Алексей Бойков
Загадочная история ограбления

Глава 1
Не с начала

– «Первого звали Рон Уоллес, родом из британских колоний, город Лок-Фолт; второго Дмитрий Фур, родом из южного перешейка, город Моллон-Торф; третий из Прибалтийской республики, город Роксон Холд Инди; и девушка, Виктория Белова, крымский полуостров. Вопреки вашему мнению, эти люди сделали очень правое дело. Не поминайте их плохо, а лучше простите».

***

Этот человек стоял босыми ногами на холодном плиточном полу. Запоздалое утро встретило его непривычной головной болью в затылке. Умыв свое лицо ледяной водой, он щедро погладил свою трехдневную щетину. Электрическая зубная щетка сломалась, зубочистки закончились, зубная нить раздражала – начало дня явно не вязалось!

В комнате тревожно заиграл служебный телефон, длинные ноги этого человека понесли его в направлении звонка.

– Алло, я слушаю.

– Генерал Лесницкий, доброе утро. У нас чрезвычайная ситуация!

– Что стряслось? С кем я говорю?

– Лейтенант полиции Подрубко, патрульный отдел. Мы имеем дело с невыясненной ситуацией в центральном банке!

– Что значит невыясненной? Конкретнее лейтенант!

– По центральному каналу поступил тревожный сигнал от охранника банка. Он произнес внутриведомственный код чрезвычайной ситуации, а также затребовал подкрепление. Три патрульные машины тут же прибыли на место, но мы толком не можем понять, что происходит!

– Так в чем дело? Лейтенант не томи! Что там? Пожар, ограбление, что!?

– Через оконные рамы мы смутно видим, как кто-то наставил пистолет на одного из посетителей банка, возможно даже на охранника. Там происходит какой-то конфликт! Очень сложно разглядеть, стекла вроде тонированы.

– Пытались связаться с охранником по рации?

– Он больше не выходит на связь. Мы пытались с ним связаться, но тишина, он молчит!

– Что еще известно?

– Он назвал очень странный код! Этот код из устава федеральной полиции.

Генерал на мгновение задумался.

– Федеральной полиции? Их коды давно никто не использует. А что за код? Произнеси его.

– Код Руднора Вильнора.

Генерал скорчил нелепую гримасу на своем лице. – Что за бессмысленный набор букв? Я не помню такого кода!

– Послушайте, генерал, я обычный полицейский, я понятия не имею, что это за код, мне просто нужно знать, что мне делать?

– Все три патрульные группы оставить на месте. В здание некого не пускать, попытайтесь выйти на связь с охранником. Я прибуду на место через десять минут, ждите.

– Указания принял.

В трубке послышались короткие гудки.

– Руднора Вильнора? – Лесницкий рассуждал вслух. – Я отлично помню старый устав, однако такого кода я припомнить не могу… Возможно это один из сотен антитеррористических шифрованных кодов? Я никогда с ними не работал… Да и откуда, черт подери, охранник в банке знает шифровки федеральной полиции!?

Он открыл маленький сейф и забрал оттуда служебный револьвер. Его быстрые движения характеризовались отработанной точностью. Извинившись перед котом за отсутствие завтрака, он запрыгнул в лакированные ботинки и выскочил на улицу.

– Алло, диспетчер? Да – это генерал Лесницкий. Я выехал к центральному банку. – Ввиду того, что левая рука была занята телефоном, а правая сосудом с кофе, ему приходилось управлять автомобилем с помощью коленной чашечки левой ноги. – Я выехал на тревожный сигнал из банка, вызовите на место кинологическую бригаду, следственную группу федеральной полиции, и кого-нибудь из отдела связи.

– Группа захвата внутренней армии требуется? – отвечал оператор.

– Нет, пока не требуется.

– Приказ принят.

***

Полиция отгородила весь внешний периметр банка. Толпа зевак собралась вокруг ленты, определяющей периметр оцепления, и жадно смотрела в глухие окна здания. Пресса еще не успела появиться. Генерал Лесницкий и следственная группа федеральной полиции прибыли одновременно.

Генерал встал в двадцати метрах от входа в банк, с ним присутствовал лейтенант Подрубко.

– Что нового?

– Охранник на связь не выходит, рация молчит. Мы пытались дозвониться на телефоны операторов банка, никто не берет трубки. Похоже – это ограбление!

– Кто-нибудь входил или выходил из помещения?

– Нет.

– На телефоны экстренных служб поступали тревожные сигналы?

– Нет.

– Известно сколько человек находится в банке?

– Нет.

– Да что с тобой, лейтенант!? Тебя заело что ли?

– Нет! Ой, простите, простите! Пока не имеется никаких точных сведений, если бы что-то было, я бы тут же доложил.

Лесницкий присмотрелся. – Механический замок блокирован. Двери закрыты?

– Не могу сказать наверняка, никто не пробовал войти внутрь, но, кажется, вы правы.

Он посмотрел на наручные часы. – Сколько времени прошло с момента поступления сигнала?

– Семнадцать минут.

– Ты сказал, что видел, как кто-то направил пистолет на одного из посетителей банка? Где ты это разглядел? Через эти окна ни черта не видно!

– Они стояли прямо около окна. Эти стекла обклеены темной пленкой, что-то увидеть сквозь нее действительно тяжело, но их образы можно было разглядеть. Не очень четко, не детально, но можно.

– Все это очень странно! Что же там происходит?

– Может попробовать войти в банк?

– Нет, не может. В банке происходит вооруженная несуразица. Мы не знаем, какая там сейчас атмосфера, нельзя делать такие необдуманные шаги. – К генералу подбежал еще один полицейский.

– Разрешите обратиться? – отчеканил офицер.

– Обращайся.

– Вас вызывает агент внутренней полиции, он расположился вон в том автобусе. – Офицер пальцем указал на большой, служебный транспорт.

– Передайте агенту, что я сейчас приду. – Офицер спешно удалился, Лесницкий обратился к лейтенанту.

– Вызовите вашего штатного переговорщика, а также продолжайте попытки выйти на связь с сотрудниками банка. Не сводите глаз с витражей, следите за каждым подозрительным движением.

– Понял.

– Я буду в том автобусе, – он указал рукой на прибывший служебный транспорт, – обо всем происходящем докладывать по рации, канал сто двенадцать.

– Канал сто двенадцать, выполним.

***

Внутри пахло запеченным сыром и свежим хлебом. Когда генерал поднялся по выдвижным ступенькам, он оказался в просторной комнате мобильного информационного центра. Его встретили три человека, между ними произошли взаимные приветствия.

– Мне нужна рация. Дайте мне рацию. – Потребовал Лесницкий.

– Да, конечно. – Один из агентов протянул ему пластмассовый аппарат. Генерал настроил рацию на нужный канал связи, после, он прикрепил ее к ремню на брюках.

– Начну со следующего: – главный здесь я! За все действия несу ответственность тоже я. Называйте меня просто генерал, никаких имен, позывных, прозвищ, просто генерал!

– Мы поняли, генерал.

– Детали вам уже известны?

– Да, один из полицейских ввел нас в курс дела.

– Кто из вас специалист из отдела связи?

Руку подняла девушка, на вид лет тридцать, стройная, черные волосы.

– Как тебя зовут?

– Агент Ким.

– Отлично. Агент Ким, что вам известно о коде Руднора Вильнора?

Глава 2
Обвиняемый

– Уберите ногу с трубы!

– Что простите?

– Ногу! Вашу ногу с белой трубы!

Охранник выглядел очень обеспокоенным. Посетитель взглянул на свою правую ногу, его ступня действительно касалась трубы.

– Но простите, чем вам мешает моя нога?

Охранник положил свою руку на кобуру с пистолетом, его лицо начинало краснеть. – Немедленно уберите ногу! – Он повысил тон голоса. – Не заставляйте меня это делать!

– Делать что? Простите, я не понимаю! Объясните! Эта нога стоит на этой трубе, потому что мне так удобно! Почему я должен ее убирать? Эта труба на два три сантиметра выше пола, в этом нет ничего такого! Не только я так стою! Вы посмотрите на людей. – Он указал пальцем на рядом стоящего человека, его нога тоже касалась трубы.

– Парень, не играй с огнём! Опусти свою ногу на пол!

Он огляделся по сторонам, некоторые посетители банка уставились на него с явным беспокойством. – Да что здесь происходит вообще!? Не хочу я ничего убирать, вот нравиться мне так стоять и буду я так стоять! Слышать ничего не хочу по этому поводу!

Охранник поднёс рацию к губам. – Мне кажется у нас тут код Руднора Вильнора! Прошу подкрепления в центральный банк!

Посетитель негодующе выпучил глаза. – Какой ещё код!? Меня в чем-то подозревают!? Потрудитесь… – Он попытался сделать шаг в сторону охранника, в тот же момент охранник выхватил револьвер. Из-за набора резких движений, из вспотевшей ладони охранника выскользнула рация. Ударившись об твёрдое напольное покрытие, она отключилась.

– А ну не двигаться! Ни шагу с места! Я знаю кто ты, и зачем ты сюда пришёл! – В зале было ещё шесть человек, на их лицах выразилось острое удивление. Охранник окинул их твёрдым взглядом. – Спокойно, никакой паники! Все под контролем, угрозы нет! – Все замерли, в банке зависла тишина.

Подозреваемый несколько сбавил тон, он говорил быстро. – Простите, я не понимаю. Если, коснувшись этой трубы, я нарушил закон, то я готов за это ответить! Но извините, вы не имеете права наводить оружие на безоружного человека! Это не законно!

– Что в вашем портфеле?

– Мой портфель? – Посетитель оглянулся назад, краем глаза оглядев рюкзак на своих плечах.

– Бумажник, блокнот, пару книг, газировка. А что!? Думаете, я там бомбу прячу?

– Медленно сними портфель и положи его на пол!

– Но – это уже не в какие ворота не лезет! Предъявите мне обвинение, я требую обвинения! У вас нет прав для такого требования, я не обязан вам подчиняться! Вы даже не полицейский!

– В соответствии с федеральным уставом внутриведомственной охраны, я имею право на задержание и досмотр лиц, которые угрожают общественной безопасности. Статья сорок пять, пункт два. На основании этого документа, я требую, чтобы ты, парень, снял чертов портфель и поставил его на пол! – На лбу охранника выступил пот, его неровное дыхание все заметнее вырывалось из ноздрей. Остальные посетители все тревожнее переглядывались по сторонам. Три патрульные машины уже подоспели к банку, здание окружили.

– Национальной безопасности!? Мой портфель угрожает национальной безопасности!? Вы вообще в своем уме? – Следующие слова были адресованы окружающим его людям. – Да на охраннике лица нет, вы только посмотрите на него, он явно не дружит с головой! Он невменяемый!

– Выполняйте приказ, иначе я буду вынужден применить силу! – Охранник терял терпение.

