Посвящается моему другу

Артему Игонькину

Муравейник, тщательно замаскированный своими обитателями, объединял жизни тысячи особей. Там, где посторонний взгляд замечал лишь перемещение маленьких насекомых в тесных туннелях, на самом деле происходили запутанные истории. Героем одной из них стал муравей по имени Стим.

– Я сколько раз говорила, что твои проделки до добра не доведут?

– Но я лишь…

– Да, ты лишь хотел сделать жизнь в муравейнике веселей. Сын, у нас так не положено, как ты не можешь понять? Ты – часть огромного коллектива, который живет по правилам. Если ты не будешь делать то, что принято, наша большая семья не выживет.

– Но…

– Никаких но, дисциплина – вот что самое главное, – на этих словах строгая мама Стима покинула комнату, а сам муравей остался со своими мыслями.

Маму Стима звали Стелла, она была рабочим муравьем: ухаживала за коконами и этим обеспечивала стабильный прирост населения гнезда. Покинув сына, Стелла поспешила на службу. В муравейнике не лентяйничали – каждый вносил свой вклад в обеспечение существования, а если кто не мог вести активный образ жизни, он просто исчезал. Ходили слухи, что старых и не активных муравьев отправляли на заслуженный отдых туда, где много сладостей и вечный отпуск. Но были и другие слухи: приближенные к Великой Матке утверждали, что малоактивных просто убивали, чтобы не тратить драгоценные ресурсы на никчемных дармоедов.

– Здравствуйте, Стелла.

– Здравствуйте, – откликнулась мама Стима на приветствие солдата, державшего зерно. И, кивнув на его добычу, заметила: – Отличная находка!

– Да, из него получится неплохой сок, – согласился солдат.

Через большой холл Стелла быстро побежала в родильный зал. Сегодня знаменательный день: мама Стима с коллегами помогала освобождаться из коконов новым муравьям. После месячного развития от яйца до имаго, при постоянном внимании и максимальной заботе о каждом, муравьи появлялись на свет, чтобы принести пользу своему семейству. В муравейнике была строгая система: сначала вкладывают в тебя, а потом ты должен вернуть потраченные усилия.

Когда Стелла вбежала в родильный зал, работа шла полным ходом.

– О, Великая Матка! – кто-то крикнул в конце зала. – У меня тут, у меня тут…

– Что? Что у тебя? – расталкивая замерших рабочих, подбежала Стелла. И, увидев новорожденного муравья, воскликнула: – Мать моя царица! Снова с крыльями!

– Что теперь будет? – прошептал кто-то в толпе.

– Если это самка, то может вырасти конкурент нашей королеве…

– А если это самец?

– Самцы бесполезные и долго не живут, поэтому, скорей всего, с ним поступят, как и с самкой.

– Может, спрячем его?

– Нет, – прервала разговор Стелла, – это против наших правил, мы должны действовать по инструкции.

Она недолго думая выбежала из родильного зала и закричала во все горло:

– У нас тут крылатик!

В холле повисла гробовая тишина. Все муравьи остановились и обратили взгляды на Стеллу. Услышав голос матери, Стим тоже выбежал в холл, чтобы узнать, что происходит.

В толпе шептались:

– Наверное, его выгонят из нашего гнезда.

– Это уже шестой случай.

Из-за спин удивленных муравьев раздался жесткий голос:

– Разойдись!

– Это Айц… Это Айц… – пронесся гул.

Стим удивленно посмотрел на обладателя грубого голоса. Это был огромный муравей с большими жвалами, с сильными, крепкими лапами и угрожающим взглядом. Айц, главный надзиратель, считался первым помощником Великой Матки.

– Давай его сюда! – приказал он.

Стелла неуверенно посмотрела на Айца и сделала шаг в сторону. Он бесцеремонно схватил крылатое насекомое.

– Служу Великой Матке! – поклонившись, произнесла Стелла.

– Всем за работу, – распорядился надзиратель.

Муравьи вернулись к своим занятиям, делая вид, что ничего не произошло.

«Что это все значит?» – наблюдая, как большой муравей с крылатиком покидает холл, подумал Стим.

Стелла заметила удивленного сына и махнула ему лапой, чтобы тот вернулся в свою нору. Но у Стима были другие планы. Он кивнул матери, будто собирается последовать ее указанию, а сам пошел за надзирателем.

