Птицекот Бабаюн
Сборник поэзии
Андрей Куликов
Елена Цивка
Виталий Карпенко

Татьяна Гущина Иллюстратор

Андрей Куликов Редактор

© Андрей Куликов, 2020

© Елена Цивка, 2020

© Виталий Карпенко, 2020

© Татьяна Гущина, иллюстрации, 2020

ISBN 978-5-4490-9162-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Андрей Куликов

1. Секунды

Толи утро, толи вечер —
Шесть часов на циферблате.
Я ложился спать беспечным,
А проснулся – Бога ради.
Стрелки раздирают вечность.
И звучат, звучат, настырно,
По ушам секундной плетью.
Слишком хлёстко. Слишком сильно.

Толи вечер, толи утро.
Темнота и зимний холод
В окнах замерли как будто.
И гремит секундный молот.

2. Шепот зимы

Шорох холодных осадков —
Это кончается осень,
И языком по асфальту
Водит ноябрь подмерзшим.
Выключи свет, и, в продрогшем,
Мерзлом полночном жилище,
Ты не услышишь ни вздоха —
Только ноябрь услышишь.

Тихо скребется о землю
Осень, пытаясь могилу
Вырыть себе же, наверно,
Скомкав последние силы.
Тихо-претихо в квартире.
Шепотом зиму пророча,
Льдинки кружат паутиной
В окнах ноябрьской ночью.

3. Картина на окнах

Бесконечность в окне
«Звездной Ночью» Ван Гога
Превращается в вихрь.
Льются строчки потоком.
Бесконечность – во мне,
И ее не потрогать.
Только стих. Тихий стих.
И картина на окнах.

Татьяна Гущина – Картина на окнах.

4. Строчка

Капает-плачет зима
С крыши
По подоконникам нам.
Слышно
Шепчет о чем-то едва.
Мысли.
Снова и снова без сна.
Ночью.
Ночью без края и дна.
Впрочем,
Благостной мне, для письма.
Точно.

Сыплются буквы на лист
Белый.
Капает-падает ниц
Спелый
Снег. И его запустить
В дело
Хочется. Хочется жить.
Просто.
Чтобы без фальши и лжи.
Россыпь
Букв, на бумагу нажим —
Строчка.

5. Такое место

В моей квартире место есть одно.
Не верить можешь в призраков и духов.
Но в этом месте что-то все равно
Услышишь ты, хотя не будешь слушать.
В моей квартире призраки живут.
Они приходят в этот мир из ванной.
И шепчут мне, и песни мне поют.
И видятся-мерещатся упрямо.

В моей квартире танцевала Смерть
Корявым умерщвляющим брейк-дансом.
В моей квартире, верь или не верь,
Давно Чума с Холерой водят танцы.
И только в этой комнате сырой
Кончались жизни без причин и следствий.

В моей квартире место есть одно.
В моей квартире есть такое место…

6. Одержимость

Сидит на плечах,
Нажимая на шею,
И тянет, и тянет к земле.
И рифмами шепчет и шепчет
Кошмары на ушко.
Я вижу в глазах
Своего отраженья —
Давно подселилась ко мне
Как будто какая-то нечисть,
Какая-то сущность.

Ладошку на лоб
Опускает сердечно
И тихо, почти что любя,
И пот выжимает холодный,
И портится зренье.
То в жар, то в озноб
Бесноватая нечисть
Игриво швыряет меня.
И только обман алкогольный
Спасает на время.

7. Сгинем

Не будет больше счастья.
Любви не будет больше.
А будут лишь напасти.
А будет лишь тревога.
Виновные – отчасти,
И грешные – не сильно.
Мы не найдем участья.
И незаметно сгинем.

8. Заслуженно заперта дверь

Коробка квартиры,
Куда приходил ты для сна,
Наверное, милым
Не вспомнит тебя никогда.
Наверно, наивен
Ты был. И, наверно, теперь
Заслуженно заперта дверь.

Не вспомнят усилий
Твоих ни жена и ни дочь.
Теперь ты противен.
И выкинут попросту в ночь.
И ляжешь бессильно
На серых ступеньках. Поверь:
Заслуженно заперта дверь.

Татьяна Гущина – Заслуженно заперта дверь.

9. Глоток мороза

Глотнуть первак морозный
Холодным зимним утром
Выходишь не тверезый
В бледнеющий рассвет.
Вдыхаешь полной грудью,
Крестом расставив руки.
И выдыхаешь мутный,
Похмельный с паром бред.

И кажется, что лучше
На свете нет лекарства
Морозной зимней стужи.
И хочется в сугроб
Нырнуть как можно глубже.
А вынырнув – смеяться.
Отхохотаться дюже.
Отхохотаться впрок.

10. Любить и молчать

Давай не будем говорить друг с другом,
Любовь словами превращая в спор?
Давай-ка молчаливыми побудем?
Молчание не делая в укор?
Давай свое молчание за гордость
Взаимную не будем принимать?
Давай любить друг друга. Ради Бога!
Давай любить сегодня! И молчать!

11. Всего лишь сны

Снова четверть часа
Бредней распрекрасных.
Слился сон с реальностью в одно.
Вижу раз за разом
Каждые пятнадцать,
За одним кошмарным – новый сон.
Сыплются как будто
В руку, в руку, в руку.
Эти сновидения мои.
И они погубят.
И они погубят.
Сны. Всего лишь сны.
              Всего лишь – сны.

