Враг моего врага
Александр Кипчаков

© Александр Кипчаков, 2018

ISBN 978-5-4493-0285-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава 1

Август 8662 года Атомной Эры,

Южная Галактическая Периферия,

территория Свободных Миров Карибской Впадины,

система двойной звезды Альбукерке,

четвёртая планета – Иберия,

Великая Равнина,

территория аграрного консорциума «Фернандо Алонсо и сыновья».

Тяжёлый двухканатный грейферный ковш ощутимо приложился о левый борт кузова наземного грузовика широко распространённой на Иберии марки «Элефант» дакотской компании «Камминс Атомикс», заставив его закачаться от удара. Тут же в открытое окно кабины высунулась голова водителя – молодого черноволосого парня, одетого в серый рабочий комбинезон, чьи рукава были закатаны по локоть, а глаза закрывали фототропные солнцезащитные очки.

– Hola, Isabella – mas con precaucion alli! Esto es para ti, no es el terreno el vagon abultar! Tu mismo me entero de un camion de romper puedes! – крикнул он на иберийском эспаньоле, демонстрируя белозубую улыбку, адресованную оператору самоходного крана на гусеничном шасси. – Yo tuve que torpe carnero en la carga de la terminal de puerto estelar debidamente!

– Не беспокойся, Мигель! – на том же языке прокричала ему оператор крана – молодая привлекательная рыжеволосая девушка, одетая точно так же, как и водитель грузовика, только помимо солнцезащитных очков, её волосы, собранные на затылке в пышный хвост, перехватывал ещё и обруч гарнитуры коммуникатора. – Это я для того, чтобы ты там не заснул!

– Да я и не сплю вовсе! – Мигель Алонсо сердито погрозил девушке пальцем.

– А что тогда делаешь? – грейфер, скрипнув, раскрылся и в кузов тяжёлого «Элефанта» густым плотным потоком заструился настоящий зернопад. – С Майей треплешься?

– Эй, сестрица – а вот это уже не твоего ума дело! – Мигель сделал страшное лицо. – Ты лучше за ковшом следи!

– А я что делаю?

Ковш, качнувшись, снова задел борт грузовика.

– Изабелла! – взвыл Мигель.

– А? – девушка, как ни в чём не бывало, закрыла «челюсти» грейфера и ловко и быстро подняла его в воздух, одновременно поворачивая кабину крана в сторону огромной кучи зерна, чью высоту можно было сравнить с высотой дома эдак этажей в пять-шесть. – Не нравится, как я работаю – грузи себя сам! Как это делает Марко Пиледжи!

– У Марко зуд в жопе! – буркнул себе под нос Мигель, однако Изабелла прекрасно его расслышала благодаря гарнитуре коммуникатора. – Если ему нравится скакать туда-сюда, то это его личное дело! А я не стану прыгать из одной кабины в другую! Так что давай, сестричка – грузи меня, и пошустрее! Каждый лишний час простоя лихтера в порту Сантьяго стоит немалых денег! А элеватор там ещё не заполнен до конца!

– Как-будто я этого не знаю! – проворчала Изабелла, захватывая очередную порцию зерна.

Наконец, последний ковш был опорожнён и Изабелла, ловко развернув кабину своего крана на девяносто градусов, ударом правой ноги застопорила педаль тормоза, одновременно левой рукой передвигая рычаг фиксатора, удерживающего кабину в неподвижном положении. Взглянула в окно.

Мигель, махнув рукой из кабины своего грузовика, запустил двигатель. Мощный шестисотсильный мотор «Элефанта» плавно заурчал, набирая обороты, и тяжёлый грузовик, доверху гружёный отборным пшеничным зерном, тронулся с места. Водителю предстояло преодолеть сто десять километров до грузового космического порта Сантьяго, где зерно должно было отправиться через элеватор в огромные трюма межзвёздного лихтера юкатанской транспортной компании «Космические Коммерческие Перевозки», который по окончании загрузки должен был взлететь с Иберии и взять курс на одну из самых богатых и густонаселённых планет Южной Галактической Периферии – Амавию, которая постоянно нуждалась в продовольственных поставках из так называемых «аграрных» миров Карибской Впадины. Платили амавийцы хорошо и без задержек и обмана, а после получения денежных средств иберийское правительство, конкретно – Министерство Сельского Хозяйства – распределяло их между аграрными консорциумами и сельскохозяйственными кооперативами соответственно их доле в общепланетных поставках продовольствия. И вот уже на протяжении десяти лет агроконсорциум «Фернандо Алонсо и сыновья» являлся безусловным лидером в межзвёздном экспорте продовольствия.

На погрузочную платформу, натужно гудя турбинами, взобрался следующий грузовик – старичок «Мохаве», прошедший уже четыре капитальных ремонта, но всё ещё колесящий по просторам планеты. Его владелец и водитель Соломон Фоссел упорно отказывался менять этот реликт на более современную модель, навроде дакотского «Элефанта» или байкальского «Мамонта», объясняя этот свой бзик тем, что на этом грузовике ездил ещё его дед. Это обстоятельство служило поводом для многочисленных шуток, но Соломон не обращал никакого внимания на дружеские подколки и язвительные замечания на сей счёт.

«Мохаве», издав резкий звук при торможении, качнулся на платформе и замер, намертво зафиксированный стояночным тормозом. Из кабины высунулся Фоссел, приветливо махнул рукой Изабелле и кивком головы указал на пустой кузов своего грузовика.

– Насыплешь мне чуток зерна, Белла? – услышала девушка в наушниках коммуникатора спокойный голос Соломона. Фоссел являлся коренным иберийцем, хотя его предки происходили с планеты Гаратоль, расположенной в системе 212 Страуса, что находилась севернее Иберии парсек эдак на триста. Сюда, на Иберию, их вынудила переселиться космическая война, которую вели между собой две соседние с Гаратолем планеты – Лингар и Солбурн. Гаратоль был тут совершенно ни при чём, но кто будет спрашивать мнение жителей скромного мирка, который оказался меж двух индустриальных гигантов Южной Периферии, делящих сферу влияния? Соломон, что греха таить, нравился Изабелле за свой спокойный уравновешенный характер и за умение быстро и решительно поставить любого наглеца на место. Ну, и к тому же, Фоссел был довольно симпатичным парнем.

– Чуток – это сколько? – улыбнулась Изабелла.

– Как обычно, – услышала она в ответ.

Кивнув сама себе, иберийка сноровисто развернула кран и с ходу впечатала ковш грейфера в гору зерна.

На коммуникационной панели вспыхнул сигнал входящего вызова и перед девушкой развернулся видеообъём, из которого на неё воззрилось суровое лицо её старшего брата Диего, который в консорциуме Алонсо занимался вопросами безопасности и технического обеспечения. Для Изабеллы Диего был непререкаемым авторитетом, и не только в силу возраста – тридцать четыре года против её двадцати шести. В своё время Диего Алонсо отслужил шесть лет по контракту в Десантных Войсках Астраханской Федерации – своей армией Иберия, увы, похвастаться не могла, если не принимать в расчёт немногочисленные подразделения Планетарной Гвардии и скромные Силы Системной Обороны, что, вне всякого сомнения, пошло на пользу всей семье Алонсо и консорциуму, которым она владела вот уже на протяжении шести поколений.

– Слушаю, Диего! – отозвалась девушка, начиная загрузку «Мохаве» Соломона.

– Иза – у нас небольшое изменение в рабочем расписании, – услышала она голос Диего. – После Фоссела на загрузку становятся Кальдерон и Васкес, затем на сегодня всё.

– А Пиледжи? – слегка удивилась Изабелла. – Он должен был встать на загрузку перед Васкесом.

– Марко сломался. Просто встал посреди дороги – и всё. Фрайг разберёшь, что там с его грузовиком приключилось. Доминик сейчас его на трале тащит в Сан-Рафаэль. Марко пытался починиться, но так и не смог понять, в чём загвоздка. Машина просто заглохла и отказывается заводиться. Надо загонять грузовик в ремонтный бокс и там уже разбираться. Если уж такой спец, как Марко, не смог понять, что случилось… – Диего развёл руками. – Как бы не пришлось вызывать техников из Сан-Анджелеса.

– Ого! – только и сказала Изабелла. Вызов техников из столицы обошёлся бы консорциуму в звонкую монету, но если иного выхода не было, то придётся так и поступить. – Хорошо, Диего, я тебя поняла.

Диего Алонсо кивнул сестре и пропал из створа видеопередачи.

Где-то далеко, у самого горизонта, в ярко-синем небе возникла быстро движущаяся чёрная точка. Изабелла заметила её краем глаза, но внимание своё на неё не переключила, так как именно в этот момент она подносила очередной ковш с зерном к машине Фоссела. Очередной грузовой звездолёт, идущий на посадку в Сантьяго – чем ещё могла являться эта точка? И лишь когда знакомого звука рассекаемого корпусом космического корабля воздуха не последовало, Изабелла недоумённо оглянулась по сторонам.

Звездолёт, который она заметила минутой ранее, вовсе и не думал двигаться в сторону грузового космопорта. Снизившись над руслом реки Итуральде, он миновал агрокомплекс по пологой дуге, пролетев от него километрах в пяти-шести, и девушке не удалось как следует разглядеть, что это был за корабль. По крайней мере, очертаниями своими он не походил на межзвёздный лихтер, да и размерами – тоже. Изменив траекторию полёта, неизвестный звездолёт взял курс на расположенный по ту сторону Галисийских гор главный космопорт планеты – Сан-Анджелес, до которого отсюда было порядка двух тысяч шестисот километров.

