Дмитрий Наркисович Мамин-Сибиряк
Сказка про славного Царя Гороха и его прекрасных дочерей: царевну Кутафью и царевну Горошинку

Иллюстрации Н.Д. Бартрама

ООО «Остеон-Групп»

Ногинск – 2018

© Л.И.Моргун, литобработка и адаптация текста и иллюстраций, 2018 г.

Присказка

Скоро сказка сказывается, да не скоро дело делается. Сказываются сказки старикам да старушкам на утешенье, молодым людям на поучение, а малым ребятам на послушание. Из сказки слова не выкинешь, а что было, то и быльём поросло. Только бежал мимо косой заяц – послушал длинным ухом, летела мимо Жар-птица – посмотрела огненным глазом… Шумит, гудит зеленый лес, расстилается шелковым ковром трава-мурава с лазоревыми цветиками, поднимаются к небу каменные гopы, льются с гор быстрые реки, бегут по синю морю кораблики, а по темному лесу на добром коне едет могуч, русский богатырь, Едет путём-дорогою, чтобы добыть разрыв-траву, которой открывается счастье богатырское. Ехал, ехал богатырь и доехал до росстани, где съезжались три пути-дороженьки. По какой ехать? Поперек одной лежит дубовая колода, на другой стоит березовый пень, а по третьей ползет маленький червяк-светлячок. Нет дальше ходу богатырю.

– Чур меня! – крикнул он на весь дремучий лес. – Отвались от меня нечистая сила…

От этого покрика богатырского с хохотом вылетел из березового дупла сыч, дубовая колода превратилась в злую ведьму и полетела за сычом, засвистели над богатырской головой черные вороны…

– Чур меня!..

И вдруг все пропало, сгинуло. Остался на дороге один червячок-светлячок, точно кто потерял дорогой камень-самоцвет.

– Ступай прямо! – крикнула из болота лягушка. – Ступай, да только не оглядывайся, а то худо будет…

Поехал богатырь прямо, а впереди поляна, а на поляне огненными цветами цветут папоротники. За поляной, как зеркало, блестит озеро, а в озере плавают русалки с зелёными волосами и смеются над богатырем девичьим смехом.

– У нас, богатырь, разрыв-трава! У нас твое счастье…

Задумался могучий богатырь – остановился добрый конь.

Впрочем, что же это я вам рассказываю, малые ребятки? – это только присказка, а сказка впереди.

Глава I.

Жил-был, поживал славный царь Горох в своем славном царств Гороховом. Пока был молод царь Горох, больше всего он любил повеселиться. День и ночь веселился, и все другие веселились с ним.

– Ах, какой у нас добрый царь Горох! – говорили все.

А славный царь Горох слушает, бородку поглаживает, и еще ему делается веселее. Любил царь Горох, когда его все хвалили. Потом ещё любил царь Горох повоевать с соседними королями и другими славными царями. Сидит, сидит, а потом и скажет:

– А не пойти ли нам на царя Пантелея? Что-то он, как будто, стал зазнаваться на старости лет… Надо его проучить.

Войска у царя Гороха было достаточно, воеводы были отличные, и все были рады повоевать. И весь народ тоже был рад войне. Может быть, и самих побьют, а все-гаки рад. Счастливо воевал царь Горох и после каждой войны привозил много всякого добра и золотой казны, и самоцветных каменьев, и шелковых тканей, и пленников. Он ничем не брезговал и рад дань всем, что попадало под руку: мука – подавай сюда и муку: дома пригодится, корова – давай и корову, сапоги – давай и сапоги, масло – давай масло в кашу. Даже брал царь Горох дань лыком и веником. Все подданные очень его любили за этот обычай: чужая каша всегда слаще своей, и чужим веником лучше париться.

– Спасибо, славный царь Горох! – кричали подданные, когда царь Горох катался по улицам своей столицы. – Мы за тобой, как тараканы за печкой живём… Два спасиба тебе, славный царь Горох!

Все иностранные короли и славные цари завидовали удачам царя Гороха, а главное, его веселому характеру. Царь Пантелей, у которого борода была до колен, говорил прямо:

– Хорошо ему жить, славному царю Гороху, когда у него такой весёлый характер. Я отдал бы половину своей бороды, если бы умел так веселиться.