– Беспредел! – Стащив ручки рюкзака со своих плеч, он небрежно кинул портфель на пол. – Вы мне за это ответите! Я на вас в суд подам! Слышите? В суд!

– Отойди от окна к стойке оператора! – Охранник не сводил револьвер с подозреваемого. – Никаких резких движений, я слежу за тобой!

– Мужик ты болен! – Он сделал семь крупных шагов и встал напротив деревянного стола.

Все внимание сконцентрировалось на портфель. Охранник медленно подошел к объекту всеобщего внимания и осмотрел его со всех сторон. Он не решался расстегивать молнию, как будто ожидал увидеть в нем двенадцатиметровую анаконду. Из дальнего конца помещения послышался мужской голос.

– Офицер, разрешите спросить?

– А? Что? – Охранник был рассеян и не сразу понял, кто это произнес.

– Я говорю, можно задать вам вопрос?

– Да, задавайте.

– Если в этом портфеле что-то опасное, то по уставу вы обязаны сначала вывести всех посетителей банка, а уже после осмотреть портфель.

– Этот человек может быть не один, у него точно есть сообщники! Я не могу никого отсюда выпустить.

– У вас нет полномочий, чтобы делать такие выводы! Поднимите рацию с пола, доложите обстановку старшему офицеру патрульной службы, выпустите людей, осмотрите сумку с кинологической бригадой. – Так вы обязаны поступить по уставу. Нельзя подвергать людей риску, даже если один из них теоретически подозревается непонятно в чем!

– Откуда вы все это знаете?

– Это не имеет значения. Я знаком с кодом Руднора Вильнора, однако, я не разделяю ваших подозрений. Но, уполномоченный здесь вы, правда на вашей стороне, поступайте как хотите! Просто выпустите людей из здания, так велит устав.

Полицейский посмотрел на напуганных людей. С несколько секунд он думал, после, вернувшись на свое прежнее место, поднял рацию с пола. Тыльная сторона корпуса треснула, аккумулятор вышел из строя, рация не работала.

– Она не работает, я не могу связаться с полицией! Тут, вроде как – трещина, рация не включается.

– Тогда просто отпустите людей, полиция сама обо всем догадается.

Охранник подозрительно посмотрел на собеседника. Он был в легкой летней рубашке, черных брюках, и летних ботинках на ногах. Среднего роста, худощав, острые черты лица.

– Откуда вы знаете про код Руднора Вильнора?

– Это не код! Вы неправильно классифицируете название.

Охранник похлопал глазами. – Он идентифицируется по-разному.

В разговор вмешался подозреваемый. – Может, вы уже снимите меня с прицела!? Я чувствую себя дискомфортно, опустите оружие! Я не вооружен и совсем не опасен.

Мужчина в летней рубашке добавил. – Он прав, у него нет оружия, к тому же он в пяти метрах от вас! Хотите, я надену на него наручники? Размахивать оружием в разные стороны – это не очень профессионально!

Охранник все больше нервничал. Сняв со своего ремня железные браслеты, он кинул их в руки собеседника. – Наденьте их на него. Это приказ уполномоченного лица, заверяю, что за этот арест несу ответственность лично я.

Человек в рубашке кивнул. Подойдя к подозреваемому, он защелкнул наручники на запястьях.

– Просто невероятно! – возмущался парень, – сходил в банк за депозитом, черт подери!

Охранник опустил пистолет.

– Не шагу с места, парень! Ты понял? Ни шагу!

– Да, понял.

– Сейчас я выпущу посетителей, затем кассира и администратора, а после, мы досмотрим твой портфель!

– Там учебники и газировка! Нечего там досматривать!

Охранник не ответил. Повернувшись в пол-оборота к остальным свидетелям этого инцидента, он произнес.

– И так, вы, – он указал пальцем на одного из посетителей, – выходите первым. Все остальные пойдут за вами в том порядке, в котором вы сейчас находитесь. Понятно? —Люди положительно кивали. Охранник сделал пять шагов и оказался у двери. Дёрнув за большую пластмассовую ручку, дверь не поддалась. Затем ещё раз, сильнее, – снова не открылась. Он обернулся к кассиру.

– Что с дверью? Она закрыта.

– Сейчас посмотрю.

Девушка кассир прошла к большому квадратному монитору, нажимая своими тоненькими пальцами на сенсорный экран, она скорчила удивленную физиономию.

– Не открывается? – Её тоненький голос исполнился тревожными нотами.

– Нет!

– Странно! Но…

– Что, но?

– Я нажимаю на эту кнопку, она должна открыться! По-моему, терминал не работает, программа не отвечает.

– Что значит, не отвечает!? – Охранник перевёл обвинительный взгляд на подозреваемого.

Девушка удивленно подняла плечи, – значит не работает! И…

– И!?

– Эти палочки на мониторе, видите, они красные. Связи нет, телефоны тоже не работают. То-то я заметила, что уже десять минут никто не звонит.

– Что это может быть!?

– Я не знаю.

Администратор, сидящий за дальним столом добавил. – Можно перезагрузить главный компьютер. Скорее всего – это просто сбой в программе.

– Телефоны тоже из-за сбоя в программе не работают!? – Охранник сорвался в крик и пошел в сторону подозреваемого, – что ты тут наделал? А ну говори! Что ты задумал!? – Он схватил его за воротник поло. – Сознавайся! Что твоя бригада тут забыла!?

– Отпустите меня! – завизжал парень, – отпусти, сумасшедший! Помогите!

На помощь бросился мужчина в летней рубашке. Он подбежал к парочке враждующих, и попытался встать между ними.

– Офицер, успокойтесь! Вы превышаете свои полномочия, отпустите его!

Выхватив пистолет, охранник взял на прицел обоих посетителей. – Ты что, с ним заодно!? Я знаю, что тут есть еще кто-то! Твои сообщники, они ведь здесь!?

– Он параноик психопат! – шептал парень своему заступнику, – он не в себе!

– Спокойно! – Мужчина в рубашке выставил вперёд свою правую руку, закрыв спиной жертву агрессии. – Что вы делаете, черт вас подери!? Уберите оружие!

Охранник испуганно кричал, его руки тряслись, а глаза панически бегали по сторонам. – Этот человек хочет сотворить что-то страшное, вы даже не подозреваете, кого защищаете!

– Нам сейчас всем нужно успокоиться! – Ритмично и медленно проговорил мужчина. – Никакой угрозы нет! Посмотрите на себя, угрозу здесь представляете только вы. Опустите револьвер!

Никто из других свидетелей этой сцены не решался вмешиваться в столь странную и нелепую передрягу. Люди попятились назад и встали у стен помещения, чтобы максимально отдалиться от вооруженного охранника. Последний же, вытер рукавом своего мундира вспотевший лоб. Он молчал, думал, и смотрел на двух подозрительных людей сквозь мушку прицела. Наконец, он обратился к девушке кассиру, – перезагрузи компьютер! Нам нужно открыть входную дверь.

Она не замедлила с выполнением его поручения. Добежав до металлического щита, девушка открыла одну из больших, прямоугольных ячеек и активно начала нажимать на необходимые кнопки.

– Возможно, стоит открыть окно и позвать полицейских? – Продолжал мужчина в рубашке.

Охранник отвечал с ноткой гордости. – Эти окна не открываются и не бьются! Банк защищён по новейшим стандартам, выбрался отсюда можно только через две двери! Через эту, – он указал на центральную дверь, – и еще через пожарную, которая находится в подсобном помещении.

– И за все двери отвечает компьютер? Вручную их открыть нельзя?

– Нельзя!

– Но это же противоречит противопожарному регламенту!

– Прекрасно, можете оставить жалобу в книге отзывов.

– Отпустите уже оружие, – в очередной раз потребовал подозреваемый, – мы не опасны! Мой портфель не опасен! Вы не имеете права!

Охранник не отвечал. Заметно покосившись на портфель, он снова обратился к кассиру, – Ну что там? Как компьютер?

– Уже почти! – Она закрыла крышку щита и быстро вернулась к сенсорному пульту управления, – Так, так, он загрузился, сейчас я открою меню… ага… нажимаю!

Никакого результата, замок двери не открылся.

– Не работает! – Констатировала девушка кассир.

– А телефон?

Она подняла трубку, – гудки есть, но линия занята! Мы не можем ни позвонить, ни принять звонок.

– Да что это может быть!? Какого хрена!?

– Я не знаю, я не понимаю. – Подавленным голосом ответила девушка кассир.

– Можно я посмотрю, что с рацией!? – Внезапно вставил мужчина в рубашке.

– Что вы понимаете в рациях!?

– Я много чего в них понимаю. По профессии инженер-связист, я могу ее починить.

Охранник недоверчиво гипнотизировал своего собеседника. – Знаешь код Руднора Вильнора, по профессии связист, где же ты служил?

– Подразделения внешней армии, семь, дробь восемнадцать.

Охранник похлопал глазами, опустил пистолет, аккуратно протянул рацию мужчине в рубашке. – Хорошо, попробуй ее починить.

Опытный глаз этого человека быстро поставил диагноз поврежденному аппарату. – Тут всего лишь аккумулятор отошел. В этих моделях он не съемный, во время удара оторвались два нижних ушка, батарея сместилась на пару миллиметров вниз, из-за этого пропал контакт.

Он повернулся к девушке кассиру, – достаньте мне из органайзера вон тот карандаш и маленький скотч. – Получив все названные предметы, он в три счета вернул аккумулятор на место. Нажав соответствующую кнопку, рация заработала.

– Я же сказал, ничего сложного! – На его лице просияла довольная улыбка.

– Патруль, это банк, как слышно? – Охранник говорил громко, практически кричал.

– Лейтенант Подрубко, старший оцепления, прием. Слышу вас хорошо! Что стряслось!? Доложите!

– У меня тут парень с подозрением на код Руднора Вильнора, при нем имеется портфель с неизвестным содержимым. Двери банка блокированы, нет возможности выпустить людей, телефоны так же не работают, жду инструкций!

– Банк, вас понял, ожидайте.

Минуло тридцать секунд, динамик рации передал грубый голос, – с вами говорит генерал Лесницкий, представьтесь.

– С вами говорит начальник охраны центрального банка, Тони Милански.

– Милански, давай вкратце и попонятнее, что случилось?

– Вооруженных людей нет, открытой угрозы нет, но имеется неопознанный портфель!

– Сколько людей в помещении?

– Восемь.

– Женщины, дети есть?

– Четыре женщины.

– Вас понял, Милански. План такой: нам нужно открыть двери. По какой причине они не открываются?

– Возможная ошибка в операционном оборудовании! Других причин быть не может. – Помещение сотряс звон входящего звонка, заработал телефон кассира. Все взгляды устремились на белую трубку стационарного телефона.

Голос из рации, – Что за звук, Милански?

– Генерал – это звук входящего вызова на рабочий телефон кассира. Что нам делать? – По рации тишина, телефон продолжал звонить.

– Поднимите трубку. – После небольшой паузы скомандовал генерал.