Изабелла равнодушно пожала плечами и захватила ковшом очередную порцию зерна. Подумаешь – звездолёт! Хотя Иберия и считалась периферийной планетой, глушью всё-таки систему Альбукерке назвать было трудно. Это вам не Аквилония или Таурус, расположенные чуть ли не на самой границе спирального рукава – до Байкала отсюда было сто шестьдесят четыре парсека, а до Амавии – восемьсот восемнадцать. Это много, конечно, расстояние до Амавии, однако до границы территории, находящейся под контролем Корпоративного Правления Эльсинора, было ещё дальше – пять тысяч пятьсот семьдесят два парсека. Система Альбукерке находилась на пересечении сразу трёх космических коммерческих линий – Дакота-Иберия-Пинемюнд-Гания, Алур-V-Иберия-Астрахань и Наор Хасса-Иберия-Чанунга-Кабинда-Денгар. Отсюда, естественно, стратегическое положение системы, а то обстоятельство, что единственная обитаемая планета системы – Иберия – обладала мягким тропическим климатом и плодородными почвами и урожай можно было снимать по два-три раза в год (который здесь был длиннее стандартного галактического и равнялся четырёмстам сорока шести дням семи часам сорока трём минутам семнадцати секундам), делало систему Альбукерке одним из основных поставщиков продовольствия для нескольких десятков звёздных систем. Одно только было плохо, на личный взгляд Изабеллы – Иберия практически была безоружной планетой. Шестьдесят тысяч гвардейцев Планетарной Гвардии и три эскадры Сил Системной Обороны во главе с флагманом – крейсером дакарской постройки проекта «861» – вот и вся армия. Для отражения массированного нападения, если бы вдруг кому-нибудь пришло в голову напасть на Иберию, этого явно было недостаточно. Конечно, сюда можно было добавить местные полицейские силы, но согласитесь, что вооружённый бластером и станнером блюститель закона мало что мог противопоставить, скажем, астраханским космическим десантникам или хассианским штурмовым пехотинцам. Но, хвала духам Космоса, никто нападать на Иберию вроде как не собирался. И жителей планеты такое положение дел вполне устраивало.

Помахав Изабелле из кабины своего реликта и послав девушке воздушный поцелуй, Соломон запустил двигатель и, медленно скатившись с погрузочной платформы, повёл свой «Мохаве» в сторону дороги с покрытием из армированного дасфальта, что вела с территории комплекса в направлении шоссе, соединяющему Сантьяго и расположенный в двадцати двух километрах юго-западнее агрокомплекса городок Сан-Рафаэль. А на его место тотчас же взгромоздился огромный денгарский восьмиколёсный «Катерпиллер» Рамона Кальдерона.

– Иза – ты слышала последние новости из порта? – тут же раздался в гарнитуре коммуникатора бойкий голос Рамона, которого беззлобно прозвали «радио Кальдерон». Если кому-нибудь было нужно узнать какую-либо новость или получить сведения о ком-либо или о чём-либо – этот «кто-нибудь» мог смело обращаться к Кальдерону.

– Нет, конечно, – отозвалась девушка, опуская ковш грейфера в зерно. – А что такое?

– Вчера в Сантьяго приземлился транспортник с Лоргара, – Рамон назвал планету в системе 98 Сфинкса, расположенную в ста семи световых годах от Иберии, – привёз для кооперативов Андретти и Полякова запчасти для сельскохозяйственной техники и опреснители для фермеров Санта-Коломы. Я разговаривал с одним из космонавтов, и он сказал, что в районе Кирианского Провала опять неспокойно. Две недели назад неизвестный крейсер там атаковал суперкарго с Амавии, который следовал на Азенкур. Амавийцам повезло – они оторвались от крейсера в поясе астероидов вблизи орбиты шестой планеты Уктара.

– Опять кто-то выполз на космические линии? – ковш опустился в кузов «Катерпиллера» и, раскрывшись, высыпал туда пару тонн пшеницы.

– Похоже, что да. Амавийцы и астраханцы вроде как собираются провести совместную операцию по выявлению пиратов, да только затея эта кажется мне не совсем удачной.

– Это почему? – не поняла Изабелла.

– Сама посмотри, Иза – пираты эти появляются из ниоткуда и пропадают в никуда. Либо они очень хорошо знают этот квадрант и их база очень умело замаскирована – либо они вообще не из нашего сектора.

– А какой смысл пиратам, скажем, из сектора Сто Пятьдесят Два, орудовать в Двести Одиннадцатом? – не поняла Изабелла. – Типа, здесь глухая периферия и планеты отсталые? Про Амавию, Байкал, Дакоту и Астрахань так не скажешь. Амавия и Астрахань вообще по уровню развития мало в чём уступают таким мирам Директората, как Деллат и Тигона. Да и Байкал с Дакотой и Денгар с Иссом тоже не отнесёшь к числу бедных миров! Я всё же думаю, что они отсюда, вот только откуда именно?

Нападения пиратов на коммерческие звездолёты в районе Кирианского Провала начались примерно девять лет назад и с той поры никому ещё не удавалось прищучить мерзавцев. Дакотианцы и пандорианцы несколько раз посылали туда свои боевые корабли, которые, казалось, прочесали в той части космоса каждый астероид – без толку. Денгар даже отправлял туда целую эскадру своего Флота – тоже никаких результатов. Пираты словно знали о готовящихся рейдах (Изабелла полагала такой расклад событий вполне допустимым) и обнаружить их так и не получилось. После этих рейдов боевых кораблей различных планет нападения прекращались, но лишь ненадолго. Проходило некоторое время – и пираты снова принимались за свои грязные делишки.

– На этот вопрос никто пока не знает ответа, – сказал Кальдерон. Он хотел было ещё что-то добавить, но тут на панели коммуникатора, что была расположена сбоку от пульта управления краном, загорелся зелёный огонёк входящего вызова.

– Извини, Рамон, но у меня тут входящий сигнал на другой линии, – произнесла Изабелла. Переключив канал связи, девушка быстро перенастроила коммуникатор, после чего услышала негромкий спокойный голос Фоссела.

– Белла – это Соломон, – проговорил Фоссел. – У меня к тебе есть дело… небольшое…

– Я слушаю тебя, Сол! – улыбнулась девушка.

– Судя по всему, я вполне успею добраться до порта и выгрузиться засветло. Значит, в Сан-Рафаэле я буду ближе к вечеру…

Фоссел замолчал, но связь по-прежнему продолжала работать.

– Сол? – Изабелла поняла уже, к чему клонит Фоссел, но ей захотелось услышать подтверждение своих мыслей из уст Соломона.

– Я… кхм… тут подумал… – на пару секунд в эфире снова воцарилась пауза, – быть может, нам стоит… э-э… поужинать вместе… да, кхм…

Фоссел издал ещё пару невнятных звуков и умолк.

– Нисколько не возражаю! – улыбнулась Изабелла. – У меня ещё две машины на загрузке – Пиледжи сломался, так что время подготовиться у меня будет!

– Да, я видел его машину на трале Доминика, – донеслось до неё по каналу связи. – Думаю, что полетел блок управления двигателем. Марко мне объяснил ситуацию, а у «Катерпиллеров» это бывает. Дело там в одном… впрочем, неважно. Так ты согласна, Белла?

– Конечно, Сол!

– Мм… если нам встретиться часиков в девять у кафе Санчеса?

– Хорошо. В девять, у кафе Санчеса.

– Отлично, – голос у Фоссела был такой, словно он только что прошёл дистанцию супертриатлона на планетарном чемпионате по лёгкой атлетике. – Надеюсь, мой старичок меня не подведёт!

– Сплюнь трижды, Сол! – засмеялась Изабелла. – Кстати – а ты не видел, что там за корабль в сторону Сан-Анджелеса над Равниной прошёл?

– Точно не скажу, но по виду – боевой звездолёт, – ответил Соломон. – Похож на миноносец, но с такого расстояния я мог и ошибиться. Но одно могу сказать точно – корабль не иберийский. А что?

– Да так просто… раз боевой… Правление?

– Не знаю, Белла. Эльсинор отсюда далеко, но ни для кого не секрет, что корабли Директората последние полвека очень часто появляются на востоке Периферии. Оно и понятно – после разгрома в прошлом веке Адонии и их союзников-ралан и присоединения к своим территориям миров баронов Бальдура, технократов Каладана и тренторианских планет, Эльсинор стал ещё более могуществен. Ты знаешь, что Сиврон, Дируно, Лансфорд и Ку-Эйн признали над собой протекторат Правления? И на подходе Астраханская Федерация?

– Серьёзно? – удивилась девушка, давая знак Кальдерону, чтобы тот съезжал с платформы, освобождая место замаячившему у въездных ворот погрузочного терминала грузовику Константина Васкеса.

– Разве я похож на шутника? – в наушниках послышался смешок. – Тебе ведь прекрасно известно, что если какая-нибудь планета признаёт над собой протекторат Эльсинора, то она фактически становится входящей в Правление. Плюсы огромны, что есть, то есть, но не всем это нравится. Военно-технократическая меритократия с авторитарным уклоном – не все могут поступиться своими принципами. Особенно, если кто-то привык запускать руку в государственный карман, а у Полиции Безопасности с такими деятелями один разговор – виселица или каторга… В общем, в девять у Санчеса?

– Да, конечно!

– Тогда до вечера, Белла.

Фоссел отключился, оставив Изабеллу сидеть за пультом управления краном с мечтательно-довольной улыбкой на губах.

Кафе Эрнесто Санчеса, известное не только всему Сан-Рафаэлю, но и ближайшим окрестностям радиусом эдак километров в пятьдесят от городка, располагалось на центральной улице и представляло собой аккуратное двухэтажное строение из светло-серого полибетона, выстроенное в классическом новоиспанском стиле. Первый этаж здания занимало собственно кафе с кухней и обеденным залом, в котором одновременно могло разместиться до шестидесяти человек, и который был обставлен, как говорится, просто, но со вкусом. Второй этаж целиком был отведён под жилые апартаменты семьи владельца кафе, уроженца Новой Испании Эрнесто Санчеса, прадед которого перебрался на Иберию подальше от царившего тогда в Лукрецианской Лиге бардака.

