела Ольга в то час. Он только усмехнулся, когда узнал о том, что у Ольги родился сын. Потом все-таки опомнился, зная, что ей могут обо всем рассказать.

В комнате жены князь появился перед обедом, попытался улыбнуться, но улыбка была жалкой. Что-то похожее на растерянность и жалость появилось на его лице. Ему показалось, что она сильно изменилась за столь краткий срок, хорошо, что в тот момент его не было дома.

Но и это мимолетное чувство тоже исчезло. Игорь был недоволен слабостью жены. А может его смущало недоверие, поселившееся в ее душе, презрение к мужу, которое ей трудно было скрыть. И снова пришлось вспомнить о князе Олеге, племянник грозного викинга понимал, откуда дует ветер.

На ребенка он, раздираемый противоречиями, даже не взглянул. Потом все-таки опомнился, подошел, поморщился, видя красное личико. Он не мог поверить, что из такого вот, умещавшегося у него на ладони младенца, может вырасти человек, воин. Никаких отцовских чувств он не испытывал.

Ольга следила за ним внимательно, превозмогая усталость. Она ничего не сказала, да и какой смысл что-то говорить бессердечному мужу. В душе ее нарастала тревога. Она решила отправиться к колдунье, как только будет ходить и немного опомнится. Ей хотелось заглянуть в грядущее, чтобы знать, что их там ждет. Олег был прав, когда беседовал с волхвом, она тоже узнает свою судьбу.

Она снова узрела насмешливое лицо Олега. Она старалась не думать о нем в те дни, и все-таки не могла не думать. Пусть старуха расскажет о том, что она должна ждать, на сто надеяться.

№№№№№№№№№

Колдунья была не так и стара, она взглянула на воду, и сразу поняла, что нынче к ней княгиня пожалует. Как давно она внушала ей, что та должна появиться, а она все медлила. Любопытства и тревоги в душе оказались сильнее страхов. Да и не боялась она ничего, ее мужеству можно было позавидовать. Хотя рассказать придется о страшном, но она вынесет все.

С самого утра она готовилась к встрече, она понимала, что должна сказать правду, лгать княгине она не собиралась, значит, княгиня покинет ее опечаленной, может даже рассердится, но истина дороже. Она во власти богини судьбы, и та не позволит ей лукавить.

Ольга оглянулась, стала искать хозяйку в этой странной избушке. Та остановилась перед нею. Высохшая, но не старая ведьма стояла перед ней и усмехалась.

Княгине показалось, что ведьма ничего не видела, но смотрела, зато прямо в душу

– Ты давно прийти хотела, так чего медлила? – спросила старуха.

Княгиня молча кивнула, она чувствовала, что не может слова сказать.

– Прости, княгинюшка, сумрак тут, да и стара я стала, не сразу тебя признала.

Но Ольга настолько была погружена в свои мысли, что кажется и не слышала ее.

– Вижу, неспокойно у тебя в душе, хотя и вида не показываешь.

Ее проницательный взгляд заставил вздрогнуть.

А колдунья зажгла свечи, и стала чуть светлее. Она стала шептать какие-то непонятные слова. Но вот уже она заговорила вполне понятно.

– Судьбу знать хочешь? Все за тем ко мне идут. Вижу твою судьбу, сына твоего вижу. Из тьмы к свету ты пойдешь, храмы высокие да колокола звонкие будут тебя славить. Долго и славно будешь жить, когда в начале пожары и беды все отступятся от тебя

Колдунья замолчала, переведя дыханье. Но молчала старуха долго, заговорила уже княгиня.

– А дальше, что для сына будет?

Старуха ждала этого вопроса, хотя и не хотела о том говорить, а потом взглянула в ее лицо, решая говорить или нет, и было видно, что так ничего и не решила.

– Что же с ним будет? Говори. Не знаешь или говорить не желаешь.

– А может лучше и не знать этого?

– Говори, – протестовала княгиня, – я за этим пришла.

– Страшная судьба ждет и муж твоего, и сына, странная и страшная. Смерть будет жуткая и у того и у другого.

– Они погибнут вместе? – прошептала Ольга, она чувствовала, что силы ее оставляют.

– Нет не вместе, – говорила старуха, – но одинаково страшно, – и шумно вздохнула.

Свечи внезапно погасли, это снова заставило вздрогнуть княгиню.

Ольга поднялась, и направилась к выходу. Подтверждались самые дурные ее предчувствия. Она не сомневалась, что колдунья говорила правду. Но она и сама чувствовала то же самое. Она обрекала сына на страшную судьбу. Но почему такое становится возможным? Остается только пройти этот страшный путь.

Княгиня остановилась около кумира Перуна. Он взирал на нее сердито и грозно. Жертвоприношение. Она видела, как это было в бытность Олега, ведь так долго с ним прожила. Но ей надо было задобрить богов теперь, может быть, тогда как-то изменится судьба ее сына.

Глава 10 Снова жертвоприношение

После предсказания колдуньи нужно было сделать все возможное, чтобы задобрить богов, и значит не обойтись без жертвоприношения.

Ольга поспешно взялась за дело. Но приносить в жертву людей – это ей показалось дикостью, не такого она хотела. Вот и приказала приготовить самых лучших баранов. Почему именно баранов? Она и сама не ведала этого.

Люди, заслышав о том, что грядет, сначала вроде обрадовались, но узнав, что для жертвы готовятся животные, умерили свой пыл. Конечно это лучше, чем ничего. Ведь они часто упрекали князя Олега за то, что он равнодушен к их богу, хотя ему прощали, как чужестранцу, а Ольга – славянка, она должна была чтить богов.

– У княгини доброе сердце, – решили они про себя, – и она не забывает о своих богах.

– У княгини доброе сердце, – передразнил их Мефи, – вздорные наивные людишки, вы еще узрите, какое оно доброе. Пока она потрясена и подавлена и боится за своих близких. А потом, когда перестанет бояться, вы все узрите сами, кто дотянет до тех времен, конечно. Вы и не представляете, какие жертвоприношения она еще вам приготовит, а я ей в том помогу, иначе бы нынче меня тут не было, и не тратил бы я не нее и на вас свое бесценное время. А с нею так много у меня будет связано.

– Ой, что-то я заговорился совсем, – оборвал себя бес. Но, по сути, правильно, хотя больно красиво и пышно. А баранчики эти только самые невинные из всех ее жертв, первые цветочки, а вот когда ягодки будут, тогда и поглядим.

№№№№№№

На площади перед Перуновым дворцом собрались, кажется, все обитатели города. Они с волнением и нетерпением ждали назначенного часа. Игорь ко всем относился равнодушно, только усмехнулся и махнул рукой, чтобы его не трогали. Олегу, для того, чтобы побеждать не нужны были жертвы. Он таких вот действий не устраивал, и прожил так, как каждому бы на его месте пожить. Теперь к ушедшему сопернику Игорь относился по-другому. Он не хотел выглядеть глупее и легковернее Олега, но жена именно к тому его и толкала. Только сам он не станет в том участвовать, пусть она не надеется.

Он только на миг появился на площади и снова куда-то удалился.

Ольга же верила во все, что там творилось, ко всему относилась серьезно. Она понимала, что в мире есть бог, он устроил этот мир, он награждает одних и наказывает других. Ее богом был не Велес, а Перун, так она решила с самого начала. И слушала рассказы о том, как он был суров, но справедлив, как помогал побеждать в грозных битвах.

Вот теперь своему грозному богу она и приносила жертвы.

№№№№№

Игорь взирал на толпу перед жертвенником. Он радовался, что за спиной его оказалась Ольга.

Теперь на него были устремлены взоры, а во времена Олега его и не замечали вовсе. Наконец у него не было соперников, все и вся ему подчинялись, даже если это им не нравилось.

Животные лежали на жертвеннике бога, жрец просил принять дары и защитить от всех напастей. Она верила, что он услышит и поможет. Она всматривалась в лик Перуна, и показалось ей, что бог ожил на мгновение, и даже улыбка появилась на губах. Она вернула его в этот мир, теперь, когда Олега больше нет с ними. А ведь при Олеге он почти превратился в забаву.

Малыш мирно спал на руках у девицы-няньки. Она побоялась оставить его во дворце, решив, что пусть лучше он будет поблизости. На лице Игоря появилась усмешка. Настоящей улыбки не видел никто никогда. Но вечером он решил поговорить с женой.

№№№№№№

Иногда в дальних походах, когда его дружинники начинали вспоминать матерей и жен с невероятной тоской, в душе княжича появлялось странное чувство, он попрекал себя за то, что был так холоден к жене.

Но думал он о том очень редко, ни о каких чувствах речи не было, Игорь мог бы признаться, что он никогда никого не любил. А вот то, что она должна была любить его, и во всем за ним следовать, в том сомнений у князя не было никаких.

Он вспомнил, как увидел Ольгу на празднике Купалы, где и принято было выбирать невест. И он сразу понял, что искать больше некого, она и станет его княгиней.

Он указал на нее воину, тот привел ее к князю. Какой-то парень пытался ему помешать, но он отодвинул в сторону. Тому пришлось отступить, на глазах у всех, но он затаил злобу.

Пленница вела себя на диво спокойно, словно это она сама все так устроила. Расправила плечи, усмехнулась.

– Так вот ты какой, Игорь, чудно ты невест себе выбираешь, для того сколько же воинов надобно?

Ее звонкий смех заставил его покривиться.

– Да уж какой есть, я женюсь и ты станешь княгиней.

О ее согласии он и не подумал спросить.

Ольга не робела перед ним, только сбросила длань его с запястья:

– А если я не соглашусь, – вырвалось у нее

– Силой возьму, ты видела воинов, они не позволят тебе уйти.

Она взглянула на воинов, но ничего не ответила. Но князь чувствовал, что не страх и не покорность руководит ею, затаенная сила и хитрость ощущалась во всем. Были еще и соображения какие-то, которых она не торопилась высказать. Со стороны могло показаться, что это он исполняет ее волю.

– Я должна была стать великой княгиней.

И прозвучало это так, словно он исполнял ее волю.

– Пожалуй, она слишком хитра и умна, – подумал тогда Игорь. Но это его не остановило. Он совершил такую сделку, вопреки установкам Олега он женился, словно бы противясь ему и теперь.

Он заметил, как взглянул Олег на его молодую жену, и это вселило в душу новую уверенность. Она не осталась равнодушна к его вечному сопернику. Но Игорь не тревожился. Ольга умна, она понимает, что время грозного Олега прошло, а с ним у нее есть грядущее.

Глава 11 Напрасные предупреждения

Первым в келье появился Мефи. Насмешливый и взбудораженный, он стал вертеться вокруг. Княгиня встретила его приветливо.

– Ну что, ты довольна обрядом? Истукану барашков подбросила, голодным не останется? Толпа любит жертвоприношения, хлебом ее не корми. Хот человечка бы лучше ему скормила.

– Но над чем ты насмехаешься? – возмутилась Ольга. Она не понимала беса, а потому сердилась. Он должен радоваться, что она так поступала, так почему же смеется

– Да глупости все это – отвечал бес, Олег был умнее и дальновиднее

– Он и в предсказания не верил, а когда поверил, поздно уже было, все сбылось.

– Сбылось, – подтвердил Мефи, но ты и вовсе назад отступаешь.

Княгиня молчала, она потом стала просто рассуждать вслух:

– Но ведь есть бог на свете, кто же всеми нами правит, и природой, и людьми.

– Бог есть на свете, – передразнил ее бес, но на этом он и исчез.

За дверью послышался шум, появился Игорь. Не часто бывал он вот так у княгини в столь поздний час. Ольга взглянула на него, не скрывая удивления. Она привыкла к равнодушию мужа. Оставалось только радоваться, что он не часто ей досаждает, позволяет жить, как ей хочется.

– Ты все хорошо устроила, холопы долго этого ждали

– А ты? – осторожно поинтересовалась княгиня, угадывая, о чем он думает.

– Я рад, что так случилось.

Ему было досадно, видеть, что она не понимает, задает вопросы снова.

Они помолчали, испытывая неловкость, оказавшись рядом, потом он все-таки сказал:

– Завтра, на рассвете отправляюсь за данью, мне нужна казна, чтобы в поход отправиться.

Ольга не ожидала, что он так поспешно принял решение, и вздрогнула, словно ее хлестнули плеткой.

– Это так нужно нам? Не уезжай, мне приснился дурной сон, – солгала она, желая как-то удержать мужа. Сон был страшным и боюсь, что он сбудется. Он взглянул на жену с усмешкой. Она казалось ему незнакомкой, с которой они виделись в первый раз. Боится ли она за него или только притворяется?

Но о чем она говорит, разве час назад спокойная, как истукан не стояла она перед толпой зевак, и как переменилась.

– Перестань, Ольга, не смогу же я сидеть все время дома, я рожден князем, и должен одержать верх над собой и весь мир завоевать, чтобы о твоем любимом Олеге больше никто и не вспомнил.

Он хотел сказать что-то колкое, но остановился, решил, что надо меньше говорить и больше делать.

– Негоже мне бабским страхам придаваться, – отрезал князь.