– Центральный банк, – Лаконично произнесла девушка кассир. Несколько секунд она внимательно слушала голос в трубке. – А кто это говорит?

– Что там? – Спросил Охранник.

– Кто там? – Спросил генерал по рации.

– Там какой-то мужской голос, требует позвать к телефону Виктора Ли!

Подозреваемый ошарашено замотал головой в разные стороны.

– Здесь есть Виктор Ли? – Обратился охранник к присутствующим.

– Меня зовут Виктор Ли! – Ответил подозреваемый.

Глава 3
Звонок

Агент Ким напряженно свела брови. – Такого кода не существует!

– Вы хотите сказать, что охранник банка выдумал эти непонятные слова?

– Я хочу сказать, что код Руднора Вильнора никогда не существовал в уставах федеральной полиции. Не в одном из разделов не имеется подобного шифра. Однако…

– Что?

Ким говорила медленно, неуверенно растягивая слова, – возможно есть такое понятие, как феномен Руднора Вильнора.

– Феномен? Это что, болезнь? Название биологического отклонения?

– Кажется, так называли странные события, которые имели место около тридцати лет назад.

– Кажется? Агент Ким, мне нужны точные сведения!

– Да, я понимаю, – она почувствовала себя неловко, – мне нужно десять минут, я посмотрю по архивам и все вам доложу!

Он кивнул головой. Ким прошла в другой конец помещения и села за один из компьютеров. Генерал обратился к остальным.

– Что известно об охраннике? Кто он?

– Мы уже сделали запрос, информация поступит с минуты на минуту. Так же мы вызвали главного инженера банка, он обещал подъехать в течение часа.

– Доступа к камерам банка?

– Нет, доступ ограничен. Мы не смогли подключится к центральному процессору. Совсем недавно в этом банке установили новую систему электронного доступа. Все, что есть в этом здании, управляется через компьютер. Кажется, этому банку присвоен самый высокий уровень защиты! Подключиться к компьютеру не получится, во всяком случае, до тех пор, пока не приедет главный инженер.

– И вам тоже что-то кажется? – Генерал играючи осмотрелся по сторонам. – Я забрел в дешевый придорожный паб, чтобы собрать слухи? Или пришел в высокоинтеллектуальный, компьютеризированный центр федеральной полиции!? – Он чуть заметно повысил голос. – Агенты, мне нужна точная и конкретная информация, а не субъективные размышления ваших умов!

– Простите нас, генерал! – Оправдывался один из агентов. – Ситуация нестандартная, мне немного замешкались. Мы исправимся!

– Разумеется, исправитесь, а как-иначе-то!? – Вопрос не требовал ответа. Оба агента положительно кивнули головой и разошлись по своим рабочим местам. Генерал остался за столом. Устремив свой взгляд на наручные часы, он отсчитал сорок три секунды, на сорок четвертой в кабину забежал патрульный полицейский.

– Генерал Лесницкий?

– Что? – Он поднялся на ноги.

– Охранник вышел на связь! Идемте со мной, скорее! – Далее было заинтересованное лицо Лесницкого; быстрый бег до патрульной машины; очередная встреча с лейтенантом Подрубко.

Генерал взял рацию. Произошел уже известный диалог, и в его продолжении из рации раздался ошарашенный голос Охранника.

– Генерал, голос из трубки требует Виктора Ли!

– Виктора Ли? – Лесницкий озадаченно закатил глаза к небу, – среди вас есть Виктор Ли?

– Да, Виктор Ли – это подозреваемый!

– Подозреваемый по коду Руднора Вильнора?

– Так точно!

Он задумчиво поднял плечи и напряг подбородок, – так ничего страшного, пусть подойдет к телефону. Только слушайте их разговор, каждое слово!

На несколько секунд рация замолчала. Лесницкий посмотрел на темные ставни банка. Охранник снова вышел на связь.

– Там стихи, он говорит ему какие-то стихи!

– Стихи? Что за стихи!?

Несколько секунд тишина, потом снова. – Он перечислил все стихи, теперь он диктует цифры!

Глаза Лесницкого подозрительно опустились вниз. – Записывайте каждое слово – это может быть важно.

– Генерал, у нас тут кондиционер! – Рация замолчала.

– Милански, прием!? Кондиционер?

Две секунды тишины. – Да, прием! У нас на экране кондиционера появилась странная картинка, там загорелся таймер, пять минут! Голос из телефона сказал, что нужно ввести цифры, к которым нас приведет ответ на первую загадку!

Судя по выражению лица генерала, он ничего не понял. Он прищурил глаза и провел языком по верхним зубам. – Милански, быстро диктуйте мне цифры!

– Шесть, десять, шестнадцать, двадцать шесть, сорок два. – Выхватив шариковую ручку из внутреннего кармана пиджака, генерал записывал числа на белом рукаве рубашки.

– Теперь стихи?

–

«Под подкоркою короны

Девять чисел января,

Стрелки этих аппаратов

Ломают когнитивные поля,

И нет там света в темноте

Там льет холодная вода,

Не надо прилагать усилий

Чтоб разить кривые зеркала.»

– Это что еще за б… Он сказал что-то еще?

– Да, он сказал, что – «Этот день только для посетителей банка». Еще он произнес такую фразу, – «Вмешавшись в последовательность, субъект вмешательства рискует жизнями всех участников».

– Что знает обвиняемый по поводу этих чисел и стихов?

– Ничего, он уверяет, что вообще ни имеет отношения, ни к стихам, ни к числам, ни к звонившему человеку!

Генерал посмотрел на наручные часы. – Прошла минута, таймер на кондиционере продолжает отсчет?

– Так точно!

– Он сказал, что случится, если вы не введете цифры?

– Нет, не сказал! Но я подозреваю, что там взрывное устройство!

– Дайте мне полминуты. Осмотрите пока сам кондиционер, попробуйте найти что-нибудь необычное!

Договорив, генерал закрыл глаза и задумался. Стоящий рядом лейтенант Подрубко нелепо трепал свою густую шевелюру; издалека доносился вой собравшейся толпы. Секундная стрелка отсчитала сорок делений, он открыл глаза и подвел рацию к губам.

– Милански, прием!

– Да, слушаю.

– Что с кондиционером?

– Ничего подозрительного, обычный кондиционер, обычный корпус, ничего нет!

– У вас есть размышления по поводу того, какой код нужно ввести в кондиционер? О какой загадке идет речь?

– У нас есть только те числа, которые сказал звонивший! Загадки? Это наверно те стихи, который он прочитал, но это несусветный бред! В них нет никаких чисел, там даже самого вопроса нет! Но он сказал, что тут четыре загадки, значит, каждые две строчки это одна загадка! Или нет? Я не знаю!

Лесницкий обратился к Подрубко, – приведи мне сюда агента Ким, бегом!

В голосе охранника прощупывались оттенки паники. – Генерал, прием! Прошло две минуты, что нам делать!?

– Уведите людей в самый дальний угол помещения.

– Уже, уже увели!

– Значит так, у меня такое предположение, значит так: – «Девять чисел января». Он продиктовал пять чисел, четыре из которых двузначные, одно однозначное. В сумме выходит девять значений! Далее, если сложить эти числа, то получится число сто, убрав нули, останется число один, первый месяц года – январь. Итого – это и есть девять чисел января! Это говорит о том, что нужно ввести те числа, которые он продиктовал!

– «Под подкоркой короны» – что тогда значат эти слова!? – Не понимал охранник.

– Я думаю так, – на моей служебной фуражке имеется государственный герб с короной, а под «подкоркой» подразумевается моя голова, или голова любого офицера полиции. Думаю, что тот человек хотел, чтобы эту загадку разгадала полиция.

К генералу подбежала агент Ким. Он молча протянул ей кисть левой руки с распахнутым рукавом рубашки.

– А что, если это не тот код!? – продолжал охранник.

– Милански, не задавайте глупых вопросов! У вас есть другие идеи? Если нет, то введите чертовы числа!

– Ввожу!

Ким прочитала записи с рукава генерала, – что это?

– Хороший вопрос! Кто у нас специалист по шифрованию, я или вы?

– Я не могу так сразу сказать, что это значит!

– Если сейчас банк не взлетит на воздух, у вас будет время подумать. – Он перевел свой взгляд с темных глаз агента Ким на здание банка.

Голос из рации, – он написал – Error! Кондиционер написал эту надпись, отсчет продолжается! У нас осталась минута!

У Лесницкого забегали глаза, он остановил свой взгляд на агенте Ким.

– Генерал, – из динамика раздались посторенние голоса, они смешивались с возмущенными криками охранника, – Дайте сю… нельзя…, – Голос прерывались помехами. Последние слово, передавшееся по полицейской волне, – ответ …

– Милански, прием!?

Нет ответа.

– Милански!?

Взгляд снова пал на секундную стрелку часов.

– Пятнадцать секунд.

– Пятнадцать секунд до чего? – непонимающе лепетала Ким.

– У нас тут небольшая интрига, я не знаю.

Они оба уставились на здание банка. Генерал напряженно постукивал указательным пальцем по крыше полицейского автомобиля. Минуло тридцать делений на секундной стрелке, Лесницкий начал дышать ровнее.

– Либо они отгадали загадку, либо все это обычная шутка!

– Так что там произошло!? – интересовалась Ким.

Генерал ничего не ответил, он снова взял рацию.

– Прием, банк, как слышите?

Шипение в динамике.

– Прием, банк? – тишина. Он пихнул рацию лейтенанту Подрубко.

– Продолжай попытки выйти на связь. Прибывшей кинологической бригаде прикажи осмотреть все в радиусе трехсот метров. Автомобили, мусорные баки, телефонные будки, пусть осмотрят все!

– Вас понял, генерал.

– И Подрубко, канал сто двенадцать, слышишь? Канал сто двенадцать! Не нужно за мной никого посылать, сообщай обо всем по рации!

– Да, я помню. Растерялся немного, вот и послал ефрейтора, чтоб наверняка!

Его голос звучал спокойно, но очень экспрессивно, – что же вы все сегодня теряетесь, и вам всем постоянно что-то кажется!? Соберитесь! Не на кондитерской фабрике работаете!

– Есть! – Ответил порозовевший лейтенант.

Генерал развернулся, его метровые шаги быстро уносили его обратно в фургон. Агент Ким не отставала.

***

Вернувшись на свой стул и поудобнее расположившись за столом, он взял блокнот и ручку. – И так, агент Ким, записывайте за мной на доске.

Ким выдвинула большую интерактивную доску и вооружилась стилусом. Остальные агенты расположились по разные стороны от генерала.

– 6,10,16,26,42. «Под подкоркой короны, девять чисел января…» – Переписав информацию со своего рукава в блокнот, Лесницкий поднял глаза на интерактивную доску.

– Отлично. Теперь запиши следующие отрывки из диалога:

«Этот день только для посетителей банка»

«Вмешавшись в последовательность, субъект вмешательства рискует жизнями всех участников»

И, пожалуй, вот это, – «Он перечислил все стихи, теперь он диктует цифры» – Лесницкий повернулся к одному из агентов. – Как я понимаю, входящие звонки мы тоже отследить не можем?