Изабелла прибыла на место за полчаса до назначенного Соломоном времени. Припарковав свой кар – изящный наземный мобиль популярной на Дакоте модели «себринг» – на парковочной площадке напротив кафе, она придирчиво осмотрела себя с головы до пят. Не найдя никаких изъянов, Изабелла перенесла своё внимание на висящее в салоне зеркало заднего обзора и тщательнейшим образом рассмотрела своё отражение. Посчитав, что и здесь всё в должном порядке, Изабелла, переключив встроенный в ручной инфор портативный коммуникатор в дежурный режим, поудобнее устроилась в водительском кресел и стала ждать появления Фоссела.

Посетителей в кафе, вопреки ожиданиям, было не так уж и много. Девушка разглядела сидящую за одним из столиков, что располагался у огромного панорамного окна из поляризованного глассита, чету Мендоса, у которых сегодня был выходной, и с которыми семья Алонсо была очень дружна. Альфредо Мендоса в консорциуме Алонсо являлся одним из трёх вице-директоров, а его супруга Мария занималась вопросами продовольственного снабжения работников консорциума. Их единственный сын Тобиас служил в Силах Системной Обороны в чине капитан-лейтенанта на фрегате «Пауло Фернандес», и насколько Изабелле было известно, в данное время находился на военной базе, что располагалась на соседней с Иберией планете – укутанной плотной хлорной атмосферой Кордове. Через два столика от них девушка разглядела Камиллу Фуэнтес, чья свадьба с Гектором Дэвидсоном должна была состояться через неделю. Как лучшая подруга Камиллы, Изабелла была, естественно, приглашена, и девушка очень надеялась, что туда она пойдёт не одна. И к этому, надо сказать, имелись все предпосылки.

(Когда-то один древний философ, чьё имя и родная планета уже забылись в памяти, сказал: «Ни одно разумное существо в нашей Галактике не может угадать, когда Колесо Судьбы сделает свой очередной поворот». Возможно, он был не так уж и неправ, так как именно сейчас это самое Колесо по какой-то непонятной никому из живых существ причине совершило резкий поворот, вследствие чего для многих из тех, о ком сейчас идёт речь, в скором времени всё должно было измениться. И совсем не в лучшую сторону.)

Изабелла взглянула на таймер, встроенный в приборную панель «себринга». И как раз в этот момент из-за поворота показалось такси, едущее прямо в её сторону. Девушка внезапно заволновалась – она прекрасно знала, что, кроме «Мохаве», у Соломона не было другой машины, но вряд ли Фоссел стал бы отправляться на свидание на грузовике. Это не Мигель – с братишки станется заявиться на какое-нибудь торжественное мероприятие на своём «Элефанте» и потом удивляться, чего это все над ним смеются. Соломон отличался скромностью и выдержкой, так что, скорее всего, это был именно он.

Такси остановилось прямо напротив входа в кафе и из него появился Соломон Фоссел. При его виде Изабелла даже подалась вперёд, едва не впечатавшись при этом грудью в панель управления своего мобиля.

Прежде она ни разу не видела Фоссела в таком виде. Конечно, на огромный букет горного двенадцатилистника, что держал в левой руке Соломон, она сразу же обратила внимание, но затем её взгляд сфокусировался на самом Фосселе. Таким его девушка ещё ни разу не видела. С аккуратно подстриженной бородкой и с аккуратно же собранными в «хвост» длинными волосами, одетый в строгий костюм-«двойку», пошитый на локрисский манер, Соломон и выглядел, словно настоящий аристократ с Локриса. Особенно данное впечатление подчёркивали его неизменные очки классического стиля с фототропными линзами.

Оглядевшись по сторонам, Фоссел заметил припаркованный «себринг» Изабеллы и уверенной походкой направился в ту сторону. Девушка, стремясь поскорее вылезти из машины, завозилась и открыла дверцу как раз в тот момент, когда Соломон очутился подле кара.

– Для самой прекрасной девушки на всей Иберии! – провозгласил Соломон, протягивая Изабелле букет. – Надеюсь, я не слишком задержался?

– Да что ты – это я, напротив, притащилась слишком рано! – ляпнула Изабелла и, сообразив, какую ерунду она только что сморозила, густо покраснела. Взяв букет, она аккуратно положила его на здание сиденье своей машины, после чего взглянула на Соломона. – Сегодня в кафе народу не слишком много, так что место мы там однозначно найдём. Пошли?

– Сеньорита – прошу вас! – Фоссел галантно оставил в сторону правую руку, приглашая Изабеллу. Девушка взяла кавалера под руку и…

И всё. Дойти до кафе Санчеса они так и не смогли. Почти одновременно встроенный в ручной инфор Изабеллы коммуникатор издал тональный сигнал входящего вызова, а над городом разнёсся протяжный вой сирен гражданской обороны.

– Что это? – Соломон непонимающе огляделся по сторонам.

Изабелла не ответила Фосселу. Включив коммуникатор, она внимательно всмотрелась в возникшую над инфором миниатюрную голограмму своего брата, Диего.

– Изабелла – ты меня хорошо слышишь? – без предисловий спросил Диего.

– Да. Что случилось, Диего?

– Чрезвычайная ситуация! – отрывисто бросил тот. – Немедленно возвращайся в Эль-Кораль!

– Да что произошло?!

– Не по коммуникатору, Иза!

Голограмма Диего исчезла. А мимо ничего не понимающих Изабеллы и Фоссела промчались сразу три полицейских кара и броневик Гвардии. На большой скорости миновав пересечение Коронадо и Секста Децима Калле, кавалькада проследовала куда-то в сторону военного аэродрома Монте-Ларго, скрывшись за углом торгового центра «Эль-Морро».

– Похоже, стряслось что-то серьёзное, – пробормотал Соломон, хмуро глядя вслед пронёсшимся полицейским карам и броневику. – Надеюсь, с комплексом это никак не связано.

– Полиция двигалась в сторону Монте-Ларго, так что это вряд ли, – рассеянно отозвалась Изабелла. Потом, словно очнувшись, потянула к своей машине Фоссела. – Поехали, Сол! Нужно узнать, что случилось!

– А твой брат? – Фоссел не тронулся с места. – Мне кажется, что сеньор Алонсо не будет рад видеть меня в Эль-Корале.

– Это его проблема! – отрезала Изабелла, буквально впихивая Соломона в салон «себринга». – Он мне свидание сорвал – вот пусть и шипит от злости, если уж так ему это нравится! А я поступлю по-своему!

Фоссел, улыбнувшись этим словам Изабеллы, уселся на соседнее с водительским сиденье и пристегнул ремень безопасности. Он хорошо знал, что машину единственная дочь Фернандо Алонсо водила так, как не каждый мужчина водит. И пристегнуться следовало не только согласно предписаниям правил дорожного движения…

      Хэй! Ты сломлен!
Хэй! Ты сокрушён!
И смерть идёт за тобой!
В ловушке на острове, затерянном в море

Потерпевший кораблекрушение – вот кем ты закончишь свои дни.

(Из песни группы ALESTORM «Shipwrecked»)

Пространство Южной Галактической Периферии,

район Вессалианского Рифта,

система тройной звезды Ракхгор,

пятая планета – Басцуда.

Горячий ветер, дувший весь день со стороны пустыни Балкор-ба-Шарахх, к вечеру сменился на прохладный бриз, дувший со стороны морского залива, что лежал в двадцати километрах от гряды пологих песчаных холмов, отделявших Шарахх от морского побережья. Звуки, доносящиеся со всех сторон, заставляли нервно озираться идущего вдоль гряды гуманоида в грязной порванной одежде, имеющей некоторое сходство с полевой формой даль-разведчика Правления, однако без каких-либо ранговых нашивок на изодранном кителе, и крепко сжимать в четырёхпалых руках лазган. Он хорошо понимал, что в его теперешнем состоянии – левая нога ксеноса была повреждена в колене во время жёсткой аварийной посадки его космического корабля, дым от которой был всё ещё хорошо виден – боец из него никудышный и от преследования ему не уйти. И это очень не нравилось гуманоиду, которого звали Теран Варсс и который принадлежал к расе фот с девятого спутника газового гиганта Нимаблу, расположенного в звёздной системе Цоокт, на самой границе Периферии, всего в двадцати семи парсеках от планеты Наджаф, входящей в подвассальный Правлению Ганианский Эмират. В том, что преследование обязательно будет, Варсс нисколько не сомневался. Ибо алтазианец Джифф Роканн был не из тех, кто так просто упускает свою добычу. А от Басцуды до внешнего астероидного пояса системы Ракхгор, где охотник за головами и подловил фота, было всего лишь одиннадцать единиц – для нормального звездолёта вообще не расстояние.

Варсс споткнулся о попавшийся ему под ноги камень и замер, прислушиваясь к раздающимся отовсюду звукам. Нет, вроде ничего подозрительного. Зверьё его особенно не тревожило – лазган-то зачем? – но Роканн мог появиться в любой момент. Алтазианец слыл одним из лучших охотников за головами на всей Периферии, наряду с онтарианцем Раулем Торресом, и отличался прямолинейностью и использованием грубой силы при выполнении своих заданий от нанимателей. «Грубая сила» в случае с Роканном заключалась в использовании алтазианцем пульсатора – тяжёлого излучателя, способного одним выстрелом спалить легкобронированный полицейский мобиль. Обычно подобное оружие не использовалось в качестве ручного, но благодаря встроенному в боевую броню Роканна мускульному усилителю алтазианец с лёгкостью таскал с собой пульсатор. Варсс знал, что последнее, что слышит тот, в кого стреляют из такой вот пушечки – это шипящий звук разряда ионизированной плазмы, превращающий живое существо в облачко пара. Но пока вокруг всё было тихо. И проклятый алтазианец куда-то подевался после того, как подбил скиф Варсса одним-единственным выстрелом тяжелотактного лазера. Словно потерял к фоту интерес. Однако Варсс прекрасно знал, что Роканн никогда не бросает начатое.

