# Анна в садах Флорляндии

Йека Петрова

В волшебной стране Флорляндии нет привычных городов или деревень: люди здесь проживают во фруктовых или ягодных садах. Девочка Аня родом из Грушевого сада, жители которого едят только груши и украшают дома и одежду грушевыми узорами. Но однажды девочка пробует яблоки, что приравнивается к преступлению в Грушевом саду…

Одеяло с грушевой вышивкой

В волшебной стране Флорляндии не было ни деревень, ни городов, – лишь разделённые сады. Каждый сад был большим поселением с единственным фруктом или единственной ягодой во главе. И если сад назывался Яблоневым, то его жители готовили пироги из яблок, предметы быта и одежду украшали яблочными узорами, других плодов не признавали. А если сад назывался Грушевым, то всё вокруг было украшено грушами и жители выращивали только их. Анна как раз жила в Грушевом саду и, чем старше становилась, тем больше удивлялась, как это остальным не надоедает один и тот же плод. Конечно, сортов было множество и, можно поклясться, все они были по-настоящему хороши (в этом грушечи толк знали), но девочка каждый вечер непременно зевала от скуки, накрываясь одеялом с грушевой вышивкой. Её пижама была украшена большими и маленькими, надкусанными и целыми, зелёными, красными, жёлтыми грушами, а на прикроватной тумбочке лежали три самых спелых плода, чтобы «призвать грушевые сновидения». Но сегодня ни «рогнеда», ни «дюшес», ни «сибирячка», а всё это сорта груш, не могли избавить Аню от мучительной бессонницы. Было жарко, и одеяло казалось ей таким тяжёлым, будто плоды, вышитые на нём, вдруг превратились в настоящие. Девочка выскользнула из-под одеяла, подошла к окну и бесшумно его распахнула: гонимые полуночным ветром груши, казалось, одна за другой стали выметаться из спальни. Аня закрыла глаза и глубоко втянула воздух.

– Гриша! – её глаза мгновенно открылись. – Шевелись!

Она прищурилась и увидела высокого юношу, который прислонял к груди мешок. Даже при тусклом свете фонаря ей удалось разглядеть причудливую вышивку на нём – переплетающиеся стебли, по обе стороны от которых застыла россыпь яблок. Напротив юноши вырисовалась ещё одна фигура – мальчишки; скорее всего, её ровесника.

– Груши сами в мешок не запрыгнут! – строго выкрикнул старший подросток.

– Посмотрим, – буркнул в ответ младший – тот самый Гриша.

Она наполовину высунулась, чтобы получше разглядеть воришек, но нечаянно задела локтем цветочный горшок и тот, соскочив с подоконника, упал и раскололся надвое. Мальчишки замерли, уставившись на неожиданного свидетеля. Старший бросился прочь, а младший прислонил к губам указательный палец. Девочка испуганно отступила.

– Не бойся, – примирительно вскинул руки Гриша. – Ты никому о нас не рассказывай, ладно? А я, – он лучезарно улыбнулся, – за это оставлю тебе пару яблок.

И Аня согласилась. Ранним утром она, пробравшись через окно во двор, подошла к тому дереву, под которым, теперь она это видела, аккуратно лежали два яблока – красное и зелёное. Она знала, что это именно яблоки, так как однажды видела их изображения в старой энциклопедии (ныне запрещённой в Грушевом саду). Аня их подняла, отнесла на кухню и тщательно вымыла. Она хотела вскоре вернуться в комнату, но не удержалась и надкусила одно яблочко – вкус был необыкновенным, совсем не похожим на грушевый! Она дожевала и спешно надкусила второе – то оказалось ещё вкуснее! И она кусала и кусала яблоки, пока не заметила, что в дверях, раскрыв рот, стоит её брат, а вместе с ним и его невеста, выронившая корзину с грушами. Следом вошли мама, дедушка, папа, две бабушки и малютка-племянница. Мама зарыдала, дедушка нахмурился и осуждающе закивал головой, папа сжал челюсти и тяжело задышал, одна бабушка заохала, другая заахала, обе опёрлись друг на друга, и только малютка-племянница радостно завизжала, подбежала к Анечке, вырвала из её руки красное яблочко и вцепилась в него зубами. Брат подхватил свою невесту – та потеряла сознание. Все в комнате затихли, с нетерпением ожидая реакции малютки. Две бабушки шептали какие-то заклинания, чтобы девочка поморщилась от отвращения и выплюнула то, что успела откусить. Но заклинания не помогли – малютка дожевала и радостно засмеялась. Она откусила ещё кусочек, а затем ещё, и ещё один, – и так до тех пор, пока её папа не бросил маму на пол, чтобы вырвать яблоко из нежных детских ручек. Малютку увели, чтобы поскорее накормить грушами. Все страшно боялись, что ей запомнится яблочный вкус и она станет по нему скучать! Вечером к Ане в комнату заглянула мама; прошла вглубь, села на краешек кровати и заговорила:

– Ах, доченька, я прошу тебя, больше никогда не пробуй эти ужасные плоды.