– Нет! Внутренние линии банка защищены и закодированы в целях безопасности. Эти меры введены для защиты центрального компьютера.

– Прекрасно!

– У меня есть информация по феномену Руднора Вильнора – сказала Ким.

– А у меня досье охранника – перехватил второй агент.

– Начнем с досье. – Он повернулся к третьему агенту – а ты, узнай всю возможную информацию по имени Виктор Ли.

– Понял. – Он удалился за свой компьютер.

Семь белых листков расположились на круглом столе, низкий голос агента Ким перечислял информацию. – Энтони Милански, пятьдесят восемь лет, родился в Прибалтийской республике, в городе Роксон Холд Инди, мигрировал в нашу республику двадцать лет назад. Числился безработным девятнадцать лет, работает на текущей должности охранника год и два месяца. Чем занимался на родине не известно. Не служил, судимостей не имеет, не женат, детей не числится. – Агент запнулся, прокашлялся, продолжил. – По месту его проживания я выслал наших ребят, ордер на обыск уже получен, ждем новостей.

– Темноватая личность. – Прокомментировал Лесницкий. – Так, хорошо. Теперь Ким, расскажи про этот феномен.

– Эти события происходили тридцать лет назад в Прибалтийской республике, город Роксон Холд Инди. – Лесницкий и Ким многозначно переглянулись, она продолжила. – Очень странные, дерзкие и загадочные ограбления двух банков. В обоих случаях грабителем был человек с тремя татуировками: – Птица, на тыльной стороне ладони; Остроугольный треугольник с непонятными символами на шее; Копье с развивающимся флагом, в области икроножной мышцы правой ноги. По официальным данным жертв или пострадавших не было. В обоих случаях грабитель загадочным образом куда-то исчезал! Он испарялся вместе с деньгами, и даже, по неподтвержденным данным, с несколькими тоннами золотовалютного запаса республики!

– А детали? Как происходили ограбления?

– Это было тридцать лет назад, никаких точных сведений на электронных носителях нет и быть не может. Кроме того, как мне стало известно, власти прибалтийской республики засекретили, а через несколько лет уничтожили все сведения об этих ограблениях. Единственные упоминания сохранились в инструкциях полицейского правления прибалтийской республики. Он был записан как феномен Руднора Вильнора, под внутренним кодом двести восемьдесят два. Через десять лет инструкции были упразднены и переписаны. И это все, что я могу сказать по поводу феномена Руднора Вильнора.

Лесницкий задумчиво провел большим пальцем правой руки по своим бровям.

Ким говорила неуверенно, – биография нашего охранника как-то странно пересекается с описанием феномена.

Генерал не отреагировал на ее слова, он указал ладонью на записи.

– Посмотрите на это высказывание, что вы можете о нем сказать?

– «Он перечислил все стихи, теперь он диктует цифры»? – вслух прочитал второй агент.

– Да. О чем оно говорит?

– О том, что конкретный человек перечислил определенное количество стихов, а после этого, перешел к перечислению цифр, – без раздумий ответил второй агент.

– Автор этого высказывания знает количество цифр, которое диктует другой человек?

– Нет, он констатирует, что человек начал диктовать цифры, но об их количестве ему не известно. – Второй агент непонимающе посмотрел на Ким, а затем снова на генерала. – Что это значит? Кто сказал эти слова?

– А автор высказывания знал, сколько стихов должен был сказать другой человек? – продолжал Генерал.

В диалог вмешалась агент Ким, – «Он перечислил все стихи»; «Все стихи» – Судя по этой форме, автор высказывания ожидал услышать определенный набор стихов. Именно поэтому он использовал форму выражения «Все стихи», так как услышал ожидаемое количество стихов.

Дослушав агента Ким, Лесницкий утвердительно постучал ладонью по столу. – Это сказал Энтони Милански, охранник банка. – Его тяжелый взгляд устремился на агента Ким.

Стоя с противоположной стороны стола, Ким опиралась обеими руками о спинку стула, – и вы хотите сказать?

– Что банк грабит его охранник, – сухо дополнил Генерал.

Глава 4
Душа поэта

Охранник исступленно смотрел в дисплей кондиционера. Крепко зажав красную кнопку на рации, он ускоренно пробормотал, – он написал 'Error!', кондиционер написал эту надпись, отсчет продолжается! У нас осталась минута!

Отскочив от стойки администратора, мужчина в рубашке бросился к охраннику, – дайте рацию, быстро!

Энтони Милански не ожидал такой прыткости и дерзости от этого человека. Когда рация была выдернута из его рук, он воинственно вскрикнул. – Дайте сюда рацию, вам нельзя ее брать!

– Ответ на загадку здесь! – Рявкнул Человек в рубашке. Продолжая, он тараторил, – Вот, посмотрите на название производителя – «Corona»! – Он перевернул рацию и указал пальцем на небольшую заводскую этикетку, – А тут число шесть, «Model 6»! – Отойдя два шага от возмущенного охранника, он ударил рацию об угол стола, ее внутренности посыпались на пол.

Поверив в безысходность ситуации, Милански отбежал от человека в рубашке и нырнул за деревянную тумбочку. Осталось двадцать секунд. – Всем лечь! Все на пол! Ложитесь! – кричал он.

Помещение сотрясло аханье и писк нескольких женщин, которые с грохотом повалились на паркетный пол. Их действия так же скопировал пожилой мужчина с длинной бородой. Перепуганный подозреваемый остался на месте. Рядом с ним, у стойки администратора, стоял мужчина в рубашке.

– «Девять чисел января», – шептал мужчина, водя пальцами по корпусу разбитой рации. – Вот, числа! Тут номер один, а за ним девять чисел! – Метнувшись к кондиционеру, он быстро забарабанил указательным пальцем по сенсорному циферблату.

Он нажал на кнопку «ввод» за три секунды до истечения поставленного срока. Его зажмуренные глаза выдавали явное беспокойство за собственную жизнь! Но беспокоиться было не о чем, первая загадка была разгадана правильно. Экран обновился, появился новый таймер, настало время следующей загадки.

– Уффф, – мужчина в рубашке уперся головой в пластмассовый корпус кондиционера.

– Что там? – Заикаясь спросил подозреваемый.

– Я нашел нужные числа, – он ткнул пальцем в экран, – но у нас новая проблема, тут нарисовался еще один таймер!

Из-за тумбы медленно и неуверенно поднялся охранник. Он поправил свою служебную форму и приблизился к кондиционеру, – двадцать девять минут и десять секунд! – Его голос вибрировал. Осмотревшись по сторонам, он в плотную подошел к мужчине в рубашке, – как вы посмели отнять мою рацию!?

– Вам не кажется, что этот вопрос очень глупо звучит?

– Нет, не кажется! И с чего вы взяли, что в кондиционере бомба!?

– А с чего вы взяли, что ее там нет!? – Мужчина в рубашке сохранял спокойствие.

– Он указал пальцем в сторону окон, через которые едва просматривалось очертание улицы – эта рация была единственным источником связи с полицией!

Он немного язвил. – Если бы я не ввел этот проклятый код в этот проклятый кондиционер, то возможно, наши тела были бы невольно преданы кремации! Я думаю, что на том свете связь с полицией нам вряд ли бы пригодилась.

Милански понимал, что этот человек поступил правильно. Но, по его мнению, он не должен был поощрять такой дерзкий и неуважительный жест в его сторону. – В следующий раз извольте спросить разрешения у меня!

– Если времени будет больше, чем сорок секунд, обязательно спрошу!

Охранник протянул руку, – меня зовут Энтони Милански. – Мужчина в рубашке дружелюбно заключил его ладонь в свою, – Жак Сулим, приятно познакомиться!

– Ага, приятно! – Он забрал разбитую рацию из его левой руки. – Тут много чисел! Как вы догадались, какие нужно вводить?

– «Девять чисел января» – все просто! Вот, смотрите, здесь есть штрих код.

– Да, вижу.

– Перед штрих-кодом стоит обобщающая порядковая цифра 1, она заметно выделена курсивом, а после нее есть еще девять цифр. Так вот, как успел заметить полицейский, который говорил с вами по рации, первый месяц года – это январь! Вот я и ввел числа, которые шли за этой цифрой!

Милански посмотрел сначала на кондиционер, потом на рацию, потом снова на кондиционер. – Ну и бред, честное слово, сумасшествие какое-то!

– Нам уже можно с пола встать? – Скромно спросила женщина пятидесяти лет.

– Да, конечно! – Опомнился Милански. Быстро преодолев двадцать метров, он добрался до противоположной стены, и помог подняться с пола всем жертвам обстоятельств. После, собравшись с мыслями, он встал в центре помещения и задвинул мотивирующую речь. – И так, в этом помещении я являюсь законным представителем полиции! Я ваш защитник, и я ваш путь к спасению! Прошу всех вас сохранять максимальное спокойствие, даю вам слово, никто из здесь присутствующих не пострадает!

– Так, а что собственно происходит? – Поинтересовалась бабушка семидесяти пяти лет, – я просто понять не могу! Это какое-то новое шоу с первого канала? Нас снимают камеры? Или это по-настоящему?

– Я не могу сказать точно, но скорее всего – это ограбление!

– В диалог ввязался пожилой мужчина. – Где же тогда грабитель?

Милански не успевал генерировать ответы на логичные вопросы, – Ну… это не простое ограбление!

– Так я говорю – новое шоу снимают! На первом канале постоянно про такое рассказывают, еще этот ведущий говорил, как его? Он такой коренастый, волосатый, в очках? – Всерьез размышляла бабушка.

– Ты что, мать!? – Обратился пожилой мужчина к бабушке. – Кто же нас снимать-то будет без разрешения? Я, когда смотрел программу «Суд» по телевизору, так там точно сказали, без разрешения никого снимать нельзя!

– Нельзя? А вот можно! Кто нас спросит, обычных людей-то!? – Между старшим поколением завязывался спор.

– Так успокойтесь! Тихо! – Повысил голос Милански. – Это не шоу, вас никто не снимает! Это ограбление.

– Милок, так кто же нас грабит-то? – Продолжала возмущаться бабушка.

– Успокойтесь, бабушка! – Вмешалась еще одна женщина пятидесяти лет.

С противоположной стороны раздался басистый голос Жака Сулима, – Энтони, может для вас и ваших оппонентов табуретки и семечки принести!? Нам спешить некуда! Целых, – он посмотрел на кондиционер, – двадцать три минуты есть, уйма времени!

Энтони в пол-оборота развернулся к Жаку Сулиму. – Сейчас иду, займитесь пока загадкой! – Он снова повернулся к аудитории. – Так, слушаем меня все! Это может быть ограбление, террористический акт, чья-то злая шутка, или даже ток-шоу! Это не важно. Моя задача вытащить вас из этого здания живыми и невредимыми! Этим я сейчас и займусь. А пока у меня к вам убедительная просьба, пожалуйста, сохраняйте тишину, ничего не трогайте, и главное не переживайте! Все под моим личным контролем.

