Елена Гордина
Она ему не пара

© Гордина Е., 2018

© Оформление. ООО «Издательство «Э», 2018

* * *

– Садись, я тебя ждал! – Он открыл дверцу автомобиля, и девушка медленно, нарочито медленно села на переднее сиденье. – Привет!

Мужчина улыбался, но глаза у него оставались грустные, и смотрел он с опаской.

– Ты куда-то ходила? Я звонил в домофон, тебя не было дома.

Девушка поправила нелепую шапку, которая то и дело съезжала ей на глаза, и ничего не ответила.

– Ты не хочешь со мной разговаривать? – Мужчина напрягся, в его голосе зазвучали металлические нотки. – Может, оно и к лучшему. Но нам надо поговорить, я тебя ждал, – повторил он и закурил. – Хочешь?

Он протянул ей сигареты. Девушка молча взяла одну и прикурила. Отвратительный вкус табака наполнил рот, она давно не курила, и первая затяжка далась нелегко, зато немного отпустило, и девушка смогла унять нервную дрожь.

– Пора прекращать этот цирк, – мужчина отвернулся, он смотрел куда-то в сторону. – Она плачет, забилась в угол и рыдает. Это безумие пора прекращать!

Девушка открыла окошко и выкинула недокуренную сигарету.

– Это все? – глухо спросила она, приоткрыв дверцу машины и собираясь выйти.

– Да, – его голос предательски дрогнул, но мужчина так и не повернулся, словно ему не хватило сил посмотреть ей в глаза. – Только ты мне не мсти, хорошо?

Девушка усмехнулась:

– Удачи! Удачи тебе во всех твоих начинаниях!

Она вышла из автомобиля и, не оборачиваясь, пошла прочь. До подъезда было всего метров десять, но ей казалось, что она идет целую вечность. Девушка открыла дверь, вошла внутрь и медленно, словно робот, поднялась на третий этаж, когда услышала звук отъезжающего автомобиля.

«Он уехал», – как-то автоматически отметила девушка и открыла дверь в квартиру. В коридоре было темно и тихо, девушка прошла внутрь и, не раздеваясь, легла на диван. Ей было холодно, даже в пуховике и ботинках, она не могла согреться. Наверное, она немного задремала, когда услышала посторонний шум и поняла, что в квартире кто-то есть.

«Я забыла закрыть входную дверь», – словно обожгло ее.

Девушка медленно открыла глаза и увидела прямо перед собой человека, в темноте его не удавалось рассмотреть. Она дернулась всем телом назад, а человек схватил ее за шею и крепко сжал руки. Боли она не чувствовала, не было даже страха, просто дышать стало невозможно, девушка конвульсивно дернулась и на мгновение завладела ситуацией. Нежданный гость на секунду ослабил хватку, и девушка смогла вырваться из рук своего мучителя. Шатаясь словно пьяная, она выскочила на кухню и схватила первое, что попалось ей под руку, это была вилка. Убийца странно медлил, он оставался неподвижным, лишь тяжело и громко дышал.

– Не подходи! – прохрипела девушка, шапка осталась на диване, и теперь темные волосы падали ей прямо на лицо. Пуховик был расстегнут, ноги в ботинках, казалось, весили целую тонну.

Человек пошел на нее молча, она по-прежнему не могла разглядеть его лица, но слышала тяжелое дыхание. Он приближался медленно, с каждой секундой сокращая между ними расстояние. Девушка впала в какое-то чудовищное оцепенение, но, когда убийца неожиданно кинулся прямо на нее и повалил на пол, она успела конвульсивно вытянуть руку вперед и воткнула ему вилку в глаз.

Громкий хлюпающий звук, и он закричал так пронзительно громко, что девушка испугалась этого жуткого, визжащего крика. Она оперлась о кухонный стол и встала, поверженный противник продолжал дико визжать, катаясь по полу. Девушка в темноте почти ничего не видела, лишь тусклый свет фонаря, проникающий сквозь большое окно на кухню, отбрасывал причудливые тени, в которых извивался незнакомец. Она больше не могла слышать его крики, поэтому вытащила из ящика стола кухонный нож и с размаху всадила ему в горло. Она не хотела его убивать, она хотела, чтобы он просто замолчал. И он замолчал, и так резко, что наступившая тишина оглушила девушку, она отпрянула назад. А затем невозможная слабость окутала ее с головы до ног, и девушка опустилась на пол. От убитого исходил теплый запах меди, это кровь пульсирующей струей покидала его из развороченного горла. Девушка закрыла глаза и провалилась в темное спокойное небытие.