Но совсем счастливых людей не бывает на свете. У каждого найдётся какое-нибудь горе. Ни подданные, ни воеводы, ни бояре не знали, что у веселого царя Гороха тоже есть свое горе, да еще не одно, а целых два горя. Знала об этом только одна жена царя Гороха, славная царица Луковна, родная сестра царя Пантелея. Царь и царица от всех скрывали свое горе, чтобы народ не стал смеяться над ними. Первое горе заключалось в том, что у славного царя Гороха на правой руке было шесть пальцев. Он таким родился, и это скрывали с самого детства, так, что славный царь Горох никогда не снимал с правой руки перчатки. Конечно, шестой палец – пустяки, можно жить и с шестью пальцами, а беда в том, что, благодаря этому шестому пальцу, царю Гороху всего было мало. Он сам признавался своей царице Луковне:

– Кажется, взял бы всё на свете одному себе… Разве я виноват, что у меня так рука устроена?

– Что же, бери, пока дают, – утешала его царица Луковна. – Tы не виноват. А если даром не отдают, то можно и силой отнять…

Царица Луковна во всем и всегда соглашалась с своим славным царем Горохом. Подданные тоже не спорили и верили, что воюют для славы, отбирая чужую кашу и масло. Никто и не подозревал, что у славного царя Гороха шесть пальцев на руке, и что он из жадности готов был отнять даже бороду у царя Пантелея, тоже славного и храброго царя.

Глава II.

Второе горе славного царя Гороха было, пожалуй, даже похуже первого. Дело в том, что первым у славного царя Гороха родился сын, славный и храбрый царевич Орлик, потом родилась прекрасная царевна Кутафья неописанной красоты, а третьей родилась маленькая, маленькая царевна Горошинка, такая маленькая, что она жила в коробочке, в которой раньше славная царица Луковна прятала свои серёжки. Маленькой царевны Горошинки решительно никто не видал, кроме отца с матерью.

– Что мы с ней будем делать, царица? – спрашивал в ужасе славный царь Горох. – Все люди родятся, как люди, а наша дочь с горошинку…

– Что же делать – пусть живет… – печально отвечала царица.

Даже царевич Орлик и прекрасная царевна Кутафья не знали, что у них есть сестра Горошинка. А мать любила свою Горошинку больше, чем других детей: тех и другие полюбят, а эта мила только отцу с матерью.

Царевна Горошинка выросла ростом в горошинку и была так же весела, как отец. Ее трудно было удержать в коробочке. Царевне хотелось и побегать, и поиграть, и пошалить, как и другим детям. Царица Луковна запиралась в своей комнате, садилась к столу и открывала коробочку. Царевна Горошинка выскакивала и начинала веселиться. Стол ей казался целым полем, по которому она бегала, как другие дети бегают по настоящему полю. Мать протянет руку, и царевна Горошинка едва вскарабкается на нее. Она любила везде прятаться, и мать, бывало, едва ее найдет, а сама боится пошевелиться, чтобы, грешным делом, не раздавить родного детища. Приходил и славный царь Горох полюбоваться на свою царевну Горошинку, и она пряталась у него в бороде, как в лесу.

– Ах, какая она смешная! – удивлялся царь Горох, качая головой.

Маленькая царевна Горошинка тоже удивлялась. Какое всё большое кругом – и отец с матерью, и комнаты, и мебель! Раз она забралась на окно и чуть не умерла от страха, когда увидела бежавшую по улице собаку. Царевна жалобно запищала и спряталась в наперсток, так что царь Горох едва ее нашел.

Всего хуже было то, что, как царевна Горошинка стала подрастать, – ей хотелось всё видеть и всё знать. И то покажи ей, и другое, и третье… Пока была маленькой, так любила играть с мухами и тараканами. Игрушки ей делал сам царь Горох – нечего делать, хоть и царь, а мастери для дочери игрушки. Он так выучился этому делу, что никто другой в государстве не сумел бы сделать такую тележку для царевны Горошинки или другие игрушки. Всего удивительнее было то, что мухи и тараканы тоже любили маленькую царевну, и она даже каталась на них, как большие люди катаются на лошадях. Были, конечно, и свои неприятности. Раз царевна Горошинка упросила мать взять ее с собой в сад.

– Только одним глазком взглянуть, матушка, какие сады бывают, – упрашивала царевна Горошинка. – Я ничего не сломаю и не испорчу…

– Ах, что я с ней буду делать? – взмолилась царица Луковна.

Глава III.

Так жил да поживал славный царь Горох. Все думали, что он останется веселым всегда, а вышло не так. Когда родилась царевна Горошинка, он уже был не молод, а потом начал быстро стариться. На глазах у всех старился славный царь Горох.

Лицо осунулось, пожелтело, глаза ввалились, руки начали трястись, а старого веселья как не бывало. Сильно изменился царь Горох, а с ним вместе приуныло и всё гороховое царство. Да и было отчего приуныть: состарившийся царь Горох сделался подозрительным, всюду видел измену и никому не верил, даже самым любимым боярам и воеводам.