Ольга заметила, как быстро меняется настрой ее мужа, поняла, что ни слезами, ни мольбами она ничего не добьется. Игорь упрям. Ему приходится сопротивляться и бороться все время. Она же чувствовала бессилие, жаль, что у нее не было над ним никакой власти. Он ушел, больше ничего не сказав.

Странной была их семейная жизнь. Ольга подошла к колыбели сына и улыбнулась. Уж он-то ее Святослав, останется в ее власти, тут она не упустит сына. Но колдунья говорит, что и мужа и сына ждет страшная смерть, одна страшнее другой. Она поняла, почему так боится за Игоря. Ведь если его убьют, то она останется совсем одна с младенцем на руках. Хотелось поговорить обо всем, что тревожило хоть с кем-то, но она оставалась одна, рядом никого не было. Вот если бы был жив Олег. Куда-то исчез бес, а он был последней ниточкой, которая связывала ее с Олегом.

Ольга не догадывалась, что бес в это время был рядом, он знал, что княгиня хочет с ним поговорить, но упрямо отмалчивался, разглядывая спящего ребенка. Вспоминая о неудачах и промахах, связанных с подменой. Время ушло. Сейчас менять его было поздно, да и желания никакого не было, и станет он снова посмешищем. Тогда он несколько раз нападал на Домового, считал его виновником неудачи. Но тот с ним даже связываться не собирался, он был уверен, что поступил правильно. И хотя он сознавал, что Ольга к его косякам отношения не имеет, но воспоминания о провале все испортили. Он решил не разговаривать с ней. В ту ночь княгиня оставалась одна со своими страхами и огорчениями

Глава 12 Страшный сон

Ольга не могла успокоиться, хотя и не было причин для волнений. И во сне княгиня продолжала думать о том же, и тревоги таились в душе. И видела она день грядущий, то, что завтра с ней случится, и будет это что-то страшное, тревожное, жуткое.

Какие-то совсем незнакомые люди, наверное, они должны были тут появиться еще. А может быть, во сне что-то прояснится, и станет очевидным.

Ей приснился сон. Сначала видела она себя где-то в чистом поле, ярко светило солнце, но вдруг его закрыла черная туча. Среди дня стало совсем темно, как ночью. Но откуда-то появился странный свет, хотя все небо по-прежнему было темным.

И поняла Ольга, что это огромный костер, и был он рядом. И около костра появилась тень ее мужа. И стоял он перед ним окаменевший, неподвижный с заставшей усмешкой на устах. Она звала его, но голоса не было слышно, и князь ничего не слышал. Он начал раскачиваться вместе с ветром над этим огнем. Потом все пропало, Ольга чувствовала, что она лежит где-то на земле и не может подняться. Она металась, чувствовала страшную боль и тяжесть во всем теле, пыталась и не могла проснуться. Открыла глаза и оглянулась вокруг.

Старуха укачивала ребенка, а тот плакал и не успокаивался, постель была измята и казалась душной могилой. За окнами темно и тихо. Еще не прокричали первые петухи.

Но когда она заснула снова, то больше ничего не снилось. Она проспала и не смогла проводить Игоря. Это явно была дурная примета. Но вряд ли она смогла бы остановить князя, если бы проснулась вовремя, он был страшно упрям.

№№№№№№

Тем временем Игорь мчался по степи, вспомнив праздничный пир, и вечер с женой, она говорила о своих предчувствиях, знаках и страхах, а он только усмехался в ответ. Он не мог все это серьезно принимать, она не была ведьмой и ничего не могла ведать.

Да и все помирают так или иначе, никто не остается жить вечно, а значит, ничего страшного с ним не случится. Ему бы до Олеговых лет дотянуть.

Об Олеге князь вспомнил не случайно. Тот явился во сне, молодой, красивый и сильный, в праздничных одеждах. Он стоял и улыбался.

– Ты торопишься? – спросил он Игоря и взял под уздцы его коня.

– Тороплюсь, – признался тот и отстранился от князя.

– Ты слишком торопишься, и ничего ладного из этого не выйдет.

Но ему удалось вырваться, и он уже летел в степи, оглянулся и заметил, что Олег внимательно за ним следит.

– Уходи, ты же мертвый, – на скаку крикнул Игорь.

– Будто тебе долго жить осталось, – отвечал призрак.

Но кто мог произнести эти слова? Почему он так ясно их расслышал? Но он все слышал.

– Проклятие, – выдохнул Игорь, – он не собирается меня оставлять.

– Ты слишком торопишься, – и усмешка, словно ему все было давно известно. Ольга о том же говорила, каркают, как вороны, они все сговорились что ли? Но нет, он им еще покажет.

Князь показался черным вороном, когда Мефи взглянул на него. Он вышел посмотреть на него, хотя особо не интересовал его князь Игорь. Но хотелось взглянуть на самоубийцу, несущегося навстречу смерти. Уж если ни Олег, ни Ольга его не остановили, то пусть творит, что хочет, несется сломя голову прямо навстречу распятию.

Но его ни сомнения, ни страхи не трогали. Он видел, что дружинники к нему относятся настороженно, приказы исполняют без особого рвения. Они все чаще вспоминали об Олеге, жалели, что тот ушел так рано. Но говорили о том шепотом, когда были уверены, что князь их не слышит. Они осуждали Игоря, ждавшего его смерти, себя за то, что потакали этому. Если бы модно было все повернуть назад. Они устали от этих походов, чувствовали, что добром это не закончится, что ждет их за грабежи расправа. Тревога среди дружинников нарастала, и она стала неодолимой, когда князь заговорили о древлянах. Они помнили этих упрямых дикарей. Но князя, словно по воле рока, тянуло именно туда. Они не стали возражать, понимая, что это его не остановит. Вот и мчались по степи за князем, похожим на черного ворона, летящего за добычей. Он и остался в их памяти вороном, черным вороном.

Глава 13 Страшная месть

Игорь не возвращался дольше обычного. Ольга ничего о нем не ведала в те дни. Она ничего не знала о нем теперь. Она волновалась, пыталась угадать, что же там творится.

А между тем все шло довольно удачно. Древляне быстро согласились на его условия, и дани на этот раз Игорь получил даже больше, чем обычно. Это порадовало великого князя, хотя должно бы насторожить. Но может быть просто удача, которая почти всю жизнь от него отворачивалась, вернулась к нему.

С улыбкой думал князь о том, что паника и карканье чародеев —пустые фантазии, понял, почему Олег никогда в них не верил. Он прав, а не княгиня, не все, кто были с ней заодно, он верно сделал, что их не послушался. И дальше они не смогут его остановить.

Игорь рвался вперед. Он так давно не слышал смеха беса, а ведь древние говорили, что по-настоящему глух тот, кто ничего не хочет слышать. А теперь бес за его спиной смеялся громко и злобно. Он видел, как легко усыпить и одурачить князя русичей. И настроение древлян ему было ведомо, затаенная их злоба могла все спалить на своем пути.

Бес понимал, что если немного подтолкнуть, разжечь пламя в душах, то легко будет расправиться с Игорем, большого труда не потребуется. Никто не посмеет больше потребовать у них дани.

Бес чувствовал, что именно эти люди могут убрать князя с дороги, расчистить путь для Ольги. Он устал смотреть на серого, трусливого и никчёмного князя, его пора было заменить.

Это было главным его делом в последнее время, и надо было его сделать правильно и быстро. Ему хотелось победить на этот раз. Так он и подогревал страсти древлян долго и упорно. Хотя они и без его козней теряли всякое терпение. Он вспоминал благодатные Олеговы времена. Это он подкинул Игорю дани, о чем те люди понятия не имели, и теперь смотрел на то, что будет творится дальше. Он поступил осмотрительно, усыпив бдительность князя. Тот и не задумывался, почему древляне стали такими добрыми и щедрыми ни с того ни с сего.

Древляне сразу хотели с ним разделаться, но бес уговорил их пока его отпустить с миром, а все это можно и позднее сделать. Если же он вернется, тогда он противиться не станет. Не было никаких сомнений, что он вернется снова, поверив в удачу.

А когда он вернется, пограбив соседей, то они смогут не только свое забрать, но и соседское прихватить. Им эти хитрости понравились, они согласились подождать немного. Хорошо, что они поняли друг друга на этот раз.

№№№№№№№№

А Игорь, ни о чем не подозревая, мчался к вятичам, вдохновенный и веселый, каким он никогда прежде не бывал. Теперь надо было покорить и заставить платить и этих людей. Ему нужно было еще больше, они дадут все, что он пожелает.

И когда его седовласый воевода заикнулся о том, что там может случиться беда, Игорь чуть не набросился на него с кулаками, он пришел в такую ярость, что и сам долго не мог успокоиться. Они чувствовали, что творится, и не пытались даже о чем-то говорить с князем.

Пострадать от рук своего князя было еще обиднее, чем от чужого. А гром над их головами мог грянуть в любую секунду.

№№№№№

Гром мог грянуть и грянул в тот момент, когда Игорь об этом меньше всего думал. У него словно окончательно исчезло чувство страха. Думать приходилось другим, но вовсе не ему.

Вятичи встретили его вовсе не так дружелюбно, как древляне, там бес не действовал на них никак, у них оказалось только свои головы на плечах. Дружинникам сразу пришлось вступить в сражение. Они рванулись напролом. Не хотелось вятичам пополнять казну чужого князя, вот и сражались они, пока были силы. Но под напором Игоревых воинов вятичи все-таки дрогнули.

Вечером, после того, когда были похоронены три дружинника, сожжены их тела в погребальных кострах. Игорь осмотрел привезенную дань, и в глазах его блеснул странный свет. И те, кто видел его в те минуты, дивились тому, как страшен он стал, изменился почти до неузнаваемости. Он не думал даже о погибших, главное – получил то, что хотел.

Воины, переглянувшись, отстранились от князя. Но ничего этого Игорь не видел и не слышал.

Глава 14 Воевода и князь

Воевода хотел поговорить с князем. Он был стар и мудр и пытался остановить безумца

– Ну и что, княже, – прервал его размышления воевода, – теперь твоя душа спокойна, можно домой отправляться.

– Домой? – переспросил Игорь.

Голоса доходили до него, словно издалека, из какой-то ямы, – да, домой, ты прав.

Над ними повисло молчание, но потом он заговорил снова:

– Ты со своим отрядом отправишься домой, повезешь дань в Киев. А я со своими снова наведаюсь к древлянам. Видно, что они разбогатели и многое успели припрятать. У них надо взять еще дани, чтобы потом можно было передохнуть, нельзя этого упускать и многое им позволять, потом вовсе ничего не добиться будет.

– Но княже, – попробовал что-то сказать тот, – это очень опасно, головы не унести, если они взбунтуются. Не ведаю, отчего они были так радушны, но не стоит испытывать их терпение дважды. Удача порой отворачивается в самый неподходящий момент, она как капризная баба, кажется, что поймал ее за хвост, глянешь, а в руках пусто. Ты погубишь и себя и воинов своих.

– Пустое, – резко оборвал его Игорь, не желая слышать подобные речи, – они тупы и трусливы, и мы должны взять с них все, что можно, а то и больше? Не смей меня отговаривать, я устал тебя слушать, будто не воин ты, а баба-плакальщица. Я должен показать Олегу и всему миру, что такое князь славян, а для этого мне нужна дань, много дани, столько им и не снилось, и она у меня будет, тогда никто мне не страшен.

Игорь разошелся не на шутку и никак не мог уняться. Он казался слушавшим его одержимым. Воевода не желал испытывать его терпения и решил удалиться. Он отступил от костра, возле которого они сидели недавно, усмехнулся, рассказывая дружинникам о решении, которое принял князь. Потом отправился в палатку к сыну, это был тот отряд, который должен был отправиться с Игорем к древлянам. Из-за того, что там был его сын, он больше всего и волновался, пытался остановить князя, но видя, что у него ничего не вышло, решил забрать и уберечь от гибели своего сына, если всех других не удастся.

Даниил удивленно взглянул на него. Слушал слова его молча, не ясно было, соглашался ли он с князем или просто кивал в ответ, чтобы не сердить отца.

Когда старик замолчал, он подал плечами, не понимая, чего же от него хотят.

– Останешься тут, ты не должен идти с князем к древлянам.

– Но отчего же, что там страшного?

– Вы не вернетесь назад, я чую это, вы все головы свои сложите там, я стар, много пережить успел, чувствую, что там все для него и закончится, не потерпят этого древляне и расправу учинят.

– Может и так, но чего ты от меня хочешь? Как мне жить дальше, если я тайно сбегу из дружины князя?

– Ничего никто не скажет, объяснишь, что тебе чудом вырваться оттуда удалось, и все, – судить тебя будет некому, зато цел останешься. Уходи в лес, там пока оставайся. Я хотел остановить князя, у меня ничего не вышло, потому уходи. Не должен ты погибать в жестокой этой бойне, негоже это. Не твоя вина, что князь глуп и жаден. Он все равно ничего не ценит, и тех, кто за него погиб, не помнит даже. Олег ценил нас, он никогда не стал бы губить своих воинов, но Игорь совсем другой, он все делает назло дядюшке, оттого все беды и начинаются. Не смей мне перечить, я твой отец и знаю, что делать надо.

Даниил сидел, обхватив голову руками. Он хорошо слышал все, что говорил отец, понимал, что тот был прав.