Когда она очнулась, за окном уже наступило утро, первые солнечные лучи проникли в кухню. Девушка скинула промокший от пота пуховик и огляделась. Спиной к ней лежал мужчина, он нелепо вывернул шею, из которой торчала рукоятка ее кухонного ножа. Осторожно, на четвереньках, она подползла к мертвому телу и кончиками пальцев ткнула мужчину в щеку. Его голова тяжело повернулась набок, и девушка наконец-то смогла увидеть половину не залитого кровью лица, но даже этого хватило, чтобы узнать мужчину.

– Нет, – прошептала она и закрыла губы руками. – Нет, нет, нет!

Но яркий солнечный свет не оставил ей и шанса, это действительно был он. Девушка пронзительно завизжала и, отталкиваясь ногами, забилась в угол кухни. Она просидела неподвижно несколько часов, пока солнечные лучи не скрылись. В полумраке комнаты мужчина на полу выглядел как серая бесформенная масса, и уже невозможно было представить, что когда-то его губы неистово ее целовали, а его руки сжимали ее в объятиях. Девушка медленно поднялась на ноги, пошатываясь, подошла к шкафу и достала большую спортивную сумку. Не глядя, она побросала в сумку первую попавшуюся одежду и белье, затем собрала все документы, деньги и, не оглядываясь, вышла из квартиры, закрыв за собой дверь на ключ.

Часть первая
Возвращение домой

Глава 1

Ольга подумала, что опоздать на совещание к шефу будет крайне глупо, но, с другой стороны, Валентина постоянно опаздывает, и Василий замечаний ей никогда не делает, только недовольно щурится. Какой смысл гнать через весь город, замирая от нервного напряжения на каждом светофоре, если и опоздав на полчаса, можно спокойно ввалиться в кабинет шефа и особо не париться? С другой стороны, Ольга не так давно работает в компании, чтобы позволять себе подобные вольности. Размышляя, почему другие умеют жить, как им хочется, а ей приходится следовать заведенным правилам. Ольга подъехала к пропускному пункту оптово-розничной компании «Флагман» и уже хотела высунуть в окошко руку с пропуском, но шлагбаум медленно пополз вверх.

– Проезжайте! – махнул ей хмурый парень.

«Видимо, уже узнают, – решила Ольга, – а может быть, кадровичка наконец-то соизволила передать на пост охраны номер ее автомобиля».

Девушка припарковалась у входа в офисное здание и вышла из машины. На крыльце курили ее шеф Василий и какой-то хмурый тип в наглухо застегнутой куртке. Василий кивнул проходящей мимо Ольге, а хмурый тип оглядел ее с головы до ног тяжелым взглядом голодной собаки. Девушка передернула плечами и, стараясь отогнать от себя неприятные ощущения, поднялась на второй этаж, в зал переговоров.

– Доброе утро! – секретарша Элла выдавила из себя улыбку. – Кофе хотите?

Ольга покачала головой, сняла пальто и подошла к зеркалу, чтобы поправить прическу.

– Антон Михайлович сегодня будет? – спросила она, поправляя челку.

Антон Михайлович – это одиозная фигура, которую Ольге посчастливилось лицезреть всего лишь два раза за те три месяца, что она работала на эту компанию. Антон Михайлович был сыном какого-то жутко богатого чиновника, имя которого не принято произносить вслух. На папины деньги была создана шесть лет назад оптово-розничная компания «Флагман», генеральным директором которой и стал двадцатишестилетний Антон. Василию Геннадьевичу Буркову, заместителю генерального директора компании и совладельцу бизнеса, было около сорока шести лет. Это был очень грузный мужчина с нереально огромной шеей, она буквально сливалась с плоским лицом, на котором злым огоньком светились два узких глазика-щелочки. При первой встрече с Василием Ольга сначала решила, что это телохранитель Антона, настолько он казался недалеким и грубоватым, что не вязался его образ с должностью заместителя. Позже, спустя, наверное, месяц, Ольга поняла, что первое впечатление ее не обмануло, потому что Василий выполнял у папы Антона чисто охранную функцию и был приставлен к сыну следить, чтобы никто мальчика не обидел и чтобы мальчик сам не натворил глупостей. Ольга, которую взяли на должность регионального директора по продажам, решила в детали не вникать, а спокойно работать, благо зарплату ей пообещали хорошую.