В муравейнике можно было перемещаться только в тех зонах, которые разрешены по роду деятельности. Многие жители гнезда ни разу не видели ничего дальше своей комнаты и места работы. Все эти меры гарантировали стопроцентное подчинение и невероятную эффективность деятельности всех обитателей гнезда. Разделение труда давало возможность муравьям продолжать свой род и защищать свой дом от вражеских набегов.

После выхода из кокона муравей сразу приступал к выполнению задач, необходимых для выживания подземного города. Все проходили через этап распределения в группу рабочих, солдат, охранников или собирателей. Сразу после появления на свет каждый муравей узнавал свое предназначение, и оно было закреплено за ним до конца его жизни. Каждый знал, что от него ждут, каждый… кроме Стима.

– О, Великая Матка, я больше не пойду наверх, не пойду! – кто-то кричал за углом.

Стим выглянул и увидел около десятка муравьев.

– Берт, перестань, это наша работа!

– Нет, я устал ежедневно бороться. Я больше не могу бежать по лезвию. Один неверный шаг – и мы на том свете, понимаете?

– За такие разговоры можно и в отпуск уйти, – угрюмо сказал один из муравьев.

– Братья, вы правда не понимаете? – не унимался Берт. – Нас сегодня чуть всех не убил этот жук. Вы видели, какие у него рога? А бешеный взгляд? Хорошо, что вовремя подоспела подмога!

– Ну мы же выжили!

– Сегодня да, но не факт, что завтра вернемся в муравейник!

– А ведь Берт прав, прошло всего две недели, как мы вылезли из коконов, и единственное, что делаем, – ходим на войну. Другой жизни у нас не будет?

– Говорят, самых живучих переводят в охранники, эта работка поспокойней будет.

– Но это лишь говорят, – заметил кто-то.

– Разговорчики!

Стим увидел большого муравья, унесшего крылатика.

Солдаты вытянулись в шеренгу и в унисон прокричали:

– Так точно, сэр!

Челюсти надзирателя были пустыми.

– Великой Матки на вас нет! Если она узнает, о чем вы тут шепчетесь, вы все окажетесь наверху. – Он сделал многозначительную паузу. – Без возврата!

Солдаты переглянулись. В воздухе чувствовалось напряжение. На их лицах замерло недоумение, смешанное с покорностью.

– Сэр, а вы воевали? – заикаясь, обратился к Айцу Берт. – Там, наверху?

Большой муравей резко повернул свою голову в его сторону и начал медленно двигаться к нему.

– Тебя интересует, воевал ли я?

Берт начал искать глазами поддержку соратников.

– Хочешь, я тебе покажу шрамы от страшной схватки с осой? Когда погибли все парни и остался только я. Или хочешь поглядеть, что стало с моей лапой после борьбы с воробьем? А может, ты хочешь увидеть следы укуса паука? – большой муравей подошел вплотную к Берту, последний затрясся. Перед ним была изувеченная голова надзирателя. Издалека эти шрамы не были заметны, а вблизи просматривались хорошо.

– У тебя еще есть вопросы, малыш? – прошептал обладатель тела внушительных размеров. – Парни, жизнь – это не романтическая прогулка, жизнь – это испытание, и пройдите его с честью. – Тут он резко повернулся и покинул помещение.

– Машина, это машина для убийств, – кто-то сказал вполголоса.

– Мой кумир! – добавил другой.

– Ну что ж, будем продолжать драться за наш муравейник! – воскликнул Берт.

– Да! – в один голос завопили муравьи.

– Постойте-ка, – Берт остановил лапой ликование.

Он повернулся туда, где скрывался Стим, и потихоньку начал идти в его сторону.

– Парни, кажется, у нас тут кто-то прячется! – И Берт, схватив Стима, занес его в зал.

– Да это же какой-то рабочий! Отпусти его, – предложил один из солдат.

– Ты рабочий? – спросил Берт.

– Я сын Стеллы, я совсем недавно вылупился из кокона, и меня еще не распределили!

– Ты сын кого? – с некой подоплекой переспросил Берт.

– Он же сказал – Стеллы, той муравьихи, что возглавляет родильный корпус.

– Я знаю, кто это, – обернувшись, прошипел Берт. – Только почему ты называешь ее матерью? Если у нас одна мать, наша королева – Великая Матка.