12. Оле Лукойе

Кто-то смеется сквозь сон.
Кто-то страдает и стонет.
А виновато Оно —
Страшное Оле Лукойе.

С теплым придет молоком
Толи кошмар, толи сказка…
Знает об этом Одно
Оле Лукойе прекрасно.

Оле Лукойе Твое
Может представиться Смертью.
Оле Лукойе, как Бог —
Некуда, некуда деться.

13. Чаепитие

Чай с молоком – обязателен,
Если туман за окном.
Лондонский – еле прозрачный.
В форточку вьющийся снегом.
Странные, вкрай, обстоятельства
Снегом врываются в дом.
Что бы могло это значить?
Веришь глазам, и не веришь.
А Баскервили собачие
Воют о чем-то своем.
Фосфоресцируя, плачут.
Чая английского мне бы…

Татьяна Гущина – Чаепитие.

14. Октябрьский кризис

Творческий кризис в сознании зудом,
Низкочастотным назойливым гулом
Прячется, мысли мешая и будни
В серое небо,
Густое и вязкое.

Иглами морось, несомая ветром,
Меряет кожу лица в миллиметрах.
Опустошенность в глазах. В полубреде
Бледный-пребледный
В осенние краски я

Шагом вплетаюсь. Гудением низким,
Зудом в сознаньи октябрьский кризис
Уничтожает и путает числа
С дней на недели.
И рифмы не вяжутся.

15. Не далеко до беды

Осень пестрит ноябрем невменяемым.
Через отчаянье. Через отчаянье.
В марше себя обнаружу случайно
Между осенней листвы.

Очень опухшим и очень печальным. И
Очень, и очень, и очень скандальные
Мысли кружат и кружат подсознанье.
Не далеко до беды.

16. Вернись

Четверть жизни рядышком с тобой.
Я бессильна, киса, без тебя.
Просыпаюсь в тишине ночной,
И погладить тянется рука.
Но уткнувшись снова в пустоту,
Кулаком ударю о кровать.
То в подушку, то по потолку
Будет до рассвета взгляд гулять.

А хотелось бы вернуться в сон,
В сладкий сон, где ты еще жива.
И мяучишь, не пойми о чем.
И вопрос повис в твоих глазах.
Сколько раз за этот самый взгляд
Я бесилась и ругалась, кис.
Мне бы отмотать чуть-чуть назад,
Я бы все исправила – вернись.

17. Не зима

Дождь сменяет снег.
Снег сменяет дождь.
Не погода – бред.
Не зима. Не то.
Минус или плюс?
Шторится окно.
И синоптик грусть
Водкой и вином
Запивает. Мрак
В голове его.
Что-то здесь не так.
Не зима – не то.

18. Звериный галоп

Промчался по небу звериным галопом,
От рыжего сырного диска луны
Хороший кусок отхватил мимоходом
И скрылся в туманные звездные дали…

Сегодняшней ночью совсем уж жестоко
От грусти ноябрьской я приуныл.
И просто решил на искристые звезды
Сбежать озверело от вечной печали.

Татьяна Гущина – Звериный галоп.

19. Апатия

Не помню, что за сериал.
Увяз в болоте серий.
Я жизнь на паузу нажал
Тому назад неделя.
И нет ни мысли в голове.
И только бы не спятить
От череды безликих дней.
Апатия, апатия.

Замедлило как будто темп
Мое сердцебиенье.
Как будто в вечной пустоте
Квартиры встало время.
И хочется лишь спать и есть.
И есть, притом – в кровати.
Эх, только бы не спятить мне.
Апатия, апатия.

20. Психиатр и психолог

На одном плече психолог.
Психиатр – на другом.
А лицо – по центру – стонет
И мечтает о своем.

Нету ангелов, лишь бесы
На моих сидят плечах.
Из-за них сплошные стрессы.
Из-за них извечный страх.

21. Аксиома

Куражится Зима
Перед Весной.
Кривляется морозом
Ниже нормы.
Но знает и она
Простое «но»:
Кривляться слишком поздно —
Аксиома.

Куражится Зима
И в эту ночь.
Настырно вьюжит снегом
Рядом с домом
И по дворам. Без сна.
Ей не помочь.
Весна наступит. Это —
Аксиома.

22. Страх

Слишком много голосов
В голове моей.
Очень скоро до грехов
Доведут ей-ей.
Очень скоро небосвод
Рухнет на меня.
Очень скоро Дьявол-Бог.
Очень скоро – я.

От жужжанья в голове
Подступает страх.
Может что-то не во мне,
А в других не так?
Скоро мне не хватит строк.
Скоро, после сна,
Из постели встанет Бог,
Дьявол, или – я.

23. Тревога

Как будто что-то будет…
Предчувствие,
Если угодно.
В размеренные будни,
Без умысла,
Совсем беззлобно,
Как будто влезет это что-то.
Играючи и беззаботно
Обыденность завертит и закрутит.

В глубинах подсознанья
Безумствует,
Вопит Тревога.
Тревога что-то знает.
И буйствует.
Она, ей Богу,
Всего одно мгновенье через,
Своим безумным воплем, череп
Расколет. Но кричать не перестанет.

И, вроде, объясненье
Сомнениям
И страхам низким
Простое – обостренье
Весеннее.
Весенний кризис.
Но в подсознании, до пота,
Вопит Тревога: «Будет что-то!».
И невозможно крикам не поверить.