– Антон Михайлович в командировке, – Элла недовольно поморщилась и вздохнула. – Сегодня будете без него.

– Хорошо. – Ольга зашла в зал для переговоров и села на свое место, пока она доставала еженедельник из сумки, в двери появился Василий.

– Ну, это значит, проводим совещание, все как всегда! – он грузно опустился на кресло во главе стола. – Где Валентина?

– Не знаю. – Ольга пожала плечами, судьбой коммерческого директора компании «Флагман» она не интересовалась. Валентине недавно исполнилось двадцать четыре года, она была девушкой амбициозной, хваткой, носила пятьдесят второй размер одежды и очень любила яркую косметику и меха.

– Это не дело! – протрубил Василий.

Ольга про себя усмехнулась, она понимала, что неспроста Василий Геннадьевич не может сделать Валентине Камшиловой ни одного замечания в глаза. Скорее всего, она тоже либо чья-то дочка, либо подруга сердца.

«Кстати, – Ольга мысленно стукнула себя кулаком по лбу, – наверняка Валентина спит с Антоном. Вот почему Бурков так ее боится!»

Череду Ольгиных размышлений прервала сама госпожа Камшилова, она тяжелой поступью зашла в зал переговоров и важно опустилась в кресло. Жгучая брюнетка, с длинными, наращенными волосами, алыми губами и курносым носиком-пуговкой, она, наверное, была бы даже симпатичной, если бы не лишний вес и чересчур яркий макияж, который набрасывал девушке лет десять минимум.

– Пробки, я задержалась. – Валентина приветливо кивнула Ольге и улыбнулась Василию. – Начинаем?

– Да, только Наталью дождемся, сегодня у нас совещание, на котором будет присутствовать и арт-директор.

Ольга непроизвольно поморщилась, вот кого она на дух не выносила, так это Наталью Маргамову. Так и не смогла к ней привыкнуть за три месяца работы в компании. Двадцативосьмилетняя блондинка с традиционно наращенными волосами до пояса. Ольга первое время поражалась ограниченному размаху провинциальных красавиц, но затем привыкла. Если наращенные волосы и перманентные брови являются в небольшом городе показателем «дорого-богато», то и ладно. Ольга, которая всю сознательную жизнь прожила в Питере, а полгода назад вернулась на малую родину вместе с мужем, была явно не в тренде жизни провинциального городка.

– Ну, начнем! – Бурков включил ноутбук и повернулся к Ольге. – Давай начнем с тебя.

– За прошедшую неделю, – Ольга достала распечатанные страницы с графиками, – прирост по сети составил тринадцать процентов. Товарооборот по шести магазинам увеличился на шестьсот пятьдесят две тысячи рублей, однако средний чек по сети упал до…

– Товарооборот? – Валентина усмехнулась. – Я вот вчера решила проехать по твоей территории, Ольга. Поговорила, так сказать, с народом. Твои девочки совершенно не умеют работать! Они говорят, что им скучно, что нет в магазинах конкурсов никаких.

– Скучно? – Ольга вспыхнула. – Что за ерунда? Вы им в связи с тяжелой экономической обстановкой урезали зарплату каждой и смены поставили по двенадцать часов в день, какие конкурсы? Они устают, все жалуются.

– Значит, ты не умеешь работать с персоналом! – Валентина передернула плечами. – Я когда с девочками общалась, они мне сказали, что готовы вообще бесплатно выходить ночами на работу, чтобы приводить ночью магазин в порядок. И знаешь, мне никто не сказал, что им денег мало. Им просто скучно! Потому что девочки там работают молодые, а тебе, Ольга, в твоем возрасте уже не понять, чего хочет новое поколение.