– Но мамочка, яблочки так мне понравились, как никогда не нравились груши!

– Глупости, – возразила мама. – Все грушечи любят груши. Посмотри, что ты наделала: малютка попробовала плод из Яблоневого сада, а ведь это преступление! В Грушевом саду нужно есть только груши – это всем известно. Так что пусть будут прокляты эти яблоки! Кто надоумил тебя, доченька, попробовать их? Или кто заставил?

– Никто не надоумил, – задумалась Анна. – Никто не заставлял. Я сама. Случайно нашла яблоки под деревом в нашем дворе.

– И никто не угощал тебя ими?

– Никто.

– А кто тогда оставил их под деревом?

– Не знаю.

– Ну а ела-то ты их зачем? – с горечью спросила мама. – Не надо было и близко к ним подходить!

– Мне стало интересно.

– Интересно! – возмутилась мать. – Как людям-то теперь в глаза смотреть, уже и слухи по всему Грушевому саду пошли… – и она ударилась в слёзы. – Моя дочь – преступница! Преступница!

– Что ты, мамочка, не нужно плакать, – девочка хотела обнять её, но та отстранилась.

– Не могу тебя видеть сейчас, – поднимаясь с кровати, сказала она. – Прогуляйся-ка по саду, подумай о моих словах.

Аня расстроилась так сильно, что убежала к любимому озеру, куда сердце влекло её в минуты отчаяния. Там плавали прекрасные утки, и одна из них подплыла к ней. Девочка подробно рассказала ей о яблоках, которые оставил мальчик под грушевым деревом, и о том, как её отчитали.

– Уточка, разве я сделала что-то дурное? – поинтересовалась она, закончив свой рассказ.

Утка не ответила, но кивнула в сторону дома, что стоял неподалёку. Аня повернулась к нему и увидела незнакомца: он бросал в окно мелкие камушки. Девочка сильно удивилась, потому что не знала этого человека, а в Грушевом саду все друг друга знали! Вот в этом доме, например, жила тётушка, что выращивала редкий сорт груш и особенно не любила незваных гостей. Аня решила предупредить её о странном человеке, пусть даже сама придёт без приглашения. Обойдя дом так, чтобы неизвестный её не заметил, она вошла в приоткрытую дверь. Но только она пожелала окликнуть хозяйку, как услышала скрип – тётушка отворила окно.

– Наконец, дружок, ты пришёл, – затараторила она. – Принёс мне яблочки? А сколько принёс? Почему килограмм, когда я просила два? Ладно-ладно, чёрт с тобой, возьму, сколько есть. Но взамен дам не больше килограмма груш, – Аня выглянула из-за угла и увидела, как тётушка передаёт корзину с грушами и забирает корзину с яблоками.

– Ты первый раз, что ли? Ничего, ничего, нам такие, как ты, нужны. Часть груш съешь до возвращения в Яблоневый сад, а остальное накрой тканевой салфеткой, чтобы никто не увидел того, что ты принёс. О, знал бы ты, как я ненавижу груши, терпеть их не могу, фу! Ну, ступай, дружочек, и непременно возвращайся.

Тётушка закрыла окно и достала из корзины одно яблоко. Аня хотела незаметно уйти, но половица под ногой скрипнула, и хозяйка её заметила.

– А ну, ты!.. – пригрозила она. – Что ты видела, негодяйка? Ух, я тебе покажу, как в дом чужой влезать, да разговоры чужие подслушивать, сейчас я тебе покажу! – и тётушка собралась было запустить в девочку яблоком, но передумала – слишком ценен был плод. – Ну ладно, – остыла она. – Тебе и самой, я слыхала, досталось за яблочки утром. Люди, знаешь ли, такие болтливые. Но ты уж, пожалуйста, обо мне никому не рассказывай.

