# Письма подруг

Сабит Алиев

Седьмой рассказ автора о том, как важно научиться искренне и всем сердцем говорить друг другу «Прости», и не ждать ничего взамен…

© Сабит Алиев, 2018

ISBN 978-5-4490-9885-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero


Сабит Алиев

Письма подруг

Милая Лейла! Пишу тебе, дорогой моей подруге, с которой прошло мое детство и которой хочется открыть свою душу в надежде, что ты меня поймёшь. А когда человека понимают, то ему легче жить на свете.

Бывает, утром встаю, и мне невыносимо грустно. Нет, все вроде по-прежнему, в моей жизни давно ничего не меняется. Знакомую музыка, звучащая по радио, отправляет меня в прошлое, и я плачу, понимая, что это не грусть постучала в дверь, а воспоминания…

Мне становится очень зябко. Не существует такой одежды, которая могла бы согреть меня. Этот холод идёт изнутри.

Поток воспоминаний, неумолимый и беспощадный как цунами, накрывает меня. Я сворачиваюсь комочком, в течение нескольких часов дрожу, как в лихорадке, ничего не замечая вокруг.

Успокоившись, завариваю себе кофе, усаживаюсь у камина в удобном кресле. За долгие годы оно уже приобрело форму моего тела. Думаю о том, как жизнь коротка и жестока.

О катастрофических поворотных моментах, которые могут в один миг уничтожить наш привычный мир, изменив его до неузнаваемости. Что происходит с женщинами, когда муж объявляет об уходе к другой? Когда врач сообщает о злокачественной опухоли родного тебе человека? Когда ты похоронишь родителей?

Я долго смотрю на пламя, и прошлое возникает так ясно, будто это было вчера. Мне часто представляется, что я все ещё девочка. В такие моменты даже сердце стучит по-другому. О, как живы воспоминания…

Мои густые волосы, чёрная коса, сильное тело, красивое лицо.

Ты же знаешь, подруга моя, я родилась в религиозной семье. Родители, когда молились Аллаху, меня тоже заставляли делать намаз, а я сопротивлялась, как могла. У религиозных людей нет свободы, они выбрали другой путь.

Я часто пряталась в шкафу, не желая показываться на глаза родителям. В своей комнате мне было тоже неуютно: казалось, что я мешаю родителям.