Ольга залилась краской и перевела глаза на Василия, но он молчал. Ольге было тридцать пять лет, а выглядела она, совершенно точно, моложе и полной Валентины, и перманентной Натальи, но как это сказать вслух, не знала.

– Понимаешь, в чем дело, – Валентина улыбнулась. – Ты не знаешь, чего хотят продавщицы. Им необходимо признание, праздник какой-нибудь устрой, конкурсы. Чего ты нам про эти товарообороты талдычишь? Я вообще не понимаю, как связаны между собой товарооборот и средний чек.

– Честно говоря, я тоже, – поддержала коллегу Наталья. – Я как арт-директор могу точно сказать, что все дело в промоутерах. Их надо научить работать. Ольга, неужели не можешь это проконтролировать?

Сегодня совещание явно отличалось от всех предыдущих, и Ольга со своим высшим экономическим образованием и всевозможными тренингами по продажам растерялась.

– Надо им конкурс придумать, – Валентина воодушевленно замахала руками. – Надо им сказать, чтобы все они сегодня купили себе банты и завязали на шее, это будет так красиво! А еще надо соревнование провести! Тот магазин, который продаст больше всего за неделю, получит тортик! Это же так здорово!

– Какой тортик? – Ольга взорвалась. – Да у них аванс еще не выплачен, все деньги ждут! Кроме того, в двух магазинах мы ждем проверку по пожарному надзору, а что у нас творится на складах, вы сами знаете. В магазине на Ленина отвратительно прошла ревизия, потому что ты, Валентина, уволила управляющую, не найдя ей замены!

– И правильно сделала, что уволила! – наконец-то подал голос Бурков. – Ей было сорок два года. Она старуха, мы таких не держим. Достоверно доказано, что с тридцати шести лет человеческий мозг начинает деградировать.

– Но она же хорошо работала! – возмутилась Ольга.

– Да она впала в старческий маразм! – засмеялась Наталья, и ее поддержала Валентина.

– Короче, чтобы был у магазинов конкурс с сегодняшнего дня! И закупи им банты на шею. – Бурков записал все в ежедневник. – Да, и найди новую управляющую в магазин по Ленина. У тебя всего шесть магазинов, а ты порядок навести не можешь. Ни свежих идей, ни мотивации достойной!

– Кстати, о мотивации, – Ольга едва сдерживалась, чтобы не повысить голос. – Когда работники получат аванс?

– Когда Антон Михайлович вернется из командировки, тогда и получат!

– А когда он вернется? – не унималась Ольга.

– Ольга, ты слишком зациклена на деньгах. – Наталья картинно откинула волосы. – Понимаешь, надо научить народ работать за идею, чтобы они и без аванса работали. Тортик им купи, бантики, ну что там продавщицам надо еще?

Ольга замолчала и опустила глаза. Еще немного, и она взорвется и наговорит лишнего, а ей нужна эта работа, потому что в городе с трудоустройством проблема. Не идти же продавщицей в сетевой продуктовый супермаркет, где за копейки придется сутками не разгибать спины и выслушивать вот точно такие же бредни. Без блата на хорошее место не устроиться. Ольга считала, что ей очень повезло, что она прошла все конкурсы и собеседования и получила эту должность. И хорошую зарплату. Можно и потерпеть. И Ольга сжала зубы.

– Я здесь просмотрела листовки. – Наталья артистично поиграла браслетом, буквально унизанным всякими побрякушками. – Красный цвет мне напомнил использованную прокладку. Ольга, неужели тебе это могло понравиться? Мне сказали, что ты одобрила.

Ольга неопределенно передернула плечами:

– Нормальный цвет.

– Неприятный, – Наталья засмеялась, и Василий подхватил ее смех трубным хохотом.

– Ладно, времени уже много. – Валентина с трудом вылезла из-за стола, задевая своими массивными бедрами ручки кресла. – У меня много дел.

– А у меня дел вообще куча! – Наталья тоже собралась на выход.

– Ну, значит, мы решили, что на этой неделе проводим конкурс и покупаем тортик? И банты, да? – Василий подвел черту под собранием.

– Да, типа того. – Валентина вышла из конференц-зала первой, за ней выпорхнула Наталья.

За столом остались только Василий и Ольга.