– Я не могу поступить так, как хочешь ты, – заговорил он, – я муж и воин, и негоже мне прятаться, смерть не страшнее, чем такая жизнь.

– Жизнь – все, что у тебя есть, и не стоит разбрасываться, – не отступал воевода. Он досадовал, видя, что не смог убедить сына. Тяжело поднялся с пня. Откуда у него взялся такой характер и такая твердость? А может и напрасно он боится, все обойдется.

Но он пошел прочь, решив, что пусть все решится само собой.

Глава 15 На перепутье

Даниил смотрел вслед уходящему отцу с грустью. Он видел сутулую спину, семенящую походку. И даже удивился, как постарел отец. После ухода Олега он как-то резко изменился, стал совсем другим, словно его подменили. В душе его произошло что-то непонятное. И кто бы поверил, что он был одним из самых отважных воинов Олега.

Новый князь и ему не был симпатичен, но от этого он не переставал быть князем, другого у него не было.

Но что такое увидел и почувствовал отец. Просто ли это страхи и опасения или он что-то такое знает. Неужели их и правда ждет что-то очень страшное?

Масса сомнений теснилась в душе. Но у него не было выбора. Понятно, что отец тревожится за него, но если он поддался этому, то потом никогда бы себе этого не простил. Ощущение правоты помогло ему устоять, не пойти по легкому пути. Хотя скорее всего, они все обречены вместе с безумным князем.

№№№№№№№№

Удача все еще была с князем. Бес вел его весело в самое Пекло. А может сам дьявол нагло играл его судьбой, хотя он был уверен, что ведет его за собой бог Перун. Может жена его вспомнила о воинственном боге и принесла ему жертву.

Бес, огорченный поражением, развернулся на этот раз на славу.

Ночью, когда Игорь мирно спал в предвкушении грядущих побед, Мефи появился перед Ольгой, желая взглянуть на нее накануне таких важных событий.

Княгиня металась по своим покоям, хотя была уже почти полночь. Она не прилегла и на минутку. Заплакал ребенок, но она даже не взглянула в его сторону. Мефи скорчил удивленную рожу:

– Что с тобой случилось, на тебе ж лица нету.

– А ты будто не ведаешь, – усмехнулась она, но усмешка показалась зловещей. Чую, что случится беда, видела кровь и смерть, страшную смерть. Не могу глаз сомкнуть, и ужас царит в душе.

И на самом деле в глазах ее была жуткая боль и бессилие, так что и бес поежился невольно.

– Ну зачем так-то, – не удержался он, – ты ведь сильная баба. Все перемелется и образуется.

Он пытался ее утешить, но чувствовал, что не умеет этого делать.

– Я сильна пока жена великого князя, – говорила она, – а что будет, если его не станет, что станет со мной и сыном?

– Ты останешься княгиней, рогом своим клянусь, – пока мал Святослав, править станешь, да и потом, когда он возмужает, тоже.

Он решил примерить на себя шкуру колдуна.

Ольга молча вглядывалась в его физиономию. Но страх в ее глазах не пропал.

Она почувствовала, что они говорят о гибели Игоря, словно это уже случилось. Но почему? Ведь это только ее страхи, ее предположения, видения, ведь ничего не случилось, не стоит каркать. Но он явился не случайно, он знает все. Это и пугает ее больше всего. Ему все ведомо. Значит Игорь погибнет не нынче, так завтра. Он как-то связан со всем, что творится. Но что ему за дело до всего, что тут происходит? Зачем ему это нужно?

На этот раз Ольга не заметила, как растворился в воздухе ее собеседник, он бросил ее в темное одиночество, ожидание и неопределённость – вот что ей оставалось.

Но где же твоя сила и воля, то, что так восхищало. Она искала их в себе. Она хваталась за соломинку, но обнаружила, что соломинки этой нет в ее руках, ее вообще больше не было.

Глава 16 Жестокая расправа

А между тем Игорь приблизился к столице древлян. Словно на крыльях в пропасть летели их кони. Князю хотелось поскорее с этим разделаться и вернуться домой.

Алая заря внезапно осветила небольшой отряд воинов во главе с князем. ее свет падал странными бликами на лица. И если бы кто-то со стороны сейчас взглянул на них, то они показались бы зловещими. Хотя это были обычные люди, чуть напряженные и усталые, а потому безразличные к происходящему. Многие из них вовсе ничего не выражали. И только Игорь в преддверии победы и своего триумфа, улыбался чему-то и стремился вперед.

Подъезжая к вратам града, Игорь немного удивился, видя, что его не встречают древляне. Город как будто вымер или замер, у ворот пусто. Но когда они к ним приблизились вплотную, они словно сами распахнулись, словно кто-то незримый следил за их передвижением.

Игорь заметил, как кто-то из его дружинников остановился, замешкался, но сам, не сбавляя ходу лошади влетел туда, и тогда они захлопнулись за их спинами, оставляя половину отряда за вратами, словно разрезали на части один каравай.

Среди оставшихся за вратами, был и Даниил. Он долго не мог понять, что же произошло. Но они не могли протиснуться туда. Да и конь его не двигался с места, хоть бросай его и отправляйся пешим.

Он бросился к вратам и начал отчаянно стучать какой-то палкой. Но никто не ответил на этот стук. Даниил не понимал, как он мог остаться на этой стороне и что теперь будет, словно бы спутники его переместились в другой мир и там и остались. Не зная, что предпринять, Даниил упрямо стоял перед преградой, не желая отойти в сторону. Он решил пока оставаться там.

№№№№№

Кони налетали на препятствия, катились кубарем по земле, шарахались в разные стороны, сбрасывая седоков. Такого они не переживали никогда прежде, даже в самых жестких схватках с врагами. Разъяренные люди и псы бросались на них со всех сторон. Трудно было что-то разобрать в этом месиве. Игорь услышал рядом чей-то хриплый голос.

– Князя, не упустите князя. Он не должен уйти. Он погибнет здесь, чтобы и не мыслил вернуться, разбойники не вернутся домой.

Слова эти звучали в каком-то тумане, он задыхался не от боли, а от ненависти и ярости. Но как они могли заманить их в ловушку. Они не способны даже сражаться в открытую, они напали из-за угла. Но это будет им дорого стоить, хотя князь понимал, что едва ли он сможет отомстить.

– Не надо было отпускать второй отряд, – думал он, чувствуя, что мир покачнулся, и свет в очах погас.

Его уже стаскивали с коня и куда-то волокли по земле.

№№№№№

Мефи стоял в стороне, прислонясь к каменным стенам, и наблюдал за происходящим. Все, что он видел, его порадовало. Нынче у него все получилось. С туповатыми и нищими духом древлянами тоже можно дела делать, а кто бы мог подумать.

А те поволокли куда-то тело князя, но это уже и не интересно, главное, что он расправился с Игорем. Пусть теперь без него свой суд вершат. Он пошел прочь, оглянувшись на расправу. Ему показалось, что все Игоревы дружинники были перебиты, чего и следовало ожидать. Хотя сначала посчитаться он хотел с князем, но вышло то, что вышло.

Можно было и передохнуть немного.

Глава 17 Все закончилось

Ученики оказались вполне достойны своего учителя. Решив не баловать князя легкой смертью, они привязали его к двум деревьям, стоявшим рядом, склонив их друг к другу, и с яростью эти деревья отпустили, разрывая тело князя на лету. Приходил ли он в сознание, чувствовал ли то, что случилось, понимал ли, что с ним происходит? Это оставалось для свидетелей вечной тайной, да и не сочувствовали они чужой боли, тем более такого ненавистного князя, не понимали чужие страдания, ведь не верили они, что и с ними такое может случиться. Жуткое зрелище доставляло им радость – а он умирал страшной смертью. Убедившись, что Игорь мертв, они запалили костер, чтобы поскорее смыть следы своего преступления, и в нем догорало все, что оставалось от этого вторжения. И они не слишком встревожились, словно только и делали, что казнили князей.

№№№№№№№

Даниил видел, что врата намертво закрыты, и как не старался, проникнуть туда никак не мог. Но он не уходил, хотел узнать, что же там случилось, подождать своих.

Наконец, он нашел какую-то доску и пробрался во внутрь, тихо озираясь по сторонам. И тут раздались жуткие крики и страшный рев, рядом возились люди. Он решил удалиться так же незаметно, как и появился. Ведь должен кто-то рассказать княгине о том, что с ними там приключилось.

Коня удалось разыскать быстро, вскочил на него и помчался прочь, даже не понимая, что он делает. Он отправился к дороге, ведущей в город. Наверное, он смалодушничал, потому и остался цел. Но что изменилось бы, если бы они его убили? Кому бы от этого стало легче. Даниил вспомнил недавний разговор с отцом, и понял, насколько тот был прав. Надежды его оправдались, из древлянской столицы поехал караван. Они сразу же догадались, что он из Киевского отряда, но расспрашивать не стали. Зато рассказали обо всем, что ночью в граде случилось. Они были потрясены той жестокостью, хотя и не ведали о причинах, но все чаще говорили о безумии древлян – дикий народ, скорее животные, чем люди, – твердил седовласый старец.

Даниил теперь знал все, что там происходило, словно бы он сам все время там оставался. Он только гадал почему и для чего какая-то сила все-таки остановила его, отвело беду, не пощадив остальных. Для чего-то же он остался в этом мире. НО как ему жить после всего, что случилось?. НЕ в наказание ли дана ему такая жизнь. Они мертвы, с них ничего не спросится, а что делать ему?

Ему придется оправдываться за то, что он остался жив. Но с этим придется смириться.

№№№№№

Бес отправился в Пекло, ему хотелось поговорить с Олегом, посмотреть, как там его пристроили. Олег сидел около горного потока и был мрачнее тучи. Он уже знал от одного из бесов, что случилось на земле. Все сбылось так, как ему недавно и приснилось. И хотя его почти не волновало то, что там творилось, но встрепенулся при последних событиях. Он убеждался в том, что не может не верить пророчествам. Игорь появился перед ним и бесом совсем скоро, был он мрачнее тучи, озирался по сторонам, словно и тут за ним кто-то гнался. Он так и не понимал, что же там творится. И досаждало то, что он столкнулся с Олегом в первую очередь.

– Твоих рук дело? – спросил Олег у беса

– А кто ж еще, говорил же, что не терплю его, – уклончиво отвечал бес, – а сделали все люди, которых он обидел, где мне одному было с ним управиться? Им он тоже насолил немало.

– Но разве что-то хорошее из этого могло выйти? Его жадность и глупость ужасны, он был ничтожным, таким останется, куда ты его не помести.

– Но что будет теперь? – растерянно спросил Олег, он переживал о том, что будет там твориться.

– Вот теперь все и начнется, – отвечал бес, мелкое станет большим.

– О чем это ты?

– Ольга станет править, она все была в тени, никакой роли не играла, но все меняется.

Олег понял, что бес говорил чистую правду.

– Она должна отомстить, – размышлял тот, но она быстро оправится от этого удара, а я помогу ей остаться в веках.

Олег испугался за Ольгу, но чувствовал, что того не остановить, обреченно махнул рукой. Пусть будет как будет…

Глава 18 Страшная весть

Долго скакал в чистом поле Даниил. Ему не хотелось приближаться к родным землям, потому что он нес черную весть княгине. Почти все воины вместе с князем погибли, и страшной была их смерть. Он чувствовал себя черным вестником, потому и остановился перед городскими вратами. Ему не хотелось, чтобы все узнали то, что было ведомо только ему одному. Но надо было исполнить свой долг, и чем раньше он это сделает – тем лучше.

Врата перед ним распахнулись, стражники вздохнули удивленно, не понимая, как он мог оказаться тут один. Наконец кто-то решился его спросить:

– Почему ты один? Они послали тебя сюда или…

Голос его стих, потому что вдруг стало понятно, почему этот воин один.

Даниил молчал. Но было видно, что совершилось что-то страшное, о чем боялись говорить.

– Игорь и все с ним погибли у древлян. Стражник только кинул в ответ, он не мог больше говорить, а они не хотели этого слышать, потому что там были родичи и близкие.

Он медленно поехал к княжескому дворцу. Теперь уже груз стал немного меньше. Он только дивился тому, как переменился привычный мир.

Ольга и его отец вышли навстречу, словно они ждали его возвращения, или чувствовали оба, что появится всадник, и расскажет о том, о чем они только догадывались.

№№№№№№№№№

Даниил остановился перед княгиней. Он никогда не считал себя трусом, но теперь боялся произнести эти слова, глядя ей в глаза. Тогда Ольга приблизилась к нему, о чем-то спросила. Он не понял, что она говорила, но чувствовалось, что это было что-то очень страшное.

– Они погибли, их растерзала толпа, смерть их была страша, я оказался в другом месте, случайно и не смог к ним пробраться. Но лучше мне было там оставаться с ними. Они сожгли потом у и князя, и воинов, в пепел развеяли по ветру, их больше нет.

Он, наконец, замолчал, остановился на месте. Заметил, как прямо и пристально посмотрела на него Ольга. Она очень сильно побледнела, так, что губы стали совсем белыми. Окаменело ее красивое лицо – снежная маска – вот что от него осталось.

Она так и стояла на том месте, словно боялась пошевелиться. Потом медленно пошла во дворец.