Теран Варсс, контрабандист-фот с Оссаки, единственного крупного и обитаемого спутника газового гиганта Нимаблу, зло скрипнул всеми своими сорока двумя зубами и пробормотал себе под нос длинное забористое ругательство на своём языке. В его случае получилось, как говорили хомо, а именно – жадность фраера сгубила. Подрядившись на нелегальную перевозку груза с Нестины на Рейвенлок, фот польстился на довольно солидную сумму в двести тысяч амавийских гульденов – за эти деньги на Амавии или на Тортуге можно было купить подержанный карго, но в детали предпочёл не вникать. А зря. Груз оказался более чем нелегальным – крупная партия «эс-227», синтетик-наркотика, объявленного по всей Галактике, как, впрочем, все синтетические наркотические вещества, вне закона. Хорошо ещё, что здесь Южная Периферия, а не территория Корпоративного Правления – там звездолёт, заподозренный в перевозке наркотиков, патрульные корабли «безполов» просто расстреливали без предупреждения. Но и тут хватало тех, кому не терпелось всадить в корму такому вот «перевозчику» фотонную торпеду или ракету с термоядерной боеголовкой. Скорее всего, тот дебил-дилер, что всучил ему этот проклятый всеми духами и демонами космоса груз, был под колпаком астраханской полиции, иначе как тогда объяснить то обстоятельство, что Джифф Роканн так быстро вышел на его след?

Где-то далеко за спиной Варсса глухо прогрохотало и вечерние сумерки озарила яркая вспышка. Фот поморщился, и не только от того, что довольно неловко наступил на больную ногу. Взорвался двигатель скифа – теперь только слепой не найдёт место крушения звездолёта контрабандиста. Нет, надо было же ему влезть в это дерьмо! Теперь нужно ждать прибытия Роканна. И чутьё подсказывало фоту, что этого момента ждать осталось не так уж и долго.

И ксенос не ошибся в своих предположениях. Справа от него что-то прошуршало, по склону одного из холмов скатилась струйка вязкого коричнево-жёлтого песка, после чего в десятке шагов впереди Варсса на поверхности почвы расцвёл яркий белый цветок разрыва плазменного разряда.

Фот неподвижно замер. Он хорошо знал, что алтазианец запросто может сжечь его следующим выстрелом. Поэтому самым лучшим вариантом для Варсса было просто замереть, тем более, что, как ни старался контрабандист рассмотреть, где же находится Роканн, это ему не удалось. Единственное, что было ясно фоту – охотник за головами приземлился на Басцуде некоторое время назад и, скорее всего, давно уже наблюдал за его передвижением.

– Далеко собрался, Варсс? – донёсся до фота спокойный голос алтазианца, явно усиленный акустическим резонатором.

– Отсюда не видать! – огрызнулся Варсс. Оба инопланетянина говорили на галапиджине.

– Понятно.

Послышалось слабое шуршание, и вскоре фот увидел в сотне метров от себя высокую фигуру, облачённую в серо-коричневую броню, держащую перед собой массивный пульсатор.

– Ты зря подрядился на это дело, Варсс, – спокойно произнёс Роканн, приближаясь к контрабандисту и держа своё мощное оружие наготове. – Боркаф давно уже находился под наблюдением полицейских Федерации, так что мне было несложно тебя вычислить. Кстати, за твою тупую башку на Астрахани неплохие деньги готовы заплатить, так что давай, собирайся. Полетишь со мной.

– А если я пошлю тебя нахер?

Вместо ответа Роканн выразительно качнул стволом пульсатора. Варсс непроизвольно попятился назад и сглотнул подступившую к горлу горькую слюну.

– Да не ссы ты так! – расхохотался охотник за головами. – Если бы я хотел тебя поджарить, то сделал бы это из своего укрытия. Ты же прекрасно знаешь, что пульсатор бьёт почти что на километр, так что мне не было бы резона подходить к тебе на расстояние броска. А теперь ты бросишь свой лазган и пойдёшь со мной.

– Не боишься, что я исподтишка тебя прибью? – усмехнулся фот, кидая на землю лазеружьё.

– А с какой стати? – усмехнулся алтазианец.

Словно по волшебству, в левой руке охотника за головами возник небольшой серый пистолет с узким стволом, круглым в сечении. Варсс ещё успел выругаться про себя, прежде чем выплеск парализующей энергии погасил его сознание. Того, как Джифф Роканн грузит его обмякшее тело на небольшую антигравитационную грузовую платформу, фот уже видеть не мог.

Южная Галактическая Периферия,

территория Свободных Миров Карибской Впадины,

система двойной звезды Альбукерке,

четвёртая планета – Иберия,

Великая Равнина,

территория аграрного консорциума «Фернандо Алонсо и сыновья»,

фамильная резиденция семьи Алонсо – Эль-Кораль.

Шеф службы безопасности консорциума Диего Алонсо недовольно взглянул на вошедшую в зал для совещаний Изабеллу, позади которой виднелся её приятель Соломон Фоссел, один из водителей, работавших на консорциум. Личная жизнь сестры его нисколько не интересовала – в конце концов, Изабелла уже достаточно взрослая девушка, а этот парень, Фоссел, был вполне приличным типом, однако здесь ему точно нечего было делать. Но спорить с сестрой и тем более ссориться с ней в присутствии главы консорциума и своего отца Фернандо Алонсо Диего не собирался. Он просто молча указал Изабелле и Фосселу на дальний край огромного стола из байкальского железного кедра, в который было встроено молектронное оборудование, и вопросительно взглянул на отца. Фернандо едва заметно кивнул, давая понять старшему сыну, что тот может говорить.

– Я не стану ходить вокруг да около, а перейду сразу к сути проблемы, – произнёс Диего, окидывая внимательным пристальным взглядом собравшихся в совещательной комнате. Кроме него, его отца, младшего брата Мигеля, Изабеллы и Соломона Фоссела, здесь присутствовали Эвелина Алонсо, супруга главы консорциума, командир безопасников лайнианец Рискад Ковен, главный инженер Раймонд Нидермайер и все три вице-директора – Альфредо Мендоса (при его виде Изабелла удивлённо приподняла брови, но потом до неё дошло, что за ним, скорее всего, прислали коптер), Эстебан Рохас и Магнус Линдстрём. – Ситуация, которая сформировалась в последние несколько часов, является крайне серьёзной и несёт угрозу всей планете.

Диего дотронулся до одного из сенсоров на небольшом пульте, что был встроен в столешницу прямо напротив того места, где он стоял, и в воздухе перед собравшимися проявилось трёхмерное изображение какого-то звездолёта, по виду – явно боевого.

– Несколько часов назад в космопорту Сан-Анджелеса осуществил посадку некий космический корабль, как оказалось – боевой. Миноносец класса «Гладиатор» одинской постройки. Разумеется, ему дали разрешение на посадку, так как капитан миноносца попросил об этом в предельно корректной форме. Корабль не нёс на бортах опознавательных знаков и определить его принадлежность поначалу не удалось.

Диего на несколько секунд замолчал, словно собираясь с мыслями или с духом, что было наиболее вероятно.

– Кто-нибудь что-нибудь слышал о синдикате «Ореол»? – задал он неожиданный вопрос собравшимся.

– Мм… если мне не изменяет память, – неуверенно отозвался Линдстрём, – это какая-то преступная организация откуда-то с Периферии. По крайней мере, это всё, что мне известно.

– Криминальный синдикат «Ореол», возглавляемый уроженцем Аскола Элмином Териусом, является самым мощным преступным сообществом на всей Южной Периферии, – с расстановкой произнёс Диего. – Специализируется на торговле запрещёнными веществами, иным словом – наркотики. Известен тем, что располагает собственной хорошо вооружённой армией и собственным космическим флотом. Даже Амавийская Федерация и Союзные Системы Денгара предпочитают лишний раз не связываться с «Ореолом». Но речь сейчас не о них.

Диего нажал на пару сенсоров на панели управления и изображение космического миноносца сменилось объёмным снимком какого-то человека в некоем подобии униформы полицейского с Астрахани, с коротко подстриженными седоватыми волосами и бородкой, с лица которого глядели цепкие серые глаза, в которых отчётливо читались жестокость и решимость довести задуманное до конца.

– Элмин Териус, уроженец планеты Аскол, босс «Ореола», – произнёс Диего Алонсо, оглядывая присутствующих. – Бывший космодесантник Боевого Флота Аскольской Лиги, объявлен вне закона в двадцати девяти системах, в четырнадцати из них приговорён к смертной казни. Соко, каких поискать стоит!

– Какое отношение этот мерзавец имеет к нам? – не поняла Изабелла.

– Теперь, к сожалению, самое прямое. – Диего фыркнул. – Миноносец, что приземлялся в порту Сан-Анджелеса, принадлежал как раз «Ореолу». И его капитан привёз нам ультиматум от Териуса.

– Привёз что? – переспросил Мендоса.