– Что я скажу людям про аванс? – Ольга подняла на шефа глаза. – Вы понимаете, что для них это важно?

– Скажи, что, если их что-то не устраивает, пусть валят на все четыре стороны! – неожиданно взорвался Василий. – Пусть валят куда угодно, у них зарплата непроводная, вообще ничего не получат при увольнении!

Он тяжело встал и вышел из зала, громко хлопнув дверью. Ольга дрожащими руками положила еженедельник назад в сумку и вздохнула:

– Молчи, тебе нет до этого дела! Тебе нужна зарплата, и они тебе ее платят!

Глава 2

«Иногда Бог бросает тебе вызов, чтобы обнаружить Силу в тебе. Только так ты можешь выйти за рамки своих ограниченных представлений», – прочитала Ольга на странице мужа в социальной сети и достала сотовый телефон из сумки.

Она уже полчаса сидела в своем кабинете и никак не могла прийти в себя после сегодняшнего утреннего совещания. Чтобы хоть как-то отвлечься и настроиться на рабочий лад, а работы сегодня было очень много, Ольга зашла на свою страницу в социальных сетях, а через нее на страницу к мужу. Новая цитата появилась у мужа пять минут назад, видно, Ваня, как проснулся, торчит в Интернете.

– Ваня, привет! – Ольга позвонила мужу. – Ты уже проснулся?

– Да, проснулся, но знаешь, я так плохо себя чувствую.

– Что такое? – забеспокоилась Ольга. – Опять головные боли?

– Да, и еще у меня головокружение сильное.

– Ну полежи, отдохни тогда, – Ольга старалась не расклеиться еще больше. – Ты, наверное, тогда сегодня вакансии на сайте смотреть не будешь? – осторожно спросила она. Иван уже полгода был без работы, с того момента, как она сорвала его из Питера и притащила сюда, в город ее детства.

– Конечно, не буду! – возмущенно буркнул муж. – Меня тошнит от головной боли, понимаешь? Пластом лежу!

– Понимаю, – покорно согласилась Ольга, она чувствовала себя страшно виноватой за то, что муж из-за нее все бросил в Северной столице и теперь прозябал без работы и увлечений в провинциальном городке. – А у меня жуткая планерка была… – начала было Ольга, но Ваня ее прервал:

– Ладно, давай до вечера!

– До вечера! – Ольга уже пожалела, что позвонила мужу, вместо поддержки она расстроилась еще больше. Но не успела перевести дух, как сотовый вновь ожил.

– Ольга! – отец, как всегда, кричал. – Ты что, с ума сошла? Как ты могла впустить этого человека в мой дом? Я отказываюсь с ней сидеть!

– Папа, прекрати, – Ольга попыталась вставить хоть слово, у ее отца, похоже, началась старческая деменция, хотя врачи еще точно с диагнозом определиться не могли. Именно поэтому Ольге пришлось бросить все в Питере и вернуться домой. Отец, оставшийся один после смерти мамы, совершенно потерял человеческий облик. Он перестал мыться, неделями не выходил из квартиры, а когда у него в комнате загорелись старые газеты и соседи вызвали пожарных, Ольга поняла, что больше медлить нельзя. Надо было забирать отца к себе, но он категорически отказался ехать к дочери в Питер и жить там в двухкомнатной съемной квартирке вместе с ее мужем. У отца была своя трешка, и покидать ее он был не намерен. О чем и сообщил перепуганной Ольге, когда она пыталась уговорить его переехать к ней. Получается, что, не имея выбора, Ольга была вынуждена полностью перечеркнуть свою жизнь в Питере и вернуться домой, еще и походя разбив удачную карьеру мужа, который ради нее бросил все.

– Папа, это твоя помощница по хозяйству, она вам нужна, тебе и Ване, – Ольга попыталась уговорить отца. – Ну кто будет убирать и готовить, пока я на работе?

– Ольга, скажи ему, чтобы он замолчал! – Телефон отца перекочевал в руки к мужу. – У меня голова с утра раскалывается, а твой отец кричит как ненормальный!

– Ты сам ненормальный!