Воевода направился к нему, чтобы обнять и убедиться, что он цел и невредим. Даниил не шевелился перед отцом.

– Не казнись, нет в том твоей вины, – говорил он.

– Что теперь будет с ней и с ребенком? – спросил он.

– Не бойся, она сильнее нас с тобой. Все будет хорошо, самое страшное позади

– Но она только жена, – повторял он.

Каждый из них думал о своем.

№№№№№№№

Ольга чувствовала, что силы оставляют ее. Она все предвидела, почти все знала, но на что-то надеялась до его появления. Теперь не осталось никакой надежды. Но ведь ей казалось, что все обойдется. Сейчас в это она не могла поверить. Она хотела быть княгиней, и она стала ею, но что это было сей час? Не лучше ли было оставаться женой князя Игоря. Без Игоря, жадного, не очень умного, но рожденного князем, кто она такая, и что с ней случится завтра или уже нынче? – страшно представить. Она была спокойна за его спиной. А что теперь? Сын совсем мал. И надо беречь его особенно, потому что многим захочется, чтобы и его не стало. Доверять она могла только Свенельду, чужаку, но никак не своим.

Но Ольга ошиблась, воеводы и сами замерли, но они не помышляли о смерти наследника, наоборот, им казалось, что пока он жив, и с ними тоже ничего такого не случится.

Они внимательно следили за ней, гадали, что же она предпримет теперь, как все будет дальше.

.Да и бес не позволил мы им что-то такое совершить, ему нужен был Святослав.

Варвары и все самозванцы надолго присмирели, после расправы древлян никому из них не хотелось править. Ольга вскоре поняла, что она осталась на княжеском столе одна и у нее нет соперников..

Она остановлюсь около лесного озера, взглянула на свое отражение на водной глади, и отшатнулась. На нее смотрела испуганная и несчастная жена. Ничего не осталось от былой красоты и величия. Словно кто-то сыграл злую шутку, так изменив ее облик до неузнаваемости.

Откуда все это, ведь там, в Киеве тишина и напряженное ожидание перемен, Перун ее охраняет и молчит, возвышаясь над ней. И в этом облике грозного бога есть что-то роковое. Они не решатся идти против воинственного бога, она напрасно боится непонятно чего. Никто ей не угрожал, и угрожать не станет. Она осталась княгиней, и будет бороться за себя и за сына, и она победит, обязательно победит. Ее сын родился князем, он им и останется, и она все для того сделает. Она была женой Игоря перед людьми и богами, и она станется княгиней. Пусть кто-то посмеет отнять у нее княжеский стол.

Она вспомнила сказы о том, что Олег, ее непогрешимый Олег входил в Киев, убив своих соотечественников Аскольда и Дира, обманов выманив их из града на берег реки. Она не допустит, чтобы ее кто-то обманул, она будет защищать свой мир.

Но вскоре снова тревоги и паника одолели ее душу. Но Ольга понимала, что у нее нет выбора. И только этому рогатому существу она пока могла доверять, и бес явился к ней, сатир должен был встать рядом с ней в те минуты и во всем ей помочь.

№№№№№

В тот момент, когда бес воплотился и встал перед ней, Ольга приняла решение. Он не видел в ее глазах слезы отчаяния и ужаса. Оно исчезло, растворилось навсегда, она оставалась горда и тверда, какой не была никогда прежде. Он готовился к долго и трудной беседе с новой княгиней, и радовался тому, что видел и слышал.

– Я смогу защитить сына и отомстить за мужа этим дикарям, – говорила она. И было понятно, что она сможет это сделать. Он победил окончательно, конечно, она все сможет, если он ей в том поможет, а он ей поможет.

Глава 19 Снова колдунья

Ольга ждала нового приступа страха. Но ничего такого не было, может бес украл все ее ужасы и опасения? Она была уверена в своей правоте, отступать не собиралась. Надо было действовать и не останавливаться. И те, кто были рядом, заметили, как преобразилась в один миг княгиня.

И перед ней был открыт новый путь. Был что-то самое важное в этом мире, что должно было вести ее вперед. Теперь она сможет себя показать, и достичь высоты без помощи мужа.

Одиночества, не беда, а испытание, она должна одолеть и все получится. Ей не придется оставаться в тени князя, за его спиной. Но теперь ей нужно выбрать друга и советника. Она растерянно оглянулась на стоящих у трона. Ни на ком из них не мог остановиться ее взор. Никому из них не доверяла она свою судьбу и судьбу сына. Напрасно ее вельможи тешили себя надеждами. Несбыточными были мечты о том, что княгиня их приблизит к себе. Даже воевода Свенельд, пришедший вместе с Олегом и служивший Игорю, не мог надеяться на ее милость, и на нем не остановился надолго взор княгини.

Княгиня замерла перед статуей Перуна. Она обратилась к воинственному богу, с которым в последнее время привыкла советоваться. Позвала жреца, велела принести ему жертвы, но он молчал.

Она вышла к нему на рассвете следующего дня, усталая и подавленная, за ночь Ольга так и не сомкнула глаз. Только что разгорелась малиновая заря, из-за которой и кумир предстал в каком-то неестественном свете. Это была новая, совсем иная жизнь. Но что такое этот цвет – кровь ли прольется, или сбудется все, о чем мечтается.

Княгиня старалась предугадать грядущее, но никакого знака, ничего не было. Или ей казалось, что не было?.

Она молча отошла от статуи Перуна, вспомнив, как равнодушен к Перуну был в свое время Олег. А ведь его недаром прозвали Вещим. Ольга испугалась своих мыслей, оглянулась на кумира, а вдруг он накажет, обрушив на ее голову гром и молнии?

Но ничего такого не случилось. А может быть он и правда только кусок дерева, сотворенный искусными мастерами, покрытый темными пятнами крови жертв?

Нет, сначала ей надо найти советника. Решение пришло само собой – перед ней нарисовался наш старый знакомый Мефи. Он решил, что должен позаботиться об этой княгине. Конечно, он своеволен и легкомысленен, появляется, когда ему вздумается. Не будет у нее над ним никакой власти.

Но лучше все равно никого не найти. Появлялась еще и тень Олега, но тот был безмолвен, а с этим и поговорить можно было.

Она боялась, что не справится со всеми хлопотами, которые лежали на ее плечах, что весь мир настроен против нее. Но эти сомнения быстро отступали, как только он начинал говорить с ней о чем-то. Вот и теперь он послал ее на заре к колдунье, понимая, что там и защита и помощь остается.

Старуха еще отдыхала после ночных темных дел, но почувствовала, что Ольга приближается, мгновенно пробудилась.

№№№№№№№№

Колдунья приоделась, с хитрой усмешкой ее поджидала. Одной из первых она узнала о страшной гибели князя, а так же о том, что бес решил помогать Ольге, последнее ее сильно удивило, но разве понимала она что-то в его судьбе? Только было ясно, что действовать надо с ним заодно.

Она решила послать Ольгу к Демону Земли. И хотя он никогда им не подчинялся, но с ним можно обо всем договориться.

Он сможет помочь лучше, чем иные.

– Особенно если перед ним будет прекрасная девица, – усмехнулся Мефи, он тоже был уже рядом с колдуньей.

Ольга была уверена, что она сама приняла такое решение.

Колдунья досадовала на то, что все происходило очень быстро, но у нее не оставалось выбора.

Глава 20 Явление

Вместо Ольги перед ней появилось сначала какое-то бледное существо, словно столб на дороге. Старуха фыркнула и усмехнулась.

– Скажи, чем это я обязан явлению святоши? – спросила она

– Я знаю, что вы затеваете, – спокойно и бесстрастно отвечал дух, – не трогайте Ольгу, она поплатится за связь с вами.

Старуха хихикнула:

– Твое время еще не пришло, святоша, ты не сможешь нам помешать.

– Это так, – согласился неведомый дух, – но скоро все переменится, а знаешь, как поступают с такими, как ты в чужих землях? Их сжигают на кострах, чтобы духу на земле не осталось.

– А не пугай меня, кто и где сгорит, одному Велесу ведомо.

Она ничего не могла сделать пришельцу, но и уступать не собиралась. Ангел видел, что слова его брошены на ветер напрасно, он бессилен перед ней, потому развернулся и улетел, не оглядываясь. Он сожалел о том, что ввязался в эту историю, но никак не мог пройти мимо.

– Но ничего, будут иные времена, – скоро все будет по-другому.

№№№№№№№№

А тут появилась Ольга:

– Ты знаешь, зачем я пришла? – спросила она тихо.

Старуха заметила, как она переменилась с первой их встречи, хотя прошло не так много времени.

.Она была сильна и уверена в себе, от растерянности и страха ничего не осталось.

– Все только о том и твердят, – согласилась та, – тебе нужна моя помощь, не найти ее среди твоих людей, – усмехнулась старуха, радуясь, что и она еще может пригодиться.

– Советник твой должен быть могучим и бесстрастным, на многое способным, – говорила колдунья. Они были равны во всем. И Ольга поверила, что та отвечает за то, о чем говорит.

– Но если ты думаешь, что я гожусь для того, то ошибаешься, – сразу же произнесла она, – темна я и неповоротлива стала, да и век мой уже кончился. Прежде много бы я сделать могла, а теперь уж на покой мне пора.

Старуха немного лукавила. Пока она не собиралась успокаиваться, но и помогать княгине не собиралась. Это привело Ольгу в замешательство. Но противоречить ведьме она не могла, боялась, что бес может отказаться ей помогать, ведь оба они были из совсем другого теста, и нельзя с ними, как с людьми поступать.

Та же решила немного помучить княгиню, а не сдаваться сразу, потому и заговорила снова, теперь уже мягко и вкрадчиво:

– Не отчаивайся, у меня есть дружок, милый отрок, вы с ним столкуетесь, он тот, кого ты искала все время, и такой проворный, что мне и в молодости этого не снилось. А чтобы он пришел к тебе, когда нужен станет, запомни заклинание.

Она медленно произнесла слова, потом повторила их еще раз и еще. И они врезались в память, словно всегда их знала Ольга.

– Повторишь три раза, он и явится, как миленький. Не все он может, конечно, но много чего может. Будь с ним тверда, он подчиняется только сильным и властным, а то вместо помощника вражину получишь. Если не сможешь его удержать, то много бед с тобой случится, тогда на себя и пеняй. И главное, не проси, а приказывай, у сильных не просят, это не забудь, а то маяться придется, хвостом перед ним вилять.

В голосе старухи появились темные нотки, но какое это имеет значение. Она перевела дыхание и продолжала:

– Смотри, княгиня, подумай хорошенько, границу не переступай из своего мира в наш, опасно там. Почувствуешь ли силы и уверенность, лучше сразу отказаться и не начинать этого, потом будет труднее, чем теперь. Он могуч, но и жесток, никто тебе не поможет, если с ним не поладишь.

Вот и решил для себя, что и как у тебя должно быть. Это твоя судьба, ты ею и распорядиться можешь.

Глава 21 Главный советник

Почти впадая в уныние, Ольга торжественно улыбнулась. Она не обратила внимания на предупреждение колдуньи, не собираюсь ни о чем сожалеть – она выбрала этот мир, представив, что может распрощаться с ним, оставаясь в том сером и ничтожном. Она быстро решила, что не страшны любые казни и лишения для того, чтобы вырваться из серости и подняться на ту высоту, пусть даже потом придется падать. А колдунья пересказывала ей светлое будущее, увитое славой. Но она должна подняться хотя бы для того, чтобы упасть потом. Дух авантюризма всегда был ей присущ, теперь он одержал верх над осторожностью, чувством самосохранения.

Демон – так хвали ее главного советника – она произнесла это имя и навсегда его запомнила, решив вызвать и поговорить с ним сразу, как только вернется в палаты.

Старуха понимала, что с ней творится, она с радостью приняла происходящее. Ольга и перед самим дьяволом не отступит – так решила она. Но только таким и сопутствует удача, их усилия не были напрасными. Она не пошла провожать Ольгу, теперь, когда дело было сделано, можно и отдохнуть на печке. А княгиня и сама до дома доберется.

Ольга решила узнать обо всем, что творится, и приблизилась к Демону. Она повернулась лицом на запад и произнесла слова заклятия, не совсем понятные, но так хорошо врубившиеся в память. Но почему-то он не появлялся, не откликнулся на ее зов. Наверное, она перепутала, сделала что-то не так. Она позвала более настойчиво, не отступила от своего желания. От противоположной стороны отделилась огромная, в два человеческих роста фигура, бесплотная тень обрела очертания. Темный был затянут в черные кожи. Она привыкла к средним размерам беса, и отстранилась, смутилась перед жутким великаном. Но вспомнила слова ведьмы о том, что не должна просить, только приказывать и повелевать. Демон так и оставался стоять и смотреть на нее, не отодвинувшись от стены. Может, так им было легче рассмотреть друг друга?

Ольга заметила, что он красив и обаятелен, если бы не его размеры, то был бы невероятно красив. Во взгляде было что-то располагающее и возбуждающее.