– Не расскажу, тётушка, не расскажу! Я ночью кое-кому обещала такое, и обещание сдержала – никому не рассказала о кое-ком! И теперь не расскажу, я умею хранить тайны. Да и не моё это дело, кто чем питается!

Бандиты, воры, контрабандисты

Анна сдержала данное тётушке слово, ни разу не упомянув о встрече с ней, но прошла неделя, и по Грушевому саду распространились слухи: якобы она – Аня – пыталась продать тётушке яблоки, и умоляла, прямо-таки умоляла их попробовать. А та как будто бы наотрез отказалась, ибо всем сердцем любит груши и предана только им. Какой обман, какая клевета! Анечка совсем расстроилась, когда папа пересказал ей слухи. Конечно, их распустила сама тётушка, но родные не поверили Ане, и одна бабушка, улучив момент, велела ей навсегда уйти из Грушевого сада. Такой позор, сказала она, семья стерпеть не может, и лучше бы ей поскорее покинуть дом. И пусть она ни с кем не прощается, чтобы не вызывать к себе сочувствия! Анна проплакала всю ночь, а рано утром надела хлопковый комбинезон, собрала рюкзак и отправилась в соседний сад – Яблоневый. Она не хотела покидать семью, но ничего не могла поделать ни с тем, что попробовала яблочки, ни с тем, что полюбила их, ни с тем, что лгунья-тётушка оклеветала её, а семья приняла клевету за правду. Может быть, в Яблоневом саду всё устроено по-другому? Быть может, на новом месте ей поверят и будут рады принять у себя?

Она впервые перешла границу и сразу же столкнулась с уличными торговцами. Одна старуха оскалилась и грозно выкрикнула: «В таком комбинезоне далеко не уйдёшь!» Аня смущённо оглядела свою одежду – сандалии, комбинезон и рюкзак были украшены грушами.

– Могу я взять взаймы у вас что-нибудь из одежды, украшенной яблоками? – спросила она.

– Взаймы, ха! Ты, что же, явилась сюда из Грушевого сада с пустыми ручонками? Вот этот сарафан стоит пять груш, – она показала самое скромное платье. – Вот эти сандалики – шесть. Джутовый мешок – две груши, а рюкзачок, наподобие твоего, – все десять!

– Ай да карга! – выкрикнул худой торговец, что стоял неподалёку. – Иди сюда, девочка, обменяемся вещицами, если ни груш, ни монет у тебя нет. Я возьму твой рюкзак, а за него дам тебе джутовый мешок и вот такую длинную накидку.

Она хотела было согласиться, но тут услышала знакомый голос.

– Такой мешок и половины груши не стоит, обманщик! А накидки твои рвутся от лёгкого дуновения ветерка.

– Гриша! – обрадовалась девочка, увидев знакомое лицо. – Это я – Аня – девочка из Грушевого сада. Ты мне оставил яблочки, помнишь?

– Помню я, помню. Так что привело тебя в Яблоневый сад? – строго спросил мальчик. – Сюда обычно не суются чужаки.

И девочка рассказала ему обо всём, что с ней приключилось после той ночи, когда он оставил ей пару яблок под грушевым деревом.

– И чего же ты радуешься мне? – нахмурился мальчик. – Тебя, считай, за мои яблоки отругали, а потом ещё оклеветали и заставили покинуть дом.

– Что ты! Я так тебе благодарна за то, что ты оставил их мне!

– И всё-таки я чувствую вину. Позволь купить для тебя обновки – пусть это немного успокоит мою совесть.

Аня подумала и согласилась. Гриша достал несколько монет и удачно сторговался с одним любезным юношей-торговцем. В примерочной кабинке девочка переобулась, переоделась и переложила вещицы в украшенный яблоками рюкзак. Когда она вышла, Гриша изумился. Да теперь сами яблоневцы не сочтут её чужеземкой!

– Идём скорее, представлю тебя своему другу! Ты его, должно быть, помнишь – мы вместе крали груши у вашего дома.

Она вспомнила об оставленном доме и на мгновение приуныла.

– Только знай, что нас в этом саду многие недолюбливают, мы ведь, считай, контрабандисты.

– Кто-кто?

– Бандиты! Воры! Крадём фрукты-ягоды для себя и на продажу. Часто обмениваемся с грушечами: они нам – груши, мы им – яблоки. Тебя здесь ждёт та же участь – станешь частью нашей семьи. Другие тебя не примут, разве что в сиротском доме. Но ты ведь не сирота, а так – изгнанница!