Ольга услышала звуки борьбы, было слышно, как отец и муж пытаются выхватить телефон друг у друга из рук, и наконец наступила тишина. Ольга стала перезванивать, набрала сначала отца, но абонент был временно недоступен, затем – мужа, но Ваня не брал трубку, шли длинные гудки. Ольга накинула пальто и бросилась вон из офиса, она боялась, что дома произошло что-то страшное.

Уже выбегая из здания, Ольга буквально налетела на Антона Михайловича, который выходил из своего, естественно, черного и единственного в городе «Гелендвагена». Ольга опешила, что командировка шефа закончилась так быстро, но решила с вопросами не приставать и, поздоровавшись, скрылась в своей машине. Пока она лихорадочно пыталась отыскать в сумке ключи от автомобиля, на крыльцо спустился Василий и приветливо раскланялся перед Антоном. Рядом со щуплым сыном чиновника заместитель генерального директора выглядел как Шрек, да, если честно, и без Антона Василий сильно напоминал этого мультяшного героя, и Ольга сейчас уловила это сходство особенно остро.

– На, возьми деньги, – Антон протянул Буркову пачку. – Купи ей новые туфли, пять пар, она там отложила в магазине. Это адрес, – парень сунул смятую бумажку в карман Василия. – Она задолбала меня своими истериками, купи ей все туфли, только пусть заткнется.

Ольга, ставшая невольной свидетельницей явно личного разговора шефа, замерла. Она согнулась еще ниже и сделала вид, что что-то сосредоточенно ищет в сумке, хотя ключи от автомобиля уже давно были у нее в руке.

– Хорошо, я привезу! – Бурков похлопал Антона по плечу. – Все нормально, ты прав.

Когда шеф и его помощник наконец-то зашли в здание, Ольга завела двигатель и постаралась как можно быстрее уехать с глаз долой. День действительно предстоял очень долгий, а еще надо заехать домой, посмотреть, что там натворили ее любимые мужчины.

До дома она добралась довольно быстро, утренние пробки рассосались, и в десять утра по улицам небольшого городка можно было передвигаться спокойно. Несколько месяцев назад в городе отменили последний троллейбус, и теперь, кроме кособоких автобусов и личного транспорта граждан, пробки на дорогах создавать было некому. Ольга проехала мимо автобусной остановки, на которой стояла толпа народа, видимо, автобусов, которые все еще были на ходу, осталось совсем немного. Ольга тяжело вздохнула и покрепче вцепилась в руль своей «Киа Рио», купленной на деньги, которые еще оставались после увольнения из Питера. Сейчас сбережения подходили к концу, а Ольгиной зарплаты, большой по меркам провинциального городка, едва хватало, чтобы обеспечить относительно безбедное существование трех взрослых людей и одной сиделки. Именно на сиделку и уходила львиная доля всех заработанных Ольгой денег, и все равно отец был вечно недоволен. В то время, пока Ольга была на работе, а Ваня валялся в депрессии на продавленном диване ее отца, кто-то должен был присматривать за стариком. Готовить мужчинам завтрак, следить, чтобы папа снова не поджег газеты сигаретным окурком. Честно говоря, работать прислугой в провинциальном городе было не принято, и это даже несмотря на полную безработицу. Градообразующий завод прикрыли несколько лет назад, а большая мебельная фабрика, которая давала рабочие места горожанам, закрылась около года, после того как ее собственник послал всех к черту и укатил жить в Таиланд. И даже когда во время очередного кризиса из города ушли практически все крупные сетевые торговые компании и люди остались на улице, без работы, найти прислугу оказалось нереально. Горожане предпочитали толпиться в Центре занятости или работать без зарплаты в сетевых конторах в надежде развести на бабки таких же доверчивых граждан, чем ухаживать за чужими людьми. С неимоверным трудом Ольга находила каждый раз помощницу для отца, и каждый раз отец ее выгонял на второй же день. Ольга сбилась с ног и совершенно не понимала, что ей делать дальше, а Ваня в этом цирке, как он выражался, участия не принимал, потому что это не его дело.

Ольга припарковалась возле своего подъезда и поднялась домой. Открыв дверь своим ключом, Ольга прислушалась к происходящему в квартире – было тихо, и она облегченно выдохнула. Не разуваясь, Ольга прошла в глубь квартиры, отец сидел на диване с банкой пива и смотрел шоу об экстрасенсах. Осторожно приоткрыв дверь в комнату мужа, Ольга обнаружила Ваню сидевшим, как обычно, возле ноутбука с наушниками в ушах. Ольга подошла поближе и заглянула из-за спины мужа.