– Я буду тебе служить, – услышала она его зычный голос, – такова воля небес и пекла, но я и так стал бы тебе служить, я твой главный советник и защитник от черных сил. Бес появляется, когда захочет, а я по твоему зову, когда захочется тебе. Но иные духи могут помогать или мешать, есть мои собратья- Демоны Огня, Воздуха, Воды – с ними тебе лучше не ссориться, я не смогу им всем противостоять. А вот за помощью к ним можно и обратиться. Есть и мелкие демоны, я назову их, а ты запомни, с ними ты можешь и без меня договориться. Это Самаэль – Демон власти и рабства, Михаэль – ума и глупости, Рафаэль, – жизни и смерти Хюриэль – мира и войны, Габриэль – богатства и бедности – запомнила? – спрашивал он.

Княгиня радостно кивнула в ответ. Она и не подозревала, что рядом м ней было столько разных сил, которые могли сотворить что угодно. Но и в беду с ними недолго впасть. Но тогда Ольга хотела думать только о хорошем. Она стала по- настоящему могущественной, уверенной в себе. Скоро пробьет ее час и все изменится, и Игорь, если ему оттуда все видно, еще полюбуется, глядя на дела своей жены, а она добьется того, о чем ей мечталось, а может и того, о чем она мечтать и не могла.

– Скажи, чего ты хочешь сейчас, раз уж я все одно тут, – услышала она голос Демона Земли.

И она понимала, чего ей больше всего хочется.

– Я хотела бы, чтобы ты привел душу моего убитого мужа, – заговорила она, понимая, чего ей хочется больше всего

– А не испугаешься? – поинтересовался он, – нет, наверное, не испугаешься. Я прощаюсь с тобой, а он появится, хотя лучше звать его на кургане, меньше ждать придется. Но раз тебе так хочется.

Демон тут же исчез. Облако явилось перед ней. Она не сразу узнала Игоря, на его избитом лице были шрамы и кровоподтёки, одежда порвалась во многих местах, и выглядел он жалко и нелепо, особенно если с Демоном сравнить.

Он опустился на стул, около которого стоял и усмехнулся:

– Видишь, что сотворили со мной древляне.

– Ты сам себя до могилы довел, – отвечала Ольга, – я же просила тебя не усердствовать, не испытывать судьбу, но когда ты и кого слушал? Да и что теперь об этом. Я отомщу за смерть твою, у меня хватит для этого сил, да и проучить их надо, хотя это не то дело, о котором мне мечталось все время, но я творю это ради нашего сына.

– Ты расскажешь ему правду обо мне?

– Потом, когда подрастет, ему не надо повторять твоих ошибок, но говорят, что судьба его будет так же страшна, как и твоя. Но нам надо думать о нашем мире и о грядущем.

– Прости меня, Ольга, мало я любил тебя, совсем не заботился о тебе, бросил на произвол судьбы.

– Да что там, – усмехнулась она, – видно на роду у меня так было написано, так тому и быть, – вздохнула она, – ты за свои грехи расплачиваешься.

В голосе ее появились нотки жалости.

– Я хотел быть выше, сильнее Олега, – признался он, – но он и тут и там остается героем, а я только тень героя.

– О чем ты, что это за круги такие? – удивленно взглянула на него Ольга, не понимая ничего из его речей.

– Я не смогу тебе ничего объяснить, может, когда потом ты сам все узнаешь. А на земле нам ничего неведомо об этом мире, но все узнаешь позднее сама. Помочь я тебе не смогу, но буду следить за тобой внимательно.

От боли и усталости Ольга закрыла глаза, а когда их открыла, то рядом уже никого не было. Она одна стояла около стены в пустой гридне, внимательно смотрела вокруг. И только какой-то платок из тонкого шелка – такой носил князь Игорь, лежал около ее ног. Она подняла его и долго рассматривала. Это все, что от него осталось.

Глава 22 Послы древлян

Несколько дней праздновали древляне победу. И похвалился князь древлян Мал перед своими собратьями, что легкой эта победа оказалась. Слишком глуп да нагл был князь Игорь, за это и поплатился. Ничего от него не осталось, даже прах по ветру развеяли. Они освободились от дани надолго, вряд ли кто-то из его наследников решится к ним сунуться, если жизнь дорога.

Но теперь уже древляне, кичась победой над князем, решила пойти дальше. Князь перебрал медов хмельных, да и заявил, что утром отправит он послов в Киев, чтобы посватались они к вдове Игоревой – Ольге. Он слышал не раз, что она молода и красива, даже каменное Олегово сердце дрогнуло, когда он ее узрел. И не только жену получит Мал по праву победителя, но и княжеский стол. И дикое это желание так запало в его душу, что уже не мог он с ним расстаться. Протрезвел князь на другой день, а все о том самом он и думал. Он не слышал зловещего смеха беса, вдруг представившего Ольгу рядом с этим надутым индюком. А ведь даже по сравнению с Игорем он был ничтожен, а уж куда казалось бы хуже. И если бы не его проделки, то в ногах бы у Игоря валялся и прах с его башмаков сметал, а тут уверовал в свое величие.

Мал не слышал хохота беса в пьяном угаре, он сделал вид, что не слышит того, кто тихо и насмешливо произнес:

– Не надо желать невозможного, целее будешь.

Ему было понятно, что тот сказал, но остановиться он все равно не мог.

Он взглянул на говорящего, и подумал о том, что и среди его близких встречаются ядовитые, но не стал ничего говорить, решив с ним разобраться потом.

Остальные за столами молчали, не ведая, на какую сторону перейти, где будет безопаснее.

Они не ценили своего князя, в грош его не ставили, хотя в последнее время он смог их убедить в том, что не так плох и чего-то стоит. Опасно было скверно о нем отзываться. Да и каждому хотелось получить что-то с богатых Киевских земель. А почему нет, ведь и в расправу над Игорем многие не верили, а теперь точно все может получиться. Если с самим князем Мал справился, не побоялся, то с бабой его точно сладит. Странно только, что слабая и беззащитная, она до сих пор послов своих к ним не прислала, а ведь победители они, а не она. Но ей повезло, остается только договориться и устроить свадебный пир, где все и решится.

А ведь мог ее и наложницей сделать. Тут же стали собирать они послов в Киев, чтобы время не терять, кто-то мог и опередить их ненароком.

№№№№№№№

В тот же вечер еще до появления послов, о решении древлян, усмехнувшись, сообщил Ольге бес. Она удивленно на него взглянула, не понимая, издевается ли он над ней, шутит ли, или они так глупы, что готовы к ней в родственники проситься.

– Меня просят в жены к князю древлян? – переспросила Ольга, – да в своем ли они уме или совсем из ума выжили?

– Почему же, так и должно быть, победители все-таки, а ты побеждённая, так чем тебе не так? Получив малое, им всегда хочется больше и больше, вот решили киевские земли к рукам прибрать.

Ольга стала понимать, что бес не шутит и не издевается над ней, и в ту же минуту приняла решение. Ей и выбора не нужно было делать, все понятно с самого начала. Значит, к Демону ей придется обратиться раньше, чем она полагала.

Послы древлян… Они появятся через несколько дней. И ей придется самой отомстить за все, что они сотворили с ее жизнью. Но не станет же она женой убийцы, мерзкого и ничтожного убийцы. Они не дождутся от нее этого. Они просто не знают, сколько в ней силы и воли.

Ольга снова провела ночь без сна размышляя о том, как встретит непрошенных гостей. Но время летело незаметно, а она ничего не могла принимать. Ей оставалось только вызвать, а потом ждать Демона. На этот раз он услышал ее и явился быстрее. Она чувствовала себя увереннее при его появлении.

Глава 23 Ловушка для корабля

Демон выслушал ее внимательное, хотя многое ему было известно, о чем-то он догадывался.

– Я не хочу, – говорила княгиня, чтобы они просто были наказаны, нет, наказаны они должны быть по-настоящему, чтобы навсегда забыли, как жениться и как смогут захватить Киев.

Он понимал, что от него хочет Ольга, но решил немного помолчать, для пущей важности, потом все-таки заговорил:

– Если хочешь наказать их по заслугам, изволь, я смогу тебе в том помочь. Они будут на корабле, прикажи прорыть канал к княжескому дворцу, а когда они сядут на мель, вели его засыпать, я помогу тебе в том, ведь твои люди вряд ли с этим без меня справятся.

Он внимательно следил за тем, что ответит княгиня. Он не сомневался, что ловушка сработает, но не слишком ли это жестоко? Жена вряд ли сможет на такое решиться. У нее есть душа, она должна рожать, а не губить, так устроен этот мир.

Но пришло время удивиться самому демону, княгиня спокойно с ним согласилась, словно и сама только об этом и думала. Она согласна, чтобы осуществилось все, что он задумал, и кто тут Демон? Она даже улыбнулась, она довольна, что такое можно проделать?

Недаром говорят, что жены наши из самого Пекла пришли в этот мир.

Ну что же, тем лучше, его труды не будут напрасными, давненько ему не попадались такие сообщницы.

№№№№№№

Двадцать древлянских послов взошли на корабли, князь отобрал самых разумных и хитрых, которым суждено было довершить то, что он начал творить огнем и мечом. Прощаясь с ними, он был уверен, что все решится в Киеве, и ему останется только въехать туда на белом коне.

Едва ли княгиня будет долго противиться, значит, скоро надо будет ждать добрых вестей. И тени сомнения не возникло в его душе. Они же, погрузившись в ладью, говорили о прекрасном Киеве, который уже считали своим, смеялись над Игорем, который ничего так и не смог сделать. И лишь один из послов, седовласый и мудрый, увидел в предзакатном тумане темное облако. И показалось ему, что-то мрачное и темное, когда он присмотрелся внимательнее. Потому и не слышали он шуток и споров товарищей. Он видел, как убиенный ими князь на рыжем коне мчится к ним навстречу. Он даже лицо князя разглядел, каким же тот был злым и насмешливым, даже жутко немного стало старику. Торжествовал странный всадник-призрак, словно он был жив, а они мертвы.

Ничего не сказал старик своим веселым спутникам, которые с самого начала делили шкуру неубитого медведя. Только все молчаливее и безразличнее он становился.

– Дурной это знак, точно дурной, – твердил он, погружаясь в дремоту, а ладья все еще покачивалась на волнах.

И во время пира, и позднее не послушал его князь, но чуял он, что дорого им обойдется его каприз, никто из этого путешествия не вернется назад. Так ли бессильна и беззащитна княгиня, как ему кажется, если побежденный муж ее торжествует победу, ведь с небес все виднее.

Во всем, что случилось, что еще должно было произойти, было что-то таинственное и загадочное, необъяснимое.

Да и разве не знал он, что победители, опьяненные своей победой, склонные не замечать новой беды, они забывают, что за победой часто следуют поражения. Бес использовал их в своих целях, и теперь он не станет их защищать, потому что они ему больше не нужны. А они все еще верят, что по-прежнему сильны и могучи, способны побеждать снова и снова.

Но разве не ведомо ему, что они плывут навстречу к беде, самодовольные и недалекие люди, победители на час.

А может быть это только тревоги и страхи усталой души? И все будет вовсе не так плохо, как ему кажется? Ну а если все-таки он прав, то умирать не страшно, он уже отжил свое.

Глава 24 В новом мире

Путники готовы были причалить к бухте. Но коварные стражи на том берегу предложили им продолжить путь. Пусть на судне своем прямо к княжеским палатам следуют.

Говорили, что Игорь велел такое сотворить, вот они теперь могут воспользоваться этим. А княгиня ждет гостей дорогих в нетерпении.

– Ну что же, видно княгиня умна, ссориться с нами не собирается, стремится угодить, – слышалось с разных сторон.

Так они и отправились по тому каналу.

Они не скрывали радости – наверняка все закончится еще быстрее, чем думали сначала.

Сомнений в их душах не возникло вовсе, за что они и должны были поплатиться.

И снова что-то екнуло в душе мудреца-старика, но и он поддался общему настроению. Они вели себя как победители. Канал казался большим и удобным, прямо чудо-чудное и диво – дивное, умеют же в Киеве жить. Но в тот момент, когда они уже достигли цели и готовились сойти на берег к крыльцу княжеского дворца, потребовали воины на берегу остановиться. Корабль качнулся, не успев причалить, и тут же сел на мель в центре канала. До берега было приличное расстояния. Они поняли, что попали в ловушку, отрезвев в один миг, но было поздно. Обрывистые берега, стражники со всех сторон и камни, летевшие со всех сторон. И такая глыба обрушилась на их головы, что трудно было что-то понять и сообразить. Они понимали, что устроили это не люди, а боги, люди просто не смогли бы столько сбросить на их головы.

Кто-то из них успел увидеть княгиню, только что появившуюся на крыльце дворца. Она подошла к обрыву и спокойно смотрела, как они гибли. И такой спокойной была, словно превратилась в кумир древнего бога. Она стояла, пока канал не сравнялся с землей, только после этого пошла прочь, ладья у нее на глазах была там похоронена, и она спокойно слушала дикие крики и стоны, доносившиеся из-под земли. Она не произнесла ни слова, просто хотела все увидеть и запомнить навсегда. И огромная черная птица еще долго кружила над ее головой. Но всего этого не могли видеть несчастные послы, большинство из них к тому времени были уже мертвы. Ольга за всем следила сама, потому что не верила своим подопечным. Она слышала угрозы и проклятия, когда непрошеных гостей стали закапывать, ни никак не отозвалась. И только когда уже холм, похожий на курган был насыпан сверху, только тогда она успокоилась немного. Она отошла от этой огромной могилы, убедившись, что никто не сможет выбраться оттуда, взглянула на небеса и увидела странное серое облако – всадника на коне, мчавшегося к ней навстречу. Он немного помедлил около нее, словно пытался разглядеть происходящее на земле, а потом помчался дальше..