Слушатели положительно кивали головой.

– Кому-нибудь нужно в туалет? Или возможно кто-то хочет пить? Есть что-нибудь неотложное, о чем я должен знать? – Слушатели переглянулись, все отрицательно замотали головами. – Хорошо! По любым вопросам обращайтесь либо к администратору, – он указал на перепуганного парня с выпученными глазами, – либо к этой даме, —показал на девушку кассира. – Вопросы есть?

Вопросы отсутствовали. Охранник развернулся и крупными шагами пошел к кондиционеру. – Как там тебя говоришь зовут, Виктор Ли? – С ходу обратился охранник к подозреваемому.

– Да.

Он сел напротив него и внимательно посмотрел в глаза. Жак Сулим стоял рядом. – Виктор, давай на чистоту! Ты же честный малый?

Подозреваемый выглядел на двадцать пять, двадцать семь лет. Худощавое телосложение, круглое лицо. С момента начала всей передряги он заметно испугался, и как следствие, менее охотно шел на конфликт с охранником.

– Да, честный малый.

Милански наигранно улыбнулся. – Чудно! Давай начнем все с начала. У нас ведь получится, да?

– Да, давайте начнем.

– Скажи мне, Виктор, что ты сегодня забыл в этом банке?

– Пришел снять стипендию.

– Ух, ты студент! Где учишься?

– Лингвистический институт, магистратура.

– Ага, лингвистический значит? Хорошо. Откуда звонивший человек знал твое имя!? – Вопрос прозвучал резко, прямо в лоб. Подозреваемый не растерялся.

– Я не знаю! И это был не человек, а запись. Что-то вроде электронного робота с записанными голосовыми командами.

– С чего ты это взял?

– Голос был слишком ровный, монотонный. И, кроме того, кода я что-то переспрашивал или задавал вопросы, он отвечал повторяющимися фразами. Своеобразные речевые клише, шаблоны. Вы же сами слышали голос, человек так не разговаривает!

– Я тоже это заметил, – добавил Жак Сулим, – похоже на автоответчик.

Милански на секунду задумался. – Да, такое возможно. Но как черт подери, он позвонил на этот телефон!? У нас не работает не одна из коммуникационных линий.

Виктор Ли пожал плечами, Жак Сулим промолчал.

– Расскажи мне, студент, что значит эта тату? – Милански указал пальцем на шею Виктора Ли.

– Тату? Там, треугольник с персидскими символами. – Он прикоснулся к нему своей ладонью, – тут три символа, один означает свет, другой тьму, а третий, самый верхний, вечную жизнь. А что?

Ничего, просто отвечай на вопросы. – Глаза Милански блестели, он указал на тыльную сторону ладони подозреваемого – а эта тату?

– А, – это Феникс, здесь изображена птица, феникс. Это огненный символ, означает что-то вроде способности к перерождению, но я набил ее только потому, что она очень круто смотрится.

– Не хочу вас отвлекать. – Снова вмешался Жак Сулим, – но у нас осталось семнадцать минут. Я думаю, познакомиться поближе мы сможем и за пределами этих стен!

Милански развернулся к Жаку Сулиму. – Вот и займитесь пока загадкой, а мне нужно допросить подозреваемого!

– Я не могу найти смысл в этом беспорядочном наборе слов, мне нужна помощь!

– У меня есть некоторые размышления по поводу этих строк – сказала девушка кассир.

– Отлично! – Искусственно восклицал Милански – прекрасный повод объединить усилия.

Жак Сулим сделала два шага в сторону кассира. – Не забудьте про портфель, вы его так и не проверили.

– Я помню про портфель, а вы займитесь пока загадкой, пожалуйста!

Жак Сулим уселся за стол администратора вместе с кассиром, охранник продолжил допрос подозреваемого.

– А теперь расскажи мне про этот рисунок. – Он ткнул пальцем в ногу Виктора Ли.

– Эта? Я даже не знаю, что она символизирует! Обычное копье с флагом. Я набил ее два года назад, и, я не помню, чтобы она вообще имела какой-либо смысл. Она просто красиво смотрится на моей ноге, вот и все. Это из-за нее вы потребовали меня опустить ногу с той трубы? Вы просто хотели разглядеть тату? Да что вам вообще до моих татуировок!? У меня есть еще две, одна на груди, вторая на плече! Могу показать, если вам так интересно!

– Не стоит! – Милански отмахнулся рукой, – то есть, ты хочешь сказать, что между этими татуировками нет никакой связи?

– Я не хочу этого сказать, я уверен в этом!

– Хорошо. Ты позволишь мне досмотреть твой портфель?

– Да, открывайте.

Милански поднялся на ноги и посмотрел на портфель, который лежал на полу возле стены. Бровь на его лице дернулась, он снова повернулся к подозреваемому.

– А ты можешь сам открыть портфель и вытащить из него все содержимое?

На лице Виктора Ли расползлась удручающая улыбка. – Конечно могу, я же сказал, там ничего незаконного и тем более взрывоопасного нет!

– Будь добр, вынь все содержимое на тот письменный столик.

Виктор Ли в мгновение ока добрался до своего портфеля. Его руки были неудобно заключены в наручниках, расстегивать молнию и большие пуговицы было крайне неудобно. Все участники этой истории с замиранием сердца смотрели на Виктора Ли.

Милански, краем глаза приглядывал за действиями Жака Сулима. Охранник был как на горячих углях. Можно было заметить, как сильно тряслась его правая рука возле кобуры с револьвером.

Справившись с молнией, Виктор Ли запусти свои руки в портфель, с Миланского в тот момент сошел очередной слой пота.

Три учебника, одни тетрадка, пара ручек и карандашей, литровая бутылка лимонада, связка ключей – это все, что вытащил Виктор Ли из портфеля. Закончив, он обратился к Милански.

– Что дальше?

– Ничего, вернись назад.

Теперь они поменялись местами, охранник досматривал содержимое портфеля, подозреваемый смотрел на него издалека.

– Действительно, тут ничего нет! – С ноткой огорчения признал Милански.

– А я что говорил? Это все недоразумение какое-то!

Милански посмотрел на кондиционер, циферблат неумолимо отсчитывал время. Он почесал подбородок, выдохнул. – Можно вас на пару слов? – Эти слова были адресованы Жаку Сулиму.

Подняв глаза, Жак Сулим издал положительный «угук» и встал из-за стола. Они отошли в самый дальний угол помещения, встав прямо под камеру видеонаблюдения. Милански начал. – Что вам известно о коде Руднора Вильнора?

– Мы проходили этот феномен на курсах шифрования, я практически ничего не знаю о нем. Помню только общее описание, – это код полиции Прибалтийской республики. Он говорит об особой угрозе, связанной как с терроризмом, так и бандитизмом. Это были странные ограбления, в которых не было грабителя, вернее он был, но его никто не видел! Больше я ничего об этом не знаю.

– Да, описание схожее, но немного не верное. Подозреваемый был! По описанию, он имел конкретные приметы: три татуировки – одна на шее; вторая на внешней стороне ладони; третья на ноге. И вот совпадение, у того паренька, – он указал на подозреваемого – точно такие же татуировки!

Жак Сулим почесал кончик своего носа. – Послушайте Энтони, этот феномен был замечен тридцать лет назад в далекой прибалтийской республике. Все коды, описания и приметы давно забыты, и никем не используются!

– Ага, совпадение! А заблокированные двери, отключенная связь, этот «высокоинтеллектуальный» кондиционер – тоже совпадение? А странный звонок, загадки, числа?

– Согласен, тут происходит что-то странное, но у нас нет никаких оснований подозревать этого паренька.

Милански и Жак Сулим не сводили глаз друг с друга. Каждый из них внимательно изучал мимику и реакцию своего собеседника.

– Здесь происходит ограбление! Два плюс два сложить не можете!? Это же как на ладони!

– Но кто нас грабит? Как все эти загадки, числа, действия, относятся к огромному, непробиваемому сейфу, стоящему в другой, такой же непробиваемой комнате!?

– Именно это мне и нужно узнать! Грабитель среди нас, я в этом уверен. Я понятия не имею, чем он руководствуется и на что рассчитывает, но он точно должен быть здесь!

– И кого же вы подозреваете? Может группу пенсионеров? Того скромного дедушку или может бабушку, которая рядом сидит? А меня? Почему вы меня не подозреваете?

Милански юлил – Я подозреваю всех, кто находится в этом помещении! В том числе и вашу персону. Но, увы, мне не с кем более посоветоваться и поделиться мнением, поэтому я спрошу вас. – Кого вы подозреваете?

Жак Сулим прищурил глаза. – А откуда вы знаете про феномен Руднора Вильнора?

Охранник усмехнулся – Это не серьезно! Вы меня подозреваете?

– Искать нужно там, где никто искать не будет. Вы не ответили на вопрос.

– Я проходил академические курсы на должность охранника. В учебнике было много интересных историй, в том числе история о двух ограблениях, получивших название «Руднора Вильнора».

– А какой был автор учебника?

– Дранников Ю.Ю. учебник за восемьдесят четвертый год.

Жак Сулим удивленно поднял брови, они сложились домиком – Хорошая у вас память, однако!

– Все, что касается работы, я заучиваю наизусть. – Милански посмотрел на кондиционер – время уходит! Кого-нибудь, кроме меня подозреваете?

– Тот парень с татуировками, я думаю, он тут не при чем! Он тут самый напуганный, тем более, он уже закован в наручники, а значит, угрозы он не представляет. Люди, что сидят в том углу переживают только за свою жизнь, им нет дела до содержимого сейфа! Старший администратор банка и девушка кассир пока вне подозрений. А я? Я больше всего подхожу на роль подозреваемого, но, скажу честно, я не грабитель!

Охранник ехидно улыбнулся – Ну да, было бы странно, если бы вы, будучи грабителем, честно сказали, что вы грабитель!

Жак Сулим развел руками и улыбнулся – я не знаю, как вас убедить, а детектора лжи здесь нет!

Короткая пауза. Оба собеседника смотрели в зал. Охранник продолжил. – Есть мысли по поводу загадки.

– Мы можем пройти к столу? Есть небольшие домыслы.

– Да, пройдемте – ответил охранник.

Жак Сулим сел на стул. Милански завис над столом и уставился в большую тетрадку. Они оба слушали девушку кассира.

– Я подумала, подумала, и ничего не надумала. Разве что… мы предположительно знаем, что на каждую загадку по одному двустишью. Это значит, что рассматриваем мы только эти слова – «Стенки этих аппаратов ломают когнитивные поля» – размышляла девушка кассир. – Что касается чисел, то тут ничего не понятно. Единственное, «6,10,16,26,42» – в некоторой степени являются намеком на последовательность Фибоначчи, так как каждое число равно сумме двух предыдущих. Но непосредственно к самой последовательности они отношения не имеют!