«Вопрос такой: зачем все это мне?
Но, не найдя ответа на подходе,
Я понял, что пришедшее извне
Стремительно вовне же и уходит».

Ваня сосредоточенно набирал стихотворение на своей странице «ВКонтакте», он был настолько поглощен великими мыслями, навеянными популярным сетевым текстом, что не заметил жену, которая не стала его беспокоить и на цыпочках вышла из комнаты. Женщину, которую она наняла для ухода за отцом, Ольга в квартире не обнаружила, из чего сделала справедливый вывод, что неугомонный старик выгнал-таки новую помощницу. Но сейчас у Ольги не было времени решать эту проблему, поэтому она просто вышла из квартиры и захлопнула за собой дверь.

Глава 3

Когда Ольга все-таки добралась до магазина, уже начало темнеть. И хотя зимой темнеет рано, Ольга все равно чувствовала, что ночь буквально наступает ей на пятки. Она устала и морально, и физически, особенно морально, потому что эти утренние планерки по понедельникам вынести было очень трудно. Ольга припарковалась возле входа в магазин и, осмотрев внешнюю группу – двери и вывеску, – пошла внутрь с черного хода, позвонила в дверь, ей открыл кладовщик Егор.

– О. – Он немного смутился, видимо, не ожидал увидеть директора по продажам. – Здрасте, Ольга Васильевна!

Егор попятился, пропуская ее, и споткнулся о нагроможденный друг на друга товар.

– Все выходы завалены, – Ольга пыталась протиснуться внутрь помещения. – А если, не дай бог, пожар? Ну я же просила все прибрать!

– Наше дело маленькое, – буркнул Егор, – вон, есть управляющая, с ней и беседуйте.

Ольга постаралась успокоиться, действительно, зачем она набросилась на рядового кладовщика, который едва слова связывает в предложения и жонглирует ударениями, как булавами.

– Марина? – Ольга наконец добралась до директорского кабинета. – Ну, что у вас завал-то такой?

– Ольга Васильевна, – Марина нахмурилась, – добрый день! А что я могу сделать? Поставки товара прекращать нельзя, это смерти подобно! Персонал сократили вдвое, они не успевают выносить товар в зал. Да и к тому же Антон Михайлович сказал выполнить план, его интересуют исключительно продажи. У нас даже склада нет как такового. На планограмме магазина написано «операционная по предпродажной подготовке товара», это все для того, чтобы ничего не делать. Ни стеллажей на складе, ни дверей, а уж про правила пожарной безопасности только по телевизору говорят. Собственникам на нас плевать, им нужны только деньги.

Ольга удивленно рассматривала пожилую, по меркам Валентины Камшиловой, женщину. Марине было 45 лет, и она одна воспитывала двоих детей, как это часто бывает, без мужа. Ольга удивилась, что Марина так откровенно все это говорила, словно не боялась, что ее слова «не так поймут», «не так донесут» или вообще уволят. Из чего Ольга сделала вывод, что либо Марина ей доверяет и понимает, что общается с порядочным человеком, который разделяет ее точку зрения, либо она уже нашла себе другую работу, а здесь ей все надоело до чертиков.

Пока Ольга проигрывала внутренние диалоги, согласиться с Мариной или глубокомысленно промолчать, Марина приготовила два стакана кофе и один протянула Ольге:

– Будете?

– Спасибо, – Ольга решила не продолжать скользкую тему склада, так как понимала, что Марина стопроцентно права. Ольга и сама в первый месяц работы подняла вопрос о пожарной безопасности в магазинах, на что ей Василий сказал не лезть, куда не надо.

– Мы бережем деньги Антона Михайловича, – Василий говорил басом, буквально рычал, – никому, кроме тебя, не пришло в голову выполнять все правила, которые пишут неизвестно для кого. Все прекрасно знают, что все компании имеют белую и серую зарплаты, что все, как могут, скрывают налоги, да и выкидывать деньги на склад – это верх расточительства. В кризис пусть эти продавщицы вообще молятся, что не побираются на паперти и рыбой на морозе не торгуют. Все так живут, если хотят выжить! Ольга Васильевна, а вам в вашем возрасте пора взрослеть!