Ольга попрощалась с демонами и поблагодарила их, а изумленные люди не один день еще обсуждали то, что там случилось в это время. Многие боялись даже взглянуть в ту сторону, словно какая-то сила должна была оттуда на низ словно обрушиться.

Но никто ничего никому не рассказывал больше. Никто не знал, о чем думали эти люди в те вечера. Они просто исполняли чужую волю, делая свое черное дело. Они не понимали, как смогли закопать такой огромный канал, сбросить в яму столько земли. Они не знали даже, как за пару дней могли выкопать такой канал, а потом его завалить. Наверное, какие-то силы им в том помогали.

– Игорь должен быть мной доволен, – размышляла Ольга, а потом о том же сказал своему воеводе и Даниилу. Оставшись одна в своих покоях, она долго смотрела на отражение на водной глади в лохани.

– Они получили то, что хотели, дерзкие глупцы. Как могли они надеяться, что я соглашусь стать женой их князя, прощу убийство мужа и пойду на сделку с ними? Или на колени мне перед ними встать? Да не дождутся, пусть с предками своими встречаются и беседуют там.

– Ну что же, ты прошла первое испытание, – услышала она давно знакомый голос, но даже не вздрогнула. Но похвала беса была приятна, не часто он ее хвалил. Она и сама поняла, что это ее первая победа и все еще впереди. Она понимала, что должна идти дальше, пониматься выше. Но дивилась и тому, что не было никакой жалости в душе. Было ли у нее вообще сердце, или только камень? Хотя убивая их, она и сама становилась им подобной и ничего от них не отличалась.

Бес был доволен, он возлагал на нее большие надежды, и она их оправдала. Он радовался, что не ошибся на этот раз.

№№№№№№

Еще несколько дней говорили о страшном происшествии. Но не удивлялись происходившему. Ольга просто не дала себя и свои земли в обиду. А если бы все они превратились в рабов, она стала бы главной рабыней среди них.

Но кладбище перед дворцом на многих наводило ужас. Хотя по =настоящему содрогнулся только варяжский священник, давно, еще с Рюриковых времен живший среди славян, но так и не привыкший к варварству и их нравам.

Сначала ему это показалось вымыслом, его в тот день не было в городе, потом, пришлось все-таки поверить, но он не верил, что это сделала сама Ольга, что не дьявол устроил это. Он чувствовал, что должен как-то противостоять всему, даже вступить в борьбу за душу княгини. Хотя не верил, что сможет ее спасти. Но может ли она быть так хладнокровна и спокойна после всего, что случилось?

Священник чувствовал, что все это только начало, и будут дела значительно хуже и страшнее этого.

Глава 25 На приеме

Нынче в тронном зале Люцифера объявили большой сбор, все духи разных миров должны были оказаться там. Они переглядывались и посмеивались, не понимая, с чем все это связано. Но никогда не собирал их у себя Люци просто так.

Он же появился на своем месте позднее обычного, хотя такое случалось крайне редко прежде. И только русалки, грациозные в воде, и неуклюжие на суще шуршали чешуей, продвигаясь между собравшимися. Они и дивились тому, что могло задержать их князя.

Он же обнаружил, что нет главного виновника торжества, и послал за ним 4-х демонов, будто его было так просто обнаружить тем самым Демонам.

Демоны же плохо разбирались куда им нужно было направиться и где искать Мефи. Но пререкаться с князем никто не посмел, вот и отправились они туда, в Ольгин дворец, о чем проболталась одна из русалок.

Но они как-то не заметили верхушку священного дуба, и Демон Земли кубарем полетел вниз, а дуб, стоявший с самого начала времен около палат, развалился на части. Бедняга вырубился, да так, что собратья его едва откачали. А когда он очнулся, то никак не мог вспомнить, куда его посылали, и долго пришлось объяснять, зачем они здесь.

Но память медленно возвращалась к посланнику Тьмы, хотя на все это времени было потрачено страшно много. Прием затягивался до невозможности. Демон Земли смотался в горы, решив, что возвращаться в Пекло ему не стоит.

Вот так и заканчивались неизменно провалом все попытки оказаться в небесах. И оставалось демонам только обитать где-то в горах между небом и землей.

Только сам Мефи узнал от какого-то духа о том, что начался прием, и понимая, что ему попадет за отсутствие там, поспешил туда со всех копыт. И прибыл он туда очень вовремя, и сразу же понял, что все сбились с ног, пока его искали.

Он остановился перед троном владыки.

– Наш бес творит большие дела, – усмехнулся Люци, – Святоши на небесах закопошились, но не слишком ли вы жестоки вместе с княгиней своей? – спросил он, резко повернувшись к бесу

– В самый раз, – невозмутимо отвечал тот, – он пытался понять ругают или хвалят его и княгиню.

– А как же человеколюбие, добро, которое побеждает зло неизменно? – не унимался тот.

– Собаке собачья смерть, – отвечал бес.

В зале появился шум и шорохи, все пытались понять, что им делать, как отвечать на это. Они стались перекричать друг друга.

Но все это толпа, которые ничего не делают, и только создавали шум.

Князь замолчал надолго, давая им волю.

И вдруг на лике беса исчезла ухмылка, и появилась какая-то странная тайна. Но обратили на это внимание немногие. Они не понимали, что могло ему померещиться.

А что если князь что-то задумал?.

Мефи странно качнулся, будто в спину ему всадили нож, едва удержался на копытах. Это не ускользнуло от Люци. И все замерло в то же мгновение.

– Ну что же, продолжай в том же духе, – только и сказал он.

Он почувствовал, что наступили довольно мрачные времена на земле, и разгулу его и свободе приходит конец.

Большой прием закончился так же неожиданно, как и начался. Но надо было готовиться к новому времени и к новым делам.

Часть 2 Новый бог

Глава 1 Легенда о Христе

Он появился в этом месте перед закатом, словно хотел убедиться в том, что это не сказка, а реальность, что никто ничего не придумал. Еще рыхлая земля не успела слежаться. Монаху показалось, что она сотрясается, и он слышит стоны.

Он перекрестился в страхе и ушел от дьявольского места.

– И это дело рук человеческих? – спрашивал он небеса, или просто себя пытался в том убедить. И снова содрогнулся всем телом, представляя, как княгиня на глаза у всех засыпала живых людей, понимая, что они погибнут быстро и верно. А ее слуги верные и голоса не подали, когда все это происходило, наверное, гордились ею, считали, что совершилось возмездие. Видно, только он один был уверен, что бог может судить и карать, но это не должен делать человек, даже наделенный властью.

Месть – самое страшное, что мог придумать человек, не его это дело, а Бога. Но, кажется, что теперь так все будет и ничего не переменится в этом мире.

Он постоял еще немного и отправился во дворец, желая взглянуть на княгиню, которая и сама уже стала матерью. Если даже его не пустят к ней, что вероятнее всего, он добьется своего рано или поздно. Хотя он и сам не ведал, зачем ему это нужно.

Но потом стало понятно, что он просто хотел спасти ее душу, даже если она сама вовсе этого не хотела. С Олегом ничего не вышло, но она женщина, она должна понять, что ее место в раю, пусть туда и стремится. Он должен спасти ее от ада, от вечного ада. Сколько бы времени не прошло, сколько бы сил не понадобилось, он сделает это. Хотя порой ему казалось, что времени и сил вовсе не осталось.

Он должен открыть ей правду и спасти ее душу.

Он шел, рассчитывая на отпор, но княгиня согласилась принять его сразу. Она не ведала, что понадобилось чужеземцу, но решила с ним поговорить. Вдруг он принесет ей что-то полезное. Она устала оставаться взаперти, надо было общаться с разными людьми, это очень важно для нее в такие минуты. Монах – чужак, может ему со стороны виднее, он поведает ей что-то сокровенное.

№№№№№

Варяг в черной рясе показался ей чертом, существом из другого мира. Это для Олега он был близким и понятным, хотя и иноверцем, а для нее —чужеземец, от которого исходила какая —то незримая опасность. И в лике его что-то непонятное, она не знала слова, коими можно было определить, что же это такое было.

А он медлительный и немногословный, смотрел на нее. Она показалась ему красавицей, но красота делала ее еще страшнее, если вспомнить недавние события.

Странная улыбка, скрывающаяся в уголках губ, любопытство, игривость молодой жены. Неужели это она приказала сначала выкопать яму, а потом и засыпать этих людей?

Если она все это сделала, а теперь слушает его и улыбается. Ему оставалось только рассказать обо всех муках Христовых, о ярости и страшной смерти Пилата. Все это так живописно написано в Священном писании, или все это только фантазии писавших. Но разве могли они придумать такое. Тогда что же это такое? Она дикарка, она ни о чем не имеет понятия, но ведь должно быть что-то в ней этакое, что отличает ее от зверя лютого. Вон и одежды прекрасные, и умной кажется. Но так что за Сфинкс замер перед ним? Она размышляла и не могла остановиться.

Ольга жестом попросила его сесть. И монах опустила на стул напротив, закрыл лицо руками, чтобы не видеть ее, и начал говорить, говорить, не заботясь о том, слушает ли она его, слышит ли. Он говорил о своем Боге, о его жизни на земле, о распятии и воскрешении, о вечной жизни на небесах, о рая для праведником, об аде для грешников, о вечных муках. Ему едва хватало дыхания, но он говорил и говорил. Никто его не останавливал, княгиня слушала внимательно, сидела почти неподвижно. Но доходили ли до нее слова, слышит ли она то, что он говорит.

Он замолчал, потеряв счет времени и почувствовал только смертную усталость. Ему больше нечего было сказать, он не мог больше говорить

Глава 2 Прозрение княгини

Ольга слушала варяга. Что-то заставило ее внимать ему. Она просто чувствовала, что он необычный человек, такой, каких до сих пор она не встречала. Наверное, только он ведает правду. Ей казалось, что Олег стоял за ее спиной, потому она не могла прогнать его, чтобы чуть дольше побыть с ним. Вот и не смела прервать его пламенные речи. И хотя она мало что понимала из того, о чем говорил, но знала, наступит день, когда она и сама будет так думать и так говорить.

Но когда варяг замолчал, она спросила у него:

– Разве может быть бог таким, как ты рассказал? Как он мог мириться со злодеяниями и позволить себя распять? Как он защитит других, если и себя защитить не мог. Зло должно быть наказано и получить такую же меру, какую оно совершило. А может еще больше, чтобы не появилось желания совершать его снова.

Монах понял, что все его пламенные речи не имели никакого действия, столько усилий потрачено напрасно.

– О, княгиня, если оно будет наказано еще более жестоко, то никогда не кончится.

Они стояли на разных сторонах весов, которые наверное, никогда не уравновесятся.

– Если бы даже я и захотела жить по твоим заповедям, то это был бы последний день в моей жизни, – выдохнула княгиня, – сам видел, мои враги понимают только силу и жестокость, и я пока жива, так же стану поступать с ними, уже не обессудь.

Пропала куда-то загадочная улыбка на лике ее. Перед ним сидела жена сильная и несгибаемая, перед которой и муж иной не устоял бы. За ее спиной стоял Олег, который тоже в свое время слушал монаха внимательно, но и он не стал его сторонником до последних дел оставался со своим Одином и Локи и приглядывался к Перуну, но никак не к тому дивному богу.

– Олег прослыл мудрым, а ведь ты ни в чем не смог его убедить, – напомнила ему Ольга. – Наверное, слабые и беззащитные придумали для себя такое утешение, лишь бы оставалась у них какая-то надежда. – Она усмехнулась, радуясь, что разгадала страшную тайну.

Монах молча уходил из ее палат, и чувствовал только свое бессилие перед вздорной бабой, понимал, что все его доводы бесполезны. Ольга в чем-то права, говоря о его боге, но может быть в этом и суть, но она не понимает главного, выйдя на тропу мести, никогда не поймет. Рядом с ней вечный противник его бога, он постоянно доказывает обратное, а бог молчит, она хочет действовать, но без него. Она придет к нему все одно, но когда это произойдет, сколько всего она сможет еще натворить? Она не думает о бессмертной душе, ей нужно все и сейчас. Он ощущал бесплодность всех усилий и ничего не смог сделать

№№№№№№

Проводив монаха, Ольга долго бродила по гридне. В душе ее оставались сомнения, пустота. Она вовсе не была уверена в том, о чем говорила, но не хотела выдавать чужаку своих сомнений. Лучше бы вовсе с ним не встречаться. Не нужна была ей смута в душе, зачем она принимала и слушала его? До этого разговора она была уверена в своей правоте, а теперь начала сомневаться.

А по его словам получается, что она совершила грех и погубила свою душу. Что там он говорил о муках и о аде вечном? Лучше не знать о том и жить спокойно. Он говорил, что миловать и карать может только его бог. Она не верила в это, она не собиралась ждать, пока на них обрушиться кара, ей все надо было тут и теперь. Да и существует ли он вообще, вот если да, то ей становилось страшно, но скорее всего его вовсе нет в этом мире. Она гнала от себя мысли и сомнения, но они возвращались снова и снова.