– Ультиматум, – повторил Диего. – Териус предлагает продать ему по бросовой цене земли по ту сторону реки Рио-Альенде и не лезть в его дела. Взамен «Ореол» готов взять Иберию под свои защиту и покровительство. Он даёт нам на раздумья месяц, после чего всё равно приберёт к рукам вышеупомянутые территории, но уже совершенно задарма. А чтобы мы поняли, что слова у Териуса не расходятся с делом, капитан миноносца сразу после взлёта из Сан-Анджелеса нанёс удар ракетой с тактической ядерной боеголовкой по одному из необитаемых островов в Гренадском море. Перехватить миноносец наши истребители-перехватчики не сумели – для VM-24 он слишком неуязвим, а подставляться под его лазеры пилоты не рискнули. Так что либо мы соглашаемся на требования Териуса – либо даём бой профессиональным наёмникам «Ореола». Третьего варианта я просто не вижу.

После этих слов Диего Алонсо в помещении совещательного зала наступила гнетущая тишина, нарушаемая лишь мерным гудением кондиционера, встроенного в одну из стен.

Глава 2

– То есть, вы предлагаете дать бой этим отморозкам? – переспросил Эстебан Рохас. – Какими, интересно, силами?

– Планетарная Гвардия… – начал было Мендоса, но Диего перебил вице-директора.

– Планетарная Гвардия не сможет ничего сделать против профессиональных наёмников «Ореола», – сказал он. – Териус располагает армией, меньшей по размеру, чем Гвардия Иберии, но отлично обученной и хорошо вооружённой. Достаточно того факта, что на вооружении боевиков «Ореола» имеются боевые шагоходы классов «Терминатор» и «Центурион» и танки-тараны «Голиаф». А у нас что? Несколько десятков «рапторов» устаревшей модели «двести сорок четыре», лёгкие танки на антигравитационных подушках и БТРы опять-таки старой модели. «Ореол» всё это сожрёт и не подавится. Плюс флот у «Ореола» тоже не подарок – одних ударных крейсеров проекта «Фараон» у них аж целых пять штук…

– Крейсера типа «Фараон»? – изумился Мигель. – Но откуда они у преступников? Это же корабли постройки верфей Ангола-II, а Ангол входит в Галактическую Федерацию. Что, Федерация уже всем без разбору продаёт боевые суда, что ли?!

– Не продаёт, Мигель, но ты же знаешь, что не везде в Федерации соблюдается должный порядок. Это не Корпоративное Правление, где контроль за оборотом оружия, пожалуй, самый жёсткий в Галактике. Там даже иглопистолет нельзя купить без стрелковой лицензии и разрешения полиции, про бластер я уж и не говорю. Да, на Терре законы тоже суровые в этом плане, но на тех же Анголе-II или Моргенштерне купить можно практически всё. Думаю, крейсера эти были приобретены «Ореолом» по фиктивным документам, плюс взятки нечистоплотным чиновникам – вот и получили они в своё распоряжение боевые звездолёты. А у «Ореола» и помимо них есть чем наносить удары по космическим и планетарным целям. Фрегаты, миноносцы, бомбардировщики, торпедоносцы, канонерские клиперы – Териус, по всей вероятности, не прочь захватить какую-нибудь планету послабее и основать собственную империю. И его взор, как видите, обратился на Иберию.

– А сколько он предлагает за земли? – задал вопрос Рохас.

– Сумма смехотворная за такие территории – один миллион амавийских лир. По самым скромным оценкам Бюро Земельного Регистра, стоимость упомянутых территорий превышает два с половиной миллиарда лир, но речь сейчас не об этом. Вы же не станете продавать преступникам наши земли, сеньор Рохас?

– А у нас есть выход? – Рохас оглянулся на Фернандо Алонсо.

– Надо драться! – запальчиво выдала Изабелла. – Где это видано, чтобы планетарное правительство шло на уступки каким-то соко?!

– Увы, Изабелла, прецеденты были, – ответил ей Алонсо-старший. – Достаточно вспомнить пресловутую Лидонию, на которой вольготно свили свои гнёзда несколько криминальных синдикатов. Причём при полном попустительстве тамошних властей. Позже выяснилось, что и премьер-министр, и многие чиновники правительственного аппарата Лидонии имели с этого неплохой гешефт. И это несмотря на вопиющий разгул преступности на планете. На местную полицию все эти боевики просто плевали и ни во что не ставили. Продолжалось всё это до тех пор, пока одному из синдикатов не вздумалось сунуться на территорию Правления. Через три месяца, как вам всем известно, к Лидонии прибыли космические сверхсветовые ракетоносцы ВКС Эльсинора и нанесли термоядерные удары по анклавам синдикатов, после чего Полиция Безопасности, совместно со спецназом военной разведки и Инквизицией, начала зачистку планеты. Хотите, чтобы и здесь было то же самое?

Никто ничего не сказал в ответ на эти слова.

– А что говорит по этому поводу президент Андретти? – спросил Ковен. – Ведь, в первую очередь, это дело правительства, а уж потом всех остальных. Если планетарное руководство не в состоянии защитить своих граждан, то возникает вполне определённый вопрос – а оно вообще способно что-нибудь сделать в этом плане? Я понимаю, что сеньор Диего абсолютно прав и что у Иберии практически нет возможностей отразить полномасштабное вторжение, но что-то ведь надо делать! Почему бы не обратиться за внешней помощью? К Амавии, например? Или к Эльсинору?

– Эльсинор вряд ли вмешается, – отозвался Алонсо-старший, – так как здесь у него пока нет никаких интересов. Что касается Амавии – они вряд ли полезут в свару. У них сейчас напряжённость в отношениях с Дакотской Консолидацией и там явственно запахло если не войной, то заморозкой торгового соглашения точно. Так что вряд ли нам кто поможет извне.

– Но если Иберия не в состоянии себя защитить, то что же нам делать? – развёл руками Соломон Фоссел. – Прошу прощения за то, что встреваю, сеньор Алонсо, – он взглянул на Диего, – но какой же выход из сложившейся ситуации вы видите?

Диего на пару секунд задержал взгляд на Фосселе, потом перевёл взгляд на отца. Фернандо Алонсо слегка пожал плечами и усмехнулся.

– Диего предложил план, но его он озвучил только мне… покамест, – произнёс владелец консорциума. – Не скажу, что я в восторге от него, но иного выхода, похоже, у нас и вправду нет. Драться с «Ореолом» мы не можем, ибо заведомо обречены на поражение… но нам вовсе не обязательно это делать самостоятельно.

– Папа – о чём идёт речь вообще? – не поняла Изабелла.

– Это пусть тебе и всем остальным Диего и объяснит! – усмехнулся Алонсо-старший.

Диего с невозмутимой миной на лице почесал подбородок, оглядел присутствующих и, заложив руки за спину, принялся прохаживаться взад-вперёд.

– Всем вам прекрасно известно, что в Галактике существуют многочисленные организации наёмников и отдельные деятели подобного рода, причём такого пошиба, что связываться с ними не рискуют даже планетарные правительства, – проговорил шеф службы безопасности консорциума. – Есть мелкие отряды, но есть и целые синдикаты, имеющие собственные флоты. Почему бы нам не найти кого-нибудь подобного для защиты нашей планеты?

– А платить, простите, вы им будете из собственного кармана? – усмехнулся Ковен. – Вы же знаете не хуже любого другого из присутствующих здесь, что цена за подобные услуги очень высокая. А бюджет у Иберии не резиновый, да и вряд ли президент пойдёт на нечто подобное. Кстати, вы так и не ответили на мой вопрос, сеньор Диего, насчёт реакции Андретти.

– Президент категорически отказался даже обсуждать саму возможность сделки с «Ореолом», командир Ковен. Он заявил, что наша планета принадлежит только нам и что ни одна сволочь – он так и сказал – не ступит на её поверхность. Но он признал и тот факт, что собственных сил у нас не хватит для отражения агрессии синдиката, поэтому он поручил правительству и крупным предпринимателям проработать все возможные варианты защиты Иберии от атаки «Ореола».

– За месяц мы ничего толкового не сумеем придумать, так что либо нам останется принять бой, возможно, последний, либо последовать плану Диего, – спокойно проговорил Фернандо Алонсо. – И лично я склоняюсь ко второму варианту.

– Вот только где взять средства для оплаты услуг наёмников? – задал вполне резонный вопрос Линдстрём. – Казна Иберии действительно не бездонная – это вам не Эльсинор, но парни этого рода деятельности за спасибо не станут работать. Да и потребуется их немало. Пары наёмников явно будет недостаточно.

– Да, парой здесь не обойтись, – согласился Алонсо-старший, – но вот что касается оплаты… Я тут переговорил с Домиником Гонсалесом, братьями Полетти и Константином Кэлхауном, и думаю, что выход есть.

– Какой же? – поинтересовался Эстебан Рохас.

– Горнорудная концессия на добычу тяжёлых металлов. Ни для кого не секрет, что по данным геологической службы при правительстве в горах Альдо, на побережье моря Тринидад и на островах Мальвинского архипелага наличествуют богатейшие месторождения вольфрама, галлия, висмута, молибдена, марганца и иридия. Сами мы пока не собираемся их разрабатывать – для этого нужны средства, которых у Иберии нет, и высококвалифицированные специалисты, которых у Иберии тоже нет. Однако концессию можно продать тому, кто имеет и то и другое и согласен за неё заплатить хорошую сумму. Можно предложить концессию в качестве оплаты услуг. Её минимальная стоимость оценивается приблизительно в сто двадцать миллионов песо, это в пересчёте на амавийские лиры – почти пятьдесят миллионов. Солидная сумма, которая вполне может привлечь наёмников.

– Насколько мне известно, наёмники предпочитают звонкую монету, а не какие-то там концессии, – проворчал Ковен. – Это всё равно, что предлагать им в качестве оплаты зерно!