– И что нам это дает? – непонимающе поинтересовался охранник.

– Терпение, – продолжил Жак Сулим, – я проанализировал это двустишье, в нем всего один глагол «ломают», он говорит о том, что мы должны что-то сломать, чтобы получить нужный код. Словосочетания «Когнитивные поля» как и «Этих аппаратов» намекают на определенную технику, находящуюся в банке. Осталось слово «Стенки», скорее всего, это слово, намекает на месторасположение определенной техники, которую мы должны сломать, чтобы получить код.

Все трое начали оглядываться по сторонам.

– И какую технику вы собрались ломать? – недоумевал охранник, – не похоже ли это на бред? Тут у стенки только принтер стоит!

– Вот его и сломаем, – невозмутимо предложил Жак Сулим.

– Ну, давайте! – сомневаясь одобрил Милански.

– А что с числами? – напомнила девушка кассир.

– Я не знаю, о чем эти числа могут говорить! – сказал Жак Сулим, пожав плечами.

– Число шесть предлагаю исключить, так как мы его использовали в первой загадке, – размышляла девушка.

– Это логично! Но я не уверен, что логика здесь уместна. Возможно, эти числа имеют один общий смысл и их нельзя разделять. Тут много не сходится. У нас же четыре двустишья, так? А чисел пять.

– Да, и то верно.

– Я пошел ломать принтер, – пробормотал Милански.

Жак Сулим посмотрел на таймер, – у нас восемь минут, нужно поспешить! – поднявшись со стула, он проследовал за охранником.

Далее происходили действия, очень забавные по своей натуре. В центре зала, на глазах у всех, двое здоровых мужиков разрывали на части небольшой пластмассовый принтер. Две бабушки, сидящие в самом углу помещения, шепотом комментировали эти события.

– Ты посмотри, что делают, а? И это профессионалы своего дела? И что там может быть интересного?

– Ой, не говори даже! Разучились в наше время снимать настоящее шоу! Ни тебе скандалов, криков, ничего интригующего.

– Камер нет, ничего нет, ведущий тоже отсутствует. И как они это потом показывать будут?

– Сама знаешь, какие сейчас технологии пошли – скрытые камеры поставят, и не заметишь! Потом все это подделают, склеят, и ведущего прилепят! Ай! Все равно скукота.

– Может быть, для молодежи снимают? У них сейчас интересы другие, беспутные! Им нравится всякая чушь, вот они и снимают чушь. Ладно, как выпустят отсюда, узнаем! Главное, чтобы мы не пострадали.

– Это точно! А так я не против, вдруг на старости лет в телевизор попадем, и то счастье.

– Ага.

Разобрав принтер на отдельные кусочки, Милански и Жак Сулим принялись тщательно осматривать каждую деталь.

– Что мы имеем? – спросил Милански.

– Тут есть три набора чисел. Первая комбинация на серийном номере принтера, вторая на аккумуляторной батарее, третья на наклейке картриджа.

– Какие будем вводить?

– Все.

Прошла минута, результатом ввода чисел был стабильный ответ циферблата: – «Error». Оставалось пять минут.

– У нас больше нет техники, которая располагается у стен! Что дальше? – размахнув руками, нервно спросил охранник.

– Я, кажется, кое-что нашла! – вдруг вскрикнула девушка кассир.

– Что? – жадно заинтересовался Жак Сулим.

– Числа «10, 16». Посмотрите на секции с аппаратной техникой. Секции 10 и 16, они самые большие и, как ни странно, торцом прилегают к стене.

– Что в этих ячейках?

– Центральный процессор в десятой ячейке и щит с предохранителями в шестнадцатой, – ее взгляд выдавал заметное волнение.

– О нет, нет, нет! Только не это! – Жестко начал протестовать Милански, – я не допущу этого!

– Почему? – Удивился Жак Сулим.

– Центральный процессор отвечает за всю электронику в этом банке, а главное, он следит за обеспечением безопасности сейфа! Система ежесекундно проверяет десятки датчиков как снаружи, так и внутри сейфа. Сломать компьютер, значит отключить восемьдесят процентов модулей! Этого и добивается грабитель, я не допущу уничтожения системного блока, только через мой труп!

– Я уверен, что конструкторы сейфа продумали такой вариант развития событий, он и в автономном, безоперационном режиме сумеет себя защитить. – Жак Сулим успокаивал взволнованного охранника.

– Ничего подобного! Нет и еще раз нет, даже не подходите к ячейкам!

Жак Сулим взглянул на кондиционер, оставалось две с половиной минуты.

– Мы должны все проверить! Энтони, здесь сидят люди! Мы не можем рисковать чужими жизнями! У нас очень мало времени, давай откроем секции и попробуем что-нибудь поискать?

– Я сказал свое слово! Мы не пойдем на поводу грабителя, – охранник косился то на подозреваемого, то на Жака Сулима. – К тому же, я знаю, что нужно сделать! У меня с самого начала была такая мысль, но я приберег ее на крайний случай.

– Что сделать?

– Я подожгу бумагу и поднесу ее к датчику, сработает противопожарный протокол, запасная дверь автоматически откроется, и мы покинем здание! – Милански взял в руку бумажный лист.

– Постой, но… этого делать нельзя! Через аварийную систему тушения хлынет вода, в тот же момент отключится электричество. Мы не знаем, как на это отреагирует кондиционер! А если произойдет взрыв?

Спор значительно обострился.

– Другого выхода нет! Мы успеем выбраться!

– У нас осталось две минуты, можно попробовать найти код!

– Никто не тронет центральный компьютер! Только через мой труп!

Пододвинув табуретку, Милански взобрался на ее плоскость. В его руках блеснула позолоченная зажигалка.

– Не делайте этого, вы всех нас погубите! – крикнул Жак Сулим.

– Успокойтесь, все под контролем! – Он щелкнул барабаном зажигалки, бумага загорелась, он потянул руку к потолку.

Жак Сулим в один скачок оказался возле охранника. Резким движением он сдернул с его пояса кобуру с револьвером, а после, спихнул Милански с табуретки. Горящая бумага тут же упала на пол и потухла. Когда охранник повернул голову в сторону Жака Сулима, он увидел дуло револьвера, который был направлен прямо в его голову.

Глава 5
Сосед

Скрестив перед собой руки, генерал Лесницкий внимательно смотрел на интерактивную доску.

– Те слова, которые сказал охранник банка, не дают нам права обвинять его в организации ограбления! Он был в состоянии острого стресса, эта фраза, к которой мы придираемся, может быть банальной оговоркой. По моему мнению, нельзя вот так рубить с плеча – утверждал второй агент.

– Я согласна, не стоит спешить с выводами – добавила агент Ким.

– Никаких выводов я не делал, только предположения, – отвечал генерал, – к тому же, никакого значения это пока не имеет! – он снял рацию с ремня, – лейтенант Подрубко?

– Подрубко на связи.

– Как обстоят дела? Удалось установить связь с банком?

– Связи с банком нет, рация и телефоны молчат. Кинологическая бригада уже приступила к работе, пока ничего подозрительного. У оцепления собралось очень много людей, на место приехала пара телеканалов, они просят дать комментарии.

– Пока никаких комментариев! Продолжайте попытки выйти на связь с банком, если необходимо, вызови еще несколько нарядов полиции.

– Вас понял.

Лесницкий повесил рацию обратно на ремень. Он обратился к агенту Ким.

– Мне нужны варианты расшифровки этих чисел и строчек, – генерал указал пальцем на интерактивную доску – с нами кто-то решил поиграть, и я должен знать, в какую игру мы играем.

– Я сделаю все возможное – уверенно ответила Ким. Через несколько секунд она разместилась за своим рабочим местом и приступила к работе. Примерно в то же время у второго агента зазвонил служебный телефон.

– Да, слушаю? – произнес второй агент, – а что там? Что вас так удивляет? Сейчас передам.

– Генерал, вас зовет к телефону агент выездной группы, они сейчас находятся в квартире охранника банка, там что-то очень странное.

– Давай трубку, – телефон переместился в руки генерала – генерал Лесницкий слушает. Соседи? Какие письма? С символом? Хм, странно! – Он на секунду задумался. – Ничего не трогайте, сейчас буду, – он сбросил звонок и вернул телефон в руки второго агента.

– Я выезжаю на квартиру охранника, там есть что-то важное. За главного остается агент Ким! Все инструкции знаете?

Она была поглощена работой по расшифровке стихов, поэтому ее ответы звучали безынтересно и статично, – да, все знаю, если будут изменения, я обязательно сообщу.

– Еще раз свяжитесь с главным инженером банка, поторопите его, нам нужен доступ к банку.

– Сейчас позвоню.

Генерал вышел из фургона и направился в свой автомобиль.

***

Из приоткрытого окна дул холодный ветер. Темный седан пулей летел по центральному городскому шоссе. До квартиры охранника банка было достаточно далеко.

Лесницкий размышлял, да так усердно, что к концу поездки у него разыгралась мигрень. Он немного покраснел, его глаза стали острее реагировать на яркий свет и кроме того, что еще страшнее, он захотел съесть как минимум слона. Голод любого в могилу сведет.

Охранник банка жил в большом многоквартирном доме на окраине города. Лифт как назло не работал. Ботинки Лесницкого, вместе с его ногами и остальными частями тела отправились по длинным лестничным пролетам. Оказавшись у распахнутой двери, он натолкнулся на одного из агентов. Генерал показал удостоверение.

– Какие дела? Что у вас тут?

– Подойдите к старшему агенту, он в квартире, допрашивает соседа.

Лесницкий прошел внутрь, очутился в тесном коридоре, оттуда прошел на кухню, а уже после попал в большой, хорошо освещенный зал. В центре стоял квадратный стол, за ним сидел старший агент и мужчина в халате.

– Добрый день, я генерал Лесницкий.

– Да, генерал, рад вас видеть.

Неловкая тишина, Лесницкий вопросительно уставился на агента.

– Ах, да, – сообразил агент – этот мужчина, он сосед Милански, охранника банка.

Генерал посмотрел на мужчину пятидесяти лет.

– «Здрасьте!» – на половину проговорил, на половину просвистел мужчина.

– Добрый день! Милый халатик с пингвинами у вас.

– Спасибо, жена подарила, – он хрипел и тараторил.

Лесницкий снова уставился на агента, – с кем еще нужно познакомиться, чтобы ты рассказал мне, в чем дело?

Агент посмотрел на соседа, – расскажите этому человеку все, что рассказали мне.

– Да не вопрос! Вы присядьте рядом, мне неудобно с запрокинутой головой языком шевелить.

Агент уступил место генералу.

– Меня зовут генерал Лесницкий. Расскажите, что вам известно?

– Очень приятно, Губерман Август, я сосед Энтони, – они пожали руки. – Так вот что я хочу сказать – он прекрасный парень! Мы с ним в выходные, частенько, неплохо затягивали по «фану».