Мефи появился как всегда неожиданно. Она обрадовалась его вторжению может быть в первый раз за все время.

– Зачем ты слушала бред этого старика? Знаешь, сколько таких историй оставалось. Вижу, что и тебя он задел за живое, а напрасно, все это ерунда полная (последние слова он произнес про себя, понимая, что Ольга скорее всего не поймет, он позаимствовал из другого времени)

– Скажи, есть ли правда в том, что он говорил?

– Старик был красноречив и смог смутить тебя, – подумал бес, а вслух произнес другое:

– А что такое правда? Нет ее в мире, не было и нет. Мы все время обманываемся, он сам не верит в то, потому так и упорствовал. И главное, с какой стороны посмотреть, с одной вроде правда, а с другой – никакая не правда.

– Ты говоришь туманно, скажи просто, был ли в мире такой человек, погиб и воскрес ли он, или все это только сказки.

– Да был он, – признался бес, – и помер он так, как тебе святоша рассказывал, только не воскресал после. Даже я не видел его после той казни, а если бы так было, то он бы точно воскрес. Но для тех, кто верит, он воскрес, для остальных так и остался одним из убиенных и все. Магдалина говорила, что он приходил к ней, но влюбленная девица и не такое скажет. Мария, его мать, тоже говорила, что видела его, но ей это только приснилось, матерям вообще верить не стоит. Мне нет хода на небеса, потому ничего такого сказать не могу, был, не был, а кто же его знает-ведает.

Бес говорил правду, на небесах он с тех пор никогда не бывал.

Ольга понимала, что теперь она никогда не успокоится, все будет гадать – было или не было.

Глава 3 Новые испытания

Долго ли коротко ждал князь известия от послов, но дождаться никак не мог. Мефи развлекался, ему не хотелось, чтобы все так быстро заканчивалось. Он делал все с большим азартом, считал, что надо мстить достойно тем, кто оказался таким дерзким и неуправляемым.

Вот и стал он в один миг странником утомленным долгой дорогой, соорудил подметную грамоту для князя, где и сообщал, что послы его сообщают, что ворочаться назад не собираются, больно земля их бедна да убога. Это они поняли, как только киевские земли узрели. Княгиня к ним милостива, они тут и поселятся навсегда. С этой грамотой он и пробрался в княжеский дворец, чтобы вручить ее князю лично в руки. Они там узнали руку воеводы своего, и подтвердили, что писал он собственноручно. Он же рассказал, что сами послы и отправили его сюда, чтобы не ждал он и не надеялся на то, что они вернуться назад собираются.

– Княгиня хитра, – подмигнул странник, – ей удалось уговорить и одарить твоих людей, теперь они ее слугами верными стали, а о тебе они позабыли давно, наверное, не больно ты добр был к ним, всегда так было – рыба ищет, где глубже, человек, где лучше, – ввернул бес знакомое изречение и остался доволен сам собой.

Выслушав все это, князь не усомнился даже, что так оно и было, разгневался на своих подданных Мал. Как же легко они к коварной княгине переметнулись, понял, что надо новых, более надежных послов туда отправлять, чтобы и тех вернули назад, и миссию свою исполнили, и наказал он, чтобы княгиню к нему доставили. Велел он прочитать им грамоту воеводы, и предупредил, чтобы ни на какие уговоры не поддавались, а то худо им станет. Он предупредил, что с женами и детьми сам расправится, если вздумают они против него пойти. Понимали послы, что угрозу свою князь исполнит, потому и настроены были решительно исполнить все, что требуется.

№№№№№№№№

А княгиня в тот же вечер узнала от беса, что задумал теперь князь ее враг вечный. Поняла, что не успокоится он, пока не уничтожит она его. Но так тому и быть. Она узнала, что не ладье отправились те послы, а по суше двигаться стали, значит, прежняя хитрость бесполезна.

– Не унимается князек, – хихикнул бес, – видно сильно хочет он тебя в жены заполучить, да земли твои к рукам прибрать, а сам мечтает князем Киевским стать. И чем ничтожнее, тем выше он привык метить, окаянный, не подозревает, глупый, как тяжела доля княжеская.

Вздрогнула Ольга, показалось ей, что вести о лютой расправе дошли до Мала, не сунется он больше в град ее. Но не оправдались ее догадки и на этот раз. Нужно было что-то новое придумать, не дает ей передохнуть разбойник проклятый.

Не могла она остановиться, потому как не только за Игоря убиенного мстила, но и за себя, за сына своего, за земли, которые им в наследство достались. Если узнают древляне, что она натворила, то не избежать им битвы страшной. Она должна была опередить их и бороться дальше. Вспомнились проповеди варяга, но теперь они были почти бесполезны. Но какую ловушку предпринять против новых послов, что делать ей теперь?

Мефи молча усмехался, ему не хотелось все решать за княгиню, он может только помочь ей осуществить то, что она задумала. Потому сообщив обо всем, он решил смыться поскорее —пусть сама думает обо всем.

Тогда она и вызвала Демона, вспомнив старое заклятие. Она помнила о его свирепой красе, и решила, что это не станет изменой ее погибшему мужу, если она захочет развлечься с ним. Но пока им грозит беда, нельзя думать о развлечениях, надо все сделать для того, чтобы миновала ее чаша сия.

№№№№№№№№

Демон выслушал ее, задумался.

Если люди не собираются успокаиваться, значит их нужно уничтожить, другого ничего не остается. Он все еще молчал, и Ольге стало казаться, что и он не может найти выхода.

– Я позабочусь, – наконец заговорил он, -чтобы они не встретили никого по дороге и не узнали правды, раз сюда снова направляются послы, значит им ничего не ведомо. А когда они доберутся до твоих палат, вели истопить для них баню, пригласи помыться-попариться с дороги. А Банник твой свое дело прекрасно знает. Более свирепого духа нет в округе, да и должок у него есть.

И хотя Ольга пока еще мало что слышала о Баннике, но ничего выяснять не стала, решив положиться на красавца. Она вовсе не хотела его обмануть подозрением.

– Ты сделаешь все, чтобы они отправились в баню, а там мы их встретим, – произнес он на прощание.

Расставшись с Ольгой, Демон заглянул к Баннику и объяснил, что от того требовалось. Банник лишь усмехнулся в ответ.

– Ну что ж, давно я не развлекался с такими гостями, -только и произнес он, – повеселимся от души.

В отличие от Домового и Кикиморы Банник хотя и жил среди людей, и часто с ними соприкасался, терпеть их не мог. Нрав у него бы отвратительный, потому что тяжелой и жгучей оказалась работа. Просто одних он ненавидел чуть больше, а других немного меньше. К княгине он относился чуть терпимее, Демону был многим обязан – часто и много проигрывал в кости, да и побаивался его сильно, силы, если потасовка завяжется, были неравны. Он быстро все подготовил для дела, о котором говорил Демон. Без поджога и пожара тут не обойтись. Ну жечь баню, так жечь, княгиня потом еще лучше отстроит. Конечно, их можно было и так уморить, но вдруг они живучими окажутся, тогда ему точно несдобровать, Демон шутить не любит.

– А эту баню давно сжечь пора, она ни на что не похожа, даром, что только так называется, – ворчал Банник, вечно чем-то недовольный.

Но все приготовив, он решил поспать немного, работа – то его только к вечеру начинается. Демон быстро его разбудит, когда все начнется.

Глава 4 Тяжелый пар

Всадники мчались навстречу гибели без вдохновения. Они не могли нарушить приказа князя, но сомневались в том, что все их предшественники решили остаться в Киеве. Им хотелось выяснить, что же там произошло. Странным показалось и то, что по дороге они никого не встретили, и только один из путников, мелькнувший на горизонте, тут же исчез, они так и не успели к нему приблизиться.

– Что за чертовщина? – спросил удивленно воевода, – дороги совсем пусты, они что там, вымерли?

На первый взгляд впечатление было таким. Воевода же был проницателен, он никому, даже князю не верил на слово. Но повернуть с этого пути и вернуться назад никто бы не решился, им велено было без княгини не возвращаться, а дома оставались семьи и дети в заложниках у строптивого князя. Они должны были выяснить, что случилось с их братьями, у многих в том посольстве были родичи.

Всадники в полном одиночестве приблизились к городской стене, молчаливые стражники, с которыми не поговоришь сильно, указали им дорогу к княжеским палатам.

Странную картину какой-то мертвечины немного оживила сама княгиня. Она словно уже поджидала их, знала, что они должны появиться.

Она стояла на высоком крыльце и загадочно улыбалась. Дурные предчувствия развеялись понемногу. И хотя в той схватке они были победителями, но в мире побежденных было как-то тревожно, кто его знает, что можно ждать от раненого зверя. Да и следовало подчиниться чужим законам. Но кажется, пока ничего не предвещало беды. Когда они спросили о своих товарищах, Ольга снова улыбнулась:

– Не ждали вас так рано, гости дорогие, только к вечеру все соберутся тут. Тогда и поговорите, а пока накормлю я вас и велю баню истопить, чтобы помылись вы с дороги, ведь длинным был ваш путь, да и повелось так издавна у славян.

И она распорядилась истопить баню, а сама пригласила гостей к столу.

– Хороший пар нынче будет, постараются слуги мои верные, – подумала княгиня, усаживаясь вместе с гостями за стол. Подняла свой кубок Ольга за князя древлян, с которым они должны были породниться.

– Думала, что каприз это княжеский, вот и попросила послов задержаться, но вижу, что князь настойчив, твердо решил он взять меня в жены, придется мне, видно, согласиться.

И так ласкова да приветлива она была все это время, так выражала покорность судьбе, что даже у всегда сомневавшегося воеводы уснула бдительность в душе, он сам спросил, готова ли баня, уж больно хотелось попариться от души.

Княгиня кивнула в ответ, попросив не задерживаться надолго, она будет ждать их с нетерпением на вечерний пир. Так и отправились они, улыбаясь, навстречу смерти своей лютой.

Ольга стояла на пороге, провожая гостей в баню. Ласковая улыбка застыла на губах, когда воевода оглянулся. Он решил, что она пожалуй, глупа, как и всякая баба, хотя и слишком хороша для дикого князя с бешеным нравом. Но что поделать, другого у них все равно нет, а Игорь просто оказался слабаком. Говорят, она любила покойного варяга. Но воевода никогда не видел его, а потому не ведал, каким тот был, отличался ли он чем-то от остальных. Княжеская баня была замечательной, богатой и просторной. Она же понимает, что ее судьба решена, смирилась, а что останется деве в этом жестоком мире? Надо скорее со всем покончить и отправляться назад, в гостях хорошо, а дома все равно лучше. Она забудет о муже и будет счастлива с их князем, а не будет, так не велика беда, многие так живут и ничего, счастливы. Уж лучше плохая жизнь, чем хорошая смерть.

Наверняка плохая жизнь лучше, чем хорошая смерть, но Ольга не собиралась себя в чем-то обделять. Она была тут хозяйкой и поступала так, как захочется. Ей показалось, что где-то рядом мелькнула черная ряса, когда гости скрылись в бане.

Прошло полчаса, час, Ольга начала волноваться, все ли там получилось так, как хотелось? А что если они вымоются и вернутся назад. Она не знала, как сможет расправиться с ними, если в бане что-то будет не так. Что если ей повезло в прошлый раз, но не теперь? Она запаниковала и едва могла себя успокоить. Но во дворец ворвался дружинник и закричал, что в бане начался пожар, а двери заперты, и люди не могут оттуда выбраться, их надо спасать, но он ничего не смог сделать.

Он говорил и поражался тому, что она ничего не сказала и не сделала. Она просто отстранила его и шагнула к выходу. Она ничего не сказала, и спасать не торопилась.

Ольга стояла на крыльце и смотрела в сторону бани, из которой валил дым, она слышала жуткие крики сгоравших людей. Княгиня попятилась назад, прислонилась к колоне. Подумала и отправила, наконец, своих людей к бане, чтобы не возникло подозрений, что это она и задумала все заранее. Слуги ее метались в панике, никому не хотелось страдать из-за гостей. Потушить пожар они так и не смогли.

№№№№№№№№№

Ольга все еще стояла, прикрыв глаза руками. Она чувствовала, что устала так, что готова была упасть и покатиться с высокой лестницы. Она казнила себя за то, что готова была усомниться в том, что все получится. Но она не могла позволить себе слабости.

В тот момент в бане обрушилась крыша – теперь их точно не спасти, никто не полезет в это пламя. Никто не вышел оттуда живым. Все сгорели, она могла спать спокойно.

Она повернулась и пошла в комнату, надо было немного передохнуть вдали от посторонних глаз. Но она понимала и другое, что должна поднять дружину и отправиться к древлянам. Не стоило придумывать новую казнь, надо просто сжечь город.

Ей показалось, что тень Игоря промелькнула перед ней. Он все видел и должен это одобрить. Ни Мефи, ни монах в этот день в палатах не появлялись, на месте, где стояла баня, были развалины и пепелище. Кто-то завывал там всю ночь.

Уже утром появились мастера, чтобы построить новую баню, лучше сгоревшей. Банник должен быть вознагражден за то, что он сотворил.