– Ну, почему же? – возразила Эвелина Алонсо. – Концессия относится к категории ценных бумаг, а ценные бумаги имеют обыкновение обращаться в денежные средства. Конечно, большинство из наёмников действительно согласны работать только за наличные, но ведь есть и другие.

– И где же этих «других» искать, сеньора Алонсо? – лайнианец явно был настроен по отношению к плану Диего скептически.

– Думаю, об этом вам лучше спросить у Диего, – улыбнулась Эвелина.

– Шеф? – Ковен вопросительно взглянул на руководителя СБ консорциума.

– Есть тут одно место, – хмыкнул тот. – Бордиан. Доводилось слышать о такой планете?

– Э-э… это где-то в районе Вессалианского Рифта?

– Да, это там. Девять с чем-то там парсек северо-западнее Элорана. Планета находится под контролем элоранцев, однако их присутствие там выражается лишь в наличии наместника и небольшого военного гарнизона, которые не лезут в дела местных. А надо сказать, что Бордиан не имеет коренного населения – планета изначально была необитаемой, хотя и относилась к классу «ноль-один». Заселили Бордиан где-то примерно в конце шестьдесят шестого века, когда туда прибыла группа беженцев с Лукреции – тогда их родная планета принимала участие в войне против Терры на стороне Фарадейского Союза и за это сильно поплатилась. Потом туда начали прибывать переселенцы из других систем, в итоге на Бордиане сформировалось разноплеменное общество, живущее по своим неписаным законам. Что-то вроде правительства там имелось, но после беспорядков лет триста назад все дела взяла на себя Гильдия Вольных Стрелков. Они быстро навели порядок на планете и именно Гильдия выставила элоранцам условие: те не лезут в её дела – взамен они получают контроль над месторождениями полезных ископаемых и право на ведение аграрной и прочей деятельности на Бордиане, но под контролем Совета Гильдии и с отчислением финансовой доли в планетарный бюджет. Бесспорно, многие из этих парней вовсе не невинные овечки, но надо отдать им должное – порядок на планете строго контролируется Гильдией, бардака, как в иных мирах Галактической Федерации, нет, Гильдия следит за соблюдением законов – на свой лад, но следит. К примеру, наркодилеров там расстреливают на месте или вышвыривают в космос без скафандра. За взятку тоже можно заряд бластера в лоб схлопотать. Проституция, разумеется, там есть, но публичных домов от силы штук пять-шесть, и все они сосредоточены в одном районе столицы планеты – города под названием Денив. В общем, налицо пример, когда вроде бы мерзавцы, убивающие за деньги, радеют за планету куда как больше, нежели иные чиновники. Сейчас, насколько мне известно, Гильдию возглавляет проционец Даскар Хадда, известный весьма строгими и прагматичными взглядами. Хадда известен деловым взглядом на суть вещей и при нём Гильдия фактически переформатировалась в небольшую, но хорошо вооружённую и оснащённую армию. Можно попытаться заинтересовать проционца концессией – в отличие от «Ореола» Гильдия не захватывает планеты, а о её отношении к наркоторговцам я уже говорил.

– Сомнительно предложение, если сказать откровенно! – покачал головой Рохас. – Обратиться к одним мерзавцам, чтобы они помогли нам против других мерзавцев!

– А у вас есть другой вариант, сеньор Рохас?

Вице-директор переглянулся со своими коллегами, после чего развёл руками.

– Думаю, что этот вариант следует предложить президенту, – заключил Алонсо-старший. – Если сеньор Андретти его одобрит, на тебя, Диего, ляжет его реализация.

– На меня? – Диего несколько растерянно взглянул на отца.

– Во-первых, ты всё это придумал – кому ещё можно поручить выполнение твоего плана, как не тебе? Во-вторых, твоя подготовка космодесантника в данной случае будет являться несомненным плюсом. В-третьих, тебе многое известно о мирах за пределами Карибской Впадины. Это, на мой взгляд, делает тебя единственным кандидатом. Минусом можно считать отсутствие у тебя знаний в области ксенопсихологии, а в общении с инопланетянами это большой недостаток. Поэтому Изабелла отправиться с тобой – у неё будет возможность потренироваться перед поступлением в университет Сан-Анджелеса. И я не вижу причин, по которым этот молодой человек, – Фернандо перевёл взор на Фоссела, который скромно сидел в дальнем углу совещательного зала и внимательно вслушивался в разговор, – не может отправиться с вами. Но только если президент одобрит мой план.

– Э-э… – Диего потеребил себя за мочку левого уха. – Спасибо, конечно, за доверие, папа, но стоит ли Изабелле со мной лететь? На Бордиане может быть небезопасно. Да и сеньор Фоссел – он же простой водитель и у него нет никаких боевых навыков, если не считать шестого ранга бойца школы антукан. С ксеносами он мало имел дел, да и пределы системы почти не покидал.

– Диего – согласись со мной, что один ты будешь выглядеть не столь солидно. А трое – это уже как бы официальная делегация от нашего мира. Даскар Хадда более внимательно выслушает тебя, если тебя будут сопровождать. Оружие можешь выбирать любое – в пределах наших возможностей, разумеется. Звездолёт придётся позаимствовать у правительства или у ССО – у нас нет кораблей малого класса, а на карго лететь на Бордиан несподручно как-то. Ты ведь имеешь лицензию пилота.

– Я не летал уже три года, но не думаю, что это будет представлять проблему. – Диего оглядел присутствующих. – Хорошо, папа, я согласен, если президент даст «добро». В конце концов, сидя на заднице, мы рискуем просто-напросто потерять всё, что нам дорого и получено тяжёлым трудом.

– Замечательные слова! – одобрительно кивнул Алонсо-старший. – Не думай, Диего, что мне вот так просто будет отправить вас на Бордиан, но раз мы придумали всё это – нам это и расхлёбывать. К тому же, на Бордиане больше доверяют таким, как мы, нежели официальным посланцам. Какой-нибудь правительственный чиновник просто-напросто провалит всё дело и мы окажемся перед ордой боевиков «Ореола» одни. И тогда мы потеряем всё.

Диего переглянулся с сестрой и медленно кивнул в знак согласия. Фернандо Алонсо был прав – чтобы победить мерзавцев Териуса, нужно было прибегнуть к услугам мерзавцев меньшего пошиба. Но ибериец серьёзно сомневался, что даже Гильдия Вольных Стрелков сможет отбить атаку «Ореола». Вполне возможно, что здесь одних наёмников Хадды будет маловато…

Глава 3

Улицы Висталина, удалённые от городской черты, мало чем отличались от окраин. Те же тусклые редкие фонари, дающие света ровно столько, чтобы можно было увидеть распахнутый канализационный люк под ногами, те же обшарпанные здания и те же кучки разного сброда, кучкующиеся возле стен. Редкие прохожие, торопливо идущие по улицам вольного города в этот вечерний час по своим делам, старательно избегали этих подозрительных компаний; впрочем, оные персоны не обращали на них никакого внимания, занятые какими-то своими делами. Немногочисленные наземные кары проносились по пыльным мостовым, покрытым спрессованным слоем из смеси дасфальтовой крошки, полибетона и слинкса, поднимая за собой облака густой пыли серо-коричневого цвета – в Висталине явно никто не занимался уборкой городских улиц, оставив это дело на произвол природных стихий.

Торрес покачал головой – вот что означает отсутствие власти! Хотя, если брать в качестве примера некоторые планеты, входящие в Галактическую Федерацию (она по-прежнему существовала, хотя от её былого величия осталась лишь бледная тень), то ещё неизвестно, что лучше – полное отсутствие власти или власть, которой на всё, кроме своего кошелька, насрать. Раулю довелось побывать на Митре, Аланде и Новой Окинаве – впечатление от увиденного онтариец смог бы выразить фразой «я знаю три слова – три матерных слова». По сравнению с этими планетами самый зачуханный мирок Корпоративного Правления выглядел эталоном управленческого дела, но на Эльсиноре шуток не понимали и если чиновник вдруг путал свой карман с государственным, то его, в конце концов, ждало лишь одно наказание – публичная казнь через повешение с поражением семьи в правах, причём пожизненно. Хотя в меритократическом обществе брать взятки никому и в голову не могло прийти… разве только где-нибудь на недавно присоседившейся к Правлению планете, наподобие Ра’Эффана или Мефрида.

«Горностай» въехал на довольно широкий перекрёсток, и почти сразу же Торрес с руганью надавил на педаль тормоза, одновременно выворачивая руль вправо, чтобы уйти от столкновения с неожиданно выскочившим откуда-то слева здоровенным внедорожником амавийского производства, который в нарушение всех мыслимым правил дорожного движения вздумал проскочить перекрёсток. Попади «хаммер» под колёса «Горностая» – а несмотря на свои внушительные размеры, амавийский кар однозначно проигрывал байкальскому вездеходу с его двухметровыми колёсами и мощному таранному корпусу, участь его была бы печальной. А так «хаммер», дико взвизгнув тормозами, лишь ткнулся носом в заднее левое колесо «Горностая» и замер в таком положении.

Тихо выругавшись сквозь зубы, охотник за головами отстегнул ремень безопасности и полез из-за пульта управления, одновременно открывая дверцу со своей стороны. Импульсный пистолет покоился в набедренной кобуре, но вытаскивать его Торрес не спешил – в конце концов, очень часто хватало одного вида онтарийца, чтобы перестать качать права и строить из себя супермена, которому море по колено и горы по пипиську. Да и уложить любого придурка одним ударом он мог без особых затруднений.

– Ты, козёл вонючий – ты куда смотришь, падла пархатая?! – услыхал он, едва лишь тяжёлая бронированная дверь «Горностая» начала выдвигаться наружу на мощных гидравлических поршнях. – Ты свои глаза в жопе забыл, что ли?! Ты знаешь, сколько мне стоила покраска?!