– Затягивали по «фану»? Алкоголь? Наркотики?

Собеседник отрицательно выставил руки вперед, генерал почувствовал запах рыбы и ссохшейся тушенки. – Да что вы, конечно нет! Пенное, да крабы с вертела насаживали. Он байки постоянно травит, а я смеюсь, как угорелый! Ох, любит Энтони, когда я смеюсь.

– В последнее время вы замечали за ним какие-нибудь странности в его поведении?

Сосед замахал перед лицом генерала указательным пальцем, – вот тут я поподробнее! Недели две назад к нему посылку прислали. Большую такую, в деревянной коробке, с замком. Так с тех пор он прямо как на ножах! Нервный, агрессивный, по ночам не спит! Все по туалетам шастает, сливным бочком играет да бумагу сжигает. Я-то поначалу подумал, что у него с кишечником что-то, – сосед пододвинулся ближе к генералу и заговорил шепотом, – ты знаешь, о чем я, да? Дисбактериоз всякий, несварение желудка и прочее! Сам от этого бешусь, как адский цербер!

Генерал вежливо отодвинул от себя собеседника, отдалив его на разумное расстояние – я знаю, о чем вы говорите, продолжайте.

– Я тогда к нему с таблетками пришел, помочь хотел, а он как сорвется на меня, как начнет рявкать, так я сразу к себе в комнату ушел и больше к нему не подходил.

– Он ничего вам не рассказывал? Не объяснял свое поведение?

– Нет. Сам по себе он общительный человек, всегда норовит что-то лишнее брякнуть, но если он что-то скрывает, так хоть пытай, не расскажет!

– Давно вы с ним живете?

– Уж как второй год вместе квартиру снимаем. Доброй души человек, отзывчивый, ничего плохого сказать не могу. Только вот эти две недели вел себя странно, но я не обращал внимания! Я же не знаю, что там ему прислали в коробке. Может от жены чего? Я, когда с женой разводился, так сам за ружье хватался! – Он клятвенно выставил ладонь вперед. – Вы не подумайте ничего, я в мирных целях хватался, только ради добра.

Лесницкий кивал головой, – у него есть подружка?

– Ааа, это нет! Мы не водим сюда никого. А так чтобы вам ответить, так я толком и не знаю. Он не распылялся никогда на эту тему, да и я как-то не очень. На шестом десятке не до этого!

Генерал скорчил удивленную физиономию, – я бы вам сорок пять дал, не как не шестьдесят!

– Это все бабушкина медовуха. Мне бабка постоянно говорила про ее антиоксидантные свойства, так я и пью ее в обе щеки! Как говорится, результат на лицо! – он широко улыбнулся – может, попробовать медовухи хотите? Могу и рецепт подогнать?

– Спасибо, я не принимаю алкоголь. У вас есть, что добавить по поводу Энтони?

– Хороший он человек, хороший! Вы не думайте на него плохо.

– Приму к сведению. Где его комната? Вон та? – он указал пальцем на открытую дверь.

– Да, это она. Там уже ваши оперативники шухеру навели! Беспорядок устроили, будь здоров.

– Это необходимость следствия, в целях вашей же безопасности!

– Ну, ну!

Лесницкий направился в комнату, агент проследовал следом. Сосед открыл холодильник, достал бутылку с подозрительной жидкостью, и продолжил процесс омоложения.

– Мы не нашли уцелевших писем. Есть только пустая почтовая коробка, – информировал агент, – в урне лежат остатки сожженной бумаги, осталось несколько конвертов. – Они подошли к письменному столу и устремили свои взгляды на крупную почтовую коробку, – нас смутил вот этот знак!

На коробке, в самом центре, был отпечатан большой символ. Его основой был треугольник. В центре треугольника был изображен феникс с расправленными крыльями и длинным хвостом, да так, что два его крыла равномерно касались обеих сторон треугольника, а хвост пересекал основание. Под углом сорок пять градусов треугольник, как и сам феникс, был пробит копьем, с небольшим, но длинным знаменем. На самом знамени красовались три персидских знака, один означал свет, другой тьму и третий, вечную жизнь.

– Код Руднора Вильнора, – тихо пробубнил Лесницкий.

– Что «рунира»? – не расслышал агент.

– Ничего.

Открыв крышку почтовой коробки, Лесницкий заглянул внутрь. Оттуда повеял запах отсыревшей бумаги и приторный душок женского одеколона. Ничего материального там не оказалось. Его взгляд машинально начал бегать по письменному столу. Внимание привлекли несколько худых блокнотов, из которых явно выдрали половину листов.

Кроме того, нашлись – расческа, новый портсигар, пустая пачка из-под таблеток, карманное зеркало, и немного канцелярской утвари. Ничего из этого не наводило на конкретные мысли. Рядом, на стуле лежали три книги, два уличных романа и учебник «Дранников Ю.Ю. учебник за восемьдесят четвертый год».

– Где конверты? – поинтересовался Лесницкий.

Агент взял с подоконника три свертка бумаги – вот, возьмите.

– На них те же символы, без обратного адреса, женский подчерк, – бубнил Лесницкий. – Вы точно не нашли уцелевших писем? Только конверты? Хорошо искали?

– Обижаете, генерал! Обыскали все до последней пылинки!

Генерал кинул конверты в открытую почтовую коробку, – все это оформить и забрать. Чтобы через сорок минут эти вещи были у агента Ким!

– Сделаем.

Он еще раз оглядел комнату, а потом вышел в зал. Сосед все так же сидел за столом.

– Август, у меня есть еще пара вопросов! – оживленно сказал Лесницкий.

– Готов ответить! – Улыбнулся он.

– Скажите мне, у Энтони Милански были проблемы с деньгами? Он брал кредиты, может кому-то был должен крупную сумму?

– Нет, не помню такого. Он человек экономный, случалось, я сам у него занимал на свои нужды! В этом плане Энтони любит порядок.

– В азартные игры играл, в подозрительных сектах состоял?

– Ха, ха! В сектах? Боже упаси, он очень умен. Ему секты в пору разоблачать, одурачить его не получится! Игры? Я не знаю, не замечал ничего подобного, мы даже в карты не играли.

– Даже в карты не играли? Угу, – пауза, – хорошо, спасибо за информацию и простите, что потревожили вас!

– Лишь бы в дело пошло!

– Ну а куда же еще? – Лесницкий скрылся из виду, пройдя через дверной косяк в соседнее помещение. Сосед уставился на агента, который тащил почтовую коробку. Дальше сцена обрывается.

***

Затылок Лесницкого разболелся до такой степени, что головокружение начало спутывать сознание, а яркий дневной свет вовсе ослеплял его глаза. Он плюхнулся в машину и откинул спинку сидения. Нащупав в подлокотнике пачку обезболивающих, он откупорил пластмассовую крышку, и проглотил две квадратные таблетки.

Его голова покоилась на подголовнике. Рука протянулась за рацией, указательный палец зажал кнопку – губы зашевелились, глаза закрылись. – Агент Ким?

– Слушаю, генерал?

– Что там с расшифровкой?

– Я еще не совсем закончила, но тут что-то феерическое! – не веря своим словам, ответила Ким.

– Я выслал тебе почтовую коробку с очень знакомым набором рисунков. Там имеются явные параллели с феноменом Руднора Вильнора. Короче, ты знаешь, что делать!

– Да, я все осмотрю.

– Что удалось выяснить третьему агенту по поводу Виктора Ли?

– Ничего обнадеживающего. Агент расскажет детали при встрече.

– Плохо!

– Вы нужны нам, поторопитесь с возвращением.

– Выехал. – Рация вернулась на свое место. Лесницкий решил с минуту полежать на разложенном водительском сидении.

– Почему именно в такой сложный день моя голова максимально отказывается работать? – размышлял генерал, – никакой мотивации, я не заинтересован ни в чем! Все мои действия происходят на уровне автоматических импульсов. Что мне до этих стихов и загадок? … Ладно, отставить хандру! Порой, боль куда полезнее здорового состояния! Боль позволяет смотреть на вещи под нужным углом… – Через три минуты двигатель автомобиля завелся, автоматическая коробка перешла в режим Drive и автомобиль с легким свистом тронулся в обратный путь.

– Генерал? – из рации раздался голос лейтенанта Подрубко.

– Да, лейтенант, слушаю.

– На центральный диспетчерский аппарат поступили сразу три тревожных сигнала. Все они поступили из банка!

– То есть?

– В банке пожар, утечка метана, и экстренное отключение электричества!

– Банк горит!? – воскликнул Лесницкий.

– Нет, ничего не горит, просто сработали датчики! Такое ощущение, что экстренные системы банка сошли с ума.

– Вызови дополнительные пожарные бригады, аварийную газовую службу тоже.

– Приказ понял.

– Глаза не своди с банка, чуть что, сразу докладывай мне!

– Понял!

Дурдом! – подумал Лесницкий, – что же там происходит!? … Ах да, я знаю, что мне нужно. – Он достал из кармана мобильный телефон, набрал короткий номер; милый женский голос ответил – алло, это «Пицца от Принца В.Р.», слушаю вас!

– Девушка, мне срочно нужна пицца с зеленью и грибами, на третью улицу, угол между центральным банком и шоссе, большой черный автобус. Заказчик генерал Лесницкий.

– Напитки, соусы?

Генерал задумчиво поднял глаза, – четыре кофе и чесночный соус.

– Ваш заказ принят, ожидайте в течение часа.

– Поспешите!

– Выполним как можно скорее.

***

Козлиная бородка этого человека оживленно скиталась по воздушному пространству в радиусе своей семи сантиметровой длины. Длинные очки и презентабельный костюм создавали образ заумного романтика. Из особых примет его поведения, можно отметить чрезмерную любовь к размашистым и экспрессивным движениям рук, а также постоянство в использовании звука 'эмм' в разговорной речи. Имя этого человека не так важно, поэтому все его называли инженером.

– Это невозможно! – он тыкал пальцами в экран карманного компьютера, – кто-то просто уничтожил процессор!

– Как нам попасть в банк? – настойчиво спрашивала Ким. Второй агент стоял рядом.

– Вы не понимаете. Система, процессор, эмм, там все новое! Оборудование едва-едва прошло предварительное тестирование, сам банк открылся всего месяц назад!

– Как попасть в банк? Инженер, вы понимаете вопрос?

– Понимаю! Это вы не понимаете. Там установлена новейшая система электронного доступа, тройная система аутентификации, сложнейший электронный замок и куча предохранительных систем! Этот банк неприступная крепость, в него чрезвычайно сложно попасть в обход системы безопасности!

– В данный момент нам нужен доступ к камерам внутри банка, нам нужно знать, почему не работают телефоны, почему заблокировались двери? Там заперты люди, возможно происходит ограбление или даже террористический акт! Вы инженер, мы ждем ответов от вас!