– Потому, что она называет меня сыном.

– Сыном? Интересно.

– Что ты докопался до мальца? Видишь, он еще светлый, у него даже панцирь не затвердел. Отпусти его, Берт.

– Знаете, что меня больше всего бесит, парни? – обернувшись к муравьям, сказал Берт. – То, что я рискую жизнью каждую минуту, а этот малец легко прогуливается по муравейнику без работы.

– Это, наверное, ошибка какая-то.

– Ты думаешь, это ошибка? – обратился Берт к Стиму.

– Можно я пойду к себе? – испуганно ответил тот.

– Что у вас тут? – вбежала Стелла. – Отпусти его сейчас же!

Берт, посмотрев на парней, бросил молодого муравья.

– Стим, иди к себе, – не отрывая взгляда от Берта, скомандовала Стелла.

Стим послушно побежал в свою нору, а мать продолжала смотреть на солдат:

– Великая Матка, что с вами со всеми?

– Нас интересует, почему ты называешь этого мальца сыном? – Берт махнул головой вслед Стиму.

Стелла задумалась. Затем произнесла, обводя солдат взглядом:

– Вы мне все сыновья, почти каждому я помогла выбраться из кокона, а Стим, – Стелла остановила строгий взгляд на Берте, – еще не распределен, мне приказали присмотреть за ним. Или ты хочешь побыть мамкой для этого юнца, пока я повоюю за тебя?

Берт почувствовал, как к его горлу подступил ком. Сегодня явно был не его день. Все попытки получить хоть какие-то объяснения от окружающих рушились, как дом из листьев на ветру.

– Мы просто устали после схватки с жуком, – вступился за Берта один из солдат.

– Хорошо, отдыхайте, – по-матерински сказала Стелла. – И запомните, – сделав паузу, продолжила: – Стима никому не трогать. Понятно?

Солдаты переглянулись, а Стелла покинула их.

– Вот это муравей! – произнес кто-то.

– У вас что ни муравей, то кумир, сперва Айц, теперь Стелла, – проворчал Берт – Время самим становиться героями. А к черту, давайте отдыхать.

Уставившись в потолок, Стим лежал у себя в норе. Он думал об услышанном сегодня. Его интересовало, что такого есть наверху и почему солдаты так испуганно обсуждали это.

– Я сколько раз говорила, что твои опыты до добра не доведут? – с недовольством вбежала Стелла.

– Почему солдаты сказали, что ты не моя мать? – отреагировал Стим.

Этот вопрос выбил Стеллу из колеи. Она откашлялась и неуверенно начала:

– У всех муравьев одна мать – Великая Матка.

– Но почему тогда ты называешь меня сыном?

– Я всегда хотела почувствовать себя Великой Маткой, поэтому приютила тебя и защитила от распределения. А еще… – она запнулась. – Ты необычный муравей.

– Необычный? – переспросил Стим.

– Помнишь сегодняшний случай с крылатиком? Ты видел, что с ним сделали? – подойдя ближе к юному муравью, спросила Стелла.

– Его забрал надзиратель и уволок куда-то, я пытался проследить за ним, но наткнулся на солдат.

– Крылатика выкинули из муравейника! Все, кто рождается с прозрачными отростками на спине, оказываются наверху! Без возврата.

– И что это значит? – озадачился Стим.

– Ты тоже родился с крыльями…

– Я? С крыльями?! – вскочил на лапки Стим.

– Да, и я решила пойти наперекор системе, спасти хотя бы одно существо, я отгрызла твои крылья и быстро привела к себе, – оправдываясь, протараторила Стелла.

– Но если я крылатик, значит, мое место наверху? – недоумевал муравей.

– Ты же слышал, что говорили солдаты? Вне муравейника идет война. Наверху очень жесткие условия.

– А ты была хоть раз наверху? – с вызовом спросил Стим.

– Один раз, совершенно случайно, я выглянула из нашего гнезда и чуть не ослепла от яркого света. Мне в голову ударил свежий воздух, и голубое небо поманило к себе. Это было как в сказке, но меня тут же схватил за лапу охранник со словами, что рабочим муравьям здесь не место. – Стелла задумалась. – Это было самое яркое впечатление в моей жизни.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.