– Чего шумишь? – вполне добродушно прогудел Торрес, спускаясь по короткой металлической лесенке. – Помеху справа и требование уступить дорогу тому, кто по главной дороге едет, на этой планете отменили? Или только в этом городе?

– Здесь обе дороги главные! – выскочивший из-за руля внедорожника молодой хлыщ в пёстрой и дорогой на вид одежде, сильно смахивающий на представителя нетрадиционного сексуального меньшинства, выхватил из кобуры, что висела у него на поясе, иглопистолет, смотревшийся в его руках довольно нелепо – Торресу почему-то пришла на ум ассоциация с пьяным вдрызг глипом, тащащем на плече тяжёлый стационарный пульсатор. – Так что давай, плати бабло!

– А помеха справа как, не катит? – усмехнулся Торрес. Обычной своей усмешкой, при виде которой самые отъявленные головорезы задумывались, а стоит ли продолжать и далее. Но у самых отъявленных головорезов, в отличие от этого пижонистого гомосека, в голове были мозги и они прекрасно понимали, что следующий шаг онтарийца может стать для них последним. Здесь же мозгами и не пахло. – Или ты скажешь, что я должен был тебе уступить?

– Какая помеха, ты совсем охренел?! – выпучил свои водянистые глаза пижон, одновременно с этим принявшись размахивать оружием. – Я по главной дороге ехал!

– Ну естественно! – Рауль понимающе кивнул, при этом его импульсник спокойно находился в кобуре. – И почему каждый мудак думает, что всё на этом свете принадлежит именно ему? А?

От таких слов хлыщ едва не подавился воздухом, однако, судя по всему, его не так просто было сбить с ритма.

– Ты у меня тут не умничай, дылда лысая! – сказать по правде, Торрес не был лысым – просто он всегда стриг волосы очень коротко, по военной моде. Но для дурака это всё равно, что лысый. – Ты мне должен десятку за ободранную краску, говнюк!

– Десятку? – прищурился охотник за головами.

– Да, десятку! Или ты настолько туп, что до тебя всё доходит, как до лонира – на вторые сутки?! Десять тысяч дакотских шиллингов!

– Покраска вон того кусочка, которым ты приложился о моё колесо, обойдётся тебе всего в двести шиллингов! – отрезал Торрес, терпение которого уже начало таять, словно снег под лучами весеннего солнца. – Тем более, ты сам виноват в случившемся! Так что убери своё корыто с моей дороги и вали нахер, покуда я ещё не потерял остатки своего терпения!

– Ах ты… – взъерепенился было хлыщ, но тут же заткнулся, так как кулак весьма внушительного размера сунулся ему под нос.

– И что дальше, паскудыш? – почти ласково спросил охотник за головами. – Будешь и дальше пищать, или заткнёшь пасть и уберёшь своё дерьмо с моей дороги?! Я ведь могу и сам подвинуть, только вопрос, что потом от твоего сраного «хаммера» останется!

Хлыщ как-то по-новому посмотрел на Торреса и до него, кажется, стало доходить, что в таком вот тоне разговаривать с типом почти двухметрового роста и с бицепсами профессионального культуриста, в общем, опасно для здоровья. Он перевёл взгляд с фигуры охотника за головами на импульсный пистолет известной онтарийской модели «питон», одним выстрелом из которого можно было запросто снести голову или высадить дверь из бронесплава, и как-то нервно передёрнул плечами. Ещё бы ему не передёргивать!

– Я… э-э… наверное, я слегка отвлёкся… мне позвонили…

– За рулём нехера болтать по комму! – отрезал Торрес. – Глаза в жопу засунут – и прут напролом! А потом пищат! – охотник за головами сплюнул на пыльную мостовую. – Вали отсюда, чмо!

– Да-да… я сейчас… – засуетился хлыщ, с которого словно ветром сдуло всю его храбрость и наглость. – Я уже…

– Ага, уже! – Торрес слегка задел хлыща плечом, отчего того раскрутило вокруг оси, словно детский волчок. – Убери свою колымагу с моего пути – мне ехать надо!

Не обращая более никакого внимание на владельца «хаммера», Торрес забрался в кабину «Горностая» и запустил движок. Мягко загудела атомная турбина, наполняя машину своей мощностью, включилась передача заднего хода, и тяжёлый бронированный вездеход слегка сдал назад, отодвинув задним бампером мешавший ему «хаммер». Никакого возмущения на сей раз не последовало, и Торрес был этим обстоятельством доволен. В противном случае, ему бы пришлось применить оружие, а поднимать шум раньше времени онтариец не хотел.

«Горностай», развернувшись прямо на перекрёстке, двинулся дальше, вглубь городских кварталов. Торресу было хорошо известно об определённых пристрастиях Ройе, поэтому он направил свой вездеход в сторону так называемого «квартала удовольствий». Подобные места можно было встретить на многих планетах, а уж на вольных мирах им было – не перечесть. В Висталине такой квартал был один, но увеселительных заведений там было немало. Собственно говоря, Рауль не возражал против наличия подобных мест, где и вправду можно было неплохо поразвлечься, если бы в подобных кварталах были нормальные заведения, то есть, для лиц традиционной ориентации. Выросший на Онтарио, чьи жители исповедовали, в массе своей, неохристианство, Рауль Торрес крайне негативно относился ко всяким половым извращенцам, которым, по его личному мнению, давно было пора устроить неплохой такой Экстерминатус. Однако такой задачи перед ним никто не ставил.

Миновав ещё несколько кварталов Висталина, охотник за головами остановил свой вездеход перед очередным перекрёстком и огляделся, заодно запустив сканирование местности. То, что Ройе будет находиться в подобном квартале, онтарийцу было понятно, вот только где именно искать алмистонца – это был хороший вопрос. Ройе явно воспользовался прокатным каром, а здесь Раулю ничего не удалось выяснить. Оставался ещё один вариант, но он требовал от охотника за головами времени и определённых технических манипуляций. И именно им он сейчас и собирался воспользоваться.

Проехав перекрёсток и свернув с дороги, Торрес остановил вездеход на небольшой площадке, предназначенной для стоянки транспортных средств – как раз два таких средства там сейчас и находились – и заглушил двигатель, включив стояночный тормоз. Отстегнув предохранительный ремень, онтариец вылез из-за руля и пробрался в заднюю часть кабины, откуда через небольшую узкую дверцу можно было попасть в заднюю часть вездехода, в которой помещался небольшой полевой центр управления. Войдя туда, Торрес задвинул за собой дверцу и первым делом включил генератор щита, который тут же окутал «Горностая» мультиэнергетическим силовым экраном, который был непреодолим для любого объекта размером больше молекулы. После этого онтариец уселся перед небольшим пультом и надел на голову ажурную полудугу вириала управления.

Набрав некую комбинацию на сенсорной панели, Торрес внимательно сверился с возникшими на небольшом трёхмерном экранчике справа от себя данными, которые, судя по довольному выражению лица онтарийца, были вполне удовлетворительными. Переведя взор на экран, который транслировал панораму с камер внешнего обзора, Рауль удостоверился, что поблизости нет никаких посторонних любопытствующих лиц, после чего нажатием сенсорной клавиши открыл небольшой люк в крыше «Горностая». Следующая короткая команда, набранная охотником на сенсоратуре, активировала небольшое, внешне похожее на онтарийского озёрного воробья, летающее устройство, которое плавно и совершенно бесшумно – ибо на антигравитационном приводе – выскользнуло из вездехода и исчезло в вечернем небе над Висталином.

Разумеется, в использовании Торресом данного устройства крылось нарушение законов его родной планеты, а именно – гражданское лицо не имело никакого права пользоваться полицейскими или военными технологиями. СПУ (следяще-поисковое устройство) «Око» было разработано для групп специального назначения полиции Онтарио и за обладание им Торресу на родной планете могли светить штраф на довольно приличную сумму и до семи лет заключения в криотюрьме на третьем спутнике Онтарио – Медли. Но на Онтарио Торрес был в последний раз более пяти лет назад, а на других мирах использование «Ока» никак не регламентировалось.

Охотник за головами внимательно всмотрелся в монитор, транслировавший данные, передаваемыми СПУ. «Око» могло обнаружить любой биологический разумный объект, используя различные данные – биометрические параметры, пси-оттиск, полевые флуктуации и прочий набор параметров. Обмануть «Око» было крайне затруднительно, и для этого требовалось специальное оборудование, но у Ройе его быть не могло, и Торрес это отлично знал. Поэтому для СПУ обнаружить алмистонца труда не составляло, если только он действительно находился в Висталине.

Прошло пятнадцать минут. «Око» исправно передавало на монитор, развёрнутый перед Торресом, получаемые им со своих сканеров данные, но пока что обнаружить искомый объект ему не удавалось. Однако охотник был достаточно терпелив, к тому же, интуиция редко когда подводила Рауля.

На исходе восемнадцатой минуты поток поступающих на монитор данных внезапно резко изменился. Торрес довольно хмыкнул и, зафиксировав местоположение искомого объекта, приказал СПУ возвращаться назад.

«Оку» удалось обнаружить Ройе, и теперь Торрес держал путь в сторону той части города, в которой располагался «квартал удовольствий». Вряд ли сейчас алмистонец собирался покидать столь приятный для него притон порока, коим являлся публичный дом под красноречивым названием «Тысяча и одно удовольствие». Ему в данный момент было не до того. Как раз на руку охотнику за головами.