№№№№№№№

Монах все знал о расправе. Это ее рук дело, кто бы ни был в том замешан. Но он не мог понять, как это княгине удалось. Хотя, то местом казни стала баня – это все нормально. С давних времен все самые важные дела творились там. Но как княгиня нашла с ними общий язык, не сами же они все сотворили. Неужели у них дьявол в женском обличии правит Киевом.

Монах убедился в том, что зло всегда было сильнее, ему никогда с ним не справиться, да и было оно всегда на шаг впереди. Он плелся по следам и все время опаздывал. Он провел тут столько времени и ничего так и не смог сделать хорошего для этого мира. Он должен был признать, что не может ее остановить.

Глава 5 Утро после пожара

Сон Ольги был неспокоен, явно что-то происходило в том мире. Она медленно поднялась и подошла к окну, сразу же увидела угли пожаров, груду пепла и группу людей около сгоревшей бани.

Они стояли на приличном расстоянии и боялись подойти ближе к этому жуткому месту.

Им казалось, что какие-то тени поднимались над пепелищем и улетали туда, в небеса. Но мастера уже ставили новый сруб, не обращая внимания на любопытных.

Ольга вспомнила вчерашнюю панику и поняла, что все еще владеет собой. Но может случиться какая-то неожиданность, и кто сказал, что всегда и все будет гладко? Даже если у нее и есть какие-то помощники.

– Ты довольна тем, как все случилось? – услышала она голос рядом, как только начала умываться и приводить себя в порядок. Мефи не понимал, почему вместо радости в душе княгини тревога. Это и привело его в замешательство.

– Ты чем-то недовольна? – поинтересовался он

– Да нет, все так, – отвечала она, понимая, что с ним лучше поговорить, не стоит отмалчиваться.

– Тогда что с тобой? Все случилось, как хотелось.

– Это не последние послы, они явятся снова, сколько можно нам топить, жечь их, устала я от этого всего. Рано или поздно появится сам князь, а я не хочу его дожидаться. Разве могу я быть спокойна, пока они живы. А когда он узнает, что с этими и с теми приключилось..

– Всему свое время, – говорил бес.

Его ироническая усмешка заставила его немного успокоиться, хотя можно ли ему верить до конца? Но надо было как-то разобраться со всем, что творится в мире. Но успокоится она только тогда, когда древляне исчезнут с лица земли. Пока они живы, они будут мстить и не будет ей покоя.

Медленно открыв глаза и очнувшись, она видела, что перед ней стоит монах, и как-то странно искажено его лицо. Она поняла, что говорила все это вслух, потому он и воскликнул:

– Ты злодейка, злодейка, и не будет конца злодеяниям.

Он смотрел так, словно перед ним появилось жуткое чудовище, а потом он и вовсе стал яростно креститься, отступил назад, будто она собиралась его толкнуть в тот костер или ударить.

Ольга усмехнулась, почувствовала, что ей нравится быть тем самым чудовищем в глазах этого черного человека.

– Ты злодейка, и не будет конца твоим злодеяниям, – хрипел монах.

Он стал отступать назад. Хотя она стояла и не шевелилась. Видя ужас в глазах жреца, Ольга усмехнулась и почувствовала, что ей нравится быть чудовищем. Она готова была на все, чтобы одержать победу. Каждый в этом мире борется, как может. Она должна все сделать быстро, как ей перехитрить оставшихся в живых древлян.

Сейчас Мефи злился на себя, потому что самоустранился. Это не он все придумал, они обошлись без него. А он смотрел со стороны и гадал, получится у нее что-то или не получится. Он был ленив в те часы, решил, что еще не время, они должны прийти к нему с протянутой рукой, попросить его раза три, а они не пришли и не попросили.

Но ему хотелось уничтожить весь мир, а не два десятка мужиков, иначе грош ему цена.

Сейчас он был как никогда серьезен.

№№№№№№№№

А утром в подземном дворце Князя Тьмы царило гробовое молчание, только там и тут мелькали странные тени. Сам князь повернулся к бесу:

– Ну, дружок, я вижу, ты разошелся, пожары вон какие, сколько людей посжигал да уничтожил? Ни один не спасся. В глазах князя появился какой-то странный восторг.

Бес молчал, если он хочет думать, что все так и было, пусть думает. Демона тут не было и некому было не дать ему соврать. Но потом, отойдя от эйфории, свалившейся на него незаслуженной славы. Он начал, как обычно с ним случалось в спокойные времена, рассуждать здраво, о том, что роль его во всем этом сильно преувеличена, надо поскорее что-то сделать, чтобы соответствовать тому, что говорят в подземном мире. Надо было расправиться с городом древлян, этого вполне достаточно для него.

У Ольги была дружина, но много ли сделают дружинники, они могут помочь, не более того.

Но пока он ничего рассказывать не стал, только удалился, загадочно усмехнувшись. Но для этого надо все хорошо продумать и придумать. Надо было действовать, засучив рукава. Его настоящая победа еще впереди.

Глава 6 Поход к древлянам

Монах поплелся в свою келью, он казался себе самому бессильным и опустошенным. Ничего больше не оставалось в его жизни, он пожалел о том, что суждено было дожить до этих времен.

Он прислушался, пригляделся, когда оказался в жилище, и показалось, что там находится еще кто-то. Такое чувство возникало не впервые. Да, конечно, белая фигура со скорбным ликом. Призрак стоял, скрестив руки на груди, и только когда монах окликнул его по имени, словно очнулся от забытья.

– Ты еще здесь, – растрогано проговорил он, – радуясь, что он тут был не один.

– Я ждал тебя, чтобы попрощаться, здесь больше некого хранить, они безумны и бездушны, я не могу тут оставаться. Я долго терпел и надеялся, но больше не могу. Уходи и ты, старик, иначе все плохо кончится, для любого это плохо кончится.

На лике его отразилась странная печаль.

– Я сразился с бесом и самим Дьяволом, я не боюсь их, но я не могу сражаться с целым градом, с безумным градом, потому можно только удалиться, надолго, может навсегда забыть об этих землях.

И он пошел к выходу из дома, задержался на пороге, оглянулся, спросил:

– Ты со мной?

– Нет, – запротестовал старик, понимая, как безумно все, что творится с ним, – нет, я останусь, мне некуда идти, век мой краток.

Ничего не ответил ангел. Только еще раз поднял на него печальные глаза и удалился.

Подойдя к окну, словно завороженный, наблюдал старик за тем, как белое облако несется прочь. А потом стал молиться, и просил он у Всевышнего только одно – испить чащу до конца, и уйти, не сворачивая с пути, не поддаваясь сомнениям. Ему казалось, что он видел эту чашу, в которой осталась только пара глотков живительной влаги.

№№№№№№

Все решил всадник. А всадником этим, конечно был Игорь, воскрешенный бесом. На этот раз решительно взявшись за дело, он действовал по правилам черной магии, и решил все красиво обставить, но так как сам понимал красоту.

Всадник настиг Ольгу, когда она вышла в сад, чтобы хорошенько все обдумать и вызвать Демона, узнав у него, как ей поступить на этот раз, чтобы завершить это трудное дело – покончить с древлянами, со всем, что они пытаются ей навязать.

Ольге послышался храп коня, и она оглянулась, но не испугалась, а лишь удивилась, в ее саду находился чужой конь. Но это был только призрак, потому что в седле сидел Игорь.

– Ты снова тут, но я не звала тебя, – говорила княгиня, – почему ты не можешь успокоиться? Что я должна для тебя сделать?

Она говорила и говорила. Боясь, что услышит его голос, потребуется что-то страшное. И все-таки услышала:

– Ты должна устроить тризну, на то месте, где меня убили. Только тогда успокоится моя душа, а пока мне нет пути в Пекло, я должен слоняться по земле.

– Но я не знаю, как это сделать в том мире, – призналась Ольга, – там целый град, и вряд ли они это позволят.

Сразу видно, что это давно не дает ей покоя

– Я не могу пойти на них в сражение, ведь так и без дружины легко остаться, а что дальше? Они хотят одного – захватить наши земли. Они думают, что со мной просто справиться.

– Не нужно с ними сражаться, дружину сохранить надо, – отвечал Игорь.

Она почувствовала, что в личине его другой прячется, сооруди под покровом ночи большой костер, туда они все и угодят.

– Сжечь город? —спросила Ольга, – но как можно сделать это. О, какая бы это была тризна по убитому князю. Они полностью бы расплатились за то, что натворили. Но ты не поведал, как сделать это? – торопила она, боясь, что призрак исчезнет, так и не поведав о главном.

– Возьми птиц из гнезд, и с углями отправь их обратно, так и сгорит град этот, следа от него не останется. Твой Демон тебе в том поможет, а к утру и завершится все. Вот и будет тебе тризна, которой мир не видывал. Устал я скитаться, как неприкаянный. Только покоя душа моя просит.

И такие страдания были на лице князя Игоря, что содрогнулась Ольгина душа, поняла она, что не успокоится, пока не исполнит то, что он хочет.

Конь под призраком шевельнулся, медленно понес седока прочь из сада, оставив княгиню в одиночестве со своими раздумьями.

– Да, я так и поступлю, птицы сожгут город проклятый. А когда он пеплом станет, тогда и поймут они, кто перед ними стоит. Получат они и жену убиенного князя, и земли его, все получат.

Мефи радовался, какой он спектакль устроил. Все эти всадники, призраки, пророчества, маски, это так ему всегда нравилось. Этого они не забудут, и все красиво получилось. И всегда так будет, хотя кто же может говорить, знать, что всегда.

Ему показалось, что он творит легенду, которую через века рассказывать будут. И это будет сказание о всаднике, мертвеце князе, который с того света возвращается к жене и просит о мщении врагам лютым. Надо сказать, что хорошо это у него получилось.

Глава 7 После явления

Ольга восприняла это явление как знак свыше, и начала собираться в поход. Это было выходом, конец ожиданиям и мучениям. Да и воины давно хотели проявить себя в схватке с врагами. Никто не сомневался, что она сама поведет их в сражение, а не поручит это воеводе. Многие из них помнили еще Олега и продолжали ему верно служить.

Ольга радовалась такому порыву. Они не чувствовали опасности, не пытались ее остановить.

А может, они чувствовали ее колдовскую силу, потому и не боялись смерти. Ощущение защищенности возникло в душах не случайно. Они готовы были в новое сражение.

Дружина ступила на землю древлян на рассвете. Они были там с первыми лучами солнца. Ольга в княжеском плаще выглядела величественно и спокойно, хотя они проделали долгий путь. Эта дева ни в чем им не уступала, она была на равных с бывалыми воинами.

Но так ли спокойно было у нее на душе? Ольга вспомнила о мелькнувшем и растаявшем перед нею монахе. Человек из иного мира хотел снова напомнить о себе. И появился как раз перед тем, когда они вышли в поход.

Монах подошел к ее коню, когда она была в седле, и взял лошадь под уздцы.

– Княгиня, не делай этого, – взмолился он. Знал или только догадывался о том, что может случиться дальше. Она видела мольбу в его глазах и немного смутилась. Но тут же посмотрела на воинов и произнесла тихо:

– Отойди от коня, ты хочешь невозможного, не бывать этому, я знаю, что делаю, так будет.

Он медленно отступил, видя, что она не слышит его. Ясно, что он не сможет ее переубедить.

Он был бессилен, казалось, что силы его оставляют и он готов был свалиться в пыль у ее ног, потому и поспешил отойти с дороги. Все напрасно, он ничего не сможет сделать. Дьявол завладел ее душой, она никогда не будет принадлежать богу. Если он не отойдет в сторону, она просто растопчет его и двинется дальше. Конь несет ее в пропасть, и она спокойно туда двигается.

Нет, он не поверил бы, что когда-то, пусть и через много лет все переменится. Но что должно произойти? Почему она на небеса, а не в Пекло обратит свой взор.

В душе ее царит безумная власть над миром, в остальном она глуха и слепа, и он не сможет этого изменить, и никто не сможет. Да и сам он не может этому противиться, только отойти в сторону.

Он отошел от княжеских палат и направился к лесу. Ему не хотелось видеть людей. Он доложен был остаться один.

Но неужели правда так бессильна, а ложь так сильна. Нужно крушить и уничтожать все, что стоит на пути, пусть растет этот снежный ком. Но как же тяжело бездействовать, и знать, что иные времена, скорее всего никогда не наступят. Увидят ли торжество его веры дети и внуки этой упрямой княгини. Или так было и так будет всегда.

Монах оглянулся на дорогу. Но княгиня вместе с дружиной уже скрылась из вида. Они несли смерть и муки на своих плечах. А он остался в полном одиночестве.

Глава 8 Страшная тризна

Дружина вместе с княгиней остановилась недалеко от города и решили подождать заката, чтобы двинуться туда во тьме. Заржали разгоряченные кони, им хотелось двинуться дальше.

Ольга пока молчала, не было никаких приказов с ее стороны, она потребовала разбить лагерь, развести костры и приготовить пищу. Сама же удалилась на поляну, окруженную лесом, чтобы вызвать Демона.

Он слушал внимательно все, что она ему поведала.

– Я все сказала, – наконец услышал Демон, – ты знаешь лучше меня, как это сделать, город к рассвету должен сгореть дотла.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.