– Никому не верю! – говорил царь Горох им в глаза. – Все вы готовы изменить мне при первом удобном случае, а за спиной, наверно, смеетесь надо мной… Всё знаю! Лучше и не оправдывайтесь.

– Помилуй, славный царь Горох! – взмолились бояре и воеводы. – Да как мы посмеем что-нибудь дурное даже подумать… Все тебя любят, славный царь Горох, и все готовы жизнь свою отдать за тебя.

– Знаю, знаю. Правые люди не будут оправдываться. Вы только то и делаете, что ждете моей смерти.

Все начали бояться славного царя Гороха. Такой был веселый царь, а тут вдруг точно с печи упал – и узнать нельзя. И скуп сделался царь Горох, как Кощей. Сидит и высчитывает, сколько добра у него съели и выпили гости, да, кроме того, сколько еще разных подарков получили. И обидно старику, что столько добра пущено на ветер, и жаль своей царской казны. Начал царь Горох всех притеснять, каждую денежку высчитывать и даже по утрам сидел в кухне, смотрел, как варят ему щи, чтобы повара не растащили провианта.

– Воры вы все! – корит царь Горох своих поваров. – Только отвернись, вы всю говядину из горшка повытаскаете, а мне одну жижу оставите.

– Смилуйся, царь-государь! – вопили повара и валялись у царя Гороха в ногах. – Да как мы посмеем таскать твою говядину из горшков…

– Знаю, знаю. У меня всё царство вор на воре – вором погоняет.

Дело дошло до того, что славный царь Горох велел при себе и хлеб резать, и сам считал куски, и даже коров доить стал, чтобы не выпили царского молока неверные слуги. Всем пришлось плохо, даже царица Луковна – и та голодала. Плачет, а попросить кусочка хлеба не смеет у царя. Исхудала бедная и только одному радовалась, что ровно ничего не стоило прокормить любимую дочь Горошинку. Царевна Горошинка была сыта крошечками…

«Испортили царя! – думали все. – Какой-нибудь колдун испортил, не иначе дело. Долго ли испортить всякого человека… А какой был у нас славный да веселый царь!..»

А славный царь Горох с каждым днем делался всё хуже и злее. Начал он людей по тюрьмам сажать, а других прямо казнил. Ходят по всему гороховому царству немилостивые царские пристава, ловят людей и казнят. Чтобы услужить царю Гороху, они выбирали самых богатых, чтобы их именье пошло в царскую казну.

– Однако сколько у меня развелось изменников! – удивляется славный царь Горох. – Это они у меня столько всякого добра наворовали… А я-то по простоте ничего и не замечаю. Еще бы немного, так я бы сам с голоду помер…

Глава IV.

С каждым днем славный царь Горох делался всё хуже и хуже, а народ всё искал, кто его испортил. Искали-искали и наконец нашли. Оказалось, что царя испортила его родная дочь, прекрасная Кутафья. Да, она самая… Нашлись люди, которые уверяли, что своими глазами видели, будто она вылетала из дворца, обернувшись сорокой, а то еще хуже – бегала по городу мышью и подслушивала, кто и что болтает про царя. От нее, дескать, и всё зло по гороховому царству пошло. Доказательства были все налицо: славный царь Горох любил только одну прекрасную царевну Кутафью. Он даже прогнал всех своих поваров, а главного повесил перед кухней, и теперь царское кушанье готовила одна прекрасная царевна Кутафья. Ей только одной верил теперь царь Горох, и никому больше.

– Что нам делать теперь? – жаловались все друг другу. – Домашний враг сильнее всех… Погубит прекрасная царевна Кутафья всё царство. Некуда нам деваться от колдуньи…

Впрочем, оставалась еще одна последняя надежда. О красоте царевны Кутафьи прошла слава по всем землям, и к царю Гороху наезжали женихи со всех сторон.

Лиха беда в том, что она всем отказывала. Все не хороши женихи. Но ведь надоест же когда-нибудь ей в девках сидеть, выйдет она замуж, и тогда все вздохнут свободно. Думали, судили, рядили, передумывали, а прекрасная царевна Кутафья и думать ничего не хотела о женихе. Последним наехал к царю Гороху молодой король Косарь, красавец и богатырь, каких поискать, но и он получил отказ, то есть отказал ему сам царь Горох.

– Королевство у тебя маловато, король Косарь, – заявил ему славный царь Горох, поглаживая бородку. – Еле-еле сам сыт, а чем жену будешь кормить?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.