Вездеход, миновав ещё несколько кварталов, на очередном пересечении улиц свернул направо и остановился перед устьем довольно широкой улицы, по обе стороны которой тянулись шеренги зданий совершенно определённого характера, о чём свидетельствовали вывески над ними. Правда, нужно было заметить, что не все строения здесь являлись публичными домами. Взгляд Торреса различил несколько вывесок казино и кантин, которые тоже принадлежали к разряду дарящих удовольствие заведений, только несколько иного характера. Пробормотав про себя какую-то фразу на хассианском (этот язык, наряду с инишири и лагошским, по части ругательств имел мало конкурентов среди других галактических языков), Рауль медленно двинул свою машину вперед по улице, следуя по проложенному СПУ маршруту, заканчивающемуся как раз возле веселого дома со звучным названием «Тысяча и одно удовольствие».

Искомое строение обозначилось почти через километр от начала улицы. Это было довольно приличных размеров четырёхэтажное здание, выстроенное в классическом аманарском стиле – либо архитектор сам был родом с Аманара, либо ему нравилась архитектура гуманоидов-аманарцев. Изящные резные башенки по краям здания, полукруглые окна с лепниной, арочный вход, над которым красовались фигуры совокупляющихся в разных позах гуманоидов, тяжёлые двери из байкальского железного кедра – всё это весьма гармонично сочеталось с друг другом и говорило о том, что у строителей этого здания имелось понятие о вкусе. Аманарская архитектура в этой части Галактики пользовалась большой популярностью, так что ничего удивительного в том, что публичный дом на Риссе был выстроен в аманарском стиле, Торрес не видел.

По своему личному опыту онтариец хорошо знал, что в подобных местах нравы царят очень весёлые. Это, кстати, демонстрировала в данный момент сцена у входа – или выхода, смотря с какой стороны посмотреть – в публичный дом. Тяжёлые двери из байкальского кедра были распахнуты настежь и трое дюжих охранников, один из которых не являлся не только представителем рода homo, но даже гуманоидом, как раз сейчас пытались выкинуть на улицу какого-то бритого налысо здоровенного мужика, на поясе которого висела пустая кобура из-под бластера. Самого оружия видно не было – значит, отобрали.

Притормозив перед входом, Рауль заглушил двигатель «Горностая» и вылез наружу. Никто не обратил на охотника ни малейшего внимания – троица костоломов тщетно пыталась утихомирить буяна, который был слегка подшофе, да и сложением его духи космоса не обделили. Получалось это у них не очень, даже несмотря на то, что один из охранников – тот самый негуманоид – являлся представителем расы баладжи, похожих на обросших древесной корой четырёхруких лемуров, родная планета которых – Тагон – располагалась на противоположной стороне спирального рукава. Баладжи внешне выглядели физически слабыми из-за своего худощавого телосложения, но Торрес отлично знал, что это было не так. Однажды на Амаре онтариец стал свидетелем того, как внешне щуплый баладжи двумя ударами отправил в глубокий нокаут здоровенного шовела с Лиммиргара-VI. Вообще, никогда не стоило судить о ксеносах на основании лишь одного внешнего облика. Зачастую это могло привести к фатальной ошибке.

– … не до конца! – донеслось до ушей Торреса. – Нахера я тогда заплатил такие деньги за то, чтоб оторваться на полную?! Или у вас не бордель, а храм?!

– Трахать девок у нас можно и нужно, – раздался в ответ голос одного из громил – человека ростом почти с Рауля, в левом ухе которого болталась платиновая серьга в виде черепа со скрещёнными костями, – а вот бить их не дозволяется. На кой хер кулаками стал махать?

– Она не захотела в жопу давать! – рявкнул лысый. – Это же бордель – что такого в моём желании?! Ваши шлюхи должны отрабатывать свои деньги, мать вашу так-перетак!

– Если девушка не захотела того, что хотел ты – значит, она этого не хочет! – назидательно прогудел крепко сложенный хассианец, одетый в некое подобие военной формы хассианского штурмового пехотинца, на правом бедре которого виднелась кобура с бластером. – А за распускание рук тебе придётся не только свалить отсюда к фрайгу, но и заплатить заведению за ущерб!

– Трахни себя в рот! – зло выплюнул лысый, пытаясь вывернуться из рук охранников. – Я приехал сюда шлюху отыметь – и я же ещё и плати за что-то?! Обосрётесь!

– Что за шум, а драки нет? – спросил, подходя к весёлой компании, онтариец. – Помощь нужна?

– Пошёл ты..! – выругался лысый, сплюнув в сторону Рауля.

– Нихера себе! – притворно изумился Торрес. – Я всего-то задал вопрос – и что я слышу в ответ? Оскорбление?

– Да тебя вообще не спрашивают, курва лысая! – взбеленился клиент публичного дома. – Чего лезешь не в своё дело?! Отсоси!

– Вежливости – полные штаны! – усмехнулся охотник за головами. Его тяжёлый кулак опустился на голову задиры, отчего тот сразу же заткнулся. – Тебя тихо-мирно просят угомониться, а ты только масла в огонь подливаешь! Ребята же могут и разозлиться, а тогда уже по-хорошему дело не закончится!

– А ты-то кто такой, говно пережаренное?! – прохрипел лысый, всё ещё не оставляя попыток вырваться из рук вышибал. – В хайло с ноги давно получал?!

– Доводилось пробовать пережаренное говно? – онтариец вроде несильно пнул ногой лысого, но тот сразу же согнулся пополам, повиснув на руках вышибал. А вы бы не повисли, получив ногой в тяжёлом армейском полуботинке сорок пятого размера по яйцам? Вот-вот. – Ты не в той весовой категории, чтобы меня в хайло, как ты выразился, ногой пинать!

– Ну что, сучонок – получил по шарам? – участливо осведомился хассианец, наподдав лысому коленом в копчик. – Давай, гони монету!

– Хрм… аргх…

– Сколько этот сын кугхры должен за причинённое беспокойство? – спросил Торрес, обращаясь к хассианцу, который тут явно был за старшего.

– Нанесение побоев, причинение ущерба собственности госпожи Нере, оскорбление охранников при исполнении, сопротивление – пять сотен амавийских лир, короче, – отозвался хассианец.

– Это справедливо. – Торрес резко встряхнул лысого и быстро сунул руку в один из карманов куртки, в котором намётанный глаз Рауля различил очертания бумажника. Лысый попытался было взбрыкнуть копытами, но тут же получил от баладжи по спине и затих. – Не брыкайся, падла – дольше проживёшь!

Распахнув потёртый бумажник из недорогой синтекожи, Торрес выудил оттуда пять купюр достоинством в сто лир каждая и протянул их вышибале-человеку. Тот быстро спрятал деньги во внутренний карман своего жилета-разгрузки – именно жилета, так как настоящей разгрузкой эта имитация не являлась. Такую можно было купить в любом магазине охотничье-рыболовных принадлежностей лир за десять-пятнадцать. Бумажник после этого онтариец водворил на место и окинул лысого презрительным взглядом.

– Полагаю, что этого достаточно, – спокойно произнёс Рауль. – Теперь вали отсюда и не вздумай валять дурака.

Лысый, которого вышибалы выпустили из цепких рук, зло смерил Торреса долгим взглядом, однако вид импульсного пистолета с потёртой рукоятью явно свидетельствовал о том, что затевать свару с онтарийцем будет очень глупой идеей.

– Бластер верните, суки! – просипел лысый. – Я за него двести лир на Потомаке заплатил!

– На, жертва! – вышибала-человек протянул лысому бластер устаревшей дакотской модели QD-36. – Забирай и проваливай отсюда нахер!

Лысый резким движением выхватил бластер из рук вышибалы и сунул его в кобуру. Зло покосившись на спокойно наблюдавшего за ним Торреса, он сплюнул онтарийцу под ноги и вразвалку засеменил прочь от публичного дома.

– Спасибо за помощь, приятель! – хассианец внимательно оглядел Торреса с головы до пят. – А то Шакани его уже собирался грохнуть! Вот же гниды попадаются!

– Бывает, – безразлично отозвался Рауль.

– А ты сам чего тут забыл? – подозрительно прищурился хассианец. – Девчонку решил отыметь или как? По виду ты – вылитый охотник за головами…

– Так и есть, – Рауль счёл, что самой лучшей политикой в данной ситуации будет сказать правду. – Рауль Торрес, независимый хэдхантер с Онтарио. Ищу одного соко.

– Так-так! – прищурился хассианец. – И почему же ты решил, что этот соко должен находиться именно здесь, а?

– СПУ, – коротко пояснил Торрес.

– СПУ. – Хассианец переглянулся со своими напарниками. – Понятно. И ты собираешься войти внутрь и вытащить этого типа из тёплой кроватки?

– Мне похер, тёплая она или холодная! – резко ответил Рауль. – Мне заплатили за этого паскудыша и я должен довести своё дело до конца! Зря я, что ли, пёрся сюда аж за триста пятьдесят светолет?!

– Не пойми нас неправильно, парень – мы ничего против тебя не имеем, – примирительно выставил вперёд обе ладони инопланетянин. Хассианец явно не был дураком и прекрасно понимал, что охотник за головами войдёт внутрь публичного дома так или иначе, но если в случае с «так» вышибалам ничего не грозило, то вариант «иначе» мог привести, как минимум, к переломам и выбитым зубам. И это в лучшем случае. – Но в этом заведении приняты свои правила, которые запрещают всяческие разборки внутри него. Таково личное указание госпожи Нере.

– Я не собираюсь устраивать в вашем заведении маленькую войнушку, парни, – усмехнулся Торрес. – Я просто войду внутрь и выну этого мудака оттуда, где он сейчас находится. Если вас это успокоит – я вам могу отдать на это время свой импульсник.

– Да ты и без импульсника кого хочешь на части порвёшь! – хохотнул вышибала-человек. – Как по мне, так ничего плохого в твоих действиях я не вижу. А, Сьёсс?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.