– Система автономна, эмм, на нее никак нельзя повлиять и тем более подключится к камерам! Это невозможно хотя бы по техническим причинам, так как прямое соединение с компьютером отсутствует! Эмм, я могу только подсоединиться к диспетчеру системы и посмотреть ошибки процессора. Это я и сделал, вот посмотрите, – он в очередной раз ткнул пальцем в экран карманного компьютера, – три сотни ошибок! Такое количество ошибок может быть только в одном случае, – компьютер уничтожили! Защита банка работает в аварийном режиме. Это спровоцировало, в том числе и многократные оповещения о пожаре, утечке газа, и элементы остальных экстренных команд! Электричество отключено, сейф питается от генератора, в помещениях работает несколько электрических приборов. Это все, что я могу вам сказать!

Недоумевающие глаза агентов уставились на инженера. На выдвижной лестнице послышались шаги, в фургон вошел генерал Лесницкий.

– Это кто? – Сходу указал он пальцем на гостя в очках.

– Эмм, я главный инженер банка, добрый день – он приветственно тянул руку, генерал ответил взмахом руки.

– Хреновый день! Тем не менее, я рад вас видеть, – Лесницкий сел на соседний стул – Скажите, как попасть в банк?

Растерянный инженер перевел взгляд сначала на агента Ким, затем на второго агента, потом снова на генерала.

– Инженер уверяет, что попасть в банк очень тяжело, – Ким взялась за краткий пересказ, – компьютер который отвечает за безопасность банка уничтожен! Все оставшиеся элементы управления работают в аварийном режиме. Подключится к компьютеру невозможно, восстановить связь невозможно, в общем, все плохо.

– Неужели не предусмотрено аварийное механическое открывание двери? По противопожарному регламенту такие механизмы должны стоять как снаружи здания, так и внутри! – удивился генерал.

– Там самый современный компьютер! Если двери не открываются, значит, на это есть основания!

– А если он уничтожен?

– Эмм, тут нельзя точно сказать…

– Прекратите мямлить! – рявкнул Лесницкий, – говорите четко и сформулировано!

Инженер затараторил – Я уже говорил, система совсем недавно сошла с конвейера, сейчас она работает в тестовом режиме, и там… там не предусмотрен вариант с уничтожением компьютера! Вернее, он предусмотрен, но только в рамках защиты сейфа. Если парадные и пожарные двери заблокировались, то доступным способом их открыть не получится!

Лесницкий глубоко вздохнул и нецензурно выругался. Он так же упомянул матерь и отца тех людей, которые разрабатывали этот компьютер.

– Как иначе можно попасть туда? – продолжала Ким.

– Самое уязвимое место – это вентиляция. Тут все до банальности просто – покопавшись в своем компьютере, он вывел на экран детальный план здания, – вот, тут, видите?

Агенты внимательно смотрели в экран. – Видим. – Сказал Лесницкий.

– Начало здесь. Придется покопаться с толстой стальной решеткой снаружи! Внутри вентиляционной шахты очень много проводов, но это не проблема. Проблема – вот тут, видите? Там, внутри шахты, есть еще два толстых заградительных перекрытия, с ними тоже придется попотеть. Преодолев эти препятствия, можно выйти к винтовому люку, а уже через него выбраться в зал!

– Агент Ким, вы забыли, что сказал звонивший человек? – Лесницкий показал указательным пальцем на интерактивную доску – «Вмешавшись в последовательность, субъект вмешательства рискует жизнями всех участников». Я думаю и без расшифровки ясно, что нам нельзя соваться в банк. В том кондиционере может быть бомба, и если мы вмешаемся, будет беда!

– Я нашла в этих словах несколько иной смысл! – интригующе прошептала Ким.

– Это чудно! Я хочу с вами уединиться.

– Пошлите к моему компьютеру. – кончики ее губ мило поднялись. Лесницкий жестом попустил Ким вперед. Уходя, он обратился к инженеру.

– Уважаемый, не покидайте фургон, я еще не все выяснил.

– Эмм, конечно, – покорно ответил инженер.

Ким села за стол, генерал неудобно оперся о картонное перекрытие.

– Тонко, вкратце и самую суть!

– Да, конечно. Итак, вот стихи:

«Под подкоркой короны

Девять чисел января,

Стенки этих аппаратов

Ломают когнитивные поля,

И нет там света в темноте,

Там льет холодная вода,

Не надо прилагать усилий,

Чтоб разбить кривые зеркала»

– И числа: – «6,10,16,26,42»

– Что дальше? – Уставшим голосом протянул Лесницкий. Правой рукой он поглаживал свой затылок, левой ощупывал ворсистую поверхность брюк.

– Я рассмотрела эти строчки как некую игру, как чье-то хитрое послание. Вы согласитесь, что это не очень-то похоже на ограбление? Сам банк защищен настолько идеально, что сами посетители не могут оттуда выбраться! А сейф? Если верить словам инженера, он непреступен. Банк окружен, путей к отступлению нет, да и самих заявлений об ограблении не поступало. О чем это говорит? Это говорит, как минимум о том, что очередной хитрый шизофреник решил устроить глупую игру!

– Ваши размышления логичны, продолжайте.

– Звонивший человек оставил нам стихи и цифры. Простой обыватель может найти на них ответ? В этих словах есть прямой посыл, хоть ниточка адекватности? Нет! Я предположила, что это послание было адресовано нашему агентству, а именно отделу шифрования.

– Как это вяжется с кондиционером? С отсутствием связи? Возможно, грабитель есть, но мы об этом не знаем. Быть может прямо сейчас кто-нибудь пилит дверь сейфа!? Вы высасываете из пальца.

– Ничего я не высасываю! Послушайте дальше!

– Слушаю.

Ким кивнула – оптимальный порядок выстроился так, – конец, начало, середина. – Она взяла один из исписанных листов, – в трех кварталах отсюда есть высотное здание 'LouBers' по адресу: улица Темная, дом 6. Свое название «Темная» улица получила из-за этого злополучного строения, которое ввиду своего огромного размера отбрасывает тень на все близлежащие дома. В тени этого здания стоит знаменитый искусственный водопад «WP». Знаменит он не только своей необычной формой, но и тем, что вода льется из натуральных подземных источников. И как следствие, она очень холодная!

«И нет там света в темноте, там льет холодная вода» – я предполагаю, что именно эти строчки вы так находчиво расшифровали?

– Да, и еще число «6», его я тоже употребила.

– Дальше? – Лесницкий зевнул.

– Месяц назад администрацией города было решено украсить парковую зону вокруг водопада. В проект кроме скамеек, покрашенных урн, и новой брусчатки, был внесен план по установке декоративных украшений, в число которых входили десять кривых зеркал. С этими зеркалами произошла небольшая неудача. Производитель не нанес необходимый слой защиты на поверхность стекол, поэтому, на следующую ночь после установки, половина стекол покрылась трещинами, а другая половина и вовсе полопалась! Производитель не учел, что рядом с водопадом очень высокая влажность воздуха. Ночью атмосферная температура упала чуть ниже ноля, вода замерзла и, – ее монолог прервал Лесницкий.

– Я понял, не стоит разъяснять детали, нужно спешить! «Не надо прилагать усилий, чтоб разбить кривые зеркала»? Эта строчку вы имеете ввиду?

– Да.

– Я запомнил, дальше.

– Теперь перенесемся к началу. Через дорогу от парка с водопадом, в тени того же высотного здания десять месяцев назад открылось новое почтовое отделение «Вестник короля». Располагается это отделение по адресу – переулок Январский, дом девять.

– Имеется ввиду первое двустишье? «Под подкоркой короны, девять чисел января»? – он нахмурил брови, – допустим, что тут есть совпадения. Дальше?

– Я знакома с практикой совпадений, но только не здесь и не в таком количестве! – в ответ на ее слова Лесницкий одобрительно покачал головой.

– А вот еще совпадение! – Она подняла на стол почтовую коробку из квартиры охранника, – этот герб на крышке заинтересовал вас?

– Этот герб должен в первую очередь заинтересовать вас! – Иронично заметил Генерал.

– Вы правы, он вызвал у меня определенный интерес. Кроме общего сходства с описанием феномена Руднора Вильнора, этот рисунок с точностью копирует эмблему почтового отделения «Вестник короля», – Ким повернула в его сторону экран моноблока, – вот, посмотрите!

Лесницкий окинул взглядом рисунок, – да, эмблема сходится один в один.

– Дальше моя логическая цепочка прерывается.

– Что это значит?

– Я не смогла найти смысла и логической зависимости второго двустишья по отношению к основному стиху. Я думаю, что его нужно искать где-то в другом месте. И мы оба знаем в каком.

– В другом месте? Например?

– Генерал, с вами все в порядке?

Лесницкий осекся. – В смысле?

– Вы очень бледны и не очень сообразительны.

– Небольшая мигрень разыгралась, но я в порядке. Так в каком месте искать?

– В почтовом отделении «Вестник короля», где же еще?

– Да, в почтовом отделении, я так и подумал! Идемте, вы поедите со мной.

– Но я еще…

Лесницкий не пожелал слушать возражения и тут же направился к выходу.

Генерал пробрел мимо рабочего стола, еще раз посмотрел на информативную доску, тяжело вздохнул и окрикнул взглядом второго агента. – Я и агент Ким едем на оперативные действия. За главного остается кто-то из вас, сами решите.

Он уже встал на одну из ступенек выдвижной лестницы, как к нему обратился инженер.

– Простите, а мне долго здесь сидеть?

Тусклый взгляд Лесницкого устремился на человека в очках. – А почему вы еще здесь?

– Эмм, вы сами просили меня остаться!

– Я?

– Да, вы. Пятнадцать минут назад.

Лесницкий посмотрел на Ким – я, правда просил его остаться?

В ответ она загадочно пожала плечами.

– Странно. А зачем? – теперь загадочно пожал плечами инженер. – Ладно, рядом есть хорошая булочная, посидите пока там, вы можете еще пригодиться! – Инженер хотел что-то добавить, но генерал уже покинул мобильный центр. Стройная фигура агента Ким последовала за ним.

Оказавшись на улице, он сделал глубокий вдох. Почувствовав прохладную свежесть в своих легких, Лесницкий сделал два шага вперед. Его путь преградил человек с большой коробкой в руках.

– Приветствую вас, я доставщик пиццы.

– А я генерал Лесницкий.

– Так я как раз вам пиццу несу!

– С зеленью и грибами?

– Да, с ними.

– Кофе?

– Кофе в сумке холодильнике.

– Замороженный кофе?

– Оу, нет! – курьер рассмеялся, – холодильник не работает! Я его использую как сумку, там формочки удобные, стаканчики стоят как надо.

Лесницкий забрал коробку с пиццей и передал ее агенту Ким. Ароматный запах свежего теста пронесся мимо обонятельных рецепторов его носа. Желудок заурчал, кишечник закрутило, он понял, что слишком сильно хочет кушать. Кофе был очень горячим, он поставил все четыре стакана на коробку с пиццей и снова повернулся к курьеру.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.