После той беседы у Ольги пропало всякое желание заводить с Василием разговоры «о правилах», которые, как он выразился, никто не соблюдает. «Будем надеяться, что пронесет!»

Ольга допила кофе и попросила Марину показать ей финансовые результаты деятельности магазина за последние два дня. Пока она изучала таблицы, в кабинет зашла молоденькая девушка, лет двадцати, не больше.

– Можно? – она испуганно покосилась на Ольгу. – Или я лучше позже зайду?

– Лучше позже, – Марина явно не хотела выносить сор из избы.

– Говори сейчас, – Ольга воспользовалась правом босса принять окончательное решение.

– Я хотела спросить, почему вы мне, Марина Михайловна, поставили подряд шесть смен с десяти утра до десяти вечера, мне столько не выдержать.

– Это усиление к Новому году, – отмахнулась Марина. – Все так работают, не ты одна. Не нравится, увольняйся.

– Куда же я уволюсь? – в глазах у девушки блеснули слезы. – Вы же знаете, у меня мама болеет, нам деньги нужны.

– Ты меня не жалоби, ладно? Много вас таких, бедненьких, тут ходит! Иди работай, – Марина демонстративно отвернулась.

Девушка молча ушла, а Ольга почувствовала себя последней сволочью.

– Они знают, что дополнительные смены им Антон Михайлович не оплатит? – обратилась она к Марине.

– Нет, пока не знают, – Марина усмехнулась. – Узнают, когда получат зарплату. Если я им сейчас скажу, они могут и уволиться, а в магазине и так работать некому.

Ольга снова промолчала, она знала, что Марина права, но все равно ей было мерзко. В последнее время она довольно часто размышляла на тему, зачем вообще работает в отрасли, которую, мягко говоря, не любит? Ольга прекрасно понимала, что торговля всегда была и будет помойкой, где искусно и не очень маскируются все человеческие пороки, на которых выживает сильнейший. Это жадность, скупость и полное отсутствие «честного слова». Ольга Рябинская не была дурой и надежд особо не питала, что когда-то все изменится или ей повезет, но в торговле платят нормальные деньги, да и потом, это единственное, что она умела. Ольга действительно умела хорошо организовывать людей и вдохновлять их на трудовые подвиги, но при одной мысли, что вся ее жизнь будет связана вот с этим миром, ей становилось не по себе.

– Так, что вы скажете? – судя по тону, Марина уже несколько раз ее о чем-то спрашивала, но Ольга так глубоко ушла в свои размышления, что не могла понять, о чем идет речь.

– Что? – переспросила она, неожиданно растерявшись. – Я отвлеклась.

– Я спрашиваю, что нам с инвентаризацией делать? Закрылись мы плохо, днем пересчитаться нереально.

– Оставайтесь сегодня на ночь. – Ольга собралась уезжать. – Закрывайте магазин и оставайтесь до тех пор, пока не пересчитаете.

Марина отвела глаза и ничего не сказала. Действительно, кому нравится работать сутками, да еще и бесплатно.

«Если бы у нее был выбор, она давно бы уже ушла, – подумала Ольга про Марину и тут же поймала себя на мысли, что и про нее можно было сказать то же самое. – Будь у меня выбор, я осталась бы жить в Питере, работала бы в своем бизнес-центре тренером-аналитиком и никогда, никогда бы не вернулась в торговлю».

Но у нее выбора не было, как и у большинства жителей небольшого провинциального уральского городка. Несколько лет назад, когда перманентные кризисы на время оставили многострадальных жителей в покое, город жил довольно неплохо. Работал градообразующий завод, мебельная фабрика, и большая часть жителей трудилась на них. Кроме того, в городок начали довольно активно проникать крупные сетевые компании одежды и обуви, предприятия быстрого питания и даже развлекательные центры. Жизнь наладилась, и когда первый кризис этого тысячелетия долбанул по оптимистичным головам горожан, все еще надеялись на лучшее. Что это лишь временные трудности, с которыми городок обязательно справится.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.